Ведьма. Выхожу тебя искать

Глава 11

Леонард Кронтэйн

С каждый прожитым днем ведьмочка все сильнее занимала мои мысли. Расследование позволяло на какое-то время выкинуть ее из головы, но упрямица снова возвращалась на свое законное место. Поздним вечером, когда я только закончил с делами, шел по улице, тщательно восстанавливая ее образ по памяти: большие изумрудные глаза, чуть зазеваешься, и затянут в свой колдовской омут, россыпь веснушек на милом носике, нежные, розовые губы, что так и манят коснуться, проверить, так ли они мягки, как кажутся. Высокая стройная фигура с волнующими изгибами и чудесные, нежные руки, способные одним своим прикосновением снять усталость. Мелисса мне больше чем нравилась. Она покорила меня своей открытостью, добротой и честностью. Удивительно живая и непосредственная девушка была настоящий бойцом. Она не выносила несправедливости и всегда была готова помочь нуждающимся. После нападения на нее по моему личному распоряжению ее дом был взят под охрану. Я просто не мог допустить, чтобы с ней случилось что-то плохое.

Дело так и не сдвинулось с мертвой (во всех смыслах этого слова) точки: двое законников пришли в себя, но опознать или даже описать нападавших были не в состоянии. Возница, которого мы так долго и тщательно искали, все же был найден. Мертвым на заброшенной мельнице недалеко от столицы. Даже некромант не смог вытянуть из него ничего полезного, так как душа просто не откликалась на призыв, несмотря на все старания мага. Удар, нанесенный по затылку, оказался смертельным. Следов снова никаких. Еще одна моя головная боль – дела молодых людей, умерших в результате остановки сердца. Таких на удивление оказалось довольно много. Если бы не бросавшийся в глаза естественный характер, я бы решил, что в столице орудует маньяк. Смысла убивать всех этих юношей не было, но, как говорится, если вы не видите причины, это не значит, что ее нет. Просто причина может быть весьма извращенная, такая, что ни за что не придет в голову здоровому человеку.

При нашей последней встрече Мелисса обещала помочь, очень надеюсь, что ей удастся то, с чем мы не справились всем управлением. Вот опять она заняла мои мысли. Я уж было решил, что наваждение закончится, если я сброшу сексуальное напряжение, но как только решил посетить местное заведение мадам Ловэйны и взять себе послушную девочку на ночь, передо мной тут же возникли зеленые глаза ведьмочки в обрамлении пушистых, медных ресниц. Почувствовал, что не смогу, просто не позволю кому-то еще касаться своими руками моего обнаженного тела. Мне нужна лишь она – рыжеволосая красавица, что украла мой покой.

Прошло еще две напряженных недели, когда Его Величество нагрузил меня сверх всякой меры так, что сил хватало лишь на то, чтобы глубокой ночью добраться до кровати и рухнуть, как подкошенный. Но даже тогда последняя мысль измученного за день сознания была о ней, моем наваждении. Охрана исправно докладывала, что все в полном порядке. Моей девочке ничто не угрожает. Лишь это давало мне сил просыпаться утром, чтобы вновь исполнять свой долг. Так вот, едва рассвело я собирался на очередной доклад к королю, но в кабинет неожиданно зашел лорд Калахан – мой заместитель, на долю которого выпало ночное дежурство.

– Леонард, как хорошо, что ты уже здесь. Сегодня ночью в Нэрвике был обнаружен труп молодого мужчины. Смерть от остановки сердца. Отправил туда наших экспертов разобраться со всем на месте.

Мне обязательно нужно быть там и привезти Мелиссу. Вдруг, именно этот случай – наш шанс пролить свет на происходящее? Но как быть с Его Величеством?

– Друг мой, – быстро поднялся с кресла и протянул магу папку с данными, – вот это нужно передать королю вместе с моими извинениями. Скажешь: отбыл по срочному делу.

– Не думаю, что он обрадуется такой замене, – возразил заместитель.

– Тут уж ничего не поделать. Я лично должен все осмотреть, – и поспешно покинул управление, впрочем, дав задание дежурному магу привезти Мелиссу.

Лейтенант Лукас уже был на месте, тщательно выискивая хоть какие-нибудь зацепки, но их снова не было. Еще через час прибыла ведьма. Даже не услышь я ржание лошадей подъехавшего экипажа, все равно почувствовал бы ее. Она шла ко мне легкой, пружинистой походкой и была невероятно собрана. Я так скучал по ней, что слова признания вылетели помимо моей воли, девушка смутилась. Это хороший знак.

Дальше малышка стала искать хоть какие-то следы, но результатов по-прежнему не было. Лисенок не сдавалась, а предложила продолжить исследования тела. В замкнутом пространстве экипажа быть рядом с ней и не иметь возможности коснуться – самая изощренная пытка, тем более я ловил на себе заинтересованный взгляд горящих зеленью глаз. Едва не испортил все, самодовольно приосанившись, принял ее восторг как должное, хотя совсем недавно места себе не находил, пытаясь придумать повод, чтобы явиться к ней среди ночи или ранним утром. Другого времени у меня благодаря неуемному энтузиазму нашего величества не было. Ее колкие, остроумные ответы бесили и заводили одновременно. Если бы малышка опустила глаза пониже, то явно заметила бы мое более чем возбужденное состояние, но в пылу ссоры она смотрела исключительно в глаза, гневно сверкая своими. В широком коридоре подвального этажа едва сдержался, чтобы не поцеловать свою колючку, заставляя забыть обо всех глупостях, которые она себе уже надумала, подчинить, объять жарким пламенем страсти, но сейчас не место и не время. Потому пообещал себе, что мы обязательно продолжим с того места, где остановились. Настроившись на рабочий лад, с трудом отвернулся и зашел в подготовленную комнату.

Ведьмочка со всем рвением взялась за осмотр, а дальше стали происходить совсем уж удивительные вещи: начиная со странного ожога магическим пламенем, заканчивая ее по большей части безрадостными выводами. Надо же, отступница. За свою карьеру сталкивался с подобным всего один раз, когда в самом ее начале работал помощником дознавателя в пригороде столицы. Тогда прежде чем нам все же удалось поймать ведьму, она выкосила полностью несколько деревень. Отступницу уничтожили на месте, слишком сильно она поддалась влиянию тьмы, человеческого в ней совсем не осталось. Горе тем, кто окажется рядом, когда ведьма теряет себя. Холодок пробежался по позвоночнику, рисуя кровавые картины расправы. Ставки растут. Права Мелисса, идеально было бы обратиться в ковен. Они веками успешно уничтожали своих оступившихся сестер. Но политическая ситуация, что б ее! Генрих ни за что не согласится. Придется действовать самим. Единственный шанс обнаружить отступницу – помощь рыжеволосой ведьмы. И она мне ее обещала, правда с условием, если не справится, я лично обращусь к Верховной. Боюсь даже представить, что эта строгая леди сделает со мной, когда поймет, во что я втянул ее дочь.

Всю обратную дорогу обсуждали детали и делились идеями. Лисс считала, что опрос каждой из зарегистрированный ведьм будет бесполезной тратой времени. Мол, не найдем мы среди них отступницу. В глубине души я был согласен с ней, только нужно же было с чего-то начинать. Может кто-то что-то слышал или видел. Нам пригодится любая информация. И потом, нужно все проверить своей магией. В Нэрвике это было бесполезно, так как прошло достаточно времени со момента смерти парня. Вдруг здесь удастся нащупать хоть какую-нибудь ниточку.

– Мелисса, – обратился к девушке, помогая ей выйти из экипажа возле дома, теплая маленькая ладошка так правильно легла в мою, – завтра утром у меня будет список ведьм, зарегистрированных в столице и ближайших пригородах. Я заеду за тобой, и отправимся. Будь готова.

– Хорошо, – кивнула она, тонкие пальчики уже почти выскользнули, но моя ладонь тут же сжалась, не отпуская.

Малышка удивленно уставилась на меня. Дернул руку, рыжуля сделала несколько шагов по инерции и впечаталась в мою грудь. Обнял тонкий стан другой рукой, притягивая зардевшуюся Лисс еще ближе. Зарылся носом в копну ароматных волос, сделал глубокий вдох. По телу прошла дрожь желания. Девушка затихла и будто даже не дышала. Мягкие руки несмело скользнули вверх по ребрам и обняли меня за талию. Как сдержался в тот вечер, ума не приложу. Однако, я не желал спешить. Только не с ней! Хотел насладиться трепетными моментами такой вот внезапной близости. Легко коснулся губами виска и подтолкнул Мелиссу к двери:

– Беги, – шепнул ей, – беги, пока еще могу отпустить тебя.

Ведьмочка легко скользнула сладкими губами по щеке и быстро скрылась внутри. Мне же предстояло нанести визит королю. Надеюсь, Генрих еще не спит.

Кабинет Его Величества Генриха Роутэна

– Значит, отступница, – нахмурил широкие брови король. – Даже не начинай, – зыркнул на меня неодобрительно. – Сказал же, не стану обращаться к Верховной.

– Ты ведешь себя недальновидно. Ставишь под удар ни в чем не повинных людей, – попытался достучаться до друга.

– Оставь. Пустое это. Ты вполне справишься сам вместе с этой, как ее там, – отмахнулся Генрих.

– Мелисса, – напомнил ему.

– Вот именно. А после награду ей выпишу, золота отсыплю, – ярость застила глаза красной пеленой.

О чем он вообще? Какая награда? Золото еще придумал? Не такая она, не ради денег точно. Просто не может остаться в стороне, когда требуется ее помощь, вот и все. Беседа с королем оставила неприятное послевкусие, как будто моей светлой девочки коснулась грязь, стараясь замарать.

– Если не выйдет у нас ничего, я лично обращусь к леди Вудсток за помощью, – раздраженно сказал ему.

– Не смей, – рявкнул Его Величество и ударил кулаком по столу, – запрещаю!

– Не там ты врагов ищешь, друг мой, – устало покачал головой. – Давно следовало прийти к соглашению с Верховной, а ты все упрямишься.

– Поучи меня еще! – буркнул Генрих и нахохлился.

– Я все же рискну и вызову твой гнев, но не подвергну риску невиновных, – строго сказал ему.

– Не будем забегать вперед, – примирительно произнес король. – Может и не понадобится помощь этой дамочки.

– Воля твоя, – согласился с Генрихом. – Тебе бы отдохнуть. Издергался весь. Сам на себя не похож.

– Ты прав, – прошептал король и прикрыл глаза. – Ты прав.

Тихо покинул кабинет. В душе поселилось беспокойство. Грядет что-то страшное, всем своим существом я ощущал это.

Глава 12

Мелисса Вудсток

О, Великая Праматерь! Что это было? Я определенно схожу с ума по Леонарду! Близость его сильного, крепкого тела заставляла отзываться, сгорая в пламени желания. Как привязанная, готова идти за ним, куда позовет. И ведь дело не только во взаимном (я уверена) притяжении. Преклоняюсь перед ним, как перед мастером своего дела: собранный, властный, где-то даже жесткий. Его острый ум и аналитические способности поражают, а уж чутье… Там, где девять из десяти просто прошли бы мимо, он интуитивно чувствовал двойное дно, подвох. Сердце быстро и радостно стучало! «Пока еще могу отпустить тебя», – сказал он. А если не хочу, чтоб отпускал?

Как дошла до двери и открыла ее, не вспомню и под пытками. Прижалась головой к прохладному дереву и стояла, вдыхая знакомый с детства аромат трав и зелий. Он успокаивал меня, возвращал точку опоры, которую одним невинным прикосновением умудрился выбить лорд Кронтэйн. А ведь еще завтра нам предстоит весь день провести вместе. Дай богиня терпения не утащить этого шикарного мужчину в ближайшие кусты, чтобы исполнить с ним все свои фантазии. Хихикнула от яркой картинки, созданной воображением: лорд, упираясь ногами, не желает сдаваться на милость победительнице, которая с энтузиазмом бешеного носорога толкает беднягу во вполне себе миленький, кудрявый кустик.

Всю ночь мне снились волнующие и пикантные сны с лордом Главным Дознавателем в главной роли. Не удивительно, что утром я проснулась в крайне возбужденном состоянии. Холодный душ немного сгладил, но полностью не решил мою проблему. Раздраженно грохала посудой и видимо не услышала стук в дверь, раз утренний гость стал яростно колотить в нее. Сдула упавшую на лоб прядь и открыла. На пороге, занеся руку для очередного удара, стоял лорд Главный Дознаватель, и лицо его выражало так много всего: отчаяние, сменившиеся облегчением, когда он увидел меня, и в следующий момент решимость. Он сжал зубы и шагнул внутрь, вынуждая меня попятиться. Честно, я испугалась. Понимала же, что ничего плохого Леонард мне не сделает, однако опасалась.

– Почему не открывала так долго? – прорычал мужчина, хватая меня за руки и сжимая. – Ты хоть понимаешь, сколько всего я успел подумать за это время? – мне оставалось лишь стоять, непонимающе хлопая глазами. – Так боюсь за тебя! Если бы не это расследование, никогда бы не подпустил и близко к моей работе, – он прижал меня к груди, в которой заполошно колотилось сердце, и просто вдыхал мой аромат, успокаиваясь. Все это время держала рот на замке. Еще мамочка мне говорила: не стоит лезть под горячую руку взбешенному мужчине, а вот как успокоится, тогда можно и высказать ему, что накипело.

– А по какому, собственно, праву ты мне тут устраиваешь сцены? – попыталась оттолкнуть уже взявшего себя в руки мага.

– По праву твоего мужчины, – невозмутимо припечатал этот лорд.

– Какого еще мужчины? Когда это ты успел им стать? – пыхтела я, вырываясь из железных объятий.

– Считай, только что, – не проникся моими попытками Леонард.

– Вот еще, – независимо задрала нос, не оставляя мыслей о побеге.

– И на правах твоего мужчины я требую утреннюю порцию бодрящего напитка, – мурлыкнул он.

– Наглость – второе счастье? – прищурилась я.

– Конечно, – ничуть не смутился Кронтэйн, – потому что первое – это ты, – и так спокойно и уверенно он все это говорил, что я прониклась, но чисто из женской вредности продолжила свой допрос.

– Почему я? – пристально глядя в его глаза, требовала ответа. – Ты мог выбрать любую. Например, родовитую аристократку под стать себе и…

– Пока ты еще чего-нибудь не надумала, знай, что никто другой мне не нужен. Ни одна даже самая родовитая леди не сравнится с тобой: острая на язык, открытая, умная, удивительно нежная и потрясающе красивая. Я достаточно потешил твое женское самолюбие?

– О, да, – уголки губ печально опустились, меня только что разложили на составляющие и сочли вполне подходящей для Его Милости. – Но ты так и не сказал мне главного, – прошептала я.

– Упрямица моя, – улыбнулся лорд, зарываясь рукой в мои волосы и слегка оттягивая, побуждая запрокинуть голову. – Главное в том, что я влюбился как мальчишка. Совершенно потерял голову, только и всего.

Широкая, счастливая улыбка озарила мое лицо, я звонко чмокнула Леонарда в щеку, хлопнула по шаловливым рукам, которые опустились значительно ниже талии, и принялась за завтрак. Нужно же покормить своего мужчину.

Спустя совсем немного времени лорд довольно жмурился, прихлебывая мой особый отвар, заедая его горячими лепешками с омлетом, ветчиной и сыром.

– Давненько я не ел домашней еды, – мечтательно закатил глаза Кронтэйн. – Согласен на трехразовое питание!

– Если твоя работа позволит такую роскошь, с удовольствием буду кормить тебя, – и занялась посудой.

Лорд Главный Дознаватель безапелляционно отодвинул меня от мойки, отправив одеваться, а сам начал мыть тарелки. О, Великая Праматерь, этот мужчина вообще реален? Даже ущипнула себя для верности, пялясь на его широкую спину и волнующие ягодицы. Ойкнула и, не дожидаясь реакции Леонарда, бросилась наверх. Удобные брючки, свободная, шелковая рубашка, высокие ботинки и куртка из мягкой кожи. Все же на улице прохладно. А еще мой саквояж со всем необходимым. Осенила себя знамением Праматери и спустилась к ожидающему меня мужчине. Маг снова был собран.

– Список оказался не слишком большим. Всего семеро, из которых две – в столице и пять – в ближайших пригородах, – объяснял он мне, помогая усесться в экипаж. – Предлагаю начать с самых дальних, а закончить столичными, – кивнула, соглашаясь.

В конце концов, тщетность этой затеи все также была очевидна для меня. Как я и предположила, ведьмы отнеслись крайне настороженно к моей персоне, решив сперва, что ковен устроил проверку, но, услышав Главного Дознавателя, расслаблялись, охотно делясь информацией, к слову совершенно бесполезной. Дальше я просто изображала вежливую заинтересованность, не более того. За целый день нам удалось опросить лишь троих. Остальных решено было оставить на завтра. Леонард что-то обдумывал, я же просто смотрела в окно, не желая отвлекать моего мужчину. С ума сойти! Моего!

– Ваша Милость, – раздался в особом переговорном амулете голос возницы, – дерево упало и перегородило дорогу. Оттащить бы.

– Иду, – коротко бросил маг и вышел, я за ним, уж очень размяться захотелось.

Пока мужчины осматривали причину вынужденной остановки, уселась прямо на землю за каретой и растирала уставшие за день ноги. Все произошедшее дальше слилось для меня в один сплошной поток. Вот Кронтэйн поворачивается ко мне и улыбается, чтобы в следующую секунду буквально замереть от ужаса. Измученным сознанием я отмечаю его расширенные глаза, сжатые кулаки и просто нечеловеческий рывок в мою сторону:

– Ложись! – заорал он.

– Вот еще, – вяло размышляла я. – Зачем это мне ложиться, да еще и на холодную землю!

– Ложись, мать твою, – гаркнул Дознаватель в одном шаге от меня.

Тут в моем мозгу все же что-то щелкнуло или сам вид Леонарда подстегнул меня двигаться быстрее. В общем, в следующий момент я рухнула на живот, а сверху меня придавило крепкое тело Кронтэйна.

– Попрошу маму мою не трогать, – зашипела я, – тебе сильно не понравится результат, поверь мне.

Раздался мощный взрыв. Земля содрогнулась. От жуткого грохота я ослепла и оглохла, только тоненький противный писк в ушах сообщал мне, что я все еще жива. Вокруг падали комья земли, камни и куски экипажа. С трудом выползла из-под Леонарда и закашлялась. Я была полностью дезориентирована, по ощущениям земля с небом поменялись местами, а меня совершенно забыли об этом предупредить.

– Лисенок, ты как? – прохрипел Лео совсем рядом.

– Жива, но это не точно. Руки, ноги целы – уже хорошо, – пыталась храбриться я, хотя запоздалая паника грозила накрыть меня с головой.

– Тише, моя хорошая. Уже все. Я рядом, – крепкие руки обняли меня, и я расплакалась, размазывая слезы грязными пальцами и шмыгая носом.

– Что это было? – клацая зубами от страха, спросила его.