Хроники одного рейдерства. Частный случай

“Правда может ждать, так как у нее впереди долгая жизнь”.

Шопенгауэр

Пролог

10 мая 2006 года (среда) – 12.00 Россия, Москва

Генеральному директору московского холдинга «Межевразийское энергетическое объединение» («МЭО») позвонил руководитель одного из казахстанских филиалов и с паническими нотками в голосе сообщил, что час назад к нему в кабинет «ворвались» работники органов национальной безопасности и «провели допрос».

Патрон, выслушав уважаемого компаньона, вызвал советника по экономической безопасности и поручил ему в срочном порядке связаться с филиалом холдинга в западноказахстанском городе Атырау, уточнить подробности, после чего ближайшим рейсом вылететь в Казахстан для оказания практической помощи.

Вернувшись в свой кабинет, советник, первым делом позвонил в столицу Казахстана – Астану бывшему начальнику целиноградской контрразведки давней дружеской связи со времен совместной службы в КГБ СССР. В процессе общения советник по безопасности условными только собеседнику понятными фразами попросил контрразведчика найти выход на влиятельных людей в Атырау. Затем советник набрал атырауский филиал «МЭО» и выслушав претензии тамошнего директора, обнадежил его сообщив, что завтра утром будет в Казахстане.

Поздно ночью, когда советник выдвигался в сторону аэропорта Домодедово, из Астаны сообщили контактный номер для решения проблем в Атырау.

11 мая 2006 года (четверг) – 08.00 Западный Казахстан, Атырау

Советник прилетел в Атырау второй раз за последние две недели с момента своего назначения. Недавний визит, когда он только входил в должность обозначил проблему, для решения которой потребовалась помощь со стороны казахстанских коллег по бывшему КГБ СССР. Сейчас, на первый взгляд все было проще, но он вновь связался с Астаной и попросил дополнительных рекомендаций по контакту.

Когда советник уже входил в приемную директора «МЭО-Гурьев» перезвонил экс-шеф целиноградской контрразведки и дал подробнейшую характеристику на сановника, который может решить все проблемы в Атырау, обозначив его псевдонимом «Аншеф». При этом посоветовал действовать быстро, так как, на календаре четверг, а в пятницу в азиатских странах серьезные дела не решают.

В кабинете директора советник не стал еще раз выслушивать версию хозяина об угрозах сотрудников нацбезопасности, а сосредоточился на выяснении причин, приведших к тотальной проверке деятельности филиала. По результату ситуация казалась ординарной, а преувеличенная негативная реакция директора не соответствующей цене вопроса. Советник на мгновение задумался и пришел к заключению, что предстоящая встреча с «Аншефом» вполне может локализовать возникшую проблему.

Для рандеву с сановником высокого ранга, которое должно было снять все вопросы, советник, после предварительного звонка, совершил визит в местный орган нацбезопасности.

«Аншеф», принял сразу, но предупредил, что не располагает временем для обстоятельной беседы. Выслушав краткое сообщение, с плохо скрытой неприязнью посмотрел на собеседника и обозначил проблему:

– Вы попали в очень скверную ситуацию. Выйти с таким непрофильным вопросом на Комитет нацбезопасности могли только очень влиятельные люди. Кто? Я примерно представляю, но зачем им ваша компания…

– Вы сможете нам помочь? – не дождавшись окончания молчаливых размышлений «Аншефа» осторожно поинтересовался советник.

– Я бы не хотел иметь с вами никаких дел, – с нотками явного неудовольствия заметил генерал, – но человек, который просил вам помочь мой друг, а друзьям надо помогать… и друзьям друзей тоже.

Повисла напряженная пауза. «Аншеф», делая вид, что перебирает бумаги, лежащие на столе, исподволь изучал московского гостя, а советник внимательно смотрел на собеседника, пытаясь понять, стоит ли верить этому седовласому человеку с гордой осанкой и благородными чертами лица. Наконец генерал выразительно посмотрел на свои дорогие швейцарские часы и резко «выстрелил» вопросом:

– Вы знаете от кого исходит инициатива проверки?

– Если честно – нет, – откровенно признался советник и с выражением крайней степени озадаченности добавил, – Неужели все так серьезно?

«Аншеф» взял листок, быстро написал на нем фамилию одного из самых влиятельных олигархов из окружения президента страны и показал собеседнику, после чего не спеша уничтожил бумагу в шредере и задал очередной иносказательный вопрос:

– Как вам удалось «вляпаться» в такую гнусную историю?

– Полагаю, что эта проблема связана с местными партнерами, – неуверенно предположил советник.

– И что теперь думаете со всем этим геморроем делать? – язвительно осведомился генерал.

– А вы, что посоветуете? – Советник ответил вопросом на вопрос, хотя знал, что это может не понравиться «Аншефу», но эта встреча с человеком такого ранга и компетенции была сейчас единственной возможностью получить хоть какие-то реальные рекомендации на ближайшую перспективу.

Генерал слегка наклонился в сторону собеседника и еле слышно «выдохнул»:

– Ищите выходы на «нефтяного принца» … Другого пути нет, – и через паузу слегка повысив голос продолжил, – Никто здесь за вас ничего решать не будет. Только он может «закрыть» ваш вопрос. Я обещаю одно – это не моя компетенция и я уберу своих людей из этой проверки… Но это вас не спасет.…

Советник понял, что дальнейших откровений не будет и попытался выжать из встречи максимум:

– Вы позволите в случае крайней необходимости обращаться к вашему помощнику?

Вместо ответа «Аншеф» достал из кипы бумаг и подвинул по столу в сторону посетителя конверт, одновременно вставая и давая понять, что аудиенция окончена. Советник спрятал конверт в папку, обменялся с хозяином кабинета крепким рукопожатием и вышел, думая о том, что, откровенно настороженная реакция сановника такого ранга, может свидетельствовать о реальной опасности, нависшей над амбициозными проектами холдинга «МЭО» в Казахстане.

"Неудачи получаются в результате покоя и беспечности;

за удачу же приходится платить всем, что у тебя есть, и всем, что ты есть".

Генри Форд

Часть I

Глава 1. Приобщение

Олег Алексеевич Тоболин бывший сотрудник международного антитеррористического центра СНГ был человеком умным и честолюбивым. Он относился к тому типу людей, про которых говорят – живет работой. По этой причине, «отмучившись» с ним почти двадцать лет в недалеком прошлом его покинула жена. Супруга требовала к себе слишком много внимания, а он не мог дать и сотой доли того, на что она претендовала. Перемены в личной жизни не изменили жизненного уклада Тоболина, он бы вообще их не заметил если бы жена не забрала с собой его любимицу – дочь. Несмотря на всю свою сосредоточенность на работе Тоболин сумел сохранить теплые отношения с дочерью, хотя из-за постоянных служебных командировок он реже, чем бы ему хотелось, общался и с ней, и со своими родителями-пенсионерами.

Дед Олега – Тоболин Андрей Иванович был известным полярным исследователем. «Умнейший и добрейший человек из всего рода Тоболиных», – как любил подчеркивать отец Олега. Дед прочил внуку дипломатическую карьеру и исподволь готовил к ней, заставляя учить английский язык и читать книги по истории внешнеполитических отношений России. Но вместо этого, после окончания школы Олег поступил на аэрокосмический факультет в МАИ, так как его всегда притягивали точные науки и космонавтика. После института Олег распределился на предприятие по проектированию космических аппаратов. Здесь молодого специалиста заметил куратор из КГБ и порекомендовал продолжить учебу в институте госбезопасности. Олег не горел особым желанием что-то менять в своей жизни, но дед, узнав о предложении, уговорил внука поступить в высшее учебное заведение КГБ. Андрей Иванович увидел в этой возможности частичное исполнение своих мечтаний, представив будущее Олега как вхождение в ранг одного из посвященных в секреты тайной дипломатии.

Однако в разведку по каким-то неизвестным причинам Олег не попал, а в контрразведке, после окончания операции «Вариант», по результатам которой незаслуженно уволили его наставников полковника Соболева и подполковника Степного, как-то не заладилось. Все последующие начальники отмечали профессионализм, честность и порядочность подчиненного, но полагали, что этого явно недостаточно для настоящего опера. Кроме того, Олег никогда не скрывал своих взглядов и откровенно высказывался о том, что оперативный азарт – страшная вещь. Он доказывал коллегам и начальству, что это как наркотик. Настоящий опер в процессе работы теряет связь с реальностью, он не осознает, что подглядывать, подслушивать и выслеживать людей безнравственно, неэтично. Оперативник в этот момент думает совершенно о другом – о разгадке увлекательной головоломки, о мероприятиях, которые сегодня надо провести и о результатах, которые получит завтра, а также придумывает новые оперативные комбинации и операции.

Тоболин же все нравственные моменты, в силу своего воспитания отчетливо осознавал и не мог через них переступить, что и помешало ему стать перспективным опером. Это только у Юлиана Семенова безукоризненный Штирлиц честно побеждает вероломных фашистов. А в жизни разведчик – это шпион. И оперативные термины не подменяют сути. «Переиграть» как ни крути означает перехитрить, а значит обмануть. А «убрать» или «ликвидировать» – это просто убить. А общечеловеческая мораль – она не разделяет обман на праведный и грешный, и не разбирает, кого ты предал или убил и ради чего.

В результате Тоболина перевели в информационно-аналитический отдел, где своей работоспособностью, вниманием к деталям и умением делать правильные выводы он сумел заслужить репутацию толкового аналитика. Когда после развала Советского Союза создавался российский антитеррористический центр, старый товарищ по КГБ пригласил его на работу. Для начала отучившись на курсах «ситуационников» Тоболин попал в московский центр антитеррора. Здесь за счет своих аналитических способностей стал стремительно расти по служебной лестнице и достиг ранга сотрудника международного антитеррористического центра СНГ.

Для него стало настоящей трагедией, когда МАТЦ возглавили люди нового президента. Начались перемены, «чистки» и его молодое новоиспеченное начальство уволило слишком «объективного и принципиального» подполковника в запас по достижению предельного возраста нахождения на воинской службе. Хотя сам Тоболин, несмотря на свои сорок пять, чувствовал себя здоровым и энергичным, так как продолжал обязательные утренние пробежки и систематические занятия в тренажерном зале, которые перемежал с посещением бассейна.

После этого нелепого увольнения жизнь как-то сразу потеряла смысл. Олег попытался не сдаваться и с присущей ему энергией занялся поиском новой работы, но это оказалось гораздо сложней, чем ему представлялось. Разосланные резюме в своем большинстве оставались без ответов, а личные встречи с возможными работодателями вызывали у него стойкое убеждение, что те либо не собираются никого нанимать, либо не очень представляют, чего они хотят от соискателей.

После нескольких месяцев бесплодных поисков, когда Тоболин уже хотел бросить это занятие знакомый чекист посодействовал его устройству в качестве аналитика по вопросам безопасности в солидную российскую компанию. Изучив состояние безопасности, Олег написал несколько отчетов с рекомендациями и стал беспрепятственно вхож к главе фирмы. Все шло как нельзя лучше, но через полгода владелец эмигрировал в США, а бразды правления компанией передал своему сыну. Молодой человек при личном знакомстве держал себя высокомерно, по американскому образчику закинув ноги на рабочий стол, он начал «учить» подполковника жизни. Олег поначалу пытался оставаться спокойным, но не выдержав менторских «хозяйских» наставлений по новому укладу, вспылил, поставил «молокососа» на место, за что и был незамедлительно уволен.

Оказавшись «на улице», Тоболин не отчаялся, и первоначально работу искать не торопился. Жил в свое удовольствие – читал книги, занимался физическим совершенствованием и путешествовал с дочерью по достопримечательностям Подмосковья. Но время неумолимо и безжалостно съедало небольшие остатки его денежных накоплений, надо было платить за двухкомнатную квартиру, помогать родителям, делать подарки дочери и на что-то жить.

В общем, через пару месяцев Тоболин плотно загрустил, сидел дома и пытался по объявлениям вычислить подходящую для себя работу. Именно в этот период один его бывший коллега предложил поработать вместо себя в холдинге «Межевразийское энергетическое объединение». Олег начал расспрашивать о компании, но сослуживец от подробностей уклонился и сказал только, что фирма порядочная, работал бы и дальше, однако не может по состоянию здоровья. Тоболин доверился коллеге, хотя на личном опыте уже успел убедиться, что честный частный бизнес в наших условиях практически невозможен и обеспечивать его безопасность дело достаточно обременительное.

В процессе прохождения тестовой беседы с участием гендиректора «МЭО», Тоболин сформулировал свое видение на организацию процесса обеспечения безопасности холдинга. При последующем обмене мнениями, несмотря на отдельные противоречия, Олег проникся уважением к принципиальным установкам «Генерального» и согласился работать во славу холдинга.

Так, 25 апреля 2006 года Олег Алексеевич Тоболин стал советником генерального директора холдинга «Межевразийское энергетическое объединение» по экономической безопасности.

Дальнейший инструктаж новоиспеченного работника проводил заместитель генерального директора Ляхов Алексей Богданович, который в общих чертах обрисовал ситуацию в дочерних компаниях «МЭО». При этом особое внимание акцентировал на казахстанском филиале в городе Атырау, где имелись некоторые проблемы с недавно зашедшими в холдинг партнерами.

По настоятельному совету Ляхова Тоболин на следующий день вылетел в командировку в Западный Казахстан, чтобы изучить обстановку на месте. Как, настоящий профессионал, Олег понимал, что гораздо эффективней сразу оказаться в самом проблемном месте компании и выяснить причины сложностей, чем сидеть в офисе и перекладывать прошлогодние отчеты предшественника.

Учитывая, что никаких материалов по предстоящей командировке ему не предоставили Тоболин, решил, что без связей в Атырау придётся сложно и перед вылетом успел переговорить по телефону со своим старинным другом экс-главой целиноградской контрразведки полковником запаса Максимом Николаевичем Рязанцевым.

26 апреля 2006 года (среда) – 09.00 Атырау

Еще в аэропорту Тоболин отметил, что криминогенная обстановка в Атырау не очень простая. Такие вещи, за время работы в АТЦ он научился распознавать даже по незначительным деталям. Когда он ожидал запоздавший по каким-то причинам служебный автомобиль, заметил несколько плотных ребят, сломанные уши которых выдавали бывших борцов. Некоторые из них подходили ко всем прилетевшим подряд, небрежно оттирая других частных извозчиков, и предлагали подбросить до города. Один из них, по-видимому, главный стоял посредине зала и что-то на повышенных тонах «втирал» аэропортовскому полицейскому. «Бомбила» временами оглушительно гоготал и по-приятельски, хлопал полисмена по плечу, а тот криво улыбался, напряженно оглядываясь по сторонам, но уйти не решался. Эта моментальная зарисовка из повседневной жизни Атырау подсказывала, что криминал в городе чувствует себя достаточно вольготно.

Тоболин, в период работы в КГБ СССР некоторое время курировал коллег из Казахстана и посещал по мере необходимости его территорию, но в Атырау советнику бывать не доводилось. Из оперативных сводок тех времен он помнил, что бывший купеческий Гурьев являлся одним из центров нелегальной торговли черной икрой. На географических картах город значился на берегу Каспийского моря в дельте реки Урал. На самом деле это было не совсем так. Река действительно рассекала город на европейскую и азиатскую части, а вот море находилось значительно ниже по течению Урала.

Внешне этот провинциальный город пока никак не подходил под статус современной нефтяной столицы Казахстана. Незадачливая архитектура в основном советского периода. Одна центральная улица, которая являлась градообразующей. Все остальное – нагромождение типовых кварталов и отдельных «строительных шедевров», отражающих разные времена существования города.

Территория, на которой был расположен офис «МЭО-Гурьев», находилась недалеко от аэропорта на автостраде ведущей в город. На ней также базировались дочерние фирмы атырауского филиала – ТОО «Арсенал» с таможенными складами и ТОО «Транзит» с автобазой. Здесь же находилась маленькая уютная гостиница со столовой.

При приближении к владениям компании складывалось впечатление, что посреди бурой солончаковой степи – создан некий рукотворный оазис. Вокруг офисных зданий зеленели многочисленные деревья, среди которых выделялись цветущие яблони и вишни, на клумбах просыпались ранние розы. Строения хоть и были типовыми, собранными из сборных деревянных конструкций, аккуратно выкрашены и оборудованы всеми видами современной связи и коммуникаций. Внутри зданий – такие же чистота и порядок. Чувствовалось, что управляет этим островком благополучия и ухоженности настоящий хозяин, который вкладывает в дело всю свою душу.

Директор ТОО «МЭО-Гурьев» – Толчинский Владимир Данилович при встрече старался произвести впечатление открытого, жизнелюбивого и шумливого хозяина, но тяжелый квадратный подбородок, упрямая складка у рта и колючий взгляд из-под насупленных бровей выдавали в нем человека жесткого и требовательного. Несмотря на свои пятьдесят семь лет, он был таким энергичным, что напоминал небольшую походную атомную электростанцию. Если бы советник не знал биографию Толчинского, то подумал бы, что Владимир Данилович бывший военный, так четко и грозно он командовал по селектору и отдавал громкие распоряжения на территории. Даже из рядовой выволочки шоферу за опоздание в аэропорт, Толчинский устроил грандиозный спектакль для окружающих. Распекал провинившегося во всеуслышание эмоционально жестикулируя и возмущаясь разгильдяйством и безответственностью. Впрочем, подчиненные видимо привыкли к такой манере общения директора и не обращали на это действо особого внимания.

Сыграв до конца свою роль в этом шумном, но плохо срежиссированном спектакле Толчинский, увлек Тоболина в свой кабинет и отдав распоряжения по обустройству московского гостя позволил представиться по своим полномочиям. Затем постоянно перебивая дотошно расспросил о жизненном пути советника и закидал вопросами о новостях в столице. Советнику было известно, что Толчинский, как один из акционеров компании прекрасно осведомлен о делах холдинга, но сделал вид, что не заметил этой маленькой уловки Владимира Даниловича и полностью удовлетворил его любопытство. Во время рассказа Тоболин пытался почувствовать реакцию собеседника, но постоянно перемещавшаяся в пространстве кабинета фигура директора, не позволяла рассмотреть его глаза и по этой причине нельзя было понять прошел советник проверку или нет.

Затем, директор пригласил Тоболина на территорию, где с нескрываемой гордостью показал все свое большое хозяйство, подчеркнув, что начинал работу с одного вагончика в степи. Рассказывая историю «МЭО-Гурьев» и знакомя советника с руководителями подразделений, Владимир Данилович успевал давать указания и устраивать разносы. При возвращении в офис Тоболин попытался приблизиться к цели своего появления в Атырау и выяснить, какие проблемы есть у филиала с казахстанскими совладельцами, но Толчинский внезапно потерял интерес к собеседнику и с головой окунулся в повседневные производственные заботы.

Советник не стал упорствовать по возвращению внимания к своей персоне, так как из всего предыдущего общения становилось понятным, что по данному вопросу Владимир Данилович получил соответствующие распоряжения от «Генерального». Не обращая внимания на суету директора Тоболин приступил к экспресс-оценке ситуации. Получалось не очень.

«Ляхов дает странное задание по оценке казахстанских партнеров, хотя их надо было досконально изучить еще до сделки, а Толчинский, креатура «Генерального» противодействует получению информации по данному вопросу, что черт возьми здесь происходит? Понятно одно, что от хитрована Толчинского многого не добиться значит придется переключаться на поиск других компетентных источников, которые смогут разъяснить суть разногласий между холдингом и его загадочным казахстанским партнером. Попутно необходимо изучить обстановку внутри и вокруг компании».

Приняв решение Тоболин, обратился к занятому текущими делами Толчинскому с просьбой закрепить за ним служебный автомобиль с водителем. Пока советник перемещался по офису в выделенный ему кабинет в мансарде здания, из приемной сообщили, что вопрос решен. Тоболин сделал пару телефонных звонков и по их результатам стал готовиться к встрече.

Через полчаса в офис «МЭО-Гурьев» вошел молодой человек в безукоризненном деловом костюме с черной кожаной папкой в руке. Тоболин, предупрежденный охраной, вышел к нему навстречу и провел в свой кабинет.

– Старший лейтенант Управления КНБ по Атырауской области Арман Ильясов, – представился молодой человек.

– Подполковник запаса ФСБ Олег Тоболин, – в тон прибывшему ответил хозяин кабинета и сразу же предложил, – Мы же с тобой коллеги, поэтому давай перейдем на ты?

– Боюсь мое руководство не одобрит такой фамильярности, да и у нас в Казахстане это не принято по отношению к старшим. Поэтому вы можете ко мне обращаться просто Арман, а я буду называть вас по имени отчеству.

– Хорошо, – согласился Тоболин, – но ты же не знаешь моего отчества?

– Олег Алексеевич, видимо вы давно уволились из Комитета. В нашем небольшом городе легко установить человека, прилетевшего единственным рейсом из Москвы, которого встречала дежурка «МЭО-Гурьев». Тем более, что о вашем визите я был предупрежден еще вчера.

Информация, полученная от молодого атырауского контрразведчика, была очень своевременной, так как позволяла советнику оценить расклад сил в городе и в окружении «МЭО-Гурьев». В заключение Тоболин хотел обговорить с Арманом способы связи и дальнейшее взаимодействие, но последний отказался, посоветовав прежде решить данный вопрос с руководством местного КНБ.

После визита контрразведчика советник вызвал машину и занялся изучением Атырау. Купив по дороге в первом же киоске карту города, он сделал остановку в американском ресторане «Андреевский», который контрразведчик рекомендовал ему для организации конфиденциальных встреч и пока для него готовили салаты, разложив карту на столе внимательно изучал и топографию города, и реакцию обслуживающего персонала.

27 апреля 2006 года (четверг) – 10.00 Атырау

После обязательной утренней пробежки Тоболин принял душ и позавтракал. Затем заглянул в офис заказал у диспетчера машину и поприветствовав Толчинского отправился в город. Посетив ряд «информативных пространств», советник провел несколько встреч с людьми, которых накануне «обозначил» Арман. Вернувшись на территорию «МЭО-Гурьев» ближе к вечеру, Тоболин пошел общаться с директором ТОО «Транзит». Встреча оказалась безрезультатной. Этот человек был местным и похоже очень зависимым от Толчинского. Многого незнакомому москвичу говорить не хотел. На вопросы отвечал неохотно и односложно. В довершение всего намекнул, что придерживается принципа – до Москвы далеко, а нам здесь жить.

После «пустышки» в «Транзите» советник пришел к заключению, что необходимо более тщательно подготовиться к встрече с директором «Арсенала» Киняевым Геннадием Геннадьевичем или как его величали за глаза подчиненные – Ген Генычем. Тоболин допускал, что это был его последний в этой командировке шанс получить хоть какую-то информацию о ситуации вокруг атырауского филиала и его взаимоотношениях с казахстанскими партнерами.

О последних пока было известно только то, что Тоболин почерпнул в интернете на деловом портале.

«ТОО «Шельфконнект» – проектный таможенный брокер, основано 6 июля 2002 года для обеспечения компаний, работающих в нефтегазовом секторе Казахстана с полным комплексом таможенных и логистических услуг, обеспечивая при этом полный, прозрачный, надежный и быстрый сервис.

Компания имеет 8 офисов по Казахстану (Алматы, Астана, Атырау, Актау, Тенгиз, Актобе, Кызыл-Орда, Баутино) с общей численностью персонала более 165 высококвалифицированных специалистов в области таможенного дела и транспортных услуг.

ТОО «Шельфконнект» обслуживает более 60 проектных клиентов и является официальным таможенным брокером «Казахстанско-Американской нефтяной компании» (КАНК) и «МетроКазОйл» с 2003 и 2002 годов соответственно.