Орхидеи в небесах

Введение

Сегодня журналист известного модного журнала MAINSTREAM, Евгений Градский, был целый день на взводе, то созванивался с частным детективом, то с разными агентствами, то с продюсерским центром, но все это для того, чтобы сделать главное – сенсацию.

Он предупредил свое руководство о том, что скоро будет готова сенсация о джазовой певице с доказательствами, которые будут на сайте издательства.

Но его начальство в последнее время было встревоженно, так как Евгений вел себя как-то странно. Порой казалось, что у него развивались признаки шизофрении. Целый месяц он куда-то исчезал, затем появлялся, искал определенные улики для сенсационного выпуска статьи.

Евгений находился в своем загородном доме, дождался вечера, когда еще прохладная весенняя ночь стала абсолютно тихой, и уселся перед своим ноутбуком.

Достал из своей сумки какие-то блокноты с записями, фотографии и диктофон.

Наконец он приступил к печати бомбы для всех фанатов дамы джаза.

По всему интернету и телевидению показывают великолепное выступление джазовой певицы Лизы Мун. Блондинка поет джаз на русском и английском языках. Телеведущий областных новостей объявил, что Лиза начнет давать концерты даже в маленьких пабах, лишь бы люди ценили настоящий джаз.

Обыватели сходят с ума от красивой блондинки, они хотят видеть ее обнаженные фотографии в модных журналах и ее саму в фильмах для взрослых.

Поколение современных девиц хочет превратиться в Лизу. Она становится популярней среди молодежи и стариков.

Радио кричит по всем волнам о новом грядущем альбоме Лизы Мун.

Как выяснилось, дама джаза осталась скрытна от всего мира. И после каждого своего выступления она исчезает.

Вдруг в его кухне раздался ужасный шум. Возможно, это был соседский черный кот, который мог легко пробраться к нему и разбить какую-нибудь посуду.

Евгений отвлекся, встал и решил проверить, что же все-таки произошло.

На кухне было открыто окно, на полу был разбит бокал. Евгений занялся пятиминутной уборкой, затем достал из холодильника открытую бутылку вина, из которой отхлебнул, и оставил ее на кухонном столе.

Вернувшись в комнату, он присел за свое рабочее место, закурил сигарету и продолжил печатать статью.

Заголовки статей из Интернета:

«ДЕВУШКА, ПОЮЩАЯ ДЖАЗ, ПОКОРИЛА СЦЕНУ МОСКВЫ ОДНОЙ ПЕСНЕЙ».

«ЛИЗА МУН ПОЦЕЛОВАЛА ПОКЛОННИКА ВО ВРЕМЯ СВОЕГО ВЫСТУПЛЕНИЯ».

«ДЖАЗ СРЕДИ МОЛОДЕЖИ».

«ВЕЛИКОЛЕПНЫЙ ГОЛОС РОССИИ – ЛИЗА МУН».

«КТО ОНА ТАКАЯ, ЭТА ЛИЗА МУН?»

«ГОЛОС ВДОХНОВЕНИЯ И ВОЗБУЖДЕНИЯ».

«ЛИЗА МУН СБЕГАЕТ ОТ РЕПОРТЕРОВ».

«ДАМА ДЖАЗА НЕ ДАЕТ ИНТЕРВЬЮ».

Пресса сходит с ума, так как им ничего не удается раскопать на нее. Прессе нужны шокирующие компроматы. Прессе нужен скандал. Журналисты столицы караулят Лизу возле дома. Репортеры рассылают короткометражное видео с участием Мун на улице по всем телеканалам.

Мир через замочную скважину времени. Миру нужны слухи. На все это уходят секунды, часы, годы. Людям нужно что-то поглощать. Пипл голоден.

Главные редакторы всех журналов столицы ведут фотоохоту на звезду джаза. Лучшие журналисты печатают всякую ересь, лишь бы у народа была какая-то информация.

Пепел от сигареты упал на клавиатуру, он стряхнул его и вспомнил, как находился на важной встрече…

Небоскреб Москвы осветлен голубым небом, пушистыми взбитыми сливками – облаками и солнечным светом.

На сороковом этаже продюсерского центра SHARM Лиза Мун со своим представительным агентом Анной на встрече с французским продюсером Аленом Дюри и его переводчиком Сержем заключали договор.

Евгений находился рядом и фиксировал встречу на диктофон, и делал основные пометки.

Деловое знакомство.

– Добрый день, дамы. Меня зовут Серж, я переводчик и представитель месье Алена Дюри, а вот, собственно, и он сам.

Серж был в сером деловом костюме, смотрелся слишком презентабельно. Дюри со своей бородой, в черном костюме напоминал Фредерика Бегбедера.

– Bon après-midi, – сказал французский продюсер.

– Добрый день, – ответила Анна, а Лиза промолчала. – Меня зовут Анна, я являюсь представителем Лизы Мун.

– Очень приятно.

– А это журналист Евгений Градский. В данный момент он делает важную работу о нашей красавице, – продолжила Анна.

– Присаживайтесь за стол, – предложил Серж, указывая рукой. Что они все и сделали.

Анна в красивом красном платье – гламур, читала папку с документами, что передал француз Ален Дюри. Евгений что-то записывал, а Лиза, вся в джинсовом прикиде, была спокойна, как покойник. Она рассматривала офис за большим стеклянным столом.

– Мы давно за вами наблюдаем, Лиза, – заговорил Серж, – и нам важно знать, почему вы отказались от своего старого продюсера? – продолжил Серж.

– Он много требовал и много получал на мне. Надеюсь, у вас так не будет? – ответила Лиза.

– Что вы, в данный момент ваша представительница Анна читает наши предложения в официальных бумагах.

– Хорошо, – ответила Лиза.

Ален начинал весь гореть от любопытства, что он сможет овладеть Лизой Мун, и от такой страсти что-то прошептал Сержу, на что тот кивнул.

– Не желаете чай или кофе, дамы?

– Нет, спасибо, – ответила Анна.

– Очень любезно, но нет, – ответила Лиза.

– Месье Ален, – говорит переводчик Серж, – предлагает вам выгодные условия договора.

– Хорошо, – ответила Анна, – давайте вкратце.

– Во-первых, нам нужно больше информации о Лизе.

– Именно поэтому я нахожусь здесь, – вмешался Евгений.

– Отлично, – ответил Серж. – Нам нужны статьи в журналах, видеоинтервью. В ближайшем будущем нужно написать вашу биографию. Фотосессии для разных модных журналов. Еще предлагаем больше выступлений, а именно в разных заведениях Москвы, Санкт-Петербурга. Что-то в виде тура. После этого запись нового альбома и затем несколько концертов за границей. Франция, Италия, Германия и Америка. Это будет грандиозный успех. Лиза – загадка, которую люди хотят разгадать. Это чистый продукт своего времени, который принесет огромную прибыль.

Дамы переглянулись, а француз что-то прошептал на ухо Сержу.

– Зачем шептаться? – спросила Лиза, глядя на француза.

– Месье Дюри очень плохо говорит по-русски, поэтому перевожу я, – ответил Серж.

– Мы согласны на ваше предложение, – ответила Лиза.

…Евгений потушил сигарету и продолжил писать статью.

В какой-то момент он услышал звук шагов, доносящийся с кухни. Ему стало не по себе. Евгений глотнул еще вина, затем потушил свою сигарету и направился в кухню.

Он не увидел ничего особенного. Возможно, ему все это показалось. Он снова вернулся за ноутбук, решил сохранить статью и отправил этот черновик на почту своему другу в журнал.

Затем он снова глотнул вина, и в его доме заиграла музыка Вагнера.

– Кто включил мои колонки? – подумал он.

Он испугался и упал со стула, затем увидел, как на потолке образовались пятна крови. Они становились все больше и больше, пока весь потолок не стал багровым.

Евгений встал и попытался покинуть свой дом, но его остановил удар молотка, который всегда находился в его гараже. Он упал возле двери. Попытался встать, и тут незнакомец, который запустил в него инструмент, подошел к нему и громко спросил:

– ГДЕ ОНА?

Журналист сразу понял, что этот человек пытается найти книгу, написанную епископом Иоанном в 1701 году. Из достоверных источников Евгением была собрана информация, что эту книгу выкрали в первой половине марта из одной церкви, где она хранилась под стражей опытных священнослужителей.

Информация протекла и дальше.

Смотритель этой церкви Иоанн пришел в бешенство. Он собрал служителей дома Божьего, чтобы задать как можно больше вопросов. Но никто ничего не видел. Особенно он обращался к священнику и сторожу Леонтию, который всегда находился рядом с заброшенной комнатой, в которой находилась эта книга. Но Леонтий не мог ответить, так как он не знал, куда же она пропала. Да и когда вообще это могло случиться, если он не открывал комнату уже более десяти дней. Он не допускал туда ни прислугу, ни епископов – ровным счетом никого.

Далее смотритель Иоанн прибыл на срочную встречу с главой католической церкви, епископом Иосифом Ивановичем, в Москве, где они решали, кто мог украсть тайное писание, которое хранилось более трех веков.

Они договорились не сообщать патриарху православной церкви об этой проблеме, так же как и руководству католической церкви в России, так как хотели найти ее быстрей.

– ГДЕ ОНА? – грозным голосом продолжал задавать вопрос человек в черном.

Евгений попытался нащупать молоток, чтобы хоть как-то постоять за себя, но у него не вышло. Незнакомец начал бить его ногами, повторяя свой вопрос:

– ГДЕ ОНА?

Градский не выдержал ударов и сказал, что книга находится в доме французского продюсера.

Незнакомец накинул удавку на шею Евгения. Журналист начал задыхаться, рукой попытался вырвать струну, но тут у него не хватило сил.

Убийца был в черной одежде, и его лица не было видно.

Евгений перестал существовать в этом мире так же, как и все его наработанные материалы для сенсационного выпуска статьи.

Часть первая. «SMOKIE-NIGHT»

Обремененный неумеренным знанием, мир преждевременно одряхлел. Но толпа – основная масса человечества – этого даже не заметила или, живя энергичной, но лишенной счастья жизнью, не пожелала заметить.

Эдгар Аллан По

Все остается в прошлом: чувства, деньги, любовь, здоровая печень. В настоящем преследует только душевная тьма.

Днем, когда солнце было скрыто, я, журналист Андрей Воробьев, находился в кабинете своего редактора журнала Smokie-Night, который ни как не хотел воспринимать мою статью про старый зарубежный блюз.

– Зачем в нашем журнале нужна колонка про малоизвестных людей? – возмущенно спросил редактор Михаил, держа в руке лист формата A4, на котором была написана моя статья.

– Мы поднимем рейтинг нашему журналу. Вы только представьте, даже старые люди захотят узнать о своих идолах шестидесятых и семидесятых годов.

Наш ежемесячный журнал Smokie-Night, основанный в 1992 году в Москве Леонидом Нагуевским, располагает основными темами, такими как: бизнес и политика, культура и искусство, здоровье, персонажи и интервью, автомобили и различные технологии. Никакой криминалистики и гонзо-журналистики.

На мою долю выпало трудиться в отделе культуры и искусства уже пятнадцать лет. Конечно, к культуре я не отношусь. Моими темами были писатели, художники, музыканты, фотографы, кинорежиссеры. Иногда меня дико бесят темы про современную моду, а что поделать, приходится писать про все это дерьмо.

За то время, что мне приходится работать, я успел прибить немного печень с желудком, задымить свои легкие, жениться и развестись, завести разные знакомства с очень интересными людьми, и самое главное, что я пытаюсь растить родного сына в назначенные дни. Для меня же лучше, что мой сын Алексей находится в переходном возрасте, когда ему хочется больше раскрываться, познавать мир и посещать музыкальные мероприятия современного (дебильного и не понятного мне) искусства, а ни разу не учиться, то есть не учиться в своем пятом классе, в котором задают слишком много заданий. В мое время из нас не хотели сделать роботов.

– Андрюша наш журнал читают молодые люди, которые хотят знать все о гламурной и современной жизни. Вся эта старая музыка, литература канула в забытье. Сейчас главное держать рейтинг на то, что модно, а то, что пишешь ты, совсем не то. Это тебе не сценарии писать к немому порнофильму.

– Михаил Васильевич, я вам говорю, закиньте эту статью, и вы увидите, как она прокатит. Пипл хочет возродить новый век для старых идолов.

В моей голове начал свое движение нерв, который надавливал изнутри на лоб.

– Ну кто захочет читать про этого негра? Вот кто это такой – Мадди Уотерс?

– Видите, вам уже интересно. Вы хотите знать, кто это. Правда? Вот и люди захотят узнать. Именно в этом кафе играют его песни, играют блюз.

– Ладно, я рискну напечатать эту статью, но этого мало. В последнее время в разделе «Культура и искусство» стало мало слов. А значит, мало информации.

– Исправлюсь.

– У тебя нет другого выбора.

После его слов мой нерв успокоился, стал вести себя прилично. В последнее время у меня все вызывает стресс. От чего только? Конечно, из-за работы.

Покинув кабинет Михаила Васильевича, я отправился в отдел маркетинга, чтобы договориться о встрече с представителем продаж, менеджером Инной. Наши встречи во время рабочего дня проходят иногда так: мы отъезжаем на ее «хонде» в какой-нибудь тихий закоулок, пересаживаемся на заднее сиденье и трахаемся. Иногда мы приезжаем в съемную квартиру ее матери, когда ее нет дома, закидываемся колесами, чтобы уйти от реальности, и ловим кайф в сексуальном плане. Но это бывает очень редко, потому что она вечно занята своей ужасной работой, нытьем своего бывшего мужа и воспитанием дочери. И откуда же мне еще черпать вдохновение?

На этот раз ее не оказалось на месте. Позвонил ей, скинула трубку, значит, была сильна занята. Черт с ней. Нервяк начал показывать себя моим бешенством. Помимо Инны на работе, часто во время обеденных перерывов, а так же и после работы, я провожу время с юристом Дианой, с которой у нас был заключен устный договор, в который входит драть ее во все щели, и чтобы она не знала, если я провожу время с кем-то еще. Странно. Пару лет назад в ходе договора я узнал, что ее совсем не ебет муж. Обидно простаивать такому шикарному телу, поэтому в дело вступило мое либидо. Мы проводили время в нашем тюремном издании, у нее дома или в моей квартире. Пытаюсь заключить с ней дополнительное соглашение, в котором она должна дать согласие на тройничок, но пока безуспешно. Иногда она склонна к драме, так как хочет развестись со своим муженьком, но, размышляя об этом, она боится, что он заберет себе их сына. Странно, юрист и боится. По-моему, эти кровопийцы не должны ничего бояться. Пишу Диане в Viber.

Андрей Воробьев:

ТЫ ГДЕ?

Диана Аристова:

У себя в кабинете.

Андрей Воробьев:

Зайду?

Диана Аристова:

Через 10 мин.

Андрей Воробьев:

ОК!

Я поднялся на четвертый этаж к Диане.

В ее кабинете кондиционер работал отлично, поэтому мне становилось жарко среди серых окрашенных стен, светодиодной лампы, музыки для медитаций, что была еле слышна из ее колонок, большого стола, на котором появлялась снятая с нее и с меня одежда.

Стол был очень крепок, он не шатался, как советская мебель, прожившая кучу лет в двадцать первом веке. Она лежала на нем, и я создавал трение, отчего мой нерв был выброшен на пол вместе с порывами гнева, похоти и разврата.

Нам стало очень легко…

Самая удобная любовница – это замужняя женщина. Дорогие подарки дарить не надо, ее муж не поймет, и начнется негативная пьеса на основе домашнего насилия, далее – в ресторан водить не нужно, кто-нибудь да заметит, а так встретились на работе или у кого-нибудь дома, потрахались, если есть время, то с ночевкой, и разбежались.

Я вышел довольный из Smokie-Night и сел в свой старенький «Фольксваген-Джетта», у которого была проблема со стартером.

– Давай, старушка, – поворачивая ключ зажигания.

Нерв бил в голову от звука.

– Сучка, давай же! – голос становился злее.

Зажигание сработало, и нерв в башке куда-то уполз. Скорее всего, глубоко в немецкую задницу.

Я закурил сигарету, надел солнцезащитные очки и тронулся в сторону кафе к заказчикам статьи.

Радио молчало, и я ехал спокойно, пока на мобилу не раздался звонок от бывшей жены.

– Да.

– Ты вообще за Алешкой-то приедешь сегодня?

– Да! Еду уже (хотя забыл, какое сегодня число, месяц, год).

Вот она – разведенная жизнь: забывать про праздники, графики встреч с сыном, доставание денег на его потребности, а видишься раз-два в неделю, так как нет времени и разрешения от бывшей женушки. Еще и долги, которые нужно отдавать, так как при разводе имущество перешло жене. Поездки и посещение школы – быть примерным воскресным отцом. Еще эта работа в журнале: напиши то, что было бы интересно. Проще писать сценарии к детским спектаклям.

– А уже не надо, – ответила бывшая жена. – Мы уже поехали к маме на дачу, раз ты не захотел приехать пораньше за родным сыном. Хорошо, что у меня есть Игорь, который всегда нам помогает. Который всегда приносит пользу нашей семье, хорошо, что я ушла от тебя козла.

– Я стоял в пробке и вот кое-как выбираюсь.

– Вечные твои оправдания. Ты даже при разводе не можешь быть нормальным отцом.

Она повесила трубку.

– СУКА! – врезал ладонью по баранке «фолькса».

Как же мне хотелось переехать свою бывшую жену и ее новоиспеченного Игоря.

Выкинул недокуренную сигарету в окно. И всю дорогу до заказчиков статьи ехал злой как собака, которой не дали кость.

Мы глотаем все дерьмо, хотя мысленно посылаем на хер.

Приехав в кафе «Блюз», я не мог войти в парадную дверь, так как она была закрыта.

Я посмотрел в окно, но никого не было видно.

– Вашу мать! – сказал я вслух.

Затем прошел вдоль здания, повернул в арку и уперся в железную дверь. Это был вход для персонала.

Слева от железной двери звонок, в который я звонил примерно секунд тридцать. Ее открыл худощавый рыжий парень.

– Вам кого? – спросил он меня.

– Я к хозяину заведения.

Рыжий парень резко оглядел меня с ног до головы. На мне что, неподходящий прикид? Куртка, водолазка, джинсы и туфли.

– Проходите.

Я прошел в кафе и увидел, что за стойкой на стуле сидел бородатый Борис в роли бизнесмена. Он что-то считал на калькуляторе и записывал в блокнот.

– Борис Евгеньевич, – обратился рыжий паренек.

На что Боря посмотрел в нашу сторону:

– Это ко мне, – ответил Борис.

Рукопожатие.

Мы присели за столик.

– Статью одобрили, – сказал я.

– Отлично, – сказал бородатый Борис.

К нам подсаживается партнер Бориса, человек более верующий в музыку, чем в бизнес или религию. Его имя Петр. Люди они старой закалки. Не спрашивая их возраст, можно понять, что им лет по сорок. Петр одет в красную футболку с изображением черной пентаграммы и черные штаны. Но почему-то на ногах у него домашние пушистые тапки.

– А когда она выйдет? – вмешался Петр, закуривая за столиком и стряхивая пепел в пустую пачку сигарет.

– Сегодня я предоставил ее редактору, а это значит, что в следующем выпуске она будет готова.

– Петр, передай Андрею конверт, – обратился Борис, почесывая свою бороду.

Петр встал из-за столика и прошел в свой кабинет.

– Рашид, сделай нам кофе, – обратился Борис к рыжему.

– Андрей, а ты можешь мне отдать эту статью, которую мы согласовывали с тобой?

– Легко, она у меня в машине.

– Принеси.

Я вышел из парадной двери кафе и медленным шагом подошел к своей машине. Рядом припарковался красный «властелин колец» – «ауди», из которой вылезла гламурная женщина в легкой короткой шубе нараспашку, красном вызывающем платье и красных туфлях.

«И как ей не холодно?» – подумал я.

В ее руках была маленькая собака и папка с бумагами.

Современные женщины сходят с ума. Они покупают всяких зверюшек, которые стоят как подержанный автомобиль, они их кормят, поят и одевают. Одевают собаку, которая похожа на крысу. Вы в своем уме? Ах да, вас же собачонки эти развлекают, так как мужику нет до вас дела, потому что он пришел с работы уставший.

Женщины, вы хотите правду? Ловите. Да, мы, мужики, забываем про годовщины и прочее, все потому что нас заебывает работа. А после работы заебываете вы, особенно со своим нытьем. Да, мы тоже хотим быть успешными бизнесменами, но какова реальность? Примите это. Да, нам также не нравится многое в вас, но мы же терпим. Мы же не устраиваем панику. Что нам нужно? Честно сказать, в отличие от вас мы твердо знаем, что мы хотим. И знаете, что стоит на первом месте? Это не сексуальные игры, их нам хватает на работе, потому как только работа может трахать нас морально на протяжении всего рабочего дня. Нам нужны спокойствие и тишина. Спокойствие и тишина. Самое главное, чтобы дома было что поесть. Затем отдых, а не ваше мозгоебство. Для нас вы всегда хорошо выглядите, и в доказательство этого можете себе пояснить: мы просыпаемся вместе в одной постели. Все проблемы в семье только из-за женского нытья. Не нойте, дайте мужику расслабиться, и все будет ништяк.

– Что уставился? – проходя мимо меня, дерзко спросил силиконовый рот.

– Смотрю вот на свою жертву.

Она шла дальше, и только были слышны ее стихающие слова:

– Придурок какой-то.

В наше время дамы носят вызывающие наряды, а потом думают, почему так много озабоченных извращенцев?

Я достал свою папку из бардачка машины, в котором была статья, и вернулся в кафе, где увидел, как эта гламурная женщина с собакой на руках разговаривает с Петей возле окна.

– Кто это такая? – спросил я Бориса, присаживаясь к нему за столик.

– Это женщина представитель одной певицы.

– Какой певицы?

– Лизы Мун.

– Не слышал про такую.

– Да ты что? Красавица такая с волшебным вокалом.

– Попсня, – махнув рукой, сказал я и вручил Борису статью.

– Сам ты попсня, – Борис чуть не подавился кофе, – а эта Мун поет джаз, – продолжал он, – очень красиво. Живая музыка.

– Почему тогда эта гламурная приперлась сюда к вам? – указывая пальцем на нее.

– Ты что? – взмахнул руками Борис.

– Что?

– Лиза Мун будет выступать у нас в следующее воскресение. И мы только с утра согласились.

Петр отошел от гламурной женщины и подошел к столику.

– Андрей, большое спасибо, – вручая конверт с деньгами.

– Будешь кофе? – спросил Борис у меня.

– Не откажусь.

– Принеси ему кофе и пепельницу, – распорядился Борис, говоря Рашиду.

Борис и Петр подошли к гламурной даме на разговор, а я остался за столиком пить кофе.

Затем мне стало скучно, и я подошел к этой троице, чтобы попрощаться.

Ручная мышеподобная собака что-то рявкнула своей пастью, но это выглядело так, как будто мышь, которую прихлопнуло мышеловкой, издает последние звуки, и она пищит последнее, а всем наплевать.

– Успокойся, Томас, – сказала женщина своему песику и погладила его.

Она посмотрела на меня своим высокомерным взглядом и отошла назад.

– Так, я вам позвоню и сообщу, когда эта статья будет в журнале, – обратился я к парням.

Они кивнули.

– А кто этот человек? – спросила женщина.

– Я же тебе говорил, я маньяк, – ответил я.

Борис и Петр посмотрели друг на друга, а затем сказали мне, что для меня будет готов столик в это воскресение.

– Спасибо.

Вернулся в свой «фолькс», зажигание сработало на ура.

Я выехал на шоссе и включил радио.

«Покатаемся по городу. Отвези меня куда-нибудь», – пропела Земфира.

Переключил станцию.

«Давай навсегда, а вдруг повезет в этот ра-а-з».

Боже, кто это поет? За что такие адские песенки?

Следующая станция.

«Медлячок, чтобы ты заплакала, и пусть звучат они все одинаково».

Next.

«Ну что ж ты страшная такая. Ты такая страшная».

Нужно что-то более оригинальное. Как в хорошем настроении слушать такую музыку?

Снова переключаю станцию – зарубежный рэп.

В голове нерв начинает брать свое.

Следующая станция – клубняк.

Сколько ненужного дерьма крутят по радио?

Next station: «Трасса Е-95».

– Ну слава богу! Что-то стоящее.

Я живу в квартире современного многоэтажного дома, окнами выходящего на солнечную сторону парка, здесь я провел много времени, когда развелся, здесь жили и умерли мои знакомые, и здесь я часто пребываю в одиночестве. Сами по себе дом и район просторные и светлые.

Мой отец купил эту квартиру совсем дешево, потому что застройщик был его одноклассником. Моя мать была довольна этой покупкой, а после моего развода с Ольгой они решили перебраться в тихое место, в Адлер. Не знаю, как для них, а для меня это шумный и дорогой город. Но Алешке летом там очень нравится.

Приехав домой, я достал из холодильника банку пива, которую когда-то оставила Диана, и сел на диван тягать ее. Но все-таки пиво мне не понравилось, но пить его было нужно, так как ничего, кроме него, не было. Я забыл купить себе вина.