Хозяин мышеловки
- -
- 100%
- +
– Что же мне теперь – так и быть вашей пленницей?
– Нет, ты не пленница, – возражает он.
Голубые глаза вспыхивают.
– А кто же я для вас?
Обычный вопрос, учитывая ситуацию, в какой они оба находятся. Но Смирнов чувствует, что Мышка задала его не просто так. Она всё видит. Она понимает, что он смотрит на неё не как на бездушный предмет. Но ведь сама же провоцирует! Любой мужчина на его месте дрогнул бы. Это у него ещё терпения хватает её не трогать. Да и останавливает то, что она несовершеннолетняя.
– Когда тебе восемнадцать? – вместо ответа сам спрашивает Смирнов.
– Послезавтра.
– Скоро…
Как бы ни хотелось забыть это зрелище, но мыслями всё равно возвращается к той сцене в ванной. Девчонка ему едва ли не в дочери годится. Но и она совсем взрослая. Интересно, что ей известно о сексе? Был ли у неё опыт с каким-нибудь парнем? И почему, вообще, он сейчас об этом думает?!
– Предлагаю заключить перемирие. Сделано сегодня было достаточно. Я думаю, теперь ты понимаешь, что уйти без моего согласия не получится.
– Да, но… – Мышка чуть улыбается, – может быть, вы меня отпустите?
У неё нежные губы. Маленький, аккуратный ротик. Как давно он не целовал женщин? Кажется, это было в прошлой жизни. А Мышка просто создана для поцелуев.
Но – не сегодня. Не сейчас.
Вообще, лучше никогда.
Это может помешать работе, и тогда неизвестно, чем всё кончится. А в таком ответственном деле рисковать нельзя. Нужно следовать инструкции. Тогда можно обойтись без лишних проблем.
Когда ей стукнет восемнадцать, она сможет вступить в права. Мехов сказал, что сам займётся этим вопросом. Задача Смирнова – спрятать Мышку, чтобы её не нашёл Батя. Как только Мехов всё уладит, мышеловку можно будет открыть. И тогда Смирнов попрощается с Верой и вряд ли когда-нибудь ещё увидится. А значит, забивать себе голову мыслями о ней – пустое занятие. Всё равно дальше ничего не будет. Баб много. Он всегда сможет найти себе любую. И на Мышке точно свет клином не сошёлся.
Просто у него давно не было секса. Вот он и бесится.
Ну, ничего, можно потерпеть. Это ведь ненадолго?
* * *
А вечером они пили чай на веранде. Мышка пообещала, что не будет убегать. Но взамен просила рассказать ей всё, чего она не знает.
– Не могу, – в который раз отвечает Смирнов.
– Да что у вас за начальник такой? – возмущается Мышка. – Сколько я ещё буду мучиться здесь?
– Разве тебе плохо? Еда есть, одежда, крыша над головой. Бассейн, – Смирнов, вспомнив про Мышкин «заплыв», улыбнулся, и предательские ямочки заиграли на щеках.
– Вам очень идёт улыбка, – замечает она.
Он тут же берёт себя в руки. Улыбки как не бывало.
– Вы нарочно притворяетесь хмурым и строгим, – продолжает Мышка, – чтобы я вас боялась и слушалась. А на самом деле вы не такой.
В серо-зелёных глазах зажигается интерес.
– Откуда ты знаешь, какой я?
– У вас глаза добрые.
Хм… Бывшая когда-то тоже говорила: «Глаза у тебя, Смирнов, добрые. И сам ты мягкий слишком. Не сможешь женщину ударить».
Женщину – нет. Тупую блядь – с удовольствием.
Только до рукоприкладства всё равно не дошло. Она – мать его сына. Её пальцем не тронул. А вот её хахаля – одного из, но самого зарвавшегося – пришлось как следует тронуть. И рука не дрогнула, когда прицел наводил. Таких мудаков надо убирать без сожаления.
Страшная тогда была ночь. Смирнов до сих пор вспоминает с содроганием. Как повезло, что пацан тогда был у соседки. Хоть на это ума у его мамаши хватило. Соседка его и вызвала. Шёпотом сообщила в трубку, что у его бывшей очередная попойка, что собутыльник её разошёлся не на шутку, и что она мальчика к себе забрала. Смирнов быстро собрался, приехал. Как оказалось – вовремя. В квартире накурено – не продохнуть. Пустые бутылки валяются на полу. Боже, в какой клоаке она живёт с его сыном!
Переступая через кучи хлама, Смирнов пробирался в комнату. А там его бывшую жену, держа за волосы, таскал по полу какой-то амбал и пинал ногами. Она то ли хрипела, то ли кричать пыталась – не разобрать. Смирнов в одно мгновение подлетел, вырубил амбала, поднял бывшую на ноги.
«Это кто?» – зарычал недовольный амбал. Полез в карман и достал нож.
Смирнов оказался быстрее. Прицел как всегда точен. Тот дурак не поверил – пошёл на него стеной. Остановился после щелчка. Потом удивлённо смотрел на расползающееся под рукой красное пятно. И затем осел на пол.
Смирнов сам вызвал полицию. Бывшей пригрозил давать показания слово в слово, как надо. Она с перепугу на всё согласилась.
Дело замяли. Недаром Смирнов столько лет на службе состоял. Да и Мехов в том не последнюю роль сыграл. Сказал ему тогда:
– Буду я ещё из-за всякого дерьма терять стоящих людей. Одним уродом меньше. А ты, Смирнов, мне ещё понадобишься как-нибудь. Тогда сочтёмся.
Вот и понадобился. Не только в деле с Мышкой. До этого ещё много раз было. Отказывать неудобно. Мехов платит хорошо. К тому же помог ему. Бывшая Смирнова с тех пор бухать завязала. Боится, что может подобное повториться. Сын с ней. Но это до поры до времени. Как только Смирнов закончит все свои дела, обязательно заберёт его с собой и уедет отсюда, наконец. Туда, где сможет начать новую жизнь. Без всех этих бандюганов, похищений, вымогательств и тому подобного. Мехов ведь тоже не так хорош, как кажется. За годы службы Смирнов узнал о нём многое. И понял, что должность – это всего лишь прикрытие. И хотя Мехов называет Батю криминальным авторитетом, сам по сути недалеко ушёл. А что касается самого Смирнова…
Он такой же соучастник, как и остальные – те, кто на Мехова работает. Разницы никакой.
«А ты говоришь: глаза добрые, – задумчиво глядя на неё, мысленно произнёс Смирнов. – Нет, Вера, ты даже не представляешь, с какими людьми приходится иметь дело».
Но Мышка этого не знает. Кутается в свой свитер и пьёт чай, периодически поглядывая на него. Ему кажется, или в её взгляде появились лукавые огоньки?
Неужели опять что-то задумала?
Глава седьмая
Первая ночь.
В августе на небе много звёзд. И даже здесь в средней полосе небо красивое. Месяц скрыт наполовину. Тучи рассеялись. Завтра снова хорошая погода. И новый, но почти такой же день.
Мышка сидит на ступенях веранды, задрав голову вверх. Хочет увидеть падающую звезду. И жалуется, что не получается. Она, вроде, успокоилась. Приготовила ужин, разделила его со Смирновым. Почти не спорила. Словом, превратилась в настоящую мышку. Такую, какую он увидел впервые. Но Вера Мышкина – это бомба замедленного действия. Когда рванёт в следующий раз – никто не знает. Поэтому Смирнов постоянно начеку. Одного побега её хватило.
Он стоит позади неподалёку. Наблюдает за ней. Хрупкие плечи чуть подрагивают. Она мёрзнет, ведь ночи уже осенние. Но ему не признается, что не хватает тепла. И в дом идти не хочет. Там ей скучно.
– О чём ты думаешь? – спрашивает Смирнов.
Мышка не оборачивается к нему. Так отвечает:
– О дедушке. Мне не нравится, что он один.
– Мне тоже, – неожиданно соглашается Смирнов.
Она цепляется за его слова. Вскакивает, подбегает к нему. Мелкая, чуть выше его плеча ростом. В глазах волнение, ресницы хлопают, словно крылья.
– Давайте поедем к нему, – просит она.
– Нельзя, – у Смирнова один ответ.
– Но вы же сами только что сказали…
– Это не одно и то же. Приказ есть приказ.
Мышка что-то соображает, обдумывает, как сказать.
– А если вам прикажут убить меня, вы сделаете это?
– Мне этого не прикажут. Тебя никто не собирается убивать.
– А что со мной собираются сделать?
А ведь он и сам не знает. Что Мехов задумал – неизвестно. Подполковник в свои планы Смирнова не посвящал. Сказал: присмотри, дальше видно будет. Ну, вреда он дочери своего друга точно не причинит. Вроде, хочет, чтобы наследство ей досталось. Может, и себе возьмёт куш. Мехов честолюбивый. А захотел бы отдать девчонку Бате – давно бы это сделал. Так нет же, решил против него пойти.
Мехов давно на него зуб точит. За все Батины грехи. Может, в этот раз он с ним и рассчитается сполна. А у Смирнова дело маленькое. Смотри и помалкивай, приказы не обсуждай. Кто б только знал, как это всё надоело!..
– Почему вы молчите? – Мышка снова хлопает ресницами. – Скажите мне правду! Прошу вас!..
А дальше – запрещённый маневр. Вот где её хитрость проявилась. Или это не хитрость вовсе? Или она спонтанно так сделала? Потянулась к нему, схватила за ворот футболки, как маленькие дети тянутся к родителю, чтобы выпросить что-нибудь. Только Мышка не маленькая девочка. Она знает, как нужно просить. И просто давить на жалость не получится. Не выйдет. Смирнов даже не дрогнет. Поэтому её ручки обвивают его шею. Он отстраняется, не даёт ей приблизиться. Но разве это может Мышку остановить? Она встаёт на цыпочки. Теперь чуть выше ростом. И кольцом своих рук обнимает его так, что Смирнов невольно склоняет к ней голову. Так близко впервые видит её голубые глаза. Маленький носик. И губы, которые созданы для того, чтобы их целовать.
Прямо сейчас целовать.
Едва он их коснулся, как понял, что хотел это сделать с самой первой минуты, как увидел Мышку. Страшный запрет, который он сам на себя заложил, и её безумные выходки ему помешали. Но теперь она сама попросила. Ни слова не сказала, но дала понять, что хочет его поцелуев. И разум сдался. Смирнов оказался бессилен перед собственным желанием.
Она отвечала ему сначала робко. То ли стеснялась. То ли опыта у неё маловато. Но Смирнов быстро перехватил инициативу. Языком проник ей внутрь, чтобы исследовать маленький ротик. Мышка задержала дыхание. Это оказалось очень волнительно. И совсем не похоже на те поцелуи, которые она получала от бывших городских ухажёров. Но они были такими же неопытными, как и она. А сегодня впервые по-настоящему её целовал мужчина. И это невозможно сравнить ни с чем.
Одной рукой он обхватывает её затылок. Другой – спускается вниз вдоль спины. Она узкая и кажется совсем хрупкой. Но ему это нравится. Хочется сжать её маленькую упругую попку, а потом вдавить в неё свой ставший твёрдым член, чтобы она ощутила его ещё острее. Но он всё ещё сдерживает себя. Не может отпустить полностью. Есть то, что довлеет над ним. Служебный долг. И приказ, который нельзя нарушить.
Хотя…
Мехов не говорил, что с Мышкой нельзя целоваться.
И снова он с жадностью целует её губы, вращает языком в её ротике. Чувствует, как она тает и всё теснее прижимается к нему. Ещё немного – и ему захочется сорвать с неё одежду, прикоснуться к обнажённому телу. А у неё там всё очень красиво и желанно!..
– Вера, хватит, – Смирнов отстраняется первым. Она всё ещё обнимает его за шею. И он берёт её руки и убирает (с сожалением) от себя. – Этого не должно было случиться.
– Да, наверное, – соглашается Мышка. – Пожалуйста, простите меня!..
Пряча глаза, она убегает в дом. А Смирнов остаётся на веранде. Нужно отдышаться и прийти в себя. Успокоить разгорячённое тело. Он слишком много себе позволил ней. Почему? Неужели теряет хватку? Девчонка самая обычная, но она волнует его всё больше и больше. И что в ней такого есть, чего не было в других? Может, обстановка играет роль?
А вот и падающая звезда. Удивительно, что он успел её заметить. Желание пронеслось в голове так же стремительно, как этот полёт. Что он сам себе загадал – Смирнов не смог бы сказать точно. Что-то, что подсказало ему сердце.
***
В гостиной горел свет. А Мышки нигде не было.
– Вера, ты где? – позвал Смирнов.
Молчание.
Нет, не сбежала. Наверное, просто не хочет с ним говорить. На первом этаже её точно нет. Смирнов бы ощутил её присутствие. Решил подняться по лестнице на второй, проверить.
Так и есть. Дверь в спальню закрыта не полностью. Света нет. Смирнов заглядывает в комнату и видит Мышку, лежащую на постели. Одеяло накрывает её до плеч.
– Спишь?
– Ещё нет, – он и не надеялся, что она ответит.
– Вера, – Смирнов присаживается на край постели, – я хочу тебя предупредить кое о чём. Между нами ничего не может быть. Никаких дружеских или, тем более, любовных отношений. Я всего лишь выполняю свой долг.
– И кому вы должны? – в темноте её глаза поблескивают как два огонька.
– Одному человеку. Ты его пока не знаешь. Но, наверное, он скоро с тобой познакомится. Когда моя миссия закончится…
– То есть, вы уйдёте и оставите меня одну? – вскрикивает она и садится на постель. Одеяло сползает вниз. К счастью для Смирнова, она одета.
– А тебя это не радует? – спрашивает он. – Ты же сама хотела сбежать.
– Но я не хочу никого другого! Я только к вам начала привыкать.
Такое простое по-детски наивное признание. Смирнов улыбается. Эта Мышка хочет окончательно покорить его своей непосредственностью.
– Вера, я всего лишь твой охранник.
– Но вы целовали меня только что! – напоминает она. – Это тоже часть вашего служебного долга?
– Нет. Это моя слабость. Больше такого не повторится.
Мышка горько усмехается.
– Как можно вам верить? Вы обманываете, не говорите правду.
Смирнов с шумом выдыхает.
– Я скажу тебе правду. Чуть позже. Давай на сегодня это оставим.
– Почему? – в голубых глазах появляется робкая надежда.
– Потому что уже поздно, Вера. И… пора спать. Завтра поговорим обо всём. Если, – тут он снова улыбается, – ты опять не станешь убегать.
И эта Мышка неожиданно берёт его за руку и, отвечая улыбкой, говорит:
– Не стану. Обещаю, – и добавляет. – Но только завтра.
Вот хитрая девчонка! Положительно она его радует несмотря ни на что.
– И вот ещё что, Вера, – как будто вспоминает Смирнов. – Раз уж узнали друг друга поближе… Можешь говорить мне «ты». И называть по имени. Помнишь, как меня зовут?
– Помню, – она ложится на подушки, не выпуская его руки. – Слава.
Ох, эти нежные томные нотки в голосе!.. С большим трудом Смирнов заставляет себя от неё оторваться.
– Спокойной ночи, Вера. Если что – я буду рядом, – встаёт и выходит в коридор.
– Спокойной ночи, – она провожает его взглядом. А он ловит себя на мысли, что единственное, чего бы он сейчас хотел – это остаться с ней в этой постели.
Глава восьмая
Смирнов проснулся первым. Непозволительно спать, когда за стенкой Мышка, которая может снова попытаться сбежать или выкинуть ещё что-нибудь в этом роде. Может запросто окатить его холодной водой спящего в постели, например. Смешная девчонка, забавная. И трогательная. Он думал о ней перед тем, как заснуть. И первой мыслью при пробуждении стала тоже она. Завидная регулярность.
Смирнов откидывает одеяло, встаёт с постели. Матрас слишком мягкий, на таком неудобно спать. Зато кровать просторная, хватило бы для двоих. И солнце с самого утра светит в окно. Смирнов открывает его, вдыхает запах утреннего сада, мокрой росы, земли. Здесь, пожалуй, хорошо. Зря Мехов торчит в этом городе. Оставил бы все дела и перебрался сюда. Денег у него куры не клюют. До конца жизни хватит. И самому на шестой десяток. Не надоели все эти разборки с криминалом?
Нет, такие, как он, этим живут. Им никогда не надоест.
– Привет!
Это Мышка Вера. Приветливо машет ему рукой. Гуляет по саду в новой одежде. И выглядит вполне довольной.
– Ты долго спишь, – помнит о том, что они договорились на «ты».
– Долго? – Смирнов удивлённо смотрит на часы. Всего-то около восьми.
– Я привыкла просыпаться рано, – говорит Мышка. – Дедушка, вообще, встаёт в пять утра. Если хочешь, спускайся в сад.
Непривычно приветливая сегодня. Что-то задумала? Запросто. Ах, да, он же обещал ей рассказать всю правду. Вот она и ждёт.
Звонок Мехова неприятно прорезал слух и почему-то омрачил настроение. Смирнов нехотя поднёс телефон к уху.
– Да, Степан Петрович?
– Смирнов, доброе утро, – подполковник бодр, как обычно. – Как прошла ваша первая ночь?
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «ЛитРес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.