- -
- 100%
- +
Дизайнер обложки Леонид Леонидович Шевцов
© Леонид Шевцов, 2024
© Леонид Леонидович Шевцов, дизайн обложки, 2024
ISBN 978-5-0060-8559-6
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
Рассказ
Вот кто придумал, что «детство беззаботное»? У меня их, забот этих, была просто охапка. Каждый день появлялась куча новых. Зато точно счастье состояло в том, что все эти заморочки, или почти все, были мною разрешимые. Про большинство из которых родители даже не знали. Я сам с ними разбирался.
В этом было особое удовольствие, потому что я себя ощущал почти ничем не уступающим взрослым: самостоятельным и успешным. Разве что не целовался с девчонками у всех на виду… Да, скорее всего, в то время ещё совсем не целовался. А так, что касалось большинства остальных вопросов, то никакой разницы я не видел! Ну, как мне тогда казалось.
К тому моменту, о котором я сейчас расскажу, я был вполне зрелым пацаном: мне было двенадцать, и я тогда уже знал, откуда дети берутся. По моим наблюдениям они появлялись у тех дядь и тёть, кто много целуется. Во всяком случае, такая устойчивая взаимосвязь очень бросалась в глаза.
Наверно мне было тогда ещё не до девчонок. Но тяга к совместному общению у меня уже сильно обозначилась. И многое, что поднималось при виде симпатичной девчонки. Где-то там, глубоко внутри, что-то начинало шебуршиться и глупить… И дёргать меня как за ниточки без личного на то желания. И я был похож рядом с ними на клоуна с причудами.
Впрочем, сейчас не об этом…
Ну, так вот, был у меня очень замечательный приятель – Мишка, который младше меня на год, и считал меня «Всезнайкой». И, несмотря на свою бесшабашность и рисковые проказы, из-за чего он часто оказывался в детской комнате милиции, но именно я для него являлся большим авторитетом и ведущим заводилой многих наших подростковых начинаний.
Мы были как родные братья. Всё лето проводили вместе за играми, рыбалкой и развлечениями, и прочими важными делами. В общем, за всем тем, что и называется настоящая жизнь! Ну, если не жизнь, то летние каникулы!
В эту ночь мы планировали пойти на рыбалку.
В нашей полноводной и большой реке в основном ловилась крупная рыба. Чаще всего это были карпы, который достигали веса до двадцати килограмм. Когда такого поймаешь, то хрюкал как поросёнок, да и размером он почти как тот. Сами вытащить такого мы бы не смогли, потому как сил на подобного «кабанчика в чешуе» попросту не хватало. А вот та рыба, что была поменьше хотя бы килограмм восьми, как раз такая для нас, пацанов, уже являлась желанной и ценной добычей.
Сам я с юга России, и у нас там существовали свои какие-то прижившиеся словечки. И в нашей местности всем известного карпа именовали «ко́роп», «коропчу́к». Поэтому и я буду дальше иногда его называть именно так, а вы постарайтесь не очень строго, а, как сейчас модно говорить, толерантно (пожалуй, тут этот термин имеет самое уместное применение) отнестись к привычным в разных областях словам: Россия – она ведь большая, и всех своих людей добром и любовью привечает, и за язык и говор совершенно точно никого не осуждает.
Иногда нам с Мишкой везло. И тогда мы могли после сильной поклёвки, когда закидушка заверещит громко и радостно над рекой, выудить крупную рыбину даже до десятка килограмм. А чуть меньше, так и вообще вытаскивали постоянно. Без добычи с рыбалки редко оставались. А если приходили пустые, то, значит, продали её по дороге. От хозяек, желающих её купить, отбою не было.
Расскажу вам немного про то, что я знал наверняка лучше, чем о девчонках – это про ловлю карпа. Тут я точно клоуном не был.
Когда он клюнет и заглотит крючок, то обязательно уколется им. А уколовшись, испугается от неожиданности и метнётся куда подальше. В этот-то миг затрещит катушка. И это значит, что карп на крючке и прочно за него зацепился.
Вот теперь-то и начиналось то трудное дело, что и называется «рыбалка» – вытянуть этого упёртого как осёл «речного кабанчика» до себя. И только когда карп оказывался в рыбнице, тогда он и считается пойманным. А это у рыбаков получалось вовсе не каждый раз.
И чтобы подвести, подтянуть его к себе, приходилось с ним бороться и поступать по-умному. Нужно его потаскать вперёд-назад пока он вдалеке. То подтянуть, то попустить немного. И стараться только так, не торопясь, её вываживать, чтобы дать ей измотаться.
А когда подтаскиваешь, а она ведь строптивая, упирается, поэтому нужно быть сильными пацанами, чтобы с ней справиться. И знать, что надо делать, чтобы её изнурить, и как с ней обращаться при вываживании.
Но короп тоже с головой. А вы что думали? Это уж поверьте мне. Точно вам говорю, что ума у него поболее, чем у мишкиной собаченции будет. И что только Мишка держит эту «визглю-писклю»? Да, ладно…
И она – не собака Михина, а рыба – прикидывается и показывает, что устала и тянется после такой борьбы тяжёлой колоша-колошей.
С ней так «бодаться» можно целую вечность. Уж все десять минут – это точно, а то и двадцать, пока ты её к мостику подведёшь и на него поднимешь.
А когда подтащишь коропа к своему мостику, вот тут-то предстоит самое ответственное дело – захватить его в подсачник и вытащить на настил.
Когда эта хитрюга оказывался совсем рядом, и стоило ему только приподнять морду и дать вздохнуть глоток воздуха, короп, как пришпоренный коняка, становился на дыбы, начинал бить хвостом и рваться, и улепётывал в обратную от мостика сторону, причём с неимоверной скоростью, утягивая за собой удилище.
Часто карпу удавалось, и он срывался с крючка. Такой вот «облом». Хорошо знакомое всем рыбакам ощущение. Мне даже один раз на эту тему строчка стиха в голову пришла:– «Близка́ была рыба, да ты не рыбацкого пошиба», когда у кого-то из ближайших к нам рыбачков добыча сорвалась с крючка возле самого мостика.
Дальше, правда, стих писать не стал. Не моё. Там, в стихах, люди про «шуры-муры» сочиняют, «любовь-морковь» всяко-разную. А я что? Стал бы писать про «рыбалку на русалку» что ли? Как-то, на мой взгляд, так подставляться при нашем-то основательном опыте было бы совсем глупо. Ведь нас, даже ещё совсем мальцов, а уже тогда наши старшие мужчины: братья, отцы наши с Мишкой и дядьки, и дед, частенько брали с собой на рыбалку. А стихи писать вот никто не учил. Да и кто будет деньги тратить на всякие плаксивые стишки? Только девчонки, да и то вряд ли!
Так вот. Если короп большой, то иногда мог та-а-ак дёрнуть, что вырвать спиннинг из рук. И тогда тот, торча в воде как поплавок, на стремительной скорости начинал уплывать к противоположному берегу.
Но, где-то на середине широкой реки, удилище останавливалось и плавало на воде. Это значит, что умная рыбка, пока она удирала, то, невероятным образом, сумела освободиться от крючка. И вот ведь фокус в чём – в этом необычайном умении освобождаться во время той борьбы и выплёвывать вонзившиеся во рту крючки! А такой способностью обладают все эти коропчуки…
Я же говорю вам – головастая рыбина! Умная и с поразительными умениями! В общем, таких ловить – это совсем непростое занятие, как некоторые думают!
А бывало иногда, когда какой-либо рыбачок так крепко держал своё удилище, что от неожиданного рывка крупного» кабанчика», он сам резко слетал в воду под громкий хохот всех окружающих «специалистов», которые наблюдали его борьбу с добычей.
– Кто ж так делает, рыбоед? – было самой мягкой фразой, которую можно в тот момент услышать, после такого фееричного полёта.
Ну, и естественно, «добрые» и своевременные советы:
– Хватай его… вон он… вон он, к другому берегу рванул, только пятки сверкают… За ноги хватай, за ноги!.. – И прочие небезразличные рекомендации «болельщиков».
Ну а рыбачку-растяпе опять оставалось лишь плыть совсем неблизко за своей снастью.
Так что нам с Мишкой доставалась добыча помельче, которая, к тому же и вела себя не столь своенравно и не обладала подобной силищей. Тогда мы с такой рыбой, поменьше размером и весом, могли отлично справляться. На нашу долю её хватало. И ловилось её нами даже больше, чем у многих других рыбаков.
Дома улову были всегда рады, потому как рыба ещё живая, и мясо «на пожарить» у неё молодое, нежное, чуть сладкое и без мелких косточек, которыми приходилось бы плеваться.
Тот кто как, а мы с Мишкой только так и делали, если не в гостях. Ну а как ещё, чтобы мелкие кости в горле не застряли, пока ты там с ними возюкаешься? А с этой рыбой всё получалось культурно: засунул пальцы в рот и быстро вытащил крупную косточку.
Очень важно ещё и то, что домой она доставалась совершенно бесплатно. А это тоже имело большущее значение. Известное дело – когда детей в семье много, то зарплатных денег всегда мало! А у нас на юге даже соседские дети как свои, и кормить приходилось всех и каждого, когда в чьём-то доме обед заставал детвору во время игры.
Я зачем вот так подробно это всё рассказываю? Да затем, чтобы было понятно, что мы с Мишкой к тому моменту были серьёзными и ответственными в этом деле пацанами, и старательно зарабатывали либо почёт и уважение сверстников и сверстниц, а также их родителей, либо небольшие, но честные «пиастры» на мороженое или лимонад. Или на то и другое сразу: на всё хватало, и на семечки в придачу. Если поймаем, то будем дома в почёте, как добытчики. Ну, или продадим, пока возвращаемся, по пятьдесят копеек за кило рыбы. Определять вес своей покупки хозяйки, особенно молодые, умели, как правило, «на глаз». И мы им верили и не торговались.
А ещё, с вырученных денег, нашим мамкам и на молоко хватало, краюху пышного свежего белого хлеба и на Докторскую колбасу. Даже на это можно было им подкинуть, чтобы показать, что мы тоже не «фу-ты ну-ты, местные шалопуты». Полтора-два рубля раз-другой в неделю всегда можно было потратить за счёт нашего рыболовного промысла.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.