Некто по имени Никто

Глава пятая. Опять скрипит потёртое седло.

- Ой, - от смеха Петечка переломился пополам – Не могу больше! Что, прямо так и сказал?

- Прямо так – хихикнул в ответ я.

- Да, от скуки вы там точно не страдали – товарищ из Центра в который уже раз посмотрел на часы.

- Не страдали – согласился я.

И тишина. Отпущенное на веселье время, судя по всему, истекло. И, слава богу, а то надоело уже натужно острить, да хихикать. Вот сейчас…

- Все это здорово, конечно, - улыбка на его лице вдруг стала ровно в два раза уже – Еще потрещим об этом за литром ее, родимой. Потом – лицо его вдруг сделалось суровым как у скульптуры колхозницы на ВДНХ, в смысле, - на ВВЦ – А сейчас давай-ка о деле.

- Давай – не стал спорить я – Приказ старшего по званию для меня закон.

- Не только, знаешь ли, по воинскому званию – покачал помудревшей головой он – Я уже почти год, как заместитель начальника нашего отдела.

- Ух, ты – восхитился я – Круто! А кто у нас с почти год начальник отдела?

- Подполковник Некрасов – прозвучало в ответ.

- Мощное кадровое решение – не смог не признать я – Теперь отдел точно даст стране угля. Под таким-то мудрым руководством.

Сашенька Некрасов всегда хотел стать большим-большим начальником. И усиленно шустрил, чтобы эта мечта стала былью. И, кстати, регулярно и вдохновенно информировал руководство обо всех событиях в отделе. Барабанил, так сказать, как заяц в цирке. С самых первых дней, как был переведен к нам. Отсюда и прозвище.

- Александр Германович – прекрасный руководитель, и у нас с ним полное взаимопонимание – сообщил Петя, и я не уловил в его голосе ни малейшего намека на фальшь.

Просто прекрасно. Тандем с собственным замом – хрустальная мечта любого руководителя. Это, для тех, кто еще не понял, когда едут вроде вместе, только один рулит, а второй, уткнувшись носом в задницу впереди сидящего, тупо крутит педали.

Нынешний муж моей бывшей жены – идеальный второй номер для любого номера первого. Беззаветно преданный, дисциплинированный и, что самое главное, с полностью и целиком, всегда и во всем согласный с дорогим руководителем. Подхватывающий на лету любую идею и даже намек на нее. По причине полнейшего отсутствия идей собственных.

Такой способен пойти далеко и высоко подняться. Аж дух захватывает при мысли о том, замом каких больших боссов может стать хороший парень Петя Воронцов. Если… если только его нынешней, а моей бывшей супруге не попадет в зону бикини шлея. И дамочка примется требовать от супруга преодолеть наконец природную скромность и начать выходить на первые роли.

- Рад за вас обоих – заметил я – А давай еще по малой капле? За новости, за славные.

И, желательно, не чокаясь. Хана теперь отделу с такими-то шефами. Сколько раз уже на моей памяти люди, сметая все и всех на своем пути, пробивались к руководящему креслу и … И все. Заняв это самое, руководящее кресло, занимались чем угодно, только не работой. Либо впадали в длительную эйфорию от достигнутого и начинали бессрочный банкет по поводу, либо тут же начинали строить планы следующих кадровых битв по завоеванию вышестоящих плацдармов.

- Напрасно иронизируешь – с обидой в голосе заметил он – Александр Германович, если хочешь знать, всегда тебя ценил. И сейчас ценит – заглянул во внутрь бокала и допил остатки – И верит. Кстати, наша встреча – тому подтверждение.

- Не понял – удивился я.

И это мягко сказано.

- Предстоит работа – тихо, но так проникновенно молвил Петр – Серьезная – добавил - Командовать операцией поручено мне. Так, что, соберитесь, товарищ майор. Не скрою, привлечь вас к работе было непросто. Кое-кто там – воздел к потолку палец – Высказывал сомнения, но мы с за вас поручились.

- Спасибо – задушенным голосом проговорил я – А что за работа?

Потряс головой, налил и, не чувствуя вкуса, употребил. Ничего, блин, не понимаю. Либо за время моего отсутствия к руководству нашей конторой пришли прекраснодушные идеалисты и в дело теперь запускают без обязательной всесторонней проверки всех подряд засветившихся сотрудников, либо разведку так зверски кастрировали, что каждый штык стал на вес золота, либо… Вот это самое третье либо я и не успел толком осмыслить, потому что в дверь номера деликатно постучали.

И очень даже напрасно. Что не успел. В смысле – обдумать.

Глава шестая. На подвиг отчизна зовёт.

- Данные о готовности господина Милютина к вербовке иностранными спецслужбами – косвенные, однако – Петр откашлялся – Однако, по имеющимся данным, его поведение в последнее время и оперативная обстановка вокруг данного господина посылают нам очевидный сигнал неблагополучия, не отреагировать на который было бы проявлением преступной халатности…

Бросил взгляд на еще одного из присутствующих. Тот поймал его на лету и закивал, да так старательно, что лично я испугался, как бы у скромного российского дипломата не отвалилась голова. Прямо здесь и сейчас.

К дипломатам в наше время относятся… Да, кто к ним только не относится. Те же числящиеся работниками иностранных представительств за рубежом рыцари плаща и кинжала, с дипломатическими паспортами в карманах элегантных пиджаков. Наличие их (документов, а не пиджаков) позволяет товарищам разведчикам избегать многих сложностей в работе. Особенно в тот сакральный момент, когда процесс ее прерывается взятием за мягкие части тела самого работника.

Вспомнить хотя бы мой горький опыт трехлетней давности. Будь у меня тогда на кармане заветная темно-синяя книжица, ничего бы мне не было. За все то, что было. Вообще ничего такого. Пожурили бы слегка, высказали прибывшему консулу дежурное «фэ», да и выпнули из страны на фиг, в смысле, на Родину в двадцать четыре часа. Радоваться жизни и шпионить дальше в свое полное удовольствие.

Самой многочисленной популяцией представителей этой почтенной профессии являются вполне себе карьерные специалисты МИДа, так называемые «чистые дипломаты», время от времени выполняющие «маленькие, но очень ответственные» поручения спецслужб. Абсолютно по разным причинам. Кого-то из них прихватили на чем-то когда-то, кто-то шустрит исключительно из карьерных соображений, а кого-то просто попросили вышестоящие товарищи. И намекнули, что в случае отказа репрессии ни в коем случае не последуют. В таких случаях обычно соглашаются сразу же. И на все.

Встречаются и те, кто вполне охотно помогает спецслужбам в нелегком шпионском ремесле. И вполне добровольно, с большой охотой освещает компетентным органам обстановку по месту собственной работы.

Третья категория настолько малочисленна, что представителей ее впору заносить в Красную книгу. Это самые чистые из «чистых», те, кто не был замечен в сотрудничестве с какими-либо спецслужбами. То есть, либо ну совсем не сотрудничал, либо делал это настолько тонко, что ни разу ни в чье поле зрения не попал. Именно эти кристально прозрачные и честные леди и занимают посты всяких там чрезвычайных и полномочных, а также советников-посланников и просто советников. Хотя, если копнуть поглубже… Вот, только не стоит, думаю, слишком свирепствовать кайлом и лопатой, а то такого можно нарыть,…

- Решение Центра о возвращении данного господина на Родину считаю правильным и очень своевременным – не переставая кивать, высказал сокровенное собственное мнение тот. И тут же заткнулся, уловив по изогнувшейся брови товарища начальника, что лично его мнения никто не спрашивает.

Явный представитель той самой второй категории дипработников. Сотрудник посольства крохотного ранга, в упор никем из серьезных людей не замечаемый и, скажем честно, на фиг никому не нужный. Просиживающий штаны с девяти утра до шести вечера за какими-то входящими-исходящими бумажонками и расцветающий подобно цветку душистых прерий только во время выполнения заданий посольской резидентуры. Вполне возможно, еще и в Москву, шалун этакий, доносцы шлет. Сослуживцы естественно кое о чем таком догадываются, поэтому красавца этого сильно не любят и побаиваются. А он-то думает, что уважают.

- Хотите что-то добавить, Николай Николаевич? – тот готовно вскочил, расправил куриную грудку и начал.

Смешной персонаж. Лет на десять меня постарше, росточком где-то вровень со мной же или ненамного выше, тощий и щуплый. Цвета перца с солью средней растрепанности кудри, очки в металлической оправе на чуть вздернутом носике. Мощные пушистые усы, делающие его так похожим на кота Базилио из фильма моего детства.

Знаток всего на свете, и этим всем на свете готовый бескорыстно поделиться со всем миром. При встрече лично со мной сразу после «здрасте» закатил короткую, минут на семь всего лекцию о вреде клетчатки для организма. И тут же вызвался помочь подобрать диету.

За все за это я и прозвал его лектором и не просто, а лектором Базилио, сокращенно Л. Б.

- У тебя есть что добавить? – обернулся ко мне Петр.

- Откуда?- удивился я.

Не моя это операция и, если совсем начистоту, то таковой она может считаться исключительно с точки зрения большого начальника товарища Воронцова, потому что ни в чем значимом он за все годы службы поучаствовать не сподобился.

А у Л. Б. праздник на улице. Ишь, как щеки-то раздул ввиду собственной значимости. И ногами стрижет, готовый прямо сейчас рвануть в бой. Пусть только прикажут.

А так все просто и до боли понятно. Некто, делящий кабинет с Л.Б., Милютин в последнее время начал охотно посещать рестораны и бары, чего раньше за ним не наблюдалось. Причем, не в одиночку, а с какими-то иностранными гражданами.

- А кто оплачивал счет? – лениво поинтересовался я.

- Они – после легкой, почти незаметной глазу заминки ответствовал наш герой-разведчик – Лично наблюдал. Два раза.

Ну, если иностранцы еще и за пиво платят, то дело труба. Тогда этот Милютин уже точно выдал супостату наш самый главный секрет: сколько в посольстве стульев со столами и какой свежести осетрина была подана на банкете по случаю Дня России. А что еще такого ему может быть известно, если трудится он вместе с нашим общим другом лектором в хозяйственном отделе?

- Понимаете – углядев мою еле заметную усмешку, поспешил разъяснить ситуацию тот – Он по ряду причин оказался в курсе деятельности наших спецслужб…

Ну, тогда суду все ясно. Получается, этот самый Милютин, также, как и Л.Б., исполнял кое-какие мелкие поручения нашей разведки. Вполне может быть, делал это успешнее соседа по кабинету. И тот решил избавиться от конкурента. Для начала просигнализировал в контору. А там решили соорудить из всего этого оперативное мероприятие. Вон, Петю Воронцова прислали…

В Москве потом проверят этого самого Милютина на полиграфе и по результатам проверки либо уволят на фиг с дипломатической службы, либо… Либо не уволят, а, наоборот, в лучших традициях реабилитируют как невинно репрессированного. Вполне вероятно, еще и повысят. Тогда вернется он на прежнее место работы уже начальником отдела. И очень быстро организует бдительному сослуживцу дружескую ответочку.

- Значит, - Петр окинул суровым взглядом воинство, то есть, меня с лектором – План таков: Милютин вызван в Москву под легендой необходимости прохождения обязательного собеседования в МИДе перед выдвижением на вышестоящую должность…

Насколько мне известно, завхозов повышают в должности без лишних церемоний в виде собеседований. Зато в обязательном порядке заставляют накрыть поляну вышестоящему благодетелю и просто товарищам. Чтобы меньше завидовали. Или больше.

- Николай Николаевич по легенде направляется в очередной отпуск. Поэтому он вполне мотивированно договорился с фигурантом о совместном выезде в аэропорт – пояснил персонально для меня – Серьезная экономия на такси. Вы, под видом возвращающегося из командировки российского предпринимателя, доброго знакомого Николая Николаевича, отправитесь с ними.

- И плата за такси в итоге приблизится к стоимости трамвайного билета – понятливо кивнул я.

Для тех, кто не в курсе: поездки в такси здесь до неприличия дешевы и экономить на них способны либо клинические плюшкины, либо те, кто по легенде.

- Не беспокойтесь, клиент ни о чем таком не догадается – подмигнул мне посольский Штирлиц, инициативник хренов – По дороге в аэропорт мы заскочим сюда, в отель за Петром Андреевичем, директором вашей фирмы по легенде.

Круто, а больше мы никого с собой не прихватим? – невинно поинтересовался я - Чтобы багажник заполнить якобы коллегами.

- В лобби отеля выпьем кофе – продолжил тот – Вы отвлечете его беседой, а я…

- Я – перебил докладчика Петр – Я аккуратненько добавлю ему в кофе некий препарат без вкуса и запаха.

Вот это да! Джейсон Борн и старина Бонд нервно курят в коридоре. Небось, разрабатывал эту гениальную операцию Петька лично. А его непосредственный начальник то ли в это время поправлял здоровье в ведомственном санатории, то ли… То ли просто не пожелал иметь к этому отношения.

- Ничего с этим бантиком не сделается – успокоил меня начальник – Просто немного расслабится и будет послушно исполнять все наши приказы, в смысле, пожелания.

Ну, что же, картина более или менее прояснилась. Человека, хоть и под смехотворным предлогом, надо зачем-то или для чего-то дернуть в Россию. Осторожный Сашенька Некрасов естественно от такой дури поспешил дистанцироваться, а потому предоставил полный карт-бланш собственному заму. А у того, в свою очередь, все-таки хватило мозгов в этом деле подстраховаться. Поэтому-то мне и напели полные уши о безграничной вере в меня же. Несмотря ни на что.

- Не беспокойся – игриво подмигнул Петр – Все пройдет на ура. Никто и не заметит.

Это я не заметил, как стал сам себе задавать вопросы и сам же на них отвечать. А надо было бы… Какая, впрочем, разница, что там такого было надо. Все равно не сложилось.

Глава седьмая. Мышеловка, вид изнутри.

Дом был не ахти, подъезд изрядно загажен. И весь район, если честно, тоже так себе. Исключительно для тех, у кого разного хорошего никогда не было, или было, но давно прошло.

- Неужели в таких условиях теперь живут сотрудники посольств? – удивился я.

Прервав тем самым двадцатиминутный монолог Л.Б. на тему особенностей национальной кухни.

- Многое изменилось – пожал узкими плечами тот – В наше время принято экономить буквально на всем. Прошу вас – приоткрыл дверь в подъезд и вежливо пропустил меня вперед – Так, о чем это я? А, рассмотрим, к примеру, так называемый бифштекс из сельди…

Мы остановились у обшарпанной двери на третьем этаже. Мой напарник, не прерывая речи, достал из кармана ключи и быстренько разобрался с нижним и верхним замками. Опять пропустил меня вперед и старательно запер за нами дверь.

- Игорь Семеныч, а мы уже приехали – заголосил он – Вы готовы? - а сам тем временем вежливо, но настойчиво подталкивал меня вперед, вглубь квартиры.

- Еще как готов – ожидавший нас в гостиной, вы удивитесь, тот самый юный разведчик, что совсем недавно привез меня сюда, с радостной улыбкой, сжимая и разжимая кулак, подошел поближе и уставился на меня как кот на сметану.

- Не понял – обалдело произнес я.

Хотя, что уж там было непонятного. Меня просто развели как последнего придурка, заболтав предварительно всякими глупостями. Настолько, что я не смог собрать мозги в кучку и осознать старинную народную мудрость: если вокруг вас вдруг нарисовалось слишком много лохов, вполне вероятно, что на самом-то деле лох всего один. И это вы собственной персоной.

- Лови, иуда! – юный разведчик отвел руку куда-то за спину и со всего размаху зарядил мне по морд…, в смысле, по лицу.

Учебная программа отечественной консерватории [3] весьма насыщенна. И чего только там не преподается. А не преподается то, что потом в практической работе не понадобится. Поэтому ее выпускники по окончании курса обучения машут кулаками и дрыгают ногами ничуть не лучше, чем до поступления в это элитарное заведение.

Мой спарринг-партнер, судя по всему, последний раз дрался тогда же, когда и первый. И без особого успеха.

Я же – человек простой, академиев не кончал. Вместо них проходил обучение на разных курсах и в учебных подразделениях. И абсолютно везде меня старательно обучали наносить вред супостату. Без оружия, в том числе. А еще мной целых полгода занимался некий Гришанов. Известный в узких кругах не меньше, чем тот же Калашников.

Поэтому я сначала пропустил мимо себя летящего вслед за собственным кулаком бойца. Потом аккуратно прихватил его на излете, несильно ткнул пальцем в основание черепа. Развернул его лицом к третьему участнику этой дискотеки и укрылся за ним.

Очень, доложу вам, во время. Потому что за недолгое время нашей битвы титанов многое изменилось: первое, что я увидел, выглянув из-за нетвердо стоящего на ногах бойца, был ствол. То есть, пистолет с глушителем. Появившийся как по волшебству в правой рабочей руке якобы мелкого клерка посольства.

Да и не был он уже похож на клерка, и совсем не потому, что лишился очков и разжился оружием. Совсем другой человек находился в каких-то пяти шагах от меня, несчастного. Я его сразу узнал, сам когда-то, до прихода в отдел был таким же.

- Отпусти этого – указал мизинчиком левой руки на бессильно трепыхавшегося, угодившего в эту гнусную историю как кура в консоме, юного разведчика.

- И что потом? – трусливо поинтересовался я, в очередной раз робко высунув голову из подмышки служившего мне щитом прекрасного юноши. И тут же ее спрятав.

- Что будет, то и будет – прозвучало в ответ – Ничего личного, дружок, просто работа.

- Что-то не хочется – пискнул я – Может, договоримся? – ответа конечно же не последовало.

Я его и не ждал, если честно. Еле слышно вздохнул, себя несчастного жалея. А ведь действительно придется сделать так, как он сказал. Иначе тип с пистолетом просто прострелит пареньку ноги. Интересно, как долго я тогда смогу за ним прятаться?

Делать нечего. Пропищав прерывающимся от страха голоском что-то типа: «Какие у меня гарантии?», я слегка приподнял немного пришедшего в себя, принявшегося бормотать что-то вроде «Что за дела?» бойца и тут же запустил его вперед, прямиком на человека со стволом. И сам прыгнул следом в полной уверенности, что все еще может получиться. Пока этот якобы Николай Николаевич, бывший лектор будет разбираться с прилетевшей прямо к нему в объятия тушкой, я успею подобраться на дистанцию ближнего боя. А там уже…

И все-таки я недооценил его. С летящим на него юным разведчиком он разобрался быстро и элегантно: коротко шагнул в сторону и приложился рукоятью пистолета тому в висок.

Потом нереально быстро и впечатал ее же мне под сердце.

Я слишком поздно уразумел, что, куда и как мне прилетит, поэтому ни сблокировать удар, ни увернуться от него просто не успел. Единственное, что мне удалось сделать, это отшатнувшись, частично смягчить его силу.

И все равно получилось очень даже не слабо. Я отлетел на несколько шагов и врезался в стену и частично по ней сполз. Там и остался, постанывая и ловя широко раскрытым ртом воздух. И было мне хреново несколько меньше, чем я всеми силами старался продемонстрировать, но все равно было.

Вот теперь начиналось самое интересное. Если этот профи (а он уж точно не любитель) правильно меня просчитает, то разводить лирику не будет, застрелит сразу. В противном случае возможны варианты. Я слабо охнул, попытался выпрямиться и не смог.

- Вот ведь как получается – с искренним сожалением в голосе проговорил тот, приблизившись и остановившись в паре метров от меня несчастного – По плану вы с этим – ткнул большим пальцем в сторону валявшегося как ветошь паренька – Должны были рассориться и поубивать друг дружку. Вы бы его застрелили, а он вас зарезал.

- Почему не наоборот? – стараясь говорить через силу, поинтересовался я.

- Разработчики исходили из того, что он моложе и как-то спортивней по виду – пояснил он.

- Да уж – с горечью молвил я – А никак нельзя…?

- Не о том речь – отмахнулся мужик со стволом. Помолчал в легкой задумчивости – Ладно, вносим изменения в сценарий. В ходе драки вас ударили ножом, а вы рефлекторно отмахнулись рукояткой пистолета. В итоге умерли все.

Засунул пистолет за пояс сзади и принялся натягивать на лапы толстые кожаные перчатки.

- По сценарию вас, перед тем, как зарезать, как следует избили – ответил на мой невысказанный вопрос он – Так, что, извините, дружище, придется немного сделать из вас лондонского жениха, как говорят в Одессе. Потерпите, я потом зарежу вас совсем не больно. Обещаю.

Быстренько разорвал дистанцию и провел молниеносную расслабляющую «тройку» по корпусу. Уже после второго, не дошедшего до цели удара, у него слегка округлились от удивления глаза. Но пить боржоми, как говорят у нас в самом Нижнем Тагиле, было уже поздно. Я прорвался на ближнюю дистанцию и буквально приник к противнику как вампир из сказок к божьей отроковице.

Глава восьмая. Разбор полётов.

Подполковник Петр прервал забег по гостиничному номеру. Рухнул в кресло, ухватился обеими руками за голову и замер в этой интересной позе. В надежде, очевидно, что все рассказанное ему – просто наваждение. И оно прямо сейчас пройдет. Через некоторое время поднял голову и бросил в мою сторону взгляд потерпевшего. Того, что только что обнаружил отсутствие бумажника в правом внутреннем кармане. И во всех остальных тоже. Покачал головой.