Зима, холода

© Валя Шопорова, 2017

ISBN 978-5-4485-5247-2

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

От автора

Идея данной книги пришла ко мне и завладела моим сознанием в начале июня 2017 года, но на тот момент я писала «Порок сердца», потому у книги появился лишь пролог, да кусочек первой главы, а потом она отправилась в «ящик ожидания».

Теперь же (в июле 2017 года, сидя на даче) я взялась реализовывать эту задумку, продолжать работу. Не знаю, что из этого получится в итоге, но моя мама смеётся, читая эту книгу, а я удивляюсь тому, что герои оказываются не такими, как я планировала, а оказываются… лучше.

В общем, идея «иностранцы в России» не нова, потому произведение это не претендует на оригинальность. Я надеюсь лишь, что смогу заставить вас улыбнуться и от души посмеяться. А остальное…

Остальное не важно, потому что для Автора нет ничего важнее эмоций читателя, которые родились в процессе чтения его книги.

Удачи всем, приятного прочтения, любви и улыбки по жизни!

Валя Шопорова.

* Простите меня за мой французский. Я никогда и ничего не знала по этому языку и не знаю. Переводила через переводчик, потому прошу, если Вы знаете этот язык, не надо хвататься за сердце, голову и метлу, чтобы прибить меня. Поймите и простите =)

** За английский мой тоже простите меня. По задумке, наши девушки (да и французы тоже) не слишком сильны в этом языке, потому мне не так стыдно за него, как за французский, но, всё-таки, хочу сразу и самостоятельно признаться, что полностью осознаю, что не владею языком в полной мере.

Пролог

Клава Швиммер, Антонина Харламова и Настасья Тихая подруги с самого детства.

Тоне 25. Тоня специалист по связям с общественностью и магистр экономических наук. Высокая, статная (даже немного слишком) шатенка, которая авторитетом может задавить любого. Волосы – натуральный шатен, глаза серо-зелёные, телосложение крепкое, большая грудь. У Тони, как говорится, большой мозг, ещё большая тяга к прекрасному и просто невозможных размеров лень, которая заставляет девушку свободными вечерами лежать с философским видом на диване, а по ночам зачитываться книгами любимых писателей, чтобы с утра вновь пойти на любимую (без кавычек!) работу в образе зомби и отмереть только с первым клиентом.

Клаве 23. Клава психолог, специалист в области зоопсихологии, что немного мешает ей найти своё место на рынке труда в их маленьком подмосковном городке, потому девушка иногда закрывает глаза на свою специализацию и берётся консультировать людей. А что? Голод не тётка, желание жить кудряво само собой не рассосется. Девушка немного ниже своей старшей подруги, среднего женского роста в 168 сантиметров. Глаза карие (а точнее – линзы, родные глаза у девушки зелёные), волосы до середины шеи, выкрашены в цвет вороньего крыла, чуть вьющиеся, густые.

Настасье 22, она самая младшая из их компании. Настасья получила юридическое образование, но работает не по специальности – секретарём в филиале одной крупной московской компании. А что? Работа сидячая, в тепле, да и шеф ничего такой. Вот только смелости отсканировать свою попу, как показывают в фильмах, и отнести копию мужчине у девушки не хватало. Настасья блондинка (и природная, и крашеная, не спрашивайте). Рост 162 сантиметра, телосложение в меру стройное, грудь средняя и впечатляющая бразильская попа (родная!). Глаза у Настасьи голубые.

Девушки жили в одном дворе в детстве, пока родители Настасьи не переехали в другой дом. К радости подруг дом этот оказался в пятнадцати минутах ходьбы, потому жизнь их не сильно изменилась. Теперь же и Клава переехала в другое место, сняв себе маленькую однушку (зато почти свою!). Настасья тоже жила отдельно, но сейчас вновь проживала с семьёй, потому что в её квартире проводился ремонт. И только Тоня никак не могла съехать, и дело не в отсутствии денег, а в том, что девушка была слишком придирчива в выборе нового места жительства.

В общем, жили подруги, не тужили, мечтали каждая о своём, добивались своих целей. И так было ровно до того момента, пока Клава не загорелась мечтой о Сибири. Зима, холода, снежные просторы… Подруги недоверчиво поглядывали на девушку и спрашивали нафига ей в ледяную пустыню, а Клава только пожимала плечами и отвечала: «Хочу, там классно. Должно быть…». Вот только реализовать мечту у девушки никак не получалось: то зима закончится, то клиент сложный и грозящийся в окно шагнуть, если она его оставит, то ещё что-нибудь.

Клава уже почти забыла о своём устремлении в северные широты необъятной родины, чему так радовались Тоня и Настасья, пока, однажды, Тоне не позвонили с работы и не сказали два слова: «Командировка. Новокузнецк». Тоня побледнела, покраснела, поскрипела сердцем и зубами и выдавила: «Есть». А куда ей было деваться? Место жирное, работа любимая, да и кризис на дворе, не факт, что вновь устроишься куда-то… Лучше уж помёрзнуть денёк-другой, чем потом улицы мести.

Но радость Антонины была не долгой, потому что прогноз погоды указанного сибирского города обещал до минус сорока, а Тоня предпочитала этак +30… Оставалось одно. Чтобы не передумать в последний момент, Тоня подключила «тяжёлую артиллерию» в лице млеющей по северу Клавы и сообщила ей о рабочей поездке и о том, что она может поехать с ней. Брюнетка визжала так, что Тоня едва не передумала и начала коситься в сторону телефона с намерением вызвать психиатрическую бригаду.

А потом девушки подключили и Настасью… Последняя скептически отнеслась к предложению, но потом подумала, что у неё как раз сейчас намечается отпуск. Шеф – скотина, пусть и обаятельная, отправлял молодую и красивую Настеньку на отдых не в жарком июне или бархатном августе, а в середине января (!), когда даже в Африке было холодновато для купания. Подумав-поразмышляв, девушка согласилась и, таким образом, рабочая поездка начинала попахивать загульным трипом. А что? Все молодые, все свободные (или почти свободные в случае безнадёжно влюблённой Настасьи), почему бы не гульнуть в одной из северных столиц? Да, звучит так себе, но, если есть запал, то даже в Новокузнецке, в окружении заводов и трёхметровых сугробов можно оторваться.

На том и порешили. Собрали чемоданы и поехали в Домодево, чтобы уже через полдня (вылет был назначен через четыре часа, плюс пять часов в пути) сойти на северную землю.

Глава 1 «И уносят меня, и уносят меня вдаль три белых… оленя…»

Поездка не задалась с самого начала хотя бы потому, что никак не могла начаться. Подруги сидели на чемоданах, стараясь не клевать носом. Их вылет задержали уже в третий раз, подругам безумно хотелось спать, особенно Тоне, которая накануне ночью строчила отчёт и, одновременно, переписывалась в чате с давнишним другом времён университета, который всегда помогал ей отвлечься и не забыть любимый испанский, который Антонина изучала там же, в ВУЗе, посещая дополнительные курсы и в очередной раз пренебрегая своим сном.

Клава старалась не клевать носом, но глаза, то и дело, закрывались. Меньше всех парилась Настасья, она устроилась на стульях, заняв два с половиной, и мирно посапывала, подложив под голову рюкзак Швиммер.

Решив, что ещё чуть-чуть, и она отключится, Клава встала и обратилась к подругам:

– Я пойду за кофе, вам взять?

– Да, – кивнула Тоня и полезла в маленькую сумочку на ремне за деньгами. – Эспрессо, двойной, желательно.

Клава кивнула и перевела взгляд на блондинку.

– А ты? – спросила подругу брюнетка.

– А Настенька наша, по-моему, – отозвалась шатенка, – давно спит.

– Ладно, пусть спит, – кивнула Клава и отправилась на поиски кофе аппарата.

Вернувшись с двумя стаканчиками бодрящего напитка, брюнетка передала один старшей подруге и хотела вернуться на своё место, но его уже бесцеремонно заняла Настасья, раскинувшись уже на четырёх стульях в полный рост. Брюнетка вздохнула и заняла свободное место напротив блондинки, рядом с Тоней.

У Антонины зазвонил телефон.

– Алло? – подняла трубку шатенка. – Да, Николай Васильевич. Нет, Николай Васильевич, мы ещё не вылетели.

– Я это и так знаю, – ответил шеф. – Потому и звоню. В общем, в Новокузнецке что-то не так с погодными условиями, я не вникал. Аэропорты не будут принимать рейсы до утра, а тебе, Антонина, нужно быть на встрече в девять, так что…

Тоня закатила глаза и посмотрела на Клаву, изображая невероятную гамму не самых тёплых эмоций по отношению к начальнику на лице.

– Да, Николай Васильевич, я вас слушаю, – произнесла шатенка. – И что вы предлагаете?

– Я не предлагаю, я уже сделал. Я взял тебе билет на другой рейс, приземлитесь в Кемерово, а оттуда до Новокузнецка поедите на автобусе, я уже договорился.

– А… А… А мои подруги? – наконец-то выговорила Антонина, косясь на Клаву, которая насторожилась и внимательно прислушивалась к разговору подруги.

– Помню я, Тоня. И на них тоже взял.

– Я всё отдам, как только вернусь, Николай Васильевич…

– Забудь. Ты только сделку заключи, чтобы клиент не сорвался, – ответил начальник.

– Конечно, Николай Васильевич, – закивала Тоня. – Вы же меня знаете, я же…

– Знаю, – прервал тираду подчиненной мужчина. – Потому и вкладываюсь в тебя.

Телефон Тони запиликал, сообщая о том, что зарядки практически не осталось. Округлив глаза, девушка затараторила в трубку:

– Николай Васильевич, у меня вот-вот телефон разрядиться. Скажите номер рейса и как мне узнать водителя?

– Он сам тебя узнает. Константин Чернов, помнишь такого?

– Он? – удивилась девушка. – Он повезёт нас?

– Так точно. Сейчас я сброшу тебе номер его телефона. Мало ли, не найдётесь. Сейчас…

Номер пришёл через тридцать секунд в SMS-сообщении.

– Короче, Антонина, – продолжил начальник. – Сейчас быстро на самолёт, вылет через сорок минут, надеюсь, успеете пройти регистрацию.

– Почему вы не позвонили раньше?! – возмутилась шатенка.

– Потому что не так уж просто найти три билета до нужного места. Когда смог, тогда и нашёл, и позвонил.

– В самом деле… – остыла Тоня. – Извините, Николай Васильевич, я…

– Не извиняйся. Лучше поторопись, чтобы не опоздать. И зарядку побереги, чтобы до Кости дозвониться.

– Хорошо, Николай Васильевич, – ответила шатенка. – До встречи. Как только я завтра закончу с клиентом, я вам сразу же позвоню и отчитаюсь.

– Спасибо, Антонина, буду ждать. До связи.

Мужчина отклонил вызов. Тоня сжала телефон в ладони и убрала его в сумочку, развернулась к Клаве.

– Так, – сообщила шатенка, – буди Настюню, а я побегу место на регистрацию занимать.

– В смысле? – нахмурилась Клава. – Наш же вылет опять задержали? Или я что-то пропустила?

– Николай Васильевич только что звонил. Короче, мы летим в Кемерово, а оттуда уже в Новокузнецк.

Брови Клавы поползли вверх, она уже хотела возмутиться, но, подумав, передумала. Поразмыслив о том, что так они увидят намного больше северных красот, девушка расплылась в заговорщической улыбке.

– Настю буди, – напомнила Тоня и взяла свой небольшой тёмно-серый чемоданчик, направляясь с ним к стойке регистрации на новый рейс.

Клава проследила путь подруги и вздохнула, возвращаясь к Настасье и пугающей мысли о том, что её нужно разбудить. А миловидная блондинка была ох, как страшна в таких состояниях… Пострашнее разъярённого бультерьера. Вздохнув и собравшись с силами, брюнетка встала и подошла к подруге, трогая её за плечо и начиная будить.

– Просыпайся, Настя.

Блондинка что-то промычала в ответ.

– Просыпайся, Настя, – требовательнее повторила брюнетка.

– Иди на…

– Просыпайся! – громче повторила Клава. – Мы вылетаем.

– Куда? А, пофиг, я никуда не полечу, я сплю…

– Ты предлагаешь мне тебя нести? – спросила Клава, складывая руки на груди.

– Неси.

– А не нагло ли это, Настенька?

– Неа, – самым наглым образом ответила блондинка, даже не думая открывать глаза и, тем более, вставать.

В общем, с горем и матами пополам, Настасью разбудили и отвели под ручку к стойке регистрации, где уже кипела, бледнела и багровела от негодования Тоня.

– Да я… Да вас… – начала гневно говорить шатенка, но из динамиков прозвучал голос, приглашающий их на посадку, что спасло Настю и Клаву от страшной смерти от рук подруги. – Ладно, в самолёте договорим.

– А в самолёте нельзя шуметь, – милым таким голосом ответила брюнетка, катя чемоданчик к коридору до самолёта. – Иначе нас могут высадить.

– Да я сама вас высажу! На высоте десять тысяч метров, без парашюта, – ответила шатенка.

– Подождите… – подала голос спящая на ходу блондинка, когда они уже шагнули в коридор до самолёта.

– Что? – хором спросили подруги.

– Я в туалет хочу, – разлепив глаза, произнесла Настасья.

– В самолёте сходишь, – ответила Тоня, беря блондинку под руку и ведя вперёд, но Настя встала на месте, упираясь.

– Я не пойду, – заныла Тихая. – Я не дотерплю!

Тоня снова изобразила невообразимую гамму не самых добрых эмоций на своём лице, попутно, размахивая руками так, словно она пыталась вызвать дьявола.

– Ладно, – сменила гнев на милость шатенка. – Иди.

– И я тоже, – подала голос Клава.

– И ты тоже, – вздохнула Тоня. – Надеюсь, дорогу обратно найдёте?

Брюнетка и блондинка закивали и быстро потопали в обратном направлении к заветной двери с табличкой: «Женский туалет».

К радости Антонины её дорогие подруги не потерялись, не заснули, не перепутали рейс и, вообще, не сделали ничего такого, чего она опасалась. Девушки благополучно вернулись на борт и заняли свои места, но только Тоня расслабилась и надела на глаза повязку для сна, собираясь немного вздремнуть, как Клава, сидящая на среднем сиденье, заныла:

– Тоня, я к окну хочу. Ну, пожааалуйста!

– Отстань, – ответила шатенка, не снимая повязки.

– Ну, Тоняяяя, – затянула брюнетка. – Это же Сибирь, это же – мечта!

– Мы ещё в Москве, и Сибирь твоя будет только через часов пять.

– Но будет же?

– Будет.

– Тоняяяя… – вновь затянула брюнетка, беря подругу под локоть и пытаясь снять с неё повязку, чтобы она увидела её взгляд, против которого нельзя устоять.

– Отстань, – отозвалась шатенка.

– Ну, Тонечка…

– Изыди, – беззлобно ответила Тоня, сбрасывая руку подруги.

– Злая ты, – вздохнула Клава и отодвинулась. – Всё, не буду с тобой разговаривать до самого приземления!

– Спасибо тебе, Господи, за это.

Клава надула губы и сложила руки на груди, отворачиваясь к уже вновь сопящей Настасье. Их перепалка с Тоней, да и угрозы были шуточными, но пообижаться (тоже в шутку) сам Бог велел! Вот Клава и обижалась. Не долго, к слову, обижалась, потому что когда самолёт взлетел, девушка как-то незаметно заснула.

– Уважаемые пассажиры, мы приземлились в аэропорту города Кемерово. Можете покинуть свои места. Приятного времяпрепровождения в Кемерово! – прозвучал голос пилота, будя Клаву.

Девушка поморщилась, вздрогнула, потому что её чёрные волосы, упав во сне на лицо, показались спросонья неким монстром. Поняв, что тревога ложная, брюнетка вздохнула и убрала пряди с лица, после чего взглянула на Настасью, которая сидела, съехав на своём месте, и смотрела перед собой. Затем, девушка перевела взгляд на Тоню, которая уже давно проснулась и сейчас придирчиво разглядывала своё отражение в пудренице, пытаясь устранить следы помятости на лице и чёрные крупицы чуть осыпавшейся туши.

– На выход? – захлопнув пудреницу, спросила шатенка.

Клава кивнула, Настя просто молча встала, выходя в проход и позволяя выйти и подругам. Девушки вышли из самолёта, затем, вернулись, потому что Клава забыла свой рюкзак.

– Ну, Швиммер, – угрожающе прошептала Антонина, косясь на бегом возвращающуюся к ним подругу. – Ну, погоди…

– А что я? Я ничего! – милейшим голоском маньяка под прикрытием отозвалась брюнетка. – Это всё эти дурацкие правила, что сумки, видите ли, нужно класть на полки!

– Правила не дурацкие, а предусмотрительные, – возразила Тоня. – Вот, представь себе ситуацию – самолёт попадает в катастрофу, ты подрываешься с места и хочешь бежать к аварийному выходу, но спотыкаешься об свой же рюкзак и падаешь. И тебя затаптывают другие бегущие.

– Мрак… – изрекла Клава. – Если я, не дай Господи, попала в подобную ситуацию, то такая мелочь, как рюкзак на ноге, меня бы не остановила. Адреналин, Тоня, он, знаешь ли, творит чудеса.

– А я бы поползла, – подала голос Настасья.

Клава и Тоня обернулись на подругу. До этого девушки думали, что блондинка спит на ходу, походя на зомби, и их несколько удивило то, что Настя не только ответила, но и сделала это в тему.

– Клав, – обратилась к подруге блондинка, – купишь мне кофе? Я кошелёк в чемодан положила.

– Конечно, – кивнула брюнетка.

Пройдя регистрацию по прилёту и купив кофе, девушки забрали чемоданы, Тоня попричитала о том, что на её чемодане появилась новая царапина и девушки двинулись к выходу.

– Чёрт, на звонок не хватит, – произнесла шатенка, смотря на испускающий дух телефон.

– А кому тебе нужно позвонить? – поинтересовалась Настасья.

– Косте. Он нас повезёт до Новокузнецка. На автобусе.

– На автобусе?! – повторила за подругой блондинка. – А мы не замёрзнем?

– Не должны. Костя этот хороший мужик, да и за рулём уже не первый десяток лет. Думаю, у него должен быть обустроенный автомобиль.

– Мой возьми, – сказала Клава, протягивая Тоне телефон.

– Спасибо, – кивнула шатенка, быстро набирая номер.

Дозвонившись до Константина, Антонина узнала, что он уже ждёт их около выхода. Подхватив чемодан и поторопив подруг, шатенка быстро пошла к выходу.

– Здравствуйте, Константин, – поздоровалась Тоня.

– Привет, Антонина, – улыбнулся средних лет мужчина с приятным добрым лицом и ямочками на щеках.

– Я – Клава, – представилась брюнетка.

– Настя, – последовала примеру подруги блондинка.

– Приятно познакомиться, – кивнул мужчина. – Я – Константин Сергеевич, но вы зовите просто по имени и на «ты».

– Хорошо, – кивнула Клава.

– Занимайте места, – сказал мужчина. – Сейчас поедем.

Девушки согласно кивнули и заняли свободные места, которых было больше, чем им было нужно. Тоня тут же прилипла к розетке, подключая телефон на подзарядку и что-то трепетно над ним шепча, приговаривая. Настасья просто сидела, о чём-то думая. Хотелось бы поспать, но после самолёта спать как-то больше не тянуло. Клава, несмотря на усталость, неимоверно радовалась тому, что за окном тайга, зима, холода… в общем, всё то, что она так страстно желала увидеть. Правда, за окном была густая сибирская ночь (на самом деле, вечер), но кое-что можно было рассмотреть.

Аэропорт давно остался где-то позади и вот уже сорок минут, как за окнами девушки не видели ничего, кроме минималистичного снежного пейзажа. Одна дорога, один автомобиль, четверо человек и огромная тайга вокруг – от этого у Клавы захватывало дух. Тоню эта картина тоже впечатляла, но она была больше занята своим несчастным сотовым.

Ещё через полчаса Клаву сморило, и она начала потихоньку дремать, слыша остатками сознания звуки любимой мелодии в наушниках и, наконец-то, перестав выстукивать пальцами её ритм.

– Да? – ответил Константин на вызов по рации. – Да? Я вас слушаю, говорите?

В шипении послышались непонятные слова, явно не на русском языке. Мужчина уже хотел отклонить вызов, но вдруг там, на том конце связи, заговорили по-русски.

– Здравствуйте, с кем мы говорим? – спросил приятный мужской голос.

– Эм… Константин Чернов, водитель, – представился мужчина. – А кто вам нужен?

– Любой, кто услышит.

Мужчина вопросительно изогнул бровь, Клава и Настасья заинтересовано вытянулись в его сторону.

– С вами что-то случилось?

– Да, – ответил голос в рации. – Мы совершали перелёт из Токио в Санкт-Петербург, но попали в бурю и были вынуждены совершить аварийную посадку.

– Чем я могу вам помочь? – спросил Константин, останавливая автобус, сворачивая к обочине.

– Раз мы смогли с вами связаться, значит, вы находитесь в пределах двухсот километров. Если мы сообщим точные координаты, вы сможете нас забрать?

– Вас? Понимаете ли, у меня автобус, а в самолёте…

– Это частный самолёт, – перебил мужчину голос в рации. – Здесь только четверо владельцев и персонал. Вы сможете подобрать хотя бы их?

– «Их» – это кого? А, впрочем… не важно. Надеюсь, вас там не три десятка обслуги?

– Нет. Я имел в виду людей, которых я сопровождаю.

– Хорошо, парень, – согласился Костя. – Давай координаты, надеюсь, смогу помочь.

– Очень надеюсь на это, потому что мы не можем ни с кем связаться вот уже сорок минут.

– Это из-за погоды, – хмыкнул мужчина, косясь в сторону окна, за которым кружила вьюга.

Таинственный собеседник сообщил координаты места посадки. Оказалось, что это место совсем близко, всего в десяти километрах езды. Сообщив девушкам, что они сделают небольшой крюк, чтобы подобрать потерпевших, Константин снова выехал на дорогу и двинулся к месту назначения.

– И кто они? – поинтересовалась Настасья, обращаясь к водителю.

– Я толком не понял, – пожал плечами мужчина. – Понял только, что какие-то важные персоны: частный самолёт, обслуживающий персонал…

– Вот бы политик! – воодушевилась Тоня, впервые подав голос за последние полтора часа.

– Нет уж, Тоня, я политика не повезу, – покачал головой Константин. – Я скажу что-нибудь не то, а за мной потом приедут и увезут меня в места не столь отдалённые.

– Что за предубеждения, Константин?

– Это предосторожности, – ответил мужчина.

Он слегка прищурился, вглядываясь в тёмное пятно на фоне белого снега. Пятно на поверку оказалось разукрашенным тёмными узорами самолётом.

– Неплохо живут, – отметила Клава, припадая к стеклу. – Вон, транспорт какой…

Остановив автобус, Константин послал вызов на рацию потерпевших и сказал, когда на том конце связи ответили:

– Мы приехали. Жёлтый автобус. Вы дойдёте сами?

На том конце связи снова послышалась непонятная речь, которая быстро сменилась на русский язык.

– Дойдём. Спасибо за то, что откликнулись.

– Русские должны помогать друг другу, – улыбнулся Костя.

Буквально через минуту дверь самолёта открылась, и наружу выбросили аварийную горку. В дверном проёме мелькнула фигура и скатилась вниз, вставая на ноги и увязая в снегу. Следом скатилась ещё одна фигура, и ещё одна, и ещё.

Уже все три девушки прилипли к стеклу, наблюдая за тем, как четыре фигуры (судя по всему, те самые высокопоставленные персоны) двигались в их сторону, натягивая на головы капюшоны, кутаясь в курточки и пытаясь не упасть. Следом шли ещё трое человек, таща чемоданы «вельмож» (или дам, пока было непонятно).

Константин вышел из кабины, помогая погружать багаж и переговариваясь с тем парнем, с которым разговаривал ранее и который оказался переводчиком.

– Садитесь и вы, подвезём, – сказал Костя переводчику.

– Нет, не можем, – ответил парень. – Самолёт не сломан, просто некоторые проблемы. Думаю, их вскоре смогут устранить. Мы не можем рисковать и оставлять группу в самолёте, но сами уйти не можем, там дорогостоящая аппаратура, вещи и прочее…

– Группа? – переспросил мужчина, косясь на гостей, которые не снимали капюшонов и продолжали дрожать даже, несмотря на то, что были уже внутри салона автобуса, а там было достаточно тепло.

– Да, музыкальная группа, – кивнул переводчик. – Вы сможете отвезти их в Новокузнецк?

– Мы как раз туда и направляемся, – кивнул Костя. – Конечно, отвезём и поселим в отель.

– Лучший отель, – аккуратно уточнил переводчик. – Они привыкли ко всему лучшему.

– Как скажите, – пожал плечами Константин. – Лучший, так лучший.

– Спасибо, – ещё раз кивнул парень-переводчик. – Тогда я пойду?

– А номер не оставишь, чтобы я тебе сообщил, куда музыкантов поселил?

– Ах, точно… Господи, у меня голова уже кругом…

– Бывает, – улыбнулся мужчина.

Договорившись и отправив обслугу «вельмож» обратно, Константин вернулся за руль, но автобус заводить не спешил – точнее, автобус не спешил заводиться совершенно самостоятельно, намекая на то, что не надо было глушить его посреди тайги.

Клава, Тоня и Настя заинтересованно поглядывали в сторону непонятных и пока неизвестных высокопоставленных гостей. Парни (а все четверо оказались именно представителями мужского пола) начали понемногу отмирать и даже раздеваться. Первым снял капюшон среднего роста парень. Среднестатистическое лицо, длинные русые волосы – ничего особенного. Вторым «открылся» красно-рыжий невысокий худощавый парень с невероятно зелёными глазами, который выглядел лет на девятнадцать. Третий был высоким и куда более запоминающимся: тёмно-зелёные глаза с вкраплениями карего, очерченные скулы, пухлые губы и серёжка в нижней губе. Волосы у парня были длинными, собранными в пучок, а цвет их был тёмно-каштановый. На лице парня была заметная небритость. Четвёртый и последний тоже взялся за капюшон, снимая его, являя публике свой лик. Парень этот тоже был высоким, лицом был похож с третьим, только глаза темнее – чистого карего цвета, брови тоньше и серёжка не в губе, а в носу – кольцо в носовой перегородке. Волосы у парня были белые (не блондинистые, а именно белые), а на концах они были тронуты фиолетовым и розовато-закатным.