- -
- 100%
- +
– Другое дело, что в группе, прибывающей вскоре на реализацию проекта «Хризолит», будет гораздо больше специалистов по проведению антитеррористических операций, которые этот ОПГ вхлам… Тем более, что в оборудовании, которое они с собой привезут можно артиллерийскую гаубицу спрятать…
– Неужели они посмеют в нарушение всего ввезти оружие и снаряжение американского спецназа в независимый РК? – с сарказмом возмутился Рязанцев.
– Мы отвлеклись. Я не совсем согласен с твоей версией. Сложно представить, что сотрудник резидентуры лично руководит подготовкой и проведением акции с участием бандитов из ОПГ. Непосредственно этими делами, естественно под присмотром занимался «Посредник», который затем почему-то кинул своих кураторов… Но это не наша головная боль… Для нас задача номер один найти этого «Посредника» раньше американцев… но проблема в том, что они его знают, а мы нет.
– Спорить о нюансах не будем, надо искать «Посредника», – согласился подполковник.
– Теперь давай подойдем с другой стороны и подискутируем, – предложил Тоболин, – Начнем с самого начала. Я изучил всю имеющуюся у нашей разведки информацию по проекту «Хризолит»… кстати предлагаю в целях конспирации при обсуждении и в переговорах по телефону именовать его просто «Проект». Так вот получается, что о наличии полутонны урана на комбинате «Алтай» в руководстве РК не знал почти никто. Как могли узнать об этом американцы? – майор пригубил остывший кофе, поморщился и продолжил, – Изучая сообщения агента СВР аналитики отметили небольшую ремарку о том, что первые сведения об уране на «Алтае» американцы получили от одного из заместителей премьер-министра РК. Однако в ЦРУ даже в документах внутреннего пользования эту информацию поспешили исправить и переделали так, что об уране послу США в Алма-Ате сообщил один из руководителей комбината «Алтай», который инициативно вышел с ним на прямой контакт.
– И что это нам дает? Выход на того, кто «слил» информацию об уране американцам? Согласен, что у вас в Москве об остатках радиоактивных материалов на «Алтае» забыли, а у нас в Алма-Ате скорее всего не знали… С учетом того, что в РК нет профильного министерства только директор комбината «Алтай» мог выйти на одного из заместителей премьер-министра и сообщить ему… Мог ли директор самостоятельно, не согласовав предварительно этот вопрос «в верхах», выйти напрямую на посла США? В этом я сильно сомневаюсь… Значит он получил указание от чиновника высокого ранга, который сам не захотел «светиться» … Получается, что ЦРУ намеренно вводит всех в заблуждение… Для чего? Чтобы «не засветить» своего агента в верхних эшелонах казахстанской власти? Раньше даже подумать о таком было страшно … Впрочем мы немного отвлеклись… Как я понял ты намекаешь на то, что мы должны выйти на этого директора, который… боюсь, что только чуть позже своего патрона начал работать на американцев…
– Убедил, плохая идея, – согласился Тоболин, – но надо будет крепко подумать, как будем отслеживать действия противника. В настоящее время мы как слепые котята. Даже не знаем ничего о ближайших намерениях американской резидентуры…
– Ты все время о каких-то высоких материях, – не соглашаясь перебил подполковник, – зачем нам их намерения? Мы даже не знаем какая из ОПГ организовала аварию, не говоря уже о том, что у нас нет никаких реальных версий по «Посреднику», а ведь через него теперь американцы будут искать и забирать документы по «Гипер».
– Ты прав, Макс надо опуститься на землю… Будем отталкиваться от действий американцев здесь в Семипалатинске… Возможно они уже подобрались к «Посреднику» гораздо ближе, чем мы… Видимо сначала предложив большие деньги они посчитали, что все куплено, но после того по какой-то причине… возможно из-за банальной жадности босс бандитов передумал… и весь сыр-бор из-за размера гонорара.
– Исходя из того, что до сих пор не договорились, возможно у сегодняшних владельцев секретных материалов появился другой покупатель, а это может быть и Китай, и арабские венценосцы, хотя в последних верится с трудом. Арабы не будут переходить дорогу ЦРУ, – предположил Рязанцев.
– Вряд ли мог появиться кто-то другой… В любом случае американцы теперь будут забирать документы силой… – повторил прогноз разведки Тоболин.
– Я с тобой не согласен и похоже мы в тупике. Давай сменим тему, как всегда, в таких случаях советовал наш учитель полковник Соболев, потом вновь вернемся к главному.
– Это не тот случай, но я знаю, что нам делать…
– Был бы здесь подполковник Степной, он бы нам быстро объяснил кто мы такие, – не реагируя на заявление друга «переключился» подполковник, – ты позавтракал?
– Да, спасибо, блинчики и мясо просто…
– Тогда давай перейдем в зал, сменим обстановку, кофе еще будешь?
– Нет спасибо.
– Ты зачем включил режим инкогнито? Мог бы официально, как представитель ФСК прилететь. С моим начальством встретиться, поселиться в приличных апартаментах. Мне бы денег на организацию встречи выделили, ох и зажили бы мы тогда… – балагурил Макс, перебираясь в зал и устраиваясь на диване.
– Дело в том, что в этом деле я представляю не совсем ФСК …
– Не понял? Неужели в ЦРУ переметнулся? – продолжал иронизировать подполковник.
– Сейчас объясню, но начну немного издалека, – предельно серьезным тоном предупредил Тоболин, привычно не обращая внимания на подначки друга. – СССР развалился… Дележом, оставшегося вмиг бесхозным, огромного народного достояния занимаются сегодня всякого рода негодяи, бандиты и иностранцы. Но еще остались честные люди, которые, чтобы спасти народ от обнищания и гибели на обломках великой советской империи пытаются строить против захватчиков баррикады…
– Ты изменился, Олег, – перебил Рязанцев, – но я не тот, перед кем надо объясняться и декларировать подобные призывы. Мне достаточно того, что тебе нужна помощь – и я готов.
– Спасибо, Макс, меня немножечко занесло, но сейчас я исправлюсь. Итак, до сегодняшней обстановки в РФ больше не опускаюсь. Достаточно на выступления вечно пьяного президента посмотреть и знать то, что творится на Северном Кавказе… Что касается бывшего КГБ, то у нас сейчас тоже полный… абзац. Недавно только министерство безопасности разогнали и создали ФСК, а сейчас еще одну реформу готовят, – с явным недовольством неспеша расставлял акценты Олег, – все никак ельцинскому окружению угодить не могут.
Тем временем наш новый директор… этот замполит из ментов… – майор хотел выругаться, но из последних сил сдержался, – отчитался, что в этом году было задержано агентов иностранных разведок больше, чем за предыдущие пять лет. Нашел, чем бравировать… Кроме того, он поведал прессе, что по поводу одного из задержаний ему звонил государственный министр ФРГ и требовал отчета со словами – «кто вам дал право?». Представляешь заявить такое руководителю российской контрразведки? Если бы он был честный человек этот Степашин, то после такого обращения к себе должен был застрелиться…
– Нет, – грустно возразил подполковник, – как честный офицер он должен был вызвать этого немца на дуэль и застрелить его, но это недемократично, а сейчас все кругом демократы и ваш видно из таких, раз прессе открыто про свой позор рассказывает.
– Зато преданнейший президенту РФ человек… А тем временем Москва в этом году вырвалась в лидеры среди всех мировых столиц по числу заказных убийств…
– Вот и не выдержал, аналитик, – улыбаясь перебил Рязанцев, – на оперобстановку скатился. Давай лучше про то, на кого ты теперь работаешь.
– Однокашник нашего полковника Соболева держится пока в заместителях директора ФСК. Он и еще несколько высокопоставленных офицеров контрразведки образовали внутри Службы группу, назовем ее «ВЧК», которая пытается сохранить в нашей системе госбезопасности принципы и традиции КГБ и защищать интересы Родины. Там, у них что-то вроде фронды из крепких профессионалов контрразведки, которые против многочисленных нынешних демократов в нашем органе. Кроме того, у них имеется определенная поддержка сверху, но, к сожалению, незначительная. Вот эта группа профессионалов с подсказки полковника Соболева и отправила меня, как знающего регион и имеющего здесь некоторые связи, на поиски и спасение секретов «Гипер», во славу будущего РФ. Но, увы все это неофициально и безо всяких полномочий, так как у сторонников группы «ВЧК» силы и возможности пока достаточно ограничены.
– Понятно… Соболев с кем попало работать не станет. Значит будем помогать «ВЧК» бороться со спецслужбами США и защищать интересы СНГ, в состав которого входит и наша РК … – путанно формулировал Макс и заметив нетерпение друга, резонно добавил, – официально все же полегче бы нам было, но на нет и суда нет. Будем работать так как есть, нам не привыкать.
– Я вот пример про немца привел, а ведь и представители других стран в общении с руководителями РФ позволяют себе указывать и поучать… – все более раздражаясь, продолжил Тоболин. – Англосаксы в отношении слабых стран, а РФ сейчас стала именно такой, никогда не церемонились. После распада СССР не только бывшие страны социалистического содружества, но даже и республики Балтии, переориентировали свои спецслужбы на сотрудничество с разведками Англии и США, работающими против РФ. Активизировалась подрывная деятельность ряда мусульманских государств, использующих национально-религиозный фактор.
Работники московских резидентур США и их сателлитов беспрепятственно разъезжают по РФ и ведут разведку с легальных позиций практически по всей территории. Только в системах крупных экономических ведомств консультируют и оказывают услуги около 10 установленных иностранных разведчиков и почти 90 специалистов и советников, чья принадлежность к зарубежным спецслужбам не вызывает сомнений.
Западные эксперты, специалисты и консультанты проникли во все сферы деятельности российского государства от политики до промышленности, сельского хозяйства и финансов. Перед ними открываются двери правительственных кабинетов, где разглашаются любые государственные секреты. Они дают советы, как нам быть дальше. Но они и жизни-то нашей не знают, она им неинтересна, у этих дельцов другие цели и задачи… они ведут борьбу за сферы влияния в богатейших регионах страны, превращая их в свои сырьевые придатки.
Более сотни инофирм и организаций используются спецслужбами в качестве прикрытия, в том числе в банковской сфере. Эти возможности позволяют Западу проводить активное влияние на национальном и региональном уровнях для достижения конкретных политических и экономических целей.
Расширение агентурной деятельности иностранных спецслужб против нашей страны базируется не только на ослаблении государственной системы РФ, но и на резком изменении социальных установок в обществе.
Дошло до того, что некоторые должностные лица воспринимают изменения в мире как эру всеобщего братства. Иностранец для них, без разницы, коммерсант, дипломат или разведчик, как источник дохода… за тридцатку долларов или возможность поехать за границу они выложат все, что угодно. Любая серьезная фирма на западе начинает свою деятельность с создания службы безопасности и разработки мер по сохранению коммерческой тайны. Руководителей наших государственных структур эта проблема теперь вообще не волнует… создается ощущение, что все идет на продажу.
Более того, иностранцы сегодня допускаются к корректировкам планов руководства страны, посвящаются в новые научные разработки, имеющие стратегическое значение и участвуют в реформировании органов безопасности…
– Вот почему никто не реагирует на инициативы американцев по изъятию советского урана, – попытался направить в конструктивное русло возмущение друга Рязанцев.
– Да, – выдохнул, несколько успокаиваясь Тоболин. – Посол США так и заявил, что РК держава, объявившая себя безъядерной, а значит уран на ее территории бесхозный и вполне может попасть в руки террористов, вот американцы и проявляют заботу.
– Учитывая оперобстановку в РФ, которую ты мне изложил… – задумчиво протянул Рязанцев. – В ЦРУ имеется информация о том, что ФСК предпринимает усилия по поиску документов по «Гипер» и американцы будут спешить…
– Полагаю, что они имеют сведения о поисках со стороны военной контрразведки, но о нашей группе надеюсь пока не знают… Вот поэтому еще инкогнито…
– Резидентура ЦРУ привлекла для завладения документами неизвестного нам, но, по-видимому, очень влиятельного в нашем городе «Посредника»… Он обманул американцев, забрал документы и залег на дно… и через свои связи и возможности отслеживает ситуацию. У него с большой долей вероятности есть свои люди в милиции, которые закрыли дело о смерти водителя, а возможно и в других органах власти и управления Семипалатинска и нам надо быть очень осторожными в своих поисках…
– Да, но мы предполагаем, что сейчас у американцев потеряна связь с «Посредником»… Вот только по твоим словам получается, что ЦРУ и в РК работает свободно как у себя дома, поэтому вполне возможно, что кто-то из американцев даже сейчас тайно находится здесь…
– Не исключено… – согласился Рязанцев, – но давай закругляться с предположениями и наметим версии и конкретные меры на ближайшее время.
– Остановимся на том, что американцы временно утратили инициативу и контроль над «Посредником» и соответственно не знают где находятся секретные документы по «Гипер». Алма-атинская резидентура всеми силами пытается исправить ситуацию, но пока видимо что-то не получается. В этой связи у нас есть люфт по времени ориентировочно до начала сентября, когда предположительно прибудут дополнительные силы из ЦРУ, но… возможно этого времени окажется меньше. Все-таки надо учитывать существующую опасность того, что по итогу резидентура сможет договориться с «Посредником» … а у нас такой возможности нет.
– Значит надо работать еще и над тем, чтобы они не смогли договориться… Например, организовать выход на «Посредника» китайцев, якобы заинтересованных в проекте «Гипер» …
– Но для этого нам надо как можно быстрее найти «Посредника» … – нетерпеливо и раздраженно как навязчивую идею повторил Тоболин, – какие будут предложения?
– Продолжим искать связи погибшего шофера, который участвовал в аварии с гибелью «Профессора», будем жестче отслеживать и всячески препятствовать проникновению и пребыванию американцев в Семипалатинске и усилим работу по окружению ОПГ, в первую очередь путем опроса агентуры. Не поверю в то, что никто из банды, участвовавшей в организации аварии не поделился с родными, близкими или знакомыми своей причастностью к такому громкому делу. Кстати, бандиты же деньги за свою работу должны были получить, они не работают бесплатно или в долг. Наверняка «Посредником» была предусмотрена какая-то предоплата. Значит надо будет дополнительно попросить наших борцов с оргпреступностью, чтобы поинтересовались у своих подопечных бандерш, кто сейчас шикует на «малинах» и расплачивается исключительно «зеленью».
– А под каким предлогом ты все это сделаешь, не раскрывая наш интерес?
– Самый распространенный в нашем регионе – поиск китайских нелегалов и контрабандистов, а также тех наших граждан кто так или иначе с ними связан …
Рязанцев в отличие от друга рассуждал спокойно и неторопливо, но при этом также похоже начинал приходить к пониманию, что задача перед ними стоит практически не разрешимая. Однако подполковник не привык прогибаться перед обстоятельствами и всегда боролся до самого конца, поэтому после паузы, продолжил:
– Одновременно будем работать над получением источника в Усть-Каменогорске. По этому направлению у меня есть кое-какие задумки…
– Поделись…
– Расстояние от Усть-Каменогорска до Семипалатинска 223 километра… это четыре часа пути. Здесь у нас американцы могут работать «с колес», значит у нас есть единственный шанс…
– Завербовать кого-нибудь в тамошнем ГАИ, которое будет организовывать проезд колонны с ураном? – насмешливо предположил Тоболин.
– Нет, все гораздо проще, – отмахнулся Рязанцев. – Войти в контакт с опером КНБ, обслуживающим комбинат «Алтай». Ведь он все равно будет включен в штаб по обеспечению безопасности американских специалистов, а значит будет обладать всей информацией о маршрутах и передвижениях…
– Мы можем это сделать? – вновь несдержанно выстрелил вопросом майор.
– Как я уже упоминал есть у меня там «крестничек», который проходил стажировку, а потом и работал в моем отделе….
– Ты предполагаешь использовать его «в темную»?
– На первых порах, пожалуй, что так, а потом видно будет.
– Он такой же надежный как ты? – уже более спокойно поинтересовался Олег.
– Нет конечно, но вроде парень неплохой. Завтра с утра и слетаю по-быстрому. У нас с тамошним главным контрразведчиком много пересечений по китайцам есть, надо обсудить. Думаю, начальство возражать не будет, а сейчас вызову по пейджеру Каирова, подвезете меня в контору. Работу тоже делать надо. А тебя Жасулан на обед свозит и, если еще куда нужно… Завтра после Усть-Каменогорска сразу к тебе, посмотрим, что получится. Кстати, вот возьми пейджер, будем общаться без прослушки. В семипалатинской пейджинговой компании родственница Каирова работает, она эти аппараты по нашей просьбе на подставные фамилии оформила.
– Мне откуда-то надо в Москву докладывать, – озадачился Тоболин.
– Если, что срочное, то коротко можно прямо отсюда, а если каждодневные отчеты, то чтобы не светить эту квартиру к Еркенову Турлыбеку Амантаевичу будешь в гости наведываться. Он тут недалеко в обкомовском доме живет, телефоны в котором до сих пор почему-то не прослушивают. Он с удовольствием согласился с тобой повидаться и нам помогать, ветеран… сейчас как раз у нас в секретариате архивом командует…
– Как он?
– Вот пойдешь к нему сегодня вечером в гости и узнаешь.
Вечером Каиров хотел отвезти Тоболина к Еркенову, но майор отправил старлея к семье, а сам достав из дорожной сумки коробку с армянским коньяком и конфетами, вызвал по пейджеру такси и отправился к подполковнику запаса.
Дома у Еркенова был накрыт праздничный дастархан по поводу приезда московского гостя. Бешбармак, казы и все остальное, как положено.
В середине вечера Тоболин засомневался смогут ли они поговорить с Еркеновым о деле, но после обязательной программы гостеприимного казахского застолья и знакомства с сыновьями, внуками и еще какими-то родственниками, два комитетчика ушли в отдельную комнату.
– Ты, Олег, как я понимаю, к нам по делам прилетел, – неспешно начал беседу отставной подполковник. – Ну что ж, это дело служивое. Сам видишь, мы просто живем, но нашему брату-чекисту всегда поможем всем чем сможем.
– Спасибо, Турлыбек Амантаевич. Выглядите вы замечательно, хоть сейчас на строевой плац – полком командовать. Помощь ваша безусловно понадобится. Опять предстоит схлестнуться с нашими старыми противниками из ЦРУ, а сил у нас как всегда маловато.
– Ничего, – успокоил Еркенов, – мы же за правду стоим, а значит сильнее и потому победим. Правда всегда побеждать должна, а то если проиграем зло всю нашу планету захватит. Что внукам отвечать будем?
– Полностью согласен, Турлыбек Амантаевич. Сейчас вот от вас с Москвой переговорить по телефону хотел, с Соболевым посоветоваться.
– Набирай, разговаривай я тоже с ним позже поздороваюсь, а пока на кухню схожу чай свежий заварю.
После того, как Тоболин доложил по сложившейся обстановке, Соболев с большой теплотой пообщался со старым другом Еркеновым.
Затем Тоболин в рамках дозволенного рассказал Турлыбеку Амантаевичу о цели своего пребывания в Семипалатинске и за обсуждением грядущих планов под чай они тихо по-чекистски посидели до полуночи.
Глава 4
20 июля 1994 года (среда)
Утром на конспиративную квартиру за Тоболиным заехал Каиров. После обмена приветствиями, поинтересовался:
– Как спалось на новом месте, товарищ майор?
– Замечательно. Проснулся, вышел в садик, подышал свежим воздухом, зарядку сделал, после чайку горяченького попил. Так что спасибо вам с Максом за такой кров, а то бы я сейчас кис в гостинице.
– Да, там сейчас и не безопасно, хоть «Иртыш» и рядом с конторой располагается, время такое, что бандиты уже и там хозяйничают.
– Жасулан, ты завтракал?
– Да, спасибо, а то жена бы на работу не отпустила. Она хотела, чтобы я вас в гости пригласил, но после знаменитого достархана у Турлыбека Амантаевича мне даже неудобно как-то…
– Выполним задание, победим американцев и устроим той на весь Семипалатинск, – попытался пошутить Тоболин, но понимая, что вышло не очень, озадаченно закончил, – но до этого еще далеко…
– Сейчас заедем в фотоателье, затем экскурсия по этой части города или просто ближайшие магазины покажу, на ваше усмотрение… – отъезжая от конспиративной квартиры начал планировать Каиров.
– Зачем в фотоателье?
– Максим Николаевич приказал для вас «корочки» внештатного сотрудника КНБ изготовить. Беспокоится, говорит время сейчас непростое, да и если милиция остановит какая никакая защита от произвола будет…
– Надо, значит надо, а к какой фамилии привыкать?
– Иванов Олег Алексеевич.
– Сложно будет, но думаю справлюсь, – улыбнулся Тоболин. – Ты анализ контактов американских дипломатов во время посещения Семипалатинска закончил?
– Не успел еще, – виновато признался Жасулан и пообещал. – К завтрашнему утру завершу.
– Хорошо. Фотоателье недалеко?
– Да нет, рядом. Вы же в центре города живете. Здесь все необходимое в шаговой доступности.
– Тогда по дороге покажешь, где хороший продуктовый, я назад пешком пройдусь. Местность самостоятельно поизучаю, а ты в контору возвращайся и позвони Максиму в Усть-Каменогорск пусть прихватит у коллег информацию по американцам, посещавшим их город в последние полгода. Потом сравнишь со своими данными и выдашь обобщенный анализ.
Рязанцев прилетел из Усть-Каменогорска ближе к обеду мрачный и молчаливый. Пока Каиров вез его из аэропорта на квартиру Тоболина, подполковник ни разу не отреагировал на новости, которые транслировало местное коммерческое радио, что для подполковника было крайне нехарактерно.
– Подожди, я быстро, – отдал распоряжение Рязанцев.
– Есть, – вяло отреагировал Каиров и потянулся за фляжкой с водой.
Тоболин также с первого взгляда на Макса понял, что у друга что-то не так. Молча пройдя на кухню и выпив стакан воды Рязанцев, резко развернулся и возбужденно размахивая руками, взорвался:
– Плохо нас воспитывали, вот мы и про… – едва удержавшись от ругательства, продолжил, – Советский Союз, но мы сами воспитывали своих последователей еще хуже… Ты представляешь? Он мне заявляет – «А для чего вам эта информация, господин подполковник? Может быть, вы против наших американских друзей что-то плохое замыслили?..». И это он мне… человеку, который этого молокососа всему научил… Я еле сдержался, чтобы не набить ему… Ишь ты… радетель за американские интересы… Нашел себе новых хозяев… Холуй…
– Успокойся, Макс, – миролюбиво улыбнулся Тоболин, – давай-ка лучше чайку попьем, да подумаем, что нам делать дальше …
– Легко тебе говорить, – махнул рукой и как-то внутренне потухая, выдохнул Рязанцев, – а я в него всю душу вкладывал, думал вот замена растет. Даже в Усть-Каменогорск на вырост отправил, а то у нас все стали говорить, что я тащу этого прохвоста к себе в заместители…
– Как я понял, – Тоболин попытался вернуть друга к действительности, – никакой информации по американцам из Усть-Каменогорска, мы не получим…
– Меня беспокоит другое, как бы этот капитанишка Стасик Угольников, не поставил в известность американцев о моем интересе…
– А что и такое возможно? – удивился майор.
– Судя по его настрою, вполне. А кроме того, это значит, что никого из Семипалатинска мы под американцев подставить не сможем. Он там как цербер теперь всех наших отслеживать будет.
– Ладно, разберемся. Ты материалы по сотрудникам посольства США для Каирова раздобыл?
– Да, передал уже, он заверил, что анализ к завтрашнему утру будет готов. Ну а о времени выдвижения американцев… – уже полностью успокоившись начал размышлять Рязанцев, – есть у меня надежный товарищ в Климентьевке – это село на трассе из Усть-Каменогорска в 64 километрах и 53 минутах езды от Семипалатинска…
– И что он, этот твой товарищ, будет целый месяц сутками отслеживать машины и вычислять на какой едут американцы? – скептически поинтересовался Тоболин.
– Ты прав, надо думать что-то другое…
– Контрразведчикам всегда был свойственен здравый смысл… – хотел смягчить ситуацию Тоболин, но подполковник, не обращая внимания продолжил сокрушаться.
– Должен признать, что после всего случившегося в Усть-Каменогорске мы… с наших позиций… не сможем контролировать комбинат «Алтай» – эту базу ЦРУ, где на первом этапе будут сосредотачиваться главные силы противника по поиску и захвату документации по «Гипер»…
– Тем не менее, чтобы отслеживать действия американцев нам позарез нужен там надежный источник, – требовательно перебил Тоболин.