- -
- 100%
- +
Глава 1
На виноградниках Сангедор-Луссильон царила утренняя тишина, прерываемая лишь тихим шорохом листвы и редкими трелями птиц. Первые лучи солнца мягко освещали длинные ряды покрытых каплями росы виноградных лоз. Рэй, с сосредоточенным выражением на лице, уверенно обрезал усики на лозах. Рядом с ним, время от времени ловя на себе его хмурые взгляды, то же самое делала и Виктория. Её движения были чуть менее уверенными, но она быстро училась, следуя его указаниям.
Солнце уже довольно высоко поднялось над горизонтом, залив виноградники мягким золотистым светом. В воздухе витал сладковатый аромат зрелого винограда, смешанный с легким запахом свежесрезанных побегов. Виктория на мгновение остановилась, чтобы вытереть пот со лба и осмотреться вокруг.
В этот момент к ним практически подбежал взволнованный управляющий винодельни Лоренцо Бенедетти.
– Рэй, – начал он, слегка запыхавшимся голосом. – У нас проблема!
– И ты не можешь её решить без меня? – удивленно спросил Рэй. – Какая проблема?
– Если б мог, решил бы! – огрызнулся управляющий. – Пойдем! Сейчас сам поймешь, какая проблема!
Понимая, что Лоренцо не стал бы поднимать шум из ничего, Рэй нахмурился и кивнул. Повесив на пояс секатор, он посмотрел на Викторию, не зная как с ней поступить.
– Можно и мне с вами? – попросила она.
Решив, что проблема на винодельне может быть связана со вчерашним визитом Фаба Корди, Рэй кивнул. Затем обернулся к Лоренце и распорядился.
– Веди! В каком из цехов, кстати, проблема?
– Ни в одном из цехов, – отрицательно покачал головой управляющий винодельни и, вздохнув, добавил. – К сожалению. Проблема в одном из погребов, который мы используем для выдержки нашего нового Кьянти в дубовых бочках.
Теперь уже забеспокоился и Рэй.
– Ты о Туманном рассвете? – уточнил он.
Лоренцо мрачно кивнул и открыл тяжелую дверь в погреб, к которому они как раз подошли.
Рэй покосился на Викторию, явно сожалея, что позволил ей пойти с ними, но, подумав, что она уже слышала достаточно, чтобы понять, что проблема связана с их новым сортом вина, на которые он и Дэвид возлагают огромные надежды, решил, что избавляться от неё уже поздно.
Спустившись по узкой винтовой лестнице, они оказались во влажном полумраке громадного винного погреба с выгнутыми сводами. В котором стояли ряды дубовых бочек, каждая из которых была отмечена датой и названием вина. Воздух был насыщен ароматами дуба, выдержанного вина и… плесени.
– Мне кажется, или пахнет плесенью? – удивленно отметила Виктория.
– Нет, не кажется, – ответил ей Лоренцо. – Стены и потолок погреба действительно покрыты плесенью, но это даже хорошо. Это не опасно и не ядовито. Это вызвано тем, что вино, созревая, испаряется из бочек. Здесь мы выдерживаем вино два года. В этом помещении у нас андайские дубовые бочки, они придают вину запах ванили, тогда как эллисские дубовые бочки в следующем зале придают вину пряный аромат, а карнаульские…
– С какой из бочек проблемы? – резким, отрывистым голосом раздраженно перебил его Рэй.
Лоренцо снова тяжело вздохнул.
– Со всеми, которые мы заказали в прошлом году у нашего нового андайского поставщика…
– Что-оо?… – изумленно выдохнул Рэй. – Не может быть! Я их лично закупал! И я лично провел экспертизу древесины! Если что-то с вином, то это вина не бочек, а…
Лоренцо в очередной раз вздохнул и, протянув ему бокал, устало попросил.
– Попробуй сначала вино.
Уверенный в своей правоте, Рэй раздраженно передернул плечами и направился к одной из прошлогодних бочек «Туманного рассвета Кьянти». Он вынул из кармана небольшой серебряный ключ, вставил его в краник и отлил немного вина в бокал. Виктория и Лоренцо неосознанно следили за каждым его движением.
Сначала Рэй поднял бокал к свету, внимательно рассматривая вино. Оно имело красивый, насыщенный рубиновый цвет, который обещал превосходный вкус. Он поднес стакан к носу и сделал глубокий вдох, после которого в его глазах мелькнуло беспокойство.
– Не может быть, – взволнованно сам себе сказал он и, поспешно сделав небольшой глоток, задержал вино на языке, чтобы в полной мере ощутить его вкус. И уже в следующее же мгновение на его лице появилась гримаса разочарования и недоверия.
– Это не то, – сказал он, отводя в сторону бокал. – Вкус совершенно не тот! Что случилось? – растерянно спросил он, посмотрев на Лоренцо.
– Если тебя интересует моё мнение? – уточнил тот. – То моё мнение, что проблема в новых бочках. Дуб в новых бочках оказался слишком насыщен танинами, в результате чего тонкие фруктовые ноты вишни, сливы и малины, которые были основой нашего Кьянти, просто потерялись на фоне мощного привкуса, которые древесина отдала вину.
– А остальное вино? – уточнил Рэй. – То, которое хранится в старых бочках? С ним что?
– С ним всё отлично! – заверил Лоренцо.
Рэй нервным жестом запустил пятерню в волосы.
– Но я проводил анализ древесины! – растерянно прошептал он. – И количество танинов и прочих веществ в старых бочках ничем не отличалось от количества танинов и прочих веществ в новых!
– Ничем, кроме интенсивности отдачи, – проворчал Лоренцо. – Нам нужно было проверить древесину не только на состав, но и на чувствительность дуба! Именно это я и предложил тебе, когда мы принимали решение о покупке новых бочек! Но ты же САМ ЛИЧНО провел экспертизу древесины! – насмешливо напомнил он возражения босса.
Рэй с легкой укоризной посмотрел на старого друга. Мол, не сыпь соль на раны, лучше скажи, что делать будем.
– И сколько у нас старых бочек? – спросил он. – Я имею в виду, хватит ли у нас запаса вина, чтобы закрыть уже заключенные контракты?
– В этом-то и проблема! – в который уже раз тяжело вздохнул Лоренцо. – Запаса в старых бочках хватит лишь на то, чтобы покрыть сорок, максимум сорок пять процентов от взятых нами на себя обязательств.
Стараясь оставаться спокойным, Рэй задумчиво потер подбородок.
– Я, конечно, новичок в вашем деле, – неуверенно проговорила Виктория, отлавливая в голове ускользающую мысль. – Но, возможно, если смешать это вино с другим, менее насыщенным, можно сбалансировать вкус и вернуть фруктовые ноты?
Рэй задумался над её словами, затем медленно кивнул.
– То, о чем ты говоришь, называется купажированием, – объяснил он. – И, если мы найдём подходящее вино или вина, которые смогут смягчить дубовый привкус и вернуть вину нужный баланс, это вполне может сработать. «Туманный рассвет Кьянти» мы, конечно, при этом вряд ли получим, но можно попробовать и посмотреть, что получится… Лоренцо, в каком из погребов хранятся ещё не прошедшие выдержку молодые вина? Думаю, купажирование стоит начать именно с них.
Лоренцо вместо ответа посмотрел на него неверяще. Глаза его округлились, брови сошлись на переносице.
– Так ты серьезно-о?! Ты серьезно собираешься…
– Создать новое вино? – подсказал Рэй и утвердительно кивнул: – Да! Собираюсь!
– За четыре дня?! – уточнил Лоренцо, многозначительно отчеканив каждое слово отдельно. И тут же совершенно искренне поинтересовался: – Ты с ума сошел?
– Но у нас полно вина! – пожав плечами, невозмутимо возразил ему «сумасшедший». – Более сотни разновидностей купажей и порядка десятка наименований молодых вин, которые ещё не прошли выдержку. Я не утверждаю, что нас гарантированно ждет успех, но попробовать же можно?
– Создать новое настолько же великолепное вино, как и «Туманный Рассвет» за четыре дня? – скептически уточнил Лоренцо. – Ладно, Виктория! Но ты же знаешь, что на создание «Туманного Рассвета» у вас с Девидом ушло почти десять лет! Ты ведь прекрасно знаешь, насколько купажирование элитного вина долгий и кропотливый процесс, сколько внимания он требует к каждой детали, насколько тщательного отбора винограда, какое количество многочисленных экспериментов и бесконечных дегустаций!
Рэй кивнул.
– Знаю. Но и сидеть просто сложа руки тоже не могу! Или мы через четыре дня предложим нашим заказчикам наше ещё одно новейшее, совершенно потрясающее вино или мы потеряем кучу денег и, что самое главное, доверие к нам как к надежному поставщику!
Лоренцо усмехнулся и кивнул.
– Хорошо. Допустим, просто допустим, что тебе удастся создать за четыре дня новое вино, которое окажется ничуть не хуже «Туманного Рассвета Кьянти»! Но при этом оно ведь всё равно не будет вином, которое мы пообещали нашим заказчикам! Это будет другое вино! И тебе всё равно придется уговаривать заказчиков сделать на него заказ! То есть, тебе всё равно придется делать то же самое, что ты и так будешь делать через четыре дня! Объяснять заказчикам, что, мол, накладочка вышла, а потому, будьте так добры, не серчайте на нас, а купите другое наше вино, которое на наш вкус ничуть не хуже! Так какой смысл, Рэй? Какой смысл браться за заранее невыполнимую задачу и надеяться на чудо, если новое вино все равно не решит основную нашу проблему – не поможет нам утаить от наших партнеров, что мы облажались?!
– Не мы облажались, – мрачно поправил его Рэй. – А я облажался! И насколько я знаю, пожар можно загасить только встречным пожаром. И разжечь этот встречный пожар я смогу только если создам новое вино! Новое вино, которое поразит своим вкусом всех! Да ты прав, это будет новое вино и проблему того, что я облажался оно не решит…
– Но оно может отвлечь от неё внимание! – вдруг с энтузиазмом воскликнула Виктория. – Отвлечь настолько, что о проблеме никто не узнает! – объяснила она удивлённо воззрившимся на неё мужчинам, которые уже успели забыть, что у их перепалки есть свидетель. – Мы могли бы устроить большой приём-дегустацию в честь нового вина, если, конечно, мы успеем его создать. Или нет… – отрицательно замотала она головой. – Нет. Мы сделаем не так! Мы в любом случае устроим приём! Большой приём-дегустацию лучших вин Сангедор-Луссильон! Да, – кивнула она своим мыслям. – Если нам всё же не удастся создать новое вино и соответственно не удастся разжечь встречный огонь, мы попробуем залить пожар с помощью нашего лучшего «старого» вина! За повод думаю вполне сойдет моё желание лично познакомиться с партнерами, которых я, как и винодельню и виноградники, получила по наследству. Мы подадим наше лучшее вино в наиболее выгодном свете с максимально комплементарными к нему закусками, и кто знает, возможно, кто-то из наших партнеров, сам решит немного изменить заказ, – объяснила она по-прежнему недоуменно взирающим на неё Рэю и Лоренцо. – На это же я рассчитываю и с новым вином, если мы успеем его создать! Нет! – сама себе возразила она, подняв вверх указательный палец правой руки. – Если мы создадим новое вино, то мы сделаем по-другому! Мы предложим тем нашим партнерам, которые сделали заказ на «Туманный рассвет Кьянти» два бокала вина и предложим им выбрать победителя. В одним из бокалов, разумеется, будет «Туманный рассвет Кьянти», а во втором…
– Туманный закат Кьянти? – с усмешкой и мрачным драматизмом в голосе подсказал Лоренцо.
– Лоренцо, не хорони нас раньше времени! – закатил глаза Рэй.
Виктория хихикнула и продолжила.
– В общем, я это всё к тому веду, что если кому-то из наших партнеров понравится наше новое вино, то они, конечно же, сразу же захотят его купить! Ну как вам идея?! – воодушевленно поинтересовалась она.
Лоренцо почесал затылок и усмехнулся.
– А почему бы и нет! Идея напоить партнеров перед тем, как объявить им, что мы облажались, конечно, не нова, но от этого не менее действенна!
Виктория перевела взгляд на Рэя и встретила его задумчиво-изучающий взгляд.
– Что? – спросила она.
– Ничего, – покачал он головой, продолжая всё также задумчиво-изучающе смотреть на неё. – Точнее, я хотел сказать, что мне тоже нравится идея с приемом. Тем более, что и повод вполне приемлемый. Уверен, что многие наши партнеры захотят приехать, чтобы познакомиться с тобой. И, если подать им некоторые наши вина с комплементарными закусками, они действительно могут захотеть несколько изменить заказ.
– Тогда я сегодня же поговорю с отцом о том, что хотела бы познакомиться с партнерами по бизнесу и завтра с утра мы с Эллой уже начнем рассылать приглашения? – предложила Виктория. – Если ты, конечно, не против? – уточнила она у Рэя.
– Нет, конечно же, я не против, – заверил он её, и неожиданно для самого себя «отчитался», чем собирается заняться сам: – А я тогда прямо сейчас займусь отбором вина для купажа, затем сделаю анализ содержимого бочек и засяду за расчеты.
– А можно и я с тобой? – попросила Виктория. – Я не буду тебе мешать, наоборот, постараюсь помочь, чем смогу.
Рэй хотел было отказать, но глаза сводной сестры горели таким по-детски восторженным энтузиазмом, что он просто не смог. К тому же, судя по тому, что он слышал за ужином, Виктория обладала природным талантом дегустатора, что делало её весьма ценным помощником.
– Ну хорошо, – вздохнул он. – Только предупреждаю сразу, что и подготовка к купажированию и сам процесс купажирования процесс довольно утомительный и скучный. Сначала мы отберем из каждой бочки образцы, затем мы проанализируем их на уровень остаточного сахара, содержание алкоголя, кислотность и прочие параметры. После чего мы начнем смешивать вина в разных пропорциях, то есть, составлять пробные купажи. Каждый из которых придется дегустировать и оценивать, чтобы понять, какой из них наиболее близок к нашему идеалу.
Виктория энергично закивала головой и заверила.
– Не вопрос! Я готова!
Рэй улыбнулся тому, с каким нетерпением и жаром она это сказала.
– И это ещё не всё. После каждой дегустации мы будем вносить изменения в рецептуру, снова смешивать и пробовать. Другими словами, это не просто дегустация вина, а требующая концентрации и терпения кропотливая работа, которая в основном состоит из измерений, расчетов и записи данных и которая в своей однообразности и повторяемости кажется бесконечной! А порой и не кажется, порой именно бесконечной она и является!
– Я слышала про десять лет, – улыбнулась Виктория. – Поэтому я приблизительно понимаю объём работы. К тому же мне кажется, что я раньше уже что-то подобное делала!
– Учитывая твою способность различать тончайшие вкусовые оттенки вина, я этому не удивился бы, – кивнул он. – В общем, я тебя предупредил! Работенка предстоит ещё та!
– Я поняла! – кивнула девушка. – И как я уже сказала: не вопрос! Я готова!
Как ни старался, Рэй всё же не мог сдержать улыбки. Более того, он поймал себя на том, что энтузиазм и решимость Виктории не просто вдохновляли его, они внушали ему веру в то, что у них обязательно все получится.
И это ему не нравилось и настораживало: он должен был видеть в неё опасную интриганку и держать ухо востро, а не подпадать под её влияние.
Он тяжело вздохнул и собрался с мыслями.
– Хорошо, – сказал он, направляясь к выходу из погреба. – Идём! Начнём с отбора образцов.
Глава 2
В прохладном, полутемном помещении, где хранились молодые вина, царил характерный для процесса созревания вин специфический, но благодаря ягодно-фруктовому оттенку и ноткам дрожжей и древесины, приятный аромат брожения.
На выстроенных вдоль стен массивных деревянных стендах покоилось множество бочек различных размеров и форм. Каждая из которых была помечена датой начала брожения, информацией о сорте винограда и проценте содержания сахара, спирта и танинов.
Большинство бочек имели потемневший от времени вид и были покрыты легкой патиной1.
На полках между бочками были расположены разнообразные инструменты винодела: мерные стаканы, пробирки, спиртометры и кислотомеры. По центру зала стоял большой стол, на котором лежали журналы с записями результатов предыдущих анализов, несколько старинных декантеров и готовых к дегустации винных стаканов.
В абсолютной тишине погреба были слышны едва уловимые звуки просачивающегося из бочек вина, и редкие вздохи древесины. На одном из полок стоял контролирующий уровень влажности в помещении старинный гигрометр.
Рэй и Виктория вошли в зал и сразу же направились к столу. Рэй разложил перед собой журналы с записями, а Виктория взяла один из мерных стаканов, и ведомая внезапно снизошедшим на неё наитием подошла к ближайшей бочке.
– Начнем с этой?.. – одновременно и предложила, и уточнила она, внимательно изучая этикетку на бочке. – Сорт винограда «Каларис», дата начала брожения – шесть месяцев назад.
Рэй посмотрел на Лоренцо. Тот одобрительно кивнул.
– Хороший выбор. Этот сорт содержит низкий уровень танинов и ярко-выраженный фруктовый вкус.
– Да, в таком случае начнем с него, – кивнул Рэй и, взяв пробирку, подошел к бочке.
Открыв краник, он налил немного вина в пробирку, передав её Виктории. Она поднесла её к носу, чтобы ощутить аромат, затем пригубила, прокатив каплю вина по языку, позволяя букету вина раскрыться.
– Запах очень насыщенный, – отметила она. – Древесные ноты неплохо сочетаются с фруктовыми оттенками вишни, сливы и малины, добавляя аромату свежесть и жизнерадостность. Но не хватает глубины и многослойности, которые бы сделали вкус напитка более заманчивым и интригующим.
Рэй сделал запись в журнале, зафиксировав её экспертное мнение. Затем взял в руки сначала спиртометр и вслед за ним кислотомер. Виктория наблюдала за его действиями, одновременно запоминая и… кажется, вспоминая.
– Содержание спирта 12%, кислотность в норме, – сказал Рэй, записывая данные. – Довольно хороший результат для молодого вина. Что ж продолжим. Отберем ещё с десяток образцов и потом приступим к купажированию.
И они продолжили. Аккуратно наливая вино из каждой бочки в пробирки, Виктория дегустировала, Рэй делал анализы и записывал все данные в журнал.
Поняв, что здесь обойдутся и без него, Лоренцо сослался на необходимость проверить состояние других погребов и на то, что на сегодняшнее утро у него в планах было проконтролировать работу новых фильтрационных установок.
Рэй, даже не посмотрев на него, кивнул, мол, да, конечно же, иди.
Наконец, одиннадцать образцов были отобраны, и Виктория и Рэй приступили, собственно, к купажированию. А если ещё точнее, к созданию пробных купажей.
Рэй расставил перед собой пробирки с отобранными образцами, а Виктория приготовила мерные стаканы и инструменты для смешивания вин.
– Начнем с простых пропорций, – предложил Рэй, беря пробирку с «Туманным рассветом Кьянти». – Сначала смешаем 50% «Кьянти» с 50% «Каларис». Это классическая комбинация, которая часто дает хорошие результаты.
Сказано – сделано: смешали. Перелив купаж из пробирки в бокал, Виктория подняла его к свету, оценивая цвет, затем поднесла к носу и вдохнула аромат. Рэй последовал её примеру.
– Запах стал более сбалансированным, – заметила Виктория. – Древесные ноты смягчились, а фруктовые оттенки стали ярче и насыщеннее. Но всё ещё не хватает ни мягкости, ни многослойности, ни глубины.
– Согласен, – кивнул Рэй. – Попробуем добавить немного «Маренго». Этот сорт должен добавить нашему купажу глубины и структуры.
Они продолжили экспериментировать, добавляя различные вина в разных пропорциях, каждый раз тщательно записывая результаты и дегустируя полученное. Работа шла медленно и, к сожалению, с переменным успехом: порой, то маня их морковкой успеха, то снова отбрасывая на несколько шагов назад.
– А как насчет добавления немного «Серрано»? – предложила Виктория, когда они подошли к девятому по счету купажу. – Возможно он добавит недостающих нам пряных нот и наконец-то усилит фруктовый букет?
Рэй задумался на мгновение, затем кивнул.
– Можно попробовать. Начнем с 10%.
Они снова смешали и снова приступили к дегустации. На этот раз результат был получше. Аромат стал более многослойным и глубоким, но оказался перенасыщен фруктовыми нотами и пряными акцентами.
– Чуть лучше, – отметил Рэй. – Но, возможно, стоит немного уменьшить содержание «Альбера» и добавить немного «Филарис» для более мягкого и бархатистого вкуса?
Виктория кивнула, продегустировала новый купаж и нахмурилась.
– Слишком резкий вкус, – сказала она. – Фруктовые ноты снова теряются, а древесные доминируют.
Рэй записал её замечания и предложил новую комбинацию.
– Попробуем 40% «Туманного рассвета», 30% «Альберы», 10% «Маренго» и 5% «Филариса». Кто знает, возможно, получится сбалансировать, – с тяжелым вздохом предложил он.
Они снова смешали вина и, отпив для очистки вкусовых рецепторов родниковой воды, попробовали результат.
– Фруктовые ноты вернулись, но всё равно не то, – заметила Виктория.
Рэй согласился с ней.
– Вкус снова слишком простой, нет той глубины, которая нам нужна.
Виктория вздохнула, чувствуя нарастающее разочарование.
Они пересчитали пропорции и добавили 20% «Маренго» и снова провели дегустацию.
– Теперь вкус слишком перенасыщено-пряный и резкости не хватает, – отставив в сторону бокал и уронив голову на сложенные перед ней руки, простонала Виктория.
Рэй понимающе кивнул и «морально поддержал»:
– А ты думала я шутил, когда говорил, что будет скучно, нудно и изматывающе?
– Нет, не думала, – покачала головой Виктория. – Просто… мне казалось, что это будет происходить как-то по-другому, что мы будем двигаться в каком-то определенном направлении, а не ходить по кругу, ища сами не зная, что именно мы ищем…
– Почему не знаем, – усмехнулся мужчина. – Мы ищем загадочное «вот оно!», которое, как только найдем, сразу узнаем! Ну что, попытка двадцать два?
– Вообще-то двадцать три, – со вздохом поправила Виктория.
Лишнее и говорить, что и попытка двадцать три тоже не стала последней. Часы летели, они пробовали одну комбинацию за другой, каждый раз надеясь обнаружить загадочное «то», но каждый раз хоть что-то, но оказывалось не «то»!
Насколько ни маленькими были дозы вина, которые Виктория дегустировала, к сорок восьмой пробе она всё же так надегустировалась, что поплыла…
– Кажется, я наклюкалась! – честно призналась она, делая большой глоток воды.
Рэй понимающе улыбнулся. Он и сам чувствовал, что слегка перебрал. По крайней мере, он полагал, что именно поэтому сводная сестра не просто более не напрягала его, но ему было по-настоящему приятно её общество! Настолько приятно, что ему не хотелось с ней расставаться. Настолько приятно, что ему приходилось снова и снова напоминать себе, что он имеет дело с опасной и коварной интриганкой и манипуляторшей.
– Учитывая количество проб, которые мы с тобой за сегодня сняли, это неудивительно! – сказал он, отставляя бокал вина. – По-хорошему, уже давно надо было на сегодня закончить, но…
– Но это загадочное «вот оно» казалось, так близко… – закончила за него Виктория и схватилась руками за голову и выдохнула: – Ууух! Что-то мне не хорошо!
В очередной раз напомнив себе, с кем он имеет дело, Рэй с трудом сдержал порыв броситься к ней.
– Тебе просто нужно на свежий воздух! – менторским тоном порекомендовал он.
– Отличная идея, – согласилась Виктория и в подтверждение того, что идея ей и в самом деле понравилась тут же приступила к её реализации.
Точнее попыталась…
Ибо как только она встала из-за стола и сделала шаг по направлению к выходу, стены погреба закружились перед её глазами и её резко повело в сторону. Настолько резко, что ноги её не успели адоптироваться к изменившемуся вектору её движения и она начала падать…
– О-ооо!
И упала бы, если бы Рэй, в мгновение ока соскочив с места, не поймал бы её под руки уже практически у самого пола.
– Э-эй осторожно! – вскрикнул он, одновременно приподнимая её с пола и прижимая к себе. Виктория подняла на него широко распахнутые, испуганные глаза, и он успокаивающе прошептал. – Всё хорошо, я держу тебя.
– Спасибо, – прошептала она, крепко ухватившись за его предплечья. – Надо будет запомнить на будущее, что я не умею вовремя остановиться, когда дело касается алкоголя! – с самоиронией проговорила она со смущением и удивлением осознавая, что она чувствует себя комфортно и безопасно в объятиях мужчины, который вроде как был её злейшим врагом.
– Не наговаривай на себя, – мягко возразили ей. – Ты определенно и точно не из тех дегустаторов, которые глотают вино просто потому, что они не в силах остановиться. Я видел, как ты снимаешь пробы, как медленно ты вращаешь бокал, давая раскрыться его букету. Ты анализируешь каждый нюанс, изучаешь цвет и текстуру. Ты сосредотачиваешься на каждой ноте, на каждом оттенке вкуса и аромата. Ты ищешь баланс, гармонию, тебя влекут секреты, которые, по-твоему, мнению сокрыты в каждой капле вина.
Всё это Рэй говорил, продолжая держать Викторию в своих объятиях. И каждое его слово было музыкой в её ушах. Ей было важно, что он не только не решил, что она не знает меры и пьет до тех пор, пока не упьется до беспамятства, но и так высоко оценил её способности дегустатора.