Первая учительница

Глава 3

Весь день просидел на работе как на иголках. Подписывая документы, думал о том, как дела у моего сына и постоянно поглядывал на телефон. Можно ли позвонить учителю и узнать, как там Артём? Но отдергивал руку, ловя себя на мысли, что все же больше хочу услышать голос Светланы. А так быть не должно. Она учительница моего сына, и я буду просто любоваться ею, проезжая мимо на машине. Или нет? Теперь-то я могу на правах родителя ученика довозить её до школы? Согласиться ли она?

В пять часов выбегаю из офиса и мчусь в сторону школы, наблюдая за тем, как по пути попадаются дети с портфелями, которые рассказывают родителям о прошедшем дне. Интересно, а Тёма расскажет?

Забирая сына, не забыл забрать из машины документы бумаги, которая дала учительница. Там следовало заполнить информацию о себе и об Артёме. Наверное, данные нужны для журнала. А завтра предстоит еще пойти в бывшую школу сына, забрать личное дело и принести сюда. Это меня уже секретарь проконсультировала, которая с прошлой школой даже связалась сама.

Как только подхожу к классу, мне на встречу выходит пожилая женщина приятной внешности. Этакая бабушка – божий одуванчик.

– Вечер добрый, молодой человек, – здоровается со мной, – за кем?

– За мной! – подбегает сын, чтобы обнять, а потом подходит к женщине, – Алевтина Геннадьевна, можно домой?

– Иди сынок, иди дорогой, – отправляет его женщина.

Отдаю женщине документы и смотрю, как сын мчит в класс за портфелем, а потом вприпрыжку подбежал ко мне, помахав на прощание друзьям у дверей, и вышел в коридор.

– Как прошел день? – задаю пробный вопрос, надеясь на то, что сын все же поделится своими впечатлениями.

И он начинает говорить, да так восторженно, что улыбаюсь. Вот! Вот, что я хотел увидеть всю прошлую неделю! А не замкнутого мальчишку, который ходил сам не свой. Малыш рассказывает о новых друзьях, о том, что на уроке даже выходил к доске и работал в группе, рассказывал про перемены и игры, и, естественно, не обошел стороной учителя.

– Светлана Николаевна очень добрая, – шепотом говорит, когда подходим к машине, – все к ней обниматься подходят.

– А ты?

– И я подошел! – гордо заявляет сын, – она и меня обняла!

Впервые за неделю Артём очень хорошо поужинал и, включив телевизор, стал смотреть мультики. Пока не буду спрашивать, задавали ли ему что-то на понедельник. Завтра займемся всеми вопросами. Сегодня мне самому хочется отдохнуть.

Усевшись на диван рядом с Артёмом, дождался, пока сын положит голову мне на плечо.

– Пап, – зовет, отвлекшись от какого-то мультика про роботов.

– М?

– Можно, я завтра не пойду к маме? – я даже дыхание затаил. Ничего себе просьба.

– Хочешь выспаться? – никак не могу понять причину, ведь до этого столько лет он каждые выходные был рядом с матерью. Их общению я не препятствую, не имею права, да и у ребенка должна быть мать, хоть какая-нибудь.

– Нет, просто мне не нравится Паша, – поворачивается ко мне лицом и смотрит очень внимательно, – я просил маму, чтобы он не ходил с нами на аттракционы, но он все равно ходит.

– Тогда, может, я поговорю?

Отрицательно качает головой.

– Ладно, тогда созвонюсь с ней, – телефон в кармане завибрировал, посмотрев на экран, затаил дыхание.

– Слушаю…

– Денис Максимович? Добрый вечер, Светлана Николаевна беспокоит, – я, и сын вместе вытянулись, лишь бы послушать приятный голос.

– Да, добрый вечер, – а у самого дыхания не хватает, чтобы что-то добавить.

– Мы завтра с классом пойдем в театр, спектакль начнется в десять. Извините, что до этого не звала, билеты были куплены заранее, но вот сегодня один ребенок заболел и есть свободное место…

– Да, хочу! – слезает с дивана сын и начинает прыгать вокруг меня.

– Ответ слышу, – смеется, и я готов слушать её хоть всю оставшуюся жизнь.

– Да, мы приедем.

– Отлично, тогда до завтра, – быстро отключается, и я не успеваю попрощаться.

Сын уже с вечера начинает готовить одежду, в которой пойдет на спектакль, а я звоню Ларисе.

– Привет, – этот недовольный голос так контрастирует с голосом Светланы, что невольно начинаю сравнивать женщин внешне. Одна светленькая, вторая с темно-каштановыми локонами, одна маленькая и худенькая, вторая высокая с выдающимися округлостями. Они как небо и земля. И сейчас мне хочется взлететь как можно выше, оставив под ногами черную склизкую почву.

– Артем завтра с классом идет в театр, с тобой встретиться не получится.

– А перенести театр никак нельзя? Я в воскресенье занята!

– Можешь позвонить и попросить. Вдруг ради тебя они постановку и перенесут. Ну, не можешь, значит, не можешь.

Она еще что-то говорит, а потом резко и неожиданно прощается. В её репертуаре. Ничего за эти годы не поменялось.

Вечер пятницы все нормальные люди проводят в семейном кругу, а я опять одна. Юра благополучно слинял с друзьями в бар, напомнив, кто я по профессии и где мне лучше быть, чтобы родители учеников не смотрели с укором. Я же своего жениха начинаю подозревать в изменах. Другого объяснения таким вылазкам «якобы с друзьями» найти не могу.

Ладно, все равно рано или поздно ложь вскроется. Только будет обидно и очень неприятно, если окажусь права.

Включив телевизор, бесцельно щелкаю каналы и не могу выбрать то, что хочу посмотреть. В итоге просто выключаю его, и иду в ванну. Лучше буду бултыхаться в горячей воде, и наносить маски на лицо, чем портить итак никчемное зрение.

Через час, распаренная и расслабленная, бреду в комнату, чтобы упасть на кровать в форме звезды и провалиться в сон.

Юра приходит домой под утро, пьяный, прокуренный и пропахший женскими духами. Он заваливается на кровать в грязной одежде и пытается дотянуться до меня.

– Светик, а я соскучился, – брезгливо отодвигаюсь, а потом понимаю, что спать в одной постели с парнем сегодня точно не буду. Еще и стирать после него. Вот заданий мне принес!

Я не спрашиваю, где он был и с кем отдыхал – это бесполезно. Он найдет тысячу и одну отговорку, но не сознается. И всех своих друзей подговорит, чтобы они лишнего не сболтнули. Мне и спрашивать не особо хочется, потому что чувствую, что там будет очень много грязи, а мараться в ней нет никакого желания.

Плетусь на кухню, чтобы сварить себе кофе. И с чашкой обжигающего и ароматного напитка прохожу в зал, включаю телевизор и стараюсь отогнать от себя плохие мысли. Юра встанет теперь часам к четырем, а то и позднее. И опять весь день будет без него. Кажется, начинаю привыкать.

В том году было намного лучше, мы даже раз в месяц выходили вдвоем в какое-нибудь неплохое заведение. Или посещали кинотеатр, если фильмы интересные смотрели. А вот с лета так и кукую одна. Мужчину, с которым живу уже больше года, словно подменили.

Так, раскисать не буду. Еще ничего не понятно. Как на все сто процентов буду уверена, что эти годы меня использовали, тогда и подумаю. Пока же в наших отношениях есть то, что меня не устраивает, и Юра на данный момент ничего менять не желает.

А еще у меня сегодня классное мероприятие, и важно перед детьми быть задорной и улыбчивой, чтобы они не заподозрили, в каком подавленном состоянии находится их учитель. Дети чувствую любые изменения, обращают внимания на мелочи и умеют считывать настроение, посмотрев в глаза собеседнику. Последние несколько дней я чувствую себя отличной актрисой местного театра, потому что, получается за маской дружелюбия скрыть бурю эмоций. Долго ли продержись? Неизвестно. Но дети должны меня видеть такой, иначе сами станут вялыми и унылыми. А мне этого не надо. Их не должна касаться моя личная жизнь и все, что с ней связано.

Привычно бреду на остановку и жду свою маршрутку. Но неожиданно прямо рядом со мной останавливается огромных размеров машина. Я даже теряюсь и отступаю назад, наталкиваясь на женщину.

– Извините, – бубню, не оборачиваясь.

– Светлана Николаевна, – из открывающегося окошка вылезает счастливая мордашка нового ученика, – садитесь!

И вместе с этими слова из машины выходит отец Артёма, очень высокий и невероятно красивый мужчина. Он здоровается и открывает передо мной дверь пассажирского сидения.

– С-спасибо, – так неожиданно и очень приятно. Меня еще никто вот так не подвозил. Юра за эти годы даже с работы ни разу не забрал, хотя очень часто приходит раньше меня домой. А тут даже дверь открыли и, придерживая за локоть, помогли взобраться в этого черного монстра.

Артём всю дорогу расспрашивает меня, на какой спектакль едем, как долго он будет идти, смотрела ли я его. И малыш помогает немного отвлечься и расслабиться, потому что косые и заинтересованные взгляды Дениса Максимовича немного смущают.

К театру подъезжаем раньше других детей. Артём с интересом рассматривает портреты актеров, читает афишу. Я стою недалеко от него и поглядываю на дверь, боясь пропустить прихода других учеников. Папа мальчика присоединяется быстро и спрашивает, сколько он должен за билет. Цена на детский билет смешная, плюс нам сделали скидку, потому что собрался весь класс.

– А еще места свободные есть? – задает вопрос, и я поворачиваюсь к нему. Приходится приподнять голову, что увидеть глаза собеседника. Всегда при разговоре стараюсь держать зрительный контакт, так проще понять собеседника и считать его отношение не только ко мне, но и к моим словам.

– Спросите в кассе, возможно, есть оставшиеся одинарные билеты, только они разбросаны по всему залу.

– Не страшно, – и быстро уходит.

Постепенно собирается весь класс. Многие родители, так же, как и Денис Максимович, выкупают оставшиеся билеты. Кто-то рассказывает о том, что сто лет не был на таких мероприятиях, кто-то открыто говорит, что будет следить за ребенком. Пусть с другого ряда, не важно. Лишь бы малыш был на виду.

Собственно, не имею ничего против присутствия родителей, будут мне помощниками.

Когда свет в зрительно зале гаснет, мы окунаемся в потрясающую атмосферу театра. Много смеемся, переживаем за героев. Но все, начиная от детей, заканчивая взрослыми – увлечены актерской игрой. Час пролетает так быстро, что сравним с пятью минутами. Казалось, только сели и уже нужно подниматься.

Дети аплодируют стоя, а потом поднимаются на сцену, где делаю несколько снимков класс вместе с персонажами сказки. Родители от меня не отстают, а потом просят присоединиться к ученикам. И вот уже я вижу со всех сторон вспышки фотокамер.

Разбредаемся по домам медленно, многие просят организовывать подобные мероприятия как можно чаще. А мне почему-то в этот момент вспоминаются слова Юры о том, что мое место не в клубах и кафе. Видимо вот в этих. Рядом со счастливыми семьями, которые сейчас поедут гулять в парк или, возможно, в кафе. А кто-то купит торт и съест его дома в приятной компании.

Денис Максимович и Артём деликатно предлагают подбросить меня до дома. Только что мне там делать? Слушать храп и нюхать запах перегара? Благодарю мужчин и, сославшись на дела, быстро ухожу. Возможно, прогуляюсь по магазинам. Или, в конце концов, дойду до парка. В общем-то, занятие на день найду.

Глава 4

Новая неделя принесла с собой внеплановую проверку из департамента. Вот не по душе мне то, как работают наши начальники. Да и весь их состав не переношу, не потому, что люди они плохие или как-то меня обидели, нет. Просто за год тесного сотрудничества поняла, толковых идей от них не дождешься.

Мне всегда нравилось, как люди работают, сидя на местах. Захотелось заработать баллы и проявить себя – придумали городской конкурс и всех обязали в нем участвовать. Нет, мы только за, но сделайте так, чтобы ваша идея была разработана тщательно и осуществлена правильно.

Почему, участвуя в городском конкурсе, не можете наградить всех детей? Нет, мы, учителя, не просим дорогих подарков. Достаточно напечатать грамоту или диплом на простом листе бумаги и поставить печать. Все! Дети рады и этому. Но у нас, как правило, награждают только за первое место, причем делается это очень тихо, что никто в городе не знает имени победителя.

Вот и сейчас, придя с проверкой на уроки, женщины с умным видом рассказывают учителям об очередном конкурсе. Я не лезу, потому что боюсь наговорить лишнего. А мне моя работа дорога. Уволить – не уволят, но жизнь подпортят, премиальные снять могут, а без них моя зарплата превратиться в одно название.

Проверка решила начать с моего класса: мало того, что молодой специалист, так еще и с другой школы перевелась. И не удивлюсь, если моя фамилия у них на слуху.

Урок проходит чисто, почти без замечаний. Дети сначала поглядывают в сторону присутствующих гостей, а потом увлекаются и забывают о них. И только кончился урок, как Коля с последней парты кричит на весь класс:

– Светлана Николаевна, мы вас не подвели?

Вот как на таких малышей можно ругаться? Он ведь за меня беспокоится, да так сильно, что удержаться не может и спрашивает на весь класс.

Невольно улыбаюсь и так же громко отвечаю.

– Нет, вы мне очень помогли!

И начались обнимашки. Люблю их, всех. Таких разных и непредсказуемых. Таких искренних и добрых.

Моим уроком остались довольны, но все равно кое-что посоветовали. Ведь не уходить из класса просто так, обязательно нужно найти, к чему придраться. Чистых уроков нет и быть не может – у нас, у молодых. Но я довольна все равно, результат увидим в четвертом классе, когда будем писать Всероссийскую проверочную работу, и на контрольных работах. Говорить и советовать можно сколько угодно, а еще с умным видом рассуждать о том, что некоторых детей стоит пересадить.

Я киваю, соглашаясь, но знаю, что большую часть рекомендаций пропущу мимо ушей. Почему? Все просто. Мне лучше знать, кому и где сидеть. Я с этим классом работаю неделю и успела выучить не только имена и фамилии учеников, но и обратила внимание, кто с кем дружит, а кто кого сторонится. И уж точно не посажу рядом друг с другом двух импульсивных лидеров. И ни в кое случае за одной партой не должны сидеть дети, которые немного слабоваты. Рядом с каждым нужно посадить ученика посильнее, чтобы один помогал другому. Даже на контрольно работе, потому что слабенькие могут растеряться и запутаться, так хоть в тетрадь соседа подглядеть смогут, немного успокоятся.

Мы даже говорили о том, что проверочные и самостоятельные работы не страшные, что там не будет сложных и невыполнимых заданий. Только то, что проходили на уроке. И естественно, очень просила детей не расстраиваться, если что-то не получается не только на таких ответственных работах, но и просто на уроке.

– Вы ведь этой темы совсем не знаете? Так откуда же будет правильный ответ? Верно отвечает тот, кто где-то слышал про новое правило, или же подсмотрел, например в учебнике. Ошибаться не страшно, ошибки делают даже взрослые…

Последнюю фразу сказала скорее себе. Моей большой ошибкой стал Юра, который с каждым днем бесил все больше и больше. Он словно пожелал довести меня до ручки, чтобы сорвалась и психанула. Я же пыталась с мужчиной поговорить, вот только он от меня отмахивался и сбегал. Как по мне, то лучше расставить все точки над «i», высказать друг другу претензии и разойтись как в море корабли. Я могу уйти, благо есть куда, но все же хотелось бы разобраться, в чем дело.

День пролетает так быстро, что понимаю, я ничего толком не успеваю сделать. Прибавилась отчетность, которую нужно было срочно сдать вчера. И не важно, что документ принесли только сегодня. Вот и задержалась на работе, стараясь сосредоточиться. Но сделать это в классе, где началась продленка, совершенно невозможно. Детям все интересно. Они подходят и заглядывают в листы, что-то пытаются прочитать или даже подсказать.

– Ребят, – прошу, – мне нужно заполнить очень важную бумагу.

Они кивают и отступают на три шага, чтобы стоять рядом и гипнотизировать своими глазками любимого учителя. Где же Алевтина Геннадьевна?

– Здравствуйте, – поворачиваю голову и замечаю папу Артема.

– Добрый день, – вновь утыкаюсь в бумагу, стараясь разобрать замысловатую фразу, которая должна нести скрытый смысл. Вот только этот смысл каждый раз от меня ускользает.

Дети так и стоят рядом, перешептываясь, но хоть ручки не тянут.

– Вам помощь нужна? – я вздрагиваю, потому что Денис Максимович очень бесшумно подошел к столу.

– Нет, спасибо, – улыбаюсь.

– Светлана Николаевна заполняет очень важный документ и просит не мешать, – берет слово Сашенька, которая всегда и все знает. А еще очаровательно улыбается при этом.

– Тогда мешать не будем, – проговаривает мужчина, – а лучше сыграем в шашки, кто меня переиграет?

Я удивленно смотрю на папу Артёма, который садится за последний стол и вокруг него собирается весь класс. Он поднимает голову и глазами указывает на бумаги.

– Спасибо, – произношу одними губами, понимая, что у меня появился неожиданный спаситель. И теперь есть хоть пять минут, но таких важных и драгоценных.

Успеваю не только все заполнить, но и отнести в учительскую. А когда возвращаюсь в класс, дети обступают и просят победить непобедимого Дениса Максимовича.

М-да, не должен учитель вот так сидеть и играть в шашки, но детям не докажешь, они жаждут отмщения. И никто в их глазах этого сделать не сможет, кроме любимого учителя. У меня за спиной стоит целый класс, рядом с Денисом топчется Артемом, который, посмотрев на меня, обнял отца и перешел на мою сторону. Ха-ха-ха!

– Так не честно, – притворно обижается мужчина, вызывая смех у детей, – я один, а вас много! Артём, ну хоть ты поддержи!

– Извини папа, – серьезно отвечает мальчик, – но Светлана Николаевна девочка, ей поддержка нужна.

Чуть не показала мужчине язык, но все равно не смогла сдержать улыбки. А он улыбнулся в ответ, так, что даже ямочки появились на щеках. Немного засмотрелась, но поспешно перевела взгляд на доску. Ладно, нужно сосредоточиться и вспомнить уроки из шахматного клуба, куда меня в свое время привел дед. Долго там не задержалась, потому что было неинтересно и слишком скучно. А я девочкой росла активной.

И вот сейчас, делая первый ход, начинаю ерзать на стуле, потому что Денис Максимович слишком долго думает. Нашла его ногу под столом и тихонько стукнула.

– Время, – говорю, поглядывая на часы.

Это он может себе позволить сколько угодно сидеть и думать. А у меня еще тетради, написание конспектов и заполнение журнала.

Мужчина понятливо кивает и игра наша идет значительно быстрее, да так, что через пару минут побеждаю под счастливые вопли детей и непонимающий взгляд папы Артема.

– Не расстраивайтесь, – зачем то потянулась к его плечу, чтобы осторожно сжать, – отыграетесь потом.

– Хорошо, а то я теперь очень хочу победить!

– Не сомневаюсь!

И так удачно приходит воспитатель, извиняется за задержку и забирает детей на прогулку. А я быстро собираю в пакет тетради и журнал, кидаю в сумку очки и учебники.

– Вас подвезти? – и зачем он так пристально смотрит?

– Нет, спасибо, я…

– Светлана Николаевна, – встревает Артём, – у вас какой пакет тяжелый.

Да, тяжелый, но и привыкла все носить сама.