Проклятие древних. Любовь некроманта
- -
- 100%
- +
– Княжна! – Недрик склонил голову в приветствии. – Они уже практически закончили.
– Хорошо. – Сонья благодарно улыбнулась мальчишкам. – У старосты корзина с пирожками для вас. Возьмите по одному, а потом соберите всех детей. Я как раз всё подготовлю, и можно будет начинать.
Спустя несколько минут она уже возилась в единственной комнате, бывшей и приёмным кабинетом. Сначала протерла стол и стулья, хотя амулеты, заряженные бытовой магией, работали исправно. Но для Соньи это был своеобразный ритуал, помогавший настроиться на нужный лад. Если честно, княжна волновалась, и довольно сильно. Всё же это такой ответственный шаг.
Между светловолосыми и темноволосыми всегда было лёгкое отчуждение. И не имеет значение, простолюдины или аристократы то были. Первым досталось всё самое лучшее, по мнению вторых. Сильный магический дар и невероятная продолжительность жизни. Чем не повод злиться и на них, и на судьбу? Конечно, наследников древних магов было больше среди дворянских родов, но иногда они попадались и среди обычных жителей. И теперь появилась возможность хоть немного сократить эту пропасть между людьми. Сонья чувствовала волнение от осознания того, что будет хоть и косвенно, но причастна к этому невероятному событию.
Присев на стул, она осмотрела помещение и удовлетворённо выдохнула. Подтянув ближайшую коробку, распечатала её, дезактивировав охранную печать. Проверив целостность колб с вакцинами, Сонья провела подушечкой большого пальца по прикреплённой бумажке с именем и вернула сосуд на место. В этот момент с улицы донеслись возбуждённые детские голоса. Двадцать три ребёнка в возрасте до шестнадцати лет. Установленное ограничение, когда вакцина действует совершенно без каких-либо симптомов. Со взрослыми будет всё немного сложнее. В основном из-за гормонального фона. Чем старше человек, тем труднее будут происходить изменения. Всё же ускоренная регенерация – это стресс для организма. Особенно когда его «откатывают» назад в возрасте.
– Леста Сонья, вы готовы? – спросил нар Викор, заглядывая в комнату.
– Да, можете звать первого… пациента, – подтвердила она и встала со стула.
Конечно же самым первым вошёл Алек. Осмотревшись по сторонам, словно не бывал здесь раньше, мальчик нерешительно замер.
– Подойди ко мне, – позвала Сонья и ласково улыбнулась. – Тебе страшно?
– Нет! – решительно заверил Алек. – Просто я… А мои родители? Они ведь тоже долго проживут? Правда ведь?
Наконец травница поняла, что так волновало мальчика. И её сердце защемило от нежности.
– Не волнуйся, так и будет, – заверила Сонья. – Я буду приглядывать за ними, обещаю.
Кивнув, Алек присел на предложенный стул и вопросительно посмотрел на княжну. И в какой-то миг залюбовался красивым лицом, пока княжна закатывала рукав его рубашки и протирала кожу на внутренней стороне локтя. Таких красивых он никогда не видел. Казалось, что леста Сонья какая-то неземная. Словно её прислали сами боги, чтобы она помогала простым людям. Ведь разве могла иначе такая аристократка, как леста Сонья фор Маркофф, дочь правителя Менского княжества, быть такой доброй с деревенскими?
Алеку было всего тринадцать лет, и жил он в маленькой деревушке. Но отец часто брал его с собой в город, когда ездил на рынок продавать урожай. И мальчик видел разных людей, поэтому кое-что понимал в этой жизни.
– Вот и всё, – сказала травница, отвлекая мальчика от его взрослых мыслей. – Я ввела вакцину прямо в вену. Твой организм начал меняться с этой минуты. Теперь всё будет иначе. Как ты себя чувствуешь?
Алек посмотрел на свою руку, словно пытаясь увидеть, что происходит внутри него. Но ничего необычного не случилось. Всё было как всегда. Поэтому он пожал плечами и перевёл взгляд на княжну.
– Знаешь, а это очень неплохо, – улыбнулась Сонья. – Значит, всё идёт как надо. Можешь идти, и позови следующего.
Мальчишка резво выскочил, а спустя минуту его место заняла русоволосая девчушка, с тёмно-карими, практически чёрными глазами.
– Здравствуй, Мира, – поздоровалась Сонья. – Ты выглядишь прекрасно. Значит, окончательно поправилась после простуды.
Травница болтала без умолку, отвлекая девочку, чтобы та не испугалась укола. А потом рассказывала следующему своему маленькому пациенту, как прошлым летом ходила в горы за травами. И следующему, и следующему, и следующему… В общей сложности ушло три часа, и Сонья чувствовала усталость, а выбившиеся из кос короткие пряди волос неприятно липли к вспотевшей коже. Проведя рукой по лбу, она вытерла выступившую испарину и устало прикрыла глаза. Уже давно перевалило за полдень, и на улице вовсю жарило солнце. Даже на севере может быть невероятно жаркая и удушливая погода.
– Леста Сонья, моя жена всё приготовила, – позвал её староста, тихо входя в помещение. – Вы сможете умыться и передохнуть.
– С удовольствием! – отозвалась княжна и встала со стула. – Только возьму с собой некоторые вещи.
В каждом домике у неё хранился сменный комплект одежды. Иногда во время работы она могла испачкаться, поэтому запасная одежда была очень кстати. Особенно когда тебе предлагали принять совершенно восхитительную ванну с настоями трав. Нара Леника Турик всегда готовила её, когда Сонья оставалась на ночь. А ещё княжну всегда ждал сытный ужин-завтрак-обед, в зависимости от времени, когда она к ним попадала. И мягкая кровать.
Сегодня дома собралась вся семья. Нар Викор, нара Леника, их старший сын Дар и внучка Милика. Её родители умерли уже давно, вот дед и забрал к себе на воспитание. Девушке исполнилось девятнадцать, и осенью, после сбора урожая, она должна была выйти замуж за сына кузнеца из соседней деревни. Поэтому всё свободное время Милика проводила за пошивом приданого.
– Ну и сколько уже сундуков? – спросила Сонья, когда перездоровалась с домочадцами.
– Полных четыре, пятый вчера начала, – с гордостью ответила Милика и перекинула на грудь толстую косу, достававшую до середины бедра. – Никто не посмеет сказать, что мои узоры были простыми и незатейливыми!
– Да кому такое только в голову может прийти?! – искренне возмутилась княжна, вспомнив чудесную вышивку на постельном белье, ночной сорочке и носовых платках.
– Вот и я говорю…
– Сейчас возьму хворостину и тоже скажу! – прикрикнула нара Леника, уперев руки в бока. – Не задерживай княжну, ей нужно отдохнуть после трудного дня.
Сонья уже хотела сказать, что чувствует себя вполне хорошо, когда с улицы донеслись пронзительные, полные ужаса крики. Травница тут же выскочила из дома и быстро огляделась. Сначала она ничего не заметила, а потом разглядела бегущую женщину. Та истошно вопила, споро перебирая ногами. Сонья уже хотела броситься к ней, когда на дороге появилось нечто непонятное. Оно быстро перебирало большими тонкими ногами, возвышавшимися над длинным и немного сплющенным телом. Сонья предупреждающе вскрикнула, но та тварь неожиданно прыгнула, настигая свою жертву. Княжне хватило всего нескольких секунд, растянувшихся на целую вечность, чтобы понять, кто напал на женщину. Она даже сделала несколько шагов назад, но вновь замерла и обречённо прошептала:
– Тарки.
– Бежим! – взвизгнула Милика и, вцепившись в руку травницы, потянула её в дом. – Дедушка, быстрее!
Сонья очнулась только в доме. Дар как раз закрыл дверь на засов, когда с обратной стороны в неё что-то врезалось. Милика вновь вскрикнула, но дядя погрозил ей кулаком. С улицы доносились крики и мерзкие, наводящие ужас повизгивания. Травницы осторожно выглянула в окно и тут же зажала себе рот рукой. Прямо напротив дома старосты стоял дом кузнеца. И сейчас его хозяин, этот могучий мужчина, размахивал кувалдой, отбиваясь от тарка, пока его жена и дочь спешно прятались дома.
– Быстрее, быстрее, быстрее! – забормотала Сонья, не заметив, как из глаз потекли горячие слёзы – Пожалуйста, быстрее!
И, словно услышав её, кузнец со всей силы опустил кувалду на голову твари. Она задёргалась, лапы разъехались в стороны и замерли. Нар Балик Верас оказался не дураком и больше не стал рисковать. Бросив кувалду на улице, он тоже скрылся в доме, и Сонья с облегчением выдохнула. Как бы странно это ни было, но княжна ещё ни разу не видела смерти человека, тем более столь страшной. И теперь её колотило мелкой дрожью от пережитого ужаса и осознания, что это ещё не конец.
Тарки – проклятие и самая большая тайна этого мира. Внешне они чем-то напоминали кузнечиков. В принципе, как и кузнечики, эти твари тоже были хищниками. Достигавшими в длину полутора метров и имевшими опасные жвала, способными разорвать людей на части. Никто не знал, откуда они берутся. Раз в десять-пятнадцать лет они просто появляются в разных частях империи огромной стаей и пожирают всё на своём пути. И если их не перебить, они не остановятся. Но затем, спустя некоторое время, появляются вновь. Последний раз они появлялись двенадцать лет назад на юге империи, успев сожрать несколько деревень. Пока их не остановили около небольшого приграничного города. И вот теперь эта напасть пришла на север.
– Мне нужно… – Сонья пошарила по карманам и тихо зашипела от бессилия. – Я забыла свой смартан дома. Мне никак не позвонить отцу! Боги, они все погибнут из-за меня!
– Так отправьте вестника, – предложил Дар, тоже внимательно вглядываясь в окно. – Это были разведчики. Вскоре сюда пожалует вся стая, и нам…
Он не договорил, так как на улице появились сразу три тарка. А вместе с ними ещё какая-то тварь. Ни Сонья, ни Дар о таких никогда не слышали. Высокая, состоявшая, казалось, из сплошных мускулов, лишённых кожной оболочки, она пугала только одним своим видом. И было непонятно, что ужаснее: её острые, как иглы, клыки, или же гибкий хвост, которым тварь легко переломала хитиновый панцирь ближайшего тарка. Остальные завизжали, но даже вдвоём не рискнули напасть.
– Всемилостивейшие боги, что это такое? – охнула нара Леника и схватилась за сердце.
– Дедушка! – всхлипнула Милика, прижимаясь к старосте.
Княжна тоже с удовольствием к кому-нибудь прижалась бы, но ей это было непозволительно. И только Дар быстро метнулся в соседнюю комнату, успев рыкнуть:
– Открывайте подпол!
Нар Викор не стал расспрашивать, зачем именно, просто подчинился. А его сын тем временем уже тащил из комнаты несколько одеял. Нара Леника бросилась ему помогать. Вскоре они все спустились под землю, оказавшись в просторном погребе.
– Располагайтесь, нам здесь долго сидеть, – сказал Дар и вновь посмотрел на княжну. – Леста Сонья, нужен вестник. Я бы сам создал, но вам будет удобнее. И ещё, я погашу светлячок, чтобы не привлекать внимания.
– Да, конечно! – Сонья кивнул и, сильно побледнев, пошатнулась.
– Что с вами? – всполошилась Милика, поддержав её за плечи.
– Всё… хорошо, – заверила княжна, не став им говорить, что вспомнила о своём водителе, отправившемся на озеро. – Мне нужно сосредоточиться.
Сверху раздался звон разбитого стекла и уже знакомые повизгивания. Люди замерли, боясь даже громко вздохнуть, чтобы не выдать себя. Милика крепче прижалась к княжне и зажмурилась. А Сонья, порадовавшись уже тому, что не одна, обняла её в ответ. Сколько они так простояли, никто не знал. Даже после того, как тварь явно покинула дом старосты, никого не обнаружив, они ещё долго не шевелились. Первой отодвинулась Сонья, спеша создать магического вестника. Ей была мучительна сама мысль, что из-за нерасторопности могут погибнуть ещё люди.
Наконец создав послание, в котором содержалось всего два слова – «Тарки идут», Сонья присела на предложенное пуховое одеяло и принялась ждать. Больше ей ничего не оставалось.
Глава 2
Сонья потеряла счёт времени. Сначала она постоянно вслушивалась в окружающую тишину, прерываемую такими же, как и у неё, нервными вздохами и несмелым шебуршением. Каждая минута тянулась целую вечность, наполняясь тревожным ожиданием и опасением за жизни родных. Она уже не единожды корила себя за то, что забыла дома свой смартан. Раньше такое тоже бывало, но теперь ей было жизненно необходимо позвонить отцу или матери. Пусть ненадолго, но услышать их голоса. И узнать, что они спаслись.
А ещё на сознание сильно давила темнота. Никто так и не зажёг свечи. Да и откуда бы им было взяться здесь. Можно было бы, конечно, использовать магический светлячок, но страх перед хищной стаей заставлял осторожничать во всём.
Понимая, что ещё немного, и она скатится в банальную истерику, Сонья прикрыла глаза и оперлась спиной о прохладную бревенчатую стену. Дар поступил верно, прихватив с собой одеяла. В подполе было довольно прохладно. А с учётом того, как долго они здесь сидели, немудрено было замёрзнуть. Покосившись на бывшего военного, княжна попыталась рассмотреть его, но, конечно же, не смогла. Зато вдруг вспомнила, как он держит лишённую кисти руку чуть позади, словно стыдясь своего увечья. В рукав его рубашки была вдета тесьма, туго затягивающая ткань. Еле слышно вздохнув, Сонья подумала: если ему так хочется поставить крест на своей жизни, боги с ним. А она лучше представит, как поступит её отец во время такой напасти. Это хоть немного поможет успокоить тревогу за родных.
Несомненно, в первую очередь великий князь Беяр фор Маркофф прикажет всем укрыться за надёжными стенами своих домов. Правда, тарк всё равно смог проникнуть в дом старосты, разбив стекло. Но, опять же, её отец не дурак, и будет помнить о такой возможности. Поэтому обязательно предупредит людей. А затем обратится за помощью к императору Арвану. Если, конечно, не сможет справиться своими силами. Раньше Сонья с уверенностью сказала бы, что маги её родины способны самостоятельно устранить угрозу. Но только не после того, как собственными глазами увидела ту неизвестную тварь, играючи разделавшуюся с тарком. А ведь таких тварей могло быть больше.
Вздохнув, княжна зябко поёжилась. Словно почувствовав её состояние, Милика тут же протянула ей свою шаль, которую успела сдёрнуть со спинки стула. Что делала пуховая шаль в разгар лета не в сундуке, оставалось непонятным. Но Сонья и не стремилась расспрашивать, главное, что стало значительно теплее.
– По моим подсчётам, мы сидим здесь уже около трёх часов, – неожиданно нарушил тишину Дар.
Сонья испуганно дёрнулась от звука его голоса. Княжна сразу же прислушалась, но то ли от громкого стука сердца ничего не услышала, то ли наверху и правда ничего не было.
– Что вы предлагаете? – тихо спросила она.
– Ещё полчаса, и я отправлюсь на разведку, – ответил мужчина.
– Нет! – воскликнула нара Леника и, судя по звуку, быстро поднялась с пола.
В ответ Дар молча зажёг тусклый светлячок, но даже этот слабый свет резанул по глазам, заставив щуриться. Сонье понадобилось с полминуты, чтобы окончательно проморгаться и осмотреться вокруг. Милика сидела на одном с княжной одеяле, но держась на расстоянии. Староста со своей женой присели на небольшую перегородку, за которой хранились овощи. А Дар стоял как раз около лестницы.
– Мама, – сказал он, спокойно посмотрев на обеспокоенную женщину. – Через полчаса я поднимусь наверх. Тарки никогда надолго не задерживаются на одном месте. Они сжирают всё, до чего могут дотянуться, и уходят.
– А как же та тварь? – спросила Сонья. – Вы ведь видели её?
– Видел, – не стал отрицать мужчина. – Но, опять же, если она пришла вместе со стаей, ей нет смысла задерживаться.
– Но вдруг она осталась? – жалобно прошептала Милика.
– Предлагаешь жить здесь и больше никогда не выходить на поверхность? – немного грубо поинтересовался Дар.
Не найдя, что сказать, племянница понурила голову и подтянула ноги к груди. Поняв, что больше ему перечить не станут, Дар попросил княжну зажечь светлячок. Ему самому нужно было экономить силы. Сонья тут же выполнила его просьбу, с горечью подумав, что это практически всё, на что она способна. Магия травников была узконаправленной. Найти нужные травы, усилить их свойства, сделать так, чтобы в мазях и настоях они не потеряли своей полезности. Шептуньи могли «зашептать» небольшие раны через полезные травки. А вот создать какое-либо мощное заклинание они не могли. Магические светлячки, простейший щит, пара бытовых заклинаний и слабая левитация. – вот и всё, что было им доступно.
Когда прошли отведённые полчаса, Дар осторожно приблизился к деревянному люку и немного его приоткрыл. Сонья заметила то, что не замечала в самом начале из-за испуга. С их стороны на люке был большой засов. А значит, это место делали не только для хранения овощей. Но дальше развить свою мысль она не успела. Дар выбрался наружу, и потянулись тягостные минуты ожидания. Шаги мужчины были хорошо слышны, хоть он и пытался ступать очень тихо. А когда они и правда пропали, княжна заволновалась, но вида не подала. Раз криков слышно не было, значит, пока всё хорошо. Так она себя успокаивала до тех пор, пока вновь не послышались шаги, на этот раз спешные. Староста, стоявший у подножия лестницы, напрягся и потянулся за железным прутом, по какой-то непонятной для Соньи причине оказавшимся в подполе. Люк широко распахнулся и раздался голос Дара:
– Выходите, они ушли.
Милика даже всхлипнула от облегчения и заторопилась выбраться наверх. Сонья помогла подняться наре Ленике. Женщину заметно шатало, и травница сделала мысленную пометку намешать успокаивающий сбор. Ей он, кстати, тоже не помешает.
– Только не выходите из дома, – предупредил их Дар.
– Почему? – всполошилась Милика и нервно затеребила и так уже растрёпанную косу.
– Потому что… не стоит пока.
Судя по заминке, на улице было что-то страшное. Вспомнив, как тарк на её глазах разорвал женщину, Сонья тяжело сглотнула и согласно кивнула головой. Она видела раны, оставленные сабром, медведем, ножом, кинжалом, стрелой. Иногда местный целитель просил её ассистировать. Но она не находила в себе сил собственными глазами увидеть растерзанных людей. По крайней мере, не сейчас.
«Пусть их лучше полностью съедят», – подумала княжна и тут же устыдилась своих мыслей.
– Давайте пока в доме приберёмся, – предложила она и ухватилась за перевёрнутый стул.
Тарк, проникший в дом, перевернул вверх дном всё, до чего сумел добраться. На полу вместе с опрокинутой мебелью валялись черепки глиняных горшков и тарелок, а также осколки стаканов и рюмок. Занавески на окнах располосованы и сорваны, печная заслонка немного погнута, а на полу рассыпана зола. Что творилось в соседних комнатах, Сонье видно не было, но легко можно было представить.
– Что вы, мы сами всё приберём! – всполошилась нара Леника. – Вы бы присели, отдохнули.
– Наотдыхалась уже, – отмахнулась княжна, продолжая своё занятие. – Всё равно на улицу пока нельзя. С родными связаться не могу. А… – Встревоженно посмотрев на Дара, она спросила: – Вы не видели моего водителя?
– Нет, – ответил тот и отвёл взгляд. – Но я далеко не уходил. Сейчас схожу к кузнецу, и мы пройдёмся по деревне. Может, ещё кого найдём.
– Я с тобой пойду, – сказал староста и удобнее перехватил железный прут.
Сонья видела через окно, как мужчины подошли к дому кузнеца. Окна там тоже оказались разбиты. Долго на стук никто не отвечал, и травница уже решила, что вся семья погибла, когда дверь наконец приоткрылась. Коротко переговорив с пришедшими, кузнец что-то сказал, повернувшись вглубь дома, и вышел на улицу. А там уж, легко подняв свою кувалду с трупа тарка, пошёл вслед за старостой и его сыном. Их не было около двух часов. За это время Сонья и Милика успели не только немного прибраться в доме, но и наслушаться причитаний нары Леники, страдавшей над погибшим добром.
– Бабушка, хватит! – прикрикнула Милика и уперла руки в бока. – Главное, что живы остались, а добро можно и заново нажить. Лучше подумай, сколько людей погибло. Скольких мы…
Всхлипнув, девушка закрыла ладонями лицо и расплакалась. Её плечи мелко подрагивали, и княжна поспешила обнять девушку, чтобы хоть как-то успокоить. Сонья искренне жалела, что все её сборы находятся в домике. А до него пока не добраться.
«Вот же глупая! – подумала она, гладя девушку по спине. – Нужно было старосту попросить принести кое-какие мешочки. Заодно бы узнала, жив ли Недрик»
Вернувшиеся вскоре мужчины привели выживших и принесли плохие новости. Из восьмидесяти семи человек, проживавших в Крушановке, в живых остались девять взрослых, не считая Соньи, и шестеро детей.
– Может, и ещё кто-то цел остался, – предположил Дар. – Но те, кто работал на огородах, был на улице и не успел спрятаться…
– И что же нам теперь делать? – всхлипнула Милика.
Княжна осмотрела собравшихся в доме старосты. Нар Викор, нара Леника, Дар, Милика, кузнец Нарат со своей женой Илией и дочерью Сарной, молодая вдова Арика, охотник Варет. Хмуро на всех смотрящий тринадцатилетний Алек и прижимающаяся к нему семилетняя Рада, девятилетний Мирах, одиннадцатилетний Ватэм, восьмилетняя Фиара, держащая на руках своего полугодовалого брата Ворига. Сердце защемило от жалости, но на слёзы и переживания времени не было.
– Мой отец не оставит вас без помощи, – заверила она и подошла к Фиаре. – Вы сможете переехать…
– Нет уж, слишком я стар, чтобы переезжать, – перебил её нар Викор. – Детей заберите и пристройте в хорошие семьи.
– Не поеду, – зло сказал Алек и упрямо выпятил подбородок. – Никуда не поеду из своего дома!
Малышка Рада мгновенно разревелась, вцепившись в Алека, словно клещ. Другие дети тоже зашмыгали носами, а Вориг и вовсе приготовился присоединить свой голос к Раде. Сонья быстро взяла его на руки и принялась укачивать, нашептывая что-то успокаивающее. Малыш успокоился на удивление быстро и, широко раскрыв глаза, принялся рассматривать красивую незнакомку.
– Никто никуда не поедет, – подал голос кузнец и погладил широкой, словно лопата, рукой ближайшего к себе мальчишку по голове. – Детей я пока к себе заберу. Для начала нужно их родню найти, а потом уж думать, что дальше делать. А пока нужно до темноты похоронить… то, что осталось. Нельзя зверьё хищное привлекать. Хорошо, что ветер так и не поднялся, а то уже давно набежали бы.
– Нужно… – Сонья захлебнулась воздухом от волнения, но, справившись с собой, продолжила: – Нужно их не хоронить, а спалить.
– Но как же так?! – возмутилась нара Леника и посмотрела на своего мужа в поисках поддержки.
– Мама, леста Сонья права. – Дар ступил вперёд, прикрыв собой травницу. – Зверьё всё равно почует кровь. Думаю, тебе не понравится слушать, как они грызутся за куски мяса.
– Дядя! – воскликнула Милика и, побледнев, прикрыла рот руками, сдерживая тошноту.
– Прости, но лучше сразу сказать так, чтобы вы поняли всю серьёзность ситуации. У нас нет времени для споров, уже вечереет.
На этот раз никто из женщин перечить не стал. Дети тем более не лезли во взрослые разговоры. Хорошо хоть плакать перестали. Но Сонья уже морально готовилась к их вопросам о родителях. Поэтому, пока мужчины ушли убирать улицы, женщины готовили еду и решали, как будут располагаться на ночь. Расходиться по своим домам очень не хотелось. Страшно.
– Думаю, вполне можно разделиться на два дома, – сказала княжна, когда они все присели за стол. – А завтра… Завтра и решим. Я очень надеюсь, что к тому времени стая будет уничтожена.
Эта была тревожная, наполненная сумрачными мыслями ночь. Казалось, в доме старосты вообще никто не спал, а лишь притворялись, чтобы не мешать другим отдохнуть. Но как тут уснёшь, если где-то совсем рядом бродят волки, привлечённые запахом крови, но не находящие желанную добычу. Им повезло не стать закуской тарков. Теперь они и сами вышли на охоту. Но, так ничего и не найдя, вскоре ушли. А как только за окнами забрезжил рассвет, дом ожил. Нужно было накормить детей, сходить к ним домой и взять чистую одежду. Сонья же устремилась к своему домику. Ей срочно нужны были травы. Люди в такой напряжённой обстановке могут сорваться.
Ещё издалека она заприметила магмобиль. Покорёженный, словно кто-то специально старался его уничтожить. Вспомнив своего водителя, верой и правдой служившего ей последние четыре года, княжна всхлипнула и зажала себе рот руками. Не время горевать, она ещё успеет оплакать погибших. Потом как-нибудь… Решительно стерев покатившуюся по щеке слезу, Сонья подошла к своему домику и внимательно его осмотрела. Окно было разбито, но этого и стоило ожидать. Главное, чтобы травы не сильно пострадали.
Достав ключ из кармана заметно помятых брюк, Сонья отперла дверь и пошире её распахнула, чтобы впустить солнечный свет. Ужас, завладевший сердцем, перехватил дыхание и колким ознобом прошёл по позвоночнику. На полу, среди разбросанной утвари и трав, лежал огромный тарк. А под ним виднелась мужская рука. Пошатнувшись, Сонья сделала шаг назад, а потом ещё один и ещё. Но неожиданно тварь зашевелилась и немного заторможенно повела головой, будто прислушиваясь. Страх перед тарком лишил её способности мыслить, но она продолжила пятиться, не в силах отвести взгляда от наступающего на неё монстра.