S-T-I-K-S. Лучник 2 (кваз)

© Каменистый Артём (Мир S-T-I-K-S, его устройство и терминология)

© Шмаев Валерий

© ИДДК

Глава 1

Кваз проснулся перед закатом и понял, что выспался. Окружающий мир тут же раскрасил его существование яркими красками, звуками и запахами. Слух сразу наполнился свистом ветра в лестничных пролётах, шелестом пластикового пакета, зацепившегося за ржавую арматуру, которая торчала из несущей стены на третьем этаже, задорное чириканье воробьёв и воркование голубей. Нет. Всё это он слышал и во сне, но как-то приглушённо. Отстранённо, ненавязчиво, что ли.

После трансформации из человека в кваза все его органы чувств претерпели изменения. Кваз стал лучше и дальше видеть (в том числе и в темноте). Стал чувствовать не только различные запахи, но и их оттенки. Значительно лучше слышать. У него улучшилось осязание. И в первую очередь он чуть ли не спинным мозгом стал ощущать направленный на него взгляд.

Иногда это было хорошо. Иногда не очень. К примеру, трупную вонь, забивающую его обоняние, кваз чувствовал даже слишком хорошо, но, к счастью, ему удавалось приглушать этот мерзкий запах. Равно как он привык не замечать валяющиеся везде, куда доставал его взгляд, человеческие кости и полчища мух, облеплявшие их.

Так же привычно кваз проверил округу, но хозяев мира по имени Стикс не обнаружил. Правда, низших неиммунных можно было не ждать – вчера утром он подловил рубера, невесть каким образом забравшегося в этот отдалённый район, и низшие заражённые предпочитали обходить это место стороной, а высшим делать здесь абсолютно нечего. Для них в этом переплетении гаражей, магазинов непонятного назначения и недостроенных зданий просто не имелось необходимого количества еды.

Кваз перевернулся на спину и с наслаждением потянулся всем своим почти двух с половиной метровым телом, вытягивая длинные мощные ноги. Когда-то его рост был всего один метр шестьдесят девять сантиметров, а вес не дотягивал до семидесяти пяти килограммов. Тогда он ещё оставался человеком. Это было так давно. Иногда квазу казалось, что уже прошла целая вечность, а на самом деле промелькнуло всего чуть более полутора лет. Тогда он иногда называл сам себя Платоном Гордеевым. Теперь только Лучником и иногда в шутку квазом.

Впрочем, неизменным друзьям и помощникам Лучника – генномодифицированным рысям Тигру и Шуше, выросшим под небом Стикса до невероятных для обычных грысей размеров, было абсолютно всё равно, как выглядит их друг и хозяин. Главное, что он жив и здоров. И здорово, что они вместе бродят по такому потрясающе интересному миру под названием Стикс.

Полежав ещё несколько мгновений, кваз встал на ноги. Шуша, лежавшая рядом и всю ночь прикрывавшая его спину, лишь лениво приоткрыла глаза – суетиться смысла не имело. Надо будет – встанет или стремительно выпрыгнет и вцепится врагу в глотку, а пока можно полежать ещё.

Тигр, Лучник почувствовал его, едва проснувшись, лежал на краю крыши у невысокого кирпичного поребрика и обозревал окрестности. Кваз получил от него необходимые сведения, как только проснулся. Впрочем, информация касалась пока только окружающей их обстановки.

Симбионтная связь Платона с грысями за прошедшие месяцы тоже претерпела значительные изменения, и Лучник не только видел, что видят его помощники, но и слышал и чувствовал так же и то же, что и они. И не только это. Ко всему прочему добавились ещё несколько весьма необычных умений (вряд ли можно назвать их дарами).

А всё Гость – собака страшная. Столько времени в себе держал. Экспериментатор долбаный! Чтобы ему пусто было!

Опрометчиво принятые Платоном и грысями в самом начале своей жизни под небом Стикса рад-жемчужины сработали коварно. Грыси были генномодифицированными животными, и для их создания использовались кровь и биоплазма Платона, но ведь сам Платон оставался человеком. Правда, к сожалению, к тому времени не совсем здоровым. Вернее, едва державшемся на белом свете.

Какие препараты намешали имперские медики, чтобы Платон продо́лжил своё земное существование, теперь уже не узнаешь, но, может, поэтому все дары Улья, которые получают Платон с грысями, развиваются и переплетаются друг с другом. Происходит это настолько коварно, что тот же Гость со своими приятелями-знахарями в то время, когда изучали организм Лучника, свернули все свои высокоинтеллектуальные мозги.

Кроме этого, грыси сразу после принятия ими рад-жемчуга стали превращаться в квазов, но так как их организмы были изначально изменены имперскими генетиками, то эти их изменения проходили крайне медленно и абсолютно непредсказуемо. Этим и обуславливался чрезмерный рост больших кошек в первые месяцы их жизни в Убежище. К тому же Гость, практически сразу увидев изменения грысей, принялся ставить на них свои эксперименты. При этом Лучнику об этом он тогда ничего не сказал.

Перед своим пленением бандой Рона знахарь, которого тогда звали Угрюмым, несколько лет целенаправленно занимался изучением трансформации квазов. Да и учили его два повёрнутых на этой теме знахаря. Те самые два умельца, чьи мозги сейчас сворачиваются в невероятные фигуры при одном появлении Лучника с грысями.

В то же время Гость, попавший в столь необычное Убежище, с удивлением обнаружил, что две большие рыси, подвергнутые генетической трансформации ещё в своём мире, после принятия рад-жемчуга начали видоизменяться, но происходило это крайне необычно – трансформация в квазов у грысей не завершилась, и они подвисли где-то посередине обычных структурных изменений. Возможно, это произошло из-за того, что изначально все они находились в удивительно медленном кластере, а может, по какой-то другой причине, но данный факт остаётся непреложным – трансформация грысей в полноценных квазов затормозилась, достигнув определённого уровня.

Этот необычный для мира Стикса феномен заинтересовал Гостя, и ему удалось вмешаться в процесс трансформации, поэтому весь потенциал изменений у Тигра с Шушей был направлен знахарем на рост и увеличение костной и мышечной структуры тел больших кошек и их странную телепатическую связь с Лучником, а не на изменение волосяного покрова и их общего внешнего вида.

Платон потом прикидывал с Гостем, что да как, но, чтобы понять, что на самом деле произошло с грысями, надо было проводить полноценные исследования в неслабом научно-исследовательском институте с сотнями квалифицированных специалистов, а не пользоваться услугами знахаря-самоучки.

Было похоже, что грыси начали меняться благодаря заложенной в мире Платона программе, а кровь самого Платона сработала как катализатор, сцементировавший развитие их общих даров. При этом и грыси, и Лучник, и все остальные живущие в Убежище люди поразительно быстро усваивали и принимаемый жемчуг, и раствор гороха, и, соответственно, очень быстро развивали полученные дары.

Именно поэтому во время нахождения в Убежище Гость был таким загруженным – он не понимал и половины того, что происходило с его подопечными, количество которых увеличивалось с каждым прожитым под небом Стикса месяцем. Впрочем, быть квазами грысям нравилось, а максимально развитые отрядным знахарем дары приводили их в восторг.

В свою очередь Лучник стал квазом после принятия второй рад-жемчужины и в экстремальной ситуации, что спровоцировало резкое изменение тогда его ещё человеческого тела. Гость, конечно же, успел поводить своими умелыми руками над умотанной тушкой Лучника, но ему удалось достичь только косметических изменений. Всё остальное за него с его подопечным сделал мир Улья. При этом Улей опять «поиздевался» над очередным подопытным.

Всю свою прошлую жизнь Платон Гордеев пытался вырасти, так как в среде сверстников он был самым низкорослым. Этот небольшой рост оставался детским комплексом будущего пластуна, и Платон предпринимал немыслимые усилия, чтобы хоть как-то изменить текущее положение вещей, но… мечты эти так и остались мечтами.

Лучник стал квазом исключительно по собственной глупости и самоуверенности – он попросту переоценил свои возможности. Надорвавшись и теряя контроль над ситуацией, принял рад-жемчуг, чтобы восполнить силы, и, по словам Гостя, просто-напросто изменился согласно своему желанию.

Трансформация произошла достаточно стремительно, а к знахарю Платон попал по истечении некоторого количества времени, поэтому теперь Лучник напоминал лотерейщика-переростка с почти человеческим лицом и громадными лопатами ладоней. Впечатление портили лишь клыки, не совсем помещавшиеся во рту, да лысая как коленка черепушка. Впрочем, вечно прикрытая балаклавой или банданой.

В то же время состояние кваза Лучника пока устраивало. Вернее, он принял этот удар судьбы несколько философски. У него открылось огромное количество возможностей и умений, недоступных человеку, и в первую очередь невообразимые для простых людей мощь и сила. Собственно говоря, это обычные свойства квазов, но у Лучника они усиливались дарами, появившимися ещё тогда, когда он был человеком, что вместе с остальными прокачанными умелым знахарем умениями давало ему невероятные преимущества перед людьми и позволяло решать задачи, подобные намеченным на самое ближайшее время.

Задачу Лучник поставил себе крайне необычную и практически невыполнимую для обычных рейдеров и организованных групп трейсеров. Кваз собрался пробраться к аэропорту, располагающемуся совсем недалеко от областного центра.

Самих целей в гигантской воздушной гавани было несколько. Во-первых, аэропорт, на который эпизодически прилетал усиленный иностранной техникой батальон морской пехоты. Командира этого батальона с остатками его подразделения в своё время спас отряд Лучника. Иногда этот командир умудрялся прорваться с аэродрома, иногда нет – в разные перезагрузки по-своему. Бывало, комбат никуда не рвался, и, оставшись со всей своей техникой и иммунными подчинёнными в подземных бункерах и ангарах около аэропорта, погибал от живцового голодания.

Во-вторых, Лучника интересовали склады, что находились в этих самых ангарах. Там хранилась всякая всячина от продуктов до шмоток, подлежащих растаможке, и самой разнообразной аэродромной техники. Но в первую очередь там хранились полтора десятка легких двухместных вертолетов типа А600 Talon и несколько лёгких многоцелевых вертолётов Bell 429.

Дело в том, что двухместные вертолёты А600 Talon использовали в качестве топлива обычный девяносто второй бензин и их можно собрать и разобрать в кустарных условиях, а Bell 429 и их аналоги во всех мирах использовались как медицинские эвакуационные машины и легко брали на борт семерых пассажиров. В мире Улья это крайне необходимая, но также крайне редко встречающаяся техника. И именно на неё нацелилась команда Лучника, получившая заказ на её доставку в Колизей.

И, наконец, в-третьих, интересно пошариться по подземному правительственному бункеру, находящемуся под одним из вышеупомянутых ангаров. По словам Боцмана, именно этот правительственный бункер должен был защищать тот самый отдельный батальон морской пехоты, вызванный хитро вырожденным чиновником аж с Тихоокеанского флота. По некоторым сведениям, в бункере помимо остальных плюшек, присущих зажравшимся чиновникам, находились карты всех правительственных подземных объектов данного кластера. То есть всех подземных объектов государственного значения огромного областного города.

Именно поэтому вот уже вторые сутки небольшая группа Лучника пряталась на четвёртом этаже недостроенного торгового центра на границе двух кластеров. Кроме самого Лучника и грысей в группе были: Карин, Эльва, Сенсе́й, Шериф, Стрелок, Боцман, Та́йра, Светлая и новый боец их отряда Норд. Самый молодой и, как оказалось, самый ценный человек в этой группе.

Оказалось, что у Норда открылся очень сильный дар скрыта, но не индивидуальный, как у Лучника и Тигра с Шушей. Норд спустя всего несколько недель мог накрыть скрытом около двух десятков человек на несколько часов. Дар открылся неожиданно и в экстремальной ситуации, и чуть было не убил Норда, но теперь им практически всё время занималась Светлая и Норд развивался с удивлявшей всех знахарей скоростью.

Хозяева центра расположили свой теперь уже вечный недострой на оживлённой трассе совсем недалеко от дороги, ведущей в областной центр, но не рядом с жилыми кварталами, а на краю промышленного района. Место было удобно ещё и тем, что при желании на крышу здания можно посадить вертолёт. Ну или вертолёты – это как у группы Лучника пойдёт.

Со своей точки Лучник видел небольшой заводик по производству пластиковых окон и дверей, несколько гаражных комплексов, шесть автосервисов, шиномонтажный комплекс, здоровенный продуктовый склад с притулившейся к нему стоянкой большегрузных фур и пару двухэтажных магазинов со всякой всячиной, а в основном с автозапчастями. Дальше шли ещё склады и гаражные комплексы, пяток таких же небольших заводов, затем больничный комплекс с примыкавшим к нему неухоженным парком и только потом начинались городские кварталы.

Перезагрузка этого кластера произошла ночью и людей в ближайшей округе попало в Улей совсем немного. Чего не сказать про жилые кварталы города-спутника огромного областного центра. Людей в нём проживало, наверное, тысяч шестьдесят или немногим больше, и к его перезагрузке на границе кластера собиралось несчитанное количество стай неиммунных.

Группе Лучника повезло. Впрочем, это, наверное, всё же опыт в использовании даров, а не обычное везение. Используя скрыт Норда, они дождались перезагрузки и заскочили в город перед основной волной неиммунных. Затем вышли из скрыта и, не обращая внимания на изумлённые возгласы редких прохожих, несмотря на столь поздний час гуляющих по слабо освещённым улицам прежде спокойного города, добежали до городского парка.

Пробежавшись по неухоженным и абсолютно пустым аллеям, они добрались до больничного комплекса, примыкающего к парку, а потом и до этой разведанной ранее точки. Что происходило в это время в самом городе, Лучнику представлять не хотелось – он видел такое неоднократно.

Можно было бы, конечно, подёргаться и попробовать вытащить кого-нибудь из иммунных «свежаков», которых десятками сжирали неиммунные в обречённом городе, но больше такой глупости Лучник никогда себе сделать не позволит. Хватит ему одного раза. Слишком дорого миссия спасения в своё время обошлась лично ему. Да и бессмысленно всё это.

Сегодня Лучнику нужно совершенно в другую сторону. В самый центр громадного обречённого города, а дойти туда и главное вернуться обратно мог только он с грысями. Никто из его отряда больше на такое способен не был.

Перезагрузка самого областного центра должна произойти только через несколько часов, и кваз, справив естественные надобности двумя этажами ниже и прихлёбывая оригинальный живец имени отрядного знахаря, вернулся обратно к своей импровизированной лёжке, разлёгся во весь свой немаленький рост и погрузился в воспоминания.

Глава 2

У стаба Минутка началась чёрная полоса, но глава службы безопасности стаба Кастет осознал это слишком поздно.

Сначала с завидной регулярностью стали пропадать одиночные рейдеры и небольшие группы, уходящие в недельные поиски по ближайшим быстрым кластерам. Затем как сквозь землю провалились две организованные стабом колонны поисковиков, ушедшие на мародёрку в ближайший город. И наконец произошло это….

Два дня назад при возвращении с очередной мародёрки большая колонна стаба подверглась нападению крупной элиты. Произошло это уже по пути из небольшого перезагружающегося каждые две недели городка, и в живых осталось всего несколько человек – те, кто обладал полезными для их выживания дарами, и редкие везунчики.

Почти вся охрана, все мулы-грузчики, все водители и все те, кого удалось спасти в перезагрузившемся городе, погибли и были сожраны неиммунными.

Вроде бы чего здесь необычного? Под небом Стикса такое бывает периодически, но как же это не вовремя.

К тому же… Наверное, они все здорово расслабились, и Кастет в первую очередь. Близость Колизея, а Минутка считался одним из его дальних форпостов, давала стабу неоспоримое преимущество. Удобное расположение и заходящие в Минутку торговые караваны приносили стабу постоянную прибыль, а сильные бойцы его службы безопасности и охраны гарантировали проживающим гражданам и его гостям спокойное и безбедное существование за стенами, на которые уже давно никто не покушался.

Всего руководителей в их стабе было пятеро: Тихий отвечал за все организационные вопросы Минутки и считался одним из старейших жителей стаба. Кастет был главой службы безопасности, занимался организацией колонн по доставке в стаб всего необходимого, а попросту мародёркой, и набирал новых людей в охрану стаба. Татарин владел несколькими своими караванами и отвечал за внешнюю торговлю. Каремат и Калита́ со своей женой Кхалиси делали то же самое, но внутри стаба. Они владели огромным торговым комплексом, несколькими гостиницами, саунами, банями и десятком крупных магазинов.

И вот относительно спокойная жизнь подошла к концу, но осознали это и Кастет, и Тихий только сегодня. И осознали они это весьма необычным способом – стая, ведомая крупной элитой, разнесла караван Менялы.

Меняла был необычным торговцем. За время своей жизни в Улье (а по слухам жил в Стиксе этот ушлый человек уже более трёх десятков лет) он знал очень многих людей, но основой его тяжёлой, но весьма выгодной профессии было то, что эти люди знали его.

Такое ведь часто бывает в людских анклавах: ты человека знаешь, а тот о тебе никакого понятия вообще не имеет. С Менялой всё ровно наоборот – его знали все, а вот он о многих даже не догадывался, но при этом караваны Менялы не трогали даже килдинги, атомиты, внешники и муры. Повторять слухи о том, что торговец вёл с ними свои дела, Кастет не собирался, но из песни слов не выкинешь. Уже только это обстоятельство выделяло Менялу среди всех остальных караванщиков, а были и ещё не менее сильные аргументы.

К примеру, у его караванов своя постоянная охрана, вооружённая (а вот это уже совсем не слухи) нолдовским оружием и автоматическими пушками калибра двадцать три миллиметра. Про крупнокалиберные пулемёты, автоматы и снайперские винтовки войск спецназначения и изумительную экипировку от внешников говорить не приходится.

Очень часто к караванам Менялы присоединялись и те, кто по каким-то своим причинам ехал в Колизей. И это несмотря на то, что плату за сопровождение Меняла брал просто безумную, но сегодня всё пошло не так, как обычно – в тридцати километрах от Минутки караван Менялы уничтожили элитники.

Да-да. Элитник в стае был не один. Один выделялся – высотой с двухэтажный дом, но с ним ещё три элитника и куча всякой мелочи: руберов, кусачей, топтунов и лотерейщиков.

Впрочем, находились ли в стае именно лотерейщики, караванщик не знал, так как ему уже в который раз в жизни дико повезло. Меняла ехал во второй по счёту машине своего каравана и попросту сбежал, бросив на произвол судьбы и своих людей, и тех, кто ему доверился. Впрочем, каждый выживает как умеет, и Кастет Менялу не осуждал.

И вот теперь торговец просил, грозил, требовал, предлагал немыслимые блага за то, чтобы вернуться к разгромленному каравану. Что у Менялы такого ценного в караване и почему это ценное караванщик вёз не в своей машине, Кастет, разумеется, не знал, а предполагать можно всё что угодно. Равно как и то, что торговец влёгкую заплатит обещанное и даже расплатится вперёд. Вот только Кастет прекрасно осознавал, что эта дорога может оказаться в один конец.

Стаб Минутка был неплохо вооружён. В его обороне даже стояло три танка Т-72М, произведённых в земной Польше, (так, по крайней мере, Кастету рассказывал продавец), но, во-первых, их необходимо расконсервировать, а на это потребуется приличное количество времени, которого у Менялы не было. По крайней мере танки надо завести (а этого уже давным-давно никто не делал) и укомплектовать новые экипажи, так как часть этих самых экипажей пару дней назад не вернулась с мародёрки.

Во-вторых, у Кастета осталось очень мало проверенных людей, а в стабе зависло (и уже достаточно давно) некоторое количество гостей из стаба Сосновый. Это была так называемая рейдовая группа кваза Квазимодо – особая группа, постоянно шнырявшая между стабами по каким-то своим делам. Просто в этот раз рейдеры Соснового по непонятной причине жили в Минутке уже более двух недель и уезжать никуда не торопились.

И наконец, в-третьих. Если элита раздолбает танки (а это могло быть легко и непринуждённо), то с чем в таком случае останется оборона стаба? С пыхтящим от натуги Менялой?

– Кастет! – раздался по рации голос Лёгкого – старшего смены охраны стаба.

– Чего тебе? – буркнул в рацию начальник охраны.

Лёгкого Кастет недолюбливал, хотя его профессиональные качества очень ценил, и было за что – Лёгкий увёл у него Мей. Кореянки вообще редкость в этой части Улья, а такая красавица… Эх! Что тут говорить?

– Что там у вас? – мрачно пробурчал Кастет.

– Тебе надо это видеть. – В голосе Лёгкого Кастету послышалось… удивление?

– Колонна по дороге со стороны Соснового. Очень большая колонна и… в общем, тебе надо это видеть, – невнятно пробормотал Лёгкий.

– Вот так обстоит дело, Шофёр, – закончил Лучник своё повествование о мире Стикса.

Жалеть мужчину и его сына, присутствующего при их разговоре, командир отряда не собирался. В конце концов, определиться, куда и как его семье двигаться, должен глава этой самой семьи. Жена и дочь Шофёра спали, и стоит им просыпаться или нет, могли решить только Шофёр с сыном.

У Лучника и его отряда были несколько иные проблемы, чем подтирать сопли взрослому мужику – рассказывать о реальностях Стикса Платон принялся, как только они приехали на машинотракторную станцию. То есть через двенадцать минут – шофёр провёл по городу их маленькую колонну проходными дворами достаточно быстро.

– Поверь мне пока на слово – я тебе ни капли не соврал.

– Ну как же? – тут же возразил ему мужчина. – Обещал, что под пули не засунешь, а твои пацаны из меня подсадную утку сделали.

– Ты рисковал не больше, чем снайперы, сидящие в укрытиях, – нахмурившись, ответил Платон. – Во-первых, прятавшийся мур прекрасно знал, что его командир не в курсе того, кто на них напал, и ты ему был нужен живой. Во-вторых, тебя всё время страховали стрелки, лучше которых ни я, ни ты, да и никто из жителей вашего города никогда в своей жизни не видел. Мур ведь до внедорожника даже дойти не смог – лёг, как только из подъезда вышел. Не так ли? В-третьих, найти машины было твоим предложением, и мои бойцы эту инициативу оценили. И, в-четвёртых, если бы ты умел стрелять лучше, чем они, то лежал бы на месте одного из снайперов, а он сидел за рулём внедорожника. Стрелок и Шериф прекрасно понимали, что ты гражданский. То есть привлечённый специалист, которого они обязаны защищать. Кроме этого, они хорошо знают Катёну. Соответственно они относились к тебе, как к одному из нас, но и оберегали от всех возможных опасностей, а ты в это время думал, что с тобой находятся простые мальчишки. Просто им какой-то баран вроде меня выдал современное оружие. Ведь они возрастом не старше твоего сына. Ты до сих пор считаешь, что поставленная и заминированная именно в том месте машина, расположение стрелков и как следствие удавшаяся засада, уничтоженные преследователи, а затем и отставший и спрятавшийся мур – это обычная цепь удачно сложившихся обстоятельств. На самом деле всё обстоит совершенно иначе. В том учебном заведении, которое закончили эти юноши, подобное положение вещей норма. И не поведения в каком-то временном отрезке, а во всей их жизни. Они просто не подумали, что ты упрекнёшь их в том, что они посадят тебя за руль. Как и все молодые люди их возраста и воспитания, Шериф со Стрелком – максималисты и не понимают, что поступки других людей могут отличаться от их собственных. Я повторюсь, ведь ты вызвался сам. Сидел бы на заднице ровно, они придумали бы другую схему. Только и всего. Всё это Шериф со Стрелком просчитали мгновенно, а что до их подготовки, то любой из них спокойно отправился бы в одиночку голыми руками уничтожать танк и уничтожил бы его. Причём не обязательно ценой своей жизни. В любом городе у танка и его экипажа не было бы ни единого шанса. В поле, впрочем, тоже. Просто в городе мои ребята подорвали бы танк, сделав взрывчатку из простых ингредиентов, продающихся в обычных аптеках и хозяйственных магазинах, а в поле взяли бы экипаж танка измором. Ведь танкистам надо что-то есть, как-то ходить в туалет и хотя бы иногда спать, а убить вооружённого человека простой щепкой или голыми руками Стрелок и Шериф могут так же естественно, как ты щёлкаешь зажигалкой, когда прикуриваешь сигарету. Эти, как ты их назвал, «пацаны» учились воевать с самого рождения и каждый из них стоит взвода, а то и роты обычных пехотинцев любого из наших миров. В общем, всё это лирика. Никто за собой вас тащить не собирается – своих дел выше головы, но основное доказательство моих слов находится на противоположном выезде из вашего города. Девочка по имени Катёна сейчас сидит в засаде вместе с остальными бойцами моего отряда и ждёт колонну муров. Та самая девочка, которую мы нашли в этом городе, и которая всего несколько месяцев назад жила в твоей квартире. Вот только ни тебя, ни твоей семьи, прожившей в этой самой квартире всю свою жизнь в то время, в этом городе не было. Решение только за тобой. Мы через несколько минут уезжаем, а ты должен сейчас понять, что тебе дальше делать: ехать с нами или оставаться. Одну из машин мы вам отдадим. Только пулемёт снимем. По автомату и пистолету с боеприпасами вы с сыном заработали. Ещё получишь флягу живца с одного из муров. На большее не рассчитывай. Нам придётся содержать всех тех, кого муры в вашем городе собрали. Так что разбрасываться даже халявными ресурсами я не собираюсь. Всё остальное сами. Только учти одно – если муры стаба Сосновый поймают тебя на этой машине, они с вас живых кожу снимут. И с тебя, и с сына. Извини, но ни жены, ни дочери у тебя к тому времени уже не будет. Да и так опасностей в этом мире столько, что только успевай уворачиваться, а отбиться от большей части неиммунных ты не сможешь даже с автоматом в руках.