«Играть нельзя помиловать». Где поставить запятую, женщина всегда решит сама

Ткач

Я сидела на кухне и громко рыдала.

На столе в большой чашке дымился чёрный чай, который перепуганная Лидка приготовила, чтобы хоть как-то меня успокоить.

– Ну подумаешь, не приняли в очередной театр! Примут в другой! – успокаивала она меня.

– Не примут, потому что нет другого театра. Я уже все обошла! – продолжала реветь я, испытывая при этом самые жалостливые чувства к самой себе.

– Я попрошу папу, чтобы он поговорил с директором театра драмы.

– Ага, с ним без бабла не договоришься.

– Значит, накопишь со временем бабла и заплатишь, – продолжала утешать меня Лида.

Конечно, ей легко говорить: её папочка обеспечил её всем необходимым: квартира, машина под боком, набил карманы деньгами. Устроил её при помощи своих связей и при полном отсутствии у неё таланта в театральный институт, который мы, кстати, окончили вместе. И ещё на третьем курсе подсобил ей с работой у одного известного режиссёра. А вот такие простые, но талантливые люди, как я, приехавшие из провинции, должны работать в ресторане по причине того, что свободных мест для тех, у кого нет тех самых нужных связей, в театре нет.

Жила я в квартире у Лиды, точнее, снимала у неё одну из комнат. Человеком она была неплохим, но жадным. Задержать оплату за комнату на один день было невозможно, а за каждый случайно использованный пакетик её чая или кусочек сахара Лидка непременно просила вернуть ей рубль.

Моё отношение к деньгам было более лёгким. Я легко их тратила и часто давала взаймы безвозвратно, правда, потом, бывало, сидела несколько дней голодная до следующей зарплаты.

Посмотрев на часы на левом запястье, я немного успокоилась. Надо умыться и идти на работу, иначе в конце месяца мне не хватит денег, чтобы заплатить за комнату.

С работой в театре я в пролёте, так что большой сцены мне не видать как собственных ушей. Нужно срочно начинать придумывать новый план, ведь жизнь продолжается, но пока мне всё ещё было грустно.

На улице стоял дождливый день, в сером вагоне метро сидели хмурые люди. Чей-то ребёнок беспрестанно тыкал меня в бок своим зонтиком и при этом нагло лыбился. Мне хотелось закатить скандал, разыграть сцену, но показать зрителям метро свои таланты я не успела, так как объявили мою станцию, и я поторопилась выйти.

В ресторане было шумно, пятница, конец рабочей недели.

Переодевшись в чёрные брюки и белую рубашку, я повязала вокруг короткий фартук, засунула в него блокнот, несколько ручек, зажигалку и штопор. Затем прицепила на рубашку значок с названием ресторана «Голубая лагуна» и моим именем Жанна и вышла из комнаты для сотрудников, что больше напоминала жалкую каморку.

Менеджер Аркаша уже бегал по заполненному залу с вытаращенными глазами:

– Ещё бы позже пришла! – выпалил он, заметив меня.

– Аркаш, я вовремя. Я сегодня в шесть начинаю, я же предупреждала, что к четырём не смогу прийти. Ты что, забыл?

– Какая разница! – махнул он рукой. Вон братва столичная понаехала. Поди угоди им.... – раздосадованно махал руками он. – И все они старые дружки хозяина ресторана.

– Крыша, что ли? – смекнула я.

– Типа того. Что делать с ними, прямо не знаю. Ирку довели до слёз, она ни в какую не хочет к столу возвращаться заказ принимать.

– А Дюша?

– Жанна, ну какой Дюша? Там братва сидит, а Дюша…

– Ориентацией не вышел? – прыснула я со смеху.

– Тише ты! – шикнул на меня Аркаша, и я прикрыла рот ладонью.

– А остальные официанты чем не угодили?

– Катька жирная – между стульями и стеной не пролезет, – принялся перечислять он. – Степан и Таня обслуживают столики на втором этаже. Дюша не подойдёт… Короче, одна ты красивая осталась. Придётся тебе идти.

– Аркаша, так нельзя! – упёрлась я. – Это же чистая подстава!

– Жанночка, пожалуйста, прими у них заказ. Поулыбайся им там побольше, головой кивай почаще, соглашайся со всем… – поучал меня он, подталкивая вперёд к столу.

– Добрый вечер, меня зовут Жанна, и сегодня я буду вашей официанткой. Вы готовы сделать заказ? – представилась я, и на меня уставилось пятнадцать пар глаз.

– Жанна, тащи ещё водки нам! – крикнул мне один из них в конце стола.

– Водка. Что-нибудь ещё? – мило улыбалась я.

– И пожрать закуску организуй! – добавил сидевший рядом с ним.

– Соленья, фруктовая и сырная тарелки, – записала я в блокнот.

– И мяска пусть нам шеф поджарит, – блондин, сидевший посередине стола, подмигнул мне глазом.

– Угу, поджарит, – заверила я.

– Стюардесса по имени Жанна! – пропел сиплым голосом мужик, к которому я стояла ближе всех.

Я посмотрела на него, приподняв бровь: ведь только ленивый идиот ещё не спел мне этой песни. Чтобы не подставлять Аркашу, я лишь широко ему улыбнулась и пошла исполнять заказ.

Водка лилась рекой. Братва гуляла на полную катушку. Время перевалило далеко за полночь. Повар на кухне пил вино прямо из бутылки и дождаться не мог, когда последний из оставшихся столиков в ресторане, который обслуживала я, наконец-то свалит. Пятничный диджей Митя битый час исполнял музыку из восьмидесятых и девяностых, я продолжала таскать им водку и менять пепельницы, так как, напившись, они начали курить прямо за столом.

Возвращаясь с грудой посуды на кухню, я услышала крики, раздававшиеся из мужского туалета. Недолго думая, я распахнула дверь и увидела, как блондин, что сидел ранее за столом, воткнул нож в грудь мужчины, которого держали по обе стороны двое его братков.

– Матей, обернись! – крикнул один из них, и я на секунду застыла от ужаса.

Тарелки с дребезгом полетели на пол.

– Держи эту красючку, чтобы ментам звонить не начала! – крикнул второй, и блондин по имени Матей, нахмурив брови, двинулся в мою сторону.

Резко захлопнув дверь, я рванула на кухню. Матей гнался за мной, держа окровавленный нож в руке.

Сметая сковородки и кастрюли на пол, я перепрыгнула через повара, что сидел в углу всё с той же бутылкой вина и от скуки играл с телефоном, распахнула запасную дверь и оказалась с обратной стороны здания, где мы обычно оставляли мусор. Схватив стул, на котором любил посидеть повар в обеденный перерыв и выкурить пару сигарет, я подставила его под ручку, заблокировав дверь, и выбежала на проезжую часть.

Поймать такси было непросто, ведь на улице стояла глубокая ночь. Наконец-то около меня остановилась белая иномарка.

– Мадемуазель, Вам куда? – поинтересовался парнишка с подозрительно красными глазами, приоткрыв окно.

– До Октябрьской докинешь?

– По пути! Садись, подвезу.

Я устроилась рядом с ним на переднем сиденье. Интересно, Матей и его дружки уже трясут Аркашу, чтобы узнать, где я живу? Хоть здесь мне повезло, Аркаша при трудоустройстве на работу моей регистрацией не поинтересовался, так что в квартире у Лидки, на Октябрьской, меня точно искать никто не станет.

– Как зовут тебя? – решил поговорить он.

– Жанна.

– Жанна? Это как в песне там было… Стюардесса…

– Было, было. Только, пожалуйста, будь другом, не пой, а? Мне хватит и песен, и плясок на сегодня, – попросила я его.

– Ладно, не буду. Меня зовут Денис. Выпить хочешь? – протянул он мне флягу.

Вот незадача, водитель оказался пьяный. Ладно, неважно, главное добраться до дома. Лидка там, наверное, с ума сходит. Ищет меня повсюду. Может, и правда накатить немного.

– Давай сюда свою фляжку!

Отпив, как я поняла по вкусу, коньяк, я незаметно вздохнула и задалась вопросом: «Что мне делать?»

Денис без остановки болтал до тех пор, пока нас не остановил гаишник.

Всё началось, как обычно, с просьбы предъявить документы, коих у Дениса почему-то не оказалось. Сотрудники ГАИ попросили его выйти из машины.

– Жанка, не выходи из машины, я сейчас всё решу, – заорал Денис, пока его вели к патрульной машине.

– Гражданка, документы предъявите, пожалуйста, – засунул голову в окно другой сотрудник ГАИ.

– У меня их с собой нет. Я сумку на работе забыла.

– А работаете где?

– В ресторане «Голубая лагуна», неподалёку.

– Придётся Вам проехать с нами в отделение.

– Зачем? Для установления личности?

– Угу, и для этого тоже. Где ваш друг так надрался?

– Он не мой друг.

– Ну как же не Ваш? Зовёт Вас по имени. Вас ведь Жанна зовут?

– Мы только что познакомились. Я ничего о нём не знаю, так же, как и он обо мне. Я вышла с работы, – на улице ночь. Хотела поймать обычное такси, а поймала вот его.

– Выходите из машины, гражданка, – покачал головой гаишник, и я послушно отстегнула ремень безопасности.

Вот уже битый час я и мой несостоявшийся таксист сидели в отделении полиции. Думать о Матее и мужике, которого он прирезал в туалете ресторана, в котором я работала, мне хотелось меньше всего. С одной стороны, попасть в полицейский участок было не очень приятным событием, а вот с другой стороны – здесь я в полной безопасности. Завтра они все протрезвеют и забудут обо мне. А что, если нет? Чтобы избавиться от дурацких мыслей, я принялась орать во всё горло песни. В конце концов, сколько ещё они меня тут будут держать?

Проходящий мимо мужчина в штатском остановился около дежурного.

– Иванов, что за непорядок?

– Да вон орёт, всё успокоиться не может. Не знаю, что и делать. Я бы ей наподдал, да не могу! Женщина всё-таки.

– Проститутка? – поинтересовался он.

– Нет, – покачал головой дежурный, – личность установили, регистрации нет. Была в машине с другим задержанным, машина числится в угоне.

– Отпустите меня в Гималаи! – продолжала вопить я во всё горло. – А не то я завою, а не то я заплачу!

– Боже мой! – закрыл руками уши дежурный. – У тебя другой репертуар есть? – крикнул он мне.

– Владимирский централ! Ветер северный! – сменила песню я, продолжая издеваться над ними.

– Так, всё! Открывай и давай её в кабинет ко мне, – не выдержал полицейский. – И орать перестань, – обратился он ко мне, – певицы из тебя точно не выйдет. Тебе медведь все уши оттоптал.

Я тут же замолчала. Перспектива поговорить с более высокопоставленным лицом, чем дежурный, меня очень даже устраивала.

– Ну и что делать мы с Вами будем, Жанна Инева? – вздохнул дознаватель по фамилии Ромашкин.

– Отпускать.

– Очень смешно. Вы ведь не местная, по нашим данным, регистрации у Вас нет. Что Вас привело в столицу?

– Я актриса.

– И в каком театре работаете?

– Пока ни в каком.

– А что так, не берут?

– Не берут. Поверьте, они не знают, что теряют!

– Что, плохо спели или стихи забыли на прослушивании? – ухмыльнулся он.

– Не-а, просто связей нет у меня.

– И что Вы делаете?

– Работаю в ресторане официанткой.

– И какие планы на жизнь?

– Накопить денег, дать взятку директору театра и получить работу мечты.

Дознаватель засмеялся.

– Жанна, Вы находитесь в полиции. Поосторожнее с выражениями. Не поздно ли становиться актрисой?

– Осуществлять свои мечты никогда не поздно.

– Ясно. А теперь расскажите, откуда Вы знаете Дениса. Где он так напился и зачем Вы угнали машину?

– Я понятия не имела, что эта машина в угоне. Я выбежала на дорогу, чтобы поймать такси.

– Почему выбежали?

– Потому что смена долгая была. Ночь. Устала, работа на ногах. Вот и выбежала, домой, знаете, как хотелось! – умолчала я настоящую причину моего внезапного побега из ресторана. – Такси поймать было невозможно, да и сумку с деньгами и телефоном я оставила на работе. Остановился этот парень, сказал, что довезёт меня куда надо. Я когда к нему в машину садилась, не знала, что он выпивший, и тем более понятия не имела, что машина не его.

– Откуда он знает ваше имя?

– Спросил, когда я в машину села, я и сказала.

– Жанна. Твои актёрские штучки здесь не прокатят, – перешёл он на ты, и его лицо сделалось серьёзным. – Тебе грозит реальный срок, так что давай рассказывай, когда и откуда угнали машину со своим дружком.

– Да не дружок он мне! – возмутилась я. – Я говорю Вам правду.

– Угу. Я это «я говорю Вам правду» слышу каждый день от задержанных. Чем быстрее ты признаешься в угоне, тем лучше будет для тебя. С полицией всегда лучше сотрудничать.

– То есть Вы мне предлагаете признаться в том, чего я не делала? Вот тебе и добропорядочная полиция! Так вот, дорогой! – теперь и я перешла на ты. – Я знаю законы. Без адвоката я больше и слова не скажу.

– Хорошо, звони адвокату, – пододвинул он стационарный телефон ко мне. – Чего ждёшь?

– У меня нет личного адвоката.

– Значит, пиши на бумаге признание в том, что совместно со своим дружком угнала машину.

– Фиг тебе, понял? По закону мне должен быть предоставлен бесплатный адвокат от государства, – упёрлась я.

– Хорошо, будет тебе адвокат!

Вышел он из кабинета и, хлопнув дверью, закрыл её на ключ.

***

За окном уже рассвело. Я, положив голову на стол и мечтая об утреннем кофе, прикрыла глаза от усталости, ведь поспать мне так и не удалось.

– Вот она, актрисулька недоделанная, – услышала я голос Ромашкина и моментально выпрямилась на стуле.

– Здравствуйте. Артём Викторович Заболоцкий. Я ваш адвокат. Пожалуйста, расскажите мне, что с Вами произошло? – протянул мне руку мужчина лет пятидесяти на вид.

Его голову и виски покрывала небольшая седина, он носил очки, был гладко выбрит и, в отличие от меня, вкусно пах, ведь ему не пришлось сидеть полночи в «обезьяннике», а затем в прокуренном кабинете дознавателя.

– Жанна Инева, – пожала я его руку и немедленно принялась рассказывать о том, как я всего лишь пыталась поймать такси и доехать до дома.

Через час я была на свободе. Заболоцкий и я вышли на улицу, и он любезно предложил мне кофе, от которого я не отказалась.

– Эх, Жанночка, и как Вас такую красивую занесло в отделение? – заплатил он за капучино и латте и протянул мне кружку.

– Как занесло, так с вашей помощью и вынесло! – улыбнулась я. – Спасибо!

– Работаете Вы, значит, в ресторане? А по образованию Вы кто?

– Актриса.

– Что, прямо настоящая актриса? – недоверчиво посмотрел он на меня.

– Ну да, – жадно отпила кофе я и вдруг подавилась.

– Что с Вами? – испугался Заболоцкий и принялся хлопать меня по спине.

Я принялась тяжело дышать и кашлять, затем закатила глаза и рухнула на пол.

– Жанна, о боже! – закричал он и присел рядом со мной, пытаясь нащупать пульс. – Врача, срочно врача!

В этот момент я приоткрыла один глаз и громко засмеялась.

– Я не могу, поверил? Ха-ха-ха!

Покрасневшее лицо Заболоцкого украсила улыбка, и он похлопал в ладоши.

– Не ожидал. Развела меня, как сопливого пацана!

– Театральный институт даром не прошёл! – поднялась я с его помощью. Люди вокруг удивлённо смотрели на нас, но мне было всё равно.

– Жанна, а почему в кино не снимаетесь или в театре не работаете?

– В кино пока ещё не попала, но постоянно хожу на пробы и кастинги. А вот в театр без связей не берут. Понимаете?

– Всё проплачено, всё куплено.

– Да-да… И дорогой через постель выстлано!

– Жан, приходите ко мне работать?

– Кем? Образование-то у меня не юридическое. Секретаршей, что ли?

– Нет, секретарь у меня есть. Вас секретарём делать нельзя, жена ревновать будет.

– А-а-а-а… – разочарованно протянула я.

– Я помимо уголовных дел занимаюсь бракоразводными процессами, и ваше актёрское мастерство очень даже бы пригодилось. Плачу наличкой.

– Спасибо, конечно, Артём Викторович, но я как бы уже пристроена. А у вас заработок нестабильный.

– Работа, которую я предлагаю, можешь рассматривать как подработку. Вот, держи! – протянул он мне свою визитку с телефоном и названием адвокатской конторы. – Подумай, не руби с плеча.

Заболоцкий подкинул меня до «Голубой лагуны».

Постучав по закрытой входной двери, я увидела приближающегося менеджера, который при виде меня незамедлительно распахнул дверь и затащил меня внутрь.

– Фу-у-у-ух! Живая! Жанка, я думал тебе кранты! – тряс меня за плечи он.

– Перестань, – выкрутилась я. – Что тут произошло вчера?

– Матей и его ребята так погуляли: разгромили весь ресторан к чертям собачьим. А потом тебя искали. Выпытывали у меня, где ты живёшь, а я почём знаю?

– Ясно. Ладно, Аркаш, я пойду сумку свою заберу и домой поеду. Отосплюсь. Приеду, если хочешь, часам к шести-восьми.

– Тут такое дело… – замялся он. – Жан, возьми отпуск на несколько недель, а?

– Что значит «возьми отпуск»?

– Блатные эти будут продолжать тебя искать. Предчувствие у меня плохое. Возьми отпуск. Отдохни, по кастингам походи. Всё уляжется, потом вернёшься. Матею как взбредёт что в голову, так не отцепится, пока не достанет. Сейчас он хочет найти тебя. Не знаю, что за причины.

– И я не знаю. Только отпуск я взять не могу, Аркаша, мне за комнату платить надо. Если я не получу зарплату в конце месяца, то буду жить в подсобке «Голубой лагуны»! Лидка выгонит меня со скоростью звука!

– Уж лучше ночевать в кладовке «Лагуны» живой, чем потом твой труп в реке вылавливать, – тихо произнёс он, и я замолчала.

Теперь до меня начало доходить, что происходит: Матей начал на меня охоту. Ему не нужен живой свидетель. Интересно, кого он прирезал этой ночью в ресторане.

– Аркаша, ты ведь всё знаешь, да?

– Знаю что? – уставился он на меня.

– Ты труп видел? Чей это был труп?

– Я слепой. И к тому же глухой. И немой, – выпалил он. – И тебе советую стать такой же.

– Вот вляпалась, – поджала я губы от досады: от Аркаши я ничего не добьюсь. – Ладно, пойду сумку заберу. Высплюсь, потом подумаю, что делать.

***

Дома Лидка вертелась перед зеркалом и репетировала сцену для спектакля. Увидев меня, она перестала смешно размахивать руками и с серьёзным выражением лица спросила:

– Ну и где это мы были всю ночь и утро?

– На работе.

– До утра?

– Братки всю ночь гуляли, устроили погром, пришлось убирать за ними. Я спать, Лида! Устала как собака.

– Жан, тут такое дело… Папа хочет повысить аренду за твою комнату.

– Повысить?

– Ты не пугайся, не намного. Просто он считает, что в нашем районе комнаты стоят дороже. Он сказал, что если ты не сможешь платить, то тебе придётся съехать. Но ведь ты моя подруга! Поэтому я с ним поговорила и убедила его, что ты сможешь заплатить. Всего-то на пару-тройку тысяч больше каждый месяц. Ты ведь много работаешь, ты сможешь, да? – её голос звучал неуверенно.

– Наверное, смогу, – качнула я головой и отправилась в свою комнату.

Лёжа на кровати, я свернулась в калачик и приготовилась плакать, ведь мне было так жалко себя саму. Работы у меня больше нет, и оказаться на улице мне ой как не хотелось. Я крепко стиснула зубы, выдавить слезы никак не получалось, и это бесило. Ничего, я обязательно найду выход из этой ситуации. Матею меня не найти! Столица, она слишком большая… Работу придётся поменять, вот только немного посплю…

***

– Жанна, я нисколько не сомневаюсь в ваших способностях и в том, что такая красивая женщина станет замечательным пополнением в нашей компании, но таковы условия: я не могу принять Вас на должность продавца-консультанта без испытательного срока. Поймите, я эти правила не придумала.

– Конечно, конечно, – кивнула я головой очередной тётке из отдела кадров. – Это всё ваше начальство. Поймите, мне не нужен испытательный срок, я могу Вам продать даже гнилой банан! – Всё ещё пыталась перетянуть её на свою сторону я.

– Не нужен мне гнилой банан. Жан, ну что Вы такая упёртая? Приходите, начните работать, а там я Вам помогу и немного подрежу испытательный срок. У Вас правда талант. Так как Вы мне разрекламировали наш пылесос, никто ещё не делал. Я чуть сама его не купила! – улыбалась она.

– Хорошо. Я могу тогда попросить мне выплатить через полторы недели аванс? Я знаю, я ещё не работала, но уже прошу деньги. Просто понимаете, у меня такая ситуация, за жильё платить надо. Ресторан, в котором я работала, решили внезапно закрыть на ремонт.

– Не могу ничего обещать. Я финансами не заведую. Кстати, что у Вас с регистрацией?

– Всё в порядке, – в этот момент я покраснела.

Если сказать правду, она подумает, что я совсем обнаглевшая.

– Посмотреть можно?

– Можно, только паспорт забыла в другой сумке, дома. – продолжала изворачиваться я.

– В общем, приходите завтра. Работайте три месяца на испытательном и не забудьте паспорт!

– Спасибо! – пожала я ей руку.

Больше разговаривать не о чем.

Столичной регистрации у меня нет. Ждать зарплату ещё месяц я не могу.

Я вышла на улицу и подставила своё лицо под солнечные лучи. Птицы щебетали на деревьях, лёгкий ветер обдувал лицо, запах свежескошенной травы возвращал в детство. На улице было так хорошо, а на душе хреново, ведь это уже было четвёртое собеседование, и я всё никак не могла найти работу, где не нужно так долго ждать до зарплаты.

Засунув руку в карман, я вытащила визитку Заболоцкого. Что ж, голубчик, придётся совершить к Вам визит.

***

Офис Заболоцкого располагался в многоэтажном здании на четвёртом этаже. Мне пришлось ждать и листать журналы моды на столе около часа, пока он освободился.

– Жанна, какие люди! – обрадовался при виде меня он. – Я и не надеялся, что мы встретимся снова!

– Артём Викторович, я очень рада снова Вас видеть!

– Проходите в мой кабинет. Чай, кофе?

– У Вас работы не найдётся? – перешла я сразу к делу.

– А как же? Такому таланту нельзя пропадать даром.

– Вы предлагали работу за наличку, – устроилась я в глубоком кресле. – Что именно нужно делать?

– Играть, Жанна, играть!

– Во что?

– Не во что, а в кого! – хитро улыбнулся он и снял с глаз очки, отложив их в сторону. – Как я Вам говорил, наша контора занимается не только уголовными делами, но и бракоразводными процессами. Иногда, чтобы выиграть суд по разделу имущества, необходимо идти на небольшие хитрости и доказать факт измены. Например, подстроить встречу супруга с шикарной женщиной, как вы. А для женского пола – с красавчиком из спортзала, перед которым невозможно устоять. Встреча должна быть записана, фотографии делает наш штатный фотограф, иногда мы записываем видео.

– Фу, как это неприятно, – поморщила я носом, на что он мне ответил:

– Пятьсот баксов за работу с предоплатой пятьдесят процентов.

– Согласна! – выпалила я.

Мои глаза загорелись ярким пламенем, жажда денег перекрыла здравый смысл. Тем более что доллар ныне в цене.

– Даю тебе пробное первое задание. Разводится тут у меня одна парочка. Жене очень надо уличить её неверного супруга в измене, чтобы ей при разделе имущества достался дом. Не буду вдаваться в детали их брачного договора, тебе это ни к чему. Завтра вечером он встречается с друзьями в отеле «Шармон» на Пятницкой, твой столик забронирован рядом с его. На тебе будет прикреплено небольшое устройство, которое запишет ваш разговор. Я, фотограф и ещё пара людей будем находиться неподалёку, можешь не переживать. Всё, что тебе нужно будет сделать, – это сыграть одинокую леди, которая ждала подругу за столиком, но та отменила встречу. Ты должна будешь послать ему знаки внимания, очаровать его и добиться того, чтобы он пригласил тебя к себе в номер. В руках у тебя будет журнал о новых постановках оперного театра. Он помешан на опере. Это должно привлечь его внимание к тебе. Жанна, пригласить тебя в номер для проведения ночи вдвоём должен именно он, это должно прозвучать из его уст и быть записано. Ты всё поняла?