Человек Z

Глава 1.

Приветствую тебя, мой дорогой читатель! Я хочу рассказать тебе интересную историю, которая приключилась на моих глазах и ни много, ни мало, положила начало новой эпохе развития человечества. Произошло это, когда я работал Командиром Внеземной исследовательской станции, размещенной в двух световых годах от Земли на планете Z. Когда люди открыли возможность перемещения в пространстве со сверхзвуковой скоростью и стали осваивать другие планеты.

В то время человеку никак не удавалось найти планету, похожую на Землю, чтобы просто высадиться на ней и начать новую, счастливую жизнь. Те планеты, на которых происходили высадки, оказывались более, менее пригодные для существования (можно перемещаться по поверхности в специальных костюмах и скафандрах и не расплавиться или не замерзнуть), но нужно было искусственно создавать комфортные условия для жизнедеятельности при помощи специальных систем. Например, на нашей Z установили огромный купол для обеспечения его обитателей нужной температурой, воздухом, водой и плодородной поверхностью. На таких планетах организовывали пока только научно-исследовательские точки. Цель была одна – превратить одну из них в пригодную для жизни людей и человекоподобных существ и продолжить цивилизацию там.

Основной задачей нашей станции стало создание разнообразия живых организмов, способных существовать в более суровых условиях, чем на родной Земле. Работа кипела с утра и до позднего вечера. Что здесь только ни выращивалось и ни создавалось! Огромные поля были засеяны всевозможными видами растений, в небольших искусственных водоемах плодились новые виды рыб, лягушек и других мелких пресмыкающихся, в вольерах бегали генетически модифицированные лисы, волки и куницы, а в больших стеклянных сферах превращались в облака разные газы, нужные для создания системы дыхания. Но существовали задачи и поважнее, чем высадка человечества на новой планете…

– Что ты уже с утра такая грустная ходишь, моя птичка? – молодой ученый биомира Билли улыбался во весь рот, увидев свою любимую Мириам, хмурую и старательно перешагивающую к нему через грядки с экспериментальной синей морковью в модельных туфлях на высоких каблуках. Он в восхищении смотрел на девушку. Миниатюрная, небольшого роста, со светлыми кудрявыми волосами, милым маленьким личиком с огромными глазами и ямочками на щечках, в белом коротком халатике, она была похожа на красивую голубку со свадебной открытки. И, хотя ее лицо чаще всего принимало нервно-вздрагивающий и плаксивый вид, Билли всегда хотелось поцеловать его, а саму Мириам, как маленькую беззащитную птичку, защищать и оберегать от всех невзгод.

– Да ничего. Просто опять безрезультатно. Ну, как, как я могу им это сделать? Используя в основе геном воды, заставить развиться ее в высокоорганизованное существо? – Мириам вплотную подошла к своему парню и стала смешно прижиматься к нему боком, как будто сталкивая с того места, где он стоял. Но у нее ничего не получалось, потому что Билли был трехметровый гигант, как и большинство людей, которые быстро мутировали и росли вверх из-за нехватки кислорода в нижних слоях атмосферы. Билли не сдвинулся ни на сантиметр.

– Ну, добавь в него клетку человека, и все получится, – Билли, улыбаясь, принял игру и тоже начал тихонько подталкивать подругу прямо на грядку.

– Да, тебе смешно, – отозвалась девушка, перестала толкаться и строго посмотрела наверх, в его лицо. Она начала истерично вскрикивать: «Добавлять ничего нельзя. Да и пробовала я уже, она не хочет и все. Или высохнет раньше времени, или опять в каплю превратится, и лежит, счастливая, что она умнее меня! – и глаза Мириам начали наполняться слезами. Она вздрогнула, быстро вытерла их руками и стала смотреть направо, вспоминая свой последний «разговор» с ее подопечной, каплей воды, которая никак не хотела уступить Мириам и преобразиться, наконец, в человека. – И зачем только это нам нужно? Неужели как-то по-другому проблему решить нельзя?

– Ты же знаешь, птица, что геном человека стареет, и начинает играть с нами злые шутки, и ему уже не могут помочь никакие вирусы и бактерии. Человек должен стать богом, чтобы из ничего создавать что-то, и себя в том числе! – ласково успокаивал ее Билли.

– Ну и что! Есть же люди-Ка, вот из них бы и создавали новых просто людей! И не называй меня птицей, пожалуйста! – по-детски визгливо прокричала Мириам. Билли поспешил обнять подругу и легко дотянулся до нее своими несоразмерно длинными руками. Билли вообще был несуразен, имел не по росту длинные конечности, и ноги в том числе, а тело, наоборот, слишком короткое. Голова же его напоминала яйцо, а лицо было длинное и худое, с прямым носом и тонкими губами. Однако его внешность удивительно сочеталась с легким, веселым нравом Билли. Он был известный весельчак и душа компании.

– Думаю, что тебе сегодня уже не стоит этим заниматься, Мириам, есть же ряд второстепенных задач. Переключись на них, отдохни и успокойся. Не думаю, что твое волнение поможет сделать новое открытие. И ты же прекрасно знаешь, любимая, что наши светлые головы, лучшие из лучших, специалисты программного мира уже поняли, что невозможно создать человека из простых символов, даже если их будут миллионы. Поэтому даже самый мощный из компьютеров, человек-Ка, человек компьютерного мира, не смог сотворить чудо. Теперь вся надежда на нас, людей-Бэ, ученых биомира. И вообще, я считаю, – и Билли взял Мириам за плечи, отодвинул ее от себя на расстоянии вытянутой руки и посмотрел на нее очень серьезными взглядом,– я считаю, что люди неправильно сделали, что из-за компьютерных гуманоидов переназвали всех остальных живых людей с буквами. Это разделяет всех, человек-Ка, человек-Бэ, Пэ. Компьютерный мир, программный мир, обыденный мир и биомир неразрывно связаны. Считаю, что должен быть единый для всех мир – мир Земли, и все мы должны быть Земляне. Так я и скажу на заседании Земного Правительства!!!

– Опять ты со своей политикой, – разочарованно вздохнула Мириам. Ее лицо скривилось в недовольной гримаске. Девушка медленно и осторожно сняла мощные руки Билли со своих маленьких плечиков, – Я лучше пойду к себе, – она закивала головой и взяла тон доктора, разговаривающего с душевнобольным. – Пойду и займусь какой-нибудь второстепенной задачей, – Мириам медленно начала пятиться назад. – Вечером встретимся! – и она быстро зашагала прочь. А Билли в это время стоял на месте и бессмысленно смотрел на удаляющуюся любимую, мыслями унесшись в Земное Правительство, и выступая там за всеобщее единство. Вдруг он резко дернулся, как будто вернулся обратно в свое тело, и закричал ей вслед: «Да, Мириам, тебе надо расслабиться! Давай сегодня устроим вечер отдыха и приготовим твою любимую спаржу!» Мириам, не оборачиваясь и не останавливаясь, вдалеке, в знак согласия подняла руку вверх и помахала ей.

Дело все в том, что спаржа никак не желала расти и размножаться на этой планете, и ее не было ни в одном кафе на станции. Но Билли, который обожал возиться с растениями и экспериментировать с их выращиванием, зная, как Мириам любит блюда из спаржи, добился того, что из пшеницы у него начало расти нечто похожее на эту вкусную травку. Хотя ее вызревало ничтожно мало, ужины из спаржи очень вдохновляли Мириам, и ее настроение значительно улучшалось. Поэтому Билли старался из всех сил.

Вечером, наевшись вкусных блюд, они некоторое время сидели, обнявшись и молча. Казалось, что, наконец-то, всем стало хорошо и спокойно. Однако ум Мириам не хотел мириться с нерешенной задачей, и, когда Билли приблизился к ней своими губами и закрыл глаза в предвкушении сладкого поцелуя, она вдруг резко и недовольно заговорила: «Понимаешь, нам еще далеко до «ничего», – Билли резко отпрянул от нее и нахмурился, – Мы вон даже из воды нЕчто не можем создать! – и девушка вопрошающе посмотрела на молодого человека. – Ну, помнишь, утром ты сказал, что мы должны стать богом и создать что-то из ничего и ….– тут Мириам остановилась, поняв, что Билли особо не помнит, что он там говорил, и замолчала.

– Не расстраивайся, у тебя получится, – и Билли нежно взял взбудораженную девушку за подбородок, – Слышишь, именно у тебя и получится! – и он, улыбаясь, посмотрел в ее огромные глаза небесно-голубого цвета. Мириам подняла свое миленькое личико, и тоже, наконец, улыбнулась. А Билли наклонился к ней и одарил нежным поцелуем. – Вот, так-то лучше, дорогая, – и он мягко привлек Мириам в свои объятия. – Выше нос!

– Да, хорошо, только обещай мне и дальше помогать, у меня без тебя не получится – и девушка кокетливо опустила глаза и сложила губы бантиком.

– Да, я тебе помогу, – тихо, но уверенно произнес Билли, хотя и не понимал, как он сможет ей помочь. Но ему уже не хотелось думать, ему хотелось почувствовать вкус мягких девичьих губ, пахнущих розами, и утонуть в этих бездонных глазах!

Прошел уже год, как влюбленные Билли и Мириам прилетели на Внеземную научно-исследовательскую станцию на планете Z в качестве ученых. Билли занимался выведением и выращиванием колоний новых растений, способных адаптироваться к жизни на Z, а Мириам озадачили созданием разумного существа, подобного человеку, из простейших клеток. Репродуктивная функция людей уже давно отключилась, новых выращивали искусственно из оставшихся материалов, но и запас таких клеток с каждым днем уменьшался. Перед человечеством встала задача создавать себе подобных из простейшего биологического материала. И теперь Мириам предстояло стать богом и сотворить жизнь из воды. Однако у нее пока ничего не получалось. Поэтому она становилась все более задумчивой и чувствовала постоянную усталость от бесконечных экспериментов и неудач.

На следующий день после вечеринки с Мириам Билли пришел на рабочее место как обычно, к шести утра. Он был очень пунктуальным и редко опаздывал. Чего не скажешь о девушке. Мириам часто приходила позже нужного срока, потому что постоянно думала о своих научных изысканиях и не замечала ни времени, ни расстояния.

– Ты так поздно?! Время уже обед! Ты только пришла? Ты была в своей лаборатории? – молодой человек засЫпал Мириам вопросами, когда увидел ее, стоящую рядом на грядке с луковой капустой. Она как будто не услышала его восклицаний:

– Я мыслила логически, раз органическая клетка произошла из воды, значит, вода способна развиваться. Но нет, не хочет она так просто развиваться, даже и с хорошим геномом.

– Может, ты геном для нее слишком сложный поставила, птичка моя? – Билли тут же включился в процесс, чувствуя серьезность ситуации. – Ну а, может, ты слишком простую клетку взяла? – не унимался он.

– Может, – Мириам глубоко вздохнула и сделала долгую паузу перед ответом, анализируя сказанное ее другом, хотя где-то в глубине души понимала, что вопросы глупые.

– Я начала-то со своей, потом пробовала еще много человеческих, потом животных и птиц пробовала, и даже проще по строению живых организмов брала, пресмыкающихся, даже и инфузорию с амебой ставила, толку, говорю тебе, никакого. Не хочет и все.

– Ну, тогда даже и не знаю, что еще придумать, – отозвался Билли, поддерживая разговор очень научным тоном. – Вот если бы я был в Земном Правительстве, я бы поставил вопрос ребром, как можно таких красивых и замечательных девушек заставлять мучиться научными изысканиями неизвестно тебе чего, лучше бы думали о душевном саморазвитии каждой личности! Глядишь, и нашли бы новый естественный или сверхъестественный путь размножения людей, в процессе медитации, например, – и Билли обнаружил, что он уже не говорит, а кричит и размахивает обеими руками, а его Мириам стоит и смотрит на него удивленными и испуганными глазами, и вот, вот расплачется. Но у Билли вдруг исчезло желание ее утешать и прыгать вокруг, находя слова поддержки, и он резко сказал:

– Ладно, птица, мне надо работать, а то растения меня уже заждались, им тоже нужна моя любовь, иначе они начнут грустить и вянуть.

– Прямо-таки грустить, – истерично взвизгнула Мириам. – Что они у тебя разумные что ли существа? Ха-ха.

– А вот и разумные, я с ними разговариваю, и они меня слушаются. Так что растут хорошо. Я, между прочим, их уже высаживаю в почву Z. И им нравится – Билли начал с крика, а потом постепенно стал затихать и, в конце концов, почти перешел на шепот.

– Деревья не могут быть разумными! – Мириам кричала еще громче Билли, – Что за глупость, Билли, и не называй меня птицей! – вдруг она замолчала, хмыкнула, гордо вскинула голову вверх, развернулась на своих каблуках, застряла одним туфлем в грядке, нервно скинула его со своей миниатюрной ножки и торжественно поковыляла на одном каблуке по направлению к лаборатории. Билли еще некоторое время, молча, стоял и смотрел вслед удаляющейся подруге, потом наклонился, поднял ее туфель, засунул его в огромный карман рабочих штанов, еще раз посмотрел на свою «птичку» и пошел поливать морковь.

Мириам за весь день так больше и не появилась у Билли на плантациях, и даже не пришла на обед в ресторан, так что поздно вечером, не обнаружив любимую дома, молодой человек оказался рядом с дверью в лабораторию девушки и тихонько ее приоткрыл.

– Ну! Ты что обиделась? – спросил он, войдя в просторную комнату с длиннющим столом, на котором располагалось с десяток микроскопов и сотни минзурок, пробирок и баночек с содержимым разных цветов и рисунков.

– Нет, я не обиделась! – Мириам сидела на удобном, коричневом, кожаном кресле-вертушке и внимательно смотрела в один из микроскопов, она даже не оторвалась от него, когда услышала голос Билли. – Ты иди к своим растениям и разговаривай с ними на политические темы, можешь с ними в футбол поиграть и по парку погулять.

– Да что ты заладила, все растения и растения, – Билли уже стал планировать бросить свою работу и сидеть под столом у Мириам , бесконечно извиняясь, пока она не простит его. – Давай сейчас устроим праздник и напьемся вкусного вина! Пойдем гулять по ночной станции, и я тебе нарву букет из….из…спаржи! – Билли явно говорил что-то не то, потому что Мириам на секунду оторвалась от своего микроскопа, зло на него посмотрела и снова воткнулась глазом в увеличивающий прибор.

И вдруг Билли резко нахмурил брови: «Я между прочим со своими растениями – одно целое!» – сказал он. Но сразу после того, как Мириам подскочила на своем кресле от таких слов, Билли успел схватить ее в свои объятия, крепко зажал и прильнул губами к ее губам. Как она ни старалась бить его руками, он не отпустил ее.

Поздним утром следующего дня Мириам была замечена радостно идущей по плантациям Билли. Она, весело напевая, порхала с одной грядки на другую, потом тихонько подлетела сзади и обняла Билли за его огромный торс так неожиданно, что он даже вздрогнул.

– Это твоя птичка прилетела! – шептала она нежно и вкрадчиво. Глаза и рот Билли расплылись в улыбке, а Мириам не унималась: – Как нам было хорошо вдвоем, правда?! Мой жадный политик! И Билли по-идиотски скривил лицо, бессмысленно уставившись вдаль, наслаждаясь свалившимся на него счастьем. Мириам сделала небольшую паузу и хитро спросила: А как твои зелененькие друзья? Не завяли без тебя в эту ночь?

– Нет! – Билли резко вернулся в реальность и вспомнил, что он сегодня сильно опоздал после бурно проведенной ночи. – Но видно, что они расстроились! – молодой человек сделал паузу. – Зря вот ты так скептически к ним. Если проявлять внимание, то, мне кажется, абсолютно ничего им не помешает развиваться.

– Не помешает развиваться, – машинально повторила Мириам, улыбаясь .– Конечно, ничего не помешает им развиваться! Ничего не помешает! – вдруг она перестала радоваться и задумалась. Ничего! – вдруг нервно вскрикнула она, отцепившись от талии Билли. И когда он, наконец, смог повернуться к любимой, то увидел только ее удаляющуюся спину да сверкающие каблуки.

– Ну, вот и поговорили, – растерянно сказал молодой человек, разводя руками, и посмотрел на своих подопечных, пышно расстилающихся вокруг него на многие метры.

– Ты чего так быстро убежала? – они встретились на обеде в ресторане. Мириам была все также задумчива и быстро ела, – Да, я вспомнила, что у меня совещание через пятнадцать минут. – сказала она, старательно опуская глаза и не глядя на Билли.

– А! – он не знал, что ответить. И дальше они ели молча, что было не свойственно для Мириам. Обычно за обедом она болтала без умолку о своих многочисленных опытах.

Пару дней она почти не разговаривала с Билли, приходила домой очень поздно и ложилась спать, молча. Он начал было беспокоиться из-за столь резко изменившегося характера «птички». Но вот на третий день, когда Билли был сильно занят поливом своих плантаций, он вдруг заметил Мириам, летевшую к нему на грядки. Она вся запыхалась и, подскочив к Билли, обняла его.

– Билли! – Мириам пыталась таинственно говорить, задыхаясь от быстрого бега, – Мне нужен резервуар с водой.

– Зачем, птичка моя, он тебе нужен? – сказал Билли как можно ласковее и посмотрел в глаза любимой. Вдруг в ответ он увидел такой вдохновенный и горящий взгляд, что из его рук чуть не выпала панель управления поливами:

– Мириам, – воскликнул он , – У тебя получилось! – и осклабил рот в большой радостной улыбке.

– Да! – и Мириам вдохновенно и быстро зашептала. – Ты все время говоришь, что твои растения живые, и я подумала, а почему бы и нет. Я раньше использовала клетки животных, считая, что из растений не может развиться высший интеллект, но ты поколебал мою уверенность, и я решила попробовать. Предложила ей геном растения, моего любимого, спаржи..И! – Мириам сделала паузу и хитро посмотрела на Билли.

– И! – спросил он нетерпеливо.

И…она согласилась. Моя водичка согласилась! – и она закричала во весь голос так, что работающие на плантациях помощники Билли выпрямились и с удивлением посмотрели в ее сторону.

– Пойдем скорее, посмотрим на него! – Мириам схватила Билли за край рукава и пыталась потащить его в сторону своей лаборатории. Билли повиновался и пошел за ней.

– На него? Почему на него? Это же вода, она!? – спросил он по дороге.

– А, нет! – это уже не совсем вода, загадочно улыбалась девушка, – Сейчас ты все увидишь.

Они зашли в лабораторию, и молодой человек наклонился над микроскопом, который ему молниеносно подставила Мириам. Он увидел прозрачную жидкость, и в ней плавающий маленький зеленый кружочек.

– О! – Билли очень удивился результатам годового труда своей подруги.

– Ну, что, что ты там видишь? – спросила Мириам так, как будто Билли должен был разглядеть микроскопического разноцветного китайского дракона с крыльями или красивый волшебный замок с летающими жителями-феями. Он снова уткнулся в микроскоп, чтобы Мириам не заметила его недоумения. И вдруг на его глазах зеленый кружок разделился на два кружочка, они выросли и образовали кружок побольше.

– Ого! Как он хочет вырасти! – уже очарованно воскликнул Билли.

– Я уверена, это он, – сказала Мириам, – Высший интеллект, – она говорила шепотом, как будто боялась оглушить громким голосом этот маленький зеленый кружочек.

– Хм! …– промычал Билли, но тут же одумался, – По крайней мере, человеком стать обязан, чтобы наша птичка-мама побольше радовалась! – и он попытался обнять Мириам, но она резко оттолкнула Билли:

– Тише ты! Дурачок! Какая я мама?! – ласково-грозно сказала она и уткнулась в микроскоп.

Билли все-таки удалось обнять Мириам вместе с микроскопом, и она не стала сопротивляться. А его накрыло ощущение счастья. Радость за любимую и радость за этот маленький зеленый кружочек, и за его замечательное будущее, охватила все клеточки тела Билли.

– Ну, ты выделишь мне самый лучший резервуар? – произнесла Мириам торжественным тоном, не терпящим возражений, когда они встретились вечером дома.

– Ничего я ТЕБЕ! не выделю. Я сам буду за ним ухаживать, – вдруг сказал Билли.

– Ты уже так уверен, что у меня все получится? – съязвила девушка.

– Да, я в своих подопечных совершенно уверен, они не подведут, – парировал молодой человек, – Если Я! Буду за ними ухаживать. Но Мириам не стала возражать, так как Билли считался лучшим растениеводом на станции, а она все-таки была лучшим геномным инженером. – Но ты должен подождать, пока мы немного подрастем, – ласково сказала она, глядя на баночку с водой, которую приволокла домой. Вот! Он будет спать с нами, а днем мы будем расти с ним в лаборатории.

– Мириам, ты что, он не должен каждый день ездить и болтаться туда-сюда в своей банке, ты можешь его погубить! – вскричал Билли.

– Ой, папочка! Как мы волнуемся! Ладно, отнесу его завтра в лабораторию.

Через неделю Мириам велела Билли ждать ее после работы на своих участках, рядом с нужным водным резервуаром. В назначенный час он увидел свою возлюбленную, аккуратно несущую в руках целую паллету с пробирками, сверху щедро прикрытыми большими кусками белого хлопка, напоминающего вату. Билли поспешил помочь ей, и, лихо перескочив через несколько грядок, подхватил паллету.

– Аккуратно! – скомандовала Мириам, – Они же еще маленькие! – и она хмуро посмотрела на молодого человека сквозь сведенные брови.

– Хорошо, хорошо! Думаешь, я не знаю, как надо обращаться с растениями?! – и он улыбнулся.

–Билли,– Мириам вдруг остановила его, взяла за грудки, притянув к своему лицу, и продолжила почти шепотом, – они создаются!

– Кто они? Их много?

– Ну, конечно, я сделала тридцать образцов, – Мириам отпустила Билли и пошла с ним рядом, – Не могу же я надеяться только на один твой маленький зеленый кружочек.

– А зря! Именно мой любимый кружочек тебя и не подведет, а как я теперь его найду? – и молодой человек в шутку сделал грустное выражение лица.

– Но, Билли, – продолжала Мириам, не реагируя на его юмор, – мне кажется, что они начали останавливаться в развитии, и некоторые даже совсем не увеличиваются! – Мириам швыркнула носом и состроила обиженно-истеричную гримаску .

Билли посерьезнел, потом подумал и спросил:

– Ты хоть с ними разговаривала?

– Нет, мне не до этого было, я их создавала, – недовольно ответила Мириам, как будто Билли был виноват в том, что ей некогда разговаривать с кружочками.

– Подожди, – Билли засуетился, – для начала убери эту дурацкую вату, она мешает им собирать питательные вещества из воздуха. Или давай, я сам лучше уберу! – он поставил пробирки на землю и начал медленно и очень аккуратно убирать закрывающие их кусочки ваты. Потом внимательно посмотрел на зеленые пятнышки, плавающие в прозрачной жидкости, и сказал: Ну, что, мои хорошие!? Идите к папочке! Папочка Вас любит и позаботится о Вас! Потом поднял паллету и понес к воде. Мириам все это время находилась рядом, удивленно наблюдая за действиями и разговорами Билли.

Водный резервуар представлял собой искусственный водоем около шестнадцати метров в диаметре, находящийся посреди грядок с растениями. Он являлся как хранилищем для воды, так и своеобразной имитацией водной поверхности Земли.

– Их можно выпускать в воду? – спросил Билли у Мириам, все еще держа пробирки в руках.

– Их нужно! выпустить, – ответила девушка.

Билли подошел к резервуару, осторожно опустил все емкости в воду, дождался, пока зеленые пятнышки сами выплывут из пробирок, и только тогда вынул стекло обратно. Мириам обняла любимого, прижалась к нему и быстро залепетала: – Папочка, теперь наши детки в безопасности, ты займешься их воспитанием! – Билли улыбнулся ей в ответ.

Глава 2.

– Они очень хорошо кушают, – сказал Билли Мириам, в очередной раз пришедшей проведать своих питомцев. Обнявшись, возлюбленные вместе десять минут кряду смотрели на резервуар с водой, где плавало двадцать бархатных зеленых кружочков размером с перепелиное яйцо каждый.

– Да, – вздохнула Мириам,– Выживает сильнейший.

– Это ты к чему? – не понял Билли. – Я даю им пищу для водных растений, но они все равно умудрились съесть своих собратьев. Думаешь, этот факт навредит эксперименту?

– Я уже сообщила в Главный офис, они велели продолжать.

– Знаешь, я, когда прихожу с утра, нахожу их всегда в другом месте. Значит, они передвигаются, – заметил Билли.

– Не знаю, не знаю, – девушка улыбнулась в ответ, – Может, их просто ветер сносит.

– Ну, нет, – Билли явно не устраивал такой ответ, – Не для этого я с ними тут каждый вечер провожу воспитательный беседы о пользе саморазвития, у них, смотри, ножки и ручки появились, скоро выйдут из воды, наверное, – и он устало улыбнулся.

Мириам громко засмеялась, но потом резко замолчала и потянула любимого за рукав:

– Конечно, Билли, с таким, как ты, любое растение вырастит себе ручки и ножки и выйдет из воды на сушу, ты – такой заботливый и гениальный! – она заулыбалась и прижалась к молодому человеку. А Билли смотрел на своих детишек и радовался, представляя, как они будут двигаться по суше.

– Мы назовем их Люди-Зет! – восторженно произнес он.