Неочевидное, но вероятное

“Не поверишь, но это кристально чистый душой человечек, не смотри что бомж”.

“Понятно, прелестно, и как, скажи на милость, нам тут быть?”

“А что не так?” – ангел ещё не понял весь драматизм ситуации.

“Милый, если мы хотим постараться сделать все снова, то как мне прикажешь вбить в голову этой бриллиантовой стерве, чтобы она заинтересовалась каким-то бомжом?” – Атлета чуть не рыдала.

“Атлеточка, дорогая, ты же умничка, ты сможешь! И я не подведу”.

Весь их ментальный разговор не занял и минуты. За это время Элизабет и бомж продолжали смотреть друг на друга, не шевелясь. Потом Элизабет, обжегшись догоревшей сигаретой, отбросила её от себя и повернулась к машине.

“Стоять! Дай этому несчастному бедолаге пачку сигарет и десять баксов”. – Атлета напрягла все свои энергетические силы, чтобы пробить психологический блок человечки.

Элизабет, удивляясь своему порыву, вынула из сумки пачку ментоловых сигарет и десятку, и протянула все это бомжу.

– Премного благодарен, мэм, вы очень любезны!

– Не стоит благодарностей! – Элизабет, очнувшись, запрыгнула в машину и быстро покатила в сторону дома.

По пути Элизабет заскочила в аптеку и купила лекарство по выписанному рецепту и бутылочку питьевой воды. Уже в машине она закинула пару таблеток в рот и запила их прямо из бутылки. Вся эта ситуация немного выбила её из привычной колеи, но подумав, она решила, что вечером все-таки пойдет развеяться в казино. Надо только звякнуть паре “подружек”, чтобы составили ей компанию.

Приехав домой, она дала указания прислуге насчет обеда, и попросила, чтобы её ни с кем не соединяли и не беспокоили до вечера.

Устроившись в патио на мягком диване, Элизабет раскрыла ноутбук, вошла в свой личный дневник и попыталась привести беспорядочные мысли в стройную систему. Помаявшись так где-то час, она прикорнула прямо на диванчике.

“Ну и долго мы будем отгораживаться от нереализованных чувств? – внутренний голос вторгся в ещё не пробудившийся ото сна мозг Элизабет. – Подумаешь несчастная юношеская любовь? Это не повод усложнять себе жизнь в будущем. У меня вот прямо сейчас проблемы, но я же ведь не опускаю руки и пытаюсь решить все…снова”.

Элизабет потянулась к пузырьку с таблетками.

“Э, нет, голубушка, хватит затуманивать и без того дурную голову психотропными препаратами, лучше подумай на досуге, как мы выберемся из сложившейся ситуации”. – настойчиво произнесла Атлета, она пока ещё не могла придумать, как привести эту человечку на путь сближения со встреченным бомжом. Может ангел что надумает…

Элизабет пообедала поздно и нехотя. Немного отведала ростбифа из мраморной говядины с артишоками на гарнир. И поковырялась вилкой в ванильном чизкейке с малиной. Больше есть не хотелось, и она попросила убрать все со стола.

Наплевав на запреты психолога, Элизабет наполнила бокал легким “винью верде” – молодым португальским вином и проследовала в кабинет. Там она сделала пару звонков знакомым, а также созвонилась с, так называемыми, “подружками” на вечер, чтобы они составили ей компанию в казино. Договорившись встретиться с ними при входе. Полистав модные журналы, написав несколько деловых писем, в основном своим управляющим на побережье, Элизабет поднялась в спальню и направилась в гардеробную, чтобы подобрать выходное облачение на вечер. За этим занятием время пролетело незаметно. Элизабет любила вытащить несколько нарядов и переодеваться, и прикидывать, какие туфли под них подходят, или какие драгоценности. Выбрав серебристый комбинезон с U-образным вырезом на спине и подобрав, под него, серебристые босоножки на шпильке, Элизабет открыла сундучок с драгоценностями и остановилась на платиновой подвеске с лабрадором и комплекте серег с кольцом. Кольцо конечно же с бриллиантом, одно из подаренных ранее каким-то из мужей. Краситься очень уж сильно сегодня не хотелось. Освежив тушь и губную помаду, оглядев себя в зеркало и оставшись довольной своим видом, она спустилась вниз к машине.

На выезде, подождав пока откроются автоматические ворота, Элизабет газанула с места и вдруг почувствовала удар бампера обо что-то и вскрик. Резко втопив педаль тормоза до упора, она выскочила из машины. Рядом на обочине валялось тело.

“Анегеил! Что ты тут делаешь? Зачем бросаться под колеса? Это что такой способ, на который и хватило твоей фантазии?” – Атлета встревоженно обратилась к ангелу.

“Да, собственно, я и не планировал такое, – ангел тоже был в растерянности, – просто это тело не успело среагировать.”

“Ладно, будем решать по мере развития событий.”

Элизабет осторожно приблизилась к телу. Присмотревшись, она обнаружила, что сбитый напоминает ей утреннего бомжа.

– Ну вот только этого мне ещё и не хватало! – высказалась она вслух.

Бомж застонал и попытался принять сидячее положение, что ему не удалось, по причине поврежденного колена. Так полулежа он и взглянул на Элизабет.

– Простите, что так неосторожно выскочил опять из кустов и напугал вас!

– Да вы меня преследуете что ли? – возмущению Элизабет не было предела.

– Никоим образом, просто вот приехал на автобусе, и хотел в благодарность преподнести вам это, – и бомж вынул откуда-то из недр своих лохмотьев розу, сделанную из остатков жестяных банок.

Брови Элизабет поднялись на сантиметр выше их обычного положения. Такого подарка ей не делали…давно…и один раз…это было так давно.

“Ну что застыла? Вези его в больницу, парню необходима медицинская помощь!” – внутренний голос настойчиво внедрился в подкорку.

Элизабет, поморщившись, подошла к бомжу и взяла протянутую розу.

– Если вы сможете дотащиться до моей машины, я отвезу вас в больницу. – с трудом проговорила она.

– Если это не затруднит, не могли бы вы мне помочь встать, – бомж снова попытался подняться.

Что-то в облике и манере держаться и говорить не указывало на то, что этот бомж совсем уж опустившийся бедолага. Скорее всего неудачник, по воле случая, или судьбы попавший в такую передрягу. Элизабет, под напором внутренних увещеваний, подошла к бомжу и протянула руку. Парень схватился за неё и постарался перенести весь свой вес на здоровую ногу и допрыгать до машины. Там он расположился на заднем сидении, вытянув покалеченную ногу вдоль него. Элизабет вернулась на водительское место и повела машину в ближайшую больницу.

В больнице Элизабет позвала санитаров, чтобы помочь бомжу переместиться из машины в приемный покой. Колено у него уже было довольно-таки распухшее и видно причиняло неимоверную боль. Пока его устраивали в палате, Элизабет ждала за стойкой регистрации. Когда врач вернулся после первичного осмотра, она обратилась к нему с вопросом:

– Простите, доктор, что с этим…парнем, которого я привезла?

– Ему нужна операция, там перелом голени и гемартроз коленного сустава, необходимо убрать кровь из полости колена, пока она не застоялась и не начались необратимые изменения. Но у него нет страховки.

– О! Ну я переведу деньги за операцию. Все-таки я виновата, что сбила его.

– Правда? А он сказал, что упал.

– Как интересно. А он сказал что-нибудь ещё? Как его зовут?

– Да, он назвал сестре свое имя – Майкл Стоун.

Атлету чуть не разорвало от выброса такой сильнейшей негативной энергетики, которую она и впитать не смогла бы за всю свою жизнь.

“Эй! Что тут твориться? Что это мы так распсиховались? Мне, конечно, здорово купаться в таких отрицательных эмоциях. Но столько ненависти? Угомонись! Мы не на это нацеливались! Да куда ты?”

Элизабет фурией влетела в палату, где бомжа готовили к небольшой операции по откачиванию крови.

– Так значит вот как? Решил, что можно разжиться за мой счет? А чего ждал то так долго? Пока я обзаведусь парой-тройкой миллионов? Да? – в голосе Элизабет слышались уже истеричные нотки.

– Мэм, выйдите, пожалуйста, из палаты, пациенту нужен покой, и все равно он вас уже не слышит, ему дали сильное успокоительное. Вы можете подождать и переговорить с ним после операции.

Элизабет с поникшей головой вышла в коридор и опустилась в ближайшее кресло. Приступ ярости спал. А воспоминания накатились лавиной, как будто, и не было этих десяти лет. Хотелось броситься вон отсюда, но, в то же время, что-то заставляло её остаться на месте и окунуться в прошлое. Вспомнился берег реки в таком далеком городке, где она родилась, выросла и заканчивала колледж. Вспомнился выпускной в колледже и заднее сидение старенького пикапа, опять же на том же берегу реки. И как юный влюбленный паренек клялся, что они никогда не расстанутся и будут вместе всю жизнь. И подаренная роза из жестянки. Два дня спустя паренек исчез из её жизни невероятным образом, даже не успев попрощаться и не оставив никакого письма. Потом она обнаружила, что беременна и её отправили к тете, в южный штат, чтобы найти способ исправить данное “недоразумение”. После всех “удачных исправлений”, она осталась жить вместе с тетей, пообещав себе никогда не возвращаться в родной городок и к тем воспоминаниям. Затолкав глубоко внутрь, и навсегда, все нежные чувства и захлопнув за ними дверь. У тети были довольно обширные связи в деловом мире, и смазливое личико племянницы привлекало многих претендентов на её руку, сердце и прочие прелести. Отдать руку и прелести Элизабет как раз и согласилась, аж два раза. Но дверь к сердцу была закрыта. До этого момента. Все раны разбередило одно лишь имя. Майкл Стоун. Тот паренек.

“И что хандрим? Что такого ужасного случилось? Ну встретила свою несбывшуюся любовь? Так давай, борись за неё! Скорее всего найдутся объяснения всему”. – голос был тихий и вкрадчивый. Он успокаивал и давал надежду, что да, объяснения всегда найдутся, и можно дать шанс. Загипнотизированная внутренним голосом, Элизабет решила дождаться окончания операции и выяснить всё и начистоту.

Через некоторое время и два стаканчика кофе из автомата, медсестра подошла к Элизабет и сказала, что можно навестить пациента.

Элизабет медленно встала и прошла в палату. Там она остановилась около двери и посмотрела на лежащего бомжа, с упакованной в гипс ногой. Майкл лежал с закрытыми глазами, уже не такой грязный, но пока ещё заросший. Копна спутавшихся волос и борода придавали ему зловещий вид разбойника или пирата. Элизабет заставила себя, или её заставили, подойти ближе и присесть около кровати.

– Здравствуй, Майкл! – тихо произнесла Элизабет.

– Бетти? Это ты? – Бомж открыл глаза. – Я слышал сквозь сон твой голос, ты что-то кричала. Ты злишься на меня?

– Нет, я не злюсь, я просто…не ожидала тебя встретить…здесь, как-то все странно.

– А я тебя сразу узнал, там, около того дома, где я в кустах, а ты меня, конечно, нет, я изменился, Бетти.

– Пожалуйста не зови меня Бетти, та девочка умерла почти десять лет назад, теперь осталась только Элизабет, богатая стерва.

– Не говори так, для меня ты все та же! – Майкл попытался пошевелиться, но сморщился от боли.

– Смешно, Майкл, ты бросил меня тогда, даже не соизволил попрощаться, или вообще что-либо сообщить о себе потом. – Элизабет позабыла все психологические установки и окунулась в упреки, словно и не было прошедших лет.

– Бетти, эээ…Элизабет! Прости, я могу объяснить все сейчас! Я не бросал тебя, я не мог, я любил тебя…и сейчас…и до сих пор!

– Ну так объясни, пока я здесь! Я имею право хотя бы на это!

– Конечно, ты же помнишь, что мой отец – военный корреспондент, и был связан с каким-то инцидентом на Востоке. И он, и его семья находились под защитой правительства. Наше местонахождение вскрылось в том маленьком городке и нас в ночи быстро сорвали с насиженного места и перевезли в какую-то далекую деревеньку в Европе, ради безопасности, чтобы не нашли экстремисты. Нам запретили с кем-либо связываться. Я даже не мог тебе написать просто письмо. Никакого интернета и телефонов. Бетти, это были самые трудные пять лет.

– Пять лет? – Элизабет удивленно посмотрела на Майкла. – Прошло больше.

– Я вернулся в наш городок после окончания университета в Сорбонне. Я учился там в медицинском центре Париж 5. Стал врачом. Работал в Красном кресте… И, когда я пришел к твоему дому и мне открыла твоя мать, я просто не мог сдержаться от радости, что снова увижу тебя…

– Но меня там уже не было… – вздохнула Элизабет.

– Да, тебя там не было, – Майкл тоже вздохнул, – твоя мать сказала мне, что ты вышла замуж и счастливо живешь где-то на юге со своим мужем и двумя малышками, даже фотографию показала.

– Что?? Какую фотографию, у меня нет детей, да и мужей уже нет, хотя тогда был один, но дети?

– Но я видел!

– Ох, это, наверное, фотография моей кузины с детьми, мы всегда были похожи с ней, а она как раз в то время сидела со своими двойняшками.

– Это было правдоподобно. Я поверил, что в твоей жизни все хорошо, и меня там не ждут.

– Ждали, Майкл, ждали и надеялись. – Элизабет чуть не разрыдалась. – Если бы ты знал, как мне было трудно принять даже саму мысль, что больше тебя не увижу. Но жизнь – такая стерва. Вот и я тоже ею стала. И сделала себя бесчувственной богатой куклой.

– Ты не кукла, моя Бетти, ты очень даже живая. И эти слёзы тому подтверждение. – Майкл протянул руку и стер слезинку со щеки Элизабет. Она схватила его руку и прижала к своей щеке.

– А как ты? Как ты докатился вот до такого состояния?

– После посещения твоего дома, я снова вернулся к работе в Красном кресте в одной из стран Южной Африки. Несчастный случай с миной, как это не парадоксально, пытался спасти мальчонку, а сам не успел. Рука перестала действовать, как необходимо. Потом депрессия от потери работы, заложил дом, ещё раз заложил, долги. Ну все как-то так. – Майкл потихоньку постарался убрать свою руку, но Элизабет не отпустила.

– Теперь всё будет хорошо, я о тебе позабочусь, – проговорила она уверенно.

– Бетти, зачем тебе такой бродяга, как я?

– А ты перестал им быть с этого момента, у тебя теперь есть работа, есть деньги, и есть я!

–Бетти?

– Что?

– Неужели ты все ещё…?

– Да!

“Я сейчас расплачусь” – Атлета не могла сдержаться от нахлынувших на неё противоречивых эмоций.

“Но у нас получилось! – Анегеил тоже расчувствовался. – Какое прекрасное завершение наконец-то всех наших усилий”.

“Да не особо то мы тут и старались, видать у них не перегорело ничего”

“Ну осталось только дождаться закономерного финала и можно спокойненько покидать это тело”. – Ангел радостно улыбнулся грядущему.

На прекрасной вилле в испанском стиле спустя несколько месяцев было неимоверно оживленно и ошеломляюще весело. Элизабет – хозяйка дома – вступала в свой очередной третий брак. На это раз по взаимной любви…

По окончании церемонии, новобрачные, не смущаясь, попросили всех гостей покинуть их уютное прибежище и отправиться продолжать праздновать в ближайшее казино, там заказаны столы для игр и угощения. А они хотят остаться вдвоем.

Майклу уже сняли гипс, и выглядел он совсем не как бомж, в прекрасно сшитом на заказ, белом смокинге, подстриженный и гладко выбритый. Невеста тоже была обворожительна, в облегающем фигуру, кремовом платье.

Проводив последнего гостя, Майкл и Элизабет поднялись в спальню, где их ожидало, празднично украшенное лепестками роз, ложе.

– Ну что миссис Стоун? Позвольте мне расстегнуть молнию вашей ошеломительной упаковки, чтобы насладиться тем, что внутри.

– Все, что угодно, мистер Стоун, теперь здесь все ваше!

Майкл подошел к Элизабет и нежно обнял за плечи. От поцелуя закружилась голова, и не только у них…

“Да чтоб всем сумрака не видать!” – Атлету опять поразило как громом, ошеломило, как шквалом и выбросило из тела человечки, как мусорную бумажку.

“Я найду тебя! – единственное, что мог вскричать ангел. Его тоже метко вышвырнуло из тела в иную реальность…

***

– А это опять вы?! Да заходите, не стесняйтесь, будьте как дома! – Имадундил Спирулович даже и не удивился очередному посещению ангелом своего кабинета.

– Вот, как раз об этом я и хотел поговорить! – ангел серьезно подошел к столу высшего Харя.

– Ну что опять? Какие печали, или радости заставили вас опять посетить нас? – Имадундил Спирулович был теперь сама учтивость.

– Вы же знаете смысл проблемы. – ангел пристально смотрел на начальника агентства.

Тот посмотрел пристально в ответ и нажал кнопку на переговорном устройстве:

– Агонийя! Принесите- ка нам что-нибудь бодрящее, пожалуйста!

Секретарша через некоторое время вошла и внесла поднос с напитками. Для высшего Харя – напиток сумрачной дури, ангелу – воду.

– Агонийя, будьте так любезны, замените это вот на то. – ангел показал на стакан с водой и на бокал дури.

– Ах вот оно как?! – Имадундил Спирулович даже встал со своего удобного кресла и подошел к ангелу. – Вы значит?

– Да, я значит так… – ангел смело взял принесенную замену и, выдохнув в сторону, запрокинул себе в рот одним махом сумрачное пойло.

Почти час из-за двери кабинета начальника Агонийя слышала часто повторяющееся “ну будем” и несмолкаемый, басовитый начальственный хохоток и тягостный то ли смех, то ли вздох ангела. Вдруг дверь в кабинет распахнулась и на её пороге возникла фигура босса, а за ним немного пошатывающийся, с непривычки, ангел.

– Мы кутить! Подшей эти бумаги в дело! – громко высказался Имадундил Спирулович, икнул и подхватив под локоть немного окосевшего ангела, уволок его в сторону злачных мест. Агонийя проводила эту пару, застывшим в непонимании ситуации, взглядом. Потом посмотрела на переданные бумаги – там был договор и подпись ангела. Падшего…