Да! Вы можете быстро выучить любой язык, научиться эффективно учиться и обучать

Освещаемые темы:

Как научить себя учиться

"Самый быстрый и безошибочный в мире" Михаил Шестов предлагает самый быстрый и безошибочный метод изучения английского языка

Реальность и мифы, распространяемые представителями частной и государственной "обучающей индустрии"

100 методических советов прогрессивному преподавателю и неспособному ученику

Сравнительный анализ теории и практики традиционных способов безусловного запоминания, сохранения и свободного использования больших объемов информации, людьми любого возраста и кардинально нового, разработанного Михаилом Шестовым

Практические рекомендации по выбору наиболее эффективно работающих школ и курсов

ПРЕДИСЛОВИЕ

Михаил Шестов и Олег Попов к моменту беседы знали о существовании друг друга. Ещё будучи студентом МГУ и работая в Москве, М. Шестов, щедро наделенный от природы не только талантом педагога, но и прекрасным чувством юмора, часто бывал в "Клубе 12 стульев" "Литературной газеты" и "Зеленом портфеле" журнала "Юность", где тогда же публиковался и Олег Попов, киевский писатель-сатирик и "серьезный" журналист. Ну, а о Михаиле Шестове в журналистских кругах знали все. Ибо немного людей, которые, не достигнув третьего десятка, четырежды попадали в легендарную Книгу Гиннесса и другими подобными изданиями с выдающимися достижениями, причём из разряда "интеллектуальных" и непосредственно касающихся журналистики.

Однако личное знакомство создателей этой книги состоялось весьма далеко от подмосковных берёзок – в Нью-Йорке. Тогда Олегу Попову, редактору одной из русских американских газет, удалось первому из нью-йоркских коллег взять обстоятельное интервью у заезжей знаменитости – "самого быстрого и безошибочного в мире" специалиста по работе на компьютере с применением текстового редактора, автора «самого быстрого и безошибочно-логичного в мире» метода изучения иностранного языка. Интервью не только привлекло внимание читателей, но и окончательно убедило М.Шестова, что именно Нью-Йорк – самый большой по числу русско-говорящего населения город мира за пределами СНГ – должен стать местом пребывания штаб-квартиры института Шестова, уже имеющего филиалы в нескольких штатах США, в Дании, в России, других странах мира, где обучают по системе Шестова.

С тех пор О.Попов держал в поле зрения деятельность М.Шестова и даже предложил Михаилу не хранить за семью печатями основные идеи своего метода, а поделиться частью know-how c широкими массами. Почему? Дело в том, что метод Шестова уже давно и не в меру активно используется его отдельными "последователями" без согласования с автором и, естественно, в неполном и зачастую значительно искаженном виде. Поэтому назрела необходимость изложить основы метода Шестова в его авторской интерпретации.

Готовясь к беседе с Михаилом Шестовым, Олег Попов ознакомился с читательскими письмами в редакции нью-йоркских газет, касающимися метода Шестова, и с откликами на его предыдущую книгу, посвященную изучению русского языка говорящими на нём, но живущими в отрыве от его ареала, в иммиграции. Прослушав запись состоявшейся беседы, её участники согласились, что она представляет готовую основу данного издания.

Вот так и родился лежащий перед вами печатный труд, на который Михаилу Шестову потребовалось несколько часов и… вся жизнь. Жизнь, отданная им, без преувеличения, благороднейшей задаче – помочь людям общаться на иностранном языке так же свободно, как на родном. Возможно ли это – преодолеть языковой барьер по системе Шестова человеку средних способностей и среднего, и даже более, чем среднего, возраста? Да, реальная практика применения системы убедительно об этом свидетельствует. Как же этого добиться?

Во-первых, для начала, нужно, наверное, прочитать эту книгу. её автор, редактор и издатель уверены, что она станет путеводителем к успеху для всех, кто заинтересован в изучении языка. Во-вторых, следует настроиться на не тяжелую, и уж тем более не изнурительную, но непременно серьёзную работу. Ведь не случайно в качестве эпиграфа к будущей книге сам Шестов предложил фразу, предваряющую нашу первую главу. Прочитайте её внимательно и… добейтесь успеха!

Любой иностранный язык лучше учить всерьёз, все его виды, или … вообще даже не браться за это неблагодарное дело. Михаил Шестов

Рождение сверхновой

Итак, начнём… с начала всех начал.

Как родилась Ваша абсолютно оригинальная, можно сказать, сверхновая педагогическая система?

Мой метод родился в то время, когда я обучался на курсах военных телеграфистов для подростков и впервые обратил внимание на резкое улучшение моего уровня владения устной и письменной формами русского языка благодаря занятиям интеллектуальной машинописью. Будучи по натуре дотошным чуть ли не до тошноты, я додумался тогда же до кардинально новой исходной позиции рук на клавиатуре.

Это ускорило мою работу настолько заметно, что вначале насторожило, а затем и расположило ко мне начальство, а впоследствии помогло моему карьерному росту. Маршалом, правда, я за время срочной службы так и не стал, но сумел "пока шла служба" не только выспаться, но и заложить сразу несколько краеугольных камней моей будущей педагогической системы "Как Научить Себя Учиться и Обучать" – метода обучения языкам и другим интеллектуально-моторным навыкам, который основан на новых педагогических принципах, рожденных тысячами часов редактирования текстов на многих европейских языках и "игры" на различных клавиатурах.

Кто

научил Вас учить

так, как до Вас никто никогда никого и нигде не обучал – подобным методом и с подобной эффективностью?

Первым успешным учеником системы Михаила Шестова стал… сам Михаил Шестов. Благодаря системе я не только улучшил свой русский, но и довёл (не побоюсь показаться нескромным) до блеска работу военного телеграфиста. За считаные недели мне вдруг удалось добиться чёткости и безошибочности движений на клавиатуре телеграфного аппарата, которые не дались мне после восьми лет музыкальной школы.

Я даже победил на нескольких республиканских конкурсах солдатов-пианистов и специалистов по скоростному приёму и передаче азбуки Морзе.

Окрылённый успехом после этих побед, я решил освоить, в придачу к русскому, какой-нибудь иностранный язык.

Поскольку до армии я так же, как и многие читатели, безуспешно пытался изучать в средней школе английский язык, демобилизовавшись, я нанял репетитора – доктора наук, профессора, зав. кафедрой романо-германских языков пятигорского института иностранных языков (иняза).

Но… ему после года (!) напряжённой работы со мной так и не удалось, увы, реально улучшить мои познания в языке, на котором общаются, в числе прочих, жители Америки и Великобритании.

Со свойственным молодости упрямством я решил не отступать и через несколько месяцев попробовал со второго захода освоить если не язык, то хотя бы латинскую машинопись. Первые результаты были весьма плачевны.

Несмотря на то, что я в то время уже мог написать и отредактировать в день до 150 страниц текста на русском (проходя обучение в МГУ на факультете журналистики и подрабатывая на жизнь редактированием чужих диссертаций), всё, что мне удалось при выполнении первой диссертации со смешанным англо-русским текстом – это напечатать 12 страниц за 18 часов, причём с 20-30 незамеченными ошибками на каждую тысячу знаков! То есть быстрые движения пальцев и немалый опыт работы на родном языке мне не только не помогли, но и каким-то непостижимым образом воспрепятствовали быстрому освоению нового навыка.

Мне пришлось возвратить работу заказчику, который, естественно, высказал что-то вроде: "Обещали рекордную скорость… Да я бы одним пальцем больше успел написать…" – и… снизив скорость работы с новыми символами до минимума (один знак – в две-три секунды), выработать единый принцип работы на двух разных языках.

Самое трудное было при этом – работать медленно, разрабатывая стандартные (как позже выяснилось, единственные в мире) движения пальцев и метод безошибочного считывания плюс скоростной переработки любой символьной информации, что потребовало невероятной усидчивости и отобрало почти четыре месяца. Зато в процессе этой, весьма болезненной, операции над собой мне и удалось изобрести первую оригинальную обучающую систему Шестова. Хотя она была довольно громоздкая (по времени и тяжести освоения), но все-таки эффективная, во всяком случае для самого автора.

Дальше события развивались следующим образом…

Поскольку эпоха компьютеризации только что наступила и об электронном устройстве, позволяющем свободно набирать информацию, переходя с одного языка на другой, приходилось ещё только мечтать, я (продолжая работать корреспондентом и литературным редактором, как тогда говорили, в "центральной прессе") начал помогать аспирантам языковых вузов "доводить до ума" их диссертации с помощью двух обычных пишущих машинок – одной с русской, второй с латинской клавиатурой.

Это, как вы сами понимаете, было крайне непроизводительно. Тут-то я и обратил внимание, что выполнение (копирование и беглое редактирование) смешанных текстов (например, когда встречается цитата из Шекспира, а затем идёт её перевод с грамматическими комментариями) начало оказывать весьма благотворное воздействие на улучшение моего уровня владения письменным английским.

Причём работа с грамотными английскими текстами, написанными профессионалами, и мои постоянные попытки их редактировать – трудно от этого удержаться, даже если обязался отредактировать лишь русскую часть! – привели к развитию у меня немыслимого доселе навыка – профессионального редактирования текстов на языках, устной формой которых я абсолютно не владел.

Почему "языках"? Дело в том, что прошёл слух, что существует специалист, который работает с невероятной скоростью на "латинской" клавиатуре. И ко мне стали обращаться десятки ученых с просьбой "попробовать" им помочь. И не только в безупречном копировании текстов на родном языке Киплинга и Маргарет Тэтчер, но и на языках Гёте, Робеспьера, Сервантеса, Феллини, Гашека и т.д.

Освоение работы на немецком заняло у меня примерно месяц. На испанском – две недели… Процесс все ускорялся и облегчался. После того, как мне удалось освоить работу на французском за один день (не редактирование, конечно, а копирование), страх – "а вдруг в этот раз не получится" – перед началом работы над первой строчкой на новом для меня языке плавно перешёл в желание "коллекционировать" работу на любой клавиатуре.

Как мне сейчас понятно, именно в это время мне и удалось – тогда ещё скорее интуитивно, чем осознанно – понять, каким образом можно осваивать, разрабатывать, формировать, улучшать, модифицировать, быстро менять на новые прочные (то есть не поддающиеся изменению), обычно вырабатываемые годами условные интеллектуально-моторные рефлексы, которые управляют сложными комплексами движений пальцев, рук, голосовых связок, мышц рта и т.п.

Научившись сам, я начал учить других

Когда я начал пытаться обучать своей системе работников интеллектуального труда – очень много попыток предпринял, – пришёл к очень плохим результатам. По установившейся традиции, пришлось выслушивать многочисленные иронические, а подчас и язвительные уколы вроде тех, что "работать умеете, а обучать – нет".

Тогда я решил взяться за дело серьезно: отложил в сторону все учебники, сократил до минимума свою журналистскую деятельность и попробовал сконцентрироваться на обучении одного-единственного, как я полагал и продолжаю полагать, весьма неспособного ученика – Михаила Шестова.

Я попытался разыграть из себя абсолютного новичка, вжиться в роль рядового студента, изучающего на этот раз работу на японской клавиатуре "Катакана". Но обучение я попробовал вести не по частям1, а бегло, "начерно", но всё вместе (все "азы") таким образом, чтобы в течение трех-четырех часов передать студенту два основных элемента моей системы – правила работы со всеми символами и общую стратегию редактирования.

После двух-трех месяцев напряженных размышлений и бесчисленных безуспешных попыток дело пошло. Почему опыт удался? До сих пор не понимаю. Осенило?..

Известный просветитель, академик И.Моисеев, позднее подсчитал, что на разработку методики подобной новизны и эффективности2 большой группе специалистов в обычных условиях не хватило бы и столетия.

Но… у меня почему-то получилось гораздо быстрее.

Далее мне удалось "вычислить" эффективную схему обучения работе на клавиатурах больших групп студентов и … преподавателей моего метода (специалисты-компьютерщики позже подбросили мне научные термины, описывающие то, чего мне удалось в тот момент добиться – "разработать уникальную систему профессионального тиражирования работоспособных обучающих структур"). Это и послужило причиной появления первого информационного сообщения ТАСС о моем методе.

Каким образом освоение навыков «Интеллектуальной машинописи» по системе Шестова влияет на скорость и качество процесса совершенствования в родном или иностранном языке?

Кратко отвечая на вопрос, поясню, что впервые описанный мной феномен пальцевой памяти и эффективность его использования в процессе совершенствования в языках теперь подкреплены статистически.

Около 10000 человек прошли очное обучение по моему методу, причём это были далеко не самые способные ученики. Формулировка идеи, на которой строится любой из моих курсов, звучит следующим образом:

если обучаемый в состоянии тщательно произносить (диктовать самому себе) буквы и слова незнакомого языка, простое копирование десятью пальцами параллельных текстов на родном и иностранном языках не только автоматически развивает спеллинг, но и непостижимым образом (если человек знает, хотя бы в общих чертах, базовые элементы моей системы "Как научить себя учиться") воздействует на улучшение уровня знаний в области грамматики.

И с того момента, когда хорошо поставлено произношение, он формирует и превращает в "никогда не прекращающуюся интересную игру" подсознательное желание мозга совершенствовать также и навыки устной речи и, по большому счету, совершенствовать интеллект.

Многие из вас хорошо знакомы с моим мнением, что нынешняя почти поголовная безграмотность – неумение большинства жителей даже развитых стран (не говоря уже о наших соотечественниках, вынужденных учить "этот ужасный английский") грамотно записывать свои мысли – может быть побеждена при обучении человека любого возраста слепому десятипальцевому методу письма на клавиатуре компьютера. По моей системе это занимает не более 24 часов, по любой другой – сотни.

Это и есть главная изюминка моего метода, и механизм его так же абсолютно нов (что подтверждено патентом на мое имя), как и абсолютно несложен:

при выработке норматива движений пальцев в том же режиме начинает работать зрительный аппарат, считывающий информацию, а режим этот означает внимательное, безошибочное считывание каждого слова как целиком, так и по буквам.

Постепенно, как бы сама по себе, воспитывается рефлекторная – зрительная, механическая – грамотность, и тогда специалист, сам того порой не замечая, превращается из "набивальщика текста" в корректора и редактора, причём, как письменной, так и устной речи…

И все это, повторяю, легко, то есть без усилия воли, автоматически. В объяснении получается даже сложнее, чем в жизни…

Когда я обучаю человека писать по-английски или по-русски, в мою задачу входит не только (и не столько) научить его навыкам работы на компьютере, но, прежде всего, добиться от него высокой грамотности письма. Что, в свою очередь, после того, как завершена выработка очень близкого к эталонному уровню произношения, многократно ускоряет и облегчает процесс совершенствования разговорной речи. То есть трансформирует первоначально простое желание говорить все более "красиво"– грамматически и синтаксически правильно – в безусловный рефлекс-привычку, "чувство языка", подчинение которой начинает просто приносить удовольствие.

Достижима ли, по Шестову, грамотность в "китайской грамоте"?

Что подразумевается под "высокой грамотностью письма"?

В процессе изучения различной методической литературы и практического обучения я пришел к выводу, что лишь примерно у одной сотой процента всех людей каким-то непостижимым образом формируется в начальных классах средней школы так называемая "абсолютная грамотность".

Абсолютная грамотность – это явление, когда человек, который не помнит, как правильно написать то или иное слово, берет ручку и пишет два-три его варианта, после чего употребляет наиболее "правильный" вариант.

Как указывал Василий Александрович Сухомлинский, феномен "абсолютной грамотности" (далее АГ) формировался у детей, которые писали рукой более стандартизировано, то есть у тех, у кого выработался каллиграфический почерк. Эти малыши, как правило, вырастали в хороших специалистов в различных областях и становились не только хорошими химиками, инженерами или математиками, но и незаурядными лекторами и собеседниками.

Это и навело меня на мысль использовать банальное письмо на машинке как средство развития АГ. Результаты привели в изумление меня самого, не говоря уже об экспертах из Госкомитета по информатике.

При точном следовании моему, слегка отличающемуся от обычного стандартизированному способу письма, я наблюдал быстрое (за 20 часов!) развитие стойкого негативного отношения к любой ошибке, как устной, так и письменной, – практически у каждого ученика.

То есть как только мне удавалось наладить прочные причинно-следственные связи между обеими формами речи, у человека возникала привычка как переговаривать первоначально неправильно сформированные предложения, так и переписывать оные. Точно таким же образом, как это делает любой мастерски владеющий языком филолог, редактор, переводчик и т.д.

Причём, как я уже говорил, вырабатывается грамотность даже в незнакомом языке. Иными словами, можно научиться грамотно писать на языке, на котором вы не говорите.

Таков феномен пальцевой памяти!

Какой язык Вам дался труднее всего?

Профессионально я могу общаться и редактировать тексты на десяти языках. А после нескольких часов тренировки примерно ещё на тридцати. Итого, около сорока языков.

Но, пожалуй, самым сложным для меня является фарси. Потому что, набирая текст на фарси, надо между словами дважды нажимать на пробельную клавишу. Это сбивает с ритма…

Ну, а если серьезно, мой метод действительно, уже сейчас, позволяет быстро выработать грамотность в любом языке, у которого письменность буквенная (по-научному, знаковая).

Что касается «иероглифической безграмотности» уже теоретически решил и эту проблему. Но… Честно признаюсь, я никогда не работал на ну очень большой китайской клавиатуре, которая имеет более 160 клавиш! Да, и изучение языка с её помощью ускорить будет крайне сложно, ведь рекорд мира по работе на китайском лишь 25 иероглифов в минуту…

Влияние "примитивного" и "десятипальцевого" методов на повышение грамотности

К сожалению, большинство детей работают одним-двумя пальцами. А дело в том, что если ученик не использует все десять пальцев, мозг (который, как вы понимаете, и является основным "действующим лицом", то есть все зависит от четкости и скорости переработки им информации) развивается, в своем роде, несбалансированно.

Невзирая на огромное количество различных школ, которые обучают письму на клавиатуре, процент людей, прошедших в них полный курс и действительно освоивших "слепой" десятипальцевый метод машинописи, ничтожен (не более 10-15% от числа поступивших).

Иными словами, тот, кто умеет работать, используя все пальцы, имеет хорошие шансы выработать АГ в родном или иностранном языке, даже не прилагая к этому особых усилий.

Почему никому не удалось разработать ничего подобного?

Кое-кто пытался и пытается это сделать. Например, в некоторых датских школах педагоги начали применять машинопись при обучении родному и иностранному языкам.

Четыре основные составляющие

Первыми тремя являются:

уши

глаза

речевой аппарат, проще говоря, рот, который, по мере развития артикуляционных способностей (навыков ведения разговора), начинает – как это происходит у любого ребенка – все лучше и лучше имитировать речь окружающих.

пальцы – путём выработки норматива движений – превращаются в четвертый орган по усвоению как устной, так и письменной текстовой информации.

Примечательно, кстати, что индусы называют пальцы "Второй мозг".

Используя стандартизированные движения в десятипальцевом методе, Шестову удается вывести человека на такой уровень, когда первоначально выработанное, "навязанное" преподавателем желание самосовершенствоваться по типу "лингвиста/литературного редактора/корректора" превращается в потребность, а в дальнейшем переходит на подсознательном уровне в автоматический процесс.

Основываясь на многочисленных, в том числе и моих, исследованиях можно считать вполне доказанным, что каждая рука у человека связана с одним, конкретным, полушарием мозга.

Поэтому во время публичных демонстраций своего стиля работы я и могу делать то, что производит очень сильное впечатление на аудиторию, а многим даже кажется просто невероятным! Продолжая работать на каком-либо европейском языке без незамеченных ошибок (то есть какая-то часть моего мозга продолжает безошибочно считывать информацию и передавать её на руки для последующей трансформации в улучшенный текст), я одновременно отвечаю на вопросы слушателей.

Другими словами, я пришел к выводу, что "стандартизировано-сбалансированный" стиль работы на клавиатуре развивает мозг таким образом, что каждая из его частей явно начинает проводить интеллектуальную работу независимо от другой!

Это, естественно, ведет к тому, что в то время, когда мой ученик не сидит у компьютера, а, к примеру, готовит борщ, часть его мозга, которая была задействована во время обучения работе на клавиатуре, продолжает работать над совершенствованием уровня владения родным или иностранным языком (в зависимости от того, на каком языке конкретный человек прошел базовое обучение по системе Шестова). А другая часть мозга в это же самое время активно воспринимает информацию из рецепта приготовления борща.

Чтобы проверить, как работает мозг Михаила Шестова, мы отправились с ним в Центр патологии речи и нейрореабилитации. […] Тест пройдут двое мужчин. Первый – Михаил Шестов. Второй – человек, который во многом похож на Шестова… Если отличий не окажется, то наш Человек-автомат всего лишь супер натренированный спортсмен. Мы отправили двух мужчин на томографию. Только так можно увидеть, что происходит в мозге, когда пальцы выполняют сверхзадачи….

Что же зафиксировал томограф в недрах мозга Шестова? В мозге обычного человека зон, которые активизируются во время работы пальцев, всего несколько. В основном горят корковые области, а не подкорковые.

Мозг Михаила Шестова почти весь пылает красным цветом. Очень активен мозжечок, а также затылочные области с обеих сторон.

У обычного человека при скоростном печатании задействуется сначала подкорка, потом – кора головного мозга. Оттуда уже сигналы идут к нервам. А от них – к мышцам. У Михаила Шестова мозг действует по-другому: сигналы идут к нервам сразу от подкорки головного мозга, минуя его кору.

Выдержка из передачи «Супертело, Супермозг». Первый канал. Отредактировано.

Сложно ли освоить профессиональные навыки работы на компьютере?

Элементарным вещам научиться довольно просто, если вас обучает профессионал. А если же преподавателю и вам не удалось за один день начерно пройти через все базовые элементы одного из основных "текстовых редакторов", на втором уроке информация уже начинает поступать в другой "архив" мозга, поэтому кое-какие абсолютно необходимые при практической работе факты и термины будут вспоминаться быстро, а другие медленно.