Тайны Морлескина. Кошачий глаз

- -
- 100%
- +
Я опустила кота на пол. Дайра потряс головой, деловито полизал себе грудь и на всякий случай отошёл от меня подальше.
– Не волнуйтесь так за него. Он куда больше понимает про открытые окна, чем тот несчастный котёнок, – неожиданно мягко сказал Ольгер.
– Да, наверное! – усмехнулась я.
– Выпейте, – повелительно проговорил Ольгер, забирая у подошедшего Косты бокал, наполненный почти чёрным вином. – Нервы вам ещё пригодятся.
Повинуясь его тону, я взяла бокал, но прежде, чем пить, взглянула на Дайру. Как ни странно, но из всей компании больше всех я доверяла ему. Почему-то я была уверена: если мне это вино пить не следует, Дайра даст это понять.
Кот сидел и равнодушно смотрел на меня, не выказывая никакого беспокойства.
Тогда я сделала глоток.
Вино было терпким и настолько насыщенным, что казалось не просто густым, а вязким. И на вкус, прямо скажем, не очень. Я с трудом проглотила то, что было у меня во рту, и вернула бокал Косте. Тот задумчиво посмотрел внутрь бокала, стрельнул глазами в сторону Ольгера и медленно, с видимым удовольствием принялся допивать.
Глава 6
В самом деле, вино не пьянило, совсем нет. Это, если разобраться, было даже не вино, а замаскированная сыворотка правды.
Мой несчастный мозг успокоился и расслабился совершенно, и мне очень хотелось с кем-нибудь срочно приятно и откровенно поболтать.
Позвонить мне было больше не с чего, а пообщаться разрешено только с Дайрой. Но даже и этот мерзавец умудрился бросить меня на произвол судьбы. После нескольких безуспешный попыток отловить его в столовой, а потом в коридоре, я плюнула и ушла туда, куда было велено – в свою спальню.
Я валялась на кровати поверх покрывала, когда снаружи в дверь кто-то настойчиво заскрёбся.
– Нет уж, не захотел со мной сразу пойти, вот и сиди в коридоре!
Дайра пару секунд обдумывал моё заявление, потом заскрёбся ещё сильнее.
– Вот паразит…
Я встала, отперла замок и, когда Дайра медленно вплыл, величаво неся свой хвост, я просто захлопнула дверь, снова залезла на кровать и отвернулась лицом к стенке.
Дайра запрыгнул ко мне, прошёлся вдоль кровати в одну сторону, потом в другую, а затем, потоптавшись, брякнулся, привалившись в аккурат к моей попе.
– Эй, ты! – рявкнула я, резко разворачиваясь.
Кот вскочил.
– А ну-ка, держи дистанцию! – прошипела я ему.
Он послушно спрыгнул вниз, забрался на мой чемодан и развалился там.
– Вот-вот, там можно, так уж и быть.
Мы полежали ещё с полчаса, я даже начала дремать.
Быстрые звучные шаги в коридоре – и пара грохочущих ударов в дверь.
– Аля, вы у себя?!
– А где мне ещё быть? Заходите, открыто!
Ольгер распахнул дверь. Он был бледнее обычного.
– Аля, не могли бы вы мне помочь?
– Понятия не имею. Смотря, что делать.
– Пойдёмте со мной, пожалуйста.
Я вскочила с кровати, Дайра тут же спрыгнул с чемодана, явно намереваясь бежать за нами.
И тут Ольгер наклонился к коту и громко, отрывисто и, я бы сказала, злобно проговорил несколько фраз.
Дайра вытаращил глаза и опустился на пятую точку.
Я пошла за Ольгером и, когда закрывала за собой дверь, видела, что кот по-прежнему сидит около чемодана и не двигается с места, провожая нас взглядом.
– Что вы ему сказали? – поинтересовалась я в спину Ольгеру.
– Что, если он до утра хотя бы переступит порог этой комнаты и попадётся мне на глаза, я последую вашему давешнему совету. Ветклиника тут за углом, приём круглосуточно.
– Если у вас ещё есть желание шутить, значит, не всё так плохо?
– Я почти не шутил, и Дайра это прекрасно понял, как вы успели заметить.
Я пришла вслед за Ольгером в столовую.
Окно было по-прежнему распахнуто, наполовину оборванные занавески развевались парусами.
– Я отправил Косту на пост, и лучше его оттуда не отвлекать, – произнёс Ольгер. – Брилле нет уже слишком долго. Поэтому я позвал вас. Если она вернётся, то мне почти наверняка потребуется помощь.
– Если вернётся?!
– Стопроцентной вероятности в природе не существует. Ни в чём, – туманно отозвался он.
– Что я должна делать?
– То, что я скажу. Если ничего не скажу, просто вернётесь к себе, – пояснил Ольгер. – А пока ждём.
Ольгер присел около обеденного стола. Я подумала и последовала его примеру.
Ждали мы недолго. Минут через десять Ольгер подскочил. Я тоже подпрыгнула было со своего места, но он взмахнул рукой:
– Сидите пока.
Он вышел на середину свободного пространства, не спуская глаз с кусочка неба за окном. Грозовой тучи уже давно не было, только унылый косой дождь поливал из каких-то невнятных облаков.
Ольгер внезапно напрягся. Я попробовала проследить за его взглядом, но не сразу смогла заметить небольшую чёрную точку, которая двигалась далеко над крышами. Она приближалась, медленно увеличиваясь в размерах.
Чёрная птица, небольшая, но с огромными крыльями, летела неловко. Она взмахивала одним крылом, а на другом пыталась планировать, сдерживая падение.
Я с ужасом представила, что будет, если она промажет мимо распахнутого окна и врежется в стену.
Но она смогла как-то вписаться в оконный проём и, уже падая в руки Ольгера, сложила крылья.
Ольгер поймал её, осмотрел, держа на весу и осторожно поворачивая.
– Аля, пожалуйста, две миски литра на три. Чайник кипятка. Полотенце чистое побольше, – уверенно перечислил он. – Ко мне в спальню, и побыстрее.
Он почти бегом унёс свою птицу.
Я проверила вес и температуру огромного чайника. Он был полный и ещё тёплый. На всякий случай я зажгла под ним газ, чтобы сделать погорячее. В шкафу нашла две здоровые цветные миски, на вид и ощупь бамбуковые. Там же нашлись и полотенца, такие старомодные вафельные.
Когда я вынесла всё это в коридор, спальню Ольгера я опознала сразу по распахнутой двери.
На большой квадратной постели повсюду валялись чёрные перья, а на окровавленном одеяле корчилась Брилле. Ольгер стоял над ней, закатывая рукава шёлковой сорочки.
– Миски на тумбочку. Чайник на пол, – скомандовал он. – Полотенце сюда давайте.
Ольгер тряхнул полотенце и развернул его:
– Пойдёт… Разрежьте на восемь частей!
– Чем?! Где у вас ножницы?
Ольгер с досадой отмахнулся от меня и, почти не напрягая рук, с треском порвал плотную ткань вдоль и поперёк.
– Перья пока уберите, – бросил он, занявшись водой и мисками.
Я посбрасывала перья, какие разглядела, прямо на пол, а потом ногой затолкала их под кровать.
Ольгер склонился над Брилле с куском полотенца, с которого капала вода. Быстро и осторожно он обтёр её с головы до ног.
– Рана только одна, – с облегчением сказал он. – И она поверхностная. А ушибов много. Рука, к счастью, не сломана, но сустав выбит… Ничего. Это всё ничего…
Бедняжка Брилле в самом деле была покрыта багровыми кровоподтёками, а локоть правой руки чудовищно опух.
Ольгер переложил отмытую Брилле на чистую половину постели, скинул вниз испорченное одеяло и накрыл девушку шёлковым стёганым покрывалом.
– Принесите, пожалуйста, низкую чашку и бутылку питьевой воды из холодильника, – попросил Ольгер.
Пока я бегала, Ольгер успел наложить на ушибы Брилле примочки.
– Что-то ещё? – спросила я, ставя чашку и бутылку на тумбочку.
– Теперь всё, идите.
– А я думала, вы лечитесь… ну… – я прищёлкнула пальцами. – Трах-тибидох, заклинание какое-нибудь, дым столбом…
– И так бывает. Но иногда лучше всего помогает холодная вода и лоскут ткани, – пояснил Ольгер.
Он обмакнул обрывок полотенца в миску, крепко отжал его огромным кулаком, а потом расправил и аккуратно положил Брилле на лоб.
Она приоткрыла глаза, но так ничего и не разглядела, только простонала чуть слышно и зашарила вокруг себя.
Ольгер перехватил её руку, опустился на пол рядом с изголовьем, наклонился к самому её лицу и снова, как тогда в столовой, чуть слышно прошептал:
– Аур-тэ…
Брилле опять забылась.
– Она поправится?
Ольгер посмотрел на меня снизу вверх, удивился, словно за последнюю пару минут успел забыть о моём существовании.
– Да, конечно, – спокойно ответил он. – Её очень сильно потрепали, но нужно всего лишь время и покой, и всё будет в порядке. Вы идите, Аля. Я теперь справлюсь сам.
– Да мне не трудно…
– Спасибо, не надо! – отчеканил он сурово.
Я пожала плечами и пошла прочь. У дверей обернулась.
Ольгер всё так же сидел на полу у изголовья Брилле.
– Послушайте, Ольгер… Я больше не могу вот так смотреть вокруг и ничего не понимать. Если вы говорите, моей вины ни в чём нет, но всё равно не отпускаете меня, то почему я должна находиться здесь с вами вслепую?!
– Да что же вы от меня хотите? – с досадой проговорил он.
– Объясните мне хоть что-нибудь!
– Практически всё, что происходит на ваших глазах, Алиша, не требует никаких объяснений, – нехотя высказался Ольгер. – Это не наваждение, не морок, это в самом деле то, что вы видели. Вы видели, как кот превращается в мужчину, а девушка – в ворона. Глаза вам не солгали.
– По-вашему, это не требует объяснений?
– Не требует, – согласился Ольгер. – Объяснять надо трюки и фокусы. А это реальность… И, пожалуйста, уйдите, наконец, прочь. Дайте мне побыть с ней вдвоём.
– А Брилле… Кто она?
Ольгер снисходительно усмехнулся моей настырности:
– Она… она лучший боевой маг Морлескина.
Я вышла в коридор, тихонько прикрыла за собой дверь и, повернувшись, обнаружила, что едва не наступила на Дайру. Кот сидел почти у самой двери и с явной тоской пялился в стену, словно видел сквозь неё, что происходит в спальне Ольгера.
Глава 7
– Берёшь морковку, – Коста продемонстрировал мне, как именно надо её брать. – Лучше молодую и ровную, её даже чистить не надо, только помыть… Измельчаешь…
Он сунул морковь в приёмный лоток измельчителя. Дрямммс – и в чашу высыпалась даже не морковная соломка, а морковные хлопья.
– … прямо в таком виде, вместе с соком, добавляешь в тесто. Только не горой, а понемногу, размешивая каждую добавленную порцию…
Я молча стояла рядом с Костой, который деловито готовил тесто для оладий с морковью.
Я уже не могла больше торчать в своей спальне. Когда я услышала, что в столовой началось какое-то движение и вышла туда, Коста сразу же уточнил, интересно ли мне посмотреть, что он делает. Я настолько потеряла бдительность, что имела неосторожность сказать «да».
На самом-то деле я бы посмотрела с удовольствием. Почему бы и не посмотреть, как рядом работают другие? Но, видимо, благодарные зрители у Косты были в дефиците, и он от счастья быть услышанным настолько увлёкся своим мастер-классом, будто в следующий раз готовить эти оладьи предстоит именно мне.
– Поняла? – серьёзно уточнил Коста, когда дело подошло к концу, и огромная миска жидкого, слегка оранжевого теста заняла своё место около плиты.
– Конечно, поняла, – бодро подтвердила я. – Ты так хорошо всё объясняешь. Тебе бы на телевидении кулинарное шоу вести.
Он довольно хмыкнул и стал выбирать сковородку в шкафу.
– Ты уже собираешься готовить?
– Ужин скоро, – кивнул он.
– А кто ужинать-то будет? Брилле плохо, Ольгер от неё не отходит…
– Подать всё равно положено, – строго ответил Коста. – А даже если Ольгер не захочет, мы с тобой не люди, что ли? И Дайре дадим, он оладьи любит.
– А ему можно? Котам нельзя жареное, оно им печень разрушает. А он же… как бы кот.
– Вот именно, что как бы, – хмуро проворчал Коста. – Будем надеяться, его печень выдержит ещё немного, пока всё это не разрешится так или иначе.
– Не разрешится с чем?
– С заклятьем, – пояснил Коста.
– А как оно «так или иначе» может разрешиться?
– Ну, или Ольгер поймёт, как снять заклятье… Или из Дайры всё-таки сделают чучело. В обоих случаях, о его печени волноваться уже ни к чему, – невесело хмыкнул Коста.
– Чучело?! Кто хочет сделать из него чучело?!
– Ну, это я так… образно, – промямлил Коста и тут же спохватился. – Это не нашего ума дело. Не моего уж точно. И не твоего тем более!
Коста разогрел сковороду, и скоро первая партия маленьких оранжевых оладушек перекочевала в баранчик и была прикрыта блестящим куполом. Одну штуку Коста оставил просто на блюдце.
– Слушай, а Ольгер и Брилле, они…
Коста подозрительно покосился на меня. Понял, наверное, о чём я взялась выспрашивать, но сделал вид, что ничего не слышит.
– … они – пара, да? Ну, в смысле, отношения у них?
– С чего ты взяла? – строго нахмурился Коста.
– Так он хлопочет, ухаживает за ней, прямо как… как за женой, это по меньшей мере.
Коста пожал плечами:
– Мы с Брилле, конечно, Ольгеру не ровня, но мы столько времени вместе, что уже стали как семья. Если бы со мной такое приключилось, как с Брилле сегодня, Ольгер и меня бы так же лечил.
– И в постель свою положил бы? За руку держал и шептал бы тебе на ушко «аур-тэ»?
Коста вспыхнул до самой вершины лысой макушки:
– Ну, это вряд ли!
Он переключил всё своё внимание на сковородку, и через некоторое время проговорил сердито:
– Знаешь, ты поменьше болтай и не суй свой нос, куда не звали. А то ты мне понравилась сначала, но я вижу теперь, что поторопился.
– А я не обязана никому нравиться!
– Тоже верно, – нехотя согласился Коста и добавил примирительно. – А болтай всё-таки поменьше и не обижайся, я плохого не посоветую.
– Да я не обижаюсь, – я решила, что с Костой лучше не ругаться. – Ты мне тоже понравился.
– Чем это?
– Добрый ты. И эти вот… узоры на тебе… красивые!
Коста усмехнулся.
В столовую медленно вошёл Дайра с печально опущенным хвостом. Он обошёл вокруг стола, принюхался к какой-то крошке на полу.
– Иди-ка сюда, – Коста полез в шкаф, достал откуда-то снизу глиняную миску, судя по картинке сбоку – собачью. – На-ка вот, сними пробу!
Он разорвал остывшую на блюдце оладью на мелкие кусочки, кинул в миску и поставил её перед Дайрой.
Кот без особого энтузиазма подошёл, понюхал миску и начал есть. Он чавкал, повернув голову набок и зажмурив глаза, несколько раз кусочки выпадали у него из пасти, но всё-таки Дайра справился с поставленной задачей и оторвался от миски только, когда оладья закончилась.
– Ну, как? – поинтересовался Коста.
Дайра не отреагировал на вопрос, принялся умываться, тщательно нализывая лапу.
– В целом одобрено, – пояснил Коста. – Но, похоже, получалось у меня и лучше.
– Я смотрю, вы тут друг друга без слов понимаете.
Коста неопределённо пожал плечами:
– У нас тут разные умения в ходу… Ладно, пойду спрошу Ольгера, где он ужинать будет.
Коста вышел, и мы с Дайрой остались одни.
Я приподняла крышку баранчика, вытащила ещё горячую оладью и, обжигаясь, откусила.
– И чем тебе не понравилось? – обратилась я к коту. – По-моему, очень вкусно. А ты – привереда!
Дайра задрал голову, посмотрел на меня и вдруг, встав на задние лапы, потянулся мордой к моей руке, держащей оладью.
– Да не дам я тебе больше! – рассердилась я. – Они тут вроде возятся с тобой, а простейших вещей про котов не знают, что можно, чего нельзя!
Дайра принялся приплясывать и потянулся к оладье лапой.
– Ну ладно, ладно. Только чуть-чуть…
Я присела на корточки, собираясь оторвать коту кусочек и положить его в миску.
И тут Дайра опустился на четыре лапы, подлез мне под локоть, и вдруг подпрыгнул, больно ткнувшись влажным носом мне в губы. Я не удержалась на корточках, качнулась и села на пятую точку.
– Ты дурак, что ли?! – возмутилась я. – Чего пихаешься?!
Дайра отскочил на пару метров, его лапы разъехались, он распластался на полу и начал увеличиваться в размерах. Сразу же заискрило и сильно запахло палёным волосом… Через минуту Дайра-человек, пошатываясь, поднялся с пола.
– Извини. Не знаю, как можно было объяснить тебе, что мне нужно, – сказал он, откашлявшись. – Сама ты меня вроде целовать не собиралась… Пойдём отсюда, нам надо поговорить.
– О чём?
– Да вставай же, и пойдём! – нетерпеливо воскликнул Дайра. – Мы теряем время, у меня его не так уж много. Давай руку!
Я протянула руку, он помог мне подняться на ноги и почти волоком потащил из столовой по коридору.
Глава 8
Мимо комнаты Дайры мы проскочили.
– Куда ты меня тащишь?
– К тебе. У тебя дверь изнутри запирается. Не надо, чтобы нам мешали.
Он быстро долетел до моей спальни, почти втолкнул меня внутрь, вошёл сам и повернул дверной замок.
– И зачем мы так спешили? – буркнула я. – Боишься, что Ольгер увидит и к ветеринару понесёт?
Дайра устало отмахнулся:
– Понести, конечно, не понесёт. Но положение наше и так непростое, лишние ссоры только силы отнимают.
Он замолчал и остался стоять, глядя на меня.
Я, наконец-то, осознала, что передо мной снова совершенно голый мужчина.
– Ну, извини. У меня карманов нет, штаны с собой не ношу, – вздохнул Дайра, поймав мой взгляд.
– Да ладно уж. Кажется, меня теперь трудно чем-то смутить.
Дайра покачал головой, прошёл в ванную и появился оттуда в стильной розовой махровой юбочке из полотенца:
– Так лучше?
Я кивнула.
– Садись! – Дайра махнул рукой на кровать.
Я села, и он устроился рядом.
– Я всё-таки надеялся, что ты сможешь вывернуться утром, – сказал он, немного помолчав. – Если бы Ольгер не узнал о поцелуе и превращении, возможно, он отпустил бы тебя. Не обязательно, но возможно. Настроение у него в последние дни было благодушное. Но ты ему зачем-то всё выложила… А я ведь предупреждал!
– Я не умею нагло лгать людям, которые для меня доброе дело сделали! – воскликнула я с досадой. – Почему, когда ты поступаешь по совести, обязательно найдётся кто-то, кто назовёт тебя за это дурой?!
– Я не называл! – удивился Дайра, и его золотые глаза округлились, будто у самого настоящего кота.
– Но ведь упрекаешь! А это то же самое!
– Неужели? – снова удивился он.
– Откуда ты только взялся, такой бестолковый?! Тоже, наверное, из Морлескина?
Он со вздохом кивнул:
– Ага, именно оттуда.
– Где хоть этот ваш Морлескин? И что это вообще?
Дайра грустно усмехнулся:
– Это княжество такое. И так же называется его столица, город и замок. Лучшее место на свете.
– Это в Европе?
Дайра задумчиво покривился:
– Ну, да, с некоторой натяжкой… Да какая разница?
– Нет в Европе такого княжества. И не в Европе тоже. У меня по географии везде пятёрка была, и в школе, и в универе.
– Что тебе сказать, – усмехнулся Дайра. – Морлескин может себе позволить, чтобы в твоём универе о нём не знали.
– И ты меня дуришь, как все тут?
Дайра рассмеялся:
– Не-е-ет! Зачем мне тебя дурить? Да и как это не может быть Морлескина, если мы оттуда родом?
– Вы все?
– Да, мы все, – подтвердил Дайра. – И мы очень давно не были дома.
– Почему?
– Я много лет провёл здесь. Ольгер долго разыскивал меня, нашёл и с тех пор таскается со мной, прячет. Его команда следует за ним. И всё это слишком затянулось. Так затянулось, что вот-вот взорвётся.
– Коста сказал, из тебя чучело сделать хотят. Кто?
Дайра задумчиво почесал заросшую бородой шею и промолчал.
– Ну, вот зачем ты так со мной? То рвёшься предупредить неизвестно о чём, а то на простые вопросы не отвечаешь? А мне казалось, что ты самый тут вменяемый и надёжный…
– Вменяемые мы тут все, – буркнул Дайра. – А вот с надёжностью всё сложно. Предупреждать тебя сейчас уже поздно… Предостеречь могу, конечно, но тоже толку не особо много. Ты вот что, Аля: с Ольгером поосторожнее. Он не злодей, но у него своя игра, и даже я её до конца не понимаю, хотя всё это ради меня делается. Тебе лично никто зла не желает. Но главное правило: всегда будь начеку и не верь Ольгеру! Он тебе лжёт – как дышит.
– Ты-то откуда знаешь?
Дайра усмехнулся:
– Вы с ним не заметили утром… Когда Коста и Брилле ушли из столовой, я на стул Косты запрыгнул, меня за скатертью не видно было. Я весь ваш разговор слышал.
– И что ты слышал? В чём Ольгер меня обманул?
Дайра покачал головой:
– Например, он так искренне извинялся, что ошибся. Не так прочёл тебя и даже не заподозрил в тебе девственницу…
– И что?
Дайра тяжело вздохнул:
– Дело в том, Аля, что Ольгер в этом никогда не ошибается.
– Надо же. Что, такой спец по девственницам?
– Нет, – печально рассмеялся Дайра. – Он спец по реальному положению вещей. Прошлое и настоящее человека видит насквозь. Не ошибается никогда. С прогнозами у него слабовато, это бывает. Но не с настоящим. Поэтому то, что ты с нами – это никакая не ошибка. У него как раз всё сложилось. Он нашёл, что искал. И, конечно же, признаваться в этом ему не резон… Эй, ты чего?
Я была готова зареветь в три ручья. Тому, кому хочется верить, верить нельзя. А тому, кому верить вроде бы можно, и верить-то не хочется…
– Тебе-то… – прохрипела я сквозь слёзы. – Тебе-то почему я должна верить больше, чем ему?!
– Эх вы, девчонки… – с досадой сказал Дайра. – Врать вам грешно, а правду говорить… это ж какую слоновью шкуру иметь надо. Ничего ты никому не должна, успокойся. Смотри по сторонам, думай и сама решай. Можешь меня не слушать. В конце концов, кто я такой тебе?
Ручку двери кто-то сильно подёргал.
– Дайра, ты здесь? – раздражённый голос Ольгера ни с чьим другим не перепутаешь.
Дайра оглянулся на дверь, потом предостерегающе приложил палец к губам.
– Дайра, чтоб тебя!.. Ты своей жжёной шкурой всю столовую провонял! Я знаю, что ты тут, открывай!
Дайра обречённо всплеснул руками и пошёл отпирать.
Глава 9
Ольгер распахнул дверь, едва не сорвав её с петель.
– Я тебе что говорил?! – приступил он к Дайре. – Нельзя так часто!
– Не ори на меня, – поморщился Дайра.
– Она, – Ольгер ткнул в меня пальцем. – Она бы больше не стала этого делать сама. Ты либо напросился, либо обдурил её как-то! Ты же сам видишь, как быстро наступает откат. С каждым разом всё быстрее и быстрее!
– Я знаю, – спокойно вставил Дайра. – Я всё контролирую.
– Неужели? Ты посмотри на себя! – процедил Ольгер, качая головой. – Столько времени потрачено. Столько преданных ребят погибли… Всё ради того, чтобы вернуть тебе…
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.






