Секунда

Глава 1

Первая пара сегодня есть? Вроде бы есть, надо открыть глаза и посмотреть время. «Если первая пара есть, то скоро прозвенит будильник» – подумала Тэя и перевернулась в постели, молясь чтобы этого не случилось. Такое бывает, когда что-то тебя будит и думаешь, что мог проспать, но открыть глаза и проверить, не решаешься. И как обычно в такой момент – будильник звенит. Так и в этот раз, через пару минут после того, как Тэя перевернулась, комнату разорвал звон маленькой гадины на прикроватном столике.

– Чтоб тебя, мать твою! – заорала она, соскакивая больше от раздражения, чем от шума. – Ты не будильник! Ты пожарная сирена! – сокрушалась она, пытаясь отключить маленькую, чертову гадину.

Когда с прикроватными часами-будильником-гадиной было покончено, Тэя встала и направилась в душ. Мэри дома не ночевала, ее кровать была пуста. Студенческая жизнь, особенно вечеринки, захватывала настолько, что молодые девушки редко приходили ночевать в общежитие. Парни, наверное, тоже.

Тэя на той вечеринке была с Мэри, но каким-то чудом добралась до дома. Сейчас же голова раскалывалась на двое. После холодного душа, она проглотила два больших стакана воды, выпила пару таблеток аспирина и включила кофеварку. «Мэри приползет на первую пару» – подумала она. Как ей удавалось так гулять и успевать по всем предметам, для соседки оставалось тайной.

Пока кофеварка распространяла по всей комнате восхитительный аромат, Тэя достала платье и расчесала волосы. Хорошо, что уже конец семестра, скоро лето, погода отличная. Она надеялась сдать сессию по-быстрому, ничего не предвещало проблем с зачетами и экзаменами. Может поэтому она особо не расстраивалась, из-за своего состояния, да и аспирин начал действовать.

Несмотря на то, что она соскочила, как только будильник-часы-маленькая гадина начали трубить пожарную сирену, Тэя все равно уже опаздывала. Кажется это вшито в ДНК, она бы на два часа раньше встала и в какой-то момент обнаружила, что опаздывает. Девушка достала два термостакана, один ее и один Мэри – это была полная уверенность, что соседка придет на первую пару. Налила в них только что сваренный кофе, взглянула на расписание на стене и направилась в колледж.

Часы на руке показывали 08:25, пара начнется в 09:00, до колледжа идти минут 30. Стоило только выйти из общежития, как ее ослепило солнце, мгновенно разбудившее боль в голове, которую несколькими минутами ранее утихомирил аспирин.

– Гадство! – выругалась Тэя, поставила кружки на скамейку рядом со зданием и стала искать в сумке солнцезащитные очки и еще одну таблетку. Хороший день, но смерть как не хотелось прожить его с ощущением, что мозг плавится. Поиски увенчались успехом и девушка пошла дальше, молясь чтобы лекарство скорее подействовало.

Когда у тебя похмелье, жизнерадостные и счастливые люди вокруг начинают раздражать. Кажется, что все слишком счастливые, слишком громкие, их слишком много или слишком мало, или они слишком дети, слишком взрослые. С похмелья для тебя вообще все слишком. За тридцать минут дороги, она успела три раза поклясться, что больше никогда не будет пить. Нет, конечно, Тэя и раньше так думала, но в этот раз уж точно! «Пить плохо, надо есть зеленый салат и пить зеленый сок. Зеленый сок – это не абсент, конечно, какой идиот мог перепутать?» причитала Тэя, прочитав раз пять молитву на быстрое действие аспирина.

Обычно славная и довольно приятная дорога, особенно если она в компании друзей, в период похмелья превращается в пытку. Путь по адовой дороге, в адском пламени. Еще немного и солнце ее расплавит или земля разверзнется, и демоны утащат ее в Ад. Смешно, но не сейчас. «В колледже есть кондиционеры» – какая приятная мысль!

Тэя вошла в аудиторию в солнцезащитных очках, потому что ей лень было останавливаться в фойе и снимать их. Если хочешь выдать что ты сегодня с похмелья, то ввались на лекцию в черных очках и со стаканами кофе! В четвертом ряду, там где и обычно, уже сидела Мэри. Ну как сидела, подпирала лбом стол.

– Тяжёлое утро? – видит Бог, Тэя пыталась пошутить, но мозг эту эмоцию не распознал, и слова вышли безжизненными и зловещими. Мэри даже не повернула голову, только громко вздохнула.

– Понимаю. – добавила подруга, приземляясь рядом с соседкой, которая была все в той же одежде, что и вчера с завязанными в узел волосами, она всегда их убирает, если не ночевала дома, еще один признак, как распознать алкоголика.

– Держи. – последнее, что смогла выдавить из себя Тэя, и подвинула кружку подруге. Услышав, как по столу к ней что-то едет, Мэри повернула голову.

– О, как славно, ты моя спасительница! – застонала Мэри и почти выпрямилась, откручивая крышку. – Я еще не ложилась, представляешь? – Тэя кивнула, говорить было сложнее, хотя кивок словно перекатил мозги в ее черепе.

– Когда совсем не ложишься спать, то избегаешь похмелья, но весь мир становится заторможенным, вот ты сейчас у меня как будто на медленной скорости в видео. Представляешь? Жуть! – Тэя снова кивнула, мозг снова перекатился. Надо было тоже не спать, подумала она и эта мысль вызвала вспышку боли.

Мэри наконец справилась с крышкой и отхлебнула большой глоток кофе, потом взвизгнула, потому что обожгла всю ротовую полость и пролила пару капель на подбородок.

– Главное, пережить этот день! – выдала Мэри, как бы салютуя своим стаканом будто это тост, и отпила еще глоток, не такой большой как прошлый, хотя рецепторы во рту уже ничего не почувствовали.

Глава 2

Первая пара обычно самая сложная, даже когда ты не с похмелья и спал добрых 8-10 часов. Первая пара самая сложная, ну может еще последняя. Но лекция в проветриваемой аудитории, с кофе, была не такой уж плохой пыткой в сравнении с практическим занятием или защитой какой-нибудь лабораторной, например.

Когда прозвенел долгожданный звонок, Тэя и Мэри встали и направились к выходу в числе последних. Хороший день – это когда после первой пары можно прогуляться между корпусами и немного подышать свежим воздухом, так было и сейчас. Перерыв составлял примерно 15 минут. Помимо дороги, Мэри, обычно, еще успевала покурить, особенно когда не спала и\или была с похмелья. Тэя всегда стояла с ней, она не курила, к запаху сигарет относилась нейтрально, а вот постоять на улице в погожий день любила.

– Чем все закончилось? – спросила Тэя, когда Мэри глубоко затягивалась.

– Угадай! – ответила она, выпуская дым через нос и допивая остатки кофе, – трахались, конечно, зря что ли я его пасла весь вечер!

– И как?

– Стоило того! – выдала Мэри и они расхохотались.

Докурив, она потушила окурок и выкинула его в мусорку, на улице уже никого не было. Тэя покопалась в сумке, доставая мятную резинку, Мэри начала ее подгонять, потому что до начала занятия оставалась пара минут.

– На какой нам этаж?

– На третий!

В аудиторию они влетели на последней секунде, кода преподаватель, молодой аспирант, на пару лет их старше, уже закрывал дверь. Математика не особо давалась ни Мэри, ни Тэе, зато молодому аспиранту нравились они обе, поэтому проблем с зачетами не было, как, собственно, с опозданиями и дисциплиной.

– Итак, сегодня последняя пара в этом семестре, дальше у вас экзамен. Надеюсь, вы все к нему готовы. План сегодня такой – пишем проверочную! – студенты дружно вздохнули и застонали, как бывает, когда коллектив выражает недовольство. На это преподаватель вскинул руки, призывая к тишине: – Небольшую! А потом те, у кого есть вопросы, могут остаться, остальные свободны, встретимся на экзамене! – тут уже все загалдели от радости.

Он прошел по рядам, раздавая тесты разных вариантов. Когда подходил к девушкам, обе ему улыбнулись. Мэри подмигнула, он подмигнул в ответ. Тэя это заметила и пихнула соседку в бок.

– Вы бы хоть постеснялись! – зашептала она.

– Что? Не в школе же, никого не посадят за совращение!

– Ты дурная! – объявила Тэя и уставилась в свой тест, – ну тебе хоть экзамен обеспечен на отлично! – Они рассмеялись! Аспирант бросил на них осуждающий взгляд и обе замолчали.

Голова прошла, кофе кончился, в окно светило солнце. В кабинете стоял тихий гул от громкого шёпота. Мэри даже не пыталась решать, то и дело поглядывая за преподавательский стол. Там мужчина что-то печатал в своем ноутбуке, делая вид что не замечает шума и давая студентам полную свободу на списывание.

В весеннее время надеваешь куртку утром, потому что воздух еще прохладный, заранее зная, что к обеду будешь умирать от жары. Солнце переходило в зенит, и еще недавно прохладная, светлая аудитория стала превращаться в микроволновку. Кто-то из студентов попросил сделать кондиционер похолоднее и открыть окна. Сидевший за последним столом парень, распахнул ставни на полную, тем самым создав небольшой сквозняк. Все блаженно вздохнули.

Тэя заканчивала тест, как вдруг отвлеклась, сама не понимая почему, оглядела аудиторию, стало как-то тихо, все уткнулись в свои листки. Рядом сидевшая Мэри наугад обводила ответы, очевидно не вдумываясь. Тэя слышала, как карандаш подруги царапает лист бумаги, как за соседнем столом Марк спросил у Лолы ответ на второе задание, а она ответила ему, что вариант – Б. Тэя повернулась к окнам и вгляделась в улицу, с того места где она сидела, были видны соседние здания, не настолько близко чтобы увидеть жильцов, но можно было разглядеть цвет штор и горшки с цветами на подоконниках.

У нее засосало под ложечкой, как когда предвкушаешь что-то или просто тебе страшно. Девушка переводила взгляд от одного источника шума к другому, не понимая, что ее смущает и она снова остановила взгляд на окнах. Створки распахнуты, в аудиторию задувает ветерок, который колышет белую кружевную ткань, в кабинет пробиваются лучи солнца, но не пробивается ни единого звука. Источником тревоги было не что-то находящееся в аудитории, а его отсутствие. Точнее полное отсутствие шума с улицы, в окно не залетало ни единого звука: ни машин, ни разговор прохожих, ни даже просто внешний шум города, как будто на расстоянии пары километров кто-то взял и убавил громкость.

Тэя просидела еще пару секунд прислушиваясь – ничего! Какова вероятность, что в центре густонаселенного города, внезапно все, уехали? Исчезли? Стали вести себя тихо? Вторник, время близится к полудню и ни единого звука, не считая чиркающих карандашей и перешёптывания однокурсников. Сердце у Тэи забилось быстрее, под ложечкой уже не сосало, ее одолел невероятный страх. Мэри, заметив что она чем-то обеспокоена, потянула ее за руку.

– В чем дело? – спросила она.

– Слишком тихо.

– Что? У нас же проверочная, все мол…

– Не тут, там – Тэя указала на открытые окна, – на улице, ты не слышишь? Окно ведь открыто, – она не отводила взгляд от колыхавшейся тюли. – Где машины? Люди? Ты слышишь?

– Нет. – Мэри тоже обернулась на окна, – Ничего не слышу… Странно…

Тэя встала с места и направилась к окнам. Если у тебя паранойя, первое, что надо сделать – убедить себя, что все нормально. Мэри ее не остановила, мужчина за преподавательским столом, даже не взглянул, когда одна из его учениц покинула свое место, остальные ученики были слишком увлечены своим тестом.

Подходя к окнам, Тэя немного притормозила, ужас сковал ноги. Даже так близко к улице, она не слышала звуков. «Вот же гадство», – пронеслось в ее голове, – «похоже на дерьмовый триллер». Она сделала еще пару шагов, ухватилась за кусок ткани, единственное, что отделяло ее от того, чтобы высунутся на улицу и убедиться, что жизнь там идет своим чередом.

Тэя досчитала до трех, произнося между цифрами слово «секунда» и отодвинула тюль в сторону.

Ее ослепило солнце, через мгновение глаза привыкли к яркому свету и Тэя оглядела улицу. Никого, никто не гулял по тротуарной тропинке, которая проходила рядом с корпусом, дорога была пуста, даже на обочине не стояло машин. Автобусная остановка, на которой обычно галдели толпы студентов, теперь не укрывала ни единой души. Людей не было. Совсем.

Она проследила дорогу вдаль, но на расстояние, на котором она могла видеть хоть какое-то движение, не было никого.

Предчувствие беды подступило прям к горлу, не смотря на то, что солнце нещадно палило и термометр выдавал 32 градуса, ей стало холодно. Руки покрылись мурашками, тело знобило. Она уже собиралась отпустить занавеску и вернуться на место, как вдруг заметила, что из-за угла корпуса торчит задняя часть какого-то фургона. Он был зеленого цвета, но не ярко-зеленого как трава, а скорее зеленого как трава в тени или в темное время суток. Она не помнила его там, когда они заходили в корпус, возможно, просто не обратила внимания, но чутье подсказывало, что это не так. Она пыталась прикинуть, когда примерно стало так жутко тихо, не отрывая взгляда от автомобиля. Задние стекла, а точнее то, что торчало, были черными, как будто их обтянули темной тканью, а не просто наклеили тонировку. Несколько секунд Тэя всматривалась в окна фургона, но ничего не видела.

– Что там Тэя? – шепнула за спиной Мэри.

– Ничего, какой-то фургон. – Мэри выглянула из-за ее плеча, ее больше занимало все остальное, кроме фургона, она обвела взглядом улицу, еще немного посмотрела на фургон и залезла обратно в класс.

– Давай сдадим тест и пойдем домой?

Тэя в ответ кивнула и стала залезать обратно, и в этот момент заметила какое-то шевеление рядом с машиной. Он качнулся, словно кто-то или что-то его раскачивало изнутри, пару раз он дернулся, а потом приоткрылась задняя дверь. Из нее вылез какой-то мужик, в черных штанах и черном жилете, с третьего этажа показалось, что он теплый. Зачем так тепло одеваться, когда стоит такая жара? За ним из фургона вылезли еще трое и все были одеты в спортивные штаны, Тэе показалось, что они спортивные, и в похожие жилеты. У всех четверых на голове был какой-то головной убор, непохожий на обычную шапку, больше напоминало странный колпак, прикрывавший только верхнюю часть головы, до ушей. Зачем в такую жару шапки? Даже такие маленькие.

Мужчины о чем-то переговаривались, двое из них курили. А потом случилось то, чего Тэя ожидала увидеть, разве что в теленовостях или прочитать в новостном разделе чрезвычайных происшествий. Первое, что пришло ей в голову, это «Не может быть», обычно такое происходит с кем угодно, только не с тобой. Обычно, все это происходит в телевизоре, ну может в интернете, но не в реальности. Мужчина, стоявший ближе всего к фургону, стал разворачивать на голове странный головной убор и через секунду, этот колпак превратился в маску, которая полностью скрыла его лицо. Еще через секунду остальные трое сделали тоже самое. А потом они подошли к открытой двери машины, став невидимыми. А когда вернулись, Тэя не сомневалась, что в руках у них автоматы, ну или пушки, в общем что-то весьма опасное и точно оружие.

Второй мыслью было «Может это военные», конечно странно, что делать военным рядом с колледжем, где прямо сейчас кучка студентов пишет тест по математике и военные вряд ли ездят на старых, тонированных фургонах. Третьей мыслью было «Это розыгрыш какой-то», может кого-то хотят разыграть и они вообще не сюда, а пойдут в рядом стоящее здание.

Прошло где-то полторы минуты, когда один из людей в маске, захлопнул фургон, что-то сказал остальным и они пошли к входу в колледж. Тэя пыталась вспомнить, есть ли на первом этаже охрана и вспомнила только старого Дина, старика, вышедшего на пенсию, он подрабатывал охранником уже третий год. Еще Тэя успела подумать, что если это террористы, то ему явно конец, и ей стало его очень жаль, а если это розыгрыш, наверняка его предупредили.

Когда они уже подошли к двери, то на секунду остановились и осмотрелись, один из них поднял голову и взглядом встретился с девушкой, а в следующую секунду, он поднял на нее пушку и выстрелил…

Выстрел был оглушающим и явно настоящим, воздух вокруг завибрировал, в голове зазвенело, кто-то начал кричать. Тэя влетела в окно и упала на задницу, привалившись спиной к стене, в аудитории все подпрыгнули от грохота и побежали к окнам. К Тэе подлетела Мэри.

– Что это было? – вопила она, тряся ее за плечи.

– Там люди с оружием. – ответила Тэя севшим голосом.

– Ох, ЧЕРТ! – заорала Мэри, когда к ним подбежал преподаватель, – Там террористы!

Слово «террористы», породило три реакции у находившихся в классе. Кто-то стал визжать, некоторые побежали к выходу из кабинета, остальные просто стояли и смотрели на окно, словно приросли к полу.

– Стойте! – заорал Ричард, молодой аспирант и ночная пассия Мэри. – Не выходите из кабинета, закройте дверь!

К тому времени некоторые уже выскочили в коридор, кто-то метнулся к лестнице, Ричард подлетел к двери и закрыл ее на ключ, который торчал из замка. Через двадцать секунд орущие замолчали, большинство отошли от окон и смотрели уже в сторону закрытой учителя.

Следующие несколько минут ничего не происходило. В кабинете воцарилась тишина, все прислушивались к движению в коридорах. Ничего. Тэя надеялась, что ей все это причудилось или что это, все-таки розыгрыш для кого-то. Возможно, в нее выстрелили вообще не настоящими патронами.

Ричард так и стоял держась за ручку, затем он полез в карман, достал телефон и стал набирать какой-то номер. Чем больше проходило времени, тем спокойнее становилось вокруг, люди расслаблялись, стали рассаживаться по местам. Преподаватель повернулся к ним.

– Подождем еще, потом выйдем.

Тэя развернулась и выглянула в окно в надежде увидеть, что люди вернулись и что может ей все показалось. Но не успела она высунуться, как погремел выстрел. Уже где-то в здании, за ним последовали крики и еще серия выстрелов. Тэя осела обратно на пол зажав уши, Мэри схватила ее за руку и рухнула рядом.

– Надо заложить двери. – заорал Джек, парень, который всегда сидел на предпоследнем месте, он учился не хорошо и не плохо, просто как мог. Высокий, сильный, и видимо не глупый.

Он соскочил с места и его примеру последовали еще пара парней. Они по двое брали столы с противоположных сторон и носили их к двери, двигаясь быстро и бесшумно, по крайней мере казалось, что они летают над полом, либо же, это от выстрелов звенело в ушах. Когда поднесли очередной стол, и стали укладывать его наверх, чтобы дверь была заставлена полностью, прогремел еще выстрел, он уже точно был у них на этаже. Тэя зажала рот, чтобы не закричать, когда очередной грохот снесет их крепость к чертовой матери.

Один из них ее видел и стрелял в нее, один из них точно знает, что в этом кабинете кто-то есть, один из них догадывается, что она видела их, а может уже не один из них, а все.

Парни продолжали баррикадировать дверь, несмотря на то что люди с оружием были где-то совсем близко. У Тэи это вызвало чувство уважения и восхищения. Когда все столы были уложены, они накидали туда стулья, а потом Ричард приказал всем сесть у окон.

Все ученики расселись вдоль стены и затихли.

Не было слышно ничего, следующие минуты стали самыми тихими в их жизни. Тэя кожей чувствовала страх вокруг, она все еще сидела с зажатым ртом. Мэри вцепилась в ее руку мертвой хваткой, по ее щекам текли слезы, скорее всего она их даже не замечала.

– Тэя, сколько их там? – спросил Ричард шепотом, не отводя взгляд от дверей.

– Четверо.

– Кто-нибудь позвонил в полицию?– снова спросил Ричард.

– Да. – ответ дали с другого конца стены, Тэя не разобрала чей голос.

Слышно было как стрелка часов замахивается и делает следующий ход, как громко дышит кто-то слева, как у кого-то соскользнула нога и прокатилась по полу, но он ее быстро подмял обратно. Слышно было, как у кого-то запершило горло и он откашлялся в кулак, слышно было как всхлипывает Мэри, глотая каждый звук, слышно было как они шмыгают носом каждый по очереди.

Тэя думала, сможет ли она спрыгнуть с третьего этажа если придется? Она думала, что окно над ее головой все еще открыто и если следующий удар вышибет их дверь, она могла бы вскочить на ноги и прыгнуть прям на улицу. Велик шанс что-то сломать, да, но это возможность остаться в живых. Если только все они не сделают тоже самое и просто не свалятся кучей возле корпуса, тогда они друг друга передавят.

Она сидела не шевелясь, ноги затекли. От кончиков пальцев до бедер ее тыкали невидимые иголочки. Руку, в которую Мэри вцепилась ногтями, она уже не чувствовала, как собственно и пятую точку, пол был холодный и твердый сначала, сейчас уже стало без разницы.

– Мэри, мне больно. – сказала она, отрывая от себя мертвую хватку подруги.

В коридоре послышался какой-то шум, как-будто находившиеся там старались все делать тихо, но их все равно было слышно. Люди, сидевшие вдоль стены затаились, прятаться было негде. Тэя мысленно решила, что в случае чего готова сигануть в окно. Она разве что не вросла в стену, молясь, чтобы они прошли мимо, шевеление становилось громче, к нему прибавился неразборчивый шепот, затем уже это были отчетливые голоса.

С той стороны кто-то покрутил ручку, которую несколькими минутами ранее запер Ричард, потом толкнул дверь, через секунду снова покрутил ручку и дернул. Тэя задержала дыхание и она бы сказала, что остальные сделали тоже самое. Мэри процарапала ногтями пол, обхватив себя и поджав ноги. Все старались быть как можно дальше, группируясь вдоль стены, подбирая свои конечности и отклоняя голову.

Дверь толкнули, затем толкнули снова и снова, потом уже стали дергать, намереваясь вырвать, она не поддалась. Здание колледжа было старым, с высокими потолками и высокими, тяжелыми дверями. Тэя благодарила предков, что они строили на совесть, сейчас эта самая дверь была единственной преградой от их смерти, единственным щитом.

– Мэри?– прошептала Тэя, с трудом отрывая взгляд от метавшейся двери, Мэри повернулась к ней, явно тоже с усилием переводя на нее взгляд, – Если они сюда ворвутся, я прыгну в окно. Ты со мной?

Тэя ждала, что Мэри станет ее отговаривать, пытаясь убедить, что идея глупая. Они на третьем этаже и сломают себе шеи, если приземлятся неправильно, однако Мэри смотрела ей в глаза несколько секунд и просто кивнула, в знак согласия. Тэя кивнула в ответ и взяла ее за руку.

В детстве, когда родители отвозили Тэю на несколько недель к бабушке с дедушкой, она с утра до вечера проводила на улице со старшим, двоюродным братом. Брат научил ее лазать на деревья словно обезьяна. Научил кататься на велосипеде, потом на мопеде. Одно лето старший брат увлекся скейтом и, соответственно, Тэе тоже пришлось осваивать столь сложный вид транспорта. Это далось ей тяжело, надо признать. Однако, все сопровождалось болезненным и очень важным обучением еще одной неотъемлемой части всех мальчишеских развлечений, а именно, он научил ее правильно падать.

В одно лето, когда Тэя уже прекрасно лазила по деревьям, она, как это обычно бывает, не рассчитала свои силы. Было ли там правда так высоко, как ей показалось или просто для нее семилетней это казалось сравни небоскребу, она не знала. Только вот на вершине Тэя наступила на сухую ветку, которая обломилась и она полетела вниз, успев каким-то чудом ухватиться за сучок.

Девочка повисла на тоненьких ручках, вереща от страха и проклиная тот день, когда обнаружила, что по деревьям можно передвигаться словно ты мартышка. На крик, по ощущениям через целую вечность, сбежалась детвора, в том числе ее старший брат.

– Тэя, не верещи, послушай меня. – громко, но спокойно указывал мальчишка, которого через минуту она будет лупить, обливаясь слезами.

Он сказал ей, что если, ты не можешь затащить свое тело наверх, тебе придется прыгать. Потом сказал, чтобы она не думала о высоте, что если она прыгнет правильно, то ничего плохого не случится. Он сказал, что когда она отпустит ветку, надо сгруппироваться, поджать ноги под себя и ухватиться. Нельзя падать на прямых ногах, так они сломаются. Он кричал, что когда падаешь, обхвати себя руками и подбери голову, главное сгруппироваться и все будет хорошо. Через секунду ручки ее не выдержали, она сорвалась и на лету поджала к груди ноги, руки и опустила голову.

Тэя шлепнулась прямо на землю. Она соскочила, не веря, что стоит на земле. Потом кинулась на брата, размахивая целыми конечностями и возмущаясь, какого черта он ее не ловил. После этого случая падала она еще много раз и с каждым разом получалось это все лучше и менее больно.

В итоге, чему она и научилась в совершенстве, так это падению, и сейчас, сидя на полу в колледже, когда люди с оружием все-таки выломали дверь, она мысленно благодарила брата за это. Если я выживу, то обязательно скажу ему, что он самый лучший.

В следующее мгновение прогремел выстрел и от двери полетели щепки. Они выстрелили еще, еще и еще. Отлетали куски деревьев, столы разметало, стулья рухнули с вершины баррикады. Ребята повскакивали с пола, слышались крики и плач. С той стороны кто-то еще раз навалился на дверь, они снесли замок и она подалась вперед.