Не хлебом одним… Очерки духовного состояния России-СССР в первой половине XX века

К сожалению, такого рода перекосы случались и в нашей отечественной истории. Сначала Патриарх Никон возомнил себя вторым Великим Государем, затем Петр I возомнил себя земным богом и опустил Церковь до уровня одного из министерств, и, наконец, Ленин посчитал религию вредоносной и опасной силой, тормозом на пути к «светлому будущему» и поставил задачу полного и безжалостного уничтожения Церкви и ее служителей.

После религиозной Реформации в Европе и раскола католицизма авторитет христианской Церкви был подорван, что создало условия для взлета антиклерикализма и пространной критики религии. Английский деизм и французский материализм подвергали религию жесткой, нелицеприятной критике и требовали ограничения ее влияния на общество. В ХIХ веке эта критика стала еще активнее и напористее. Свою роль в этой критике религии сыграл и марксизм. Однако когда на арену научного знания выходит социология, здоровый научный интерес к религии снова оживает.

Труды французского социолога Эмиля Дюркгейма, немецких социологов Вернера Зомбарта и особенно Макса Вебера возбудили в научных кругах новый интерес к религии через призму ее социальной значимости. Дюркгейм утверждал, что религия есть явление «существенно социальное», выражающее существенную часть социальной жизни общества. Религия объединяет различные классы единой верой. Она – миротворец по духу и благотворитель. Для нее нет классовых различий, и она не разжигает борьбу между классами. Религия – это равенство людей и милосердное отношение между ними. Религия есть правда, адекватное отражение объективной реальности: «…В сущности, – писал Дюркгейм, – нет религий, которые были бы ложными. Все они по-своему истинны; все они, хотя и по-разному, соответствуют данным условиям человеческого существования»[16]. Если бы религия была основана на лжи, считал Дюркгейм, она бы не смогла существовать. Заметим, кстати: Дюркгейм не был религиозно верующим человеком, но он был добросовестным и честным ученым, что и позволяло ему объективно оценивать религию и ее роль в социальной консолидации общества. Немецкие социологи Макс Вебер и Вернер Зомбарт тоже тесно связывали хозяйственную и социальную деятельность субъекта с его религиозностью.

Кроме очевидной и значимой социальной роли, выполняемой религией, она является духовной основой культуры, а не ее составной частью, как утверждают сегодня некоторые российские религиоведы. Именно на христианской основе рождались великие произведения литературы, музыки, живописи в Европе и в России. Проигнорировать этот факт невозможно, даже при условии материалистического мировоззрения и негативного отношения к религии. Даже воинственный и задорный в антирелигиозном запале молодой Маркс, назвавший в ранней работе «К критике гегелевской философии права» религию «превратным мировоззрением» и «вздохом угнетенной твари», со временем сменил на более трезвую оценку феномена религии. Для нас особую важность имеет тот факт, что ни Маркс, ни Энгельс нигде не ставили вопрос о насильственном уничтожении религии, за что так ратовал Ленин.

В «Капитале» Маркс говорит о постепенном «отмирании» религии в процессе строительства нового социалистического общества. «Религиозное отражение действительного мира может вообще исчезнуть лишь тогда, когда отношения практической повседневной жизни людей будут выражаться в прозрачных и разумных связях между собой и с природой»[17]. Позднее в одном из своих интервью Маркс выразился определенно о недопустимости применения насилия в целях полного упразднения религии. «Мы знаем, – категорически заявил он, – что насильственные меры против религии бессмысленны; но наше мнение таково: религия будет исчезать в той мере, в какой будет развиваться социализм. Ее исчезновение должно произойти в результате общественного развития, в котором крупная роль принадлежит воспитанию»[18].

Примерно так же рассуждали о будущем «отмирании» религии западные управители странами и народами, когда совершались буржуазные революции в Европе. На трагическом опыте Французской буржуазной революции они убедились, что жестокая расправа над религией требует большой крови и вызывает глубокий раскол в обществе. Игнорируя мнение Церкви и церковной паствы, буржуазные законодатели приняли закон об отделении церкви от государства, по которому церковь объявлялась независимой от государства, а государство отказывалось от вмешательства во внутренние дела церкви. Соответственно, и церковь не могла вмешиваться в государственные дела. Реально же, как мы убедились на своем трагическом опыте советского времени, большевики, списавшие закон об отделении церкви от государства с буржуазных конституций, тут же о нем забыли и приступили к кровавой расправе над церковью. Аналогичную картину можно было наблюдать и в ряде европейских стран, а сегодня мы видим эту расправу государства над церковью и верующим народом на Украине. Все эти факты говорят о том, что в условиях буржуазной демократии или марксистско-ленинского социализма устроить тесное соработничество церкви и государства невозможно. Но, справедливости ради, надо признать, что не только государство бывает повинно в церковно-государственном нестроении, но и Церковь. Это подтвердил трагический опыт средневековой Католической церкви и наш церковный раскол ХVII века.

Что касается современного состояния проблемы церковно-государственных отношений и отношений религии и общества, то по планам мировых глобализаторов эта проблема решается по-революционному: все религии отменяются (закрываются), и вместо них создается одна мировая религия (Нью-Эйдж), подчиненная мировому правительству и выполняющая его указания. Однако отцы глобализации, видимо, не все до конца просчитали. Система начала давать сбои, которые привели к кризису 2007–2008 годов.

Впереди грядут новые испытания, а для современного капитализма они могут стать трагическими и закончатся концом этой обесчеловечивающейся материальной цивилизации. Современное положение, сложившееся в земной цивилизации, вызывает у народов мира озабоченность и тревогу.

К сожалению, советский социализм оказался даже более материальным, чем капитализм. И для него материальная сторона жизни тоже стала определяющей и ведущей. Более того, он не просто отделил Церковь от государства, как было сделано в капиталистических странах. Он объявил религии войну на уничтожение. Ленин посчитал, что при социализме главной духовной силой будет Коммунистическая партия, а не религия. Если Маркс считал, что религия при социализме «отомрет» сама собой по причине ее ненужности, то Ленин был бескомпромиссен в этом вопросе и требовал безусловного уничтожения как Церкви, так и священнослужителей. В своем неуемном стремлении убрать религию с дороги в «светлое» будущее Ленин был неумолим и лично попросил Троцкого возглавить беспощадную борьбу со всеми религиозными появлениями. И Троцкий вместе со своим соплеменником Емельяном Ярославским (Минем Губельманом) развернули бурную деятельность по борьбе с религией. Главным объектом их погромов стала, естественно, Русская Православная Церковь.

После смерти Ленина и изгнания из страны Троцкого Сталин сделал попытку ввести церковно-государственные отношения в более спокойное русло, но партийная номенклатура не позволила ему это сделать. И только в конце 1939 года, когда Сталин обрел высокий авторитет в народе, он сделал первые шаги, направленные на нормализацию отношений между РПЦ и социалистическим государством. Однако реальные очертания религиозная политика Сталина приобрела только после поражения фашистского вермахта в жесточайшей битве Великой Отечественной войны на Курской дуге летом 1943 г. В начале сентября этого же года состоялась первая официальная встреча Сталина с руководством РПЦ. На этой встрече были заложены основы новой религиозной политики советской власти, уважительных и открытых отношений между Церковью и государством. Они продержались до окончания жизни И.В. Сталина. После его смерти гонения на Церковь возобновились. Хрущев поставил задачу покончить с религией и показать по телевидению последнего попа.

Не понимал Хрущев, не понимала и партийная верхушка того, что первый шаг к возобновлению гонений на религию станет первым шагом к разрушению сталинского социализма, к бесславному концу советского социализма вообще.

Исследуя мировой опыт развития церковно-государственных отношений, мы убеждаемся в том, что в христианскую эпоху ни в одной из христианских стран не удалось в долгосрочной перспективе создать устойчивые, эффективно действующие и плодотворные отношения сотрудничества между Церковью и государством.

Римско-Католическая Церковь убедила себя в том, что она есть земной бог. Она подмяла под себя мирскую власть и установила церковный абсолютизм. Властный церковный авантюризм привел к бунту светской власти против засилия Церкви. Этот бунт вызвал религиозную Реформацию, раскол в этой Церкви и принятие закона об отделении Церкви от государства.

В отличие от Запада, на православном Востоке Церковь на роль земного бога не претендовала и стремилась к тесному сотрудничеству с мирской властью. На Востоке Церковь никогда не выступала с претензией на обладание мирской властью, а мирская власть не претендовала на открытое господство над Церковью. Основы такого понимания церковно-государственных отношений заложил основатель Византийской империи Константин. Именно в Византийской империи родилась идея гармоничных отношений светской и церковной власти, которая получила название «симфонии властей».

Одним из основополагающих принципов устроения цивилизации является принцип р е л и г и о з н о с т и. Его реализация обеспечивает жизнестойкость цивилизации, ее духовное состояние. Он реализуется совместными усилиями Церкви и государства при их обоюдной ответственности за судьбы цивилизации. При состоянии гармонии (симфонии) отношений двух этих главных цивилизационных институтов цивилизация успешно развивается, обеспечивая устойчивость и длительность своего существования. Напряженность или извращенность в отношениях Церкви и государства наносят непоправимый ущерб цивилизационному процессу, и это заканчивается, как правило, гибелью цивилизации. Церковь в целях распространения своей веры и воздействия на духовное состояние населения создает свои институты: храмы, приходы, монастыри, священноначалие, учебные заведения, всевозможные благотворительные организации, монашеские ордена и т. д. Религия и есть основа и гарант реализации д у х о в н о г о принципа в развитии цивилизации.

Нам необходимо проследить, как осуществлялся ранее и как осуществляется сегодня п р и н ц и п р е л и г и о з н о с т и в жизни и развитии цивилизаций. Я уже сказал о том, что Западная цивилизация начала историю своего существования как д у х о в н а я цивилизация. И это в целом соответствует истине, но именно в целом. Однако уже на ранних этапах развития этой цивилизации начинают проявляться тревожные симптомы ее болезненного духовного состояния, связанные непосредственно с деятельностью и состоянием церковной жизни. Начнем с того, что Римская церковь монополизировала свою власть и лишила самостоятельности церкви национальных государственных образований Западной Европы. Кроме того, Римский епископ (папа Римский) начинает претендовать на единоличное руководство всем христианским миром, т. е. подчинить своей власти не только западноевропейские церкви, но и восточные церкви Византийской империи, что привело к расколу Единой, Вселенской христианской Церкви в 1054 году. Этому расколу способствовало и то, что Римская церковь стала игнорировать решения проведенных христианских Вселенских соборов, уставные положения внутренней жизни Церкви, утвержденные этими соборами. Она позволила себе также пойти на пересмотр целого ряда догматов, принятых на семи Вселенских церковных соборах. После совершившегося раскола Римская Церковь стала называть себя кафолической (католической), т. е. Всемирной.

Что касается внутренней жизни новоявленной «всемирной» церкви, то она вызывает у правоверных христиан не просто недоуменные вопросы, а возмущение и протест. Она фактически объявила себя земным богом и открыла для себя ворота вседозволенности и всевластия. Она отвергает заповедь Христа отдавать «кесарево кесарю, а Божие Богу» (Мф. 22:21). Она же объявляет себя высшей властью на земле и требует безусловного повиновения своей воле от всякой светской власти. Вообще история Католической церкви эпохи средневековья покрыта несмываемым позором бесконечной череды ее преступных деяний: крестовые походы, «охота на ведьм», инквизиция, торговля индульгенциями, нескончаемые конфликты со светской властью, распущенность большей части церковного клира, его неприкрытое стяжательство и повальный блуд. Все это размывало устои христианской жизни и подготавливало новый раскол уже внутри католической церкви. Он и случился в начале ХVI века. Его инициатором стал немецкий католический монах-теолог Мартин Лютер.

И, тем не менее, антихристианские деяния руководства католической церкви не дают достаточных оснований для утверждения того, что в средневековую эпоху Западная цивилизация отошла от д у х о в н о г о принципа своего дальнейшего развития. Произошел удивительный факт: прихожане оказались бóльшими христианами, чем их прелаты. Они не отождествляли земную Церковь с Богом и сохраняли верность Христу. Началось активное монашеское движение как противовес пресыщенному и безбожному церковному руководству. Два этих фактора спасли католическую церковь от полного разложения и распада, но все же не смогли увести церковь от нового раскола.

ХVI-ХVII века для Западной цивилизации – это эпоха религиозной Реформации, потрясения духовных основ жизни, а вместе с ними экономических, социальных и политических основ. Это жесточайшая борьба за чистоту и истинность веры как главной ценности жизни, за освященное ею светлое будущее. Это кровавые войны и массовые бунты. Это бесчисленные религиозные секты и их вожди. В котле религиозной Реформации варилась новая эпоха, новые смысловые основы жизни, новая жизнь вообще. Она закончилась созданием раскольной христианской церкви, которая родилась на протесте против произвола и извращения христианского вероучения и христианских основ жизни. Она и получила название протестантизм.

Протестантизм был вскормлен теми безобразиями, которые творились Римской курией в религиозной жизни Запада. Однако протестантизм не только не оздоровил религиозную жизнь христианского Запада, но еще больше извратил и разложил христианское вероучение и принципы христианской жизни. Он стал фактически секуляризированной религией, т. е. больше идеологией, чем религией. Он стал духовной основой нарождающегося капитализма. Дух капитализма есть, в сущности, протестантский дух. Эту генетическую связь между капитализмом и протестантизмом наиболее убедительно раскрыли немецкие социологи первой половины прошлого века Макс Вебер и Вальтер Зомбарт. Об этом же писал их современник француз Рене Генон, который непосредственно связывал с протестантизмом рождение либерализма как господствующей идеологии капитализма, а также индивидуализма и морализма как основополагающих принципов жизни и поведения западного человека. Протестантский принцип свободы от засилья церкви перерос в либеральный принцип «свободы от чего» вместо христианского принципа «свободы для чего». Принцип непосредственного личного общения верующего с Богом без посредника (т. е. без церкви) привел протестантизм к утверждению индивидуализма и богоборчества; подмена духовного в религии моральным привела протестантизм к подмене христианской морали светским морализмом, ибо мораль, не согретая и не просвещенная религиозным духом, неизбежно вырождается в «морализм», в основе которого заложен формализм. Главным принципом веры в протестантизме стал не принцип понимания, а принцип действия. На основе этого принципа родилось целое философское направление – американский п р а г м а т и з м.

Протестантский принцип свободы от официальных церковных догматов и канонов христианской веры породил массовое сектантское движение, разрывающее целостность христианской Церкви, извращающее основы христианского вероучения. Фактически протестантская церковь превратилась в конгломерат многочисленных самоуправляемых, псевдохристианских организаций, главной целью которых является не духовное окормление своей «паствы» (своих адептов), а выколачивание из нее денежных доходов в пользу руководства этих сект. Подтверждением истинности этих утверждений являются бесконечные судебные процессы по всему миру, обличающие эти секты в различных финансовых аферах и махинациях, грубом нарушении существующего законодательства, недозволенном психологическом воздействии на своих адептов в целях изменения их сознания и слепого повиновения руководству секты. Не христианский дух, а дух наживы и стяжания господствует в этих псевдохристианских организациях. Нет никакого сомнения в том, что протестантизм внес существенный, если не решающий, вклад в тот духовный и нравственный кризис, в котором пребывает современная Западная цивилизация и выйти из которого уже не может. Убивая религию, она убивает сама себя, приближая свой конец.

Примечания