Пешком до Луны

Глава 1

Модный ресторан в центре города. Кругом мужчины в стильных костюмах с небольшими приемниками в ушах и жутко деловитым видом. Женщины на каблуках порхают словно птицы: одна спешит на свидание, вооружившись модным клатчем и ярко-красной матовой помадой, другая – бизнес-леди – в строгом костюме насыщенного синего цвета и с едва заметной розовой брошью на левом верхнем кармане пиджака – проблеск бунтарской натуры. Блестящая розовая птица кричит: «Я не пленница серых костюмов идеального покроя, я живу настоящей жизнью, и пусть даже не всегда следую правилам здешнего общества, где каждый делает то, что должен, и верит в так называемую систему».

Я вижу всё это сквозь огромное окно, напротив моего столика из светлого дерева с резными углами. Вижу мир, который кипит страстями, мир, в котором люди вечно куда-то спешат и всё равно опаздывают. Иногда они даже не понимают, зачем они делают то, что делают, а лишь следуют установленным какими-то идиотами «законам существования».

Бегут люди, бегут стрелки на недавно купленных за бешеные деньги наручных часах цвета металлик, а я всё сижу и думаю, много думаю: о родителях, сестре, лучших друзьях и даже о незнакомых мне людях – о том, кто они, кого любят, кого ненавидят, куда торопятся.

Мне уже некуда торопиться. Я нашла свой мир, который до безумия люблю и в котором плаваю как рыба в воде. Перед вами сильная и смелая мисс Брэй, маленькая частичка огромного шоу-бизнеса.

Сидя на стильном, но в то же время ужасно неудобном, высоком барном стуле, обитом шоколадного цвета кожей с золотыми заклепками, я потягиваю кофе, хотя, если честно, терпеть его не могу. Открыт ноутбук, рядом – ежедневник и ручка-паркер – атрибуты успешного человека, профессионала в своем деле, человека видного, значимого, сильного духом, обладающего своим стилем. И что уж точно у такого человека есть, так это пара бумажек в кармане, которые он не будет беспокойно пересчитывать и откладывать на «чёрный день» и которыми легко сможет расплатиться за кофе.

Мечта сбылась – я, Мишель Брэй, обедаю в «Континентале», где чашка капучино стоит больше, чем полное издание «Войны и мира». Могу ходить по лучшим бутикам, салонам и ресторанам, быть в центре внимания самых завидных парней и посещать закрытые вип-вечеринки. Сегодня на мне пышная юбка из мягкой сетки и жёлтого атласа, замшевые изумрудные туфли и розовая блуза с колье из разноцветных треугольников. Укладка и новый цвет волос – решила сменить привычный блонд на насыщенный каштановый оттенок. Идеальный дневной макияж подчеркивает глаза. У меня есть всё: лучшая в мире работа, красивая одежда и даже кружка отвратительно дорогого кофе.

– Вставай, уже пол седьмого. В школу опоздаешь!

Вот и закончилась прекрасная сказка о девочке, которая мечтала покорить большой город. Открываю глаза и вижу звезды. Ими украшена потолочная плитка. И пока что это единственные звезды, до которых я могу достать рукой.

– Как? Уже пол седьмого? – из сонного состояния выводит осознание того, что вовремя на литературу я точно не приду. – Я же просила, в шесть! – Сбрасываю с себя одеяло и бегу в ванную, но оказываюсь перед запертой дверью. – Сэм, вылезай, я опаздываю!

– А мне плевать, – слышится за дверью.

Да как так можно? Мало того, что мне приходится жить с ней в одной комнате, так ещё и терпеть все её закидоны. Саманта – моя младшая сестра, ей тринадцать. Ох уж этот переходный возраст: черные футболки на пике моды, вечное залипание в компьютере и знаменитое «я вас всех ненавижу». А ведь могла же вырасти нормальной девочкой. Но пока что это белокурая бестия, ростом всего-то метра полтора, превращающая мою жизнь в кошмар. У нас разница в возрасте всего четыре года, но ощущение, будто в вечность.

Делать нечего – я вернулась в комнату, упала в кресло и начала вспоминать прекрасный «Континенталь», кожаный стул и отвратительно дорогой кофе. И вдруг мысль о возможном кофейном пятне на желтой атласной юбке прервалась внезапным озарением.

На прошлый новый год в игре «Тайный Санта» мне подарили ежедневник. Правда, я его даже не открывала. Не видела смысла. Да и что мне писать? «Привет, дневник! Сегодня я позавтракала и опоздала на литературу»? Ну нет, бред какой-то.

Но сейчас что-то щелкнуло в моей голове – быть может, заработал рычаг смелости и стремления к новой жизни? Я подбежала к столу, достала дневник с полки и на обложке фиолетовой ручкой вывела надпись:

История о девочке, которая хочет взобраться на высокую сцену, проникнуть в мир шоу-бизнеса и самых лучших вечеринок. Словом, покорить этот большой, необъятный, величественный город. История обо мне, пока что семнадцатилетней Мишель Брэй.

Я воодушевилась: моя жизнь будет услышана, и пускай только этими хрустящими страницами. Моим мыслям большего и не надо. Спустя семнадцать лет хаоса, я наконец, поняла, чего я хочу. Мысли выстроились в ровный поток. Решено! Найти себя, найти свой путь и проживать каждый день так, как некоторые не проживают и целую жизнь.

– Иди в свою ванную, бесишь уже – надуто проговорила Сэм.

Но я уже никуда не спешила, я была занята вещами поинтереснее. Думала о своём сказочном сне и писала, писала, писала. Однажды я слышала, что если много о чём-то думать, записывать свои желания и цели, то они обязательно станут правдой. Как говорит мама – мысли материализуются. И вот, строчка за строчкой я приближалась к своей мечте. Из старшеклассницы Мишель за одну страницу выросла Мисс Брэй, готовая горы свернуть.

17 октября. Рождение мыслей.

Я человек мыслей. И больше всего я думаю. Думаю о том, кто я, и где в этом мире моё место. А вдруг я никогда не смогу добиться желаемого? Остаться одинокой и непризнанной с вагоном устаревших целей и несбывшихся надежд за спиной – хуже всякого провала.

Хорошая карьера – вот что мне нужно. Это лекарство от всех болезней, и само осознание того, что я найду себя, захватывает меня волной счастья. Мне нужна капелька везения и веры в себя. Я точно знаю, что хочу ходить с папкой, полной документов и фотографий, заклеить всю стену стикерами с важными поручениями, общаться с сотнями людей и находить лучшие решения, успевать сделать невозможное в самые короткие сроки ради одного волшебного момента – момента, когда у тебя уже всё спланировано, и ты с лёгким волнением смотришь на результат.

Я хочу жить этим городом: наслаждаться его лучшими вечеринками, общаться с лучшими людьми и работать в любимом месте. Делать то, что приносит тебе неподдельный кайф – это и есть реальное счастье.

Одно только «но». Работы как не было, так и нет. И найти её настолько непросто, что, кажется, проще научить собаку есть китайскими палочками. Но сегодня я мечтательный оптимист, и, надеюсь, это теперь не просто настроение, а состояние души. Ведь если не верить, ничего не получится. Каждому нужно во что-то верить.

Если подумать, любое открытие начиналось с мечты – мечты о том, что постучав камень о камень, можно получить огонь, или о том, что освещать жилище можно не только керосином. Если бы человек не верил в вещи, казавшиеся с первого взгляда невозможными, он бы не открыл колесо, лампочку, телефон, компьютер. Он бы так и не узнал, что Земля круглая. Одни верят в Бога, другие в потусторонний мир и волшебных существ. Верить можно во всё, даже в бургеры.

Я верю в людей. Я верю в них, потому что они могут сделать невозможное возможным. Надеюсь, моё невозможное скоро рассеется, и откроется «О дивный новый мир»1, только не такой пугающе дивный, каким его описывал Хаксли.

В надежде и вере наша сила. В умении ставить цели и добиваться их – наша смелость. Так начнём же путь через тернии к звездам!

Мечтательная и пока что семнадцатилетняя

Мишель Д. Брэй

– Мишель, я так понимаю, в школу тебе сегодня не нужно?

– Прости, мам, уже лечу! – На часах семь. Ну нет, сегодня я точно не опоздаю!

Надеваю голубые джинсы, натягиваю серую футболку с логотипом «Рэйнольдс», на ходу накидываю красную клетчатую рубашку и бегу в ванную. Щелчок дверного замка, на волосах уже резинка, открыла кран. Умывшись, смотрю в зеркало.

– Сегодня ты сможешь невозможное и даже больше, Мишель Брэй!

Глава 2

На улице уже ждёт синий «опель», и облокотившийся на капот мой лучший друг Алекс. Из машины рукой машет Джей.

– Привет, дурёха! Сегодня я на переднем сидении. Давай быстрее, мы не на шутку опаздываем!

Дженнифер Эддингтон – моя удивительная подруга ещё с шестого класса. Она изо дня в день не перестает меня удивлять. Смелая, независимая, свободная как птица, она делает, что хочет, и, может быть, поэтому у неё плохие оценки и постоянные вызовы к директору. Мы с ней разные, но она моя Джей, и я не променяю её ни на кого другого. Темноволосая высокая барышня в кожаной жилетке и рваных джинсах с горящими глазами и ярко-красными губами – её вы точно не пропустите. Джей – наша отвязная тусовщица, в общем-то, сестра своего брата, правда, того ещё придурка. И благо, Джей на этот счёт абсолютно со мной согласна. Как говорится, в семье не без Эвана, или в моём случае – не без Сэм.

Эван старше её на год, но иногда мне кажется, что младше на шесть. Его жизнь – это друзья, алкоголь и футбол и девушки, много девушек, очень много девушек. Как он играет с таким процентом алкоголя в крови, я до сих пор удивляюсь, а вот что насчёт девушек – так у Эвана их столько, что хватит на десяток гаремов. Каждая ночёвка у Дженнифер – это повод познакомиться с новой моделью, черлидершей, стилистом, фотографом или даже студенткой по обмену из Китая.

Сажусь на заднее сидение нашего «опеля», Алекс врубает музыку и нажимает на газ.

Школа, школа… Дайте подумать. Пожалуй, я даже не буду скучать. В этом огромном трехэтажном здании из красного кирпича нет совершенно ничего привлекательного. Только уроки, оценки и прочая ерунда.

Заглядываю в шкафчик, беру тетради и вприпрыжку подбегаю к Алексу.

– А ты сегодня отлично выглядишь! В честь чего это? А ну, рассказывай, для кого принарядился?

Алекс сегодня и впрямь отличился: голубая джинсовая рубашка, полосатая бело-голубая бабочка – последний раз он надевал её год назад на школьный бал – и темно-коричневые брюки. Не поспоришь: этот прикид идеально подчеркивает его взъерошенные волосы, нос с горбинкой и пронзительный взгляд голубых глаз. С Алексом мы общаемся с самого детства. И вот сколько я его помню, он всегда был преданным фанатом джинсовок и клетчатых рубашек, но никак не бабочек и лакированных туфель. Хотя сейчас нам уже по семнадцать, а значит, всё меняется. Даже не верится, что это последний год в школе. Впереди маячит немного пугающая, но такая манящая взрослая жизнь.

Пятнадцать лет назад в подгузниках и ходунках, а сегодня уже ученики выпускного класса: я, невысокого роста, в своих любимых джинсах и собранными в хвост длинными светлыми локонами, и он, высокий, худощавый парень с русыми непослушными волосами. Про таких как Алекс говорят – харизматичный малый; умный и находчивый, решает все проблемы, а главное – никогда не бросит в беде. За это я и люблю своего Алекса.

– Сегодня приезжает отец. Хочет, чтобы я сходил на встречу с его другом, он заместитель директора в одной крупной компании. Говорит, они могут взять меня на практику.

– Алекс, это же отличная новость!

– Да, но Мишель, ты же знаешь, я могу хакнуть сайт школы, чтобы подправить оценки Джей, но никогда не думал о том, чтобы заниматься этим всерьёз.

– Это твоё, это то, что ты любишь и умеешь делать. Конечно, они не попросят тебя взломать сайт правительства…

– А жаль, – с улыбкой добавил Алекс.

– Но ведь ты талантлив и сможешь стать выдающимся… Эм… компьютерщиком?

– Я программист, Мишель, – смеясь, исправил меня Алекс. – Компьютерщик – откуда ты вообще это слово взяла? Ну хорошо, на встречу я схожу, но только без этого, – он расстегнул бабочку и закинул в шкафчик.

– Она тебе и не нужна. Главное, что ты это ты, и нет никого, кто справится с этой встречей лучше. Послушай, мне нужно забежать к мисс Уоррен, она попросила помочь с кастингом, так что увидимся в классе!

Когда я вошла в актовый зал, он уже был забит старшеклассниками. Дело в том, что сегодня кастинг на участие в спектакле «Пешком до Луны». Сценарий этой постановки я написала уже давно и предложила полгода назад в порядке бреда. Как видите, руководительница театра, мисс Уоррен решилась её реализовать, хотя и не получит за это ни гроша, потому что школа не выделяет премии на работу театрального кружка. И только если нам удастся сделать что-то действительно стоящее, у нас будет шанс получить деньги на другие постановки.

– Итак, сегодня состоится отбор в актёрскую труппу спектакля… – благодаря громкоговорителю голос разлетался по всему залу.

Кто-то толкнул меня в плечо, я уронила сценарий.

– Прости, пожалуйста, – посмотрев на меня, шепнул зеленоглазый парень. Он на секунду задержал взгляд и стал быстро собирать листы сценария.

– А, вот и претендент на роль главного героя! Наш новый ученик Ричард, – пропела мисс Уоррен. – У него замечательные рекомендации из прошлой школы. Просто находка для нашего театра. Ричи, поднимись на сцену!

– Кажется, это меня зовут, – подавая мне листы, сказал парень, а я будто в прострации была. – Эй, не спи! – он улыбнулся.

– Ах, да. Прости, что-то задумалась, – я забрала сценарий и начала нервно перебирать листы.

– Ричард Нэш, рад знакомству, – и он протянул мне руку.

– Мишель Брэй, крайне удивлена… и тоже очень рада, – смущенно улыбаясь, я пожала его сильную руку.

– Ещё увидимся, Мишель Брэй, – снова улыбка, и он убежал к мисс Уоррен.

Я собралась с мыслями и поспешила туда же.

– Сценарий, как вы знаете, написала наша ученица и автор идеи этого спектакля Мишель Брэй. Мишель, тебе слово.

– Итак, всем привет. – На меня пристально смотрел зеленоглазый красавчик. О, да что за чёрт. Так, ладно, Брэй, не дрейфь! – Этот спектакль, – начала я воодушевлённо, – может решить судьбу нашей школы. Поэтому мы все должны выложиться на сто процентов. Стилисты, визажисты, техники, но самая большая ответственность падет на актеров. Не столь важно, какой костюм будет на главном герое, главное – это чувства, которые он сможет донести. Ваша задача и сейчас, на отборе, и на самой премьере сделать так, чтобы мы видели не людей, разодетых в разноцветные шмотки, а любовь, дружбу, предательство, зависть. Нам нужны эмоции, переживания, а не наигранный пафос. Многие никогда не играли в театре, но нам не нужна игра, нам нужна жизнь. Удивляйте, вдохновляйте, оживляйте скучную театральщину бурными страстями жизни! Всё в ваших руках! – проскандировала я.

Зал молчал. С края первого ряда послышались медленные, отдающиеся эхом хлопки – аплодировал Ричи. И вдруг, все стали аплодировать. Я почувствовала себя лучше, чем когда-либо.

– Отличная речь, Мишель! – Через громкоговоритель прямо мне в ухо прокричала мисс Уоррен.

Я улыбнулась и посмотрела на Ричи, он улыбнулся в ответ.

«Да начнётся волшебство», – подумала я.

«А ты не промах, Мишель Брэй», – подумал Ричи.

Глава 3

24 октября. С первого взгляда.

Можно ли влюбиться с первого взгляда? Эта тайна навсегда останется тайной, ведь люди даже не могут найти точные доказательства, которые помогут понять, что ты влюблён. Каждый испытывает это чувство по-особенному, а некоторые вообще путают его с чем-то другим.

И, наверное, даже хорошо, что эта тайна навсегда так и останется тайной. Некоторым секретам лучше жить за пуленепробиваемой железной завесой. Так, в жизни останется хоть какая-то загадка.

Влюблялась ли я с первого взгляда? Этот вопрос ставит меня в глубочайший тупик. Но с той самой встречи прошла неделя, а я до сих пор только и думаю, что о прекрасном Ричи. Хотя, вряд ли это можно назвать влюблённостью. Ведь мы даже не разговариваем.

Как и следовало полагать, Ричи получил роль главного героя, и теперь я вижу его чаще, чем своих друзей. Кстати, две репетиции в день в течение недели принесли плоды. Скоро премьера, и школа стоит на ушах: парни из оргкомитета под руководством Алекса работают над светом и музыкальным оформлением, а девочки из кружка домоводства шьют костюмы и создают декорации. Мисс Уоррен уже пригласила фотографов из двух подростковых журналов, организаторов конкурса школьных театров и представителей нескольких агентств, занимающихся подготовкой фестивалей и концертов.

Возможность получить деньги у нас определенно будет, если Миранда и Питер (они играют роли друзей Ричи) больше внимания уделят эмоциям, а не продолжат нудно скандировать заученный текст, к тому же с запинками.

Что же до Ричи, так он оказался хорош во всём. Я бы даже сказала, слишком хорош. Единственный, кто его действительно не любит, так это Эван. Он считает, что Нэш хочет отобрать у него жезл популярности. Хотя кажется, Ричи совсем не важно, как его воспринимают окружающие. А так называемый жезл популярности Эвана – это вообще из области фантастики.

Тем не менее, пообщаться с Ричи наедине мне так и не удалось. Меня, как ассистента миссис Уоррен, каждый, кому не лень, хотел видеть 24 часа в сутки, но только не Ричи. Интересно, дело в том, что я ему не нравлюсь, или в том, что Миранда уделяет ему столько внимания, что хватило бы на огромную японскую семью? Но как бы там ни было, он всё равно каждый раз приветливо машет мне рукой в столовой.

Так кто же ты такой, Ричи Нэш? И откроешься ли ты мне?

Возможно влюблённая и пока что семнадцатилетняя

Мишель Д. Брэй

Я закрыла дневник, положила в ящик стола и поспешила на улицу.

Как обычно, наша троица на «опеле» подъехала к главному входу в школу. После трех уроков мы уже сидели в столовой, и Джей впопыхах рассказывала главные сплетни, которые сегодня с утра успела подслушать в женском туалете.

– Я вам говорю, он переезжает в Мичиган, а значит, теперь химию будет вести тот молодой красавчик-практикант.

– Джей, от этого твои семестровые оценки не улучшатся, – усмехнулся Алекс.

– А вот и улучшатся. Ты посмотри на мои ноги, они заслуживают пятерки, – Джей закинула ногу над столом и провела рукой вдоль бедра. – Кстати, как у тебя дела с твоим симпатягой Ричи, Мишель?

– Ну, во-первых, он не мой, а во-вторых, кажется у Ричи уже есть воздыхательница.

– А, ты про Миранду? Не волнуйся, он на неё даже не смотрит. Зато за тобой этот Нэш буквально следит.

Я посмотрела на Алекса, он поднял брови в знак согласия.

– Кстати, вот и он.

Я подняла голову. В столовую вошёл Ричи в сером джемпере и с растрепанными волосами. Даже эта растрепанность была ему к лицу.

– Чёрт возьми, а он очень хорош, – сказала Джей.

Ричи оглядел зал пленяющим взглядом своих зеленых глаз, и, увидев меня, радостно улыбнулся и замахал рукой.

– Мишель, помаши ему в ответ! – завопила Джей.

– Тише ты, а то подумает, что я и правда в него влюбилась.

– А разве не влюбилась? – монотонно отозвался Алекс.

Я опустила глаза, улыбнулась и, кажется, даже немного покраснела. Спустя минуту мимо прошел Ричи.

– Приятного аппетита, Мишель Брэй, – он подмигнул мне.

«И тебе, Ричи Нэш», – подумала я, но сказала:

– Мы же скоро увидимся? Эм… Точнее да, мы скоро увидимся, ведь… Скоро репетиция. Да, репетиция!

– Какой позор, – продолжила я, когда Ричи уже был в нескольких метрах от нас.

Джей и Алекс переглянулись и, как само собой разумеющеюся, сказали почти одновременно:

– Определённо влюбилась.

– Сто процентов.

– Алекс, – я ехидно прервала всеобщее восхищение моим новым кумиром, – мы так и не услышали от тебя ответ. Как прошло собеседование?

– Ну… – сухо начал он. – Меня взяли!

– А не чересчур ли ты счастлив для человека, который не особо то хотел попасть в это место, – поглощая фруктовый йогурт, заметила Джей.

– Джей, ты не поверишь. Чувак, которого отец рекламировал мне, как успешного директора крупной фирмы, оказался просто обалденным! Двадцатиминутное собеседование шло два часа. Сначала мы обсуждали работу, а потом он угостил меня дорогим коньяком, с условием, что папа не узнает, и рассказал, как в молодости работал под прикрытием в одной фирме, занимающейся нелегальной продажей оружия.

– Алекс, да это же просто супер! Ну, в смысле, нелегальное оружие – это не супер, конечно… В общем, я очень-очень рада за тебя.

– Ну вот, – протянула Джей, – теперь я самая безработная из самых безработных.

– Джей, не драматизируй. Я тоже безработная…

– Но амбициозная! – Джей многозначительно указала пальцем в небо.

– Я очень рада за тебя, Алекс.

– Официальный стажер, а по совместительству хакер к вашим услугам, – Алекс улыбнулся, развел руками и сделал поклон головой.

После школы мы заскочили в «Лорен Хаус», наше любимое кафе на Милборн-стрит. Как обычно, шестой столик справа у окна, официантка Нэнси, молочный коктейль, овощной салат и куриные наггетсы.

– Как Майкл? – спросила я у Нэнси.

Майкл – восьмилетний сын двадцати восьми летней Нэнси. Его отец, Ник, шесть лет назад ушел к стриптизерше, бросив бедную Нэн одну с маленьким Майклом. Иногда я помогала ей и с малышом, пока Нэн работала за троих, чтобы устроить Майкла в детский сад. Сейчас у Нэн большие проблемы с деньгами – в прошлом месяце Майкл тяжело заболел, и все деньги им пришлось потратить на лечение. Нэн уже заложила дом, но малышу нужны ещё две операции.

– Майклу сегодня лучше. Кстати, он всё спрашивает, когда ты зайдешь.

– Я обязательно забегу сегодня или завтра, тем более, у меня есть подарок! Мы с Алексом и Джей скопили немного карманных денег, так что скоро у Майкла появится машинка на радиоуправлении.

– Ребята, вы чудо! Но мне как-то неловко брать у вас что-то. Вы ещё школьники, а я в силах заработать и сама.

– Нэн, тебе сейчас нужна помощь, и нам это не составляет труда. Позволь нам помочь, это от чистого сердца, ведь мы все любим малыша Майкла! Даю слово, когда-нибудь я найду деньги на операции, и мы с ним снова сходим на его любимую игровую площадку.

На глазах Нэн выступили слёзы. Она вздохнула и, развернувшись в сторону кухни, дрожащим голосом сказала:

– Ну, я за наггетсами. Они, кажется, уже готовы.

Когда Нэнси ушла, Джей спросила:

– Мишель, ты очень к ней добра, но скажи на милость, где ты собирается найти несколько тысяч долларов? Зачем ты вселила надежду в Нэн, если даже для себя таких денег достать не можешь?

– Я уверена, я найду способ. Ведь речь идет о жизни Майкла, Джей!

– Я хочу верить, но ты же сама знаешь, твоя тётя умерла от того, что мы не успели найти деньги на операцию.

– Джей, не надо, – вмешался Алекс.

– Ничего… – ответила я.

Очередное напоминание о тёте Норе. Я даже потеряла аппетит.

– Как бы я не любила Майкла… Его спасёт только чудо.

– Да, Джей, чудо! Но это чудо не произойдет, если мы будем сидеть и ждать, пока Нэн принесет дурацкие наггетсы! – я соскочила с дивана. Я сорвалась, мысль о тёте Норе не давала покоя. – Нора умерла, потому что мы не дали ей это чудо! Я не дала ей его!

Джей сидела молча.

– Мишель, не надо. Это было год назад, и ты в этом не виновата, – начал успокаивать меня Алекс. Он всегда вставал между мной и Джей, когда мы ругались. – Нора была прекрасной, и ты знаешь, её все любили. Мы найдем способ помочь Майклу! Обязательно найдем!

Я опустилась на диван. Воспоминание о моей родной Норе выгнало из головы всё: даже мысль о Ричи Нэшэ.

– Прости, Мишель… Я не хотела, – начала Джей.

– Вы правы. Мы не виноваты… Никто не виноват, – сказала я отстраненно.

Нэнси вынесла поднос с наггетсами.

– О, кажется нам уже принесли дурацкие наггетсы, – улыбнувшись, сказал Алекс. И мы засмеялись.

Секунду назад мне хотелось разрыдаться, уйти прочь из кафе и никогда сюда не возвращаться. Так же я чувствовала себя год назад, когда умерла Нора.

А всё-таки хорошо, что у меня есть друзья. Когда мне грустно, они смешат меня наггетсами. Как же хорошо. И уже почти не грустно.

Глава 4

Тёте Норе было двадцать девять, когда врачи обнаружили у неё сердечную недостаточность. Для моей мамы, её старшей сестры, это прозвучало как приговор, а я верила, что она справится. Норе нужна была пересадка сердца, но у нас не было такого количества денег, чтобы достать ей новый «моторчик».