Боги вне подозрений

Глава 7

На самом деле Домов Чести на Среднем острове Нарры-шэ насчитывалось более двух десятков, однако Дом Разбитого Урагана по праву считался наиболее сильным и, соответственно, наиболее влиятельным. За последние пятьдесят лет у них не случалось ни одного крупного провала. Они не ввязывались в авантюры, роняющие их достоинство, и умело лавировали между коллегами и властями. Известны они были и более чем трепетным отношением к обучению молодого поколения, а также весьма развитой идеологической платформой. Тем, кого Дом брал на воспитание, с детства прививались понятия о преданности ему, чести, как ее понимали люди их профессии, и своеобразной этике. Она имела мало общего с уголовным законодательством Нарры-шэ, зато и соблюдалась куда строже.

Шаи, отлично знавший и ее, и прочие принципы Дома, долго ломал себе голову, как же выудить из его представителей нужные ему сведения. План, который зрел в голове у Фелла, не особо нравился адъютанту, и более чем на некоторые туманные намеки он не рассчитывал.

Однако неожиданное появление самого Лигарда Синий Холод давало повод думать, что случилось некое из ряда вон выходящее происшествие, весьма вероятно, могущее повлиять и на их дело. Но как ни старался Фелл раскрыть эту загадку, в голову не приходило ничего дельного, по крайней мере, достаточно веского для подобного поведения второго человека в Доме. А знать эту причину было весьма желательно: Шаи ненавидел вести переговоры, не имея на руках всех данных. В таких делах нужны хоть какие-то козыри.

Поэтому адъютант старшего протектора Нарры нервничал и переживал, хоть внешне это никак не выражалось. Впрочем, ему казалось, что подобный поворот дела вряд ли грозит им неприятностями, возможно, дополнительными трудностями, но не опасностями. За что Шаи и любил профессионалов – их поведение от настроения не зависит, а значит, можно будет попытаться договориться. Но кто Лигард больше: профессионал или фанатик?

То, что Фелл о нем слышал, как-то не внушало оптимизма. Тот, кого прозвали Синим Холодом, ставил вопросы чести впереди жизни – чужой, как выходило на деле. Вопросами же чести он мог посчитать все, что ему угодно. А Шаи знал лишь немногих, кто был бы на порядок опаснее Лигарда.

В какой-то момент Фелл поймал себя на том, что невольно сравнивает второго человека в Доме Разбитого Урагана со своим начальником. Но мысль развить ему не дали, потому что путь по бесконечным улочкам Игрового Квартала с разбегающимся перед Синим Холодом народом, наконец, закончился у выкрашенных в сизо-серый цвет ворот. Никаких эмблем на них не было, с виду самый обычный богатый дом с высоким забором и чересчур чистым перед ним тротуаром. Шаи еле удержался от ухмылки: только совершенно нечувствительный человек не ощутил бы ауру настороженности и торжественности, витающую вокруг.

Охраны на первый взгляд не было видно, но на то они и профессионалы. Кстати, охранные услуги Дома Чести тоже оказывали. Из-за чего постоянно ссорились с Обережными кланами, которые как раз специализировались на защите людей, помещений, грузов и прочего. Борьба шла с переменным успехом, частенько затихая в тех случаях, когда стороны нуждались в услугах друг друга, а такое случалось с завидной регулярностью, что невероятно веселило осведомленных людей.

Ворота распахнулись, будто сами собой, стоило Лигарду приблизиться к ним. Он первым вошел во внутренний двор, за ним двигались оба протектора, сзади и по бокам окруженные безликими спутниками Синего Холода. «Почетный конвой», как ворчливо обозначил их Гархаэт, безмолвно следовал за ними вплоть до дома.

Шаи ожидал, что их поведут в одну из гостиных, в которых ему доводилось бывать. Однако Лигард отчего-то свернул в сторону небольшого святилища, куда, насколько Фелл знал, чужаки допускались только в чрезвычайных случаях. Ему еле удалось удержать на лице невозмутимую мину и не переглянуться с Рыжим.

Ситуация становилась все более и более интересной. А такие ситуации часто преобразуются в опасные. Шаи с некоторой долей неуверенности подумал о том, что Майрэл может не суметь проникнуть на территорию, охраняемую куда лучше монаршей казны.

Святилище представляло собой несколько отделенных друг от друга комнат с тонкими, уходящими ввысь колоннами. С потолка тут и там с кажущейся бессистемностью свисали длинные полупрозрачные занавеси, придавая храму диковинный, несколько нереальный вид. Свет, падающий из узких окон, играл с искорками золотой вышивки на тканях, усиливая это впечатление и рождая многочисленные колышущиеся тени, которые могли прятать как духов, так и вполне реальных людей.

В этой стране все поклонялись Нарре, дураков, не признававших ее силу и власть, просто не находилось. Однако помимо нее разные местности, города, кланы и даже семьи почитали своих мелких, но куда более близких божеств. Иногда это были духи предков, иногда сверхъестественные существа, созданные Сайенсеном, Наррой или Карнавой. Порой такие странные, что оставалось только дивиться фантазии и изощренности мира, энергии или богов, сотворивших их. Как правило, эти духи были надежными помощниками в основном ремесле своей паствы. Иногда они отвечали за какие-то отдельные сферы жизни, например за здоровье или материнство.

Какого бога почитал Дом Разбитого Урагана, Шаи не знал. Неужели им расскажут? И с чего такая честь? И что за нее потребуют? Очень хотелось обернуться и поискать глазами этого вахного барса. Только он мог связаться с Шерши, будь тот неладен. Без вмешательства духовника они вряд ли выстоят в случае неприятностей.

Фелл про себя вздохнул: Ро действительно всегда знал, когда следует появиться, осталось надеяться, что и в этот раз он себе не изменит.

Солнце уже начало припекать, еще час, и его жар хорошо бы сменить на прохладу магазинчиков, таверн или иных помещений. Конечно, лету Среднего острова далеко до зноя Южного, но зачем проверять любовь Нарры в таких мелочах?

Гархаэту и Шаи не пришлось этого делать – прохладу они ощутили сразу, когда двери святилища бесшумно, будто не были сделаны из мореного дуба в три человеческих роста, распахнулись перед Лигардом. Сопровождающие остались за этой преградой, а протекторов Синий Холод жестом пригласил следовать за собой.

Во второй по счету комнате он остановился у узкого окна, посмотрел в него, потом перевел взгляд на Фелла с Рыжим и, наконец, удостоил гостей второй за сегодня фразой:

– Я прошу прощения, что пригласил уважаемых господ протекторов сюда без предварительной договоренности, но произошедшее этой ночью настолько чрезвычайно, что мы позволили себе эту вольность.

Вежливость слов отчего-то настораживала еще больше.

– Не стоит беспокоиться, почтенный роненон[15], долг протекторов – помогать нуждающимся в нашем участии. – Фраза не отличалась ни оригинальностью, ни правдивостью. Протекторы обязаны были оказывать помощь, только если на то была воля их божества или непосредственного начальства. Все остальное – лишь по велению души и кошелька. – Можем мы узнать, что за беда приключилась?

Тут впервые Лигард проявил человеческие чувства: потер переносицу, словно пытаясь выиграть время.

– Беда действительно приключилась, – наконец медленно произнес он. – Но об этом лучше вам расскажет мой приемный отец. – Таковым для высших представителей Дома считался его глава. – Я же хотел попросить вас о внимании к его словам и предупредить о некоторых правилах, соблюдение которых необходимо в этом месте и при обращении к этому человеку. – Второе лицо в Доме дождался согласных кивков и продолжил: – Во-первых, обращаться к нему следует «корен-нен». Так принято у него на родине и взято за правило здесь. Во-вторых, не подходите к корен-нену ближе чем на пять шагов. Это обусловлено вопросами безопасности. Телохранителям корен-нена дан приказ стрелять в любого, кроме нескольких исключений, кто нарушит этот распоряжение. В-третьих, полагаю, вам не составит труда увидеть некоторые энергетические границы и пятна в храме. Следует обходить их на расстояние вытянутой руки. Это не только места, связанные с духовной силой, но и особо защищенные участки. Не уверен, что даже я смогу вас спасти, если вы будете недостаточно осторожны.

Он не стал переспрашивать, все ли им понятно, или повторять, просто кивком показал, что инструктаж закончен, и подошел к следующей двери. Она, как и предыдущие, распахнулась беззвучно, только очень медленно. Лигард пропустил протекторов вперед, но как только они сделали пару шагов, остановились сами. Будучи защитниками Нарры, божественную энергию мужчины ощущали всем существом. Тут она зашкаливала. Шаи с трудом удержался от того, чтобы не провести рукою по лицу, будто снимая наваждение.

Сила колыхнулась вокруг них и, будто волна, подалась назад, верным псом закружив возле фигуры в сине-серых длинных одеждах. Их ткань казалась слишком гладкой и чуть блестящей. Рыжий внезапно ухмыльнулся одним уголком губ. Про эту материю он знал: из нее частенько шили костюмы те, кто не хотел быть замеченным в ночи или тени – своими переливами она будто отводила глаза, маскируясь под окружающие предметы. Также поговаривали, что подобная материя частично могла нейтрализовывать заклинания. Что ж, отличный выбор для главы Дома Чести.

Он был немолод, старик уже. Но стать, гордость и сила в нем присутствовали до сих пор. Слишком длинные, полностью седые волосы, сзади собранные в низкий хвост, выдавали, что он давно не практикует основное ремесло Дома Разбитого Урагана, однако было бы глупо списывать его со счетов. Беготня с ножом за шустрыми клиентами или ночные тайные визиты в богатые дома – это лишь малая и далеко не самая важная часть занятий клана. Логично предположить, что корен-нен является головой, мозговым центром организации. Однако, как быстро поняли протекторы, он был скорее ее сердцем.

Черное марево силы вокруг мужчины отчетливо показало Шаи и Гархаэту, что стоящий перед ними человек в каком-то смысле является их коллегой. Только не протектором, а скорее жрецом. Но кого?

Фелл и Рыжий одновременно перевели взгляд на алтарь за спиной главы Дома. Догадываться не пришлось. Не каждый мог поклоняться этому существу. Богом Цера не называли, но боялись порой даже больше. Никто не знал, кто он и откуда появился, но считали покровителем темных дел. Служить ему редко начинали с рожденья, просто однажды приходила пора, что-то неуловимо менялось: мозги будто перестраивались, ум становился острее, но не для всего, а лишь для ремесла, которое вряд ли могло быть одобрено законом: мошенничество, кражи, грабеж, убийства. Существовало довольно спорное мнение, что Цер возник в противовес постепенно упорядочивающемуся миру. Закон, покой, правила, благодать – это все, конечно, хорошо, но всегда найдутся те, кому вышеназванное не по душе. Не позволяет им что-то жить как все. Бунтует внутри кровь, злится и не дает счастья, пока не нарушишь писаные и неписаные устои. Некоторые из этих смутьянов становятся художниками во всех смыслах этого слова, другие тихо душат свои истинные желания или как-то их перенаправляют, а третьи приходят к Церу. И становятся мощной силой, которую лучше обходить стороной. Преступность уничтожить нельзя, но все же ее можно ограничить. Она и сама этим неплохо занимается, да и Цера нельзя назвать добрым даже к своим почитателям. Не так уж много людей в этом мире сумели понять суть этого существа, добиться его расположения, а ошибок он не прощает. Его милость еще более недолговечна, чем настроение Нарры. Но одно известно про него точно: он не любит случайных людей в своих делах. Нельзя помолиться ему и получить его благосклонность, и жертва тоже не поможет. Он ценит другое.

По виду мужчины, стоящего у алтаря, было ясно, что он из тех, кто долго и преданно служит этому странному божеству, отмечен его рукой. Темная энергия, будто вплетенная в две длинные пряди у висков, показывала это.

Протекторы склонились в почтительном поклоне. Заодно он помог скрыть вопрос в глазах: «Что же этому человеку понадобилось от нас?» Когда защитники Нарры выпрямились, на их лицах вновь царили безмятежность и вежливый интерес.

– Приветствую вас, господа, в сердце нашего дома. – Голос у мужчины оказался под стать, хоть годы уже начали на нем сказываться.

– Для нас это большая честь, – ответил Шаи, прикладывая руку к груди. – Хоть и несколько неожиданная.

Глава Дома наклонил голову, показывая, что уловил желание гостей сразу перейти к делу.

– Увы, у нас не было возможности договориться о встрече заранее, – с несколько показным сожалением произнес корен-нен, его цепкие глаза непонятного цвета – то ли серые, то ли зеленые – внимательно смотрели на протекторов. – Но дело в том, что у нас случилось несчастье, с которым, к нашему стыду и горю, мы не можем справиться сами. Когда я услышал о том, что Игровой Квартал посетили защитники Нарры, то счел это знаком. Догадываюсь, что привело вас сюда. – Шаи с Рыжим невольно напряглись, хоть внешне это не проявилось. Впрочем, кто знает, может, от взгляда профессионального убийцы их внимание и не укрылось. – Вряд ли вы просто пришли за теми удовольствиями, какими торгует Квартал. Скорее, ваш визит следует связать с бурей, что не так давно бушевала вокруг островов. Нарра изволила гневаться, не правда ли?

Фелл медленно склонил голову:

– Госпожа, скажем так, высказывала свои пожелания.

– Я сделал тот же вывод, – удовлетворенно кивнул жрец Цера и переглянулся с Лигардом, стоящим у дверей шагах в трех позади протекторов, что немало их нервировало. – Не так давно наш Дом получил очень трудный и опасный заказ. – Он сделал многозначительную паузу, заставившую Шаи и Гархаэта мысленно обругать всех любителей театральных эффектов. – И выполнил его. Несмотря на успешность этого мероприятия и щедрую оплату, теперь мне начинает казаться, что решение взяться за него было ошибкой. Возможно, именно из-за него мы сейчас рискуем потерять гораздо больше, чем приобрели.

Феллу безумно хотелось потребовать говорить без околичностей, но правила игры диктовали иное. Ровным, неизмеримо почтительным голосом он вежливо посочувствовал:

– Мне горько слышать, что беды не обошли стороной Дом Разбитого Урагана. Могу ли я узнать, что же случилось?

– А также, что за заказ мы получили, – внезапно усмехнулся старец. Но веселье быстро исчезло из его глаз. – Я знаю, что вы ищете. И как бы это ни претило нашей чести, за помощь, оказанную нам в нашей беде, мы готовы открыть вам имя заказчика. И если понадобится, предоставить бойцов, дабы забрать то, что вам необходимо, из его рук. За это мы просим только одного – тоже имени. Как вы видите, господа, мы поклоняемся Церу. Своего нынешнего положения мы в немалой степени добились благодаря ему. И мы не можем, просто не имеем права потерять его благоволение. Вы знаете, Цер – суровое божество. Он не склонен прощать проштрафившихся, а его милость – довольно редкая удача. И когда наш Дом, – по интонации показалось, что не столько Дом, сколько стоящий перед ними человек, – получил в дар перчатку Цера, это было великое, не имеющее аналогов событие. Насколько я знаю, ни у одного Дома больше нет реликвии, полученной из рук нашего бога. Долгие годы мы бережно хранили ее. Я думаю, нет смысла говорить о том, что стража тут самая лучшая, какую можно найти. Мы предусмотрели и магическое вмешательство, и уловки наших коллег. Люди и звери денно и нощно охраняли это место.

«Кажется, я знаю, что сейчас услышу» – эта мысль мелькнула у обоих протекторов.

– Однако, похоже, мы чего-то не учли, – скорбно, с трудом произнес корен-нен. – Потому что перчатку Цера украли отсюда. С этого алтаря.

Мужчина обернулся и сухой, уже по-старчески узловатой ладонью погладил резной камень.

– И вы хотите знать, кто сподобился? – поднял бровь Шаи.

– Украсть у вора… – покачал головой Рыжий, то ли посмеиваясь, то ли поражаясь.

Глава Дома резко вскинулся, а Фелл еле удержался, чтобы не зарычать на напарника, ограничившись яростным взглядом. Впрочем, корен-нен тоже не стал «карать».

– Точнее не скажешь. И поэтому вы должны понять, насколько невероятно то, что произошло. Кто лучше нас знает, как обезопасить свое имущество? Тем более столь ценное. Мы даже не можем понять, как это произошло! Обычные методы стоит исключить, потому что защита от них предусмотрена. Тем более мы перетрясли все связи, всех, кто мог хоть что-то знать, но результат нулевой. И если мы в ближайшее время не найдем нашу реликвию, это будет не просто позор, это будет катастрофа. Не думаю, что Цер простит нам такую… оплошность. И хуже того – такой непрофессионализм.

– Но что вы хотите от нас? – нахмурился Шаи. – Мы, разумеется, польщены вашим доверием, но все же… если вы не узнали, кто вор, то окажется ли это под силу нам?

– То, что вы ищете, украли обычным способом. То, что мы ищем, иным, – глубокомысленно произнес глава Дома. – Я знаю, у протекторов есть свои методы поиска. Или я ошибаюсь?

Рыжий с Феллом все-таки не выдержали и переглянулись.

– Вы весьма осведомлены, корен-нен, – то ли похвалил, то ли проворчал адъютант.

– Слухами земля полнится, – получили они в ответ.

– Что ж, с этим не поспоришь, – медленно произнес Шаи, мысленно прикидывая, как в этой ситуации поступить.

– Мы не просим немедленного ответа, – верно истолковал возникшую паузу глава Дома. – Полагаю, вам требуется обсудить наше предложение с коллегами.

– Пожалуй, – кивнул Фелл.

– Сколько вам требуется времени?

– Трудно сказать, но ответ мы дадим вам сегодня, – склонил голову Шаи.

– Благодарю, – повторил его жест корен-нен. – Надеюсь, вопрос решится в нашу пользу и как можно быстрее. Мы со своей стороны не забудем о благодарности.

– Уверен в этом.

Протекторы поклонились, еще раз пообещали вернуться до заката и вышли вслед за Лигардом.

– Полагаю, мне нет нужды напоминать господам о необходимости сохранять сказанное здесь в тайне, – произнес он, закрыв двери.

С высоких потолков все так же струились полупрозрачные занавеси, играя с тенями. Но это не помешало разглядеть тот самый холод в золотых глазах Лигарда, который дал ему прозвище.

Дураков в протекторах насчитывалось куда меньше, чем в других категориях населения.

– Ну, что скажешь? – хмыкнул Шаи, как только они чуть отошли от ворот этого странного дома.

Сказанное Гархаэтом вряд ли бы понравилось ревнителям чистоты речи, зато очень точно отображало эмоции, владевшие здоровяком.

Фелл усмехнулся.

– У меня те же чувства. Брр, – передернул он плечами и поправил сползшее просторное одеяние.

– У меня от этой компании почти кровь заледенела! – выдал Рыжий. – Как ты с Льотом бок о бок столько лет трешься? Он же точно такой же!

– Не совсем. И потом…

– Ой, не хочу щас еще нашего командира обсуждать. Давай пожрем чего-нибудь. Эх, выпить бы! – И добавил без перехода: – Вот уж точная кличка – до сих пор мороз по коже!

– Чейхуа-то можно! – Горячий травяной настой отлично согревал и тонизировал.

Однако Рыжий только скривился, потом махнул рукой и еще раз ругнулся:

– Пошли, что уж делать. Старой деве и евнух жених.

Шаи хохотнул, подмигнул проходящим мимо девушкам и попытался сориентироваться:

– Знаю я тут недалеко симпатичное местечко. И поговорить можно, и откушать, и чейхуа выпить.

О Майрэле они не волновались, зная, что этот кот откуда угодно выберется. И не ошиблись, стоило им усесться в «симпатичном местечке», оказавшемся неплохой – светлой, в меру людной – таверной, как барс не замедлил появиться. Перехватил уже отходившую от их столика официантку, шепнул ей на ушко свой заказ и плюхнулся на стул напротив Рыжего. Увидев, что посетители не возражают против подобного поведения, девушка откочевала на кухню, предоставив мужчинам нагонять аппетит разговорами.