Авантюристка для красавчика

Глава 1

– Хватит реветь! – произношу довольно грубо, потому что голова раскалывается от плача Варвары, по совместительству моей подруги, коллеги по цеху и просто хорошего человека.

Уже пятнадцать минут мы с Иванной слушаем ее истерику, которая с каждым произнесенным словом лишь усиливается, ни в какую не желая останавливаться. Да что ж такое – за что мне такое наказание?

– Ты бы, и вправду, завязывала со своими стенаниями, – тоненьким голосом вещает еще одна подруга, которая стала невольным свидетелем исповеди Вари.

– Вы меня не понимаете! – рев усиливается на несколько децибел, а моя голова вот-вот лопнет от избытка громкости.

Конечно, не понимаем – куда уж нам понять-то ее истерику, нерадивым. Ведь нас никогда не бросали мужчины, не предавали близкие люди и не подставляли коллеги. С последним я не сталкивалась, а вот первые два пункта пережила на собственной шкуре. И теперь сижу, пытаюсь унять головную боль, а ещё понять – что я здесь делаю? Своих проблем что ли мало?

На самом деле, их просто нет, поэтому Варвара продолжает реветь, Иванна тяжело вздыхать, а я – смотреть на представление под названием “мою подругу бросил парень”, облокотившись о стол и подперев подбородок рукой.

Варя считает, что в ее жизни произошла глобальная катастрофа – встретила красавчика на крутой тачке с золотой кредиткой в кармане, влюбилась в него с первого взгляда, как среднестатистическая идиотка, и решила, что это ее судьба. Банально, примитивно и слишком предсказуемо, заранее зная финал сей печальной истории – через неделю красавчик пропал с горизонта, разбив моей подруге сердце, а она не придумала ничего лучше, как закатить нам истерику.

– Ты должна ей помочь! – в категоричной форме произносит Иванка, миленькая брюнетка невысокого роста, правда, с ее писклявым голосом категоричность выглядит скорее комично, чем грозно.

– Каким образом? – я округляю глаза, на время забыв о головной боли и впиваясь взглядом в подругу, которая, по всей видимости, не шутит.

И даже не замечаю, как плач прекращается, а вместо него раздается заикающийся голос Варвары:

– Ну, как же, – девушка пытается взять себя в руки, однако всхлипы мешают ей сосредоточиться на главном. – Ты же помогла Соньке, Юлиане…

– И даже мне! – перебивает ее милая брюнетка, чем вызывает у меня лишь зубовный скрежет.

– То есть поиздеваться над мужиками, которые вас поматросили и бросили, выставив их личную жизнь на всеобщее посмешище в сети, вы называете помощью? – на протяжении моей пламенной речи лица девчонок сначала вытягиваются, а после окончания резко поникают. И если Иванна Рубцова лишь печально вздыхает, то Варвара Балановская снова собирается истерить, за что получает от меня грозное:

– Не реви, и так тошно!

На самом деле, гордиться здесь нечем, и я это прекрасно понимаю – когда-то глупая месть за подругу переросла в азарт, чем девочки и воспользовались. За первой последовала другая, затем третья и четвертая, после чего я поняла – переборщила со своим неизменным авантюризмом и заигралась. А когда последняя жертва в моем списке пригрозил расправой, я реально испугалась. Жертвой молодого и амбициозного депутата стала тихая и скромная Иванна, которая еще два месяца назад точно так же рыдала на моем плече, как сейчас это делает Балановская, а я, как верная подруга, решила отомстить.

В принципе, ничего сложного, если действовать по уже отработанной схеме – построила глазки, заманила в свои сети, а потом… выставила его похождения на всеобщее обозрение! Мой блог в Интернете пользуется огромной популярностью, где я люблю пообсуждать мужчин, прячась под псевдонимом “Юная Авантюристка”.

И если раньше месть за подруг вызывала бурю эмоций в моей душе, а во мне самой просыпался азарт хищника, то сейчас я твердо понимаю – нельзя переступать черту.

Ведь рано или поздно моя глупая месть вернется ко мне бумерангом.

– Ты так и не сказала, кто он, этот неизвестный ловелас, который разбил тебе сердце, – усмехаюсь, обращаясь к Варваре, тем самым переводя разговор немного в другое русло. – Может, он на Квазимодо похож, и ты тут зря слезы льешь, – продолжаю веселиться, чтобы хоть как-то разрядить напряженную обстановку.

– Драгош Златан Ладославович, – тяжело вздыхает Балановская, а мы с Иванной лишь округляем глаза, произнося синхронно:

– Кто?!

– Вот, – Варвара подсовывает мне под нос журнал, открывая на нужной странице, а я лишь громко стону в ответ и легонько бью себя по лбу.

Не могла эта звезда найти кого-то попроще! Как ее вообще угораздило с ним встретиться в огромном мегаполисе под названием “Москва”? Здесь миллионеры не ездят на метро, как моя подруга, не шляются по распродажам и даже не посещают пиццерии или забегаловки быстрого питания. Они не обращают внимания на среднестатистических девушек, как Иванна или Варвара, не вступают с ними в серьезные отношения, и уж точно никогда не предлагают им руку и сердце.

Такое случается лишь в слезливых мелодрамах, сказках для детей и книжках про любовь. Поэтому мое грозное и слишком удивленное “Кто?!” приходится как нельзя кстати – Златан Драгош является именно тем самым миллионером, который никогда не посмотрит в нашу сторону, будь у нас хоть семь пядей во лбу.

Вот как, скажите на милость, они пересеклись в Москве?

И на что мои подруженьки собрались меня подписать?!

Глава 2

В моей жизни в последнее время все довольно скучно и однообразно – такое чувство, что кто-то заранее прописал сценарий моей судьбы. Лицей с углубленным изучением иностранных языков, журфак, первая несчастная любовь и вполне себе обеспеченное будущее, о чем позаботился мой папенька – что здесь интересного, скажите на милость? Единственное, что не даёт окончательно заскучать – это извечный авантюризм, который у меня в крови с рождения, поэтому меня вечно тянет на новые приключения. Это, так сказать, моя вторая сущность и стиль жизни, о чем я ни капли не жалею.

Еще в младших классах я поняла – больше всего меня бесит, когда кто-то берет меня “на слабо”.

– Спорим, Никольская, что ты никогда в жизни не назовешь училку дурой?

Мой одноклассник Сережка Скоробогатов, видимо, понял это еще раньше меня, поэтому постоянно подбивал на разные авантюры. То сорвать урок, так как практически все мои одноклассники не выучили новую тему по биологии в седьмом классе, то закрыть строгого завуча в кабинете, залив дверной замок клеем, чтобы Виталина Владимировна не смогла провести контрольную, то улечься на учительский стол перед молодым преподавателем по физике в одиннадцатом и томным голосом произнести “Я хочу тебя, пупсик” – это лишь самые яркие моменты, которые надолго отложились в памяти, а было их гораздо больше.

Все с замиранием сердца ждали, когда же Даша Никольская струсит или оступится, но каждый раз я выходила победителем в споре. Конечно же, получала “по шее”, бывала наказана и неделями сидела за книжками в качестве все того же наказания, однако авантюризм в моей душе лишь креп и расцветал.

– Никольская, а вы не пробовали свою энергию пустить в нужное русло и не тратить столько сил и времени на всякую чепуху? – выдал мне преподаватель по “Истории и теории литературы”. – Вы же умная девушка, а занимаетесь ерундой.

После этих слов мне стало стыдно. А действительно, чего это я взъелась на немолодого одинокого препода, поспорив с одногруппником, что приглашу Михаила Семеновича на свидание? Возможно, он слишком строг и придирчив, и даже заслужил “наказание” в виде издевательств студентов над его рассеянностью, но спокойный тон мужчины без осуждения моих действий сыграл свою роль.

– И чем вы предлагаете мне заняться? – после этого вопроса я замерла на какое-то время, наблюдая, как преподаватель шевелит бровями.

– А чем бы вы хотели? – спокойно произнес в ответ, чем вогнал меня в ступор.

А действительно, чем?

Тогда я ничего не ответила, лишь извинилась и молча вышла из аудитории, однако задумалась – такими темпами обо мне скоро начнут легенды складывать и книжки писать, если не засуну свою натуру куда подальше и срочно не займусь каким-то полезным делом.

С глупыми спорами было временно покончено, а я решила попробовать себя в качестве блогера. К тому времени у меня уже имелся небольшой, но горький опыт любовных (и даже сексуальных) отношений, и я рискнула пофилософствовать, написав статью на тему “Почему мы выбираем тех или иных мужчин”?

Так как блогером я была новым, не имела еще своих фанатов и аудитории, то отклика у женского населения нашей страны моя статья особо не вызвала. Но я не останавливалась на достигнутом, поставив себе цель – хочу десять тысяч подписчиков.

Через три года число моих фанатов перевалило заданную планку, а я не переставала удивлять их новыми рассуждениями, применяя полученные знания на журфаке.

А как еще убить время человеку, у которого есть всё?

К концу моего обучения в университете предки свалили за границу, оставив мне в полное распоряжение трехкомнатную квартиру практически в центре столицы, двухдверный Мерседес-купе красного цвета (папенькин внедорожник пылился в гараже), а так же безлимитную золотую кредитную карту.

Я старалась не выделяться из толпы окружающих, одеваясь вместе с девочками на распродажах, посещая те же недорогие кафе, что и мои подруги, а так же раз в год приглашая их к себе на день рождения в какой-нибудь столичный клуб.

– Стипендию целый год собирала, – ответила я однажды на глупый вопрос “откуда у меня бабки на клубешник”. – Голодала, не доедала, подрабатывала по ночам, чтобы вас пригласить в приличное место.

Больше с глупыми вопросами ко мне не лезли, да и я старалась особо не шиковать. К тому же, фамилии с моим богатым папочкой у нас разные – так получилось, что женился он на мамуле после моего рождения, поэтому Никольскую Дашу никак не связывали с Затонским Леонидом Петровичем.

Почему отец меня официально не удочерил, я поинтересоваться забыла. Да и зачем? Ведь любовь к близкому человеку – это не свидетельство о рождении и даже не одинаковые фамилии.

Это нечто большее, чем обычные бумажки, выданные загсом.

И на обычном листе формата А4 она точно не поместится, как ни старайся!

Глава 3

– Дашка, а давай ко мне? – в очередной раз предложил мой бывший одногруппник Дмитрий Проскурин, когда мы встретились, чтобы выпить кофе. Его навязчивость слегка напрягала, однако к этому можно привыкнуть. – Деньгами не обижу, ты же знаешь, я не жадный.

– На кой мне твои деньги? – попыталась я возмутиться, однако в ответ получила лишь ехидную улыбку. – Своих девать некуда, могу сама с тобой поделиться.

Димасик, как мы его называли все пять лет нашей продолжительной учебы на журфаке, унаследовал от родителей издательство, типографию и парочку довольно популярных Интернет-порталов, включая новости, политический обозреватель и, конечно же, сплетни.

Еще и ежемесячный глянцевый журнальчик в придачу, куда он меня пытался наглым образом заманить аккурат с четвертого курса, получая лишь презрительные взгляды в ответ.

– Знаешь, Никольская, чем отличается человек от обезьяны? – продолжал свои занудные речи Проскурин, а я сдерживалась из последних сил, чтобы не послать своего институтского друга куда подальше.

– Обезьяны не умничают, в отличие от некоторых, – тонко намекнула, что разговор окончен, однако Димасик не внял моим аргументам.

– Ты губишь свой талант, Дашка! – парень поднял указательный палец вверх, тем самым показывая свое восхищение. – Я же не заставляю тебя сутками торчать в редакции, – он сделал паузу, наблюдая за моей не слишком позитивной реакцией, которая всей гаммой чувств отобразилась на лице. – Свободный график, вольный писатель и любая тема на выбор.

Кривилась я тогда исключительно в меру своей стервозности, однако в глубине души понимала, что именно сейчас соглашусь. И дело даже не в том, что с Димкой мы дружили или мне нужны были деньги, а в том, что в последнее время я просто маялась от безделья. А все благодаря моему любимому, самому дорогому и ненаглядному папеньке – какой дурак пойдет горбатиться с утра до ночи, имея безлимитную золотую кредитку в кармане?

Дело в том, что мой отец зарабатывал свои миллионы, инвестируя их же в различные проекты, как в России, так и за рубежом. Я даже не пыталась вникнуть в суть его бизнеса, не имея никакого желания сутками пропадать в офисе, прибавляя одни цифры к другим. Все эти маркетинги, менеджменты, аудиты и бухучеты были для меня китайской грамотой, на что отец лишь периодически смеялся, называя меня “балбеской”. Ну а что поделать, если цифры – это не моё?

– Кому я бизнес оставлю? – это был его самый любимый вопрос, которым заканчивались любые наши споры.

– Внукам, – всегда встревала мама, усмехаясь на мою реакцию.

– Только мальчик! – отец всегда произносил эту фразу тоном, не терпящим возражений, на что я лишь фыркала в ответ, однако в последнее время его намёки и давление надоели мне до чертиков.

Ну сколько можно, пап, пытаться подстроить меня под свои критерии! Хочу гуманитарный лицей с отличием – на тебе, мой дорогой. Подавайте мне журфак – получите и распишитесь, что называется. Мечтаю, чтобы моя дочь стала международным репортером, мотаясь из страны в страну – тут моя сущность взбунтовалась.

– Вот сам и работай на телевидении! – кричала я ему прямо в лицо, однако он даже бровью не повел.

– Доченька, я вложу деньги в любой канал, на который ты укажешь! – отец пытался надавить на жалость, но со мной подобные номера не проходили.

– Я не буду мотаться по всем странам подряд, и точка!

На этой ноте пришлось закончить наш нелегкий спор и больше к нему не возвращаться. Если с лицеем и журфаком я особо не сопротивлялась, так как мне было все равно, где учиться, то за границей я предпочитала исключительно отдыхать, а не бегать под палящим солнцем с микрофоном в руке в поисках сенсаций.

И Димкино предложение пришлось как нельзя кстати, потому что я предвидела очередной звонок из-за границы и банальный вопрос, повторяющийся из раза в раз:

– Ты подумала над моим предложением?

– Я работаю у Димки! – отрапортовала я веселым голосом, и отец успокоился, с того времени перестав давить на меня со своим телеканалом.

И вот сейчас я сижу в кабинете, который уже два года делю с той же Иванной и Варварой, пытаясь ответить на вопрос – Как?!

Это слово набатом бьется в голове, усиливая боль в несколько раз. И даже истерика Балановской отходит на второй план, так как имя Златана Драгоша затмевает все вокруг.

Он – недостижимая мечта многих наивных девушек, которые уже несколько лет к ряду пытаются заманить молодого миллионера в свои сети. Чем сильнее они активничают, тем больше у желтой прессы прибавляется работы.

И надо же такому случиться, что Варвара попала в сети именно к этому ловеласу.

Я перевожу взгляд со всё еще всхлипывающей подруги на журнал, который она мне подсунула, уже догадываясь, что там увижу.

– “Топ-10 самых богатых красавчиков столицы”, – читаю заголовок, под которым первым номером идет тот самый Златан Драгош, как теперь оказывается, разбивший сердце моей подруги. – Сама написала, сама и попала, – констатирую факт, тяжело вздыхая.

Головная боль усиливается с каждой минутой – к завываниям Варвары добавляются непрошенные мысли, которые уже роем копошатся в этой самой голове.

Фишка моей подруги в том, что она – любительница разнообразных рейтингов. Артисты, завидные женихи, знаменитости и остальной бомонд столичной жизни – и ведь не лень человеку часами проводить в Интернете, каждый месяц составляя очередной ТОП-10. У меня бы терпения не хватило целыми днями “любоваться” на их ухмыляющиеся рожи, однако Балановская бьет все рекорды по усидчивости.

Единственный минус всего этого, в моем понимании – Варвара составляет рейтинги исключительно на свой вкус. А так как наши мнения относительно некоторых личностей и их смазливых физиономий частенько не совпадают, то я вечно ее подкалываю, насмехаясь над безвкусием своей подруги.

Но читательницам нравится, несмотря на мои придирки, поэтому моя подруга продолжает штудировать Интернет в поисках новых знаменитостей.

– Ты хочешь сказать, – оживает Иванна, глядя с удивлением на подругу, – что не узнала его?

– Узнала, конечно же, – вздыхает та в ответ, да так печально, что мое бедное сердце вот-вот разорвется на части. – Мы столкнулись с ним на пороге супермаркета, и я влюбилась в него с первого взгляда.

– А потом? – продолжает допрашивать Иванна, а я лишь мотаю головой из стороны в сторону.

– Он разбил бутылку вина, облил меня с ног до головы, пригласил на ужин в качестве извинений, а потом…

Еще немного, и она снова заревет, поэтому я решаю продолжить чтение столь увлекательной статьи, от которой едва оторвала свой взор.

– “Драгош Златан Ладославович признан самым очаровательным миллионером столичной тусовки”, – делаю паузу, мысленно усмехаясь от столь витиеватой формулировки. – “Владелец сети Lados Worldwide, куда входит пара сотен люксовых отелей по всему миру, включая шесть в России, может по законному праву считаться самым завидным женихом Москвы. И не только”, – кривлюсь, поднимая глаза на Варю. – Скажи, кто тебя учил этот бред писать?

– Главное, не как написано, а о ком, – продолжает хлюпать носом моя подруга, но мне уже крайне любопытно, что она еще успела наваять в своей статейке.

Хоть и я тоже пишу для этого самого журнала, в основном о модных новинках, читать желтую прессу не люблю. Даже половины сотрудников не знаю по именам – нафига, спрашивается, забивать лишней информацией голову?

Конечно же, о Златане я слышала, так как периодически натыкаюсь в Интернете на очередную сплетню, но видела его физиономию исключительно на фото. Симпатичный, я бы даже сказала – довольно смазливый, но… абсолютно не в моем вкусе. Мне нравятся темноволосые бруталы, желательно под тридцать пять, а то и постарше, с непревзойденной харизмой и морем мужского обаяния. Чего не скажешь о тридцатилетнем светловолосом миллионере, по которому пускают слюни все незамужние женщины до тридцати.

А то и старше. И что хорошего они в нем нашли?

– “Поговаривают, что Драгош-старший, дед нашего красавчика, начинал свой бизнес со старичком Хилтоном[1], открыв свой первый отель в Хорватии. Сейчас состояние Lados Worldwide[2] оценивается больше, чем в миллиард долларов”, – я намерено делаю паузу, переводя изумленный взгляд на подруг. – Сколько?!

– Миллиард, – тяжело вздыхает Иванна.

– Даже больше, – вторит ей Варвара. На пару секунд замолкает, а после с очередным воем выдает: – Я его люблю-ю!

– Да люби на здоровье, кто мешает, – отмахиваюсь от истеричной подруги, не желая больше слушать и читать этот бред. – Только не реви, очень тебя прошу. Башка трещит, еще и ты своим ором усиливаешь боль в несколько раз.

– Ты должна ей помочь! – снова пищит Иванна, заставляя меня заново плюхнуться на стул.

Вот же… Только я встала, чтобы свалить из этого дома скорби, а она снова за свое.

– Да, – вторит ей Балановская, резко прекращая реветь. – Ты же не можешь оставить подругу в беде. Ему надо отомстить! – со злостью в голосе заканчивает, а я наоборот вспыхиваю, игнорируя головную боль.

– Повтори еще раз, а то я не расслышала? – машу рукой возле уха, тонко намекая девушке, что несет она полнейшую чушь, если не сказать похлеще. – Ты хочешь выставить на всеобщее обозрение грязное белье человека, которого любишь?

– Я… – пытается что-то возразить Варвара, но я не даю ей такой возможности, раздражаясь от человеческой тупости.

– Какая-то странная у тебя любовь, не находишь? – поднимаюсь, наконец-то, со стула, беру свою сумочку и высказываюсь напоследок: – Он, вообще-то, грязью тебя не поливал, даже если и поступил подло. Но ни твоих фоток в Интернет не выставлял, потешаясь над очередной скоропостижно влюблённой лохушкой, ни интервью по этому поводу не давал, чтобы тебя прилюдно унизить. Ни-че-го! – произношу по слогам, чтобы достучаться до подруги, однако по глазам вижу, эффекта ноль.

– Дарья, ты жестока! – встревает Иванна, надувая губки. – А как же твой извечный авантюризм?

Вот зря она это сказала – и так на душе кошки скребут после моих чудачеств, еще и каждая обиженная и оскорбленная теперь будет мне постоянно об этом напоминать?

– Ты хотела сказать, идиотизм, – фыркаю я в ответ, с презрением глядя на подруг. – Только сейчас понимаю, что безделье до добра не доводит. Слава Богу, никто из ваших бывших ухажеров не подал на меня в суд, хотя запросто могли вывалять мое имя в грязи, – запинаюсь, так как самой становится тошно от своего же поведения.

– Значит так, – произношу с нажимом, чтобы больше не возвращаться к теме моего авантюризма. – Бизнесмен, женатик, политик и ботаник, – перечисляю я практически по слогам, пропуская, правда, одну кандидатуру. – На этом список закончен. И вам советую не заниматься ерундой.

Открываю дверь и выхожу в коридор, мысленно считая до десяти, чтобы успокоиться.

Надо же, чего удумали – я должна мстить за Варвару, которая сама полезла в заранее провальные отношения! Она, конечно же, девка хорошая, и лохушкой я ее назвала не со зла – но ведь нельзя же быть такой наивной дурой, кидаясь на шею каждому встречному. Тем более птице явно не её полёта.

Миллиард долларов – ха-ха-ха! Да ему нужна крошка Хилтон, не меньше!

Глава 4

Больше всего на свете я люблю водить машину – ровная дорога успокаивает, приводя и нервы, и мысли в порядок. До моего дома от редакции приличное расстояние, и мне хватает времени обо всем подумать, взвесить все “за” и “против” (хотя реально не понимаю, что тут взвешивать), и окончательно успокоиться.

Я все делаю правильно – так стоит ли сейчас забивать себе голову всякой чепухой?

Конечно же, я немного резковато и даже жестоко высказалась в адрес подруг, но они реально меня достали. Посмеялись, отомстили, поиграли, что называется, и хватит – зачем же ворошить прошлое?

Идея с глупой местью в первый раз пришла мне внезапно, когда моей лучшей подруге Юлиане Красновой, тоже журналистке (кстати, на журфак она поперлась следом за мной, всю жизнь до этого мечтая стать врачом), молодой и дерзкий бизнесмен разбил сердце. Я это называю не иначе, как поматросил и бросил, но “разбитое сердце” в данном контексте звучит намного пафоснее.

– Давай его проучим, – предложила я сгоряча, выпив с подругой бутылку вина. – Я ему построю глазки и брошу, как он тебя, хочешь?

– Хочу, – произнесла она не совсем трезвым голосом.

Если бы не переизбыток алкоголя в тот вечер, не ее тихое и жалостливое “хочу”, глаза полные слез, и мое безделье, Игорь Иванович Москвин, тот самый бизнесмен, так и остался бы в неведении, что Юлиана по нему страдала.

Но даже утренняя головная боль не остановила меня от задуманной мести – раз дала слово, придется его держать.

Через два месяца Игорек сделал мне предложение – посреди ночного клуба, стоя на одном колене, с букетом цветов в одной руке и кольцом в другой. Кто ж знал, что он окажется таким шустрым – влюбился, не давал мне прохода и даже собрался жениться, чтобы затащить меня в постель. Интересно, он всех девушек брал таким способом на абордаж? Или только мои постоянные отказы заставили парня решиться на серьезный шаг?

Моя статья в блоге с парочкой фото привела читательниц в дикий восторг!

“Так ему и надо”, – писала основная масса.

“Нефиг девчонок использовать”, – вторили ей остальные.

Мужчины, правда, пытались обвинить меня в жестокости и несправедливости, но девчонки быстро закрыли им рот. И только один комментарий меня немного вогнал в ступор.

“Меня бросил парень, которого я люблю. Можете и ему отомстить?”

И снова целый поток советов, наставлений и просьб о помощи бедной и несчастной Леночке.

“Вы должны ей помочь!”

“Отомстите за всех брошенных девушек!”

“Юная Авантюристка, вы просто не можете пройти мимо очередного бабника!”

Честно говоря, я не понимала, кому и что должна, а главное – с чего они решили, что в моем лице нашли народную мстительницу?

Я решила не обращать внимание на эту чушь, но спустя пару дней голос моего начальника и по совместительству друга прозвучал, как гром среди ясного неба:

– Слабо, Никольская, девочке помочь?

Димасик пребывал в чудесном расположении духа, расположившись в вальяжной позе в кожаном кресле.

– Ты в своем уме? – я покрутила пальцем у виска, намекая на всю бредовость данной затеи. – Ладно, Юлиане я ляпнула, не подумав, но ты, вроде, пока в адеквате?

– Скучно, Дашенька, – Дима развел руками в разные стороны. – А так хоть какой-то азарт и разнообразие в моей серой и унылой жизни. Просто интересно, – он сел ровно за столом и даже подался немного корпусом вперед. – Это тебе тупо фартануло, или ты реально можешь заставить любого мужика плясать под свою дудку?