Архивные истории. Говорящая с призраками

– На третий путь прибывает восточный экспресс, – проскрежетал неприятный металлический голос. – На третий путь… – В динамиках зашипело, затрещало и смолкло.

– Какой бардак! – возмутилась полная, тяжело дышащая тора, вцепившаяся одной рукой в сумочку, а другой удерживая на поводке мелкого пса ставшей недавно модной породы чихауа.

За это, кстати, тоже стоило поблагодарить тори Вейвери Андрас. Актриса в каждом интервью вещала, какие собачки хорошие и неприхотливые в обращении. Как и следовало ожидать, через несколько недель случился самый настоящий бум на породу. Эллария тогда возвращалась домой после защиты диплома, а из-за тетушки Роринды, во всем следующей советам тори Андрас, пришлось на пару дней задержаться, чтобы забрать сразу двух щенков чихауа. Девушка до сих пор с содроганием вспоминала мучения по доставке этих мелких чудовищ, требующих к себе постоянного внимания. Их укачивало, из-за чего щенки скулили или оглашали салон неприятным визгливым лаем. Да и кормить их надо было по часам, чтобы малыши не получили нервный срыв из-за отсутствия внимания хозяев. Да-да, так и было написано в рекомендациях заводчика по обращению с данной породой собак!

– Дорогая, тебе вредно нервничать! – обеспокоился невысокий лысеющий мужчина. – Я и так знаю, что наш северо-восточный экспресс придет через полчаса на шестой путь. Как чувствовал, что будут неполадки с оповещением, обо всем подробно расспросил кассира.

Эллария, которая ждала тот же экспресс, довольно улыбнулась и поспешила в указанном направлении. На перроне собралась приличная толпа. Кто-то, как и говорящая, ждал прибывающих. Кто-то, наоборот, собирался покинуть столицу. А кто-то собирался подзаработать, предлагая услуги носильщика. Заметила она и нескольких жабранов. Для этой расы земноводных были сконструированы специальные вагоны, чтобы в пути они чувствовали себя комфортно, не страдая от недостатка воды.

Эллария как раз размышляла, какие они внутри, эти вагоны, когда один из жабранов заинтересованно посмотрел на нее. В голове мелькнуло, что совсем скоро начнется период осеннего спаривания. Вспомнились и ужасающие по своей мерзости рассказы о тех несчастных женщинах, которых похищали в этот период. В животе скрутился тугой узел, по позвоночнику прокатилась ледяная стая мурашек. Но спустя несколько мгновений самка жабрана утянула кавалера за собой, и Эллария выдохнула, морщась от неприятно липнущей к вспотевшей спине блузке.

Словно этого было мало для расшалившихся нервов, рядом появились несколько подозрительных личностей, при виде которых Эллария вцепилась в сумочку, не желая остаться без оной.

– Красивой тори нужна помощь? – К ней подскочил один из зазывал, осматриваясь в поисках ее багажа.

– Тори справится сама, – вежливо ответила Эллария и перевела взгляд на пути, показывая, что не намерена продолжать разговор.

Мужчина оказался понятливым и мигом исчез из поля зрения.

Вскоре подошел и нужный экспресс. Громко прогудев, возвещая о прибытии, тяжеловесная громадина размеренно подкатила к перрону, красуясь глянцевыми серо-голубыми боками и тонированными стеклами окон. Заметив на одном из них белый квадрат с цифрой «9», Эллария чуть не зашипела от досады. При разговоре с тетей она упустила немаловажную деталь – не узнала, в каком вагоне ехала кузина. Оставалось ждать, пока толпа разойдется, а потом уж высматривать Энфарию.

Отойдя к прямоугольной колонне, чтобы не мешать людям, она все же попыталась разглядеть кузину. Это было той еще задачкой, в последний раз они виделись года четыре назад. Энфария в свои семнадцать явно выглядит иначе, чем тогда, тринадцатилетним тихим подростком. Насколько Эллария помнила, они были немного схожи по характеру, обе спокойные и скромные. Только если у говорящей были на то причины, то кузина, кажется, такой родилась.

– Эллария! – окликнул ее нежный девичий голосок.

Оглянувшись, говорящая наткнулась взглядом на красивую юную тори. Ее белокурые волосы, заплетенные в тугую косу, казалось, сияли в лучах заходящего солнца. Милый румянец на щеках и изящно очерченные коралловые губы притягивали взгляды прохожих. Эллария вдруг вспомнила, что всегда завидовала пухлому ротику кузины. У нее самой губы были совершенно обычными.

– Ты меня не узнала? – лукаво усмехнулась Энфария, и малахитового цвета глаза задорно сверкнули.

– За четыре года ты сильно изменилась. – Эллария сама не заметила, как заулыбалась в ответ. – Превратилась из милого ребенка в настоящую красавицу!

– А я предпочла бы яркой кокетливой внешности твою элегантную, в чем-то строгую красоту, – неожиданно проворчала кузина, сильно удивив старшую родственницу. – Возможно, тогда бы ко мне относились серьезнее, а не как к маленькому ребенку.

– Прекрасным тори, несомненно, нужна помощь! – вклинился в их разговор один из вокзальных носильщиков.

– Благодарю, ничего не нужно, – мило улыбнулась Энфария, чем, кажется, вогнала мужчину в ступор. – У меня всего один чемодан, с которым я в состоянии справиться сама.

Пока носильщик приходил в себя от неожиданной дозы обаяния и красоты, кузина подхватила Элларию под локоть, второй рукой покрепче сжала черный кожаный чемодан на колесиках и устремилась сквозь поредевшую толпу к выходу с перрона. Говорящей только и оставалось, что молча следовать рядом с бодро шагающей девушкой, а в голове крутились унылые мысли о том, как быстро она расслабилась, растаяла от комплимента и позабыла о «шпионской» деятельности этой юной красавицы.

«Да уж, ей бы в разведке работать, – подумала Эллария, переступая через недоброшенный до урны окурок. – Перед ней никто не смог бы устоять и радостно выбалтывал бы свои и чужие секреты».

– Куда нам теперь? – поинтересовалась Энфария, стоило им выйти за пределы перрона и оказаться на привокзальной площади.

– Найдем свободного извозчика, чтобы доехать до района, где я живу, – ответила говорящая, зорким взглядом высматривая фаэтон, на котором не страшно было бы поехать двум девушкам.

В первом ряду стояли новенькие экипажи, словно только что выпущенные с завода. Они блестели глянцевыми боками, кожаные сиденья так и манили опуститься на них, а колеса с рессорами обещали мягкую и плавную поездку. Только и стоила она как дверца фаэтона. Такие экипажи в основном нанимали богатые горожане или аристократы, если по какой-то причине их не встречала личная карета. И хоть Эллария могла себе позволить оплатить поездку, но не видела смысла сорить деньгами и пускать пыль в глаза кузине.

Во втором ряду стояли фаэтоны попроще. Было видно, что они давно на службе, но все равно выглядели прилично. Чистые и аккуратные сиденья, немного потускневшая внутренняя обивка, рессоры на колесах не самые лучшие, но вполне рабочие. К этому ряду и отправились девушки, даже не взглянув на третий, где столпились видавшие виды экипажи, в которые были впряжены понурые лошадки, а возницы не вызывали доверия не только с первого, но и с четвертого взгляда.

Назвав нужный адрес, Эллария присела рядом с кузиной и довольно выдохнула, осматриваясь. Солнце уже закатывалось за крыши зданий, окрашивая окружающее пространство в розовые тона. Волосы Энфарии также приобрели этот приятный и нежный оттенок, из-за чего девушка привлекала к себе еще больше внимания. Эллария подумала, что это только прибавит проблем, ведь пока кузина живет у нее, вся ответственность за юную родственницу опустится на плечи говорящей.

– Если ты не против, я бы хотела завтра побывать в Багровом парке, – тихо сказала кузина, когда они отъехали от вокзала.

– Но тебя туда не пустят, – громче, чем следовало, воскликнула Эллария. – Только после двадцати одного года! Да и… Тетя точно не одобрила бы твоего желания. Откуда тебе вообще о нем известно?

– Много читала, – кротко сказала Энфария.

Багровый парк был создан прадедом короля для одной из своих любовниц, а название получил благодаря весьма фривольным статуям, созданным одним малоизвестным на тот момент скульптором из редкого и дорогого мрамора. Говорящая была там всего один раз и до сих пор недоумевала, почему нынешний правитель, приверженец строгих правил, не приказал убрать эти фигуры. Возможно, тогда покинут парк и наглые привидения, обитающие в местных павильонах и заглядывающие торам в декольте и под юбки.

– Лучше забудь о нем, – посоветовала Эллария и расправила несуществующие складки на подоле. – Не хочу выслушивать нравоучения от твоих родителей. Лучше свожу тебя в замечательную кондитерскую на площади Освобождения. Помнится, ты очень любила миндальные пирожные.

– И до сих пор люблю, – вздохнула Энфария, словно признаваясь в тяжком грехе.

– Вот и чудесно! – обрадовалась говорящая. – В кондитерской тора Лериха они самые лучшие.

Следующие полчаса они болтали о достопримечательностях столицы, которые обязательно нужно посетить. Их оказалось не так уж и мало, на пару месяцев точно хватило бы. И когда возница остановил фаэтон, кузины поначалу не поняли, в чем дело.

– Нужно будет немного пройтись. – Эллария взглядом указала на широкую лестницу, ведущую к одной из улиц, расположенных выше по уровню.

Столицу строили на холмистой местности, поэтому такие переходы не стали чем-то неожиданным, хотя порой доставляли неудобства. Хорошо хоть проектировщики додумались с одной стороны лестниц делать пандусы для поднятия грузов. Конечно, это не сильно облегчало жизнь, но чемодан, по крайней мере, можно было катить, а не нести на руках. Эллария могла снять квартиру и в более удобном месте, но ей нравилось, что, спустившись со второго уровня, она сразу оказывалась на торговой улице. Одежда, обувь, продукты, украшения, аптеки, салоны красоты – здесь можно было найти все что угодно. Именно шаговая доступность и стала решающим фактором в выборе места проживания.

– Симпатично, – пробормотала Энфария, оглядываясь по сторонам.

– Подождешь меня немного? – Говорящая указала на небольшую лавочку. – Хочу зайти в булочную торы Вейсы, у нее божественная сдоба!

Кивнув, кузина послушно присела на деревянную лавку, поставив чемодан рядом, благовоспитанно сложила руки на коленях и мило улыбнулась старшей родственнице. Улыбнувшись в ответ, Эллария поспешила к небольшому магазину, над которым светилась вывеска с разнообразными хлебопекарными изделиями. Стоило толкнуть дверь, как колокольчик возвестил о приходе покупателя. Невысокая пухленькая тори за прилавком мгновенно выпрямилась и расцвела в приветственной улыбке.

– Тори Эллария, рада видеть вас! – воскликнула девушка и, обернувшись, постучала в деревянное оконце у себя за спиной. – Ваш заказ готов, осталось только упаковать.

– Благодарю вас, тори Энста, – Эллария открыла сумочку, чтобы достать кошелек, – сколько с меня?

– Двадцать пять итов.

Отсчитав нужное количество медных монет, Эллария расплатилась и приняла бумажный пакет. Мгновенно ударивший в нос аромат сдобных булочек вызвал неконтролируемое слюноотделение. Не сказать, чтобы говорящая была голодной, но запах выпечки буквально сражал наповал. Поблагодарив дочь хозяйки магазинчика, она поспешила вернуться к кузине. Чтобы не обнаружить ее на лавочке. Лишь черный чемодан сиротливо стоял все на том же месте.

– Энфария? – окликнула девушка, но ответом ей стал только легкий шорох листвы. – Энфария, где ты?

Секунды медленно отсчитывали время, неумолимо наполняя сердце говорящей переживанием за младшую родственницу. Ладони вспотели, тонкие пальцы смяли бумажный пакет. По телу пробежали колкие мурашки, сигналя о беде. Оглядываясь по сторонам и с трудом сдерживая слезы, Эллария все звала и звала кузину. Как назло, на всегда столь оживленной улице никого не было, лишь спустя несколько минут из винной лавки вышел какой-то мужчина.

– Тори, у вас что-то случилось? – поинтересовался он, подходя.

– Моя кузина… Она пропала! – с трудом выдавила Эллария, громко и глубоко дыша, будто невообразимо густой воздух не желал проникать в легкие. – Она только что была здесь. Я на несколько минут отошла в булочную, а ее уже нет.

Незнакомый тор мгновенно посуровел, в голубых глазах промелькнуло сочувствие. Ему не нужно было озвучивать самое явное предположение. Говорящая и так поняла – сезон осеннего спаривания. Только поверить не могла. Жабранов здесь отродясь не бывало. А если бы кто-то из них и забрел в этот район, то как бы смог похитить кузину за какие-то несколько жалких минут?

– Давайте зайдем в магазин и вызовем жандармов, – предложил мужчина, деликатно ухватив ее под локоток. – Не нужно оставаться здесь одной.

Наряд прибыл спустя пятнадцать минут. Видимо, где-то поблизости патрулировал улицы. Элларии задали несколько вопросов, на которые она с трудом ответила. В голове роилось столько мыслей, что сосредоточиться не удавалось.

– Левис, отведи тори Резнак в жандармерию, – распорядился старший смены, – а мы пока осмотримся.

– Чемодан… – вспомнила Эллария о вещах кузины.

– Не извольте беспокоиться, – засуетился хозяин винной лавки. – Если уважаемым жандармам он не нужен в качестве улики, пусть побудет у меня. Как вернетесь, заберете.

С благодарностью посмотрев на мужчину, говорящая вышла на улицу. Оглянувшись на чемодан, с трудом сдержала слезы, а только представив разговор с тетушкой Рориндой, вовсе почувствовала подступающую к горлу тошноту.

Когда Эллария и ее сопровождающий вошли в жандармерию, на улице совсем стемнело. Отчитавшись о случившемся, молодой парень приподнял форменную фуражку, прощаясь с девушкой, и поспешил вернуться к сослуживцам.

– Тори Резнак, поднимитесь на второй этаж в двести тринадцатый кабинет, – попросил ее седовласый жандарм, стоявший за регистрационной стойкой.

Поблагодарив, Эллария поднялась по лестнице. На этаже царил полумрак, вечернюю тишину разбавляли приглушенные голоса, раздававшиеся из-за темно-коричневых дверей. И лишь стены, обитые светло-ореховыми панелями, немного разбавляли мрачность этого места. Нужный кабинет оказался прямо за поворотом. Нерешительно постучав, девушка дождалась дозволения войти.

– Тори Резнак? – скорее утвердительно, чем вопросительно поинтересовался грузный тор в расстегнутом на груди форменном мундире.

– Да, это я, – немного удивленно ответила говорящая, пока не заметила стоящий перед мужчиной на столе овальный экран Эркхена.

Это устройство десять лет назад создал известный во всем мире артефактор Эркхен Лардус. Благодаря его изобретению на специальный экран можно было посылать текстовые сообщения, но устройство было довольно громоздким и носить его с собой не представлялось возможным. Поэтому в основном его устанавливали в офисах крупных компаний и важных государственных учреждениях. В королевском архиве тоже принялись расставлять эти экраны, но так как отделов было много, до хранилища запрещенной литературы очередь пока не дошла.

– Я старший следователь Немельян Ворнов. Присаживайтесь и подробно повторите все, что случилось. – Следователь достал из ящика небольшое звукозаписывающее устройство и установил его в центре стола.

Опустившись на предложенный стул, Эллария начала рассказ с момента встречи кузины на вокзале, старательно припоминая подробности, опасаясь упустить хоть что-то. Возможно, самая малозначительная деталь окажется полезной в поисках бедняжки Энфарии. Следователь практически все время молчал, изредка задавая уточняющие вопросы. Под конец непродолжительной беседы говорящая чувствовала себя как выжатый лимон.

– Хорошо, ваше заявление принято, нужно будет отдать запись стенографистке для перепечатки. А завтра вечером вновь зайдите ко мне, чтобы его подписать. Сейчас же рекомендую вам отправиться домой и выпить чего-нибудь успокоительного.

– Но как же… – Эллария сжала руки в кулаки, с трудом сдерживая слезы.

– Сейчас ни вы, ни мы все равно ничего не сделаем. К сожалению, так не бывает, чтобы можно было найти человека через пять минут. Поэтому… – Следователь прервался, когда в кабинет заглянул его коллега. – О, Варек, ты вовремя. Проводи тори Резнак и найди ей экипаж. Не стоит красивой девушке бродить ночью одной.

Растерянно посмотрев на выпроваживающего ее следователя, Эллария вышла за дверь. Обхватив себя руками за плечи, побрела к лестнице, не обращая внимания на сопровождающего. В голове набатом билась мысль, что нужно позвонить тете Роринде и сообщить о случившемся. Представив, что за этим последует, говорящая содрогнулась и крепче сжала губы, пытаясь предотвратить предательский всхлип.

– Я вызову вам служебный экипаж, – сказал сопровождавший ее мужчина.

– Но как же мне теперь быть? – вновь вырвалось у Элларии.

– Вы подали заявление, мы его приняли, – скучающим тоном ответил следователь. – Хотя по правилам должны были пройти сутки.

– Но как же так?! – возмутилась девушка, боясь представить, что может случиться с кузиной за это время.

– Тори Резнак, что вы здесь делаете? – раздался приятный баритон.

Мгновенно узнав вопрошающего, Эллария не сдержалась и неожиданно разрыдалась. Пока объясняла, что с ней приключилось, пыталась успокоиться, но ничего не выходило. Горло перехватывало чуть ли не на каждом слове, руки мелко тряслись, выдавая нервное напряжение. И для нее стало полной неожиданностью, когда тор Шиан Хайвер приобнял ее за плечи и забормотал что-то утешительное.