Сын обетования. За право быть собой

– Генерал уже допросил и меня, и моих друзей. Не о чем нам говорить. Я все сказал. Мы совершенно не при чем. Доказать обратное ты не сможешь.

– Смогу, – спокойно ответил Арм. – Поэтому и предлагаю поговорить.

Усмехнувшись, Каэл обвел взглядом притихших ребят и нехотя кивнул.

– Ну хорошо. Мне интересно послушать, что ты там себе напридумывал.

На улице стемнело, ветер стих и пошел крупный мокрый снег. Некоторые старшие офицеры уже стягивались в столовую. Обойдя казармы, за которыми находилась кузня, Фаррам прошел до учебного корпуса и, убедившись, что их никто не видит, поманил Арма.

– Здесь есть закуток в углу. Там нас никто не увидит и не услышит.

Держа ладонь на рукояти, Арм оглянулся на теплые окна преподавательской и решительно пошел за Каэлом.

Закуток, о которому говорила Фаррам, действительно ниоткуда не просматривался. Шагнув в темноту, они оба словно пропали.

– Ну, говори, – снисходительно разрешил Каэл, и, судя по звуку, повернулся к Арму лицом.

– Мальчик был в сознании, когда я его нашел, – ответил Арм. – Он слышал ваши голоса и узнал твой. И предупреждаю сразу: добраться до него у тебя не выйдет. Лекарь лично отвезет мальчишку в замок. Тот приходится ему дальним родственником.

Каэл хмыкнул и молчал так долго, что Арм начал терять терпение.

– Надо полагать, ты уже доложился генералу? Такой хороший повод от меня избавиться…

– Нет. И не стану.

– Дай угадаю… – усмехнулся Фаррам. – Хочешь, чтобы я оставил тебя и остальных в покое, верно?

– Да. Мне кажется это хорошая сделка.

– А если я откажусь? Думаешь, мой отец не сумеет замять это дело?

– Может, да, может, нет. Только это никак не изменит того, что из-за наших разногласий пострадал и едва не погиб мальчик, почти ребенок.

– Я этого не хотел, – холодно произнес Фаррам. – Да и твоей смерти тоже. Только проучить.

– За что? За то, что раз за разом побеждал тебя в круге?

– И да, и нет. Я просто не люблю вранье. А ты врешь. Только дети Ведущей имеют право нарушать возрастное ограничение, но не нищеброды. Метрика поддельна, просто тебе кто-то помог, поэтому доказать я ничего не могу. Как и вышвырнуть тебя прочь – нет повода. Так что остается только вынудить уйти. Как и других, например твоего дружка Эндэма. Знал бы ты, кто он, не стал бы с ним якшаться.

– Моя метрика тебя не касается, – вложив в голос немного угрозы, ответил Арм. – Для проверок и решений есть генерал. И заставить меня уйти ни ты, никто другой не сможешь. Я уйду сам и тогда, когда захочу.

– Именно поэтому нам и не ужиться в одном звене, Валлор. Ты не понимаешь, что на уставе жизнь не заканчивается. Через пару лет мы все выйдем отсюда, и каждый займет положенное ему место, поэтому глупо и опасно строить из себя господина и превозноситься над теми, кому ты рожден служить.

– Вот, значит, как ты все понимаешь? – хмыкнул Арм, надеясь не выдать замешательства. – А по мне, так поддаваться более слабому противнику, будь это хоть сам генерал, значит унизить его в глазах остальных. Нельзя научиться чему-то, не прилагая сил. Я так думаю. А что до жизни, то она полна неожиданных поворотов. Генерал Лафаст был сыном кузнеца, если ты позабыл. И он тоже поступил в Академию раньше положенного срока. И таких примеров множество. Как по мне, не стоит смотреть свысока на тех, с кем свела судьба. Ведь от выбора кого-то из них однажды будет зависеть твоя собственная жизнь. Разве можно рассчитывать на верность того, кто был тобой презираем?

– Толково говоришь, – в голосе Фаррама послышалась улыбка. – И складно. Но в отличие от тебя, правдолюб, я видел столько, что в эту самую правду уже не верю и не поверю. Люди понимают только силу, а верность можно просто купить. Ее Величество именно так и поступает, и, как видишь, в стране порядок.

– Этот порядок зиждется на крови и страхе, – возразил Арм. – При Лирамель так не было. Значит, можно и по-другому.

– Какое время, такой и правитель, Валлор. Значит, заслужили. Так говорит мой отец, а он пережил и Кайла Кровавого, и Лирамель.

«А мою мать не переживет», – мысленно вздохнул Арм и, обернувшись, отступил.

– Что ж, значит, каждый из нас останется при своем, – заключил он. – Пусть. Но предупреждаю: если ты тронешь кого-нибудь из наших товарищей или снова пострадает невиновный, я найду слова, чтобы генерал мне поверил. А главное, поверила госпожа Линни. Ее твой отец, боюсь, не сумеет ни подкупить, ни уговорить, ни заткнуть.

– Договорились, – неожиданно сдался Каэл. – Но тебя это не касается. Я привык доводить начатое до конца. И доведу. Предупреждаю, как говорится, лицом к лицу.

– Согласен. Тот из нас, кто возьмет верх в следующий раз, выполнит все условия другого. Твои методы я уже понял и буду осторожнее. Раз решил играть всерьез, давай поиграем.

– Хм… Интересное предложение. Мне нравится. – Шагнув почти вплотную, Каэл хлопнул его по плечу. – По рукам, Валлор, сын какого-то там лекаря из Варута. А теперь, будь добр, отойди в сторону. Я не собираюсь из-за тебя пропустить ужин.

Улыбнувшись, Арм пропустил его и некоторое время ждал, пока тот не уйдет достаточно далеко. Лишь когда его темный силуэт слился с тенями прачечной, он убрал ладонь с рукояти меча и пошел следом.

Примечания