Как достичь познания высших миров?

Посвящение

Посвящение– высшая из ступеней пути духовного ученичества, относительно которой в этой книге еще могут быть даны общепонятные указания. Сообщения обо всем, что лежит за этой ступенью, понимаются уже с трудом. Но и к ним найдет путь каждый, кто благодаря подготовлению, просветлению и посвящению уже проник в тайны более низкого порядка.

Знание и способности, получаемые человеком путем посвящения, он мог бы приобрести и без такового – хотя и в очень отдаленном будущем, после многих воплощений, – на совсем ином пути и в совершенно иной форме. Получающий посвящение уже сейчас узнает нечто такое, что иначе он узнал бы гораздо позднее и при совершенно иных условиях.

Человек может действительно узнавать о тайнах бытия лишь соответственно уровню своей зрелости. Только в этом и коренятся препятствия к достижению высших ступеней знания. Человеку не следует применять огнестрельное оружие, пока он не приобрел достаточного опыта, чтобы не причинить вреда его употреблением. Если бы кто-нибудь сразу получил посвящение, он лишился бы того опыта, который ему еще предстоит приобрести в течение будущих воплощений, когда в нормальном ходе развития ему смогут открыться соответствующие тайны. Вследствие этого в преддверии посвящения этот опыт должен быть заменен чем-либо другим. Первые наставления ищущему посвящения и состоят поэтому в замене его будущего опыта. Это – так называемые «испытания», которые ему надлежит пройти и которые наступают как правомерные последствия душевной жизни, при правильном выполнении упражнений, подобных описанным в предыдущих главах.

Об этих «испытаниях» нередко говорится и в книгах. Но естественно, что при подобном освещении «испытаний», как правило, возникают совершенно ошибочные представления об их природе. Ибо кто сам не прошел через подготовление и просветление, тот никогда не сможет ничего узнать относительно этих испытаний. Он не сумеет и описать их со знанием дела.

Посвящаемому должны открыться некоторые вещи и факты, принадлежащие к высшим мирам. Но он может увидеть и услышать их только в том случае, если он способен ощущать духовные восприятия в виде образов, красок, звуков и т. д., о которых упоминалось при описании «подготовления» и «просветления».

Первое «испытание» состоит в том, что ученик достигает более верного созерцания телесных свойств безжизненных тел, а затем – растений, животных и человека, чем каким обладает средний человек. Но под этим подразумевается не то, что называют сегодня научным познанием, поскольку речь здесь идет не о науке, а о созерцании. Обычно это происходит так, что посвящаемый научается познавать, каким образом вещи в природе и живые существа возвещают о себе духовному слуху и зрению. В известном смысле они предстоят тогда созерцателю без покрова, обнаженными. Те свойства, которые он при этом воспринимает духовным зрением и слухом, остаются сокрытыми для чувственного глаза и уха. Чувственное созерцание не проникает дальше покрова, в который они как бы облачены. Для посвящаемого этот покров спадает; это основывается на процессе, который называется «процессом духовного сгорания». В силу этого первое испытание называется «испытанием огнем».

Для некоторых людей уже сама жизнь в той или иной мере является бессознательным процессом посвящения через испытание огнем. Это люди, которые имеют настолько богатый жизненный опыт, вызывающий в них здоровый рост доверия к себе, мужества и стойкости, что они научились с душевным величием и, особенно, со спокойствием и непоколебимой силой переносить страдания, разочарования и неудачи в своих начинаниях. Тот, кто прошел через такого рода опыт, нередко, сам того отчетливо не сознавая, уже является посвященным, и тогда недостает лишь немногого, чтобы раскрыть ему духовные уши и очи, сделать его ясновидящим. Надо твердо помнить, что при истинном «испытании огнем» имеется в виду не удовлетворение любопытства посвящаемого. Правда, при этом он узнает необычайные факты, о которых другие люди не имеют никакого понятия. Однако само знание является здесь не целью, а лишь средством к достижению цели. Цель же состоит в том, чтобы через познание высших миров посвящаемый приобрел большее и более истинное доверие к себе, более возвышенное мужество и такое душевное величие и выдержку, какие едва ли достижимы в нижнем мире.

Пройдя «испытание огнем», посвящаемый еще может вернуться назад. Укрепленный физически и душевно, он продолжит свою жизнь и лишь в одном из следующих воплощений сделает дальнейшие шаги на пути посвящения. А в настоящей своей жизни он станет более полезным членом человеческого общества, чем был прежде. В каком бы положении он ни находился, его твердость и осмотрительность, его благотворное влияние на ближних и его решительность окажутся значительно возросшими.

Если же, выдержав испытание огнем, посвящаемый захочет продолжить путь духовного ученичества, то теперь ему открывается определенная система письмен, употребительных в духовном обучении. В этих письменах и раскрываются подлинные тайноведческие учения. Ибо действительно «сокровенное» (оккультное) в вещах не может быть непосредственно высказано словами обыкновенного языка или начертано обычными системами письмен. Получившие знание от посвященных переводят тайноведческие учения, насколько это бывает возможно, на обыкновенный язык. Оккультные письмена раскрываются душе, когда она достигла способности духовного восприятия. Ибо эти письмена навеки начертаны в духовном мире. Им нельзя научиться тем способом, каким учатся читать искусственные письмена. Человек сам закономерно вырастает навстречу ясновидческому познанию, и во время этого роста развивается, как особая душевная способность, та сила, которая чувствует побуждение расшифровывать обступающие ее события и существ духовного мира, как начертанные письмена. Может случиться и так, что эта сила, а вместе с ней и переживания, вызываемые соответствующим «испытанием», по мере развития души пробуждаются как бы сами собой. Однако вернее достигают цели, следуя указаниям сведущих духовных исследователей, имеющих опыт в чтении оккультного письма.

Знаки тайного письма не вымышлены произвольно, но соответствуют силам, действующим в мире. Посредством этих знаков научаются языку вещей. Посвящаемому вскоре открывается, что знаки, которые он теперь знает, соответствуют образам, цветам, звукам и т. д., которые он научился воспринимать во время подготовления и просветления. Ему открывается, что все предшествующее было как бы изучением азбуки. Только теперь начинает он читать в высшем мире. Все, что прежде было только отдельным звуком, цветом, образом, является ему теперь в великой взаимной связи. Только теперь получает он настоящую уверенность при наблюдении высших миров. Прежде он никогда не мог знать вполне определенно, верно ли было им увидено то, что он видел. И только теперь становится возможным взаимопонимание между испытуемым и посвященным в области высшегознания. Ибо, как бы ни сложилось в обычной жизни общение посвященного с другим человеком, непосредственным образом передать что-либо из высшего знания посвященный может только на упомянутом языке знаков.

Посредством того же языка духовный ученик знакомится и с некоторыми правилами поведения в жизни. Он узнает некоторые обязанности, о которых прежде ничего не знал. И узнав эти правила поведения, он может совершать вещи, имеющие такое значение, какое никогда не могут иметь поступки непосвященного. Он действует из высших миров. Наставления к подобным действиям могут быть поняты только на указанном языке письмен.

Однако необходимо отметить, что есть люди, способные совершать подобные действия бессознательно, несмотря на то, что они не прошли через духовное ученичество. Такие «помощники мира и человечества» проходят через жизнь, принося благословения и благодеяния. По причинам, которых здесь незачем касаться, им были сообщены дары, кажущиеся сверхъестественными. Эти люди отличаются от духовных учеников единственно тем, что последние действуют осознанно, полностью постигнув общую взаимосвязь явлений. Благодаря пройденной им школе, ученик достигает того же, что было даровано первым высшими силами на благо мира. Благодатно одаренные заслуживают искреннего почитания; но отсюда не следует, что труды ученичества надо считать излишними.

Когда духовный ученик изучил знаки упомянутого письма, для него начинается дальнейшее «испытание». Цель его – выяснить, способен ли он свободно и уверенно действовать в высшем мире. В обычной жизни человек побуждается к действиям внешними мотивами. Он делает то или иное, потому что обстоятельства возлагают на него те или иные обязанности. Излишне упоминать, что духовный ученик не вправе пренебрегать ни одной из своих обязанностей в обычной жизни в силу того, что он живет в высших мирах. Никакая обязанность в высшем мире не может заставить человека пренебречь какой бы то ни было из его обязанностей в обычном мире. Отец семейства остается таким же хорошим отцом семейства, мать – такой же хорошей матерью, служащий не уклоняется от своей службы, так же как и солдат или всякое другое лицо, когда они становятся духовными учениками. Напротив, все качества, способствующие развитию в человеке жизненных навыков, у духовного ученика возрастают в такой мере, о которой непосвященный не может иметь никакого понятия. И если непосвященному порою кажется, что это не так, то причина только в том, что он не всегда умеет верно судить о посвященном. Поступки последнего иногда не сразу понимаются другими. Но и это, как сказано, обнаруживается только в особых случаях.

Для достигшего названной ступени посвящения отныне существуют обязанности, которые не обусловлены каким-либо внешним поводом. Его побуждают к ним не внешние условия, а только правила, открывающиеся ему на «сокровенном» языке. И проходя второе «испытание», он должен показать, что, руководствуясь подобным правилом, он действует так же уверенно и твердо, как, к примеру, служащий, когда он исполняет свои обязанности. Посвящаемый чувствует, что с этой целью он поставлен духовным обучением перед определенной задачей. Он должен совершить некое действие, опираясь на восприятия, полученные им на основании знаний, приобретенных на ступени подготовления и просветления. И об этом действии, которое ему предстоит выполнить, он должен узнать посредством упомянутого усвоенного им письма. Если он распознает свою обязанность и поступит верно – тогда он выдержал испытание. Удачный исход узнается по перемене, которая происходит благодаря этому действию в ощущаемых как образы, краски и звуки восприятиях духовного слуха и зрения. В наставлениях к духовному обучению совершенно точно указано, как должны выглядеть эти образы и т. д. после совершения поступка. И посвящаемый должен знать, как ему вызвать эту перемену. Это испытание называется «испытанием водой», потому что для деятельности в этих высших областях человеку недостает опоры во внешних обстоятельствах, подобно тому как теряется чувство опоры в воде, когда дно уходит из-под ног. Процесс этот должен повторяться до тех пор, пока испытуемый не приобретет полной уверенности в своих действиях.

Также и при этом испытании речь идет о приобретении определенного качества; благодаря опыту, полученному в высшем мире, человек за короткое время развивает в себе это качество до такой высокой степени, что при обыкновенном ходе развития ему понадобилось бы для этого пройти через многие воплощения. Суть дела заключается в следующем. Для того чтобы произвести указанную перемену в высшей области бытия, посвящаемый может опираться только на то, что открывается ему благодаря его высшему восприятию и в результате чтения сокровенного письма. Если бы при совершении своего поступка он примешал к нему что-либо, проистекающее из своих желаний, мнений и т. д., если бы он только на одно мгновение последовал не тем законам, которое он признал верными, а собственному произволу – тогда произошло бы нечто совершенно иное, но не то, что должно было произойти. В этом случае испытуемый тотчас же потерял бы направление, ведущее к цели его поступка, и пришел бы в замешательство. Поэтому благодаря этому испытанию человек имеет богатую возможность выработать в себе самообладание. И это очень важно. Нужно отметить, что и это испытание может быть легче выдержано теми, кто до посвящения прожил жизнь, которая дала ему возможность приобрести самообладание. Кто приобрел способность следовать высоким правилам и идеалам, отстранив личные прихоти и произвол, кто способен неизменно исполнять свой долг даже и там, где личные склонности и симпатии готовы отклонить его от исполнения долга, тот уже в обычной жизни, не сознавая этого, стал посвященным. И ему будет недоставать лишь самой малости, чтобы выдержать описанное испытание. Можно даже сказать, что известная, неосознанно достигнутая уже в жизни степень посвящения, как правило, бывает необходима, чтобы выдержать второе испытание. Людям, не научившимся правильно писать в юности, бывает трудно нагнать это потом, когда они уже достигли зрелого возраста; точно так же трудно развить необходимое самообладание перед раскрывшимися взору высшими мирами человеку, не усвоившему его до известной степени еще прежде, в повседневной жизни. Вещи физического мира не меняются в зависимости от наших желаний, вожделений или склонностей. Но в высших мирах наши желания, вожделения и склонности воздействуют на вещи. Желая соответственным образом влиять на них, мы должны всецело владеть собой, руководствуясь только верными предписаниями и избегая произвола.

На этой ступени посвящения для человека особенно важно обладать следующим качеством: абсолютно здоровой и уверенной способностью суждения. На ее развитие должно быть обращено внимание уже на всех более ранних ступенях; на этой же ступени должно выясниться, владеет ли испытуемый ею настолько, чтобы быть пригодным для истинного пути познания. Он может идти дальше только в том случае, если он умеет отличать иллюзии, пустые образы фантазии, суеверия и всяческие призраки от истинной действительности. А на высших ступенях бытия сделать это труднее, чем на низших. Здесь должны исчезнуть все предрассудки, все излюбленные мнения относительно вещей, с которыми имеешь дело, и одна только истина должна быть путеводной нитью. Необходимо, чтобы ученик был полон готовности сразу же отказаться от любой мысли, взгляда или наклонности, если этого потребует логическое мышление. В высших мирах достоверность познания может быть достигнута только в том случае, если человек никогда не щадит собственного мнения.

Люди с образом мышления, склонным к фантастике и суеверию, не могут сделать успеховна оккультном пути. Ибо оккультному ученику предстоит достичь бесценного блага. Для него исчезнут все сомнения о высших мирах. Они раскроются перед его взором в своих законах. Но он не обретет это благо, пока будет позволять заблуждениям и иллюзиям вводить себя в обман. Плохо было бы для него, если бы его фантазии и предрассудки увлекали за собой и его разум. Мечтатели и фантазеры так же непригодны для оккультного пути, как и суеверные люди. И это необходимо отметить особо. Ибо в мечтательности, фантастике и суеверии таятся злейшие враги на пути к познаниям в высших мирах. Но никому не следует думать, что духовным учеником утрачивается также поэзия жизни и способность к воодушевлению лишь потому, что над вратами, ведущими ко второму посвятительному испытанию, начертаны слова: «От тебя должны отпасть все предрассудки» – или потому, что над входными вратами к первому испытанию уже довелось прочесть: «Без здравого человеческого рассудка все твои шаги напрасны».

Если испытуемый достаточно продвинут в этом отношении, тогда его ждет третье «испытание». Но здесь ему не ставится никакой цели. Все предоставлено ему самому. Он находится в таком положении, когда ничто не побуждает его к действию. Он должен совершенно один, полагаясь на самого себя, найти свой путь. Нет никого и ничего, что побуждало бы его к действию. Ничто и никто, кроме него самого, не может дать ему теперь ту силу, в которой он нуждается. Если он не найдет в себе самом этой силы, то очень скоро окажется опять на том же месте, где он стоял прежде. Нужно, однако, заметить, что лишь немногие из выдержавших первые испытания не найдут в себе этой силы. Обычно или отстают уже раньше, или выдерживают и здесь. Все, что для этого необходимо, заключается в умении быстро справляться с самим собой. Ибо здесь надлежит найти свое «высшее Я», в истинном смысле этого слова. Нужно суметь быстро принять решение, прислушиваясь во всем к велениям духа. Здесь уже нет времени для каких-либо раздумий, сомнений, и т. д. Каждая минута колебания лишь доказала бы, что человек еще недостаточно зрел. Надо мужественно преодолеть то, что мешает внимать духу. Необходимо проявить в этом положении присутствие духа. Это и есть то качество, совершенное развитие которого является необходимым условием на этой ступени развития. Всякие приманки к действию или даже к мышлению, к которым человек привык прежде, здесь прекращаются. Чтобы не остаться в бездействии, человек не должен терять самого себя. Ведь только в себе самом он может найти единственную точку опоры, за которую он может держаться. Читая здесь обэтом и не будучи более близко знакомым с этими вещами, не следует ощущать антипатии к подобному состоянию предоставленности самому себе. Ибо, выдержав описанное испытание, человек испытывает высочайшее блаженство.

И в этом отношении обычная жизнь является для многих людей не меньшей, чем в других случаях, оккультной школой. Подобной школой является жизнь для тех, кто уже достиг способности, не впадая в замешательство или продолжительные раздумья, быстро принимать решение, когда жизнь внезапно ставит перед ним какую-нибудь задачу. Наиболее подходящими являются те ситуации, в которых успешное выполнение какого-либо действия тотчас же сделается невозможным, если человек не решится на него без промедлений. Кто готов к незамедлительному вмешательству при виде грозящего несчастья, между тем как несколько мгновений промедления уже дали бы разразиться беде, и кто превратил эту способность к быстрому принятию решений в свое постоянное качество, тот бессознательно созрел для третьего «испытания». Ибо здесь на передний план выступает необходимость в присутствии духа. В оккультных школах это испытание носит название «испытание воздухом», ибо, проходя его, испытуемый не может опереться ни на твердую почву внешних побуждений, ни на приобретенное им во время подготовления и просветления знакомство с тем, что открывается в цветах, формах и т. д.; здесь он может положиться исключительно на самого себя.

Только выдержав это испытание, духовный ученик может вступить в «храм высших познаний». Все, что может быть сказано об этом далее, ограничивается лишь самыми скудными намеками. То, что теперь надлежит совершить, выражают нередко таким образом: духовный ученик должен принести «клятву» ничего не «выдавать» из сокровенных учений. Но выражения «клятва» и «выдавать» совершенно не отвечают сути дела и сначала даже могут ввести в заблуждение. Речь идет вовсе не о «клятве» в обычном смысле слова. Скорее, на этой ступени развития ученик приобретает некоторый опыт. Он узнает, как применять сокровенное знание, как поставить его на служение человечеству. Он впервые начинает по-настоящему понимать мир. Здесь важно не умолчание «о высших истинах», а, напротив, нахождение верного способа преподнесения, представления их с надлежащим тактом. То, о чем учатся хранить «молчание», – есть нечто совсем иное. Ученик должен усвоить это прекрасное качество, применяя его ко многому из того, о чем он говорил прежде и, особенно, к тому, как он говорил. Плох был бы тот посвященный, который не поставил бы на служение миру познанных им тайн в той форме и мере, в какой это возможно. В этой области не существует иных препятствий для передачи познаний, кроме непонимания со стороны воспринимающих. Высшие тайны, конечно, не должны делаться предметом праздных разговоров. Но никому из тех, кто достиг описанной ступени развития, не «запрещается» сообщать о них что-либо. Ни один человек и никакое другое существо не налагает на ученика подобной «клятвы». Все предоставлено его собственному чувству ответственности. Он научается в каждом конкретном случае совершенно самостоятельно находить, как ему поступать. И «клятва» означает здесь не что иное, как то, что человек созрел для несения этой ответственности.

Если испытуемый созрел для описанной ступени развития, тогда он получает то, что символически называют «напитком забвения». А именно, он посвящается в тайну того, как можно действовать, не позволяя низшей памяти быть постоянной помехой. Это необходимо посвященному. Ибо он должен всегда иметь полное доверие к непосредственно настоящему. Он должен уметь разрушать покровы воспоминаний, расстилающихся вокруг человека в каждое мгновение жизни. Если о чем-нибудь, встреченном сегодня, я сужу на основании того, что мною было испытано вчера, то я впадаю во всевозможные ошибки. Конечно, это вовсе не означает, что надо отречься от своего добытого в жизни опыта. Нужно всегда, насколько это возможно, держать его перед собой. Но, будучи посвященным, человек должен обладать способностью оценивать каждое новое переживание, полагаясь всецело на самого себя, дать ему воздействовать на себя, не замутняя его прошлым. В каждое мгновение я должен быть готов к тому, что любая вещь или любое существо может принести мне совершенно новое откровение. И если я сужу о новом на основании старого, то я впадаю в заблуждение. Память о старом опыте наиболее полезна для меня именно тем, что она наделяет меня способностью видеть новое. Не имея определенного опыта, я, возможно, вовсе не увидел бы того или иного качества встречающейся мне вещи или существа. Но именно видению нового, а не суждению о новом на основании старого должен служить опыт. В этом отношении посвященный достигает совершенно определенных способностей. Благодаря этому ему открывается многое из того, что остается сокрытым от непосвященного.

Второй «напиток», предлагаемый посвященному, это «напиток памяти». Благодаря ему он достигает способности всегда иметь перед собой в духе высшие тайны. Обычной памяти для этого было бы недостаточно. Нужно слиться воедино с высшими истинами. Нужно не только знать их, но столь же просто и естественно обращаться с ними в своей живой деятельности, как обыкновенный человек ест и пьет. Они должны сделаться практикой, привычкой, склонностью. Не должно быть нужды в размышлении о них в обычном смысле слова; они должны проявляться в самом человеке, протекать в нем, как жизненные функции его организма. Таким образом, он все более приводит себя в духовном отношении к тому, к чему в физическом привела его природа.

Практические указания

Проходя подготовку в отношении чувств, мыслей и настроений таким образом, как это было описано в главах о подготовлении, просветлении и посвящении, человек вызывает тем самым в своей душе и в своем духе такое же расчленение на органы, какое природа произвела в его физическом теле. До этой подготовки душа и дух представляли собой нерасчлененные массы. Ясновидящий воспринимает их в виде взаимопроникающих, спиральных, вихреобразных туманностей, которые преимущественно ощущаются окрашенными в тускло мерцающие красноватые и красновато-коричневые или красновато-желтые цвета; расчленившись на органы, они начинают духовно сиять желтовато-зелеными, зеленовато-синими тонами и обнаруживают закономерное строение. Этой закономерности – и тем самым высших познаний – человек достигает в том случае, если наводит в своих чувствах, мыслях и настроениях такой же порядок, какой природа навела в его телесных функциях, так что он может видеть, слышать, дышать, переваривать пищу, говорить и т. д. Постепенно духовный ученик научается дышать, видеть и т. д. душою; слышать, говорить и т. д. – духом.

Здесь надо привести несколько более подробных практических указаний, относящихся к высшему воспитанию души и духа. Им, в сущности, независимо от других правил может следовать каждый, и благодаря этому он сумеет несколько продвинуться в области тайноведения.

Особенно необходимо выработать в себе терпение. Проявление нетерпения всякий раз действует парализующим и даже умерщвляющим образом на дремлющие в человеке высшие способности. Нельзя требовать того, чтобы безграничные прозрения в высшие миры открылись сию же минуту. Ибо тогда этого скорее всего и не произойдет. Удовлетворенность даже самым незначительным достигнутым успехом, спокойствие и невозмутимость все более должны овладевать душой. Вполне понятно, что ученик нетерпеливо ожидает результатов. Но, тем не менее, он ничего не достигнет до тех пор, пока не преодолеет свое нетерпение. И совершенно бесполезно подавлять нетерпение в обычном понимании этого слова. От этого оно только усилится. Ученик будет лишь обольщаться относительно него, и оно тем прочнее заляжет в глубинах души. Можно достичь чего-либо только в том случае, если постоянно все снова и снова отдаваться вполне определенной мысли, если окончательно сделать ее своей. Мысль эта такова: «Я должен сделать все для развития моей души и моего духа; но я, буду спокойно ждать, пока высшие силы найдут меня достойным известного просветления». Если эта мысль станет в человеке столь могущественной, что она сделается чертой его характера, – то он на правильном пути. Тогда эта черта характера отразится и на его внешних проявлениях. Выражение глаз станет спокойным, движения – уверенными, решения – точными, и все, что называют нервностью, постепенно отойдет от него. Маленькие, несущественные на первый взгляд правила должны при этом приниматься во внимание. К примеру, кто-нибудь наносит нам оскорбление. Прежде, до нашего оккультного воспитания, мы обращали наше чувство против оскорбителя. В нас поднималось раздражение. Но у духовного ученика в подобной ситуации тотчас же возникнет мысль: «Это оскорбление нисколько не умаляет моего достоинства»; и тогда он спокойно и невозмутимо, ничуть не гневаясь, совершает то, что надлежит предпринять против оскорбления. Конечно, дело вовсе не в том, чтобы просто сносить любое нанесенное тебе оскорбление, а в том, чтобы ответить на него столь же спокойно и уверенно, как если бы оно было нанесено другому, постоять за кого мы имеем право. Всегда нужно помнить, что духовное ученичество протекает не в грубых внешних процессах, но в тонких и тихих превращениях жизни чувств и мыслей.