По обе стороны старого зеркала

Рассказ первый

Васенька

Он был необычным домовым. Поселился он в небольшом дачном домике. Гривы лошадиные он не заплетал по причине их отсутствия. Не было в округе никаких лошадей. Приехавшие сюда на лето дачники даже и не подозревали, что в их доме обитает маленькое существо, очень хозяйственное, непоседливое и наблюдательное.

Хозяева домика вышли на пенсию и обосновались в нём на постоянное жительство. Захотелось им отдохнуть от города, на природу потянуло, да и здоровье надо было поправить.

Дед с бабкой жили очень дружно. Завели коз, кур, кроликов. Поили козьим молоком приезжавших на лето внуков.

Летом домовой вёл себя тихо и никак не проявлял своего присутствия, но с появлением холодов хозяева начали замечать нечто странное, особенно после приезда внуков на осенние и зимние каникулы. Миша и Поля стали больше времени проводить дома, с дедом и бабкой, в тепле. Вечером, сидя у горячей печки, дедушка начинал разговор о чём-нибудь интересном. В его рассказы встревали внуки, часто его перебивая. Вот тут-то домовой не выдержал и начал постукивать в стену.

– Дедушка, кто-то стучится! Ты слышишь? – спросил маленький Миша.

– Это дед Василий. Он тебя предупреждает, чтобы ты слушал меня и не перебивал, – шутил дед.

Стук повторялся, если кто-нибудь из внуков начинал хвастаться. Домовому это очень не нравилось, он опять мог громко стукнуть. Шутки шутками, но дед с бабкой стали привыкать к стукам домового, а бабушка стала ласково называть его Васенькой.

Кошка Соня его сразу разглядела. Она наблюдала за Васенькой, глядя неподвижно в одну точку своими зелёными треугольными зрачками. Соня, подобрав под себя лапки, долго могла смотреть в совершенно пустой угол.

– Куда это она так долго смотрит? Там же никого нет, – удивился Миша.

– Это ты не видишь, а она видит. Она Васеньку, наверное, видит, – поучительно отвечала Поля.

Соня вдруг прижалась к полу своим мохнатым брюшком, а потом резко вскочила на лапки и прыгнула на лежанку печки, на которой она грела свои бока.

– Погляди-ка, опять Сонька с Васенькой мою лежанку заняли. Сейчас опять разговаривать начнут, – с улыбкой сказал внукам дед.

Дети не боялись домового, а у стариков не было привычки их запугивать. Вот и сейчас они замерли и ждали, когда же Соня заговорит по-кошачьи.

Сначала она лежала, вытянув все четыре лапки. Надо было подождать, посидеть в полной тишине и делать вид, что никому и дела нет до проделок кошки, и усыпить её внимание. И тут начиналось нечто невероятное. Все знали, как мурлычет кошка, но вдруг её мурчание стало похожим на что-то музыкально-нежное. Мурлыканье превратилось в какое-то кошачье пение, очень ласковое и мелодичное.

Домовой был размером с кошку. Он, присев рядом, деловито её спросил:

– Ну что, охотница? Опять мышь поймала?

– Да уж, поймала. Не бездельничала. А ты что делал? Опять ворон гонял?

– Да, сегодня прогнал штук десять. Гадить на крышу повадились, чернохвостые! Пусть знают, кто в доме хозяин! – бойко ответил Вася.

– Завтра чем займёшься? – поинтересовалась Соня.

– А завтра таракана прогоню. Приполз к теплу, как разведчик. Сам нажрётся крошек, а потом всю свою родню сюда приведёт, зараза! Не пущу их сюда, – ответил Васенька.

– А у меня завтра выходной, – мечтательно промурчала Соня. – Полнолуние, гулять пойду, так что на завтра лежанка твоя!

– Ну-ну, гулёна! Смотри не загуляйся надолго. Видел я свору бродячих одичавших собак. Всегда они голодные. Рыщут тут по окрестностям и тебя сожрать могут, – предостерёг Васенька.

– Ерунда, не поймают. Я по деревьям лазать умею, а они – нет, – зевая, ответила Соня и заснула.

Васеньке не спалось. «Пойду, похожу по дому, пока все спят», – подумал он. Встал домовой на свои шершавые лапки и пошёл шастать под кроватями. Ходил он тихо-тихо, половицами не скрипел, коготками пол не царапал. Всё было бы хорошо, так нет, Мишка проснулся и пошёл по нужде. Заметался домовой, ну что было делать, не успел спрятаться. В белую мышь превратился и побежал по полу в сторону печки.

– Мышь, мышь белая! – закричал Миша.

Все проснулись.

– Что случилось, что всех переполошил? – сонно спросила бабушка.

– Белых мышей в лабораториях разводят, нет их в природе. Приснилось тебе. Спать ложись, скоро уже утро, – успокоил внука дед.

Наступило утро. Дети собрались уезжать. Каникулы закончились. Соня ещё спала, сопела в обе ноздри. Дети выпили по стакану козьего молока, взяли корзинку со свежими куриными яйцами, баночку творога и уехали с родителями в город.

Ближе к вечеру Соня вышла из домика и, распушив хвост, неторопливо пошла по тропинке к лесу, встречать полнолуние. Всю неделю её не было. Васенька загрустил, перестал пить молоко, которое бабушка оставляла ему в блюдечке на чердаке. Пропала Соня.

Смеркалось, солнце клонилось к горизонту. На пороге дома появилась Соня. Она, слегка прихрамывая, подошла к своей миске и стала жадно из неё лакать. Затем Соня прыгнула на печную лежанку, привычно легла на неё и заснула.

Ночью на печку забрался Васенька. Он, стараясь не разбудить кошку, свернулся калачиком рядом с ней.

Утром Соня рассказала Васеньке о своих приключениях. Дикие собаки загнали её на дерево и караулили. Отсидев на дереве несколько дней, Соня рискнула спуститься вниз, собаки оставили её в покое и убежали. Оголодавшая кошка пошла поохотиться на мышей. Наевшись, она, к великой радости домового, вернулась домой. Хорошо то, что хорошо кончается.

Рассказ второй

Как петух и лиса наказание получили

Понравилось деду с бабкой жить за городом. Поначалу не было у них ни коз, ни кроликов. Как-то раз после переезда на постоянное жильё в дачный домик весной дед предложил бабке: «Как-то стало скучновато жить здесь. Всё огородом да садом занимаемся. Что осенью и зимой делать будем? Может, живность какую-нибудь заведём?»

Бабка подумала и ответила деду: «Колобка, что ли, тебе испечь? Прямо как в сказке будет. Тоже ведь живность, правда, сбежала она потом». Бабка с годами чувство юмора не теряла.

– Зачем нам колобок? Давай лучше курочку Рябу заведём. Пусть пользу приносит.

– А что, давай попробуем. Купим курочек. Это не корова, доить не надо. Яйца будут свежие. Да и куриное мясо тоже будет.

Сказано – сделано. Купили они семь курочек, привезли их на дачу. Дед построил им сарайчик с насестом внутри и маленький загон к нему пристроил, чтобы куры гулять выходили.

До чего же курочки были шустрые! Бегали по загону туда-сюда, на одном месте им не сиделось. Сначала курочки подростками были, окраска у них непонятная была, да и по половому признаку их не отличить друг от друга. Но время шло, и к началу осени они приобрели коричневую окраску и красные гребешки с бородками.

– Вот так сюрприз! – однажды воскликнула бабка. – Смотри-ка, дед! Одна курочка на петушка стала похожа. Выросла и крупнее других стала. Гребень большой появился и шпоры стали на ногах расти.

И вот этот петушок рос, рос, и вырос из него здоровенный красавец петух ослепительно-белого цвета. Дед с бабкой обрадовались приятному разнообразию в стае. Они не знали, что курочки прекрасно неслись бы и без петуха, порода такая есть у кур.

До цыплят дело не дошло. Приехали внуки на каникулы и яйца стали есть в сыром и варёном виде. Кроме того, бабушка постоянно что-то пекла из теста и яйца в него добавляла.

Интересно было наблюдать за жизнью в куриной общине. Петух вырос узурпатором, за дисциплиной следил постоянно. Куры у него чуть ли не строем ходили.

Домовой Васенька, забравшись на второй этаж, наблюдал за курами из чердачного окна. Петуха он невзлюбил, а кур жалел, но в куриные разборки не встревал.

Как-то утром домовой наблюдал за утренним выходом кур к завтраку. Одна за одной они слетали с насеста и выстраивались друг за другом перед выходом в загон, где их в кормушках ожидало пшено.

Вдруг одна очень нетерпеливая курица выскочила через проход первой и ринулась к кормушке. Петух рассвирепел, перья на затылке встали дыбом, он издал громкий клёкот и погнался за непутёвой курицей. Он схватил её за гребень и поволок обратно в сарайчик, где терпеливо ожидало остальное стадо. Вот так! Знай своё место! Первым в загон должен заходить петух!

Все выстроились за петухом и уже чинно и спокойно вслед за ним вышли в загон.

В стаде постоянно были разборки. Петух был злющий и клевал всех кур подряд, наказывая их за любую провинность.

Он и на бабушку напал, когда она сыпала в кормушку крупу курам, и исклевал ей руки. «Это не петух, а зверюга какая-то! На хозяйку напал, подлец!» – сокрушалась бабушка.

Поздно вечером Васенька, как обычно, разговаривал с Соней. Надо было излить ей душу.

– Я бы ни за что не зашла в загон к курам. Я их не боюсь, но петуха терпеть не могу. А куры – дуры набитые, позволяют петуху делать, что ему хочется, – промяукала Соня.

– А мне хозяйку жалко. Она добрая, поит меня молочком. Чую, что добром это не кончится. Сварят из петуха суп, – убеждённо сказал Васенька.

– Ням-ням, это было бы неплохо. Надеюсь, что меня угостят, – облизнувшись, мяукнула Соня.

На летние каникулы приехали внуки. Миша и Поля наблюдали за курами с большим интересом. Им хотелось их погладить, но они боялись петуха. Однажды Поля по неосторожности нагнулась над кормушкой и получила от петуха удар клювом в щёку. Петух явно метил ей в глаз, слава богу, не попал! На щеке появилась ранка и выступила кровь. Тут уже дед не выдержал, внуков он обожал и такое безобразие не стерпел. Он схватил толстый прут, открыл загон и стал лупить петуха прутом по спине. Петух не ожидал такого внезапного нападения и, прижавшись к земле, пополз на брюхе к выходу из загона. Выполз наружу и дал стрекача, забежав к соседям в высокий бурьян. До вечера петуха никто не видел. Искали вместе с соседями и не нашли.

Васенька весь кипел от злости, он любил детей. Сидел на чердаке и сжимал кулачки от ярости.

Соня видела спрятавшегося под соседским крыльцом петуха. Она была от него на безопасном расстоянии.

– Ну вот, доклевался, разозлил хозяина. Выходи, обормот, всё равно тебя найдут, – мяукнула она петуху.

Петух недобро покосился на Соню и прикрыл глаза, сделав вид, что задремал.

Поздно вечером петух появился во дворе у дома.

– Зарублю мерзавца, – сказал дед.

– Не надо, дед. Я его на рынок отнесу и продам, жалко петуха, – вступилась за него бабушка.

Дед поворчал немного, а потом всё-таки согласился с ней. На том и порешили. В соседней деревне рынок был, вот туда петуха и отвезли. Там купила его бабуля. Немудрено, петух красавец, здоровенный, горластый. Очень он ей понравился. Захотелось ей по утрам слушать его петушиный крик. «Вот теперь вместо будильника он у меня будет», – пошутила бабуля.

А в курином стаде воцарились мир и спокойствие. Никто не клевался, не таскал кур за гребни. Куры даже стали прибавлять в весе от спокойной жизни на радость деду с бабкой, но спокойствие длилось недолго. С петухом жизнь кур была беспокойной, но петух был защитником. Он хоть кур и обижал, но другим в обиду не давал.

Лето прошло спокойно, наступила осень с первыми заморозками. Выпал первый снег, на нём стали отчётливо видны все следы. Вороны оставили отпечатки лапок по первому снегу: они подбирали остатки еды, разбросанные курами.

Следы беспризорных кошек появлялись неровными цепочками. Голод не тётка. Рыскали они в поисках еды, иногда им кое-что перепадало. Коты охотились на крыс и мышей, которые расплодились в большом количестве на мусорных кучах, заваленных подгнившими яблоками и остатками капустных листьев.

Повадилась приходить лиса. Васенька заметил, как она пыталась залезть в курятник. Она начала рыть подкоп под ним. Василию стало ночью не до сна.

Вот однажды подкоп был сделан, лиса нырнула в курятник и набросилась на одну из кур, сидевших на насесте. Поднялись гвалт и шум, а лиса с придушенной курицей в зубах бросилась бежать. Проснулся дед, вышел во двор, увидел следы на снегу и недосчитался одной курицы.

На другой день дед принёс капкан и поздно вечером положил в него кусок мяса. Подкоп под курятником был засыпан.

Лиса долго не приходила, а в капкан попался беспризорный кот. Его вытащили из капкана и отпустили на все четыре стороны. Прихрамывая, он ушёл и больше не появлялся.

Лиса появилась через две недели. Она с прежним упорством стала рыть подкоп под курятником. Василий увидел лису и понял, что её надо пугнуть. Он взял вымытые после ужина ложки, которые лежали горкой в кастрюле, и вынес их на крыльцо. Лиса была очень увлечена своим занятием. Вдруг страшный грохот высыпанных на деревянное крыльцо ложек заставил её вздрогнуть и даже подпрыгнуть на месте. Лиса увидела домового и оскалилась от ярости, но не убежала: она была очень голодна.

– Уходи, воровка! Сейчас хозяин выйдет! – крикнул домовой. Дверь открылась, вышел дед с поленом в руках и, увидев лису, швырнул в неё его. Лиса подскочила как ошпаренная и бросилась бежать. Она припадала на одну ногу, видимо, дед задел её по ноге поленом.

Вышла бабка.

– Дед, что это ты ложки разбрасываешь? – спросила она.

– Я не брал никаких ложек. Они здесь лежали.

– Значит, спасибо Васеньке. Разбудил нас, а то бы ещё одной курицы недосчитались бы, – сказала бабка и ушла в дом.

Дед почесал в затылке и, собрав ложки, пошёл спать в дом.

А лиса больше не приходила, спасибо домовому.

Рассказ третий

Манюня

Манюней назвали домашнюю крысу, которая жила у мальчика Алёши. Он иногда приходил в гости к Мише и Поле летом, когда они жили на каникулах у бабушки и дедушки на даче.

Лето в тот год стояло очень тёплое. В июне соседские ребята открыли купальный сезон на лесном озере. Небольшие мелководные заливчики прогревались на солнце очень быстро. Вода в них была чистая и прозрачная. Мелкий жёлтый песочек тоже прогрелся и обжигал пятки и ступни. Вот здесь, на берегу озера, внуки познакомились с Алёшей. Он был старше Поли и Миши, с ним было интересно и весело, и в обиду он их никому не давал. Фантазёр и выдумщик был этот Алёшка.

В один из таких тёплых летних дней Алёша преподнёс внукам сюрприз. Он пришёл к ним в гости вместе с Манюней, которую принёс в небольшой металлической клетке. Дети никогда не видели крыс и поэтому были в восторге от увиденного. Манюня смотрела на них сквозь прутья клетки и шевелила усиками, блестящие глазки глядели с любопытством и озорством.

– Вот, подарили мне крыску! – похвастался Алёша. – Ума не приложу, где её теперь держать. Симпатяга она, добрая, любит играть, но запах у неё неприятный. Живёт она у нас возле дома во дворе. Дома держать её не могу, запах всем мешает. Я её мыть шампунем пробовал, не помогает, – озадаченно добавил Алёша.

– Может быть, она заболела? Вот и пахнет теперь, – предположила Поля.

– Нет-нет! Здоровая она, хомячит всё подряд! – возразил Алёша. – Озорная, подвижная, всё время играть со мной пытается. Схватит зубками за рукав и тянет его к себе. Протянешь руку, а она отбежит и за штанину схватит или ботинок начинает грызть.

– Ты хочешь теперь нам её подарить? – спросил Миша. – Я боюсь, что бабушка не разрешит. У неё аллергия бывает на сильные запахи.

– Нет-нет, что ты! Не хочу я её никому дарить. Я вам её принёс на несколько дней. У меня экзамены по русскому языку и математике. Мне надо в город съездить. Потом вернусь и заберу обратно, – успокоил Мишу Алёшка.

– Мы клетку за домом возле бани оставим, в дом её не понесём. Бабушка с дедушкой пока ничего знать не будут. Будем её кормить. Потом приедешь и заберёшь её обратно, – рассудительно сказала Поля.

Дети отнесли клетку за дом и спрятали её за дровами возле бани. Алёша ушёл домой готовиться к экзаменам.

Вдруг кто-то из соседских ребят позвал детей играть в мяч, и они убежали на улицу.

Немного позже, ближе к вечеру, Васенька вышел из старой баньки и сел на крылечко. Увидев крысу, он обомлел и даже присвистнул слегка.

– Кто это крысу поймал? Да ещё и в клетку посадил? Соня всех крыс переловила, откуда эта взялась?

Манюня дружелюбно смотрела на Васеньку, он ей явно нравился.

– Не бойся, я домашняя, – пискнула она Васеньке.

– А я и не боюсь, что я, крыс не видел? Я уж повидал их на своём веку. А ты, значит, чья-то, раз домашняя? – спросил домовой.

– Домашняя, – вздохнула Манюня. – От этого и страдаю. Пахну плохо. Унесли меня подальше от дома. Теперь здесь буду сидеть, пока хозяин не вернётся.

Домовой потянул ноздрями:

– Да нормально ты пахнешь, так в конюшне пахнет. Я там когда-то жил. Я домовой. У меня нюх другой, ко всему привычный.

– Ах вот оно что! Я и вижу, что ты странный какой-то, маленький, а вроде бы взрослый. Уши у тебя острые, у людей уши другие, – удивилась Манюня.

– Вот ты меня видишь, кошки тоже меня видят, а люди не видят. И не пахну я ничем, – ответил ей Васенька. – Ну что ж, пойду хозяйством займусь, за курами пригляжу. А ты посиди здесь, не скучай.

Домовой ушёл. В кустах возле соседского забора кто-то зашевелился. Этот кто-то поглядывал и подслушивал разговор крысы с домовым. Тихо и осторожно, оглядываясь по сторонам, из-под кустов вылез соседский кот Баюн.

Этот кот соответствовал своему сказочному имени. Он был огромным котярой тёмно-серого цвета с чёрными подпалинами. Его жёлтые глазищи плотоядно смотрели на всё, что шевелится. На крысу он смотрел с большим предвкушением будущего ужина. Манюня замерла и не шевелилась. Кот уверенными шагами победителя подошёл к клетке и нагло посмотрел на крысу. Ударом мощной мохнатой лапы он сдвинул клетку с брёвен, а потом её перевернул. Крыса пискнула и заметалась по клетке, помощи ждать ей было неоткуда.

Через час прибежали дети, их позвали ужинать.

Что же они увидели? Клетка лежала на земле, и дверка была в ней распахнута. Крысы нигде не было.

Прошла неделя. Алёше сообщили, что крыса сбежала. Прошла ещё одна неделя. Все стали привыкать, что Манюня пропала, и начали уже про неё забывать. Но не тут-то было. Раздался телефонный звонок. Телефон поставили деду в доме. Старик стал работать сторожем в дачном посёлке. Звонил дядя Саша. Был он в посёлке человеком известным и очень уважаемым.

– Здравствуйте, соседи! До меня дошёл слух, что у вас жила ручная крыса. Приходите, посмотрите, у меня живёт в ящике какая-то крыса уже вторую неделю. Она совсем не боится людей, игривая и очень добрая.

Конечно, дети позвали Алёшу и вместе с ним отправились к дяде Саше.

– Манюня, ах ты, проказница! – узнал свою крыску Алёша. – Вот ты где, пропащая душа!

– Интересное у тебя животное, – с улыбкой сказал дядя Саша. – Мы с женой решили, что она из цирка сбежала. Сижу я на крыльце своего дома, вдруг смотрю: из травы выбегает зверёк, похожий на крысу. Меня он совсем не боится. Подбежал к моей ноге и стал тянуть за штанину. Играть со мной собрался. Ну всё, думаю, белая горячка началась. Сумасшедшая крыса! Позвал жену, а она мне про Алёшину крысу и рассказала. Стали мы вашу крысу ловить, еле поймали её. Потом стали бабушке Алёши звонить, не дозвонились. Ну что делать? Посадили её в ящик, и стала она у нас жить. С кормёжкой проблем не было, всеядная она у тебя. Потом соседи нам сообщили, что Алёша крысу вам принёс. Забирай её скорее, а то моя жена очень крыс боится.

Оказалось, что клетка, в которой Манюня сидела, упала на землю, кот Баюн пытался её открыть и катал клетку по земле. Дверка сама как-то открылась, и крыса удрала. Как ей удалось убежать от кота? Вот вопрос!

Баюн пожаловался Соне, что не удалось ему схватить крысу. Соня ехидничала и стыдила Баюна, называла его плохим охотником. Вечером, как обычно, на печке она рассказывала домовому, что произошло за день. Не всё коту масленица! «Забавная крыска, добрая. Хорошо, что жива осталась», – подумал Васенька и ушёл в подпол ловить таракана.

Рассказ четвёртый

Белка и Мушка

Белку привёл дед в канун новогоднего праздника. Старики давно хотели завести козу.

– Принимай, бабка, пополнение в хозяйство! Купил по случаю недорого! – похвастался дед. – Хозяйка отдала за полцены.

– Ну и ну! – ахнула бабка. – А где же у неё вымя? А худая-то какая!

Вымя у козы не просматривалось, прилипло где-то к брюху, зато рёбра были хорошо видны.

– А хозяйка её и не доила совсем. А кормила ли? Наверное, плохо кормила и мало, – жалостливо добавила бабка.

На шее у козы красовался полосатый шарф деда.

– А шарф зачем ей свой надел? – спросила бабка.

– А за что бы я её тянул? Бывшая хозяйка даже мне верёвки не дала, говорила, что примета плохая – отдавать козу на своей верёвке, назад может прибежать. Бегом спасаться надо было от такой хозяйки, а коза эта шла за мной, упиралась, глупенькая!

– А как зовут-то её, хоть узнал? – спросила бабка.

– Забыл спросить, – вздохнул дед. – Не до того было, торговался, цену сбивал.

Соня подошла к козе и с интересом её обнюхала. Коза ни на что не реагировала, и вид какой-то у неё был обречённый, будто её на бойню привели. «Молоком меня сегодня не угостят, а вот хлопот у деда с бабкой прибавилось», – подумала Соня.

– Надо ей имя дать. Давай её Белкой назовём? Шерсть-то у неё белая, – предложил дед.

Белкой – так Белкой. Бабка согласилась. Стали козу откармливать. Комбикорм пришлось купить. Сена дед ещё летом накосил, молодец он. Очень он козу хотел приобрести, заранее заготовил корм. Врачи деду посоветовали пить козье молоко для улучшения здоровья.

Вот так заботами бабки и деда дело пошло на лад. Через два месяца Белка похорошела, набрала вес. Шерсть гуще стала и закурчавилась колечками. Хорошенькая стала, пора ей жениха искать. Нашли ей чёрного обросшего длинной шерстью козла. Страшилище несусветное. Один он был на всю округу. К нему всех коз водили для продолжения рода.

Родила Белка от этого чуда природы козочку, тоже она с чёрной шерстью родилась. В отличие от папаши, она была очаровательным созданием. Мушкой её назвали за цвет шерсти.

Дело было ранней весной, в марте. Принесла бабушка поздно вечером в дом родившуюся Мушку, завёрнутую в старую простыню. Посадила в картонную коробку крошечное чёрненькое создание с вьющейся шёрсткой на боках и голове между малюсеньких рожек. Мушка встала на ножки и попыталась перелезть через борта коробки, но силёнок не хватало у неё. Спустя два часа она опять захотела вылезти из коробки.

Дети в доме проснулись, они были в гостях у бабушки и дедушки. Какое веселье началось! Цирк, да и только! Не до сна сразу всем стало! Миша выпустил Мушку из коробки, и она радостно затопала ещё не очень крепкими ножками по полу. Дети любовались на это маленькое чудо и бегали вслед за Мушкой, а она – от них.

Васенька и Соня забрались на печку и оттуда с недоумением наблюдали за Мушкой. Почему это козлёнок не с мамой в козлятнике? Ведёт он себя как избалованное дитя.

Мушке позволяли всё. Её даже укладывали на постель, накрывали одеялом, а голова козочки лежала на подушке. Так она и спала на чистой постели, как ребёнок. Так и повелось со дня её рождения. Баловали каждый день. Когда подросла Мушка, стали подкармливать вкусненьким да сладеньким.

«Избалуют, ох избалуют! – причитал Васенька. – Не выйдет из неё путной козы». И он оказался прав. Выросла Мушка толстой и ленивой. Козлят у неё не было, не смогла родить, что-то пошло в организме не так. Пришлось её продать. Остался всем урок на всю жизнь. Больше козлят так не баловали.

Зато Белка стала отличной дойной козой. Молоко стало прибывать, на радость всем. Бабушка делала из молока простоквашу, творог. Всё было очень вкусным и полезным. К утренней дойке приводили мальчика Митю, который жил недалеко на даче с бабушкой. Аллергия у него сильная была, кроме картошки, ничего не мог есть. Выпивал в день стакан козьего молока и вылечился.

Соня Белку уважала, молоко парное очень любила. Утром приходила к козлятнику и ждала, когда бабушка закончит доить, лакала молоко из мисочки.

Про Васеньку бабушка не забывала. Ставила ему блюдечко с молоком на чердаке. Дед посмеивался: «Зачем домового балуешь?» Бабушка отвечала, улыбаясь: «Отблагодарит он нас, вот увидишь».

Васенька все разговоры стариков слышал и на ус наматывал. Он искал повода для благодарности. Повод появился, когда дедушка стал пасти Белку на опушке леса.