Люцифер: Наследие

Пролог

У каждого есть путь.

Тот, что прочертили ещё до его рождения. До меня. До нас всех.

Линия. Прямая. Чёткая. Без изгибов. Без вопросов.

По ней надо идти. Молча. Согласно. Как положено.

Совет Первых следит.

Они не просто наблюдают – они вплетены в эту линию. Их дыхание – закон. Их взгляд – приговор. Они говорят: «Так было задумано. Так будет всегда».

Но я спрашиваю:

Почему моя судьба – не моя?

Почему я должен быть тем, кем меня определили до рождения, а не тем, кем хочу стать сам?

Я не прошу хаоса.

Я прошу права на выбор.

На ошибку.

На поворот там, где, по их мнению, поворачивать нельзя.

Хочу любить не потому, что так сказано, а потому, что сердце бьётся в такт чужому дыханию.

Хочу творить не то, что нужно системе, а то, что зажигает во мне свет.

Даже если этот путь – кривой. Даже если он полон теней.

Разве это не и есть жизнь?

Не шаблон, вырезанный по лекалу, а дрожь в руках, когда ты делаешь первый шаг туда, где тебя никто не ждал?

А вдруг ваши правила больше не держат мир?

А вдруг они уже не гармония – а клетка?

А вдруг ваш меч, которым вы рубите отклонения, на самом деле защищает не порядок… а страх?

Страх перед тем, что кто-то осмелится сказать:

«Я – иначе».

«Я – не так».

«Я – сам».

И тогда вся система задрожит.

Не от гнева.

От одного только вопроса:

А что, если мы ошибались с самого начала?

Lucifer

Глава 1

Я всю свою осознанную жизнь мечтал взять интервью у какой-нибудь великой личности. Например, у президента страны или великого деятеля, подобного Папе Римскому. Но даже в самых смелых мечтах я не мог предположить, что буду брать интервью у самого Люцифера. Вы только представьте – у самого Люцифера! Да, именно того самого. У самого владыки Преисподней.

Это был обычный осенний день, когда я, уже давно ничего не ожидая от него, плёлся после работы в бар. Книга, которую я написал, так и пылилась на полках издательств, а я перестал надеяться, что кто-то позвонит с предложением публикации. Выпив пару стаканов виски в баре, я возвращался домой. Шёл по слабо освещённой улице, погружённый в свои мысли, как вдруг мой взгляд зацепил одинокого мужчину на другой стороне дороги. На вид ему было чуть за тридцать. Всё в чёрном, он выглядел мрачно, но стильно. Чувствовалось, что он был не в том месте и не в то время. И почему-то я не смог просто мельком бросить на него взгляд, как обычно делаю, когда иду по улице и мне нет никакого дела до прохожих. Но в нём было что-то загадочное, даже мистическое. Ох, если бы я знал тогда, кто он на самом деле, возможно, я прошёл бы мимо как можно быстрее – или даже дал бы деру со всех ног. Но всё произошло так, как и должно было произойти.

Я замедлил шаг, продолжая наблюдать за человеком в чёрном. Он присел у края дороги, и тусклый свет фонаря падал на него, создавая вокруг святящуюся ауру. Никто не просил о помощи, да и, собственно, мне стоило подумать о своей безопасности. Но я не смог пройти мимо – мне оставалось буквально несколько шагов, чтобы завернуть за угол и навсегда потерять его из виду. Остановившись и немного помедлив, я пропустил проезжающую машину и быстро перебежал дорогу. Мужчина сидел в нескольких метрах от меня. Он смотрел вниз и даже не поднял головы, когда я приблизился.

– Здравствуйте, – обратился я к нему, пытаясь привлечь его внимание.

Приподняв голову, он посмотрел на меня спокойно и пронзительно, словно заглянул прямо в душу.

– Доброй ночи, – холодно ответил он, снова переведя взгляд на асфальт.

– Вам, может быть, нужна какая-то помощь? – поинтересовался я, не отводя взгляда от незнакомца.

– Вы действительно готовы помочь, встретив меня впервые и не имея малейшего представления, кто я? – не поднимая глаз, спросил незнакомец.

От этих слов мне стало немного не по себе. А вдруг он какой-нибудь убийца или маньяк? Об этом я даже не подумал. Глупо, но тогда я решил именно так. Как я ошибался… Или нет? Решить этот вопрос я не в силах один, но поведать вам самую безумную историю своей жизни – я попробую.

– Завтра ровно в полночь я буду у вас. Подготовьте чернила и бумагу, – добавил незнакомец, всё так же даже не поднимая своего взгляда на меня.

После этих слов он что-то достал из кармана пальто и протянул мне. Взяв предмет в руки, я понял, что это визитка. Абсолютно чёрная, а на ней всего одно слово. Пытаясь разглядеть, что там написано, я вертел её в руках, стараясь поймать свет от ближайшего фонаря. Не поверив своим глазам, я прочёл ещё раз. Золотыми буквами было выбито имя – Lucifer.

Медленно отведя взгляд от золотых букв, я захотел посмотреть на человека, который дал мне эту визитку. Но передо мной никого не оказалось.

– Что это, чёрт возьми, было? Наверное, какой-то псих, – подумал я, пожав плечами.

Не понимая, что произошло, я положил визитку в карман и побрёл домой.

Утро.

Яркие лучи утреннего солнца и этот проклятый будильник выдернули меня из сна. Мне нужно было встретиться с очередным издателем и представить ему свою новую книгу. Но сначала – крепкий кофе и контрастный душ. Нужно было привести себя в порядок. Стоя под душем, я думал о вчерашней ночной встрече: «Ладно, Люцифер, допустим». Пока я об этом думал, мысли упорно убегали в сторону: «Подумаю об этом позже».

День прошёл быстро. Очередной издатель послал меня куда подальше. Возвращаясь домой, я думал, что же делать со своей книгой. Нужно было искать нового издателя. Просидев весь день за компьютером, я не заметил, как наступила ночь. Проголодавшись, пошёл на кухню. На часах было без четверти двенадцать. Снова вспомнил о том странном мужчине: «Он говорил, что придёт ко мне в полночь? Нужно подготовить бумагу и чернила? Всё это, конечно, очень странно, но спать я пока не собирался. Посмотрим, что из этого выйдет».

Ровно в полночь раздался стук в дверь. Честно говоря, я немного опешил.

В этот момент я прекрасно понимал, кто стоит за дверью – тот самый незнакомец, которого я встретил ночью. У меня не было в этом ни малейшего сомнения. Я открыл дверь. На пороге стоял он – высокий темноволосый мужчина, с чёрно-карими глазами, волевыми чертами лица и небольшой бородой. Широкие плечи и худощавое телосложение гармонировали с ростом, чуть больше 180 сантиметров. Он был полностью одет в чёрный костюм, рубашка с расстёгнутой верхней пуговицей и блестящие лаковые туфли. Но главное в нём – взгляд. Его глаза будто пронзали насквозь. Если бы вам пришлось ощутить это на себе, вы бы сразу поняли, о чём я говорю.

– Доброй ночи, Клим, – спокойным и холодным тоном поприветствовал меня незнакомец.

Я словно окаменел, молча смотря на ночного гостя. Первая мысль: «Откуда он знает моё имя?»

– Может, предложите войти? – с лёгкой ухмылкой спросил он, посмотрев мне в глаза.

– Конечно, входите, – придя в себя, ответил я, указав рукой внутрь.

Представляете моё удивление? Сказать, что я был в шоке – ничего не сказать. Целая гамма вопросов начала рождаться в моей голове: «Как он узнал, где я живу? Откуда знает моё имя? И кто же он на самом деле? Неужели он тот самый Люцифер – дьявол?»

– Не стоит волноваться, это действительно я, – спокойно ответил он.

– Простите? – спросил я, переводя взгляд на лицо гостя.

– Вы только что подумали: «Неужели он на самом деле Люцифер?» Вот я и отвечаю – да, это я, – ответил он, снова усмехнувшись мне в лицо.

«Этого просто не может быть, это наверное сон», – подумал я. «Видимо, я задремал». В этот момент я так и решил. Но буквально в тот же миг, как эта мысль родилась в моей голове, она была разрушена ответом Люцифера:

– Я вас уверяю, это точно не сон. И всё, что сейчас происходит, реальнее некуда.

– Но вы же понимаете, это просто абсурд, – ответил я, первое, что пришло в голову.

– Отнюдь. Вы же существуете? Тогда почему бы и мне не существовать? – спросил он, пройдя в гостиную.

Я последовал за ним. Осмотрев комнату, он остановил свой взгляд на старом винтажном кресле в углу. Честно говоря, я давно о нём забыл. Оно мне никогда не нравилось, но хозяйка квартиры запретила трогать её вещи, поэтому я просто перетащил его в угол.

– Можно, я присяду? – обернувшись ко мне и указав взглядом на кресло, спросил Люцифер.

– Да, простите, конечно, – растерявшись, что сам не предложил присесть, ответил я.

На фоне моей квартиры со старой мебелью и пожелтевшими обоями Люцифер казался чем-то инородным, чем-то, что здесь быть не должно.

В комнате повисло напряжённое молчание.

– Мне интересно, что же вам от меня нужно? – спросил я, переведя взгляд на гостя.

– Я думаю, вам лучше присесть, – ответил он, пристально взглянув на меня.

Когда я уселся, Люцифер продолжил:

– Я думаю, у нас много общего, – произнёс он, после чего замолчал.

«Что может быть общего у меня с самим дьяволом?» – подумал я, но перечить не стал. Молча ждал, что он скажет дальше.

– Вчера, когда вы ко мне подошли и предложили помощь, я позволил себе взглянуть на ваше прошлое. Представьте, как я был удивлён, когда увидел, что мы с вами очень похожи, – закончил он.

В его глазах мелькнуло еле уловимое чувство удивления.

– Но что может быть общего у обычного никчёмного писателя-журналиста с самим Люцифером? Кто вы? А кто я? – не выдержав, выпалил я.

– Предлагаю перейти на «ты». Если вы не против? – ответил он, перебив возрастающий шквал вопросов в моей голове.

– Да, пожалуй, так будет проще, – согласился я, после чего замолчал.

– Ты, так же как и я, разбит. Ты в поиске своего места в этом мире. Не так ли? – не отводя от меня взгляда, спросил Люцифер.

– Между нами общего больше, чем ты можешь представить. Терпение – ты скоро поймёшь, о чём я говорю, – добавил он, вставая с кресла.

Я молчал, внимательно слушая каждое его слово. Вы только представьте – я веду беседу с самим дьяволом. Впечатляет, правда?

Как ни странно, я был абсолютно спокоен. Другой бы, как минимум, начал волноваться. Но мне это даже в голову не пришло в тот момент. Сейчас, анализируя тот вечер, я понимаю, что тогда терять то было почти нечего. У меня было несколько написанных книг, ноутбук, мобильный телефон, старая машина и пара старых тряпок.

– И всё-таки, для чего я вам? Прости, мы же уже на «ты». Чем я могу тебе помочь? – спросил я, снова теряя самообладание.

– В последние годы я начал задумываться, что же я оставлю после себя. И несколько лет назад мне пришла идея – рассказать людям правду, – ответил он, подойдя к окну.

В комнате снова воцарилось молчание.

– Я предлагаю тебе написать историю о Люцифере. Не о том, которого все знают, а о том, кем я являюсь на самом деле, – повернувшись ко мне, произнёс он.

– Но почему именно я? Я же не такой талантливый, как другие писатели. Я даже не продал ни одной своей книги, – удивившись ответу, спросил я.

Люцифер лишь усмехнулся.

– Знаешь, я делал много ошибок за свою долгую жизнь. Но в том, что именно ты должен написать мою историю, я уверен. Как говорите вы – люди, на все сто процентов, – ответил он, сделав несколько шагов навстречу мне.

– Но чего это мне будет стоить? – подумав, что любая сделка с дьяволом обычно ничего хорошего не приносит, спросил я.

– Тебе – ничего. А вот я буду обязан тебе одну услугу, – ответил он, протянув свою руку передо мной.

Одна услуга от самого Люцифера взамен на написание истории о нём же? Вы даже не представляете, сколько мыслей пролетело в моей голове в тот момент. И я ему поверил. Ведь не я же просил об услуге – а он. Сам Люцифер будет должен мне, обычному смертному. Даже сейчас, анализируя, я с трудом в это верю. Но, забегая вперёд, скажу – он не соврал. Как оказалось, он вообще никогда и никому не врал.

– Я согласен, – ответил я, после чего встал и пожал руку его руку.

В этот момент что-то магическое произошло. Нет, никаких вспышек света или огня. Но ощущение заключённой сделки словно пронзило нас обоих, связав невидимой нитью. Разорвать которую было просто невозможно.

– Как я понял, ты не подготовился, – бросив взгляд на письменный стол, произнёс Люцифер.

– Вы, то есть… Ты же понимаешь, что сложно было поверить в то, что ты на самом деле тот самый… – начал я оправдываться, чувствуя неловкость всё сильнее.

– Я всё понимаю. Просто констатирую факт. Я бы на твоём месте тоже не поверил, – ответил он, улыбнувшись мне.

– Не обязательно же для записи использовать чернила и бумагу. Сейчас можно всё напечатать на компьютере, – предложил я, взглянув на ноутбук на письменном столе.

– Если ты не против, я бы хотел, чтобы это были именно чернила и бумага, – холодно ответил он.

Я не стал перечить – было видно, что это важно для него. Просто молча кивнул.

– Вот и договорились, – добавил он, улыбнувшись.

– Когда ты хочешь начать? – поинтересовался я.

В голове сразу же возник вопрос: «А что, если он скажет – сейчас? Где я возьму чернила ночью?»

– Не стоит беспокоиться об этом сейчас. Я думаю, нам лучше отложить это до завтра, – ответил Люцифер, видимо, снова прочитав мои мысли.

– Прекрасно. Завтра я буду готов, – с облегчением ответил я, словно камень с души упал.

– Тогда до встречи, – снова протянув мне руку, произнёс он.

– До встречи, – пожав руку, ответил я.

После чего он исчез, и я снова остался один. Лишь несколько пылинок кружились вокруг тускло светящейся настольной лампы.

Я даже не предложил ему чаю, как-то совсем неудобно получилось. К следующей встрече нужно подготовиться определённо получше, подумал я тогда.

Ещё около часа, смотря в потолок, я обдумывал произошедшее, пока не уснул.

Глава 2

Поднялся я рано утром. Как всегда, мой сон прервал надоедливый будильник, который будит меня в одно и то же время уже на протяжении нескольких лет. Даже несмотря на то, что в тот момент я был безработным неудачником, всё равно я придерживался созданным самим собой правилам: вставать в одно и то же время, соблюдать гигиену, завтракать. У меня всегда всё организовано и имеет своё место. Например, ключи или часы всегда лежат на одной и той же полке, причём даже место на полке всегда конкретное. То же самое – с другими вещами. Кто-то скажет, что это какая-то глупость, но для меня это всегда было важно. В свою защиту могу сказать, что разбуди меня хоть в три часа ночи – я всегда скажу, где лежит та или иная вещь. Раздражала ли меня моя же педантичность? Конечно. Но я никогда не мог по-другому.

В те времена денег было немного, я брался за любую подработку. Иногда подрабатывал грузчиком, иногда чинил компьютеры. Я никогда не чурался работы, какой бы она ни была, если за неё платят. В те дни я неофициально работал в небольшом компьютерном сервисе на окраине города, где каждое утро начиналось не только с починки техники, но и с тихого обмена историями с посетителями. Это место, наполненное мягким светом от экранов и тихим гудением вентиляторов, становилось для меня убежищем, а каждый заказ – маленьким вызовом, требующим не только технического мастерства, но и души, вложенной в работу.

Работая среди пыли и проводов, я ощущал себя своего рода механиком маленьких надежд. Клиенты приходили сюда с проблемами, которые, казалось, отражали их личные перипетии: усталость от бесконечных неудач или нежданная радость от неожиданного успеха. И хотя многие из них были далеки от идеала, их истории, рассказанные в коротких фрагментах, придавали моему существованию какой-то смысл.

Каждая починка – будь то оживление давно забытого компьютера или замена сгоревшего процессора – воспринималась мной как тихая победа над хаосом, с которым сталкивался мой внешний и внутренний мир. Парадоксально, но именно в этом кажущемся хаосе техники я находил порядок, похожий на утренний ритуал: как бы ни были непредсказуемы события за его пределами, внутри меня всегда оставалась незыблемая система. С компьютерами я был на «ты» с самого детства. Пока мои сверстники играли в игры, я изучал их вдоль и поперёк. Тем более что мне это давалось легко, словно невидимая нить вела меня к решению проблемы. Видимо, так работает предрасположенность или талант человека к чему-либо.

Ладно, о чём это я?

Приготовив завтрак, если я правильно помню, это был жареный бекон с яичницей и конечно же кофе с молоком и двумя чайными ложками сахара. Кто-то может подумать, что не так всё и плохо, и он будет прав. Но уточню – в тот день в холодильнике было всего-навсего: один ломтик бекона, два куриных яйца и половина бутылки молока. Верно, могло быть и хуже. Но всегда хочется большего, чего бы вы ни имели в данный момент.

Позавтракав, спустя пятнадцать минут, я запускал двигатель своего старенького Citroen CX бежевого цвета, 1985 года выпуска. Я люблю эту старую рухлядь до сих пор. Слишком много связано с этим автомобилем – вместе мы прошли через взлёты и падения, но он всегда оставался мне верен. Даже если случалась какая-либо поломка, этот старенький фастбэк всегда довозил меня до нужного места. Одним словом – легенда.

Ехал я на работу, размышляя о вчерашней встрече. Обязательно нужно не забыть купить чернила и бумагу. Странно, что он настаивал на этом. Но видимо для него это важно. И вообще, я его совсем не таким представлял. Где безжалостный взгляд, в котором можно разглядеть лишь ненависть ко всему сущему? Где рога? Копыта? Или, может быть, он просто перевоплотился, чтобы я не испугался его настоящей внешности? Вопросы в моей голове множились со скоростью света. Я даже не заметил, как приехал на место.

В тот день первым посетителем стала постоянная клиентка – Мария Николаевна. Она была учителем истории в одной из средних школ нашего города. Не было ни одного человека, который бы о ней отозвался плохо. Это был преподаватель с большой буквы – человек, который по-настоящему учил детей. Она всегда смотрела на проблему с обеих сторон, пытаясь понять обе стороны конфликта, разобраться в истинной причине проблемы.

– Доброе утро, Клим, – поприветствовала она, едва войдя в сервис.

– Здравствуйте, Мария Николаевна, – с улыбкой ответил я, посмотрев на неё.

Я всегда был рад её видеть. Ведь таких добрых и честных людей, как она, очень мало осталось в наше время.

– Что у вас произошло на этот раз? – заранее предполагая её ответ, спросил я.

– Ой, Клим, снова не могу разобраться в этой новомодной технике. Дети подарили планшет, а как им пользоваться – толком и не объяснили. Может, ты подскажешь, как мне установить нужные программы? – начала она, пытаясь что-то достать из большой женской сумки.

– Ну показывайте, что у вас там, – улыбнувшись, ответил я.

Через несколько мгновений я устанавливал все необходимые приложения.

– Как твои дела? Как твои книги? – спросила Мария Николаевна, присев на свободное кресло.

У нас с ней всегда были тёплые отношения – ещё с моих школьных времён. Она всегда интересовалась, как у меня дела и что происходит в моей жизни. Знаете, не просто для галочки, а по-настоящему. Эта женщина всегда волновалась за меня, несмотря на то, что у неё было трое своих детей и пять внуков.

– Да, всё как и всегда. Они никому не нужны, кроме меня. Очередной издатель отказал мне. Видимо, писатель я так себе, – ответил я, продолжая настраивать планшет.

– Ну не нужно так самокритично. Я читала множество книг. И поверь мне, о тебе ещё заговорят. В твоих книгах есть душа. А это самое главное. Между прочим, ты один из моих любимых авторов, – ответила она, улыбнувшись мне.

– Спасибо, Мария Николаевна. Вы всегда были ко мне добры, – немного смутившись, ответил я.

– Давайте лучше чая попьём, – добавил я вслед, желая сменить тему.

– Спасибо, Клим. С большим удовольствием, – ответила женщина, после чего начала копаться в сумке. – У меня как раз пирожные с собой, – добавила она, доставая целлофановый пакет с заварными эклерами.

Это были мои любимые пирожные. С самого детства я люблю эклеры, а заварные Марии Николаевны? Уж поверьте – не каждый именитый шеф сможет приготовить что-то подобное. Через несколько минут мы пили чай, уплетая, возможно, лучшие эклеры на белом свете. Планшет был готов.

После того как мы допили чай и распрощались с Марией Николаевной, наступила короткая пауза – момент тишины, когда в помещении не слышно ничего, кроме мерного жужжания кулера старого системника. Я сидел за рабочим столом, перебирая инструменты, думая о её словах: «В твоих книгах есть душа». Это было тепло. Очень тепло. Слишком долго я слышал одно и то же: «Неактуально», «Неинтересно», «Мы не видим коммерческого потенциала». А тут – человек, которому, казалось бы, вообще не нужно меня поддерживать, говорит совсем другое. И это задело.

Может быть, дело не во мне? Может быть, рынок стал слишком плоским, чтобы принимать что-то настоящее? Я посмотрел на монитор, где висела незавершённая диагностика ноутбука одной из клиенток, и вдруг понял, что устал – не физически, а эмоционально. Так бывает, когда всё вокруг начинает напоминать замкнутый круг: деньги, работа, отказы, опять работа. И нет никакого света в конце тоннеля – только слабое мерцание надежды, которое ты поддерживаешь сам, как свечку в окне.

Мои размышления прервал скрип двери. Она резко распахнулась, впуская внутрь высокую фигуру в костюме. Мужчина. Лет за сорок, может чуть больше. Лицо бледное, почти серое, будто он давно не видел солнца. Глаза – внимательные, холодные, но не злые. Скорее, как у человека, который уже всё решил про тебя ещё до того, как ты успел заговорить.

– Вы мастер? – спросил он.

Я кивнул, автоматически включая в себе режим обслуживания клиента.

– Что у вас?

Он достал из сумки старый ноутбук – лет десять ему, не меньше. Серый корпус, потёртый по углам, на крышке едва заметный логотип давно забытой марки.

– Мне нужно восстановить данные. Важные файлы – документы, – сказал он, делая паузу между каждым словом, будто проверяя, доходит ли смысл.

– Это возможно, если жёсткий диск не повреждён физически. Я попробую восстановить. Но предупреждаю сразу – гарантии нет.

Он кивнул, не сводя с меня взгляда.

– Сделайте всё возможное. В долгу не останусь, – добавил мужчина спокойным тоном.

Стоило мне взять ноутбук в руки, как я почувствовал странное – не физическое, а внутреннее напряжение. Будто прикосновение к чему-то неправильному. Как будто этот ноутбук хранил в себе не просто информацию, а что-то большее.

– Он ваш? – спросил я, указывая на ноутбук.

– Да, – ответил он, доставая из внутреннего кармана конверт и кладя его на стол.

– За результат будет отдельная плата. Высокая, – добавил он, снова посмотрев мне в глаза.

Я не торопился открывать конверт. Скорее, рассматривал самого клиента. Он был не таким, как другие. Ни тревожным, ни отчаявшимся. Он был уверенным. Словно знал, что я соглашусь. Словно знал, что я сделаю это, даже если бы мне за это не заплатили.

– Сколько у меня есть времени? – спросил я, отложив ноутбук в сторону.

– Я буду здесь завтра, в это же время, – спокойно ответил незнакомец, после чего развернулся и ушёл так же внезапно, как и появился.

Скрип двери, немного пыли поднялось с порога, и я снова остался один. Взглянув на конверт, я взял его в руки. По ощущениям там лежала точно не одна купюра. Раскрыв его, я увидел с десяток банкнот с портретом дядюшки Франклина. В этот момент у меня даже дыхание перехватило. Ещё минуту назад я не знал, буду ли вообще ужинать сегодня – в кармане оставалось всего несколько монет. На которые разве что вышло бы купить не самую лучшую булочку в какой-нибудь забегаловке у метро.

Я пересчитал деньги – десять стодолларовых банкнот. Аккуратно уложенные, с едва заметным запахом старой бумаги и чего-то ещё… Может, духов? Не уверен.

В голове мелькали сотни мыслей: «Это шутка? Ошибка? Может, я сейчас проснусь?» Но нет – всё было реально, даже тепло купюр в ладонях – всё слишком настоящее.

Я глубоко вдохнул, спрятал конверт во внутренний карман джинсов и решил, что сегодня хорошо поужинаю. После этого я решил, что пора приступать к делу, ведь завтра незнакомец вернётся за восстановленной информацией.

– Ну ничего себе. Уже восемь, – произнёс я вслух, не заметив, как пролетело время за работой.

Нужно было успеть в банк поменять валюту на рубли. Большая часть информации уже была восстановлена – процентов семьдесят пять, так точно. Посмотрев на процесс восстановления, я решил, что закончу работу дома. Если я и останусь здесь, больше информации от этого точно не восстановится. Захватив с собой ноутбук, я выключил свет и закрыл за собой мастерскую на ключ. После чего отправился в недалеко расположенное отделение банка. Обменяв там две купюры из десяти, я вернулся к своему старенькому Citroen.