Седая невеста. Сборник рассказов

Седая невеста

Глава 1

В квартире Светловых часто слышался смех, игры детей и шутки взрослых. Нередко, когда Криста вывешивала или снимала белье на площадке, дети, возвращаясь со школы, подходили к матери и обязательно чмокали ее в щечку. Она обнимала своих школьников и говорила что-то ласковое. Обычно детвора сразу «включалась» в помощь матери, заканчивая работу с бельём вместе. И только потом дружно возвращались в квартиру.

Не раз соседи с завистью провожали взглядами мать и детей. Соседи невольно завидовали счастью большой семьи. Кроме радостной и доброй атмосферы, соседки не раз невольно с завистью говорили:

– Везет этой фашистке! Девятерых родила, и после этого скачет как козочка! И все со своими шутками-прибаутками, все чего-то эти боговерующие улыбаются и смеются. И чего веселого нашли они в нашей жизни?

Криста выросла в этой квартире и соседи знали, что ее девичья фамилия была Шмидт. Девушка была поздним ребенком в семье и жила с бабушкой. Своих родителей она почти не знала, они погибли в какой-то экспедиции на Дальнем Севере, когда Криста только собиралась пойти в первый класс. После гибели родителей в жизни девочки мало что изменилось. Только то, что теперь некого было ждать из долгих командировок. Ведь ее родители работали научной станции и почти не бывали дома. И поэтому, потеряв родителей, девочка только иногда спрашивала бабушку о них.

Когда Криста выросла, ей было так хорошо дома, что она не спешила замуж. Девушка училась на модельера и была счастлива. Но когда бабушка стала настаивать на том, чтобы внучка вышла замуж до смерти старушки, та стала думать о своей семье.

Боря оказался добрым и надежным парнем и хорошим мужем для Кристы. Но бабушка недолго порадовалась счастью внучки. Она ушла мирно, благословив еще раз Кристу и Бориса. Старушка обычно посещала лютеранскую общину, но в последние годы почти не выходила из дома. Но для проведения похорон, внучка пригласила людей из общины.

Услышав о Боге во время проведения похорон, Борис поразился:

– А почему ты мне ничего про Бога не говорила? Я даже не знал, что вы с бабушкой верующие!

– Да как-то к слову не пришлось, – неопределенно ответила молодая жена, – просто я на самом деле не очень-то религиозна. Бабушка ходила в церковь, пока могла. А я, если честно, не очень. Хотя меня крестили в детстве. У лютеран крестят детей, как и у православных.

– А что, у кого-то не крестят? – уточнил Борис, и Криста поняла, что ее молодой муж совсем далек от религиозных тем.

Она коротко объяснила в чем разница между некоторыми христианскими конфессиями, но сама тоже довольно сильно «плавала» в этом вопросе.

– Слушай, а давай будем ходить на собрания? – предложил Борис. – Мы же ждем дочку, пусть среди верующих растет. И мне хочется общаться с такими людьми, которые приходили бабушку проводить.

Криста не возражала, и с тех пор они стали часто посещать собрания верующих. Библия стала семейной настольной книгой, а радость и смех – хозяевами этой квартиры. Супруги не стали религиозными, но искренне полюбили Бога и Его Заповеди. Если бы кто-то спросил у них ответы на религиозные или богословские вопросы, они все также не смогли бы ответить, да и не хотели. Для супругов было важно только то, что даёт их семье желание жить и радоваться. Они убедились в том, что Бог дал Заповеди людям, чтобы им жилось хорошо на земле и чтобы они могли жить на ней долго.

И вот теперь, когда семья Светловых стала большой, да и хозяйка квартиры уже не обладала тонким девичьим станом после девяти родов, соседи завидовали счастью супругов.

Борис много работал. Он захотел иметь большую семью и, получив согласие супруги, сразу настроился на нелегкий труд. Целый день мужчина сидел в конструкторском бюро, но в СССР инженер, даже имеющий большие достижения, обычно получал не больше ста восьмидесяти рублей, даже с учетом премий или денежных поощрений. Поэтому, когда родители Бориса решили помочь детям деньгами, супруги купили дачный участок недалеко от города, и Борис все лето «пропадал» на нём.

– Для меня это очень полезно – физически поработать после рабочего дня. А то сидишь, не поднимая головы весь день. А тут – разгрузка. И даже детство и юность можно вспомнить, в деревне-то много времени приходилось на огороде проводить. – Радовался мужчина после покупки участка.

Домик на даче был крошечный, бревенчатый. Но другого Борису и не нужно было, требовалось только место, куда можно спрятать инвентарь.

С участка семья получала почти все овощи и фрукты, в которых они нуждались. Обычно отец всегда брал с собой старших детей и поэтому дети привыкли ожидать отца на остановке с приготовленным матерью ужином. А на выходных нередко вся семья отправлялась на дачу. Иногда кто-нибудь из старших пытался возмущаться, тогда Криста напоминала:

– А кушать всю зиму мы что будем?

Вопросы и возмущение детей как-то исчезали после ее слов.

Семье повезло иметь большой и сухой подвал, который закрывался на металлическую дверь и обычно урожая овощей, и закрученных на зиму банок, хватало до весны.

Старшей дочери исполнилось восемнадцать, а младшему сыну едва исполнилось три года, когда в дом неожиданно пришла беда. В этот летний вечер Борис не стал звать с собой детей. Уходя утром на работу, он сказал жене:

– Родная, я сегодня один на дачу поеду, только полью огурцы и – домой. Думаю, что ужинать буду дома, с вами.

– Хорошо. Тогда возьми с собой компот, чтобы воду из-под крана не пить, – согласилась женщина.

Она привыкла заботиться о муже и о детях, пытаясь заранее продумать, что им может понадобиться.

Борис взял с собой холщовую сумку с компотом и обедом, приготовленным супругой и отправился на работу. Криста знала, что не стоит ожидать мужа раньше сумерек и потому спокойно занималась домом и детьми. Но солнце скрылось за горизонтом, а Бориса все не было и Криста начала тревожиться. С момента их знакомства Борис не задерживался, не предупредив супругу. Он очень берег своё жизнерадостное сокровище.

Криста не хотела тревожиться и пугаться раньше времени, но все равно не находила себе места. Спустя два часа, после того как совсем стемнело, она всерьез испугалась.

– Мам, а где папа? – вошла средняя дочь на кухню, – у меня задача никак не сходится.

– Я не знаю, доченька, – в темноте на огороде делать нечего, а с тех пор как стемнело, можно было уже вернуться домой.

– Может в скорую позвонить? – подошла старшая дочь. – По крайней мере будем знать, что он не в больнице. А то кто знает, вдруг авария какая-то?

– Не говори такого! – испугалась вдруг Криста, – будем надеяться на лучшее.

Но к телефонному аппарату подошла и набрала номер.

– Здравствуйте, девушка! – начала она дрогнувшим голосом, – скажите, к вам Светлов Борис не поступал?

– Я дам вам другой номер, там вы сможете узнать, – ответила девушка и продиктовала номер.

Криста нажала на рычаг и набрала другой номер. После ее вопроса, девушка напряженно ответила:

– Да, вызов был, сказали, что в кармане было удостоверение инженера Светлова, – подтвердила она.

– Что случилось? Как он? Он в больнице? – испугалась женщина.

– Нет, он не у нас, – прозвучал ответ на другом конце провода и Криста невольно облегченно вздохнула.

– А где я могу его найти?, – уточнила Криста после паузы.

– Простите, но его отвезли в морг. Когда скорая приехала, но был уже мёртв, – прозвучал ответ.

Криста побледнела и прислонилась к стене, на которой висел телефонный аппарат. В семье, где много малышей, его умышленно повесили повыше, чтобы дети не потянули за провод и не уронили его.

– Что случилось? – побелевшими губами хрипло произнесла женщина.

– Предположительно сердце. Но только после вскрытия будет точный диагноз, – прозвучал ответ, – вы сможете забрать тело не раньше, чем через три дня.

Криста попрощалась, положила трубку телефона на рычаг и медленно осела на пол, хрипло прошептав:

– Тело…

Позже выяснилось, что Борис стоял на остановке, ожидая автобус. Ему стало плохо с сердцем, он прижал руку к груди и присел, облокотившись спиной о столб. Рядом стоящий парень поинтересовался, все ли в порядке, но Борис был уже без сознания. От прикосновения к плечу, он упал на бок. Парень побежал в ближайший магазин, и попросил вызвать скорую помощь, но когда машина приехала, было уже поздно.

Женщина была очень благодарна единоверцам, которые, узнав о беде семьи, появились в доме, помогли с организацией похорон. Пастор церкви даже разрешил поминальный обед сделать в зале для собраний. В конце восьмидесятых годов, гонений на верующих уже почти не было, только в некоторых местах все еще встречались преследования. Хотя, конечно, в школах детей все еще временами выставляли на классных часах или на общих школьных линейках, но тюрем и лагерей можно было уже не бояться. Дом молитвы лютеран был официально зарегистрирован и никто не препятствовал им собираться. Но даже если бы и были проблемы – повод для собрания людей был более чем законный.

Немало знакомых пришли проводить мужчину в последний путь. Из деревни приехали его старенькие родители.

Криста, казалось, проглотила шест. Она ходила, выпрямившись словно солдат на плацу и почти не плакала. Шок был слишком велик. Женщина все делала как во сне. Её тёмные волосы стали странно серыми за несколько дней ожидания, когда морг позволит забрать тело мужа и предать его земле. К концу недели волосы приобрели новый оттенок. Теперь они стали чисто белыми. Она все также готовила еду для своего многочисленного семейства, и даже не просила старшую дочь помогать, как делала это всегда. Но дети сами старались не отходить от матери и во всем ей помогать. Со стороны казалось, что беда, постигшая семью, собрала детей около матери. Они напоминали цыплят, сбившихся под крылья курицы, при появлении коршуна.

Немного странно смотрелось молодое еще лицо женщины в обрамлении совершенно белых волос.

Криста совсем растерялась. Она не знала, как жить самой без любимого, а тут еще и за детей отвечать нужно. Дети ищут силы и поддержки от матери, а она не знает где взять сил, чтобы дышать? Счастливый брак тоже имеет оборотную сторону. Если супруги становятся одним целым, когда сильная сторона личности покрывает слабости другого. Тогда они, словно тело на двух ногах идут по жизни в чёткой гармонии движения, и потеря одного из супругов кажется катастрофой для другого.

– Господи, за что?! Почему Ты забрал Борю?! – шептала Криста, лёжа ночью в постели и глядя сухими глазами в потолок.

Немало часов пролежала она в постели без сна, мучимая вопросами без ответа.

Глава 2

После похорон в гости пришел пастор общины. Он позвонил заранее, и Криста ожидала его. Женщине очень хотелось задать мужчине свой самый тяжелый вопрос, хотя она и понимала, что пастор – не Бог и не может ответить за Него. И все же ей очень хотелось услышать хоть что-то, за что она могла бы ухватиться, чтобы выжить. Услышав от женщины вполне ожидаемый вопрос, Сергей Юрьевич помолчал, затем тихо ответил:

– Думаю, что вопрос изначально поставлен не верно. Не «за что?». А для «чего»? Если поставим вопрос верно, тогда искать ответ будет значительно проще, хотя я все равно не смогу ответить на него. Только ты сама, сестра, сможешь узнать у Бога ответ свой вопрос. Пройдет время, тебе нужно будет наблюдать, что происходит в твоей жизни, как решаются проблемы, как ведет тебя Господь и тогда, думаю, ты сможешь понять, для чего все это было?

Пастор опустил глаза и замолчал. Он не знал, что сделать, как поддержать вдову с такой большой семьей? Конечно, в церкви многие откликнулись на беду и помогли. Но он прекрасно понимал, что эта помощь временна. У них в кассе общины не часто оставались деньги даже после затрат на обычное содержание здания, где они собирались. Члены общины были не богатыми людьми.

– Изменение неправильного вопроса на верны – возможно единственное, что могло мне помочь, – в глазах женщины появился интерес. – Если «для чего-то», то мне хочется узнать. Ведь когда у тебя забирают огромную сумму денег и говорят, что это «для чего-то», то становится интересно, что же это такое дорогое для меня готовится? Но, простите, сейчас я точно не могу сказать «спасибо» Богу! И не знаю, смогу ли хоть когда-нибудь согласиться с Его выбором?!

– Я очень надеюсь, что обида на Бога не разрастётся в твоём сердце. Ведь тогда ты не сможешь получить силу для преодоления этой беды. Ведь мы можем получить достаточно силы для жизни только от Него. – мужчина помолчал немного и продолжил. – Думаю, что беды случаются со всеми людьми. Это горький, тяжелый, но факт. Но если мы соглашаемся принимать утешение и силу от Бога, тогда нам легче становится их пережить, – задумчиво и грустно добавил мужчина.

Пастор и Криста еще немного пообщались и он ушел. Прошло время. Криста вышла на работу, отдав младшего сына в детский садик. Женщина смогла устроиться только уборщицей, потому что понимала, что нужна детям. К большому облегчению женщины, Петенька легко оставался среди сверстников, и до обеда почти не скучал. Но спать даже днем, малыш предпочитал только дома. Поэтому рано утром Криста отводила сына, и шла убирать офис, открывающийся в десять часов. За два с половиной часа она успевала сделать необходимое и спешила домой, готовить обед. Старшие помогали младшим собираться в школу.

Днем женщина шила платья и другую одежду на заказ, оставляя младших детей на попечении старших. Она лишь изредка вставала, чтобы разобрать очередную ссору детей, не сумевших поделить игрушки. Для детей основным было то, что мама все же находится дома, пусть она и занята.

Прошло время, и женщина поняла, что в их семье пропало что-то очень важное и без этого будто скелет семьи исказился, все стало двигаться не так, во всем шло искажение. И женщина, собрав семью однажды вечером, решительно сказала:

– Дети, я думаю, что папа смотрит на всех нас с неба и плачет.

– Почему, мам! – поразилась Катя, старшая дочь, – неужели мы все так много трудимся, а тебе кажется мало?! Я уверена, что папа бы похвалил нас!

– Доченька, мы все, действительно много трудимся. А тебе я особенно благодарна, ведь ты у нас за старшую, когда меня нет дома, и ты хорошо справляешься, – ответила мать.

– Но почему же ты так сказала? – не успокаивалась дочь.

– Потому что мы совсем разучились радоваться. Скажи, Катюш, когда ты в последнее время смеялась? Ну, так чтобы от души, – напомнила мать.

– Я думала, что нам нельзя смеяться, ведь папа умер, – едва сдержав слёзы, вставила Лиля, средняя дочь.

Рома, которому только исполнилось шестнадцать, только напряженно замолчал.

– А я уверена, что папа грустит, глядя на нас. Вспомните, как он любил с вами играть и смеяться. – Криста едва смогла справиться с дрогнувшим голосом. – Мы все очень скучаем по папе и давайте начнем снова придумывать, как и чем порадовать друг друга. Скажи, – обратилась она к младшему сыну, – ты хочешь радоваться?

– Ага – уверенно кивнул малыш.

– Думаю, что папе будет очень приятно видеть нас с неба и знать, что мы снова научились радовать друг друга. И вы же помните, что папа всегда придумывал чем нас всех порадовать бесплатно или чтобы не нужно было много денег тратить. Предлагаю так это и оставить. Чтобы наши проблемы с деньгами не отражались на радости. – Закончила мать большого семейства.

С этого дня вся семья включилась в поиск возможностей порадовать друг друга. Криста осознала, что раньше была скорее «принимающей стороной». Она поддерживала мужа и продолжала его инициативу радости, подаренной друг другу. Но никогда не была инициатором. Но теперь, она понимала, что кроме неё некому поддержать семью, не только финансово, но и эмоционально. Женщина со всей своей немецкой последовательностью, решила находить в день хотя бы два способа порадовать детей. Сначала это давалось не просто, но скоро появился навык. Да и дети с удовольствием «включились в программу», тем более, что у них был навык, ведь отец тоже учил их находить способы помочь друг другу.

– Пусть это мелочь, но ведь она помогла стать тебе чуточку счастливее, – не раз приговаривал Борис.

И теперь в семье эта фраза стала звучать часто, словно она возвращала образ любимого папы в дом.

Прошло два года. Петя подрос и давно привык к садику. Катя стала нередко задерживаться после молодежного общения в собрании. Один из ребят начал ухаживать за девушкой и всегда предлагал проводить ее до дома. Но почему-то дорога домой становилась намного длиннее, чем в те дни, когда Катя ехала одна. И не раз молодые люди оказывались то в сквере, недалеко от квартиры Светловых, то беседующими на детской площадке во дворе. Катя вела себя строго и всегда старалась оставаться на людях, избегая скрытых уголков, ведь ее любимому предстояло еще служить в армии. Но ей нравилось внимание парня и Криста, глядя на молодых людей, задумалась о том, что ей трудно будет найти финансы на свадьбу, успокаивало только то, что время еще есть. Хотя Катя сама уже работала и, наученная матерью, понемногу откладывала деньги на подобные «неожиданности».

В один из теплых выходных дней в начале лета Криста предложила детям:

– Дети, давайте съездим в лес, насобираем земляники и продадим ее. Говорят, что в лесу сейчас ее очень много. Люди вёдрами собирают. Тогда всем вам будет по мороженному и мяса немного купим.

– Ура! Мороженное! – обрадовались малыши.

– Мясо! – с вожделением произнес Рома.

– Лес! Мы так давно не были в лесу! – засияла Лиля. – А мы пикник там сможем устроить?

– Ну да, конечно. Ведь мы вряд ли до обеда управимся, – согласилась мать. – Так что перекусить обязательно что-нибудь возьмём. На природе все вкуснее.

Роме подходил срок идти в армию и Криста волновалась за сына. Как и всегда, для своей матери он был лишь ее маленьким сыночком.

У каждого ребенка был свой интерес, но все сходились в одном – ехать стоит. И только Катя с огорчением сообщила, что ее вызвали на работу и выходного в лесу у нее не получится. Остальная семья в радостном возбуждении готовилась к поездке. Раньше они с отцом часто ездили на дачу, хоть участок был совсем недалеко от города, и все же это была природа. Но после смерти Бориса землю пришлось продать. И теперь поездка на природу была для всех большим событием.

Глава 3

Лес встретил семью щебетом птиц, перекличкой кукушек и легким ветерком, раскачивающим кроны деревьев. Дети наперебой рассказывали матери обо всем, что видели и слышали.

– Мам, слушай, кукушка! – воскликнул один.

– Подожди, на другой стороне другая! Разве такое может быть?! – перебил другой.

– Да нет, это просто та же самая, только она перелетела на другое место, – вмешался третий.

– А цветов – то сколько! – закричала младшая из дочерей, – а запах!

Криста лишь молча улыбалась, вдыхая аромат сосновых шишек, молодой листвы и полевых цветов. Она наслаждалась покоем и тишиной. Голоса детей не казались для женщины помехой тишине. Напротив, их реплики невольно обращали ее внимание то на один звук или предмет, то на другой.

Вся группа отошла в сторону от станции и углубилась в лес.

– Дети, не ходите по одному и обязательно держитесь в пределах видимости! – скомандовала мать, – не потеряйтесь в лесу.

– Хорошо, мам! – ответили сразу несколько голосов.

– Мам, а как ты думаешь, грибы сейчас есть?

– Не знаю, может и есть какие-нибудь весенние, – пожала плечами Криста, – только я не очень-то в них разбираюсь. Если найдете, складывайте отдельно в пакет, дома у соседей спросим. Не смешивайте землянику с грибами. И собирайте аккуратно. Мятую ягоду у нас никто не купит.

– Мам, а можно набрать домой на варенье? – поинтересовалась Лиля.

– Конечно! Часть для себя, остальное на продажу. Так что молитесь, чтобы Господь указал нам хорошую поляну.

И действительно, не успела семья углубиться в лес, сразу встретилась небольшая полянка с красными душистыми ягодами. Затем еще и еще. Больших полян не встречалось, и дети быстро обирали ягоду на освещенных солнцем кочках, продвигаясь все дальше в лес.

Криста оставляла заметки на деревьях в виде надломленных сухих веток.

– Это ваш папа меня так учил, – сообщила женщина детям. – Он же в деревне вырос, вот и рассказывал, как они с ребятами в дальнем лесу бродили и сами себе дорогу обратно помечали.

Корзинки были почти полными, когда Рома, шедший впереди, вдруг воскликнул:

– Гляньте! Мужик! Может пьяный?

Криста поспешно подошла к сыну и посмотрела в направлении, куда он показывал. Действительно, на склоне оврага в странной, неестественной позе лежал мужчина. Женщина сначала мысленно согласилась с сыном, подумав, что перебравший горе-собиратель упал на край оврага, да там и уснул. Но потом что-то подтолкнуло женщину, и она решила проверить. Он был одет в форменную одежду, но было непонятно, кто он?

– Дети, стойте здесь! – скомандовала она и махнула Роме, – А ты пойдем со мной, проверим, что с ним? Этот человек как-то странно лежит. Да и одежда у него необычная. Вроде не военный, но похоже на какую-то стандартную форму.

Подойдя ближе, Криста увидела кровь на ноге и ахнула:

– Он не пьян! Кажется что-то случилось!

В то же мгновение в глазах женщины появился решительный огонек. Она взглянула на сына.

– Ром, поможешь достать его? Мне кажется, что он ранен или ногу сломал. Я вижу, что он дышит, но кажется без сознания.

Парень решительно шагнул вперед. Пострадавший был крепким накачанным мужчиной, не меньше ста восьмидесяти сантиметров ростом. Его возраст трудно было определить, так как лицо покрывала густая борода, в которой сейчас застряли мелкие веточки и сухие травинки.

– Конечно, мам!

Незнакомец оказался довольно тяжелым и младшие братья подключились к нелегкой работе. Когда, наконец, пострадавший оказался наверху, Криста осмотрела ногу, где на штанине была кровь.

– Не может быть! Это дырка от пули! Рома, беги скорее на станцию, вызывай скорую! – попросила она старшего сына.

– Мам, смотри, у него кажется еще на груди кровь! – заметил средний сын.

Криста распахнула легкую тканевую куртку и ахнула.

– Здесь тоже дырка от пули! Ромочка, беги скорее! Ему точно нужны носилки. Мы не сможем его вынести из леса!

Корзинки с ягодой были забыты. Дети столпились вокруг раненного мужчины, лежащего на траве. Он не приходил в себя и только его грудь едва заметно шевелилась. Криста сняла с себя тканевую курточку, которую надела для защиты от солнечных лучей и свернув, положила раненному под голову. Через несколько минут мужчина зашевелился и едва слышно произнёс:

– Пить.

Кто-то из детей сразу протянул матери бутылку с водой и она осторожно дала мужчине несколько маленьких глотков. Он глотал с большим трудом. Теперь было видно, что он не старый, хотя в бороде уже пробивались редкие седые волосинки. Бледные губы растрескались от жажды, а вокруг глаз темнели круги. Кожа была горячей. У незнакомца явно была повышена температура.

Ждать пришлось долго. За это время незнакомец несколько раз приходил в себя и тихо просил воды. Сделав пару глотков, она снова впадал в забытье. Криста переживала о том, что раненный, возможно достаточно долго пролежал в лесу и от пули могло начаться заражение. Наконец, между стволами деревьев появились люди в халатах и милиция. Роман шел с ними.

– Мам, мне сказали, что если в кого-то стреляли, милиция обязательно должна быть, – сообщил парень.

Медики быстро осмотрели раненного и приготовили к транспортировке. Милиционер записал показания Кристы и сообщил, что семья может идти по своим делам. Перед тем, как врачи унесли раненного, Криста спросила, куда его повезут.

– Я хотела бы позже узнать о его самочувствии, – объяснила она. – Очень хотелось бы, чтобы он выжил!

В город семья вернулась после обеда, так и не устроив себе пикника на природе. Бутерброды доели в электричке на обратном пути. Ягоды собрали меньше, чем могли бы, но у всей семьи осталось чувство, что они сделали что-то очень важное. Ведь нет ничего ценнее человеческой жизни!

По возвращении в город, как женщине и предсказывали друзья, Криста легко продала ягоду, ведь вокруг было много тех, кто имел деньги, но не имел времени ее собирать. Женщина могла бы выручить больше, если бы по совету, продавала землянику стаканами. Но ей нужно было спешить домой, к детям, которых она отправила домой со старшим сыном.

Быстро продав ягоду, Криста поехала в больницу. Она знала, что дети также ждут известий о состоянии того, кого они нашли в лесу. Подойдя к девушке за стойкой в приемном покое, женщина узнала, что незнакомец жив, ему сделали операцию и теперь он лежит в реанимации.