- -
- 100%
- +
Контейнера на судне стоят в два яруса, но что-то в этом облике парохода меня настораживает. И вдруг меня осеняет…
На верхнем ярусе контейнеров стоят автомобили!
«Да-да, это японские праворульные тачки! Так это же чистой воды контрабанда! Когда их только успели погрузить?» — проносятся у меня в голове тревожные мысли.
Тем временем катер, сбавив ход, осторожно подкрадывается к причалу, и мы с лоцманом, улучшив момент, выскакиваем на берег, пока ЛК работает на упор, прижавшись носом к кранцам. Мы энергично взбираемся по парадному трапу на борт родного парохода и поднимаемся на мостик.
Швартовая команда уже на местах, к борту подходят буксиры.
Лоцман здоровается с мастером и приступает к выполнению своих обязанностей.
Мы выходим их бухты Врангеля, после чего освобождаемся от лоцмана и буксиров, даём полный ход и устремляемся в дальние дали.
Я заступаю на свою законную вахту с шестнадцати до двадцати часов.
— Чиф, оставайтесь с четвёртым на мостике! Контролируйте его, пока не освоится на ходовой вахте! — напутствует капитан старпома и удаляется с мостика.
Четыре часа вахты пролетают на одном дыхании; я добросовестно выполняю свои штурманские обязанности: определяю местоположение судна, наношу на карту путевые точки, делаю записи в судовом журнале.
Перед самым окончанием вахты всё же решаюсь задать старпому волнующий меня всё это время вопрос.
— Владимир Яковлевич, а что это за машины на верхнем ярусе?
Старпом сперва немного мнётся, но потом нехотя разъясняет:
— Это шара — неофициальный, так сказать, заработок нашего мастера.
— Ничего себе шара! То есть мастер берёт этот груз на свой страх и риск?
— Да, именно так. Это его маленький бизнес по перевозке японских тачек в Магадан.
— Ничего себе маленький бизнес! Да он же за один только рейс поднимает, наверно, больше, чем мы за месяц зарабатываем!
— Может, оно и так! Но его можно понять. Зарплаты нынче скромные в пароходстве. И валюту в каботаже не платят!
— И ревизор с ним в доле? Он ведь грузом занимается — остойчивость рассчитывает, без него никак не обойдётся такое дело!
— Да, и ревизор, и боцман в доле.
— Ну и дела у вас творятся!
— Да какие дела! Дела у прокурора, а у нас так, делишки… Каждый сейчас выживает как может! Вон матросы и мотористы мотики3 на продажу в Магадан таскают…
— А где же они их хранят?
— А кто где: кто на палубе, а кто в машине…
— Да, я смотрю, экипаж-то здесь ушлый — бизнесмены кругом!
— Есть такое дело… — соглашается чиф. — В торговом ведь флоте служим! — иронизирует он. — Ты вот только не обсуждай, пожалуйста, это ни с кем больше, а то наживёшь себе врагов! — по-отечески советует он мне. — И ещё будь, пожалуйста, осторожен с начальником — он бывший помполит и постоянно стучит мастеру! — предупреждает меня чиф.
— Понял, спасибо, Владимир Яковлевич, буду иметь в виду! Как же без стукачей-то?!
— Без них, к сожалению, никак! С начальником здесь никто, кроме капитана, не общается…
— Оно и понятно. Помпа — он и есть помпа! Бывших комиссаров ведь не бывает! Сократили их на флоте, так они в морские профессии полезли!
— А с дедом у тебя как? Конфликт урегулирован? — переводит разговор с неудобной темы чиф.
— Да вроде да! Он даже тактично извинился сегодня.
— Обидели мы его, он ведь отличный мужик, хоть и с характером! Ну ничего, оттает. Я смотрю, он даже собачонку с собой из города привёз!
Хочу ещё что-то важное узнать у старпома, но тут появляется третий штурман Женя Семеряжко — пришло его время заступать на вахту.
Я сдаю ему вахту и с разрешения старпома покидаю мостик. Не спеша спускаюсь по трапу, размышляя над тем, что узнал сегодня от чифа, и натыкаюсь на стармеха…
Вот он — лёгок на помине — дед собственной персоной! Со своим верным псом Фунтиком на руках!
Словно мистический образ, сошедший с полотна средневекового художника, он застыл в дверях собственной каюты, как в рамке старинной картины. Глаза стармеха источают таинственный блеск. Он приветствует меня изящным кивком головы, затем плавно подносит указательный палец правой руки к носу и жестом приглашает войти.
Кончен бал и кончен вечер…
Я ныряю в каюту стармеха, и он сразу же плотно прикрывает за мной дверь.
— Милости прошу, Игорь Владимирович! — приветствует меня хозяин. — Я живу на одной палубе с мастером, поэтому вынужден соблюдать конспирацию! — поясняет он.
— Благодарю, Владимир Александрович! Чем обязан вашим приглашением? — вопрошаю растерянно я.
— Да вы располагайтесь, а я пока сварю вам и себе кофе!
Дед указывает мне жестом на диван, и я усаживаюсь, предвкушая интереснейшую беседу.
И пока стармех хлопочет над кофе, я тщательно разглядываю его каюту.
А каюта у него, нужно сказать, весьма шикарная!
На первый взгляд даже круче, чем у старпома: есть и кабинет, и спальня, и холодильник, и кофеварка — не то что моя скромная келья!
— Вот, прекрасный кофе, угощайтесь, пожалуйста! — деликатно предлагает мне стармех и ставит передо мной чашку ароматного кофе.
Я осторожно беру из его рук фарфоровую кофейную чашечку и с наслаждением делаю маленький глоточек густого кофе. Вот это кофе так кофе, не то что гранулированный на мостике — одно название!
— Превосходный кофе, Владимир Александрович! А вы, я смотрю, настоящий ценитель!
— Да, знаете ли, я очень люблю кофе и всегда располагаю отличной его коллекцией! Так что, прошу вас, заглядывайте ко мне на чашечку-другую после вашей вахты. Конечно, если вас это не затруднит! — деликатно добавляет он.
— Благодарю вас, я тоже очень люблю кофе, особенно под хорошую сигаретку! — тонко намекаю я деду.
— Извольте! — И он протягивает мне пачку моего любимого японского Hi Lite!
Вот уж действительно — совпадение так совпадение!
— Вы тоже курите эти сладкие японские сигареты? — уточняю на всякий случай у него я.
— Да, я ценитель этих «сладких», как вы имели честь выразиться, сигарет! — подтверждает дед.
Я с удовольствием закуриваю, и вместе со мной закуривает и сам хозяин каюты.
Так мы сидим в полной тишине, наслаждаясь крепким кофе с сигаретами, и лишь беспокойный Фунтик, переводя взгляд поочерёдно с хозяина на меня, приветливо машет нам своим пушистым хвостом.
— Знаете, Игорь Владимирович, я ведь сперва вас возненавидел… А теперь вот вижу, что вы молодец! Ведь если бы не вы, то меня бы уже списали… А я ведь совсем недавно только на пароход сел… — после недолгой паузы и глотка кофе сообщает мне дед.
Мне крайне неловко перед стармехом, и я пытаюсь хоть немного оправдаться перед ним:
— Ну что вы, Владимир Александрович, это же ведь моя работа!
— Не оправдывайтесь, Игорь Владимирович, я хочу ещё раз извиниться перед вами за ту недостойную сцену в кают-компании. Виноват! Погорячился, не разобравшись в ситуации!.. А может, выпьем мировую? — неожиданно предлагает он. — У меня в холодильнике как раз сейчас охлаждается отменный Smirnoff — однокашник из Штатов привёз…
Я ставлю пустую чашку из-под кофе на столик и многозначительно молчу.
— Да вы не подумайте, Игорь Владимирович… Я, конечно, как интеллигентный человек люблю немного откушать хорошей водки, но одному как-то неловко, а выпивать с подчинёнными, сами понимаете, нельзя. Но вы же не мой подчинённый! Таким образом в свободное от вахты время можем себе немного позволить…
— Владимир Александрович, — тяну резину я, — мне, право, как-то, знаете ли, неловко…
А дед уже меня и не слушает — он всё понял без слов: вот что значит врождённая интеллигентность! Он открывает буфетный шкапчик и достаёт оттуда два лафитника тонкого стекла, затем подходит к холодильнику, извлекает из его прохладного чрева заиндевевшую бутылку «смирновки» и со знанием дела разливает тягучий напиток по рюмочкам.
— Ну а закусывать будем сервелатом, поскольку горячих закусок у меня, увы, нет! — отвечает он на мой немой вопрос.
После чего, извлекает из буфетного шкапчика блюдечко с тоненько нарезанными кусочками ароматной сырокопчёной колбаски.
Я, глотая тайком слюну, ненароком оглядываюсь на входную дверь, невольно вспоминая предупреждение Берёзкина о бдительном капитане Чуе.
— Да вы не беспокойтесь, каюта надёжно заперта! Я же говорю, конспирация! — успокаивает меня бесстрастный дед. — Да и Фунтик у нас на стрёме! Если кто подойдёт к каюте, он сразу учует и залает!
Мы тихонечко чокаемся изящными лафитниками и с кайфом вкушаем мировую. После недолгой паузы закусываем, и я протягиваю кусочек колбаски сидящему рядом со мной Фунтику.
— Возьми, дружочек, заслужил! — говорю я ласково пёсику.
Дед одобрительно кивает мне головой и добавляет к поданной колбаске:
— А ведь он и вас полюбил!
Фунтик, облизываясь, виляет мне своим хвостом, и я в ответ глажу его по маленькой косматой голове.
— Ну что ж, Владимир Александрович! — говорю я, решительно вставая. — Мировая выпита, а посему благодарю за гостеприимство, угощение и прекрасное общество! Засим имею честь откланяться! — И тихонько ему киваю, как это раньше изящно делали дворяне в кинохрониках.
Дед по-доброму улыбается и крепко жмёт мою руку.
Затем, соблюдая все меры предосторожности, я «на мягких лапах» выхожу из каюты стармеха и тихонько, чтобы не привлечь к себе постороннего внимания, спускаюсь в свою каюту.
Там, за туманами…
Как только мы покинули воды родного залива Петра Великого, нас накрыла пелена густых туманов.
Из строя вышел тифон, и я позвонил старшему электромеханику — Красавину Михаилу Дмитриевичу.
СЭМ прибыл на мостик незамедлительно.
— А вот и дядя СЭМ! — обрадовался его появлению старпом, который стоял со мной вахту на мостике по распоряжению мастера.
— Ну, что у вас тут, опять лампочки на ходовых перегорели? — вяло интересуется Дмитрич.
— Хуже, Дмитрич! Тифон не включается, а мы в тумане идём — обязаны сигналы подавать согласно МППСС.
— Да знаю я, что обязаны! Но у меня электрик сейчас занят!
— Дмитрич, ну очень нужно, сделай сам, пожалуйста, будь ласка!
— Ладно, проверю, что с тифоном случилось! Сейчас только за страховочным поясом схожу!
СЭМ уходит за поясом, а чиф, как всегда деликатно, обращается ко мне:
— Игорь Владимирович, сделайте, пожалуйста, запись в судовом журнале, когда Михаил Дмитриевич тифон пойдёт чинить.
— Хорошо, Владимир Яковлевич! — безоговорочно соглашаюсь я.
— Что там у нас в радар-то видно, идём, как «ёжики в тумане»?!
Я подхожу к «Наяде», засовываю голову в тубус, кручу ручки регулятора яркости и навожу курсор на цель.
— Владимир Яковлевич, пароход на встречном курсе, пеленг почти не меняется, дистанция сокращается — нужно расходиться!
— Сколько до него?
— Да ещё порядочно — шестнадцать миль!
— САРПа у нас, к сожалению, нет. Манёвренным планшетом пользоваться умеете? Учили вас задачки по расхождению решать?
— Так точно!
— Ну и прекрасно, вот и проверим сейчас на практике! Приступайте! А я пока отправлю вахтенного матроса на бак вперёдсмотрящим.
Он отправляет Вову Маточкина с рацией на бак, а я с энтузиазмом принимаюсь за дело и вскоре представляю результат старпому. Он проверяет мои расчёты, и, удовлетворившись, командует:
— Становитесь на руль — будем изменять курс для расхождения со встречным судном!
Я перехожу на ручное управление. Мы маневрируем, благополучно расходимся со встречным пароходом и возвращаемся на прежний курс.
После выполненных манёвров старпом облегчённо вздыхает, а потом сетует:
— Планшет — это хорошо, конечно, но дело в том, что мы подходим к проливу Лаперуза, а там огромное скопление японских рыболовных шхун. Они маленькие, и корпуса у них деревянные — в радар, заразы, не бьются! — А затем в сердцах добавляет: — Нужно гудеть в тифон! Куда же Дмитрич-то запропастился!?
И только эти слова вырвались из уст чифа, как на мостике вновь появляется приснопамятный СЭМ во всей своей красе: в каске, страховочном поясе, с набором инструментов и рацией в руках.
— Яковлевич, полез я тифон осматривать, а ты включи свою walkie-talkie и слушай эфир. Как только дам команду — сразу же гуди, проверим в работе! — сообщает он чифу.
Затем Дмитрич включает свою рацию, они со старпомом проверяют связь, и СЭМ поднимается на навигационную палубу.
Я делаю соответствующую запись в судовом журнале под диктовку опытного чифа и возвращаюсь к радару.
Встречных судов пока не наблюдается, но старпом постоянно связывается с вахтенным матросом и ждёт информацию от Дмитрича.
СЭМ подозрительно молчит, чиф не выдерживает и сам выходит с ним на связь:
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
Примечания
1
Указанные события подробно описаны в автобиографической повести автора «Тельняшка».
2
Портовый грузчик.
«Так говорили уличные мальчишки, заимствующие манеры у биндюжников, матросов и тех великовозрастных бездельников, которыми кишел одесский порт». (В. П. Катаев, «Встреча»)
3
Мотики/мокики (слэнг) — японские мопеды.