Страна волшебных туманов

© Наташа Шторм, 2020

ISBN 978-5-4498-6230-3

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Пролог

Никто не знает, что происходит с душой после смерти. Но каждая вновь и вновь стремится вернуться на землю, неся с собой опыт, полученный в прошлых жизнях. И это будет происходить до тех пор, пока она не очистится, не найдёт себе подобную и не познает ту единственную истину, которая позволит ей передать миру великую мудрость, основу мироздания. Миллионы душ мечутся в поисках своих половинок, и, даже если нескольким из них повезёт, в мир приходит любовь. Остальным же предстоит маяться в бесполезных телах, пока судьба снова не перетасует их в огромной колоде и не сбросит вниз, с небес на землю, даруя очередной шанс.

Глава 1

Ночь казалась тёмной, как глаза дьявола. Девушка кралась по булыжной мостовой, ощущая босыми ногами холод, исходивший от каждой неровности камня. Окрестности ярко освещались светом горевших факелов и жаровен, и только узкая полоса вдоль стены оставалась защищённой от зорких взглядов часовых. Увидев очередной патруль, пересекавший двор, она забилась в нишу и затаилась, словно боясь, что стук собственного сердца выдаст её с головой. Ей осталось пройти всего несколько шагов до спасительной калитки, открывавшей дорогу в новую жизнь, и, чтобы ни случилось, она их обязательно сделает.

Луна скрылась за тучами, сгустив сумрак вокруг беглянки. Перекрестившись, она преодолела оставшееся расстояние и вставила ключ в замочную скважину. Порывистый осенний ветер заглушил скрип проржавевших петель. Девушка замерла лишь на мгновение, бросив прощальный взгляд на замок, где провела всё своё детство, который любила всей душой. Глубоко вздохнув, она протиснулась сквозь небольшой проём и оказалась на свободе. Очередной порыв легко сорвал с её плеч шерстяную шаль, и теперь единственным, что могло защитить от холода, были её густые золотистые волосы, струившиеся по тонкой ткани ночной сорочки сверкающим водопадом.

Сделав пару шагов, девушка остановилась и вскрикнула. Что-то острое впилось в стопу. Преодолев боль, она двинулась дальше. Тучи лишь на мгновение освободили луну из собственного плена, но этого оказалось вполне достаточно, чтобы она увидела мужской силуэт. Это он! Он шёл к ней со стороны реки. Высокий и плечистый, мужчина двигался с грацией кошки. Ещё немного, и он обнимет её, защитит, успокоит, заберёт из этого проклятого места. Она улыбнулась и протянула руки навстречу возлюбленному.

Я открыла глаза и тревожно огляделась по сторонам. Тело сотрясал озноб, а сердце просто выпрыгивало из груди. Осознав, что нахожусь в собственной спальне, перевела дух, хотя всё ещё продолжала протягивать руки навстречу… кому? Странный сон повторялся с завидной периодичностью и заканчивался на одном и том же месте. Чувство опустошённости накрыло с головой, усталость и разочарование навалились с новой силой, лишая возможности рассуждать логично. Мне казалось, что это я, именно я, только что проделала длинный путь по каменной мостовой, что именно я спешила на встречу к таинственному незнакомцу, лица которого даже не видела, что это у меня, Саши Зиминой, сейчас разорвётся сердце от переполнявшей его любви и нежности. Ноги замёрзли так, что я их почти не чувствовала. С трудом поднявшись с кровати, подошла к широко распахнутой балконной двери. Сильный ветер трепал тонкие занавески, наполняя комнату ночной прохладой поздней осени. Огромный бледный диск луны показался из-за чёрных туч и тут же скрылся в их крепких объятьях.

Мои короткие непослушные волосы, влажные от пота, топорщились во все стороны, руки продолжали дрожать. Да что же это происходит, в конце концов? Включив ночник, залезла под одеяло. Не помогло. Даже сейчас, после пробуждения, тени на стенах казались зловещими, а тёмные углы комнаты внушали первобытный страх. Я знала, что не засну до самого рассвета.

И лишь тогда, когда небо стало светлеть, забылась спасительным сном. Уже без сновидений.

Глава 2

«Рондо в турецком стиле» звучало особенно мерзко. Я вздрогнула и окончательно проснулась, вот только покидать уютное гнёздышко не спешила. Да, нервишки требовалось подлечить, причём, срочно. Звонок в прихожей не умолкал. Ну, кто же такой настырный? Взглянув на часы, я потянулась и накрыла голову подушкой. Не помогло. Душераздирающие звуки пробирались сквозь пух и раздражали барабанные перепонки. Тяжело вздохнув, накинула тёплый халат поверх пижамы и поплелась к двери. Гостей я не ждала, мало того, мне абсолютно не хотелось никого видеть, кроме психиатра или психолога, на худой конец. Подобравшись на цыпочках к глазку, осмотрела лестничную клетку. Чёрт, как же невовремя! Эту дурацкую красную кепку перепутать я не могла. Обладатель эксклюзивного головного убора мялся у порога и широко улыбался.

– Открывай, Зимина! Я знаю, что ты дома!

Мысленно чертыхнувшись, я повернула ключ. Вот только Макса сейчас и не хватало!

Назойливый ти впошёл в прихожую, бесцеремонно отодвинул хозяйку квартиры, то есть меня, и втащил следом за собой тяжёлый баул. Скинув дорогущий фирменный пуховик прямо на пол, он распахнул свои объятия.

– Ну, здравствуй, моя беззаботная подруга! Чего стоишь, как неродная? Может, облобызаешь странника и хотя бы кофе сваришь?

Я аккуратно перешагнула через огромную сумку, памятуя о том, что в ней обычно находилось дорогостоящее оборудование, и обречённо поплелась на кухню. Макс шёл следом, сердито бормоча всё, что думал о гостеприимстве родного отечества, которое встретило блудного сына отвратительной погодой, грубыми таксистами и кислой миной единственного друга. Я догадывалась, что и была тем самым, единственным, но ничего поделать со своей миной не могла. Мысли витали слишком далеко. Я медленно сходила с ума, а этот процесс не терпел суеты, которая являась неотделимой спутницей Макса. Компания мне не требовалась, мало того, была противопоказана. Хотя, почему, нет? Макс тоже являлся сумсасшедшим, в своём роде. А как иначе объяснить то, что здоровый, сильный и умный мужик двадцати семи лет от роду, имевший за плечами два высших образования, колесил по миру в поисках приведений и прочей чертовщины? Правда, своё увлечение Макс превратил в весьма доходный бизнес, выпустил несколько книжек и подписал контракт с телеканалом «Мир непознаного». Оставалось только удивляться, сколько есть на свете чудаков, людей со странностями, готовых щедро спонсировать бестолковые экспедиции господина Левина.

Кофе начал закипать. Я достала чашки и наполнила их ароматной жижей.

– Прости. Пирогов не напекла.

Мой гость по-хозяйски залез в холодильник, вытащил кусок засохшего сыра, два банана и брезгливо поморщился.

– Значит, так теперь живут простые российские безработные? Полгода назад твои дела шли гораздо лучше.

Я горько усмехнулась.

– Лучше? Ты ошибаешься. Ничего не изменилось. Проблем с деньгами у меня нет. Мама всё ещё содержит свою дочь-неудачницу. Просто сходить в магазин некогда.

Я взяла огромную кружку и уселась на мягкий диванчик, закинув всё ещё гудевшие ноги на кожаный пуф.

– И чем же ты так занята, дорогая?

– То тем, то сем. Бегаю, как белка в колесе.

– Как белка, говоришь? – Макс провёл пальцами по тонкой щиколотке и присвистнул. – Принцесса! Ты танцевала всю ночь без туфелек?

Бросив взгляд на свои ножки, я обомлела. В горле пересохло, язык прилип к нёбу. Такого просто не могло быть! Никогда! Ни при каких условиях! Толстый слой пыли покрывал стопу, грязь забилась под ногти, безнадёжно испортив некогда идеальный педикюр, а кожа на нежных пяточках потрескалась. Нужно было немедленно спрятать свой позор, хотя бы в тапки его засунуть, но Макс продолжал пристально рассматривать правую конечность, крепко сжимая лодыжку рукой.

– Ой, больно! Ты чего там делаешь? – Я взвизгнула, как поросёнок.

– Вот, смотри!

– Колючка?

Глаза внимательно изучили небольшой шип, который Максим только что вытащил из пальца и вложил в мою ладонь. Бред. Я уже неделю не покидала квартиру и мылась всего лишь несколько часов назад. Голова раскалывалась, объяснений не было. Хотя были, причём, вполне правдоподобные. Всю ночь я бродила босиком по двору собственного замка! Голову бы оторвать тому, кто разбросал там колючки! Горько усмехнувшись, решила: пора! Пора сдаваться, но не психиатру, а к какой-нибудь ведьме. Пусть потребует любые деньги, но прекратит весь этот кошмар!

Макс, наконец, отпустил мою ногу и подошёл к окну.

– Я приехал не в гости. У меня есть деловое предложение, от которого ты не сможешь отказаться.

Я заёрзала в кресле. Больше всего на свете хотелось залезть в горячую ванну и забыть о своих ночных метаниях. Сомнений не осталось. Я страдала лунатизмом. Выпрыгивала в полнолуние в окно и наматывала километры вокруг дома, а сны… сны только отражали мои бессознательные похождения. К доктору, срочно к доктору! Вникать в грандиозные планы друга детства я не собиралась.

– Ты слышишь меня?

Я вздрогнула и кивнула. Чем быстрее он закончит, тем быстрее покинет мой гостеприимный дом.

– Так вот. Я собираюсь подписать крупный контракт с английской телекомпанией. Представь себе, целый цикл документальных фильмов о замках Англии, Шотландии и Ирландии. Мне поручили подтвердить или опровергнуть старинные легенды и мифы. Бюджет грандиозный, оборудование потрясающее.

– Поздравляю. И ты примчался в Россию, чтобы сообщить мне об этом лично? Мог бы просто позвонить.

Макс взъерошил волосы.

– Ты не поняла. Я приехал за тобой. По условиям контракта в кадре я должен появляться не один. Со мной должна быть очаровательная девушка, соведущая, великолепно владеющая английским.

– И ты решил, что я соглашусь?

– А разве нет?

Очистив банан, протянула его другу.

– Нет. Я экономист с международным дипломом. И я не намерена гоняться за привидениями ни в Англии, ни в Шотландии. Не хочу бросать тень на свою безупречную репутацию.

– Да? А чего по специальности не работаешь? Не берут? Что толку в твоём красном дипломе, в заграничной стажировке и в знании трёх иностранных языков? Твоя репутация так безупречна, что её давно пора испортить. Вот я и предлагаю настоящие приключения, тайны, загадки и очень приличное вознаграждение.

Макс схватил со стола салфетку и написал цифру с четырьмя нулями позади.

– Это в фунтах, которые стерлинги. И заметь, без учёта командировочных расходов, так сказать.

Взглянув на свои грязные ноги, я грустно покачала головой.

– Не пойдёт. У меня свои планы.

– Поделиться не хочешь? – Несносный гость изловчился и вытащил из моих волос колючий зелёный лист. – Не знаю, где ты шляешься по ночам, принцесса, но этот вид чертополоха растёт только на северо-западе Шотландии.

Передав очередную находку из рук в руки, он вышел в прихожую, накинул на себя пуховик и широко улыбнулся.

– Вылетаем послезавтра. Я за тобой заеду. Надеюсь, твоя виза ещё действует?

Я только открыла рот, чтобы возразить, как вездесущий Макс уже скрылся за дверью. На лестнице послышались его торопливые шаги, а потом всё стихло.

Чертовщина какая-то! Откуда взялся в волосах этот странный лист? Возможно, Макс меня просто разыгрывает? Ладно. Надо успокоиться и всё обдумать.

Глава 3

Тамара Дмитриевна Зимина была настроена решительно. Вот уже несколько лет она безуспешно пыталась выдать замуж единственную дочь за человека «своего круга». Но Александра упорно сопротивлялась, отметая всех женихов, одного за другим. То претендент был слишком стар, то слишком инфантилен, то не имел должного уровня образования. Глупая девчонка! Можно подумать, что отпрысков благородных фамилий развелось, хоть пруд ими пруди. Нет. В наше время они являлись товаром штучным и очень ценились в том самом «своём кругу». Тамара Дмитриевна подошла к стене, где в позолоченной рамке висело её генеалогическое древо. Женщина выпрямила и без того прямую спину и поправила кипельно-белый воротничок на блузе. Да, родословная – великая вещь, и пренебрегать ею никак нельзя.

Сегодня она решила устроить очередную вечеринку. Баронесса Савельева обещалась представить своего племянника. Юноше едва минуло двадцать пять, но он получил прекрасное образование и достиг определённых высот в адвокатском бизнесе. Чем не пара для Александры? Но прежде было необходимо переговорить с неразумной дочерью. Раз уж мать содержит её до сих пор, то вправе рассчитывать на определённую долю послушания.

Тамара Дмитриевна поправила свою безупречную прическу и подошла к окну. Звук сигнализации известил о том, что непутёвая дочь прибыла. Серебристый «Сitroёn Berlingo» одиноко стоял в огромном дворе, а рядом с ним топталась Саша. Женщина нахмурилась. Девочка могла бы одеться и поприличнее. Она потратила целое состояние на наряды дочери, но та упорно пренебрегала шикарными платьями и костюмами. Опять эти несносные джинсы и грубый шерстяной свитер. Слава Богу, она, как мать и просто умная женщина, догадалась придержать у себя кое-какие вещички.

Я шла к дому, как на эшафот, низко опустив голову. Я догадывалась о цели визита, и это отнюдь не способствовало улучшению и без того скверного настроения. Очередные смотрины, очередной жених. Поднявшись по ступенями, дёрнула за позолоченную ручку. Дверь не то дворца, не то замка, который несколько лет строила моя матушка, оказалась открытой. Переступив порог, я опять почувствовала, что оказалась в каком-то несуществующем мире, где переплетались тени средневековья и эпохи возрождения с современными благами цивилизации. Пройдя тесный полутёмный коридор, освещённый бра в виде оплавленных свечей, вошла в просторную гостиную. Стену вдоль винтовой лестницы покрывала имитацией грубых камней. Несколько портретов «под старину» изображали усопших прабабушек, когда им было совсем немного лет. Зато остальное пространство светилось роскошью, вопящей о богатстве и расточительности хозяйки. Старинная мебель в стиле викторианской эпохи, позолоченные подсвечники, тяжёлая бронзовая люстра, картины с изображением сцен охоты и королевских трапез. И посреди всего этого великолепия, над прекрасным дровяным камином, висела огромная плазма, как насмешка над безвозвратно ушедшим временем.

Я скрипнула зубами. Говорят, что психические расстройства передаются по наследству. И этот странный дом был свидетелем тому, что с головой родительницы тоже не всё ладилось.

Мама стояла на самой верхней ступеньке лестницы, элегантная и высокомерная, как всегда, и взирала на меня с высоты второго этажа. Всегда поражалась её выдержке и хладнокровию, но сегодня мамуля нервничала.

– Рада, что ты нашла время навестить старушку. – Она медленно спускалась, не отводя от меня недовольного взгляда. – Раньше ты постоянно пренебрегала моими просьбами.

– В последнее время твои просьбы стали более походить на приказы и распоряжения, мамочка. – Приняв позу стойкого оловянного солдатика, я вскинула подбородок.

Колючий взгляд оценил меня с ног до головы, от чего по коже поползли противные мурашки.

– Сейчас ты поднимешься к себе в комнату, переоденешься, приведёшь себя в божеский вид, и мы побеседуем.

Я пожала плечами и обречённо поплелась наверх.

Я ненавидела свою комнату недоделанной принцессочки. Розовые стены, кровать под балдахином, инкрустированный туалетный столик и огромное зеркало в золотой оправе. В этот раз моя опочевальня выглядела особо зловещей. На кровати лежала длинная прямая юбка и кремовая блуза с облаком рюшек и оборок. Натянув вещи, которые мне совершенно не нравились, достала с полки коробку с лакированными лодочками и поспешила вниз, помянуя о том, что матушка ждать не любила.

Холодная улыбка заставила съёжиться.

– Так-то лучше, дорогая, во всяком случае, не будешь выделяться среди приличных людей.

Я умостилась на краешке дивана, держа спину совершенно прямо, как и подобало девушке благородных кровей, и тяжело вздохнула.

– Ты никак не оставишь попыток выдать меня замуж?

Мамуля выгнула красиво очерченную бровь и высоко подняла голову. Вот сейчас начнётся! И началось.

– Ты привыкла к хорошей жизни, детка, но совсем не думаешь о том, что твоя мать не вечная. Всю свою молодость я вкладывала в тебя душу и деньги в надежде на то, что в старости сорву свои дивиденды. Я сделала всё, что смогла, и даже больше. И что получила взамен? Дитя, которое ни на что не способно? Ты не работаешь, ничем не увлекаешься, ни с кем не встречаешься. Ты воротишь нос от женихов и не можешь даже внуками скрасить моё одиночество. Не знаю, как долго я смогу тебя обеспечивать дальше. Так что вот тебе мой материнский совет. Присмотрись к юноше, который сегодня будет у нас в гостях, поговори с ним, пококетничай, в конце концов. Это твой последний шанс. Иначе мне придётся принять радикальные меры.

– Что?

– Я лишу тебя содержания. Полностью. Ты должна будешь съехать со съёмной квартиры. Хотя, если сможешь её оплачивать и дальше…

– Но где мне жить? – Это был удар ниже пояса.

Мама развела руками.

– Я не гоню тебя из особняка. Возвращайся. Ты займёшься переводами или репетиторством с соседскими детьми, раз уж своих ума не хватает завести. Словом, учись зарабатывать, дитя моё.

Мои руки сжались в кулаки.

– Мама! Ты же знаешь, я не тунеядка. Но без опыта работы я не могу устроиться ни в одну приличную компанию по специальности, а от других видов деятельности ты сама меня огораживала.

– Верно. И сейчас я осознала, что была неправа. Прошло полгода, как ты вернулась со стажировки. Куда делась моя дочь, смелая, уверенная, полная надежд? Посмотри в зеркало. В кого ты превратилась? Тебе не стыдно? Худая, бледная, с кругами под глазами. Ты, видимо, забыла, кем были твои предки? Мне стыдно за тебя.

Я скривилась, будто только что разжевала лимон целиком. Замуж не хотелось. Отпрыски приличных семей раздражали, но ещё меньше хотелось переезжать в странный дом великосветской матушки. Оставалось одно – найти работу и обрести маломальскую независимость. Не сошёлся же свет клином на карьере экономиста! Чем плохо устроиться секретарём-референтом или помощником руководителя? Естественно, мать опять начнёт стенать и заламывать руки, кричать, что великородные прабабки переворачиваются в земле в своих позолоченных гробах, наблюдая за тем, в кого превратилась их единственная наследница. Но это лучше, чем всю оставшуюся жизнь корчить из себя благородную даму.

Во двор въехала машина. Личный шофёр мамули Антон открыл салон и принялся доставать коробки и пакетики, которые тут же выкладывал аккуратной горкой на садовую скамью. Нырнув в машину в последний раз, он замешкался, а потом явил на свет Божий пожилую женщину весьма внушительных размеров. Домоправительница Варвара поправила норковый полушубок, одёрнула пышную юбку и поплыла на кухню, милостиво разрешив Антоше следовать за ней. Чопорная Варвара чем-то походила на свою хозяйку. Не мудрено, ведь она провела рядом с аристократкой более двадцати лет.

– В этот раз я решила заказать ужин из французского ресторана. Гости у нас утончённые, воспитанные. Пирогами удивлять не будем.

Я молча поплелась к дубовому отполированному комоду и достала белоснежную скатерть. Сегодня потерплю, но это будет в последний раз. А завтра самолёт унесёт меня с Максом в туманную Англию. Я это сделаю хотя бы для того, чтобы поправить своё материальное положение и начать-таки отдавать дивиденды.

Глава 4

Кристиан Грегор вступил на твёрдую землю аэропорта Эль-Прат и почувствовал, что вернулся домой. Если где-то и витал дух настоящей Испании, то именно тут, в Барселоне. Кристиан даже не подозревал, как соскучился за этими городом, за его огнями и музыкой, которая сквозила из каждого камня набережной, из каждого окна старинных особняков, между которыми мчалось маленькое такси. Он очень хотел заехать в свою небольшую квартиру в Побленоу, но что-то в голосе матери заставило его купить билет на ближайший рейс и теперь мчаться по узким улочкам Орта Гинардо в родовое поместье. «Ты нужен мне сын, срочно!» Что могло случиться? Раньше Каталина не особо нуждалась в отпрыске, блистая на вечеринках и благотворительных балах. Единственной темой для разговоров, которыми изредка мать одаривала наследника, была гипотетическая свадьба, которая однажды состоится в этих древних стенах. Каталина представляла рядом с сыном добропорядочную католичку из старой аристократической семьи в кружевном платье своей прабабки. Сколько добропорядочных девушек он имел честь созерцать? Крис сбился со счёта. Все невесты были достойными, даже чересчур. Изредка среди них попадались настоящие красавицы, но ничего не ёкало в груди молодого мужчины, не лишало его сна и не заставляло сердце танцевать Фламенко. Пять лет он жил в Лос-Анджелесе, возглавляя одну из дочерних фирм огромной компании своего отца. Но вот отца не стало, и Каталина тут же потребовала, чтобы сын вернулся в Испанию, дав полгода, чтобы свернуть дела в Штатах. Прошла лишь половина отведённого срока, как однажды ночью раздался телефонный звонок. «Ты нужен мне, сын, срочно!» Такси подъехало к огромным кованым воротам. Кристиан вышел из машины и нажал на кнопку вызова охраны.

Каталина плыла по аллее сада и лучезарно улыбалась. Шляпа с широкими полями надёжно защищала её безупречно белую кожу от нежных лучей осеннего солнца. Огромный букет прекрасных роз, завёрнутый в плотную ткань, оттенял лёгкий румянец на щеках. Передав цветы горничной, женщина раскрыла свои объятия.

– Ты не предупредил о приезде. Диего встретил бы тебя в аэропорту.

При виде счастливой матери у Кристиана отлегло от сердца. Слава Богу, жива, здорова и, как всегда, прекрасна.

– Ты выглядишь потрясающе, Каталина! Уже лет пятнадцать у меня язык не поворачивается называть тебя мамой.

Женщина сняла плотную садовую перчатку и провела нежными пальчиками по небритой щеке любимца.

– А ты взрослеешь, мой мальчик. – Она дотронулась до морщинок возле глаз Криса, которые на фоне загара казались белыми лучиками. – Тебе уже тридцать пять, и пора задуматься о долге.

Кристиан тяжело вздохнул.

– Ты вызвала меня для того, чтобы в очередной раз познакомить с милой девушкой из приличной семьи?

Каталина покачала головой.

– Милые девушки закончились в твой последний приезд. Теперь ни одна нормальная мать, имеющая дочь навыдане, даже слышать не захочет о таком зяте, как ты. И я смирилась.

– Смирилась? Меня уже не хотят лишить наследства в этом доме?

– Естественно, нет. Ты вправе сам выбрать себе невесту. Лишь бы она смогла родить здорового малыша. Я старею, сын. Пластический хирург помогает моему лицу и телу выглядеть достойно, но внутри… У меня уже не такое крепкое здоровье, как раньше. И я боюсь, что внезапно…

Кристиан обнял мать и крепко прижал к себе.

– Никаких внезапно! Ты будешь жить очень, слышишь, очень долго. И ещё спляшешь Фламенко на свадьбе своей внучки.

Каталина вытерла слезу.

– Твой отец тоже хотел жить долго. Но он оставил нас. И я могу оставить тебя в любой момент.

Крис положил тонкую кисть на своё предплечье и повёл женщину к дому.

– Мама! Ты, правда, в порядке? Я найду лучших врачей, тебя обследуют всю, от макушки до пяток, тебя обязательно вылечат.

Каталина похлопала сына по руке.

– От тоски не лечат доктора. Тоска сжимает в тиски сердце и разъедает его, словно соляная кислота. Мне нужны положительные эмоции, мне нужно заботиться о ком-то, дарить свою любовь и нежность.

Кристиан понял, что, после смерти отца, в Каталине что-то надломилось. Куда девались её высокомерие и гордыня? Теперь, опираясь на его руку, рядом с ним шла маленькая, хрупкая, стареющая женщина, его мать. И она нуждалась в сыне.

Кристиан гостил на вилле уже второй день. Он очень боялся, что матушка закатит серию торжественных приёмов по случаю его возвращения, но Каталина довольствовалась общением с ним.

– Может, расскажешь, наконец, зачем вызвала меня?

Тихий ужин в семнейном кругу подходил к концу. Крис отставил бокал с вином и пристально взглянул на мать. Женщина хитро улыбнулась, вышла из-за стола, открыла дверцы массивного дубового шкафа и явила на свет старинный пожелтевший свиток.

Переместившись в кресло, она поманила сына.

– Начну издалека, мой мальчик. Итак. Когда я была совсем юной неопытной девушкой, поверь, сынок, я была чудо, как хороша. – Каталина мечтательно закатила глаза. – А мой отец просто свихнулся на своей родословной. Я детства знала, что в нашем роду Сальваресов числилось с десяток бесстрашных рыцарей, с полдюжины блистательных вельмож, несколько талантливых политиков и, – она хитро подмигнула, – один лихой пират. Да, да, самый настоящий!