- -
- 100%
- +
Плескаться я очень люблю, опять же два новых геля для душа купила недавно, еще не открывала. Пока все перепробовала, пока разные маски для красоты применила, вроде полегчало. Накупалась от души и в свою реальность вернулась окончательно. А сон… Пора завязывать с этими глупостями. Настроение отличное, особенно после критического осмотра подхудевшего тела. Такая красота пропадает! Суженый-ряженый, куда ты запропастился? Вздохнула. Намотала полотенце на голову, завернулась в халатик, открываю дверь, а в коридоре, прямо напротив… мужчина.
– Милочка, вы так неэкономно расходуете воду, что я передумал на вас жениться, – заявляет как ни в чем не бывало мэтр Эйброкс.
У меня сердце чуть не выскочило. Стою, прихожу в себя. Понимаю, что теперь-то точно не сон.
– Что вы здесь делаете? – спрашиваю строго, потуже затягивая халат.
– Есть предположения? – губы складываются в улыбку.
– Я больше не хочу играть в ваши игры, разбирайтесь сами со своими наследниками, – отвечаю.
– Как мило с вашей стороны, – говорит он и идет на кухню, – а я тут немного похозяйничал у вас.
Мой кухонный столик накрыт белой скатертью, сверху красная салфетка, а на салфетке тарелочка с хлебцами, запеченными с сыром и зеленью.
– Завтрак для прекрасной госпожи, – учтиво кланяется мэтр.
– Что это? – не верю своим глазам, да и вообще ничего не понимаю.
– Я старался, между прочим. Можно было бы и оценить, – обиженно дует губы.
– Вы что, заявились ко мне, чтобы накормить завтраком?
– И это тоже, – отвечает, наливая чай.
Сказать по правде, выглядели хлебцы очень аппетитно.
– Тогда присоединяйтесь, – вежливо предлагаю, а рука уже тянется к тарелке.
– Ммммм… – не сдерживаю эмоций, – это просто божественно!
– В самом деле?
– Прожарка идеальная, а сыр… это отдельная песня. Ничего вкуснее не ела.
Я даже глаза прикрыла от удовольствия.
– Старался, – мило смутился гость.
– Так зачем вы здесь? – спрашиваю, запивая хлебец чаем.
– Милочка, я должен вернуть вас нашему миру, – скучающим тоном сообщает Эйброкс, откусывая хлебец.
– Тогда вы зря потратили время, – отвечаю, – ваш мир мне не понравился, а все так называемые «женихи» и подавно.
Эйброкс наигранно насупился.
– Совсем никто не понравился?
– Кот считается?
Эйброкс откинулся на спинку стула и хитро прищурился.
– Армаил, выходи, она на тебя не сердится.
В коридор из комнаты вышел знакомый кот, только вместо привычного умиротворения читалась на его мордочке высочайшая степень вины и отчаяния.
– А почему я должна на него сердиться? – уточняю.
– Проводник высшей категории. Без него мне сюда было не попасть.
Кот сделал несколько шагов и сел. Посмотрел на меня глазами, полными отчаяния, потом и вовсе опустил голову. Неловкая ситуация.
– У меня здесь семья, бабуля. Я не могу их бросить, – говорю задумчиво.
Первые солнечные лучи заглянули в окно, скользнули по стеклянным дверцам кухонных шкафчиков, подсветив икеевские коробочки внутри. С улицы доносится шум машин, соседи сверху затеяли генеральную уборку, где-то недалеко звучно заработал перфоратор. А напротив сидит странный мужчина и заявляет, что пришел, чтобы забрать меня в мир снов.
– Милочка, это не проблема.
Эйброкс щелкает пальцами.
– Что не проблема?
– Семья, бабуля, это больше не проблема. Они тебя не помнят. Считай, что тебя никогда и не было.
Нехорошее предчувствие сжало сердце. Я рванула в комнату и вытащила из сумочки телефон. Не включается. Стоп, спокойно. Я же сама его выключила вчера, чтобы не разрядился. Жду, пока загрузится. Включился. Последний раз я разговаривала с бабушкой. Вот, номер на месте. Вызов.
– Алло, – раздался в трубке родной голос.
– Бабуля, доброе утро! Как ты?
– Кто это, – удивляется бабуля, – Тасечка, ты что ли?
– Бабуль, это я, Оля, твоя младшая внучка!
– У меня нет такой внучки, – удивленно пробормотала бабулечка.
Я шокирована.
– Бабуль, – говорю, – это ведь я!
– Ты, наверное, номером ошиблась, деточка. Посмотри внимательно на циферки, одну неправильно набрала и не туда попала. Ничего, бывает.
Как так?
Длинные гудки.
Набираю новый номер.
– Мам, привет, как дела?
– Кто это? – спросонья спрашивает мама.
– Мам, это я, Оля! – весело выкрикиваю в трубку.
– Какая Оля? Девушка, вы ошиблись номером.
Гудки.
Лерка, близкая подруга. Набираю.
– Лерка, привет, как дела?
– Кто это?
– Лер, ты чего, это я, Ольга. Вечером все в силе?
– Слушай, это по стрижке? Но я не записывалась. Девушка, вы не ошиблись номером?
– Извините.
Сбрасываю звонок.
Возвращаюсь на кухню. Довольный Эйброкс доедает последний хлебец.
– Что вы наделали? – мне хочется его задушить.
Мэтр растерянно смотрит на опустевшую тарелку.
– Милочка, кажется, кто-то мечтает похудеть, так что все эти были лишними.
И снова улыбается. С издевкой.
– Убью! – двинулась на него, сжав кулаки.
Вопросительный взгляд черных глаз.
Сажусь на свой стул без сил.
– Верните все как было, пожалуйста, – чуть ли не со слезами прошу.
– Никак нельзя, милочка.
Он ехидно улыбнулся и снова щелкнул пальцами. Кухня качнулась, солнечный свет слился в одно большое светлое пятно. Что со мной? Где я? Перед глазами мелькают размытые пятна, я лечу вниз, потом вверх, потом снова вниз. Потеряно время, потеряно пространство. Полет длится бесконечно долго, пока не превращается в новый солнечный поток. Свет бьет по глазам, морщусь.
– Госпожа пришла в себя! – какая-то девушка кричит прямо в ухо.
Чья-то возня, голоса. Госпожа… что это еще такое? Какая госпожа? Открываю глаза.
Большая комната залита светом, незнакомые люди.
– Дорогая, наконец-то очнулась! – радостно лопочет какой-то чрезвычайно объемный тип.
Фокусирую взгляд и ужасаюсь. Этот тип мерзкий до тошноты.
– Где я? – едва шепчу.
– Ты дома, любимая! – радостно сообщает это нечто.
– Кто вы? – выставляю руку, чтобы это мерзкое лицо держалось подальше.
– Уже почти твой муж, – довольно сообщает чудовище.
Содрогаюсь и закрываю глаза. Кажется, меня сейчас вырвет. Дышу часто и глубоко. Успокаиваю себя тем, что это просто бред, и он скоро пройдет. Тетя София, ты за мной, наверное, скучаешь?
Глава пятая
Итак, нахожусь в чужой незнакомой постели в чужом незнакомом доме в чужом незнакомом мире и уже чья-то почти жена. При этом лежу с закрытыми глазами в надежде, что это все само как-то рассосётся. Без меня. Жду минут пять, десять, и ничего не меняется. Есть ли у меня план?
– Покажите ваш план урока, – всплывает в голове строгий голос директора.
А я его опять забыла написать, отчего сердце неприятно ёкает. Прошу десять минут, ухожу в учительскую и судорожно вспоминаю, как они вообще пишутся по всем правилам, чтобы поменьше придирок было. Десять минут, за которые рождается шедевр педагогической мысли. Потом я обязательно исправлюсь и буду все писать заранее в лучшем виде. Наверное.
Есть ли у меня план? Сейчас что-нибудь состряпаем.
Отправная точка: жива, здорова, молода, красива, нахожусь в условиях комфортных, не похоже, чтобы кто-то собирался причинить вред моей нежной персоне. Может, согласиться? К этому неприятному типу привыкну, зато жить буду припеваючи, по-королевски.
От одной мысли все внутри сводит в новом рвотном позыве.
Ни за что! Ничего более мерзкого я еще не встречала. А этот сальный взгляд!.. Он мог меня видеть без одежды? Мысль обожгла. Резко открываю глаза и подскакиваю в постели. Твою ж… От пушистого халата нет и воспоминаний, на мне тонкая желтая рубаха, наверное, шелковая. Кстати, неплохо сочетается с нежным пудровым оттенком постельного белья. Волосы сухие, послушно рассыпались по плечам. Кто-то посмел меня переодеть, пока я тут валялась в бессознательном состоянии?
– Где моя одежда? – вскрикиваю, обращаясь сразу ко всем присутствующим.
Толстый тип впялился глазами, да так и пошел слюнями, видимо, в предчувствии счастливого выполнения супружеских обязанностей. Между прочим, что-то не припомню его среди тех претендентов. Одет в огромный расшитый золотыми нитками камзол красного цвета, на шее что-то вроде платка из желтой гладкой ткани, волосы тщательно прилизаны назад, а лицо… Видно, что любитель выпить и хорошо закусить. Толстые щеки, маленькие глазки, сам весь лоснится и блестит от жира. Стоит, потирает пальчиками-колбасками. Ему без грима Весельчака У изображать в детском спектакле. Только там и был бы уместен этот кошмар. У детей сейчас психика крепкая, им самое то будет.
Рядом стоят три девушки в однотонной серой одежде, их волосы туго стянуты в косы, видимо, служанки. Позади космопирата возрастная дама подобной ему комплекции, судя по всему, мамаша. Такие же пальчики-колбаски теребят платочек. Дорогое платье в бардовых тонах, огромные драгоценные камни на толстенной шее и в ушах, приторная улыбка. Вылитая жаба. И еще какой-то тип с сумкой, что-то вроде саквояжа. Не скажите, что нотариус, брачный договор заключать. Хотя, вполне может быть. Взгляд цепкий, внимательный. И тоже сальный. Фу, гадость. Ну, Эйброкс, попадешься ты мне…
– Дорогая, – с придыханием заговорил Весельчак У, – я так счастлив! Нам с тобой надо много обсудить. Но прежде… позволь поцеловать ручку…
– Не сметь! – выкрикиваю в ужасе, поджимая обеими руками одеяло к груди, – не сметь ко мне прикасаться!
Толстяк обиженно поджимает губы и сопит.
– Милый, дай девочке прийти в себя, освоиться, – мягким низким голосом пропела мамаша, – не будь таким горячим, не так сразу.
От этого «горячим» я даже рот открыла.
– Доктор, – обратилась дама к типу с саквояжем, – как вы находите состояние нашей невестки? Угроза миновала?
– Вполне, – ответил с улыбкой тот, – наша будущая королева наделена отменным здоровьем и отлично справилась с переходом между мирами.
Он шагнул ближе к постели и поклонился:
– Мое госпожа, я ваш лечащий доктор, Лорец Артских. Есть ли у вас какие-то жалобы? Неприятные ощущения? Можете не стесняться, здесь все свои.
Не нотариус, и то хорошо.
– Нет, спасибо, все нормально, – отвечаю.
В самом деле, не начинать ведь жаловаться на ситуацию, в которой оказалась.
– Господа хорошие, – обращаюсь уже ко всей компании, – я бы хотела одеться и привести себя в порядок, вас не затруднит покинуть помещение?
Народ мнется и выходит, остаюсь со служанками.
– Ах, вы такая красивая пара! – восторженно шепчет самая молоденькая из девушек.
Вздернутый носик с веснушками, на вид лет четырнадцать.
Удивляюсь:
– С кем?
– С нашим герцогом! – с откровенной завистью отвечает служанка.
О вкусах, конечно, не спорят, но здесь явно перебор.
– Я этого не нахожу, – обрываю строго. – Что с моей одеждой?
Девушки начинают суетиться, приносят из примыкающей комнаты целый ворох одежек. Хотя, похоже, что все это и есть платье. Нда.
– Девочки, а чего попроще нет?
– Госпожа, простите, пока только это, – смущается самая старшая, симпатичная блондинка лет двадцати.
Да уж.
– Девочки, а где мой халат, в котором я сюда попала?
На меня смотрят три пары растерянных глаз.
– Да говорите честно, я не монстр.
– Мэтр Эйброкс забрал сразу, как мы вас переодели, – пролепетала блондинка, – и то мягкое полотенце, что было на ваших волосах. Он сказал, что вам не надо смотреть на вещи из вашего мира, так вы быстрее привыкните.
Вот еще новость.
– И что, меня переодевали в присутствии мужчины? – нахмурилась я.
– Что вы, госпожа, как можно, господа в это время разговаривали в гостиной, – торопливо заговорила рыженькая, – они обсуждали сделку, и уже перед уходом мэтр забрал ваши вещи.
– Какую сделку?
Тут рыженькая быстро сообразила и затараторила:
– Я ничего не слышала, просто так подумала, потому что… – девушка запнулась, закрыла рот и покраснела.
Тут ей на помощь поспешила третья служанка, милая пухленькая девушка лет шестнадцати. Широко распахнув глаза, она доверительно зашептала:
– Мэтр сказал, что вещи из вашего мира могут притягивать несчастья из-за несовместимости миров, потому лучше их уничтожить секретным магическим способом, который только мэтр сумеет применить.
Вот оно как значит. Несовместимость миров. Еще и сделка. С каждой минутой у меня все больше вопросов к этому Эйброксу.
– Ладно, девчонки, чувствую, я здесь немного подзастряла. Потому давайте знакомиться. Меня зовут Ольга, лучше Оля. А вас как?
– Тина, – улыбнулась рыженькая девочка-подросток.
– Элиз, – склонилась в учтивом поклоне блондинка.
– Нати – улыбнулась пышечка.
– Отлично! – говорю им, – у вас тут не найдется какого-нибудь халатика, чтобы сходить умыться, себя в порядок привести?
Что-то нашлось.
Служанки активно настаивали на своей помощи с утренними процедурами, еле отбилась. Я девочка большая и уже вполне самостоятельная.
Ванная оказалась не особо удобной, какой-то прошлый век. Но что есть.
А вот с платьем пришлось уступить. Ничего не понимаю в тонкостях местной одежды, потому просто наблюдала процесс, чувствуя себя куклой. Платье в сборе оказалось довольно красивым, но немного не по фигуре, слишком свободное. Девчата ловко подогнали его в талии с помощью специальных шнуровок. Грудь при этом приподнялась и округлилась, как-то слишком вызывающе на мой вкус. Но девочки уверили, что это еще даже очень скромно, сейчас носят куда более открытые вырезы.
Что касается ткани, тут у меня только восхищение. Определить цвет однозначно невозможно, я вся так и переливаюсь оттенками красного и оранжевого, словно живой огонь. Самой смотреть больно.
Над волосами попросила сильно не мудрить и сделать что-нибудь попроще. Пришлось даже немного повоевать, но без локонов все равно не обошлось. Закончив, девушки загалдели наперебой:
– Госпожа, вы такая красавица, герцог будет от вас без ума!
– Все знатные дамы помрут от зависти!
– Да он уже без ума от нашей госпожи!
– Я слышала, как он говорил вдовствующей герцогине, что полюбил вас с первого взгляда, как только увидел во дворце!
– Да-да! И даже рискнул заключить сделку с… Ой, простите!
Тина в ужасе закрыла рот ладошкой и опять залилась краской. Давно заметила, что настоящий рыжий цвет волос дается человеку вместе с нежной белой кожей и неловким свойством заливаться краской. Но эта милая девочка превзошла всех моих знакомых, становясь малиновой за долю секунды.
Повила неловкая пауза.
– Какую сделку?
– Госпожа, Тина дурочка, не обращайте внимания, говорит всякие глупости, не думая, – Элиз многозначительно посмотрела на бедняжку.
– Госпожа, простите, если меня выгонят, мне некуда будет пойти, – со слезами на глазах прошептала Тина.
– А зачем выгонять такую смышленую служанку? – поднимаю бровь, – по крайней мере, от меня герцог точно не узнает, о чем мы тут с вами шепчемся. Мужчинам вообще не положено знать некоторые вещи. Не правда ли?
Элиз задумчиво склонила голову.
– Вы правильно говорите, госпожа Ольга.
Улыбнувшись, спрашиваю шепотом:
– И дорого им обошлась эта маленькая услуга?
Девчата переглянулись, немного помялись, но желание посплетничать было настолько сильным, что не прошло и четверти часа, как узнала я в самых мелких подробностях обо всем происходившем в замке герцога с момента моего здесь появления. Оказалось, что перенес меня с помощью магии сразу в эту комнату мэтр Эйброкс. Велел переодеть и не беспокоить несколько дней, потому что молодая госпожа будет нуждаться в крепком сне. Проспала я три дня, и герцог даже пригласил доктора, испугавшись, что мэтр Эйброкс смог подправить договор до подписания. Но, к счастью, все обошлось, я пришла в себя. Теперь герцог станет новым королем, и для такого дела разве можно жалеть о том участке леса, который взял в уплату услуги мэтр. Да там и леса то нет особо, больше камни, еще и скала эта страшная, сколько жизней унесла. Говорят, там сокровища спрятаны, но пока смельчаки только свою погибель находили в ее окрестностях. Так что сделка вполне выгодная.
Раздался стук в дверь. Можно сказать, на самом интересном месте! Герцог очень желает видеть меня на ужине. Понятное дело, не сам пришел, слугу прислал.
Готова ли госпожа?
Определенного плана действий еще нет, но кое-что уже намечено.
Так что госпожа готова.
Пункт первый: сбор сведений. А потому гордо поднимаю голову и покидаю комнату. Служанки, конечно, бесценный источник информации, однако, для полноты картинки требуется побеседовать и с остальными участниками шоу. Но особенно много вопросов накопилось к исполнителю. Попадись он мне только в руки.
***
– Какая она милая, – печально выдохнул Армаил, – такие нежные пальчики… Как она умеет почесать брюшко. И за ушком…
Кот уже закончил себя вылизывать и теперь с грустью смотрел в окно, возлежа на широком изголовье мягкого кресла. Мэтр Эйброкс сидел в кресле, прижавшись щекой к мягкой ткани аккуратно сложенного женского банного халата.
– Да, удивительная женщина, – мечтательно произнес он, и в голосе чувствовался оттенок грусти.
– Как ты мог отдать ее за какой-то кусок земли! – возмутился кот.
– Дурак, – печально выдохнул Эйброкс, закрыл глаза и зарылся носом в халат.
– Все у тебя не как у людей, тысячу лет живешь, а все ума не нажил, – констатировал факт ушастый.
– Все не как у людей, – согласился мэтр.
– Да она такая одна на миллион, на миллиард, да таких вообще больше нет! – распалялся кот.
– Нет, – Эйброкс мечтательно улыбнулся.
Кот решительно спрыгнул ему на колени.
– Я требую, чтобы ты немедленно перенес ее сюда. Устрой домохозяйкой, что ли, для начала. А потом она к тебе привыкнет и полюбит.
– Не получится, – мечтательная улыбка сошла с лица мэтра, – меня никто никогда не полюбит, проклятье нерушимо.
– Эбби, ты чудовищный пессимист. Вот скажи, что ты наделал? Ты даже не дал вам шанс! Отправить такую зазнобу в лапы этого бабника. Да еще и красавчика. Ты в своем уме? – кот выразительно постучал лапой себе по лбу.
– Он красавчик, она его полюбит, они поженятся и будут жить долго и счастливо, – с утрированной грустью продекламировал мэтр.
Кот внимательно посмотрел на него и прищурил глаз. Кошачья морда медленно расплылась в улыбке.
– Так и знал, что ты… Ну и хитер, хитер. Узнаю своего старого друга.
Кот радостно затоптался по коленям мэтра.
– Расскажи, что ты сделал? Ну расскажи? Не томи…
Эйброкс решительно отложил в сторону халат и поднялся, перехватив кота, затем водрузил того на спинку кресла.
– Все очень неопределенно. Давай-ка лучше наведаемся в наши новые земли. Я там кое-что присмотрел, хочу убедиться, что все в порядке.
Кот не успел возразить, как налетел небольшой вихрь, который поглотил кота с мэтром. Стоявшие у стены часы гулко пробили пять раз, день плавно переходил в вечер.
***
– Господин вас ожидает, – слуга почтительно склонил голову.
Я осмотрелась. Небольшой коридор заканчивался спуском вниз по лестнице, кроме входа в мои апартаменты здесь было еще две двери.
– А это что за комнаты? – полюбопытствовала у провожатого.
– Госпожа, мы находимся в гостевом крыле, в настоящее время кроме вас здесь никто не живет, – вежливо ответил тот и поспешил вперед, видимо, сбегая от последующих расспросов.
Не очень-то и надо.
Хоть лестничные ступени и выполнены из гладкого камня, ноги по ним не скользят. А вот платье оказалось крайне коварным. Пока шла по коридору, все мои десять нижних юбок еще умудрялись мирно сосуществовать с шагающими ногами, то на лестнице бесчисленные метры шелковистой ткани начали вести себя крайне скверно, представляя реальную опасность. Пару раз я умудрялась наступать на какую-то из юбок и еда не улетала вниз головой. Чтобы не свернуть себе шею окончательно, стала подхватывать облако складочек-оборочек и приподнимать, как это показывается в старинных фильмах. Но стоило сделать пару шагов, как скользкая ткань вырывалась, и я опять рисковала запнуться.
Так увлеклась борьбой с платьем, что не сразу заметила протянутую руку.
К счастью, лестница уже заканчивалась. Потому что достаточно было одного взгляда на моего «женишка», чтобы я потеряла равновесие. Каким-то чудом успела схватиться за перила.
– Не смейте. Ко мне. Прикасаться!
Толстые губы скривились, но герцог послушно отошел.
– Не понимаю, дорогая, чем вызвал такое недовольство. Дайте мне шанс покорить ваше сердце.
При этом смачно причмокнул губами, отчего меня снова чуть не стошнило.
Отдышалась.
– Не знаю, что вы там себе возомнили, но вы явно ошиблись. Пока не поздно, верните меня во дворец. Вы не подходите на должность короля и моего супруга.
Лучше бы он не улыбался. У хозяина этого дома просто нереально страшные черные зубы!
– Дорогая, я вам все объясню, но предлагаю продолжить разговор в более удобном месте. Обещаю не прикасаться к вам до тех пор, пока вы сами не пожелаете.
Брррр. Надеюсь, сдержит слово. Прошла следом за герцогом в небольшую комнату, посредине которой накрыт стол для двоих. Запретив даже близко подходить, сама уместилась на стуле как смогла, учитывая чертовски неудобное платье. Есть совсем не хотелось, потому решила не тянуть и сразу перейти к делу.
– Что вы мне хотели объяснить?
– Дорогая Ольга, мне было бы приятно, если бы вы обращались ко мне по имени.
– Понятия не имею, как вас зовут.
– Но как же, вспомните, на днях меня вам представляли. Впрочем, это путешествие между мирами, вы могли забыть. Герцог Антенеон Веленион Сигимон Солнцеликий, – он привстал и склонил голову, – для вас, дорогая, просто Антенеон. Или как будет угодно.
Имя показалось знакомым, но хоть убей, не припомню такое чудо на отборе. Впрочем, это и неважно. Герцог вернулся на место и церемонно развернул салфетку своими толстыми пальцами.
– Ммм, Антенеон, объясните, пожалуйста, что я делаю в вашем доме? – спрашиваю, а сама в сторону смотрю. Ужасно неприятный тип.
– Ну как же, вы, дражайшая Ольга, высказали пожелание выбрать вам в супруги самого достойного. Был проведен большой конкурсный отбор, в результате которого победил ваш покорный слуга. Сиятельная комиссия подтвердила мое право стать королем и вашим супругом.
Вот как. И когда успели? Выходит, каким-то образом я дала им право распоряжаться без меня? Мысленно прокручиваю в памяти свою блистательную речь в библиотеке и понимаю, что мои слова могли вывернуть как угодно.
– Так и становитесь королем, кто вам мешает? Кажется, меня поняли не совсем верно, предложив конкурсный отбор, я настаивала на своем желании оставаться свободной от супружества.
Голос предательски дрогнул в конце фразы. Нет, так не пойдет, не будь размазней, Оля.
– Без официального брака с вами это невозможно, – вкрадчивым голосом сообщает герцог.
Нет, больше ни секунды не могу находиться так близко от этого человека.
– Тогда ничем не могу помочь! – резко поднимаюсь, опрокидывая с грохотом стул.
Но мне все равно. Подхватив ненавистное платье, лечу в свою комнату, не желая больше слышать этого типа. Побег. Я просто сбегу. Переоденусь служанкой, а потом попаду во дворец и вернусь домой. А если не получится, пристроюсь где-нибудь прачкой или кем еще. Пропади они все тут пропадом. Я работы не боюсь, уж лучше прачкой или швеей, но не… не этот кошмар. Я проживу спокойную жизнь, сколько мне там отмерено. Лучше даже уйду в монастырь. Интересно, у них есть тут монастыри?
В общем, на такой позитивной волне вбежала в комнату, заперла за собой дверь и плюхнулась на кровать пышным цветочком из юбок. Сердце стучит как бешеное, того и гляди выскочит.
Тихо, Олечка, тихо.
Пришло время подумать над планом побега.
Но для начала избавимся от лишних частей одежды.
Разобравшись в пуговичках и завязках, с удовольствием выбираюсь из вороха юбок. Когда осталось только платье, стало намного легче. Еще бы дурацкие панталончики заменить на нормальное нижнее белье, но с этим разберусь позже.
Без нижних юбок платье стало слишком длинным, пришлось завязать по подолу несколько тугих узлов. Не сказать, что очень удобно, но значительно лучше того, что было. Вернутся служанки, надо будет что-нибудь придумать с этим платьем, подшить как-нибудь.
А пока никто не помешает хорошенько тут все изучить.
Первым делом окна спальни и примыкающей гардеробной. Чудесная лужайка внизу, увы, здесь довольно высоко. Стена ровная, камни так плотно подогнаны, что и зацепиться не за что.
Может, связать простыни и по ним спуститься вниз? Идея, конечно, так себе, учитывая мои «троечки» за лазание по канату, да и это когда было. Но ведь слазить – не залазить, и вообще, жить захочешь и не на такое пойдешь. Вопрос, к чему привязывать эти простыни. Батареи не наблюдается, если только ножка кровати. Кровать большая, основательная, должна выдержать. Но где столько постельного белья набраться? Вывод: вариант не так, чтобы подходящий, но пока держим на заметке.