Черный сектор. Лука

Пролог

Ночевать Лука остался в общежитии для командировочных. Взял знакомую комнату, в которой бывал чуть ли не чаще, чем у родителей. Своего дома у него до сих пор не завелось. Конечно, он мог бы купить квартиру, только с его разъездной работой это было бессмысленным вложением средств. Так и ютился, где придётся.

И вот снова комната 214. Последняя операция, которую выполняла его команда, прошла успешно, но морально сильно вымотала, поэтому он вырубился и спал без задних ног.

Но наутро его, конечно же, разбудили раньше времени.

Вначале Лука думал, что это Генри явился по его душу. Тот ночевал по соседству, в 213-й, его часто мучила бессонница, он что-нибудь выдумывал и, взбудораженный, не в силах совладать с собственным воображением и обуздать свои гениальные идеи, невзирая на время суток, бежал к командиру делиться своими мыслями.

Однако в этот раз явился не Генри.

Хват. Только он грохотал по двери так, будто намеревался пробить её насквозь.

Лука приказал впустить гостя, и дверь послушно открылась. Гость ввалился внутрь, распространяя вокруг себя перегар.

– Лука! Лукерич! Ты что тут, спишь, что ли?

Хват был весел и пьян.

– Чего тебе? – спросил Лука, не поднимая головы с подушки.

– Фу, какие вы душные! Что ты, что Митяй! Вас там вчера толпы… – Хват взмахнул руками, пытаясь охватить воображаемые толпы. – Толпы девушек встречали! На всё…ик… готовые. А вы с-спите?

– Вали.

Хват выпятил губы. Не отстанет теперь, пока не протрезвеет или пока его не выпнешь. Но Луке было лень вставать. Последнее задание было простым до зубовного скрежета, но после него почему-то хотелось просто лежать и не шевелиться. Проверка территории перед встречей двух президентов. Это просто дно какое-то было! Луку такие задания бесили неимоверно. Их – боевой отряд, сильнейших военных – направляли обеспечивать охрану президента! Хотя с этой задачей любая охранная контора прекрасно справилась бы.

Конечно, Луке насвистывали, что это большая честь, и что он должен гордиться таким ответственным поручением. Что сам президент ему доверяет! Да и платили за это неплохо.

Ну, он гордился, конечно. Только не понимал, почему этот период, когда все вокруг них прыгают на цырлах, никак не закончится. Два года прошло… Два! Они вернулись с той проклятущей планетки и стали героями. Понятно. Их чуть ли не на руках носили. Объяснимо. Фанатки пищали и прыгали к ним в койку. Очевидно.

Но потом… почему это никак не заканчивается? Лука устал от всего этого. Устал от бесконечного внимания. Устал от того, что его физиономия стала известной – куда ни появись, везде тебя узнают. И эти дурацкие вопросы, которыми каждый встречный сыплет без конца: ой, а что там было? А как вы выжили? А правда, вы за еду друг другу морды били? А правда, вы с киборгом всех спасли?

Оставалось лишь зубами скрежетать.

– Я присяду?

Хват, не дожидаясь разрешения, плюхнулся в мягкое кресло, вытянулся в полный рост, упираясь пятками в ковёр, и застонал.

– Наконец-то!

– Вали к себе, – сказал Лука, но без особой злости. Хвата он понимал. С тех пор, как они вернулись на Землю в свете софитов, его кличка благодаря охоте, с которой тот общался с девушками, изменилась, и теперь друг именовался Хват-Нарасхват. Ну, хоть кто-то от всей этой ситуации выиграл.

Лука хотел быть как Хват, хотел так же бесшабашно веселиться, заливаться алкоголем и куролесить. Обвешаться девушками и забывать на следующий день их имена. Хотел. Но не мог.

Он носил в себе слишком много тайн.

Два года назад Лука с доверенными ему выпускниками Космодемии и в обществе студентов АМК-и потерпел крушение на необитаемой планете в неизвестном секторе космоса. Связи там не было. О том, что корабль прыгнул в тот сектор, тоже никто не знал. Они остались безо всякой поддержки и без возможности отправить сигнал бедствия. Могли рассчитывать только на себя.

Многое произошло на планете. Но они все выжили. Кроме Саблезуба. Лука в компании старшего военного Димитра, который застрял на этой планете раньше, смогли найти корабль и всех спасти. Конечно, он и Димитр после такого стали настоящими героями. Им присвоили какое-то редкое звание и выдали огромную денежную премию. Обоих тысячи раз показали по сети, и теперь их на улице узнавала каждая собака. Президент лично пожимал им руки, когда вешал медаль. В общем, полный набор преференций.

Да только это – официальная версия произошедшего. Настоящую разглашать было запрещено.

В реальности курсанты и студенты спасли себя не своими силами. В реальности планета оказалась обитаема. На ней жили разумные существа. И военные на Земле об этом знали, так как данному сектору космоса была присвоена пометка «Чёрный», и к нему был запрещён доступ по причине агрессивного поведения местных жителей.

Луку столько раз допрашивали, пытаясь узнать, кто же они, местные разумные существа, как они выглядят, что умеют и чего хотят, что он, кажется, счёт дням потерял. В те первые месяцы после возвращения.

Но никто из участников крушения не смог бы им ответить на этот вопрос. Что за существа там жили? Почему они были настроены по отношению к человечеству агрессивно? Почему в своё время убили военных, учёных прогнали с планеты, а курсантов и студентов, наоборот, спасли?

Если бы он знал! В те времена, когда они бродили по планете, Луку интересовало только одно: как бы с неё слинять. Что там за существа, его не особо волновало. Теперь-то, конечно, этот вопрос вылез на первый план. Но поздно. Остаётся лишь гадать. Все аналитики, получившие информацию, которую удалось вытянуть из курсантов и студентов, пожимали плечами. Да и, по правде сказать, информации было с гулькин нос. Никиту, который, похоже, знал чуть больше прочих, затаскали по секретным лабораториям и, наверное, заперли бы там навечно, если бы Зои, Снежка и Огонь не вступились за него и не подняли бы общественность на его защиту. Лука тогда остался в тени, хотя это именно он попросил ребят принять участие в судьбе Никиты. Попросил после того, как сам на пару с Димитром не смог ничего сделать.

С тех пор все жили более-менее спокойно. Если кого и дёргали в очередной раз, то ненадолго. Тем более, что большая часть потерпевших про инопланетян ничего не знала, слышала лишь о факте их существования.

Но даже эта информация была засекречена. Лука понимал, почему. Если обществу станет известно, что человечество нашло планету с разумной жизнью… может произойти всё, что угодно. Ладно, организованные экспедиции, но найдётся масса чудаков, которые ринутся устанавливать контакт своими силами. Полезут, как тараканы изо всех щелей. И добром, учитывая настрой инопланетян, это не кончится.

Лука убедился, что тягаться в военной мощи с планетой Чёрного сектора люди не смогут. Поэтому лучше не ворошить муравейник, а оставить их в покое.

И Саблезуб… никто не узнал, что Саблезуба они оставили там в качестве откупного. Лука, если честно, думал, что кто-нибудь из тех, кто в курсе, рано или поздно обязательно расколется. Но ничего подобного. Тайна Саблезуба осталась нераскрытой.

– Ну, как ты тут? – забормотал Хват и зевнул. Заснёт сейчас.

Лука поморщился. Хотя… фиг с ним, пусть спит. Будет храпеть – выставит его нафиг. А сейчас и самому можно ещё немного поспать.

Лука закрыл глаза, и тут же раздался оглушительный звонок. Экран.

Он подскочил, схватил экран и развернул его. Приоритетное сообщение.

Вот и оно.

– Лука? – Хват поднялся и сглотнул. И, кажется, совсем протрезвел. – Это что?

– Вызов к Генералиссимусу.

Хват снова сглотнул и промолчал. Его глаза были дикими и таращились так, будто вместо Луки перед ним появилось всё его начальство в полном составе. А он, к несчастью, пьян и не знает, как реагировать. И надеется где-то в глубине души, что если застыть столбом, его просто не заметят.

Лука принялся быстро одеваться.

На экране горели слова:

«Срочно. Конфиденциально. Обязательно к исполнению».

Лука всегда знал, что однажды такое сообщение придёт. Чувствовал это. Жил и служил, пытаясь вернуться к обычной жизни, но ему будто специально не позволяли. Каждый день напоминали о том происшествии, которое сделало его знаменитым и несчастным одновременно.

Он знал, что этот день наступит.

И день наступил.

Глава 1. Сборы

Документы были готовы.

Ксения посмотрела на свою новую карточку и улыбнулась. Ксения Воронцова, младший лаборант. И фотография, на которой она усердно хмурит брови, пытаясь казаться старше и серьёзнее, чем на самом деле. Просто вселенская несправедливость: столько пережить, а выглядеть всё таким же недорослем, как и два года назад.

– Нравится? – Шпрот сверкнул своей фирменной лихой улыбкой.

– Пойдёт.

– Ну, ты чё? Я старался!

– Офигительно! Идеально! Волшебно!

– То-то же.

Шпрот резко оглянулся. Они стояли в коридоре НИИ «Ксенотипии», в самом углу, у чёрного выхода, и шептались. Сюда камеры не добивали. Ксения была в джинсовом костюме, а вот Шпрот облачён по всем лабораторным правилам: в белом халате, шапочке, закрывающей волосы, с защитными перчатками, которые он на время снял и сунул в карман.

– Ладно, я пойду. Лерка скоро спросит, куда я делся, – Шпрот приосанился.

– Иди.

Шпрот было сделал шаг прочь… но остановился.

– Ксеш, а ты точно хочешь лететь?

– Точно.

– Ну, ты же… – Шпрот неопределённо взмахнул руками. – Ну, то есть…

– Не могу не лететь, – отрезала Ксения.

– Почему? – с искренним изумлением воскликнул Шпрот.

– Эта проклятая планетка мне всю жизнь сломала. Хватит такого объяснения?

Ксения почувствовала волну удушливого жара и закрыла глаза. Один вздох, второй… спокойно. Покой, тишина, безопасность.

– Слушай, да чего ты выдумываешь! Ну, потусили на необитаемой планете. Крутое же приключение. Ну, чего теперь? Чего вас всех туда тянет-то? Как мёдом намазано.

– А кого ещё туда тянет? – насторожилась Ксения. – Кто-то ещё знает?

– Да. То есть, нет. Ну, то есть, никто не знает, не дрейфь! Но я часто слышал, что кто-то хочет туда вернуться. Типа, вспомнить, как всё было.

– Главное, ты туда не лети, – ответила Ксения и вытаращилась на него. – А то хочу напомнить, КАК именно мы там оказались.

– Ну, вот опять! – Шпрот закатил глаза. Сделал такой жест, будто хотел провести по волосам рукой, но погладил лишь свою смешную шапочку. – Ладно, пойду. Лера…

– Вскоре спросит, куда ты делся, – заученно ответила Ксения.

– Язва ты! Будешь такой – парня себе не найдёшь.

– Да и прекрасно! Не очень – то и хотелось!

– Правда?

– Правда! Чего вытаращился? Я и не ищу никого, на секундочку. И мне прекрасно!

– Чего тут прекрасного? Одной всё время?

– Шпрот! Иди уже! А то твоя Лерка тебе плешь проест!

Шпрот испуганно положил ладонь себе на макушку, будто оберегая самое дорогое.

– Ну ладно. Удачи тебе… вам. Привет там всем передавай!

– Какой привет, ты чего? Я лечу тайно. Тайно! – Ксения потрясла фальшивым документом, который тот сам ей только что дал. – К тому же там не будет никого из наших!

– А, ну да. Дураков нет, – Шпрот хмыкнул и тут же закашлялся. – То есть я хотел сказать… Короче, удачи!

Он потряс поднятым вверх кулаком и побежал по коридору обратно в лабораторию.

Ксения спрятала корочку в карман и посмотрела ему вслед. Кто бы мог подумать… Шпрот – штатный лаборант настоящей лаборатории целого научно-исследовательского института. Вот до чего его жизнь довела! Правда, поговаривали, что он бросился с головой в омут науки из-за любви – мол, его молодая начальница иначе не желала иметь с ним никакого дела, но Ксения убедилась, что это не совсем правда. Шпрот, и правда, в теме.

Впрочем, изменилась не только жизнь Шпрота.

Ксения вздохнула. Оглядела себя. Клетчатая рубашка, джинсы, кроссовки и кепка, под которой спрятаны тёмные кудри до плеч – ничего прежнего. Вместо спортивной фигуры – почти болезненная худоба. То-то мама взглянуть на неё не может без того, чтобы не всплакнуть. Младший брат, в котором теперь – вся надежда на будущее компании, вырядился в костюм и ходит с важным видом молодого, но уже пресыщенного жизнью миллиардера. Только отец позволяет Ксении всё. Наверное, потому что лучше остальных понимает… что главное. А мама – нет. Не понимает. Когда мама всхлипывала от жалости к дочери, которая перестала следить за собой и выглядит так, словно выросла в подворотне, Ксения лишь улыбалась. Мама её любила, просто думала, что главное – хорошо выглядеть и быть на вершине пищевой цепочки.

Когда-то Ксения тоже так думала. Пока один случай всё не изменил. То самое падение на необитаемую планету. Выживание, весьма успешное, неожиданные стороны характера, которые находишь в самой себе, испытания…

Ксению передёрнуло. Она уже месяц без таблеток и пока держится.

Когда она вступила в группу единомышленников «ОДНИ», и ей раскрыли план, Ксения сомневалась, сможет ли это сделать. Но Крошка Лу убедила, что всё пройдёт хорошо. Что никто другой не способен выполнить задачу, только она, потому что только она там была. Только она понимает, насколько всё серьёзно.

Но Ксения всё равно сомневалась. Но потом «ОДНИ» установили, что никого из прошлых участников на корабле не будет. Экспедиция состоит из учёных, и основная её задача, указанная в заявке – проверка Чёрного сектора номер 15290АР с целью снятия режима секретности. Но это, конечно, лишь прикрытие.

– Только ты сможешь это сделать, – твёрдо сказала Крошка Лу на последнем собрании, и все члены группы смотрели на Ксению так, будто она уже согласилась.

Ну, она и согласилась.

Думала, остынет и пожалеет об этом, но в ней вдруг проснулись скрытые силы. Действовать! Ей всегда становилось проще в моменты, когда нужно было действовать.

После возвращения на Землю Ксения старалась не общаться со своими собратьями по несчастью – слишком тяжёлые воспоминания те будили, но сейчас вот сама нашла Шпрота и попросила о помощи. Тот не отказал.

И фальшивое удостоверение теперь у неё в руках.

После встречи со Шпротом Ксения сразу же поехала в галерею, где базировалась их группа. На первом этаже была выставка скульптур, на втором – картин, а на третьем жили те, у кого не было другого жилья. Ксения тут тоже несколько раз ночевала, но потом прекратила. Из-за одного приставучего парня, который был уверен, что настойчивость любую крепость возьмёт. Он так достал! Ксению от него уже просто мутило. Но тот продолжал считать, что вода камень точит, и не давал проходу. Ксения не находила приличных слов, чтобы объяснить, наконец, что никогда она не согласится с ним встречаться. Нет такого варианта развития событий во всём множестве существующих вселенных. Но парень был глух и упорен.

Крошка Лу даже пошутила, что Ксения согласилась свалить с Земли, только бы его больше не видеть. Ксения посмеялась, по подумала, что доля правды в этом есть.

И вот она вошла в галерею и поднялась на третий этаж. Приложила к замку ладонь, дверь щёлкнула и открылась. Ксения прошла на чердак, мимо общей комнаты на кухню.

И столкнулась с собой.

Двойник стояла у холодильника и, увидев Ксению, ощерилась в неприятной ухмылке.

– Ты – ещё я? – недовольно спросила Ксения. Ей жутко не нравилось, что фальшивка продолжает ходить с её лицом, хотя всё, что должна была сделать, она уже сделала. Связалась с помощником профессора Даниярко, переспала с ним и уговорила устроить свою встречу с его начальником. Помощник, к счастью, останется на Земле, а профессор Даниярко уже услышал имя Ксении и увидел её саму. Встреча, на которую вместо двойника явилась сама Ксения, прошла плодотворно. Она смогла убедить его в своей полезности. Купленные корочки из научной академии, а также огромная сумма, которую она готова была пожертвовать ради науки ему лично, очень этому способствовали.

– Да, думаю так походить.

– Нет.

Двойник усмехнулась.

Неприятной она была, эта странная особа. Ксения и не знала, какое у неё настоящее лицо. Почему она никогда с ним не ходит? Откуда она вообще взялась в группе «ОДНИ»?

– А что так? Не нравится на себя смотреть? – фальшивая Ксения выпятила губы и сделала томным взгляд.

Смотреть действительно было неприятно. Вроде и двойник, а совсем другой человек даже внешне. Волосы, предположим, у неё не такие косматые, а мягкие и послушные. Если за ними ухаживать. А вот глаза гораздо более светлые, у двойника они прямо тёмно-зелёные. Но главное, что не нравилось Ксении – выражение лица. Злое и циничное.

– Иди и убирай, через два часа подтверждение вылета. Не уберёшь – не полечу.

Фальшивка скривилась.

– Давай, давай, – Ксения невозмутимо схватила со стола пакет сока. – Не тяни.

Добавлять, что иначе она пойдёт к Крошке Лу жаловаться, Ксения не стала, хотя фальшивка будто специально на это напрашивалась. Но жаловаться Ксения не любила.

Впрочем, не пришлось. Фальшивка перестала ухмыляться, хлопнула холодильником и ушла в медицинскую комнату.

Ей предстоит час боли. Менять внешность с помощью инъекций очень неприятно. И опасно: однажды безо всякого предупреждения ткани могут измениться и поплыть, и тогда вместо лица появится нестабильное, покрытое кожей желе. И долгое лечение этого может не принести никаких результатов.

Ксению передёрнуло. Она не понимала этих отчаянных приверженцев моды «делай со своим телом, что хочу». Они будто специально пытались сделать себе плохо, больно, загнать себя в могилу раньше времени. И ладно бы попытка стать киборгом… там хоть какой-то профит. Улучшенная реакция, сила, память, дополнительные способности. А тут? Просто другая внешность или какие-то бессмысленные красивости вроде света из глаз или проступающих рисунков на коже.

Нет, ей этого не понять.

Ксения поболтала пакетом с соком и отставила его в сторону. Пить ей не хотелось. Потом направилась к комнате Крошки Лу.

Дверь нараспашку, в проходе нити цветного стекляруса. Ксения постучала по косяку, чтобы обозначить своё появление.

– Заходи! – раздался чистый тонкий голос.

Крошка Лу валялась на своём огромном диване из какой-то чрезмерно ворсистой ткани. Она была действительно крошечной и маленькой, будто настоящая пикси. Причём не карлица, а с фигурой правильных женских пропорций, только уменьшенной. В группе упоминали болезнь, которая к такому приводит, но Ксения не запомнила. Только подумала: видимо, это какой-то знак, что они обе больны – не психически, так физически.

– Ксе-е-е-ния! – Крошка Лу была в шароварах и халате. Лежала, раскинув тонкие белые руки с острыми ноготками, крашенными в ярко-розовый, с видом таким уставшим, будто сутки вкалывала, хотя Крошка как раз была единственной, кто ничего не делал. Она являлась мозгами группы «ОДНИ», и мозги у неё, в отличие от физического состояния, работали как надо. – Ну, как дела?

– Всё готово, – Ксения достала и показала документ.

– Ну, ты молодец, – Крошка Лу зевнула. – Вылет утром?

– Да.

– Ну что? Ты готова? Или передумаешь?

На миг Ксения замялась. Пришлось зажмуриться и быстро отсчитать несколько вздохов. Потом сделать их медленными – это успокаивало.

Открыла глаза.

– Я полечу.

– И замечательно! – та будто ни секунды не сомневалась. – А у меня для тебя сюрприз!

– Какой?

– Состав экспедиции. Только что получила. На, наслаждайся. Я всегда своё слово выполняю!

Крошка лёгким движением руки мазнула по лежащему рядом экрану, и у Ксении в кармане раздался звон. Она тут же достала и проверила полученный файл. Действительно, документ со списком людей. Должность, год рождения, ФИО – всё как полагается.

Ксения села на одно из кресел и открыла список. Ого. Длинный. Больше, чем она думала.

– Почему там много людей? Ты говорила, экспедиция маленькая и пробная.

– Намечалась. Потом добавили… Знаешь ведь, как это бывает. Решили отправить одну команду… а потом вторые присоединились, задач нарезали дополнительных, и людей подтянули для их решения. Так понемногу и раздули!

– Мы не так договаривались.

Ксения хмуро взглянула на Крошку Лу, та пожала плечами. Ксения продолжила просматривать список. Руководство… знакомая фамилия – Шапин. Этого дядьку она знала, как и он её. Работал когда-то на отца. Но знакомство шапочное, вряд ли он узнает её в лицо.

Так. Список научного состава… разбит по категориям задач. Но у кого какие, непонятно: у групп порядковые номера. Всего четыре. Хм.

Дальше список охраны. Надо же… столько же, сколько научного контингента.

А это что?

Должность – консультант. И всё. Ни имени, ни подробностей. Единственная пустая строчка во всей таблице.

Ксения нахмурилась. Это что такое?

– Лу! Что это значит?

Она показала экран. Лу уставилась на пустую строчку и молча хлопала своими чрезмерно накрашенными глазами.

– Почему нет имени?

– Откуда я знаю? Думаю, потому, что пока не решили, кто будет этим самым консультантом. Знаешь же, так бывает: выбирают и договариваются в последнюю минуту.

– Точно поэтому?

Руки дрожали. Ксения почему-то испугалась этой пустой строчки, пустого места, человека без имени.

– Точно. И чем тебе помешает один консультант?

– Вдруг это кто-то знакомый? Кто-то из нас?

Крошка снова пожала плечами.

– Вдруг да кабы! Придумаешь что-нибудь на месте. Никого другого подготовить для этого дела мы всё равно уже не успеем.

Сердце испуганно колотилось. В ушах растворялись звуки. Крошка Лу была совершенно спокойной и даже немного равнодушной. Конечно, не ей же рисковать своим рассудком.

– Примешь что-нибудь? – сквозь пустоту донёсся голос Крошки. – Давай, не тяни. У меня тут целая аптека, на любой вкус и кошелёк.

Нет. Ксения сглотнула и помотала головой. Она обещала себе. Обещала. Ничего больше не примет, будет держаться. Она может держаться. Да она столько сделала! Она, можно сказать, спасла много жизней. Если она тогда рискнула… вошла в эту пену…

Нет, вспоминать невозможно. Ксения снова помотала головой.

– Хватит! – сказала неизвестно кому. Только бы не думать. – Я полечу.

– Ну и хорошо, – сухо ответила Крошка.

Вещи были собраны. Всего одна сумка. Ксения как раз заталкивала последние футболки, когда раздалось звуковое оповещение о том, что к ней пришли. Она еле успела спрятать сумку под кровать.

Брат вошёл с опаской – некоторые привычки родом из детства никогда не меняются. Конечно, выглядел он иначе: взрослый, весь такой солидный да стильный, костюмчик с иголочки, причёска прилизанная, кожа как персик. Но помнит, паршивец, как в детстве лез к ней в комнату и получал поджопники. И бежал с криками: «Мама! Мама! Она опять дерётся»!

– Входи, дорогой брат, – Ксения чинно уселась на кровать, сложила руки и улыбнулась. Она будет по нему скучать. Любила она его, чего там, ещё как любила! А он её. В детстве-то они, конечно, по большей части дрались и жаловались друг на друга, а выросли – и стали друзьями. Когда Ксения вернулась домой, именно Тишка рыдал дольше всех. Вцепился в неё и не отпускал, наверное, час. А то и два. И ночью потом два раза приходил, проверял, что Ксения дома.

– Ты что-то задумала? – он нервно поправил галстук. Отец почему-то настаивал на полном офисном облачении в рабочее время. Ксения помнила, как приходила к нему в офис. По всем правилам. Белый закрытый верх, тёмный низ, скромные туфли, неброский макияж. Впрочем, ей нравилось. Она действительно хотела быть частью этого роскошного мира… пока не пережила падение и не изменила приоритеты. Вернее, пока приоритеты не изменили её.

– Задумала в обход тебя завладеть компанией и пустить тебя по миру, – ухмыльнулась Ксения.

– Ну, попробуй, – самонадеянно хмыкнул Тишка. Приосанился, но тут же растерял настрой. – Слушай, а я сегодня на переговорах был. Знаешь, с кем?

– Ну, давай, удиви же меня!

– С киборгом.

И правда, удивил. Вон как залоснился, когда увидел вытаращенные глаза Ксении.

– Да, да, с Димитром. Ну, который вас всех спас. Ох, и здоровый же чёрт! Правда, ничё такого я в нём не увидел, – слегка остыл Тишка и разочарованно вздохнул. – Ну, от киборга.

– А ты ожидал, что у него черепушка титановая будет, что ли? Насквозь просвечивать? – фыркнула Ксения. И сцепила руки, которые дрожали.

– Ну… нет.

Врёт. Судя по голосу, именно этого он и ждал.

– Так вот, – продолжил Тишка, не получив ответа. – И Зои, подружка твоя, там тоже была. Они с отцом, знаешь, как Луковицких покусали? Чуть не выжрали половину госконтракта, как пираньи просто вцепились! Веришь, у меня чуть поджилки не затряслись, как только я представил, что они так с нами дело ведут.

– Верю, верю! А Димитр там что делал? Он, вроде, не участвует в управлении, – озадачилась Ксения.