Приключения Нюси и Сани Веткина

Часть 1

Глава 1 Пока горит спичка

Второй день на улице лютовала метель, пушистые снежные хлопья носились по паркам и скверам, стучались в окна, заставляя Саню разлепить глаза субботним утром в восемь пятьдесят девять – аккурат за минуту до будильника. В такую погоду лучшим решением было бы сидеть дома у окна с чашкой горячего чая или несладкого кофе, считая снежинки и периодически залипая в телефоне, а ещё лучше – поспать до обеда.

– Саша, зайди потом к бабушке, она хочет тебе подарок сладкий передать на Новый год, – послышался сонный голос мамы из соседней комнаты.

– Ма, ну какой сладкий подарок? Мне вообще-то уже девятнадцать.

– И когда ты успел стать таким взрослым, а? Мне отдашь. Зайди в магазин и купи бабушке продуктов, она тебе список скинет в сообщения. Закрой за собой дверь.

– Хорошо.

Саня, одевшись и прихватив заранее убранную в чехол гитару, отправился на занятие. Припорошенные ледяные кочки тренировали координацию и с каждым шагом бодрили лучше любого энергетика. Несмотря на быстрые сборы, на автобус он всё-таки опоздал – вместо тропинок, по которым Саня привык срезать дорогу, лежали высокие и пышные снежные покрывала, а сугробы на тротуарах стали испытанием даже для его длинных ног. Дойдя до пункта назначения, Саня позвонил в домофон, долго ожидал ответа, позвонил ещё раз и только потом вытащил из кармана телефон. Услышав заспанный женский голос, Саня нахмурился:

– Александр, ради бога, простите! Мы Арсения вчера к бабушке отправили, и у меня из головы вылетело написать вам. Извините, пожалуйста. Я вам деньги за это занятие переведу сейчас.

– Нет, не надо. Но в следующий раз, пожалуйста, предупреждайте заранее.

Саня, в который раз пообещав себе, что не будет больше просто так тратить своё время, поправил лямки гитарного чехла и по засыпанной снегом дорожке пошёл в сторону метро.

– Надо было позвонить им заранее, – бурчал он, злясь больше на себя, чем на прогульщиков.

Наземный транспорт буксовал и безнадёжно увязал в рыхлой снежной каше. Зайдя в метро, Саня немного выдохнул, отряхнул гитару от снега, благо, что чехол был непромокаемый, и помчался на другой край столицы к бабушке.

Пройдя глазами по списку, Саня основательно закупился в магазине. Не смог пройти мимо клубничной шоколадки в красивой розовой картонной упаковке – его соседка Нюся очень любила такое. Шоколадка как раз и предназначалась ей. Чтобы не завершить этот год также уныло, как предыдущий, Саня задался целью встретить Нюсю на остановке у дома и поболтать с ней, а не обыкновенно пройти мимо, бросив сдержанное приветствие.

– Килограмм картошки, морковь, корм для кошек, печенье, чай… – перечитывал список Саня, следуя по узкой дорожке до дома бабушки. – Лук репчатый, тоже килограмм. Два пакета молока, филе индейки. Вроде ничего не забыл.

Возле бабушкиного подъезда ютились дворовые кошки, а вскоре к ним прибилась ещё и собака. Когда Саня навещал бабулю, он всегда подкармливал измученных выживанием брошенных животных. Всегда старался пустить их погреться в подъезд, хотя далеко не всем жильцам пришлась по душе его инициатива.

– К себе забирай! Вот нагадят они, кто убирать будет? Явно не ты, потому что даже не живёшь здесь.

Бабушкина соседка зашла в подъезд вслед за Саней и, недовольно бурча, пыталась выгнать животных обратно на улицу.

– Но там метель. Будьте хоть иногда человеком.

– Да мне тоже их жалко! Но что теперь, в подъезде многоквартирного дома псарню разводить?

Саня всю свою сознательную жизнь избегал конфликтов и лишний раз боялся за себя слово сказать. Вот и сейчас спорить не стал, лишь молча покормил животных и потом зашёл к бабушке.

***

Страхи не возникают на пустом месте.

В этом Саня убедился, проводя очередной воскресный вечер за просмотром фильма. Мама увлекалась триллерами да ужастиками, как будто ей не хватало приключений с вечно пьяным и буйным отцом – к счастью, бывшим мужем. Кошмары во сне и наяву Саня помнил не слишком хорошо – воспоминания возникали в голове кадрами немого кино и обязательно в монохроме, делая картинки менее натуралистичными.

Не жалуясь на нынешнюю жизнь, Саня каждый понедельник отрывал помятое бессонницей лицо от подушки и ходил на учёбу. Он всегда плохо спал в ночь перед началом рабочей недели: сквозь вечно скрипящую дверь шкафа, оставшуюся где-то в уголке его памяти, Саня слышал голос. Шкаф давно заменили на новый, дверцы там не скрипели – лишь плавно разъезжались в стороны, но страшно было до сих пор.

– Выпусти меня, Саня! Открой дверь, и я дам тебе всё, чего ты пожелаешь, – проникал глухой хриплый голос в его сознание. Саня считал себя очень впечатлительным и после воскресного киносеанса не находил в себе силы спать при выключенном свете.

«Боюсь монстра в шкафу, боюсь всего на свете и вообще хз, как жить эту жизнь. Саня Веткин, девятнадцать годиков», – так бы гласил статус или закреплённый пост в соцсетях, если бы Саня не относился к ведению страниц и блогов наплевательски. Даже вместо своей личной фотографии на аватарках у Сани красовались довольные морды его питомцев, а им не было дела до всяких там статусов, постов и тем более до глупых человеческих страхов.

Ложиться спать не хотелось. Саня выглянул в окно. Из вечерних ритуалов он больше всего любил наблюдать, как соседка Нюся возвращалась со смены домой, выходя из супермаркета ровно в двадцать минут одиннадцатого. Хотелось ему, в общем-то, не так уж и много: храбрости, чтобы подойти к Нюсе и заговорить с ней, да стипендию повыше или в совсем уж крайнем случае занять у монстра в шкафу тысячу-другую, чтобы сводить Нюсю в кино.

– Пригласил бы Нюсю на свидание. Что толку в окно каждый раз пялиться?

– Ну мам! Напугала. В следующий раз, пожалуйста, постучись.

– Ещё поговори мне тут про токсичных родителей, испортивших тебе жизнь. Денег на психолога у меня всё равно нет.

– Мне не нужен психолог.

– Правильно. Раньше этого не было, и все жили как-то.

– Мам, ты росла в девяностые. Сама говорила, что в то время ничего не было.

– Лишнего не болтай. Разбери одежду.

Мама бросила ему на кровать вещи из стирки: их нужно было рассортировать, а по рубашкам и концертным брюкам пройтись утюгом – стандартные Санины обязанности.

Сортировкой и глажкой одежды он пообещал себе заняться с утра пораньше. Саня скосил глаза на ноты, ровной стопкой лежащие на пианино – сверху покоился «Второй концерт для фортепиано с оркестром» Прокофьева. Иногда Саня смахивал с нот пыль, но разучивать сложное произведение не решался: пальцы дрожали и заплетались, когда он переходил к наиболее трудной части. Саня вечно боялся, что у него ничего не получится и откладывал работу в надежде на лучшие времена.

Открыв крышку пианино, Саня наскоро повторил свою партию для предстоящего отчётного концерта. Глядел не в ноты, а в окно, где в снежном вихре мелькали пятна домов с тусклыми окнами. В этот непогожий воскресный вечер пушистый снег сдувало с крыш, деревьев, он с шумом стелился по проезжей части и заметал автобусную остановку на углу Саниного дома. Когда соседка постучала в стену, он прекратил игру и посмотрел на часы: перевалило за девять, но Сане казалось, что шума сильного он не создавал. Тонкие стены хрущёвки говорили об обратном.

Саня вздрогнул, когда в квартире погас свет. В доме напротив тоже. Фонари на улице последовали примеру. Район погрузился во мрак из-за разбушевавшейся метели.

Саня опять вернулся к окну, где завывала метель. Он надеялся, что Нюся уже добралась до дома. Саня был убеждён, что с Нюсей ему ничего не светило. Она для него была слишком хороша и недосягаема, как концерт Прокофьева: в мечтах маячил, а до реализации – долгая дорога в тысячу вёрст из сомнений, страхов и слёз. Несмотря на понимание безнадёжности своих чувств, Саня не мог перестать высматривать Нюсю в окне: это действие превратилось для него в привычку.

– Пора спать всем. Наверное надолго света не будет, – выкрикнула мама из соседней комнаты, предварительно проверив, не выбило ли пробки.

– Мам, а свечи есть?

– Да какие свечи на ночь глядя? Время позднее, а тебе завтра вставать рано.

– Мне нужны свечи, – упрямо пробубнил Саня.

В квартире было полно светодиодных светильников, но ему нравились именно свечи, ведь они, по мнению Сани, придавали любому скучному вечеру романтический настрой.

Саня пробрался на кухню за спичками, пошарился по шкафам в поисках свечей – не нашёл ничего, кроме крошечного огарка. Угрюмо посветив телефоном в сторону своей тёмной комнаты, Саня задумался: а можно ли заснуть, пока спичка горит?

Вернувшись к себе, Саня реанимировал огарок свечи и забрался под одеяло. Дверца шкафа-купе с едва заметным вздохом отъехала в сторону на пару сантиметров.

Глава 2 Концерт для фортепиано с оркестром

До декабря оставалась ровно неделя. Снег щедро засыпал тропинку от Нюсиного дома до работы, но настоящих трескучих холодов ещё не было – только пледово-мандариновое настроение да вера в новогоднее чудо обитали в типовой хрущёвке на пятом этаже.

«Как же хочется сесть у ёлочки и обложиться книгами, потягивая чай или даже глинтвейн, закусывая имбирным пирогом. Пряник бы тоже сгодился на самом деле», – сильнее прижав к себе коробку с новогодними украшениями, подумала Нюся, и ей показалось, что она даже вдохнула этот неуловимый аромат вкусняшек, рысью проскакавший в её голове. Нюся достала из коробки мишуру, и та разноцветными блестящими змеями поползла по полу, провоцируя кота. Нюся шагами измеряла крошечную квартирку и, задумчиво теребя в руках мишуру, думала, куда бы лучше установить новогоднюю ель. В центр её не поставишь – съест и без того небольшое пространство комнаты. Ставить символ Нового года в самый угол, по мнению Нюси, – тоже не совсем удачный ход. Единственную полку, не занятую книгами, отвоевали себе интерьерные куклы: ангелочек с кудряшками в белом платье и сердечком в руках, да пара гномов. Если гномы твёрдо стояли на ногах, то ангелочку везло куда меньше – за длинные ноги, свисавшие с полки, его то и дело хватал кот. Каждое утро Нюся находила этого ангелочка лежащим на полу лицом вниз и думала, что она и есть этот самый ангелочек, упавший лицом в пол после очередной рабочей смены.

– Вот так хорошо. Совсем по-новогоднему, да? – приговаривала девушка, раскладывая в гостиной мандарины по вазам. – Блинчик, кыс-кыс-кыс!

Кот, сидевший в кресле, собрал усы в кучу и решил, что вазочка с мандаринами – это его личное оскорбление. Надо бы как можно изящнее и случайнее двинуть лапой, чтобы убрать эти ужасные ароматы куда подальше. Нюся заметила поползновения питомца и взяла его на руки.

Чтобы поймать вдохновение, девушка выглянула в окно. Снег продолжал засыпать тропинки, и магазин, в котором она работала, успело накрыть толстым белым покрывалом. Перед новогодними праздниками Нюся взяла небольшой отпуск, чтобы как следует насладиться атмосферой приближающегося Нового года, закупиться подарками, продумать меню, продолжить мечтать, верить в чудеса и надеяться, что следующий год принесёт только хорошее. Для Нюси этот праздник значил очень много, он был главнее дня рождения и всех прочих – девушка надеялась, что загаданные в волшебную ночь желания обязательно сбудутся, а после жизнь начнётся с чистого листа.

Днём она задалась целью промчаться по книжным в поисках подарка себе любимой, не забывая мантру: «Учась на заочке, много не заработаешь. Не скупи весь книжный, пожалуйста. Не в этот раз». Хруст свеженького переплёта и такой родной запах типографской краски в предновогодней суете можно было поставить если уж не на первое место, то на второе после мандаринов с имбирными кексами. Нюся спешила от автобусной остановки в сторону нерасчищенной дорожки, ведущей к арке родного дома. Погулять бы! Но книжные новинки, как горячие ароматные пирожки, шептали на ухо скорее отнести их домой и с удовольствием проглотить.

– Нюся! Подожди, постой!

– Чего тебе, Веткин?

Нюся поправила съехавшую на нос шапку и потуже затянула шарф: снег усилился, а Саня Веткин, живший по соседству, так некстати её задерживал. Ведь книги могли намокнуть!

– С наступающим, вот… – сказал он, сунув Нюсе в руку шоколадку.

– О, спасибо! Так до Нового года больше месяца.

– Угу. Это твоя любимая. По скидке, всё как ты любишь. Ну, я не мог пройти мимо, короче говоря.

 «Гав-гав!»

 Только сейчас Нюся разглядела, что у Сани во внутреннем кармане куртки что-то шевелилось и даже рычало!

– Ух ты, он ожил!

– Ты опять за старое?

– Я нашёл его в парке по пути домой. Замерзал в коробке. У него лапки разной длины. Он ходит так, как будто всё время хочет завалиться на правый бок. Наверное, из-за дефекта и выкинули. Люди такие злые, – вздохнул Саня, доставая из кармана крошечного шпица. – Отнесу его к ветеринару. А потом не знаю… Надеюсь, родители разрешат мне его оставить. Я и кличку ему уже придумал – Снежок.

– А почему Снежок? Ведь он же рыжий.

– Ну, пёс в коробке сидел и его припорошило снегом, поэтому я не придумал ничего лучше. Когда уже отряхнул от снега и отогрел, то понял, что просчитался. Да и ладно, как бы я не мечтал, родители всё равно не позволят оставить его дома, так что не хочу привязываться, – грустно произнёс Саня.

– Ты до сих пор больше любишь общаться с животными, чем с людьми?

– От животных никогда не получишь гадости, – сказал Саня. – А от людей всегда.

– Зачем же ты со мной общаешься? Я что, по-твоему, милая зверюшка? – ухмыльнулась Нюся, гладя лохматого щенка.

– Нет, – Веткин почувствовал, как щёки у него запылали. – С тобой мне общаться очень интересно. А точнее, иногда перекидываться словечком на остановке. Вот, кхм…

– Ясненько.

Саня Веткин жил с Нюсей в одном доме: он в первом подъезде, а она в четвёртом. Нюся знала Саню с детства, они гуляли в одном дворе. Саня постоянно таскал домой бездомных котят и щенков. Учился Саня в консерватории и прекрасно играл на фортепиано. С детства влюблённый в Нюсю, Саня то и дело угощал её то конфетами, то пряниками. Однажды снял Нюсиного кота с дерева. Годами болтаясь во френдзоне, Саня уже не надеялся на что-то большее.

– Пёсель чудесный у тебя.

– Ты права. Надо его полечить и помыть, так он станет ещё лучше.

– В детстве я мечтала о собаке, – загляделась Нюся на пушистый комок с лисьей мордочкой в руках Сани.

– Я могу отдать тебе его после того, как свожу к ветеринару.

– Спасибо, Сань. Мне надо идти. Позвони, хорошо? Ну, потом как-нибудь.

Нюся поспешила уйти, прекрасно помня, что её номер телефона Саня не знал. Городской родители сняли давно, а сотовым Нюся ни с кем не делилась. Соцсети также были закрытой от посторонних людей зоной. Саня как раз и был тем самым посторонним.

– Слушай, у меня через две недели будет отчётный концерт. «Концерт для фортепиано с оркестром» Римского-Корсакова, – уточнил Саня, видя, что Нюся не оставляет попыток покинуть его. Может быть, классикой она не увлекалась. И ясное дело, что совсем не увлекалась Веткиным. Но попытаться пригласить всё же стоило. – Я достал билеты для тебя и твоих родителей. Ты придёшь?

Нюся надеялась, что смогла скрыть вздох отчаяния. Её мама, заядлая театралка и любительница концертов классической музыки, конечно же, ни за что бы не пропустила такое событие. К Веткину она относилась тоже хорошо и, бывало, ходила на концерты к нему в консерваторию.

– Приду, разумеется, – ответила Нюся, остановившись возле арки.

Саня с радостной улыбкой молча проводил её взглядом. Стоял и улыбался как дурачок, пока из его куртки не донеслось жалобное поскуливание. «Неси меня домой, человек! И хоть ты человек, я дам тебе шанс подружиться со мной. Может быть, ты станешь мне другом, и я смогу тебе доверять», – прочитал Саня в глазах своего нового питомца.

Мама скептически отнеслась к находке Сани, но тот уверил её, что Снежок пару дней побудет на временной передержке, умолчав факт, что нет ничего более постоянного, чем временное. За эти пару дней он успел подружиться к лохматым комочком шерсти, да и родители, кажется, уже не сильно возражали против нового жильца.

– Саша, ты костюм погладил к концерту? – спросила мама, заглядывая перед завтраком к Сане в комнату.

– Ага, вчера ещё. Доброе утро, – зевая, сказал Саня.

– Тебе с укладкой помочь? Если да, то вставай скорее, а то мне на работу надо ехать.

– Да не, спасибо. Я в консерватории с этим разберусь. Спасибо, мам.

Саня сел в кровати и первым делом уставился в телефон – до будильника оставалось целых пять минут, но мама частенько будила его заранее. Сегодня на концерте в консерватории Саня надеялся увидеть в зале Нюсю. Очки ему в этом деле не пригодятся. Ещё в начале учебного года Саня заказал себе контактные линзы для особых случаев. Вот и настал особый случай. Саня решил, что сегодня он должен выглядеть наилучшим образом. А уж в том, что он хорошо отыграет концерт, Саня не сомневался.

***

С приближением Нового года становилась ближе и зимняя сессия. Нюся тревожно посматривала на стопку книг для подготовки к экзаменам, но ей предстояло отправиться в Московскую консерваторию, где сегодня должен был выступать Саня Веткин. Книги и старенький компьютер с укором смотрели ей в спину.

Нюсе было велено надеть чёрное платье с белым воротником и собрать непослушные вьющиеся волосы в хвост. Девушка платья не любила, в них ей было неудобно и некрасиво. Из красивого она носила джинсы, толстовки да мешки под глазами.

– Теперь порядок. Строго и аккуратно, – оценила свои старания мама.

– Папа почему не идёт с нами?

– Он на работе задерживается. Но билет не пропадёт, я подругу пригласила.

– А-а-а, надо было мне задержаться в универе.

– Не говори глупостей! Вот, держи. Сане подаришь, – сказала мама, дав Нюсе полудохлые от холода гвоздики в красивой упаковочной бумаге, принесённые ею из магазина и бережно завёрнутые в газетку.

– Ну, ма-а-ам, – взмолилась Нюся. – Ух… Спасибо, что не роза в целлофане. А цветы обязательны?

– Так положено!

Нюся, дрожа от холода в тонком чёрном платье, выдержала весь концерт и даже выход на бис. Она не считала себя ценительницей классической музыки, но с мамой и её подругой согласилась. Они с восхищением обсуждали, как же прекрасно отыграл Саня: красочно, мелодично и невероятно талантливо. Выглядел он тоже неплохо: в костюме, белой рубашке и с галстуком-бабочкой он значительно отличался от того привычного Сани, который одевался как попало – лишь бы удобно было. От Нюси не ускользнул тот факт, что он даже волосы уложил. Но вот подарить такому красивому сегодня Сане эти несчастные не вынесшие холода цветочки было выше её сил.

– Это тебе, – буркнула Нюся, стараясь как можно незаметнее сунуть Веткину цветы. Гвоздики, даже в красивой упаковке, имели совсем уж грустный вид.

– Спасибо, – улыбнулся Саня. – Тебе понравился концерт?

– Конечно. Ты прекрасно сыграл.

– Да? Отлично, а то я волновался больше обычного. Буду почаще тебя приглашать. Если ты, конечно, не против.

– Нет. В смысле, я не против. И это… Давай поедем домой, – брякнула Нюся. Её очень смущали девушки с Саниного курса, хихикающие за его спиной и косящиеся в её сторону.

– Что, прямо вместе? В смысле, на одном автобусе?

– Да. Мама со своей подругой думают зайти в кафе. Поэтому я еду домой одна. То есть, если ты не занят, тогда с тобой. Раз уж нам по пути, то я подумала…

– Нет-нет, у меня больше нет дел на сегодня. Пошли на остановку!

Саня с радостью принял предложение Нюси поехать домой вместе. Это выглядело так по-дружески мило. По пути они обсудили и концерт, и последние новости, и даже самочувствие Снежка, которого Саня подобрал на улице пару недель назад.

– А как давно ты музыкой занимаешься? – спросила Нюся.

– Моя бабушка работала в музыкальной школе, с пяти лет я играю на фортепиано, благодаря ей. Потом было подготовительное отделение, после я прошёл по конкурсу в Центральную музыкальную школу при консерватории, где и проучился одиннадцать лет. Ну а потом поступил в консерваторию.

– Ого, вот это упорство.

– Да, музыка – вся моя жизнь. В школе временами было очень тяжело.

– Но ты действительно классно играешь. Кхм, надо бы взять у тебя автограф, а то вдруг ты станешь знаменитым пианистом.

– Было бы здорово.

– Подожди, я забегу в магазин. Надо мороженого купить.

– Любишь мороженое зимой?

– Да, что в этом такого странного? Даже ем его на улице.

– Я тоже люблю. Пойдём, я куплю тебе.

Нюся чувствовала себя не в своей тарелке от Саниной настойчивости. Обычно он не забегал дальше дружеского «привет-пока». Наверное, подаренные Нюсей цветы растопили его сердце окончательно, чего Нюся совершенно не планировала. Они прошли мимо хохотавшей компании на лавочке. Нюся старалась не обращать внимания на свист и неуместные шуточки в их сторону.

– Всё правильно. Аньке – мороженое, её бабе – цветы.

Саня нахмурился, но Нюся с силой сжала его руку выше локтя.

– Не оборачивайся, пожалуйста. Это мой бывший одноклассник. Не обращай внимания, а то пристанет.

Саня, бережно укрыв цветы от колючего снега пакетом из супермаркета, проводил Нюсю до дверей её подъезда. Попытка поцеловать соседку хотя бы в щёчку так и не была реализована, блуждала где-то в Саниных мечтах и не имела возможности выбраться в реальность.

Глава 3 Очки с фотошопом

Нюся мёрзла на остановке, укутанная в слои одежды – зима всегда заставала её врасплох. Вечер пятницы традиционно она проводила в электричке, а потом за бабушкиными пирожками, согреваясь в компании котов и уютных книг, если на пятницу и выходные не выпадали рабочие смены.

– Привет!

С Саней Веткиным Нюся виделась теперь чаще обычного, он выгуливал Снежка и как будто специально подгадывал моменты, чтоб видеться с ней хотя бы вечерами после учёбы.

– Привет, Саня.

– Ты чего такая грустная? Замёрзла?

– Я к бабушке еду. Нет, мне у неё очень нравится, просто сегодня намечаются семейные посиделки. Мама пораньше уехала, чтоб помочь сестре с её детьми. Вот блин, мне придётся за ними тоже присматривать, – с ещё большей грустью сказала Нюся. – Моя сестра не слишком приятный человек. Вечно любит поучать.

– Про таких говорят, что они токсичные?

– Ха-ха, наверное.

– Понимаю. Вот поэтому я ношу очки с фотошопом.

– Чего?

– К примеру, видишь ты красивого человека на картинке, но он не настоящий. Человек свои фотографии в соцсетях улучшает фотошопом. В итоге он совсем другим получается. Но когда ты встречаешь этого человека лично, магия фотошопа с картинки уже не работает.

– Тогда это никакая не магия.

– А я устал разочаровываться, поэтому ношу очки с фотошопом, – сказал Саня снимая очки совсем. – Прямо сейчас мир стал такой волшебно красивый.

– Подожди, ты ведь только что снял свои волшебные очки.

– О том и речь: мои очки с фотошопом – это когда я снимаю настоящие очки, которые придают миру чёткости и правдивости.

– А-а-а-а…. А! А-ха-ха, теперь я поняла. Ты очки снял, чтобы я тоже стала красивее, да?

– Что? Н-нет, конечно, я…

– Шучу, – звонко рассмеялась Нюся, настроение у неё заметно улучшилось. – Ладно, Сань, пока. Мой автобус подъезжает.

***

Нюся в полудрёме прилипала щекой к холодному окну, а книга в её руках вздрагивала под бодрое покачивание вагона и грозилась рухнуть на пол, прямо в грязное месиво из растаявшего от обуви снега. За окном летала снежная крупа и завывал ветер, но практически каждый вечер пятницы планы оставались неизменными: Нюся тряслась в электричке по привычному маршруту выходного дня – мчалась из столицы до родной деревни навестить бабушку. Поехала Нюся налегке, прихватив ноутбук, который был необходим для подготовки к сессии: волнительной, но пугающей, как чудовища фэнтези-книги, которую она пыталась осилить в дороге.

– Поймал-поймал! Держи свою книгу.

– Ой… Спасибо огромное. Так устаю за рабочую неделю, что в пятницу еле стою на ногах.

– Уставать это хорошо. Уставать – значит трудиться. Я вот люблю прокрастинировать, поэтому морально готов к тому, что однажды за лень и безделье меня сожрёт Йольский кот. Факт, конечно, печальный, но вполне справедливый.

– А ты забавный, – вежливо улыбнулась девушка.

Напротив неё сидел странно разодетый молодой человек с глазами или линзами разного цвета: один голубой, а другой зелёный. Незнакомец широко улыбался, не в силах отвести взгляд, а Нюсе подумалось, что у неё лицо испачкано, подводка поплыла или волосы растрепались, потому что никого она так сильно не привлекала раньше, даже таких странных парней, что сидел сейчас напротив неё в электричке. Вместо шапки он носил ободок с волчьими ушами, на которых подрагивали тонкие кисточки, меховые варежки и такие же пушистые серые штаны, которые очень кстати сочетались с декабрьскими холодами. А вот тонкая рубашка в серо-чёрную полоску хорошо шла, разве что, к его осветлённым, торчащим в разные стороны, волосам. И никакой больше одежды при себе у этого паренька не имелось. «А как он в мороз в одной лёгкой рубашке ходит, интересно знать. Очень знакомый персонаж…» – промелькнуло у Нюси в голове, таких занятных персонажей она встречала только на страницах любимых книг.