Наследие Драконов: Летописи Иллара. Сказания миров Дыхания Зеркала

© Николай Владимирович Шмуратов, 2021

ISBN 978-5-4483-2211-2

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Создание мира Зеркала

Все, что вечно – наша судьба. Все, что наша судьба – вечно.

Вечность. Незримый поток, который соединяет прошлое и будущее, незримая нить, которая держит грани времен… Вечность…

Бытие…

Нечто, что было всегда, есть и будет… Нечто, в котором суждено существовать. Дух и заключенный в нем Великий Разум неслись сквозь исполинские пространства Пустоты, граничащей с великим Хаосом.

Аонир, Мировой Дух, Творец, был полон великих раздумий. Ничто Пустоты обволакивало его, и в её тенетах Аонир размышлял о созидании, что длилось неведомо сколько ионов лет. И вот Великому Плану суждено было сбыться…

Пелена пространства всколыхнулась под незвучными колебаниями томного Разума Аонира. Словно от исполинского меча, на грани Бытия прошёл разрез, расширяющийся с каждым мгновением. И в этот разрез устремились воплощенные надежды Аонира, надежды на то, что в Ничто можно создать что-то. И они стали материализоваться по Ту Сторону разреза, разрывая Пустоту и изменяя её.

Так было создано Зеркало – пространство, являющееся отражением Пустоты с Той Стороны, что царило вне неё. И Мировой Дух смотрел на это – и понял, что смог достичь своей цели. Но Зеркало было пустым, и пока было не заполнено содержанием. Оболочка, в которой суждено Существовать…

Аониром был создан мир, который он назвал Илларом, Дыханием Зеркала. Великий Разум стал наполнять Зеркало материей, постепенно совершенствуя и шлифуя ею так, как ведомо было его замыслу. В едином акте творения были созданы Земля и Небo, и они были навеки скреплены узами союза, впоследствии которого были рождены вода и огонь.

Замысел исполнялся, но Аонир был одинок в этом мире, но случилось то, что можно назвать только случайностью: мир стал меняться сам, уже не движимый сознанием Творца. Изменялся и… приветствовал Аонира – перед ним предстали его дети, рожденные соприкосновением его Силы и первородных материй мира…

Четыре Духа… Четыре Бога мира…

Карэус, Дух Воздуха, созданный тогда, когда Аонир только появился в Дыхании Зеркала…

Атрима, Дух Жизни и Воды, дарующая эту жизнь…

Бьярн, Дух, рожденный из плоти Земли…

Зарах, неистовый Дух Пламени, появившегося от созерцания Аониром Земли.

Творец был доволен. Вместе с детьми он начал дальше творить и созидать: вставали горы, расширялись воды, моря и океаны, разрастались леса. Зарах и Бьярн выковали солнце и луну, а Карэус поместил их на небосвод, чтобы они вечно и во славу Творца присматривали за Илларом. Таков подарок сыновей.

Атрима, Богиня Жизни, создала животных и растения, чтобы они украсили землю, и птиц, дабы небо не казалось пустым. Таков подарок дочери…

Нескончаем был труд, но и ему настал конец. Создатель и Духи посмотрели на сотворенное и возрадовались. И сказал Аонир: «Дети мои. Я дарю вам этот мир, названный моим гласом Илларом. Отныне вы – Судьба этого мира, а он – ваша судьба» Сказал, и ушел в бескрайние пространства вечного Зеркала, чтобы творить дальше во имя Созидания. Но не забыл он Иллар. И до сих пор он присматривает за Дыханием Зеркала и за детьми, чьим домом он стал. Стал навеки..

История создания рас

Шелест листьев, ветра вой —

Мир освящён самой судьбой.

Стук камней да недр жар —

О Аонир, велик твой дар!

Только что созданный по образу и подобию Аонира и его детей мир наполнялся пением птиц, гласами зверей. Благоухание цветов и трав дурманило.

Великие Духи Созидания неслись в огромных пространствах неба Дыхания Зеркала Иллара. Гордость… Гордость перед своим отцом, гордость перед самими собой, но… Все же чего-то не хватало.

– Радости нет предела в моей безграничной душе…

Глас Атримы пронёсся в разумах своих братьев.

– Мы сотворили великое, бесконечное и… прекрасное. И радуюсь я, видя своих детей на священной Земле. Слышу я, как они восхваляют нас. Но… Тоска. Тоска на сердце за своего отца. Нет его с нами… Но… Возможно, братья, мы сможем воплотить его образ здесь, в благословенном Илларе?

– Возможно, – откликнулся Карэус.

Тугие нити воздуха сплетались в некое подобие фигуры.

– Во славу Верховного Отца Сущего Аонира мы создадим сущности, которые будут стоять над твоими детьми, Атрима, и, возможно, наставлять их в сие бытии. Вы согласны, братья, и ты – сестра?

– Да, – гулкие голоса пылающего Зараха и белоснежного Бьярна пронзили поднебесье.

– Да будет так! – прошептала Атрима.

– И мы, сестра, – продолжил Дух Воздуха, – Хотим, чтобы ты совершила созидание.

Услышав просьбу, Дух Атримы спустился в вечнозелёные леса востока Иллара. Браться молча последовали…

Девственные кроны исполинских деревьев качнулись и потянулись навстречу своей Матери, силуэт которой зелёной тенью спускался на укрытую листвой землю. Лес вздрогнул, воспевая повелительницу.

Атрима пропела:

– Если мы хотим, чтобы наши Дети запомнили свой приход и своих создателей, нужно принять более «земное» обличье. По подобию Творца. Пусть же он не злится за это.

В тот же миг Дух Воды обратился. Как позже рассказывали Дети, это была милая высокая девушка в одеянии из трав и листвы. Зелёные волосы ниспадали ниже бархатных открытых плеч, на голове – корона из сплетённых корней. Её дети особенно схожи с ней чертами лица.

Братья согласились на изменения. И вот подле сестры предстали и остальные Боги: высокая, с темно красной кожей и развитой мускулатурой фигура Зараха; худощавое тело в белом плаще, белые волосы, обхваченные на лбу повязкой из прозрачного шёлка, растрепались на ветру, вместо глаз – пылающий серебристый огонь – Карэус; крепкий невысокий Бьярн, чья золотая борода прикрывала широкую грудь… Остальные черты внешности Богов можно узнать в древних рукописях и книгах.

…Короткий взмах руки Атримы – и деревья расступились, оставляя небольшую поляну. Несколько шагов в её сторону, и Царица остановилась. Полился дивный напев. И каждый листочек вторил ему, внося свою музыку в симфонию. Песнь продолжалась, а из-под земли начали прорастать стебли, которые поднимались все выше и выше навстречу солнцу, лучи которого чуть проглядывали сквозь верхушки зелёных гигантов. Стебли все тянулись, появлялись листья, пытаясь вырваться на свободу. На определённой высоте ростки стали утолщаться и переплетаться между собой. Пред глазами Богов начали вырисовываться изгибы и линии прекрасных тел. Древесные фигуры застыли в ожидании…

Кивком головы Атрима остановила пение леса – поляна была сплошь усеяна окрепшими древами странных форм. Тишина… Мгновенье – и оно было нарушено хлопком ладоней: тела заскрипели, оживая… Зелень листьев и стеблей спадала, обнажая плоть… Так на земле Фиары появились эльфы. Сие название бралось из слова «elifiara», что значит – Первые Дети Фиары. В дальнейшем название было сокращено, и осталось название этой расы, которое мы и слышим до сих пор…

Артима сложила ладони, преподнеся к губам, и дунула – древа окончательно ожили. Очнувшись, Перворождённые преклонили колени пред Матерью. Атрима улыбнулась, а братья лишь кивнули в знак удовлетворения, а Карэус лишь подошёл к середине поляны, взял горсть листьев, опавших с фигур, и припрятал за пазуху…

…Недра, полные земного огня – обитель Зараха, Духа Пламени. Жерло исполинского вулкана виднелось там, где-то высоко-высоко, а перед Богами расстилалась равнина лавы, плывущая в бесконечность, вечно движимая, вечно изменяющаяся. Сухой воздух подземного храма огня обдувал фигуры Великих. По их виду можно было смело сказать, что это место им не очень нравилось. Но не Пламенному… Красная кожа лица впитывала каждый выдох бушующей лавы, каждую толику тепла. Лишь глаза были закрыты, а губы шептали слова, слова, от которых пламенная река стала бушевать яростнее обычного. Вулкан начал трястись, как бы заходясь в дикий хохот. Из реки начинали вырываться столпы огня, и с каждым мгновеньем их прибавлялось.

Нестерпимый жар заставил прикрыть Карэусу и Атриме лица руками, но Бьярн остался стоять, как ни в чем не бывало – ему нипочём жар недр земли, ибо он сам дух Земли.

Гул нарастал, а столпы бушующего пламени вместо того, чтобы рваться вверх, вокруг себя. А внутри… Внутри в столпах мелькало движение…

Зарах поднял руки…

Странные горящие торсы с пламенем вместо ног стали выплывать из огненных гнёзд и двигаться к своему Бог. При приближении к нему можно было увидеть ноги вместо пылающих фонтанов. Пламя спадало, обнажая кожу детей, но странного зеленоватого цвета… Лишь глаза пылали все также рьяно красным…

– Почему зелёные? – гневно подумал Зарах, оглядываясь на свою сестру. Он был уверен, что это её рук дело. Но она лишь улыбнулась в ответ, успокаивая. Оказывается, когда подземный шквал ветра пронизывал сие место, то он ненароком сорвал листья с одеяния Царицы Жизни и унёс в лаву, растворив их в жидком огне. Магия леса слилась с магией огненной стихии – и поэтому с тех пор Дети Зараха носили столь странный оттенок кожи. В дальнейшем другие расы назовут их расой «зелёнокожих». Это было оскорбление, и назвать их так – значит нанести урон чести. Око за око.

Зарах лишь вздохнул, но дело было сделано… И его дети ликовали, славя повелителя.

Так появились орки, имя которых звучало целиком так – «orokiush», Пламенесотворённые…

Дети ликовали, и Зарах радовался вместе с ними… Атрима улыбнулась, а Бьярн похлопал по плечу брата. А Карэус лишь подошёл к кромке земли у лавы и взял горсть пепла, опавшего с огненных торсов орков, сотворённых Духом Пламени…

…Хрустальные чертоги гор юга Иллара. Огромные кристаллы чистого хрусталя, кои были сотворены дыханием Бьярна… Чист и совершенен… И именно хрусталь должен был стать основой созидания его детей…

Широкоплечая фигура Горного Духа вертелась вокруг куска хрустального кристалла, обстукивая его молотком, долотом и используя другие инструменты. Великий ювелир, он искусно шлифовал хрусталь с такой скоростью, что вскоре весь пол чертога был усеян крошкой и мелкими кусочками хрусталя. И все это блестело и переливалось, даже Атрима заворожено смотрела на это диво.

Многочисленные статуи невысоких существ заполонили все вокруг. Перестук инструментов закончился, а Бьярн, стряхнув ладони, поправив бороду и вздохнув с облегчением, присел на небольшой выступ из стены:

– Уф, надо передохнуть, – пробасил он, подмигнув Богам.

Те лишь улыбнулись. То, что он сделал, достойно похвал.

…Бьярн сидел и о чем-то задумался, теребя золото волос. И вот он тихонько, кряхтя, поднялся и поднял руку, в которой стали собираться белые волны энергии. И вот белесые искры воплотились в огромный молот. Он казался невероятно большим в руках Бьярна, но, как ни странно, очень подходил Духу Гор.

Рука держала молот, высоко подняв его над головой и закрыв глаза. Материал, из которого он был сделан, так и остался неизвестным…

Другие Боги внимательно наблюдали за ним.

…Глаза резко открылись, а молот, крутанувшись над головой, увенчанной золотым венцом, упал на пол чертога.

Раскат грома пронёсся по залу, сопровождаемый диким грохотом. И в этом шуме хрустальных стен только острый слух мг услышать, как раскалывалась кристальная скорлупа фигур. Так пред святыми Горами предстали девственно чистые существа, созданные по образу Бьярна, и были похожи на него и внешне, и, как покажет время, внутренне.

Сия раса была названа «gnomohisth», Хрустальные Потомки. Земли Иллара знают их, как раса гномов. Раса мастеров и великих воинов, больше почитавших, как орудие и оружие, молот…

Гномы не стали ликовать, а лишь молча склонили голову и положили правую руку на сердце… И последующий удар Молота Бьярна стал знаком торжества, торжества рождения расы.

А ладони Карэуса держали россыпь хрусталя, что переливалась под дивными очами Бога.

…Остался только он, Дух Воздуха. И его детям суждено появится в последнюю очередь. Суждено стать великими…

Четыре Бога снова неслись через толщи пространства, но оставшись в прежних обликах «земных». Облака плыли по воздуху, расступаясь пред Воздушным. Бескрайнее синее небо – и кроме Богов только тучи были свидетелями акта созидания, ибо были сами источником сего.

Боги находились поодаль от Карэуса, смотрели и слушали.

А Дух взметнул руки, и струи воздуха стали заплетаться вокруг него, вокруг его пальцев и ладоней. А впереди…

Хоровод облаков. Безумная пляска, что разыгралась в небесах, могла свести с ума: вихрь, протянувшийся от земли до неба в бескрайность бесконечности, тянущейся в такие дали, что сметный взор не может узреть это. Но не Бог… И это зрелище впечатлило Богов…

Карэус наблюдал за этим, легко улыбаясь. А ладонь тянулась за пазуху, туда, где лежал небольшой сосуд, в котором он сложил листья древесных созданий, пепел из недр вулкана и россыпь кристаллов хрусталя. Открыв сосуд, он высыпал содержимое на другую ладонь и, набрав воздуха в свою великую грудь, дунул… Облачко полетело в вихрь.

Раздался удар – в тот же миг небо помрачнело, вихрь засверкал, словно в него высыпали не толику россыпи, а целый чертог. Гром – и громадину крутящегося воздуха начали пронзать молнии всех размеров и расцветок. Там, где они соприкасались с телом вихря, поднимался огненный фонтан, который тут же исчезал в буйстве ветра…

Ненасытные порывы ветра трепали белоснежные локоны Каруэса… Он ждал – его дети появлялись: в самом вихре стали появляться небольшие воздушные темно-зелёного цвета тела, которые постепенно уменьшались в размере, превращаясь в кокон… Симфония вихря была сыграна – пляска стала утихать, а коконы начали спускаться вниз, на Землю. Карэус рассмеялся:

– Вот мои дети, сестра, – сказал он мысленно Атриме.

– Хорошо. Я вижу, что ты добавил что-то кроме себя? – спросила та.

– Да, – кивнул Дух Воздуха, – Мои дети вберут в себя все самое лучшее от ваших детей, сестры и братья. Изящность листвы, что поможет жить в гармонии в мире, храбрость огня, вселяющая уверенность, и твёрдость и чистота хрусталя, твёрдость и чистота намерений, надежд. От себя, от своей воздушной сути, я дал Волю ветра, Великую Волю ко всему, Волю жить, Волю творить. И они будут стремиться к своей цели в течение всей своей жизни, и во что бы то ни стало, её выполнят, даже если дело отца продолжит сын. И имя моим детям будет… Будет – Человек, Стремящийся Вечно, Вовеки. Так есть и так будет. Это мои Слова. И мои Слова станут их Словами. Мои деяния – их деяниями. И так будет до скончания дней.

Сказав это, он полетел вниз, туда, где проснулись его дети. А Бьярн, Атрима и Зарах, воспев в сердцах рождение детей брата, устремились туда, где ждали их – появления потомки. Столько следовало сказать, много научить…

© Летопись Рудди

Хранители

«Кто не познал жизнь, тот не познает самого себя»

Боги. Всемогущие и вездесущие. Суровые и справедливые. Гневные и заботливые… Много можно слов подобрать о сущности Бога, но ни одна из них не опишет его полностью. Что подвластно Богам? Все. По мановению бесплотных рук могут менять очертания континентов, менять течение времени, влиять на судьбы многих и многих подданных. Но все же Боги не могут изменить лишь одно – судьбу отдельной личности, существа или созданной твари… И даже собственную судьбу, божественную. Её можно только создавать, плести узор за узором своё бытие…

Множество столетий прошло с тех пор, как Аонир оставил Иллар, мир Зеркала, своим сыновьям и дочери. Раван и Морат, боги демонов и мёртвых, тоже были его детьми, хотя и не от плоти его. Аонир ушёл… И мир изменялся…

Расы, созданные своими творцами, росли и крепли, восхваляя своих создателей. Всем нашлось места под солнцем Иллара – и людям, любимцам Карэуса, и эльфам, детям Атримы, и гномам, верных своему богу Бьярну Кователю, и оркам, восхвалявших Зараха, и даже демонам и мёртвым, тем, кто был почти отвергнут другими расами, но тем не менее – Раван и Морат не давали в обиду своих потомков…

Шесть Богов радовались своим творениям, но их радость была не полной: они смотрели на свои расы, смотрели на их жизни, переживания. Боги познали все, кроме одного – сотворённой жизни. И они её возжелали, захотев испытать то, что знакомо было лишь живущим.

Так наступило Время Воплощений. Боги, до этого восседавшие на своих тронах в поднебесном измерении, создали в мире Иллара своих аватар и вселились в них, вовлекая свои безграничные разумы в телесную оболочку. И случилось так, что Боги стали жить в мире, а расы покровителей даже не догадывались об этом. И жизнь их была различна, и Боги смогли насладиться ею, но… Они понимали, что жизнь аватар должна продолжаться и без них, ибо Боги справедливы ко всему сотворённому. Создатели вернулись в небеса, а их воплощения продолжали жить на земле, помня бытие божеств и каждым поступком приумножая их славу… Нынешние историки ещё сохранили ценные рукописи, описывающие их странствия и деяния. И в одной из таких книг, написанной Академией Научных и Магических знаний Казандорфа, изложена их история…

Сто лет прошло после заложения Мар Кхарога гномами. В граде появился гном, который, с его слов, был лучшим кузнецом в Казандорфе, и после бегства из ордена Кхоров направился в сей град, ибо знал, что его ремесло здесь в почёте… Его звали Тирнар. И был он аватарой Бьярна, Прародителя гномов. Множество лет из под рук Тирнара выходили чудеса кузнечного дела, они были настолько искусны и цнны, что, по словам некоторых приезжих в цепь Алд Бан, множество битв происходило за право их обладания. Артефактов Тирнара было немало, но большинство из них было потеряны в таких схватках и разбросаны по всему Иллару, но многие возвысили град Мар Кхарог перед другими…

…Эльфийские земли Зергиля. Благословенные леса и пашни. Рода эльфов с незапамятных времён жили в этих местах, радуясь каждому мгновению жизни… Но все же приходили и несчастью – орки и многие другие посягали на их земли, стремясь уничтожить расу благородных. Именно так, после очередного нападения банды разбойников, перед троном эльфийского короля предстала старушка, назвавшаяся Дараст. Она была пророчица, которая могла помочь предостеречь эльфов, направить и научить… Это была аватара Атримы, царицы всего живого. Пророчица помогла эльфам выстоять, границы стали непоколебимыми. Дараст научила жителей Зергиля готовить многочисленные снадобья, отвары… Поэтому большинство лекарей-эльфов с тех пор носят амулет Дараст – увитая зелёными ростками трёхлучевая звезда в круге. Если бы не пророчица, то расы эльфов просто не стало бы. Как говорила сама Дараст: «Ваша судьба известна, но сие знание можно исправить».

Орки, чье племя уже многостолетий назад покинуло Казандорф, во главе со своим Королем пошли на запад Иллара, туда, где горные цепи сходились с буйными долинам. Имя Короля было неизвестно, но история орковской летописи запомнила имя его жены. Сайоджи… Она была неистова и яростна, она не знала боли и страха. И орки тянулись к ней, к ней, достойной супруге своего Вождя. Это была аватара бога Зараха, выбравшим женскую телесную оболочку… Со смертью Короля, орков возглавила Сайоджи. Иллар надолго запомнил те времена – ураганные лавины оркских бойцов сметали все на своём пути, желая лишь одного – найти дом. И они нашли его – многие оркские племена остались на материке Фиара, заселяя юго-западный пустоши и степи, многие ушли за северный океан и стали обживать новый материк, получившим название Каллерония. (в переводе с человеческого языка – Земля Благородных) Много лет каллеронские орки являли собой силу и благородие, никогда не ввязывались в войну без причин и чтили, как ни странно, другие расы. Первой Королевой Каллеронии была Сайоджи…

Люди… Все остальные расы знали, что может сделать с ними их вера. Многочисленные храмы и церкви буквально усеяли Казандорф, являя всему свету, что их Бог, Карэус, Истинный. Прислужники и жрецы исколесили весь Иллар, направляя всех, кого возможно, в знании Истинного. И всему Казандорфу была известна жрица Великого храма Валея, аватара Карэуса, известная также как «Чудесная» потому, что она совершала чудеса. Многие годы пашни севера града мучали засухи и Валея помогла избавиться от них, сказав пахарям посадить в землю по древу берёзы. Пошли дожди… Урожай был спасён и голод больше не угрожал горожанам. Валея так же была великой целительницей и ворожеей, спасшей ни один десяток жизней. Много лет прошло с тех времен – но берёзовые рощи напоминали о том, что вера может спасти…

Лувар и Истнера, аватары богов Мората и Равана, заполнили страницы хроник и легенд алыми буквами… Лувар, великий воин мёртвых, и Истнера, выбранная Главной Демонами, направили мёртвых и пылающих в своём походе из стен Казандорфа, не останавливаясь ни на чем. Историки нашли мало фактов их свершений, но знали точно одно – жертвы были грандиозными. Кровь и смерть многих и многих на руках Лувара и Истнеры. Но их последователи запомнили Покровителей и возносили в песнях столетиями.

Таковы Пути жизни Богов, вселивших в аватары… И таковы пути жизни самих аватар Богов, тех, кого позже назовут Хранителями Рас. Чтобы ветры времён не стёрли память о них, по всему миру Зеркала были поставлены Шесть Статуй Хранителей, грандиозные памятники героев каждой из рас. Месторасположение Статуй найти сложно. И неусыпная стража хранит их, чтобы нечестивые расы не осквернили покой.

Что же насчёт Хранителей? После смерти на земле, они стали верными слугами Создателей Мира. И вершили вместе с ними главную Цель их Бытия – помогали в созидании жизни. Потому что и Боги, и Хранители познали жизнь. Жизнь, которую стоит прожить.

История создания города Казандорф

«… Во веки свят великий град,

Семь звёзд склонили взор.

Смех и радость всех манят,

Прошло ж немало пор…

Давным-давно полуостров Белогорье, что примыкает к центральному материку, принадлежал драконам. Они считали себя высшей расой, верхом мироздания и вели себя соответствующим образом. Их королём, в те далёкие времена, был сильнейший дракон чёрной масти, по имени Тьма. Никто не знал, из каких земель он пришёл и почему. Тьма вызвал на поединок последнего повелителя расы драконов и, буквально, разорвал его на куски. Драконы, признали силу и мощь пришельца и предложили ему место короля. Кроме драконов на полуострове также проживали представители человеческой, эльфийской, гномьей и оркской рас. Они благоразумно избегали встреч с драконами и уступали им лучшие места для проживания. Таким образом, между драконами и остальными расами был установлен относительный мир. До тех самых пор, пока Тьма, не решил, что земля должна принадлежать только его «высшей» расе, а остальных необходимо истребить. Он приказал драконам нападать на селения. Чтобы хоть как-то объяснить подчинённым смысл убийств, Повелитель Драконов заявил, что сам Аонир лично посетил его и отдал приказ, который он, Тьма, смиренно передаёт своему народу.

Для того, чтобы выжить, всем остальным расам пришлось объединиться в Союз четырёх королей. Драконы, пусть и с трудом, постепенно выжигали населённые пункты, и было понятно, что затяжную войну не выиграть. Собрался совет. Король орков, повелитель самой воинственной расы, выступил с предложением выманить войска драконов из их логова – огромной горы и, проникнув к её центру уничтожить короля расы. Когда план был утверждён, в шатре материализовался старец. Окружающий его тело ореол, ясно давал понять, что перед Советом кто-то из духовного мира, из мира богов. Старец величественно оглядел королей и представился посланникам самого Аонирa. Творец ненавидел, когда его именем прикрывались земные существа, совершая свои деяния и, поэтому прислал одного из приближённых помочь уничтожить чёрного предводителя драконов. Этот старец вместе с королями четырёх рас должен был отправиться в лабиринты пещер и добраться до Тьмы.

Подготовка заняла ровно семь дней. Через неделю, ночью, толпы солдат, не прячась, подошли к подножию горы и принялись усиленно шуметь – распевать песни, звенеть оружием и всячески оскорблять Драконов. Реакция не заставила себя ждать – разъярённый Тьма, не задумываясь, выслал всех своих подчинённых на бой. Едва первый из драконов, с рёвом вылетел из грота, половина армии тут же побежала к лесу, а вторая половина слилась со скалой по бокам от входов в пещеры. Когда стало ясно, что уже все ящеры мчатся за первой группой, солдаты отделились от горы и, не поднимая шума, быстро двинулись за драконами, тем самым, запирая их в кольцо. Через некоторое время, после того как воины скрылись в чащобе, над верхушками деревьев повисли свист арбалетных стрел, грохот катапультных установок и всполохи страшных, всеуничтожающих магических заклинаний. Все короли, кроме повелителя орков, что руководил сражением, и старец выбрались из кустов и зашли в пещеры. Более часа плутали они в лабиринтах, держась левых поворотов, пока, наконец, не вышли к тому, кого искали. Тьма среагировал мгновенно, и струя пламени обожгла короля людей, шедшего первым. Предводители рас, подхватив раненого, быстро спрятались за камнями, пока дракон набирал воздух для новой струи пламени. Один лишь Приближённый незыблемо стоял напротив ящера. Тьма с рёвом, выпустил пламя. Огонь не причинял старцу никакого вреда – он стоял, цел и невредим. Изумлённый дракон, начал было снова готовиться к нападению, когда посланник Аонирa заговорил. Он говорил на непонятном никому из присутствующих, языке древних. Новый залп слился с протяжным выкриком последнего слова заклинания. Этим словом было малопонятное Казандорф!. Когда заряд струи пламени закончился, старец исчез. Дракон попробовал, было вдохнуть, но заклинание не позволяло ему сделать этого. Лишённые кислорода, лёгкие медленно сжигались изнутри и, через некоторое время Тьма полыхал, словно свежий факел. Изумлённые короли, поддерживая обожжённого человека, смотрели, как грозный дракон чёрной масти превращается в пепел. Неизвестно откуда взявшийся в пещере порыв ветра, взметнул чёрную пыль, и она улеглась в слова Во славу Аонирa.