Рискну жить по Слову

Глава

5

Вся жизнь – управление рисками,

а не исключение рисков.

Уолтер Ристон

Перед мысленным взором больного, сквозь годы мелькали лица, судьбы. Саша лежал в постели и вспоминал. Но что-то казалось не таким, не так. Словно неправильно настороенная резкость на снимке, когда второстепенное в резкости, а главное – расплывается. Жизнь Александра была полна событий и людей, но не это было главным, сейчас хотелось смотреть глубже. И не рассматривать людей как Соломон в книге Екклесиаст, чья мудрость принесла много печали9, а смотреть на дела Божии в мире, в жизни тех же людей, радуясь вместе с тем же Соломоном, говорящим о веселии мудрости пред лицом Божиим во время процесса творения10. Ведь каждое событие можно рассматривать с разных сторон и только благодать Божия настраивает сердце так, что человек видит только то, что в этом событии несет зерно Царства Божия. И эта мудрость, наблюдения за действиями Бога в жизни людей, дает радость и веселие. Сейчас Александру хотелось смотреть только на дела Его рук, видеть Его почерк, как сказано в христианской песне:

…Мне повсюду видна Твоя кисть

Твой резец и Твой почерк с размахом,

В детском взоре, что светел и чист,

И в цветущих на поле ромашках…11

Ведь на земле все, что не несет почерка Божьей руки, теряет смысл, как сказал Екклесиаст. И Саше хотелось видеть во всех ситуациях эту золотую нить Его творения. А ведь Бог не часто производит в жизни людей что-то глобальное, чаще Он просто меняет взгляд человека на простые вещи, производя этим в душе переворот. Улыбнувшись, Саша вспомнил рассказ жены лучшего своего друга.

– Когда он в первый раз привел меня на собрание, это было в Душанбе, я все собрание проплакала, Бог говорил мне через каждое слово, которое я сышала, представляешь! А он – спал! Моему мужу собрание показалось ужасно скучным! Все проповеди он считал пустыми «ни о чем»! Как так можно? Я после этого собрания всю неделю места себе не находила, чувствовала себя так, словно тяжело больна, и в следующее же воскресение покаялась, а он на этом же собрании – спал! Мой муж едва мог сдержаться, чтобы не уснуть открыто, поэтому применил все способы, чтобы себя разбудить, он и щипал себя и пальцы себе выворачивал, что только не делал, чтобы перебить сон. Как можно было на таком собрании спать?! После покаяния я как на крыльях летала и все вспоминала то чудесное собрание в Душанбе, а он даже не мог вспомнить о чем тогда говорилось!

– Да, Бог говорит нам через самые неожиданные моменты нашей жизни. Которые для других людей могут ничего не значить, – согласился тогда Саша.

****

Вспоминая руку Бога в своей жизни, Саша припомнил случай, произошедший с его близким другом из Ленинграда.

В пятидесятые годы, да и не только тогда, вплоть до восьмидесятых в Советском Союзе выпускалось очень мало Библий. Если бы общины пользовались только разрешенными изданиями (на церковь было разрешено по одной, максимум по две Библии) тогда знать Слово Божие было бы привелегией только избранных. И поэтому верующим приходилось печатать в подпольных типографиях. Работа в подпольных типографиях была опасна так как власти садили в тюрьму каждого, кто был причастен к этой работе, не меньше чем на десять лет. И потому печатники чаще всего девушки, обычно не выходили замуж, уйдя «в подполье». Несмотря на то, что качество печати оставляло желать лучшего, люди радовались тому, что могут слушать Слово Божие не только в церкви, а иметь Библию в доме.

Но был и другой способ получения Библий – контрабанда. Провозили из Швеции и Финляндии и заниматься этим было не менее опасно, чем печатать, поэтому перевозили только самое необходимое – Библии и иногда Симфонии (руководство по Библии) или Библейские словари. В цепи переправки духовной литературы нередко не знали даже следующего. Забирающий знал где взять книги и, что в конце пути кто-то из братьев встретит и заберет сумку с литературой.

Саша знал братьев, привозящих литературу и дружил со многими из них. Он не знал всю цепочку, да и не любопытствовал. Знал лишь, где в Москве или Ленинграде можно взять на Азиатский регион все необходимое.

В один из дней своего трудового отпуска, Саша зашел к другу в Ленинграде. Даже здороваясь, он ощутил напряжение. Никто почти не разговаривал в доме. Зная опасный труд друга, Саша сразу догадался – в доме литература и за домом следят. Друг не просил о помощи, потому что всякий выходящий из этого дома, подвергался тщательному обыску и мог попасть в тюрьму, а Саша приехал как обычно с двумя детьми, которых ему было разрешено взять по бесплатному железнодорожному билету. Но Саша предложил сам.

– Я возьму у вас гостинцев для наших азиатов? – спросил он, понимая, что дом может прослушиваться.

– Я не могу тебе предложить, тебе взять некуда, – ответил друг, давая понять, что обыск будет обязательно.

– И все же, если хоть что-то есть, я бы взял, – настаивал Саша.

Тогда хозяйка дома включила музыку, чтобы заглушить все разговоры для постронних и шепнула:

– У нас уже немного из этой партии осталось, но мы не можем вынести… я так боюсь за Мишу, он только освободился! В любой миг могут прийти с обыском.

– Давай все – шепотом скомандовал Саша.

Миша молча принес стопку. В ней были несколько карманных Библий, словарь и пара симфоний.

– Не много, но на десятку лет за решеткой в наше время потянет, – прошептал Миша. – Ты уверен, что готов взять? Я готов был рисковать сам, но ты не обязан.

– Но я хочу, – добавил Саша. – Нам очень нужна литература – здесь целое сокровище!

Саша легко вскинул свою «балетку» и раскрыл.

– Может лучше в чемодан? – предложил Миша.

– Чемоданы обыщут в первую очередь, – возразил Саша, и быстро убрал все из «балетки».

Затем он аккуратно уложил драгоценные книги и укрыл их подобием обивки – лоскутом черной ситцевой ткани. Упаковав все, он взял из чемодана вещи детей, которые они успели испачкать в поезде, предназначенные в стирку.

– А это зачем? – удивилась старшая дочь, сильно смущаясь от того, что ее нижнее белье отец положил сверху.

– Чтобы им было приятнее обыскивать ее, – усмехнулся Саша.

Едва успели все упаковать – раздался звонок.

– У нас ордер на обыск. Мы сейчас пригласим понятых. У вас гости? Предъявите документы. Давно приехали?

– Вы же знаете, что только вошли, хотели посетить друзей, а это запрещено законом? – поинтересовался Саша.

– Нет, что вы! Гостите сколько вам угодно, но мы должны осмотреть и ваши вещи тоже.

Саша спокойно поставил чемоданы и сумки, и открыл их.

– А это что? – немного брезгливо кивнул мужчина на вещи в «балетке».

– Нужно же куда-то складывать вещи для стирки, мы же не можем стирать их в поезде – объяснил Саша.

Быстро, но внимательно обыскав чемоданы, мужчины не прикоснулись к «балетке», Сашин рассчет оправдался.

Обыск в квартире длился больше двух часов, дети Саши и хозяйские дети очень устали. «Особисты» не нашли ничего противозаконного и были в ярости! По их «наводке» в доме была литература. Наконец, оставив за собой ужасный беспорядок, незванные «гости» покинули квартиру.

****

Облегченно вздохнув, хозяйка пошла на кухню, чтобы приготовить поесть для семьи и гостей. Наскоро приготовив закуски, Марина привычно проверила еще раз кухню на наличие «жучков» . Мужчины и дети тем временем немного убрали вещи, разбросанные «особистами»12 сели за стол и разговорились. Музыка тихо звучала в кухне, чтобы приглушить звуки речи, еще тише велись беседы за столом, несмотря на все проверки. По привычке имен не называли, населенные пункты тоже – нельзя подвергать риску дело, даже после того, как все закончилось. Ведь впереди, если Бог позволит, еще годы работы.

– В этот раз груз труднее всего переправлять, – вздохнул Миша. – Но и Божья рука в этот раз особенно ясно видна. Один из наших братьев получает груз на границе, а потом развозит по нескольким городам. Его «Победа» хорошо оборудована, второе дно, двигатель от мерседеса – шустрая машинка. Но в этот раз кто-то явно «навел» – за ним погнались сразу как только он выехал из города. Слава Богу, что не нашли, кто в городе его снабжает. Но как только он выехал, за ним «пристроилась» черная Волга и приказали тормозить. Брат знал, за то количество литературы, что есть в машине он не выйдет из тюрьмы до конца жизни и терять ему нечего. Кроме того так много Библий потерять, обидно после всего риска, которому братья подвергались, перевозя все это через границу. Вот он и «притопил». Преследователи думали что за «Победой» гонятся, но на «Мерседес» не рассчитывали, отстали довольно скоро. Но впереди был город, а там ведь посты и те кто гнался, конечно, передали по рации, чтобы брата задержали.

– А дополнительных вариантов не было? – удивился Саша.

– Был, но только в следующем городке. Никто не ожидал, что из наших же, из верующих, кто-то предаст. Мы потом будем узнавать, откуда просочилась информация. Наши люди годами проверенны. Наверное кто-то посторонний узнал.

– Но самое интересное то, что случилось потом, – не выдержала хозяйка дома. – Один из верующих братьев, который никогда раньше не участвовал в перевозках, жил в пригороде, у самой дороги и в это время был дома. Если бы водитель подъехал и подождал, пока ему откроют, погоня настигла бы его. Но хозяин дома сам не понимая, зачем, просто так захотелось, вышел во двор, открыл ворота и дверь своего гаража, как будто проветрить решил, – все невольно улыбнулись. – Потом его спрашивали, почему он так сделал, и брат не смог ответить! Просто был послушен Богу!

– Да, – улыбнулся Миша, – только Бог мог руководить этим братом. А наш водитель, подъезжая к городку, с тоской подумал, «вот бы случилось чудо и ворота брата были бы отрыты, я бы успел спрятать машину!» Не успел брат так подумать, как увидел впереди открывающиеся ворота. Он сбросил скорость и свернул во двор, затем сразу в гараж. Хозяин дома, увидев промелькнувшее встревоженное лицо водителя, сразу закрыл ворота, а тем временем водитель выскочил из машины и звакрыл двери гаража. Когда погоня промчалась по дороге в город, водитель облегченно вздохнул. После этого три дня по всем проулкам этого городка сновали посторонние люди в машинах и без них, искали белую «Победу», заглядыавя во дворы. Гараж хозяина дома не привлек внимание «особистов» и поэтому двор не обыскали, Но пришлось брату кистью перекрашивать машину в светло желтый простой эмульсией, уж какая у хозяев нашлась.

– Потом когда все успокоилось и посторонние исчезли, брат уехал на своей перекрашенной машине. По документам она так и оставалась белой, зато не останавливали, ведь «наводка» была на новую, белую, а эта выглядела старой и непонятно-желто-белой. Литературу все равно переправили куда нужно, но уже по другим каналам.

– А у нас это остатки, я не знаю каким образом, но и до нас добрались… хотя мы видим, что они не уверены, что у нас есть – добавила хозяйка – видно что они только «нащупывают», из-за того, что мы у них в «черном списке».

– Думаю, что вам не стоит пока получать следующую партию – это очень опасно! – шепнул Саша.

– В Москве сегодня или завтра скорее всего будет обыск, – Миша был в отчаянии. – Я предупредил брата, но куда отвезти? Кто спрячет?

– Пусть отвезут на вокзал, а нам скажут номер ячейки и код, – предложил Саша. – Но только связаться нужно не с ваших телефонов. Может быть Бог допустил это чтобы на Азию больше досталось?

– У нас есть каналы связи, которые они не прослушивают. Но ты очень рискуешь! – возразил Михаил, – ты же с детьми! Кроме того мы хотели это на Сибирь отправить там очень большая нужда!

– Но я не собирался в Сибирь и изменение маршрута после посещения вашего дома, вызовет лишние вопросы.

– Да… пусть будет тогда для Азии, – вздохул Михаил. – Я не знаю, почему мы никак не можем на Сибирь отправить? Они просят уже давно.

Сказано – сделано. Гости побыли в городе два дня, отец сводил детей в Эрмитаж и на различные вывставки, как обещал, закупили вещей для оставшихся дома в Алма-Ате, замечая, что на всяком месте за ними наблюдают «люди в штатском». Затем гости попрощались с гостеприимными хозяевами и отправились в Москву, где их тоже ждали друзья. Дети были предупреждены заранее, что они не должны отвечать ни на чьи вопросы без согласия отца.

Но Бог не только уберег своих детей от бед, оставив им необходимую литературу, но и просчитал все, вплоть до нескольких секунд, чтобы другие верующие, давно просившие Его Слово, могли получить просимое. И скоро Саша с детьми убедились в этом.

Погостив еще один день в Москве, Саша успел съездить на вокзал, забрать чемоданы с литературой из камеры хранения и отвезти его на другой вокзал, с которого должен был отправляться поезд на Азию. Он не был уверен, что за ним не следили, но сделал все возможное, чтобы не «оставить хвоста». Саша не записывал свой новый код, но помнил хорошо, оставив чемоданы на три дня. Вечером того же дня позвонила Вера, которая знала, где можно мужа найти в дороге, хотя и не знала ничего о литературе.

– Саш, я не знаю, как тебе поступить? Пришла срочная телеграмма. Умерла твоя мама и тебя хотели дождаться на похороны, ты сможешь поменять билеты?

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

1

Лук.14:23 Господин сказал рабу: пойди по дорогам и изгородям и убеди придти, чтобы

наполнился дом мой.

2

Рим.10:17 «Итак вера от слышания, а слышание от слова Божия»

3

Отдел по делам религии

4

Сотрудник особого отдела.

5

Послание к Римлянам 4:17 «…и называющим несуществующее, как существующее»

6

Евангелие от Иоанна 10:27 «Овцы Мои слушаются голоса Моего, и Я знаю их; и они идут за Мною».

7

Иезекииль.12:3 «Ты же, сын человеческий, изготовь себе нужное для переселения»

8

Послание к Галатам.6:4 «Каждый да испытывает свое дело, и тогда будет иметь похвалу только в себе, а не в другом»

9

Екклесиаст.1:18 «…потому что во многой мудрости много печали»;

10

Притчи Соломона 8: 30-31 «…тогда я была при Нем художницею, и была радостью всякий день, веселясь пред лицем Его во все время, веселясь на земном кругу Его, и радость моя [была] с сынами человеческими».

11

Песня на стихи Веры Кушнир

12

Сотрудники особого отдела – во времена советской власти этот отдел занимался «работой» с верующими.