Короткие рассказы о любви

Содержание:

1. Зарянка

2. Полет стерха

3. Горихвостка

4. Чижик

5. Зяблик – часть1, часть2

6. Дятел

7. Воробей

8. Ласточка

9. Сапсан – часть1, часть2

10. Певчий дрозд

11. Филин

1. Зарянка

Зарянка – маленькая певчая птичка, второе

ее название малиновка. Обладает изумитель-

ным певческим талантом. С человеком состо-

ит в хороших отношениях – может даже кор-

миться из рук. В зимнее время иногда зале-

тает в дома к людям в поисках тепла.

Считается, что зарянка, поселившаяся рядом

с жилищем человека, способна принести счас-

тье в дом.

***

В новогоднюю ночь, ближе к утру, Влад заскочил в клуб. Приятель очень просил его появиться и отладить микшерный пульт, который заглючил. Хотя диджей не растерялся и включил резервную фонограмму, чтобы публика продолжила развлекаться. Мало кто заметил подмену, к утру народ уже изрядно нагрузился спиртным.

Влад быстро все исправил и уже хотел уходить, потому что утром ему требовалось появиться на основной своей работе. В клубе он только помогал владельцу по дружбе.

– Ты хотя бы выпей и закуси, Новый год всё-таки, – сказал ему приятель, но Влад отказался, потому что был за рулем. Пьяные приятели лезли его обнимать, а девицы стремились облобызать, но он ловко уворачивался от всей этой веселой компании и пробирался к выходу. Мельком он заметил забившуюся в темный угол малолетку с заплаканным лицом. Выскользнув из очередных объятий пьяных девушек, он вернулся и присел перед испуганной девчушкой:

– С Новым годом, пичуга! Веселиться нужно, а не плакать! – сказал он и поцеловал ее в пухлые дрожащие губы.

– Ух, ты, какая сладкая, – пробормотал он и поцеловал ее уже по-настоящему. В какой-то момент он очень близко увидел ее изумлённые глаза и остановился:

– Ты что, одна тут?

– Мои друзья ушли.

– А ты?

– Они забыли про меня, пока я ходила в туалет. И сумку с телефоном и карточкой мою случайно забрали.

– Так, понятно, пошли.

Он взял ее за тонкую ручонку и повел в холл к гардеробу.

– Номерок тоже в сумке остался, – разрыдалась она.

Влад подвел ее к стойке и объяснил ситуацию гардеробщику. Тот знал Влада, но все же сказал:

– Пусть она хотя бы точно опишет свою одежду. Может и номер жетона вспомнит?

Девочка вспомнила и описала свой пуховик и пакет с обувью.

Влад достал кошелек и хотел дать ей денег на такси, но потом передумал:

– На такси тебе одной сейчас опасно ехать. Сам тебя отвезу. Далеко живешь?

Район, который она назвала, находился почти в часе езды, а Владу нужно было хоть немного отдохнуть перед работой. Он подумал несколько секунд и сказал:

– Поедешь со мной, а утром дам тебе денег, метро недалеко от моего дома, доберешься. Мне утром на работу, я хоть немного должен поспать.

Девочка замялась, но потом все-таки пошла за ним. В машине она села сзади, поэтому Влад видел ее в зеркало. Что-то присутствовало в ней такое… Правда, личико у нее опухло от слез, а еще он помнил ее тонкие ручонки и тщедушную фигурку в блестящем мини платьице. Эти детали сразу ставили всё на место, а поцелуй ничего не значил. Влад не мог прельститься такой девочкой-подростком. Его сестренка 15-ти лет и то выглядела более сочной, чем эта пигалица. И как это ее в клуб пустили, они же из-за спиртного не пускают несовершеннолетних.

– Тебе сколько лет? – спросил Влад.

– Восемнадцать, – пролепетала она.

– А как тебя зовут? Меня – Влад.

– Юлька, – ответила она робко.

– Не бойся, не трону я тебя. Я детей не трогаю. Я вообще никогда к девушкам не пристаю первый.

– А там, в клубе…

– Я думал, ты старше, там темно слишком было и цветомузыка. Увидел, что ты плакала, поэтому захотел тебя подбодрить, Новый год как-никак.

Домой к нему она заходила с опаской.

– Не бойся, кроме меня тут никого. Живу один. Сестренка иногда заглядывает, но сейчас ей не до этого, с друзьями все каникулы тусоваться будет. Родители твои не начнут тебя искать? Может быть, позвонишь им?

– Я ни одного телефона на память не знаю, даже родителей. Да и зачем, они на даче у друзей празднуют.

– Понятно. Мне нужно поспать, утром я уйду. А ты, если хочешь поесть, возьми что-нибудь в холодильнике. Спать будешь здесь, – он открыл дверь во вторую комнату, где рядом с зеркальным шкафом располагалась широкая двуспальная кровать.

– Вот тебе чистое постельное белье. А переодеться… ага, нашел, тельняшка моя старая. Постиранная, так что не думай.

– Вы моряк? – спросила Юлька.

– Нет, – ответил он, – Это подарок от дружка, который во флоте служил. Таких точно не купить в магазине. Чистый хлопок и специальное плетение нитей, сохраняющее упругость ткани. Ладно, я ложусь, мне в 10 утра уже уходить, и нужна совершенно свежая голова. Вернусь в 12 часов, тогда и поедешь домой. Можешь душ принять. Чистое полотенце в пенале, а в шкафчике найдешь упаковку с новыми зубными щетками. Держу для гостей. Вроде всё.

Он лег на диван прямо в джинсах и футболке и тут же уснул. Девочка смотрела на него некоторое время, особенно на его носки разного цвета – один белый, другой голубой, но потом взяла тельняшку и пошла в ванную.

Гостья проснулась, когда хозяин вернулся домой. Настенные часы показывали 12—15.

Я так долго спала, удивилась она, потому что хотела встать намного раньше, чтобы приготовить завтрак. Но Влад уже вовсю сам готовил что-то в кухне. Оттуда неслись вкусные запахи и слышались всякие хозяйственные звуки.

– Проснулась? – заглянул он в комнату, – Сейчас поедим. Я тут вкусностей накупил в честь первого дня Нового года.

Она скромно села в кресло и обхватила ноги руками. Так она занимала совсем мало места, как кузнечик в сложенном состоянии.

– Иди мне помоги, – крикнул Влад. Когда она вошла, он выкладывал салат в глубокую нарядную салатницу.

– Бери шампанское, – сказал он, но увидев, что она, взяв бутылку, никак не приноровится поудобней взять фужеры, развернул ее к себе и отложил бутылку в сторону.

Как же хорошо он целуется, подумала она, закрыв глаза и ощущая сладостное волнение во всем теле.

– Нет, давай все-таки выпьем шампанского и поедим, – сказал он, оторвавшись от нее, но тут же снова припал к ее губам и продолжил ее целовать.

– Ёлы, почему ж ты такая сладкая? С виду вроде душа еле в теле, как кузнечик.

– Между прочим, в Китае их едят и говорят, вкусно, – сказала девочка.

Влад захохотал и наконец-то отпустил ее. Они накрыли стол в комнате, и он налил шампанское:

– За Новый год и за наше случайное знакомство!

По телевизору с самого утра шли развлекательные шоу, Влад остановился на ретро музыкальном фильме АББА:

– Вот нестареющая музыка, – расслабился он после еды на диване.

– Иди ко мне, отсюда удобней смотреть, – позвал он девочку, сидевшую напротив на стуле.

– Побудь еще немного, успеешь домой.

Она согласилась и села с ним рядом. Так они и смотрели весь фильм про легендарную четверку. Когда пошла реклама, Влад увидел, что девочка уснула, прикорнув на боковушке дивана.

– Какая ж ты смешная в тельняшке, – сказал он и накрыл ее пледом. Этим же пледом она его укрыла, когда он под утро уснул.

Влад сидел, смотрел на спящую девочку и думал, что ему делать. Нужно бы отправить домой эту пацанку, но так не хотелось ее отпускать. Хотя, что в ней такого? Ухватиться же не за что, того и гляди что-нибудь где-нибудь у нее хрустнет. И почему его так тянет к ней? Эта мелкая ведь на 10 лет младше его. Глупая еще наверняка. Про кузнечиков в Китае вспомнила, смешная…

Но тут он увидел, что она смотрит на него. Он даже не понял, как опять начал ее целовать, а потом подхватил на руки и понес в другую комнату на кровать.

Под тельняшкой она оказалась тонкой и гибкой, но очень гладенькой и мягкой. И даже небольшая, но вполне оформившаяся грудь у нее имелась. Влад только не понимал, против она или нет, но спросить это ему все не удавалось из-за поцелуев, которые он никак не мог прекратить.

Однако он нащупал рукой под подушкой пачку презеров и достал один, подумав при этом, что когда вытащит его из блистера и начнет надевать, то поймет по глазам и поведению девочки, хочет она этого или нет.

Когда он проснулся, ее уже не было. Со стола она все убрала, посуду помыла и все аккуратно сложила. Написала записку, что взяла деньги на такси. Никаких других следов не оставила. Только тельняшка в изголовье кровати говорила о том, что девочка ему не приснилась.

Первые два дня он еще ждал, что она вернется, потом оставил это. Было много работы.

Перед Рождеством он вновь заехал в клуб по просьбе друга проверить, всё ли нормально с микшером.

Когда он уже выходил, то вдруг увидел девочку у гардеробной.

– Я принесла ваш жетон, – сказала она гардеробщику.

– Вот спасибо, а то они у нас постоянно пропадают, – обрадовался тот.

Влад стоял неподалеку и смотрел на нее. Подходить не стал, подумал, если сама подойдет, тогда…

Она подошла:

– Прости, что пропала. Позвонить не могла, у меня твоего номера нет, и приехать не получилось, из дома меня родители сразу на горнолыжный курорт увезли. Хотела записку для тебя гардеробщику оставить.

Влад взял ее за руку и повел в комнату техперсонала. После первой волны поцелуев он спросил, глядя ей в глаза:

– Что думаешь дальше?

– Не знаю. Запиши мой номер себе в мобильник. Захочешь встретиться…

– Поехали ко мне, – сказал он решительно.

Все повторилось, как и прошлый раз, только сейчас уже почти с порога. Влад не мог припомнить, чтобы когда-нибудь его так накрывало. Кого-то постоянного у него не имелось, он избегал длительных связей, слишком ценил свободу и общение с друзьями. Любил свою квартиру, которую купил недавно в ипотеку, любил наводить в ней порядок. Его раздражали мелочи, оставленные подружками после разового секса. И сами подружки часто раздражали.

– Не хочу тебя отпускать, – говорил он, целуя девочку у двери.

– Я завтра приеду. Сегодня родители собирались домашний ужин организовать, родственники придут. Мне нужно быть.

– Но ты сама-то хочешь приехать ко мне?

Она испуганно взглянула на него:

– Что за вопрос? Думаешь, я послушная малолетка?

– Я не разобрался еще, послушная ты или тебе самой это понравилось…

Она обиженно отвернулась.

– Не дуйся. Я понятия не имею, что ты можешь чувствовать в своем возрасте. Полагаю, я у тебя первый? Вряд ли ты в сексе хоть что-то ощутила, кроме дискомфорта.

– Я все чувствую и ощущаю!

– Ладно, ладно, я понял. Просто я старше, забыл уже, как это бывает в 18 лет.

– Но ты ведь не просто так со мной?

Влад помолчал пару секунд, но этого оказалось достаточно, чтобы девочка выскочила за дверь и бросилась к лифту.

– Юля! – крикнул он ей, однако двери лифта уже закрывались. У Влада остался только номер ее телефона.

До вечера он бродил из угла в угол. Из телевизора лилась музыка разных шоу, без остановки шли праздничные передачи. Но Владу даже есть не хотелось. Даже пива. И вдруг в 8 вечера в дверь позвонили. Это была она. Он ни о чем не спрашивал, только целовал ее и раздевал.

– В сумке салаты и мясо по-французски. Попросила подружку приехать за мной и увезти от родителей, типа в нашу студенческую компашку.

Но он почти не слушал, а внимательно смотрел на нее.

– Что такое? – удивилась Юлька.

– Да так… просто увидел тебя вблизи.

– А раньше не видел?

– Раньше все время только целовал.

Утром он проснулся рано, потому что решил получше разглядеть, какой она бывает после сна. Когда она открыла глаза, он смотрел на нее, близко склонившись к самому ее лицу. Она обняла его и притянула к себе:

– Мне так хорошо у тебя. Знаешь, дома спать совсем не то, ни разу не почувствовала такого покоя, как здесь.

– Покоя?

– Да. Дома меня вечно будят, когда я хочу еще поспать. Ну, режим и всё такое. Типа полезно для здоровья. И в любой момент в мою комнату мама или папа могут войти. Они запретили мне запираться на ночь. Никакой защиты.

– А здесь ты чувствуешь защиту?

– Да, именно поэтому мне так спокойно.

– Ты же ничего обо мне не знаешь. Может, я насильник и убийца.

– Насильники не целуют незнакомых девочек, чтобы они не плакали в Новогоднюю ночь.

– Глупая. Насильники еще и не так умеют маскироваться.

– Побудь еще разок насильником, – обняла она его покрепче.

– А мальчик какой-нибудь тебе нравится из вашей компашки? – спросил Влад, когда они завтракали.

– Есть парочка крашей, – ответила Юлька беспечно.

– Зачем же я тебе тогда?

Она засмеялась:

– Ты совсем другое дело.

– Почему другое?

– Потому что тебя я хочу. Значит, люблю.

– Это не одно и то же.

– Знаю. Но я уже разобралась в себе за эти дни, не то, что ты.

– Я? Не думаю, что ты могла так быстро полюбить меня, ничего обо мне не зная.

– Только такая любовь и есть настоящая. Ничего не знать, кроме тебя самого, без прикрас и без одежды.

– А как же внутренний мир?

– А интуиция на что?

– Может, я женат или бросил женщину с двумя нашими общими детьми? Или может, я встречаюсь еще с кем-то?

– Говорю же, на что тогда интуиция?

– И тебе без разницы, чем я занимаюсь, сколько зарабатываю, с кем общаюсь?

– К любви это не имеет никакого отношения.

– А как же мои чувства, в которых я еще не разобрался?

– Ну, так не тормози, разбирайся скорей.

Она уже второй раз спрашивала его:

– Почему ты все время надеваешь разные носки?

Первый раз он не ответил, потому что целовал ее и не мог остановиться. Сейчас решил все-таки объяснить:

– Сколько ни старался, не могу после стиралки нормально их по парам разложить. Никогда второй не находится. Уже привык. Есть несколько новых в упаковке, это когда костюм приходится надевать на официальный прием.

– Интересно, как ты в костюме выглядишь.

– А про то, куда я его надеваю, тебе не интересно?

– Ну-уу… расскажешь, если захочешь.

– Я тут подумал, ты слишком далеко живешь. После праздников мы не сможем часто видеться, – сказал Влад, – Да и моя работа… иногда требуется находиться в офисе круглые сутки. Я работаю начальником отдела по защите информации крупной фирмы.

Юлька помолчала, а потом сказала:

– Тогда придется обмануть родителей. Скажу, что в универе мне дали общагу, и буду жить у тебя.

– Мне придется возить тебя на учебу. Нас могут увидеть вместе.

– Буду на метро добираться, это намного ближе, чем я езжу сейчас в универ из дома.

– Хорошо, решили. Но родители не раскусят твой обман?

– Нет. Я реально подам заявление на общагу, и вещи кое-какие там буду оставлять на случай, если родаки вдруг приедут.

– Быстро соображаешь. А я тебя глупышкой считал.

– Я не такая.

– Такая, просто иногда проявляешь сообразительность.

– Не говори со мной начальственным тоном, я другого тебя люблю.

– Не буду… но обещай не делать глупостей. По всем вопросам советуйся со мной.

– Когда это я глупости делала?

– Это я на всякий случай.

Когда она уснула, он лежал и думал: – Ну, вот, придется воспитателем для нее стать. И как это я так влип?

Через три дня после Рождества Юлькин план с общагой сработал, и она поселилась у Влада. Правда, готовила она так себе, зато была чистюлей, что очень ему импонировало.

Ее родители потребовали, чтобы она на выходные приезжала домой хотя бы в субботу, и Юльке пришлось согласиться.

Кроме как с родителями и сестрой, Влад до этого никогда не жил с кем-то. Подружки приходили и порой оставались ночевать, но не более того. Все дела по дому он всегда делал сам. А теперь Юлька все успевала до его прихода. Даже ужин вполне сносно готовила.

– Ты хотя бы все лекции посещаешь? Что-то слишком рано возвращаешься, – выпытывал он у нее, – Я проверю твое расписание!

– Ну, пропустила кое-что, чего ты сразу бучу поднимаешь?

– Почему пропустила? Как потом зачеты будешь сдавать? Кроме того, за регулярные пропуски тебя запросто отчислить могут.

– Вот же, папочка нашелся! Сама разберусь!

– Будешь так разговаривать, отправишься жить домой!

К родителям ей не хотелось, поэтому она быстро сдалась. Ему даже пришлось несколько раз заезжать за ней и ждать за кампусом. Она училась на экономическом факультете и подолгу вечерами сидела над заданиями. Иногда он относил ее спящую от ноутбука в кровать. И домашние дела в основном опять делал он. Она теперь не успевала. Зато так ему было спокойней и привычней.

Пару раз он видел на столе, где она занималась, чужой конспект.

– Чей это? – спросил он ее.

– Краш дал, я кое-что не успела записать.

– Краш? Кстати, кто он и какой? Ты говорила, что тебе двое нравились.

– Да просто кореш. Подкатывал ко мне, но сейчас понял, что я несвободна.

– Ты ему сказала?

– Нет, никому ничего не говорила, даже подругам.

– Так он просто понял?

– Да. Полез целоваться, а я отвернулась. Вот и понял.

– А раньше не отворачивалась?

– Раньше он не лез. И раньше я ни с кем не целовалась.

– Ты это серьезно?

Юлька отвернулась.

– Правда, ни с кем? Никогда? Почему?

– Герпеса боялась. Мамашины страшилки.

– То есть, тебя хотели поцеловать, а ты отказывалась?

– Да. Ну чего ты пристал?

– Просто… ты так любишь целоваться, а тут вдруг выясняется такое.

– Люблю, потому что тебя люблю. И вообще, ты очень классно целуешь меня.

– Ты просто с другими не пробовала.

– И не собираюсь. Слишком брезгливая.

– И прекрати использовать сленг. Что еще за краш и кореш? Ты же не пятиклассница.

Она не умела ласкаться, и вообще в постели с ним была достаточно неловкой. Но он понял, что его заводит ее неискушенность. Хотя на самом деле здесь крылось нечто другое, что тянуло его к ней. Он долго думал и решил, что это так называемая «химия». Однако, постепенно узнавая ее ближе, он замечал, что ему все в ней нравится, даже то, за что он ругал ее и воспитывал. А когда она обнимала его, у него словно мозги расплавлялись, он не мог сопротивляться.

Так прошел январь, но вначале февраля Юлька заболела. У нее поднялась высокая температура, появился кашель и насморк. Казалось бы, обычное дело, но Влад не находил себе места. Накупил лекарств и взял три дня в счет отпуска.

Он вспомнил, как одна его подружка так же расклеилась. Он тогда, нацепив маску, быстренько отвез ее домой. Сбагрил, так сказать, подальше. Да и о чем было переживать, просто орз. Но из-за Юльки у него даже сердце разболелось, ну, или что-то там, в грудной клетке слева.

Два дня никак не удавалось снизить температуру, жаропонижающие не помогали. Он звонил в скорую, у него спрашивали, есть ли проблемы с дыханием, потому что опасались ковида. Наконец-то приехали и сделали тест. А потом вкололи что-то от температуры и уехали. Он хотел жалобу в минздрав писать.

– До-до, ну чего ты разошелся. Я уже лучше, – слабым голосом уверяла его Юлька. Только поэтому он успокоился.

Поехать в субботу к родителям Юлька не смогла. Позвонила и сказала, что уезжает с однокурсниками на турбазу.

Вечером, когда Влад варил для нее овсянку, Юлька подошла и обняла его сзади.

Он не обернулся и, помешивая кашу в кастрюльке, сказал:

– Давай поженимся.

– Ты же еще не разобрался в себе, – простуженным голосом ответила Юлька.

– А интуиция на что? – спросил он, – Будешь хотя бы мои носки попарно складывать.

***

2. Полёт стерха

Стерх – белый журавль, занесен в международ-

ную Красную книгу. Встретить его хотя бы раз

в жизни редкая удача. Гнездится и выводит по-

томство только в России.

***

Рома работал в издательской фирме корректором. Брал также заказы со стороны. На жизнь хватало, хотя и с трудом. Оплату за квартиру вносили родители, зимнюю одежду и обувь покупал ему старший брат.

Рома снимал однокомнатную квартиру недалеко от своей работы. Плюсом этой квартирки являлось наличие лоджии и достаточно большая кухня. Это было удобно, поскольку все посиделки сотрудников проходили у него. Иногда некоторые сослуживцы оставались на ночь. Для этих целей он держал пару напольных складных матрасов. Их купила ему начальница после того, как однажды в сильном подпитии заняла его тахту, а ему самому пришлось спать в кресле. Она же заказала ему угловой диванчик в кухню, потому что любила немного комфорта.

Сотрудницы подарили ему пару комплектов постельного белья и в придачу большую упаковку стирального порошка. А заместитель начальницы вручил Роме новенький пылесос. Кроме этого, по очереди каждый из сослуживцев дарил Роме что-то для кухни – сначала термопот, потом фужеры, потом микроволновку, а на прошлый Новый год ему отдали кофе-машину, поскольку в офис приобрели новую.

В этом году на его день рождения сотрудники скинулись и купили посудомойку, а офисный сантехник установил ее. Рома, конечно, пользовался ею только после пирушек. Посуду после своих завтраков и ужинов он мыл сам обычной губкой.

Посиделки устраивались почти еженедельно, обычно в пятницу вечером, и в этот день его холодильник пополнялся всякими вкусностями и деликатесами, большая часть которых оставалась несъеденной. Рома доедал все это почти до следующего раза.

Конечно, ему приходилось убирать переполненную пепельницу с лоджии, куда гости уходили курить и целоваться, приходилось проветривать всё и мыть. Но он был не против, ему всё нравилось. Конечно, он хотел, чтобы Танечка из бухгалтерии целовалась с ним, а не с главредом Васиным, но тут уж ничего не поделаешь. Васин ведь признанный красавчик, Рома ни в какое сравнение с ним не шёл. Хотя Васин говорил, что Танечка явно водит его за нос, потому что толком поцеловать себя так ни разу ему и не дала. Но и Рому Танечка совершенно не замечала.

Васин готовил Рому к редакторской работе. Он обещал, что после Нового года Рому обязательно переведут в редакторский отдел. А Петька Анисимов очень злился и говорил Роме:

– У тебя же высшее филологическое образование, а эта сука начальница корректором тебя поставила. А сама… ты что, не догоняешь, ведь она в тебя втюхалась, как кошка? Может, поэтому она тебя на вторых ролях держит? Чтобы ты не взрослел. Она ведь по пьяни призналась Нильской, что осталась у тебя тогда ночевать, чтобы подушку твою вдыхать, типа ты как ребенок тёплым молоком пахнешь. И рассказывала, что у нее слезы наворачивались, когда она смотрела, как ты, несчастненький мальчик, в кресле спишь в позе зародыша. Но ты же знаешь Нильскую, она всему редакторскому отделу об этом доложила за пивом.

Рома на это отмалчивался и на работе вел себя скромно. В курилку ходить ему не требовалось, потому что он не курил, и кофе любил только по утрам. Днем предпочитал чай.

Он очень старательно выполнял все поручения, которые ему давали. А начальница компенсировала ему разницу с зарплатой редакторов персональными премиями, что очень удивляло всех в отделе. Она иногда выходила из своего кабинета и смотрела на Рому какое-то время. Петька в такие моменты толкал его в бок. Но Рома продолжал свою работу, как ни в чем не бывало. Начальница подходила, заглядывала в его монитор и, постояв, молча отчаливала.

Ей в этом году исполнилось сорок три. Выглядела она на свой возраст, одевалась достаточно элегантно. И как разведённая многое себе позволяла. Рома был младше ее на двадцать лет. Наверно поэтому она воспринимала его молоденьким мальчиком, впрочем, как и другие сотрудники. Даже Танечка, которой недавно исполнилось 25, относилась к нему как к малолетнему.

Дело в том, что Рома не только не курил, но и не пил, даже пива, несмотря на то, что еженедельно принимал у себя дома практически весь редакторский отдел, в котором пили все, включая трех женщин и двух молодых девушек. А еще был он высоким и худощавым, имел густые волосы почти молочного цвета, до странности чёрные, точно соболиные, брови, темно-карие глаза и милейшую родинку над верхней губой. Эта родинка просто привораживала любой взгляд.

Накануне прошла новость, что к ним в штат приняли еще одного корректора. До этого доплату в полставки за дополнительную нагрузку получал Рома. Но кадровик сказал ему, что доплату с него не снимут по распоряжению начальницы.