Сны бога

Демон

На красивый западносибирский город Омск быстротечно, по-осеннему, опускался вечер. Приятная пятничная атмосфера манила ещё не остывших от тёплой погоды дам и господ, соблазняя покинуть тесные квартирки и насладиться последним аккордом любимого, уже прошедшего времени года.

Октябрь, будто вспомнив о забытом долге, взятом им когда-то у Августа, решил наконец расплатиться, уступив старому приятелю во владение один из своих прекрасных вечеров. Желающие вкусить радость этих мимолётных погодных порывов, сбившись в небольшие компании, гуляли в парках и скверах, отложив на время тёплые шарфы и пальто. Семьи бродили взад-вперёд с колясками и самокатами. Старики сидели на лавках и мирно беседовали друг с другом. Молодёжь окружала фонтаны, каменные ступени и бордюры, приспосабливая их под сидения и импровизированные столы, на которых располагались всевозможные закуски и напитки.

Вдали от остальных воздыхали пленённые любовными чарами мечтатели и романтики, с нетерпением ждущие встречи со своими вторыми половинками. Вот и молодой человек лет двадцати сидел на лавочке в тихом, нетронутом весельем уголке, и взволнованно крутил в руках футляр с золотым кольцом, то и дело хлопая бархатной крышечкой. Рядом лежал большой букет роз. Судя по скромной одежде юноши, букет стоил ему приличных денег.

На свободный край лавочки подсел смуглый, коротко стриженный мужчина в лёгком кожаном плаще и очках. На вид ему было лет сорок. Идеальная симметрия гладко выбритого лица, правильно посаженный нос и ровные губы сразу располагали к себе. Казалось, будто незнакомец сошёл с экрана телевизора, чтобы позабавиться, прогуливаясь среди простых смертных. В крепкой холёной руке, не видевшей тяжёлой работы, он держал бутылку бренди и пару одноразовых стаканчиков. В другой – резную, богато украшенную самоцветами трость. Парень настолько увлёкся мысленной репетицией предстоящего события, что не сразу обратил на соседа внимание.

– Я вижу, вы немного волнуетесь? Скоро она придёт, а вы до сих пор не подобрали нужные слова? – вкрадчиво начал разговор мужчина, разливая напиток по стаканам.

– Я хочу, чтобы этот день стал для моей Лизоньки одним из самых счастливых дней в её жизни! – воскликнул молодой человек, глядя в том направлении, откуда, предположительно, должна была появиться его возлюбленная.

– Поэтому, чтобы отрепетировать нужные фразы, вы пришли за два часа до назначенного времени, Дмитрий?

Молодой человек удивлённо повернул голову к собеседнику.

– Откуда вы знаете моё имя? Мы знакомы?

– Скорее да, чем нет. Я вас знаю, а вы обо мне только слышали. Но не будем об этом. – Мужчина протянул один из наполненных бренди стаканов.

– Я не пью, спасибо! – ответил на безмолвное предложение будущий жених.

– Я лишь хочу помочь вам.

– Благодарю вас, но я не нуждаюсь в помощи.

– Представьте себя на месте вашей суженой, Дмитрий. Какими бы она хотела услышать, возможно, главные слова в своей жизни? Несвязанными от волнения словосочетаниями, выдавленными дрожащим, неуверенным голосом? Как вы думаете, сможет ли она устоять перед ними? Вызовут ли они незабываемое восхищение или только пробудят в ней жалость к вашему стеснению? Но представьте, что будет, когда она услышит решительную, смелую речь! Она поймет, что вы тот самый мужчина. Опора и защита. Стойкий и невозмутимый, как неприступный Эверест. Устремлённый к самому небу! Пронзающий тучи! Плюющий на ветер, снег и морозы, которые безуспешно пытаются его сломить. Всего один стаканчик прекрасного, качественного бренди для храбрости – и вы станете совсем другим человеком. Соберётесь с мыслями и кардинально измените то мгновение, что запомнится вам обоим на долгие годы! – Новый знакомый слегка потрепал по плечу заворожённого собеседника.

– Вы правда так считаете? – засомневался Дмитрий.

– Конечно. Вашу неуверенность видно за километр! Думаю, ваша любимая почувствует её ещё раньше, так как она знакома с вами более продолжительное время, чем я, – иронично улыбнулся собеседник, продолжая держать стакан в вытянутой руке. Молодой человек, невольно покачиваясь от нервного напряжения и сомнений, которые закрались в его голову, помолчал. Наконец, сделав мысленный выбор, шумно выдохнул:

– Вы умеете убеждать, таинственный незнакомец. Давайте! Но только чуть-чуть. – Дмитрий протянул руку и взял стакан.

– За любовь? – предложил собеседник.

– Да! За любовь! – Дмитрий приподнял стаканчик, чтобы чокнуться, но незнакомец движением руки остановил его порыв. Выпив, молодой человек почувствовал мягкую горечь, которая, растекаясь по внутренностям, начала приятно согревать тело и повышать настроение.

– А чем занимается ваша невеста? – наливая по второй, с улыбкой поинтересовался собеседник.

– Она на четвёртом курсе медицинского. Хочет стать хирургом.

– Спасать людские жизни – достойная профессия, – уголок идеально ровных губ дёрнулся в едва заметной усмешке.

– Кстати, как ваше имя? В порыве волнения я совсем позабыл об этом спросить, – слегка повеселев, молодой человек с интересом посмотрел на незнакомца.

– Меня зовут Дэймон Даркнесс, – протягивая очередной стаканчик, представился мужчина. – По русской традиции мы просто обязаны выпить за знакомство. И разумеется для того, чтобы закрепить результат.

– Вы иностранец? По вашей речи сразу и не скажешь – никакого акцента! И как вам Россия? Как вам наш красивый город? – на выдохе, готовясь принять следующую дозу, спросил Дмитрий.

– Я уже бывал здесь. Правда, много лет назад. С тех пор многое изменилось. Особенно этнический состав. – Дэймон взглядом показал на шумную компанию молодых людей азиатской внешности, которые неподалёку громко кричали и смеялись над чем-то.

– А, эти ребята? Они тут уже свои. Мы привыкли жить бок о бок. Они живут и работают у нас в стране, а мы иногда гостим у них.

– И они так же радушно принимают вас у себя? Вы так же весело проводите время в их парках и так же спокойно, без оглядки ходите по их тёмным улицам?

– Увы, я этого точно не знаю. Сам я не бывал у них, – пожал плечами Дмитрий.

– А вы знаете, что многие ваши бежали из их страны, бросив свои дома и имущество, после перестройки? Это была настоящая межнациональная травля.

– Я немного слышал об этом. Но мне кажется, те лихие дни давно миновали. Хотя, конечно, то, что происходило в бывших республиках Союза, очень печально. Разве можно так поступать с людьми, даже если они чем-то от тебя отличаются? – озадаченно размышлял молодой собеседник, одновременно протягивая пустой стаканчик своему новому другу.

– А ведь может настать время, когда они почувствуют себя здесь хозяевами. Что, если они начнут теснить вас, как делали у себя на родине?

– Надеюсь, это время не настанет. Мы же все-таки живём в другой стране. И у нас другие законы. Мы этого не допустим! – перестав горбиться, Дмитрий расправил плечи, почувствовав неожиданную уверенность.

– Поверьте, если сидеть сложа руки – это время может настать совсем скоро. Давайте выпьем за мир во всём мире! – наполнив стаканы в третий раз, предложил Дэймон. Дмитрий одобрительно кивнул и молча осушил налитое.

Даркнесс разливал уже шестую порцию бренди, а в бутылке, казалось, не убыло ни грамма. Дмитрий же был изрядно пьян. Букет цветов его неуклюжими движениями был сброшен под лавку и лежал среди кучи бутылок, оставленных прошлыми отдыхающими.

– Как вы думаете, Дмитрий, не помешает ли столь важному событию вашей жизни эта шумная компания молодых людей? – Дэймон продолжил недавно обсуждаемую тему. – Мне кажется, они сейчас потешаются над вами, – прошептал он и так же тихо добавил: – А еще есть опасение, что, когда придёт ваша любимая Лиза, они станут подшучивать и насмехаться и над ней. Боюсь, это может привести вас к полному провалу.

– Смеяться над моей Лизонькой? Не позволю! – еле внятно прорычал Дмитрий, глядя наливающимися кровью глазами на хохотавших парней.

– Но у вас ещё есть время уладить это недоразумение.

– Конечно, сейчас я объясню им, как нужно себя вести! – Дмитрий встал и, слегка шатаясь, направился в сторону воображаемых обидчиков. Дэймон же остался на лавочке и с улыбкой наблюдал за развитием событий. Развязка не заставила себя долго ждать.

Через несколько минут Дмитрий лежал на земле с разбитым носом. Спустя ещё некоторое время на место происшествия прибыл полицейский патруль, который методично сгрузил в автомобиль обмякшее от ударов и алкоголя тело и подвыпивших весельчаков, участвовавших в избиении. Остальные члены компании разбрелись по парку, избежав ареста. Оживленная атмосфера сменилась тяжелым безмолвием. Только Дэймон с улыбкой, почти шёпотом напевал песенку, постукивая тростью по асфальту:

Не прошло и десяти минут, как в парк вошла симпатичная девушка. Она была одета просто, но ее сияющая улыбка, макияж и причёска указывали на то, что барышня готовилась к какому-то приятному событию. Девушка взволнованно озиралась по сторонам в поисках своего возлюбленного. Подойдя к лавочке, где сидел Дэймон, остановилась в надежде, что Дмитрий вот-вот появится.

– Добрый день. Вы Лиза? – обратился к ней Дэймон.

– Здравствуйте, да. А почему вы спрашиваете? – удивлённо спросила девушка, взглянув на собеседника бездонными серыми глазами.

– Дело в том, что я от Дмитрия. Он попросил передать вам важное послание. – Дэймон многозначительно замолчал.

– Какое? Где он? С ним всё в порядке? – достав телефон, Лиза начала набирать знакомый номер дрожащими руками. Но на том конце слышались лишь короткие гудки.

– Да. Он надеялся, что вы поймёте, почему он не смог сказать это лично вам и почему я вынужден сделать это за него.

– Вы его друг? – оставив безуспешные попытки дозвониться, девушка убрала телефон в сумочку.

– Абсолютно нет! Я обычный прохожий, который, по доброте душевной, стал невольником данного мною же обещания.

– Какое послание он передал? – предчувствуя беду, Лиза с силой сжала руки в замок.

– Вам лучше присесть. – Дэймон кивком указал девушке на скамейку.

– Спасибо, я постою. Пожалуйста, говорите! – взмолилась она.

– Дело в том, что Дмитрий боялся вам рассказать, что у него появилась другая. Они уже давно знакомы, и буквально недавно он понял, что безнадёжно влюблён в неё. Поэтому Дмитрий назначил встречу, чтобы признаться вам в этом. Но, как вы видите, у него немного не хватило смелости. – Дэймон протянул ей изрядно помятый букет. – Он просил передать эти цветы.

Лиза слегка побледнела и, нащупав лавочку, присела. По розоватым щекам покатились слёзы. Достав всё ту же бутылку, Дэймон налил бренди в стакан. Протягивая напиток девушке, заботливым голосом произнёс:

– Выпейте, Лизонька. Вы ещё так молоды и прекрасны. У вас вся жизнь впереди.

– Я не пью, – отмахнулась она, продолжая тихо стонать от обиды.

– Выпейте же! Вам станет легче. Иногда это единственный способ унять душевную боль, – мягко настаивал Дэймон. Лиза молча взяла стакан и долго о чём-то думала, разглядывая его содержимое. Наконец, она увидела в нём море – бездонное и всеобъемлющее. Казалось, оно способно потушить пожар в её груди, утопить невзгоды и тревоги.

Опрокинув бокал, девушка впустила в себя этот жгучий «эликсир», дарующий покой и умиротворение и решающий все навалившиеся проблемы…

Утром следующего дня Лиза проснулась в незнакомой комнате. Рядом сидели двое неопрятно одетых мужчин. Небритые лица изрядно опухли, что указывало на долгое пребывание в запое. Девушка очень испугалась. Непонятно, что ужасало сильнее: то, что она не помнила, как сюда попала, или то, что на ней полностью отсутствовала одежда. Нащупав простыню дрожащими руками и прикрыв наготу, девушка тихонько забилась в угол дивана, на котором, скорее всего, этой ночью спала не одна.

Спустя некоторое время Лиза немного пришла в себя. Бочком пройдя в ванную и одевшись, она бесшумно прошмыгнула мимо комнаты в подъезд и изо всех сил помчалась по ступенькам вниз. Оказавшись на улице, вспомнила некоторые отрывки сегодняшней ночи и побледнела от ужаса. Увидев ближайшую аптеку, поспешила туда, чтобы хоть как-то предотвратить возможные последствия беспорядочной связи. Купив нужные лекарства и успокоительное, она побрела в сторону дома, не поднимая глаз и не обращая внимания на прохожих.

Воспоминания о прошедшем дне медленно прояснялись. Каждая деталь, всплывающая сквозь туман головной боли, потрясала всё сильнее. Эти обрывки, будто пазлы, медленно собирались в единую картину случившегося. Даже самые страшные аморальные поступки, о которых Лиза когда-либо слышала, сейчас казались мелочью по сравнению с тем, что натворила она. Вина и стыд серыми тучами окружили её. Будто иглы они всё глубже впивались в каждую клетку мозга. От этой боли хотелось выть и плакать, но слёзы почему-то отказывались литься. Она готова была сорвать с себя одежду вместе с кожей, пропахшей отвратительным мужским запахом. Лиза не понимала, как она, воспитанная в приличной семье, берегущая свою честь и достоинство, могла совершить такое. Это безумие не поддавалось никакой логике. Девушка пыталась восстановить в памяти, с чего всё началось, но почему-то помнила только, как пришла в парк, а после оказалась в компании этих взрослых мужчин, распивая с ними дешёвое спиртное. Ещё Лиза чувствовала сильную обиду на Дмитрия, но смутно помнила её причину. Достав телефон, девушка обнаружила кучу пропущенных вызовов от него. Она хотела перезвонить, но чувство вины не позволило этого сделать.

«Что я теперь ему скажу? – рассуждала Лиза. – Я предала его и нашу любовь. Растоптала свою честь. Возможно, безвозвратно подорвала здоровье. Я не достойна даже думать о нём. Он не заслужил такого наказания – быть со мной после всего этого».

Так Лиза добрела до автомобильного моста. Она смотрела вниз на бурные потоки Иртыша, омывающие его опоры и манящие тёмными водами. В них девушка увидела единственный выход, способный даровать покой и умиротворение и решить все навалившиеся проблемы.

Воспоминания

Украинская ССР, 1942 год

По оккупированной Шостке ползла военная техника. Вооружённые немецкие солдаты шагали вдоль улиц, по щиколотку утопая в жиже из раскисшей земли, смешанной с лошадиным навозом. Время от времени среди непрекращающегося железного лязга и хлюпанья сапог раздавались мольбы о пощаде, одиночные выстрелы, безумные рыдания женщин и крики детей. Но был и ещё один звук, который никак не вписывался в происходящее: громкий смех слегка хмельных немецких солдат. Они, возомнившие себя представителями исключительной расы, всецело уверились в собственной безнаказанности и без всяких угрызений совести творили зло на захваченной ими земле. Абсолютно такие же люди, из плоти и крови, казались им чем-то отвратительным и низшим. Думая, что оказывают планете великую «услугу», нацисты день за днём сотнями истребляли их.

Жители этого городка, превратившегося в место неутолимой скорби, скрытой ненависти и парализующего до дрожи страха, будто под действием массового гипноза потеряли всякую волю. Внутренние голоса твердили каждому: «Ты должен выжить. Ты должен выжить!», вынуждая беспрекословно повиноваться захватчикам. Скованные инстинктом самосохранения люди покорно выполняли все указания чужеземцев. Грязные по уши, изголодавшиеся и продрогшие от промозглой осенней погоды, эти несчастные изо всех сил трудились, мечтая только об одном – сохранить единственное, что враг ещё не отнял у них. То, что было непомерно дорого и одновременно не стоило ни гроша – их жизни.

Одни загружали автомобили и повозки. Другие подтаскивали провизию и боеприпасы. Третьи копали могилы и траншеи. Четвёртые выталкивали увязшую в грязи технику. Дети, которые совсем недавно беззаботно играли на улицах в мяч и строили шалаши, теперь были вынуждены выживать. Они попрошайничали, скитаясь по улицам в надежде раздобыть хоть немного съестного.

В это время где-то на окраине города Филипп метался по кабинету. Он доставал с полок документы и тетради и бросал их в одну большую кучу. Ему нужно было успеть уничтожить нечто очень важное. На старом пошорканном столе в медном тазу догорали бумаги. Филипп торопился изо всех сил. Когда последний документ охватило пламя, он заворожённо посмотрел на танцующие языки. Огонь жадно объял бумагу, пожирая букву за буквой уже еле-еле видневшейся тайной записки.

– Успел, – с облегчением прошептал Филипп, когда за дверью раздались тяжёлые шаги. Они неумолимо приближались. Собрав всю волю в кулак, Филипп сел за письменный стол в ожидании своей участи.

«Быстро же работают проклятые фрицы», – подумал он. Рука невольно поползла в карман. Достав потёртые часы, Филипп взглянул на них так, будто время теперь могло иметь какое-то значение. Когда у самой двери шаги на мгновение затихли, он сунул часы за пазуху в потаённый карман.

В дверь не стучали. Ее вышибли ногой. В кабинет забежали двое солдат с автоматами и высокий чернявый немецкий офицер. На воротнике у него были две молнии. Серебряные галунные погоны с выпушками и три серебряные четырёхугольные звезды на левой петлице говорили о его звании унтерштурмфюррера. Филипп уже встречал эти знаки отличия особого отдела «СС», но всегда старался держаться от них подальше. Оглядев комнату и поняв, что они опоздали, офицер жестом дал команду своим подчинённым. Один из солдат схватил Филиппа за ворот пальто и резким движением повалил на пол вместе со стулом.

– На выход! – вскрикнул унтерштурмфюррер, ткнув заряженным вальтером ему в затылок.

Макс Волчик

Этот сон снился ему уже много-много раз, но каждый будто впервые: глубокий колодец с выложенными гранитным камнем ровными стенами и неудержимый полёт в тёмные, бездонные недра, сопровождающийся жутким воплем. Что было внизу, в самом конце падения, и откуда начинался путь, было известно одному Богу. И только он знал цель этого «путешествия». Результат кошмара всегда был одинаков – собственный протяжный крик, опережающий звон будильника, и холодный пот, насквозь пропитавший наволочку. Затем сотрясаемое нервной дрожью тело, сидящее на краю кровати, и вздох облегчения от понимания того, что всё уже позади.

Вот и сегодня, тёплым майским утром, Макс Волчик пробудился раньше положенного по той же причине. После нескольких минут ступора мысли начали проясняться сквозь головную боль. В ушах слышался лёгкий звон вчерашнего застолья, за которым Макс явно перебрал спиртного. Рука поискала рядом Алису, но постель оказалась пуста. «Наверное, уже ушла на работу», – подумал Волчик.

Услышав пробудившегося и постанывающего от алкогольной интоксикации хозяина, в комнату прибежал большой рыжий кот.

– Плюшик! – обрадовался Макс. – Как же ты можешь пропустить ритуал утреннего приветствия!

Кот запрыгнул ему на грудь и начал громко мурчать, перебирая лапами. В ответ Макс принялся наглаживать его мягкую, почти плюшевую голову.

Плюшик был очень умным котом. Иногда Максу казалось, что они действительно понимают друг друга. Он и его жена Алиса искренне полюбили этот пушистый источник позитива и нежности. До встречи с ним супруги не планировали заводить домашних питомцев. Но увидев на улице замерзающего голодного котёнка, который жалобно звал на помощь, Макс не смог пройти мимо. Когда они несли его в свою старую, облупленную квартирку, то твёрдо решили, что постараются поскорее пристроить малыша в добрые, заботливые руки. Но тот своей кошачьей харизмой, а возможно – теплом и благодарностью за спасение, переубедил их в первый же час пребывания на новом месте. Беспородный, с лёгкой ехидной ухмылкой и янтарными глазами, немного неуклюжий, но очень порядочный кот стал радовать их каждый день нежностями и мурлыканьем. Долгое время ему не могли подобрать имя. Называли Тимом, Барсиком, Маркизом. Он даже был сербским снайпером Ржавчиком Мурковичем, что крайне не устраивало Алису. В итоге, придя к общему знаменателю, кота нарекли Плюшиком.

Собрав волю в кулак, Макс поднялся с кровати. Распахнутые и опустевшие шкафы, из которых исчезли вещи Алисы, навели его на подозрение, что она всё-таки не на работе.

– Что я опять такого натворил? – обратился Макс к коту, пытаясь вспомнить вчерашний день. Воспоминания всплывали отрывочно и беспорядочно.

– Нужно срочно позвонить ей, и всё сразу встанет на свои места, – размышлял он вслух, нервно ходя по комнате.

Посмотрев на столе у кровати, в прихожей и везде, где обычно мог лежать его телефон, Макс разочарованно осознал, что шансы обнаружить пропажу стремились к нулю.

– Ещё и последний телефон потерял! Вот это я попил пивка! – расстроился он.

Неожиданно уловив звук рингтона, Макс прислушался и поспешил в сторону едва различимой мелодии, чтобы не потерять эту важную зацепку. Она привела его к холодильнику. Открыв дверцу, парень облегчённо выдохнул, обнаружив свой старенький смартфон. Рядом с ним стоял полупустой ящик с пивными банками. Возможно, именно он и вынудил Макса освободить занятую телефоном руку, чтобы занять её более важным содержимым.

– Неожиданно. Ты не устаёшь удивлять себя и окружающих!

Увидев пропущенный вызов с незнакомого номера, Волчик тут же перезвонил.

– Здравствуйте! Вы мне только что звонили, – начал разговор Макс, изо всех сил стараясь звучать бодро.

– Да, я звонила по объявлению. Нам нужен грузовой автомобиль для переезда. Вы сегодня работаете? – визгливый женский голос неприятно резанул слух.

– Нет, к сожалению, сегодня я уже взял заказ, – не раздумывая, соврал Макс.

На том конце провода раздались гудки.

– И вам до свидания! – съязвил он, бросая телефон на диван.

А деньги ему были нужны. Да и подработки случались редко. Если бы не похмелье, он бы уже мчал к этой женщине с неприятным голосом. Возможно даже, что при других обстоятельствах голос звучал бы намного приятнее. Но как всегда говорил себе Макс в таких случаях: «Совпало. Не мой день!»

Звонки Алисе результата не принесли. Она по-прежнему не брала трубку. Спустя некоторое время он открыл раздел «сообщения» и увидел одно уже прочитанное, доставленное утром. Когда успел прочитать его, было не совсем понятно. Да и ни это сейчас его тревожило – больше волновало содержание сообщения.

«Так больше не может продолжаться. Я ухожу от тебя». Перечитав текст по буквам, Макс отшвырнул телефон подальше. Ноги подкосились и плавно усадили его на пол. Схватившись обеими руками за голову, Волчик жалобно замычал от досады.

Алиса любила Макса, и он это хорошо знал. Он тоже безумно её любил. Казалось, что этот союз невозможно разрушить. Они дополняли друг друга почти во всём. Имели одинаковые привычки и могли часами разговаривать на любые темы. Между ними царили взаимопонимание и поддержка. Максу с Алисой будто улыбнулась огромная удача, поселив их на соседних улицах и позволив в один прекрасный день встретить друг друга. Учитывая, что они еще и родились в один день, можно было смело предположить, что случайность не имела тут никакого места. Средь невероятного количества «половинок» огромной планеты эти «половинки» настолько идеально подошли друг к другу, что невозможно было даже представить, что когда-то случится то, что произошло сегодня.