Эпоха сумасшедших господ

© Тимур Шипов, 2024

ISBN 978-5-0064-6863-4

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

От автора

Случайных встреч не бывает. Есть определенное, а также фееричное значение, которое имеет каждый проводник на нашем пути. Нетрудно понять, что в этом есть то, от чего берется опыт, который откладывается в подсознание, совершая круги от пяток и до макушек. Все это влияет на характер поведения человека.

Возможно, пора и верить в судьбу или в то, что уже и так все предначертано нам.

Скорее всего, на каждого из нас уже существует небесный сценарист, который пишет нашу жизнь, и с юмором у него в в порядке, потому что, когда случается какое-то дерьмо, мы виним всех, кроме себя.

Этот сценарист, пишущий нашу историю, уже давно свел нас с людьми, которые нам были необходимы для определенного периода на своем пути. По сути, мы все и есть проводники. Мы провожаем и встречаем неначатую страстную любовь. И никто не задумывается о том, что будет дальше, если продолжить свой путь с одним из проводников.

Наверное, не будет слишком много фатализма в том, что кто-то уже имеет на нас зуб. И этот кто-то пишет нашу историю, которая имеет завуалированное название – судьба…

1

Я находился в своем офисе и перебирал различные бумаги, так как моя работа – аудитор. На улице было ужасно прохладно для питерского лета, да и меня слегка мучил озноб, так как вчера я целый день отходил от мучительного состояния отравления желудка, высокого давления – иначе говоря, жесткого похмелья.

Работаю в своей же компании и провожу внешние, внутренние и индивидуальные аудиты.

Мой арендодатель Феликс Васильевич начал трахать мне мозги за плюсовые коммунальные услуги, а именно – требовал с меня лишние бабки. Но лишних денег у меня не было, так как когда я провел внутренний аудит строительной компании, которая принадлежит местному бандиту, то поимел с него кругленькую сумму денег, которую потратил на различные вещи для себя и своего 24-летнего ребенка, который почему-то не может устроиться никак на работу, что-то вложил на накопительный счет банка, а все остальное, конечно же, вместе со своим товарищем, а также моим помощником Михаилом просадил на различные тусовки и различных дам.

Михаил Авдеев – мой коллега, был увлечен простыми заработками, в основном это было легкое мошенничество. Когда он работал снабженцем на одном предприятии, то проворачивал ходовые дела втайне от своего руководства. Он заставлял их поверить в лучшие цены закупки сырья, потому как я находил ему толковые знакомые компании, в которых я проводил аудит. Мы договаривались с различными менеджерами по продажам и получали неплохие откаты с их стороны. Миша, как и я, был в разводе – нам с этим повезло, лучше не иметь постоянный негатив у себя дома, а проводить различные встречи с дамами для улучшения состояния здоровья.

Пару дней назад я был в гостях у Миши, так как он решил организовать громкую домашнюю тусовку, прикупив себе диджейский пульт с огромными колонками, которые на полную мощность могут выкинуть души людей, разбив при этом окно. Все бы ничего, если бы не наш возраст, а нам уже по сорок три года. В таком возрасте поздно что-то начинать, как сказал бы Буковски, «не пытайтесь», но все-таки захотелось по-другому. Если до тридцати ты не смог что-то сделать, то сделай это после тридцати.

Мы пили ром, и к Мише приехала знакомая Кристина со своими подругами Верой и Анной.

За выпивкой и музыкой познакомились все, и, хотя еще была не ночь, все были накиданы и раскрепощены.

Все шло как по накатанному: состояние Миши росло как на дрожжах. В какой-то момент он начал исполнять традиционные военные марши. И кто это придумал в этот момент? Скорее всего, это была Анна, которая совсем недавно отправила своего мужа в ряды военной службы, и теперь ее задача – выживать и получать удовольствие, как и всем остальным, когда ребенка нет рядом с ней.

Михаил подготовил новый суперремикс – звуковую дорожку «Я хочу быть с тобой» Наутилуса Помпилиуса. Это было просто ужасно, так как я считаю Бутусова одним из лучших исполнителей русского рока.

Вера и Кристина захотели услышать диджейскую обработку Smells Like Teen Spirit, и наш верный друг сделал все возможное, чтобы дамы были счастливы. И кто придумал переделывать записи стиля гранж?

В перекуры от музыки дамы были сетью осведомителей, которые рассказывали про свои грустные работки, а я пополнял в своей голове информацию по незаконным аудиторским проверкам или по законным аудиторским проверкам.

Запершись в ванной, я и Вера вертелись перед зеркалом. Мы позировали и целовались. Разовые встречи очень хороши, так как к ним нет привязанностей.

Тем вечером я обнимал всех девушек, представляясь им аудиторской звездой. Я знал, что займусь половым актом с незнакомыми людьми, не отужинав с ними предварительно наедине раз эдак пять. Я ни на кого не собирался производить впечатление – я и себя-то не могу удивить. В глубине души я, как и Михаил, мечтаю об одном – снова влюбиться в подходящую женщину, которая не будет гадить, которая будет вдохновлять и, главное, будет раскрепощенной в постели. Хотя это полная чушь. Любовь должна быть в раннем возрасте. А после тридцати романтики уже не хочется, а хочется жесткого траха без обязательств. Парни, мужчины, которые в разводе, в основном живут так. И ТОЛЬКО ТАК!

В ванной комнате у Миши было окно рядом с болейром, у которого закипел тэн, потому что звуки кипящей воды были слышны. И когда мы с Верой слились в одно целое, получая наслаждение, то я наблюдал, как Санкт-Петербург похож на съемочную площадку – но всего лишь похож, а благодаря шуму из водонагревателя была уверенность съемки на старую видеокамеру. Я предпочел бы, чтобы этот секс в ванной длился до рассвета, и тут на какие-то секунды мне захотелось романтики. Но о какой романтике может идти речь, когда твой половой орган находится в спецодежде и получает наслаждение процентов на шестьдесят? А тело не понимает, с кем оно вместе. Тело и разум должны быть вместе с сексуальным партнером.

Михаилу повезло больше. Наверное, в ром он что-то подмешивал, так как когда мы с Верой вышли из ванной комнаты, то увидели трио.

– Вот это поворот, – сказал я.

– Девчонки-шалунишки, – произнесла Вера.

– Очень даже неплохо, – увлеченно сказал Михаил.

Порно просто могло курить в стороне. А диджей просто находился на своем месте, включая музыку, а девочки ласкали, ласкали и ласкали. Так же они и смеялись. Это было не что иное, как развлечение, и, скорее всего, отвлечение от реальной бытовой жизни, в которой мы все чувствуем себя обузой для мнения общества.

На следующий день мой желудок выплевывал из меня здорового человека. Диета и таблетки все равно не спасали, поэтому с алкоголем нужно было завязать. Я позвонил своему сыну, чтобы он привез мне различных лекарств, что он и сделал.

– Пап, ты уже немолод, а бухаешь, как будто ты рок-звезда.

– Сынок, вот именно так делать нельзя. Я из потерянного поколения рваных душ, поэтому и не хочу, чтобы ты брал в пример мой образ жизни.

– Я и не хочу так жить.

– А что ты хочешь, сынок? На работу устроиться не хочешь? Я тебя звал к себе. Сидел бы в офисе и перекладывал бумаги.

– Нет, пап. Давай отложим этот разговор.

– Почему?

Конечно, в тот момент я все бы хотел отложить, лишь бы боль в желудке ушла.

– Мне пора, – сказал мой сын.

– Хорошо, – я не стал его долго расспрашивать, главное, чтобы он состоялся в этом мире.

Феликсу Васильевичу не нужны мои консультации в сфере и аналитике строительных масштабов даже на фрилансе. Ему не нужен внутренний аудит своего большого здания, в котором неправильно расположены пожарные выходы. Ему нужны мои деньги, в противном случае он может начать процедуру выселения моей задницы с этого офиса. Я пообещал, что в конце недели все верну.

Возле моей ноги прополз таракан, которого я раздавил своей туфлей. А для аудитора это уже не шутки.

В туалете я промыл подошву от трупа, и тут на мой мобильный раздался звонок.

– Алло, – взяв трубку, ответил я.

– Добрый день. Чирков Геннадий?

– Так точно.

– Вы сможете провести аудит одной компании в ближайшее время? – спросил женский голос.

Он звучал чувственно.

– Конечно, – сказал я.

– Когда мы сможем обсудить детали?

Мы договорились о встрече у меня в офисе ближе к семи вечера.

Я позвонил Михаилу с просьбой скинуть мне деньжат, но, как всегда, он был пуст, чудес не бывает, потому что чудо и тайну жизни – все это задушили в нас, когда мы стали ответственными членами общества. Когда нам не приходилось зарабатывать, то мир вокруг нас был абсолютно мал, мы существовали на краю Вселенной, на границе неведомого. А сейчас что? Сейчас нужны деньги. Многие ничего не выиграли, раздвинув горизонты этого мира, наоборот, проиграли жизнь, как за карточным столом.

2

Она ворвалась в мой кабинет без стука, как будто она моя жена. В этот момент я подумал, что хорошо, не было рядом со мной никакой женщины, иначе эта сумасшедшая могла бы нас прикончить. А что, если бы на самом деле была бы со мной рядом жрица любви, которая делает фелляцию и получает от этого удовольствие, как вдруг внезапное открытие двери?

– Это вы Геннадий Чирков? – спросила она.

– Да.

Бывает какое-то сумасшедшее притяжение, которое вы испытываете, когда видите человека в первый раз, как будто между вами уже есть сексуальное влечение. Какие-то флюиды начинают свое бешенство внутри вас от запаха и от вида человека. Я хочу сказать, что должно быть какое-то определение от влечения, то есть с одними женщинами хорошо говорить, но с ними не хочется спать, а с другими совсем наоборот.

Для питерского холодного лета она была в черном платье, которое обтягивало ее так, что вот-вот лопнет по швам. А каблуки у нее высокие, тело загорелое. В руках маленькая сумочка. А губы накачаны не так сильно, но очень видно, из-за чего мне бы хотелось, чтобы она сделала фелляцию прямо здесь и сейчас.

– Присаживайтесь, – сказал я.

Она села напротив моего стола и закинула ногу на ногу. Я пожирал ее глазами.

– Перестаньте пялиться на меня, – сказала она мне.

– Хорошо. Можно сперва узнать ваше имя?

– Лилит.

В моей голове это имя прозвучало с чем-то извращенным и писало картину о госпоже в демоническом латексном костюме.

– Вы серьезно?

– Да.

Она описала мне суть проблемы с заводом «СпецСтрой», который поставляет для ее компании очень дорогие комплектующие для различного строительного оборудования, которые они продают.

– Я так понимаю, сейчас дело идет о политике? – уверенно спросил я.

– Именно. Так и есть. Эти сорванцы не могут уступить нам по ценовой политике, а мы тогда не уступим перед аудитом. Нам просто необходимо, чтобы они не прошли этот чертов аудит.

– Что же, а вдруг у них все замечательно и они подготовлены?

– Ну мне вас посоветовал Борис Михайлов, сказав, что такие вопросы вы сможете решить.

Я понял, что между их организациями идет настоящая война. Люди, входящие в состав вооруженных сил воюющих сторон, непосредственно ведущие боевые действия против неприятеля с оружием в руках, наблюдают на поле битвы одно лишь побоище, перерастающее в жуткий ад. Из-за чего восприятие существующего мира становится невыносимым. Человек становится замкнутым от повседневной предыдущей своей мировой жизни и приближается к инстинктам самосохранения. И представьте себе таких изувеченных людей. Целую армию. Армию, несущую смерть. Армию людей, которые решают забыть свои мировые порядки, чтобы вести боевые действия в настоящем аду. Армию, которая должна свергнуть врага ради выживания своего народа. Армию самоубийц, готовых на все, лишь бы враг был повержен.

У меня не было выбора отговариваться от этой работы, так как я торчал Феликсу Васильевичу.

Я запросил все учредительные документы для составления договора с ее компанией, на что она достала из своей маленькой сумочки флешку со всеми документами. Также там была и печать компании, и ее доверенность на право подписи, телефон, сигареты и паспорт.

Я решил узнать точное ее имя и год рождения.

Пока я штамповал договор, попросил ее паспорт для оформления заявки.

Мелофеева Лилит Денисовна.

Я бы не хотел углубляться в этимологию этого полного имени, потому что это было занудно.

Мы подписали договор, и я объяснил ей, что для работы необходимо внести предоплату пятьдесят процентов, на что она быстро согласилась. Она достала свой телефон, и через какие-то минуты на моем счете появилась кругленькая сумма.

За всеми подробностями я должен буду явиться в их компанию завтра.

Она встала и вышла вон. Я наблюдал за ее задницей, которая не поддается описанию. Сейчас мне придется отвлечься, так как мои мысли уже были одержимы только этой попкой. И я не мог думать о работе, мой мозг был забит только женской попкой.

3

На другой день я заплатил Феликсу и углубился в завод, который нужно было изучать.

Я связался с инженером по делопроизводству, обозначив свои двухнедельные сроки, в которые мое тело явится для прохождения аудита.

В принципе, до чего доебаться – есть всегда. Поэтому я не стал долго заморачиваться и после офиса отправился домой.

Шел дождь. На моем балконе протекла крыша, отчего звуки дождя доносились в мою квартиру. Но я не грустил, наоборот, согревался с помощью кальвадоса.

Я вдыхал сигаретный дым, пытался почитать книгу, посмотреть фильм, послушать музыку, но в этом момент времени моя душа требовала праздника или сексуальных утех, поэтому мне пришлось достать свой телефон и звонить.

– Алло, – ответила Дарья.

– Привет.

– Пока.

Видимо, еще злится. В недалеком прошлом мы встречались редко, где-то пару раз в неделю, в основном у меня в квартире. Наши встречи были основаны только на сексе для здоровья. Но в какой-то момент все это перерастало в какие-то чувства с ее стороны. Возможно, она хотела чего-то большего и всякий раз упрекала меня в какой-то ревности, когда пару раз увидела мою переписку с другими женщинами. А какая может быть ревность, если она замужем? В какой Библии написаны главы, посвященные таким утехам? Или я чего-то не знаю? Мы с ней расставались, потом сходились, потом я опять трахал других женщин, ну а что поделаешь, если мне хотелось.

Наверное, стоило уважать ее мнение тогда, когда она хотела любви, а я хотел трахнуть ее в попку. Не сошлись. Как-то она прислала мне сообщение: «Геннадий, мой дорогой, ты меня просто постарайся понять. Я действительно не смогу тебя простить, если снова приеду к тебе. Ты замечательный человек, умеешь быть добрым, внимательным, клевым отцом, в конце концов, просто джентльменом, что я всегда и ценила в мужчине, но… ты мне дважды сделал больно, а осознанно в третий раз я такое почувствовать не хочу. Я тебе скажу так: мне вообще непонятно, как так произошло, но я тебя полюбила, а поняла это, когда ты меня предал дважды. Я всегда все держала под контролем, никакой любви. Запрещала себе хоть что-то чувствовать, а тут бац. Влюбилась как молодая дура. Так себя ругаю и злюсь. Но сейчас все встает на свои места. Все намного лучше для меня, когда я не с тобой. Соглашусь, что секс с тобой – это отдельная тема. Ты знаешь, как надо обращаться с женщиной. Мало кто так изысканно и качественно мне подходил. Ты это знаешь, я тебе говорила. Ты однозначно был рожден для меня, но я этим жертвую и выбираю свое душевное спокойствие. В данный момент у меня есть человек для общения, я про интим. Встречи нечастые, раз в неделю он старается приезжать. Он меня уважает, а это главное».

Зря я ей позвонил. Ее пьяная философия романтизма мне показалась очень драматичной, а драмы мне не нужны. Поэтому я ответил ей: «Всего хорошего!»

Я продолжал листать список контактов и позвонил своей знакомой Наташе. Сексапильной, с пятым размером груди начальнице производственного участка кондитерских изделий. Когда пару лет назад я проводил аудит на их предприятии, то пытался к ней подкатить, она меня отвергла. Но я не сдавался. Я вызывал ее с документацией два дня подряд, когда проверял предприятие, пока она не оставила мне свой номер телефона.

Пару раз мы встречались, но почему-то меня к ней не тянуло. Мы условились редко видеться – тоже для здоровья. И в какой-то момент мне кажется, что именно так и происходит в настоящем двадцать первом веке. Жить вместе – полная хуйня, трахаться для здоровья – вот это высший пилотаж. Нет никакого мозгоебства. Приезжаешь – трахаешься – уезжаешь, иногда выпиваешь, говоришь – трахаешься, остаешься на ночь и уезжаешь. Вот тут-то и умирает романтизм. Нет влечения между людьми. Посмотрели друг другу на рожу – сойдет. Созвонились и увиделись.

– Да, – ответила Наташа.

– Давно не виделись.

– Согласна, давно.

– Чем ты занимаешься в такой поздний час?

– Пытаюсь уложить ребенка спать, а ты?

– Думал о тебе.

– Я могу попозже тебе позвонить?

– Конечно.

Я выпил еще, но телефон так и манил меня.

– Алло, привет, – сказал я.

Но Маша скинула телефон, видимо, поняла, что это звонил я. Наверное, она вспомнила тот самый случай, когда мы предавались романтическому увлечению вне этого мира, тогда на нас напала дикая страсть, но обломал все ее муж. Бывает. Поэтому я уверен, что на данном этапе своей жизни она остается приличной домохозяйкой.

Я выпил еще и пытался разобраться, как заделать крышу, но тут мне позвонила Наташа. Она приедет ко мне в течение часа, ее ребенок будет оставаться в объятьях бабушки.

Мы давно с ней были знакомы, в свое время работали на одном производстве, как-то сдружились и долгое время поддерживали свою связь, которая основалась в моей постели.

Когда она приехала, мы выпили кальвадоса и недолго разговаривали.

Я принял душ, и после этого она лежала в моей постели абсолютно обнаженная, мои руки гладили ее тело, из-за чего она возбуждалась. Брюнетка с пятым размером груди, о да. Это самые мягкие подушки безопасности и страсти. На фоне играл легкий и спокойный блюз, от которого она заводилась…

И все-таки есть у меня талант к романтизму, правда, это длится недолго.

4

Наутро мне позвонил Михаил.

– Тащи свою задницу срочно ко мне. – Для восьми утра питерского лета он был сильно бодр.

– Какого хера происходит?

– Мы сейчас поднимем деньжат.

Все-таки умеет он убеждать.

Наташа налила нам кофе. Мы не стали долго разговаривать, а быстро делали утренние процедуры, связанные с гигиеной.

Затем сели в такси, я отвез ее домой и поехал к Михаилу.

– Ты чего так долго? – возмущенно он открыл дверь.

Я прошел, но он был заряжен полностью, а рядом с ним был убитый тип под маркой. Этот парень – Артем Николаев – являлся аудитором, который должен был попасть на производство хлебобулочных изделий, но застрял у Михаила. Оказалось, что они были знакомы уже очень давно. И убились в хлам. Но Миша держал марку, он выдавал грандиозный план.

– Ты же понимаешь, что ему сейчас нужно быть уже на месте, а он мертвый.

– Да, – уверительно наливал себе кофе я.

– Так вот, сейчас мы с тобой погоним туда и начнем с них трясти лавэ.

– Не самый надежный план.

Я посмотрел на этого типа, который увлеченно изучал ковровую дорожку своим еблом. Дело – дрянь.

Я понял их схему, Михаил заправился ужасно вонючим дымом. Мне пришлось взять документы Артема, его папку с какими-то документами и резко съебнуть вместе с Мишей из его дома. А тот аудитор остался познавать ковровую дорожку.

Мы вызвали такси, и, пока ехали к месту назначения, я изучал документы.

Сеть торговых магазинов должна утвердится в правильном производстве хлебобулочных изделий – со всеми правилами на законодательном уровне.

5

– В общем, мы сейчас излагаем им все претензии, а потом идем к их директору за баблом, – сказал мне Михаил.

Я заряжен кофе.

Мы прошли в приемную и представились как аудиторы Артем Никитин и его помощник Геннадий Чирков.

Михаил в роли меня должен был бы не издавать лишнего звука, но когда мы вошли в приемную, познакомились с директором Фроловым Александром Егоровичем, то этот дебил Михаил уже начал ему намекать на взятку.

Я его успокоил, чтобы он выпил воды, которую секретарша в возрасте предложила нам.

На какое-то время он замолчал.

Мы прошли в кабинет директора, он собрал своих руководителей структурных подразделений и объяснил нам план обхода.

Мы вышли в курилку, и я уже сделал замечание о том, что курилка находится слишком близко к цеху.

В ходе обхода я сделал слишком много замечаний:

– Неправильное хранение сырья и упаковочных материалов.

– Неликвиды хранятся вместе со всем сырьем.

– Нарушение пожарной безопасности в складе бестарного хранения муки.

– Несвоевременная выдача спецодежды.

– Повышенная влажность в цеху. Не ведется чек-лист гигрометра.

Но самый большой их провал даже не в упаковке и транспортировке готовой продукции, а в том, что, где бы мы ни прошли, везде либо крысы, либо огромное количество тараканов и мух. Санитария отсутствует от слова «совсем».

Пришло время документации.

Нет партийности и серийности. А какая тут будет прослеживаемость?

Много провалов в бухгалтерских документах и финансовых учетах.

Тут я и улыбнулся.

Мы прошли в их столовую, Михаила начало отпускать, поэтому его пробило на хавчик так сильно, что все присутствующие в этой чертовой, невкусной, ужасной столовой смотрели на него. Но чтобы спасти друга, пришлось высказать этой огромной комнате кучу нарушений. Из-за чего Михаил был доволен.

– И все-таки у тебя талант, брат, – сказал мне Михаил.

– Хули нет, если да, – ответил я.

Спустя время в качестве моего заключения на их совещании я сказал, что по моему опыту такие аудиты не проходят.

Директор отпустил всех руководителей и начал договариваться с нами.

Мы намекнули на хорошую сумму, он начал ломаться. И тут Михаил вступил:

– Вы понимаете, сколько вам нужно исправлять, если вам назначат повторный аудит? И кто вам даст гарантии, что сети магазинов ваш продукт не выведут? А сколько вложений нужно сразу для повторного аудита? А сейчас у вас есть возможность все это отсрочить на три года.

Директор подумал и согласился. Отправил свою секретутку в возрасте куда-то. Мы пили кофе и рассказывали выдуманные истории аудита, ждали наш конверт с полумиллионом.

Мы не прождали долго, и какой-то тип принес пакет, который директор оставил нам.

– Как не хуй делать, – сказал я, покинув предприятие.

Мы вызвали такси и поехали обратно к Михаилу.

В такси я делал заметки к нарушениям, но тут максимум категория «В», а это нормально.

Артем ждал нас на диване, и ему мы все объяснили, что за аудит провели. Он был благодарен, на что я ему предъявил:

– Так, брат, я за тебя сделал всю работу, так как сам являюсь аудитором.

Он понял намек, и к разделенным с Михаилом деньгам мне прилипло еще тридцать штук.

Я был очень рад.

6

На другой день я вернулся в кабинет. В конце концов, какой же ты аудитор без кабинета? На удаленке – это не работа.

Я открыл дверь – и кого же я вижу за своим столом? Не Михаила. Не Феликса Васильевича.

Лилит.

Она улыбнулась мне ехидной улыбкой:

– Доброе утро, Гена.

– Возможно, а как вы попали в мой кабинет?

– Молча.

Я почесал свой зад через брюки. Осмотрелся вокруг, затем бросил взгляд на нее. На то, как она одета. В этот раз она была в спортивном костюме. Это меня удивило. Из ее телефона играла хорошая музыка, что-то в стиле «Чижа».

– Оказывается, ты, Геннадий, шалун, – утвердительно она заявила, из-за чего в моих брюках произошло напряжение.

– Я удивлен слышать это от вас.

– Ну, Гена, мой мальчик, твоя аренда оплачена на год вперед.

«Лилит со мной играет», – раздался голос у меня в голове.

– Это хорошие новости, а зачем ты пришла ко мне?

– Напомнить тебе, что тебе необходимо страстно подготовиться к аудиту.