Канашибари. Пока не погаснет последний фонарь. Том 1

Значит, то строение, в которое мы вошли, – это восточные хоромы, а напротив – западные[59]. Они представляли из себя два строения, растянувшихся с севера на юг. Между ними, перпендикулярно, располагался синдэн, спальный дворец, – центральная часть резиденции. Он обычно строился горизонтально с запада на восток. Соединялись противоположные хоромы и спальный дворец крытыми галереями без стен, только с низкими заборчиками.

Спустя примерно пять минут во внутренний двор прошли еще два человека. Теперь участников было двадцать, считая меня и Минори.

– Давно не виделись, Химэ, – услышала я за спиной знакомый голос и едва не вздрогнула от неожиданности. – Сказал бы, что рад тебя видеть, но предпочитаю не врать. Привет, Минори-тян. – Кадзуо обошел нас и нарочито галантно кивнул Минори.

Я хмуро посмотрела на него:

– Я тоже не люблю лицемерить. Так что, если не рады, идите и расстраивайтесь где-нибудь подальше.

– Хината-тян… – Минори пихнула меня локтем, и я хмуро глянула на нее.

Кадзуо, дернув уголками губ, все с той же холодной маской вместо лица шутливо поклонился и пошел дальше, по направлению к саду. В итоге во дворе собрались двадцать один человек.

– Хината-тян… ну зачем ты так? Никто не говорит тебе дружить с этим парнем, но и враги нам не нужны. Здесь и без того много опасностей.

Я промолчала. Возможно, Минори была права, но я, как и сказала, всегда была прямолинейной. И не из тех, кто мог промолчать в ответ на насмешку или оскорбление.

Я перевела взгляд на небо. Без множества огней, привычных в большом городе, оно было похоже на атласную ткань, усеянную кристаллами. Так красиво и так завораживающе…

– Через несколько минут начнется следующий кайдан. А пока что всех будущих героев истории просим пройти к абрикосовому дереву.

Минори, нервно сжав кулаки, посмотрела на меня. Я кивнула, и мы вместе пошли к высокому, стройному дереву. Все присутствующие поступили так же, однако в основном держались на отдалении друг от друга. Я заметила группу из четырех мужчин и одной женщины и парочку женщин среднего возраста, держащихся бок о бок. Остальные шли поодиночке: шесть мужчин и женщин разного возраста. Младше всех была долговязая старшеклассница в крупных круглых очках с тонкой золотой оправой и со стильным каре, а самым старшим – хмурый мужчина лет пятидесяти в поношенном костюме.

Мой взгляд зацепился за знакомую высокую фигуру в длинном темном плаще. Хасэгава тоже заметил меня и, приветливо улыбнувшись, слегка наклонил голову, так что его вьющиеся волосы упали на лицо. Я кивнула в ответ.

– Сегодня вас ожидает кэйдоро[60]. Это командная игра, поэтому просим всех присутствующих разделиться на две команды. У вас есть пять минут.

Кэйдоро. Игра полицейских против воров.

Я посмотрела на Минори. Бледная, с округлившимися глазами, она, не глядя на меня, грызла ногти – вредная привычка из детства, которую Минори, казалось, уже давно поборола.

Люди начали взволнованно озираться. Я стиснула зубы. Все-таки в этой игре мы будем соперничать с другими участниками… И в этом состязании нужны будут скорость и ловкость. Ни того ни другого не было у меня, зато было у Минори. Однако вдвоем нам не справиться. Как же привлечь на свою сторону сильных игроков?..

– Меня зовут Китано. Сейчас мы будем отбирать участников в свою команду, – раздался неподалеку громкий властный голос, и я поморщилась от звучавшего в нем высокомерия.

Говорил мужчина с покрашенными в блонд волосами. Он состоял в группе из пяти человек. Трое других мужчин держались чуть позади и изучали толпу. Женщина с тонким шрамом на щеке, одетая в майку и лосины, демонстрирующие плоский живот и сухие мышцы, с ухмылкой на лице наблюдала за происходящим. Все пятеро были стройными и подкачанными, будто познакомились в тренажерном зале. Возможно, так оно и было.

Вот к ним в команду точно захотят попасть все. И так как этот блондин заговорил первым, инициатива оказалась в его руках. Я с сожалением поджала губы, но все же понимала, что, начни я командовать, ко мне бы мало кто прислушался.

– Ты, ты и ты. И еще ты, – Китано, по всей видимости, лидер компании, указал на двух спортивного вида парней, высокую девушку чуть старше нас с Минори и на крепкого мужчину лет сорока. Тот с презрением посмотрел на блондина, проводящего отбор, но, оглядев оставшихся участников, молча подошел к своей новой команде.

– Так, еще один… – женщина, прищурившись оглядела оставшихся.

Одна из участниц, выскочив вперед, воскликнула:

– Возьмите меня, я занималась бегом и всегда была самой быстрой в школе!

– Когда это было, тридцать лет назад? Возьмите меня, я выносливый! – женщину оттолкнул тощий парень лет двадцати.

Женщина со шрамом не обратила на них ни малейшего внимания и, хищно улыбнувшись, показала на кого-то в толпе.

– Ты, – голос прозвучал вызывающе. – Давай к нам.

– Единственное, что я могу вам дать, – это направление движения. Но оно вам не понравится. – Губы Кадзуо изогнулись в улыбке, но в ней не было и намека на веселость. В его глазах я увидела лед.

Женщина раскрыла рот от удивления, а затем ее лицо искривила гримаса злости.

– Ну и подыхай с остальными, – выплюнула она.

– Нас девять, а должно быть десять, – произнес Китано. – Нужен еще один участник.

– Возьмите меня! Я профессиональная волейболистка! Наша команда была чемпионом Токио, а я капитан команды!

Китано прищурился, а затем одобрительно кивнул и довольно усмехнулся. Женщина, хитро улыбнувшись, призывно махнула рукой.

А я стояла и, не веря в происходящее, смотрела на Минори.

Вернее, на ее отдаляющуюся спину.

Сначала, услышав голос Минори, я даже не поняла, что заговорила она. Я совсем не ожидала подобного. А увидев, как Минори выпрыгнула вперед, нервно заламывая руки, испытала шок, как будто меня окатили ледяной водой.

Теперь же мне казалось, что кто-то ударил меня в живот и выбил весь воздух из легких. Грудь пронзила боль. Я могла лишь молча смотреть в спину удаляющейся… подруги и пытаться сделать хоть маленький вдох. Вдохнуть хотя бы каплю воздуха.

Минори остановилась и, оглянувшись, не встречаясь со мной взглядом, тихо произнесла:

– Пусть хоть кто-то из нас выживет. – Глубоко вздохнув, она высоко подняла голову и нарочито уверенно прошла к своей команде. К своей новой команде.

У меня защипало глаза, но я даже не пыталась бороться со слезами – знала, что их попросту не будет. Все мои слезы кончились, когда не стало брата.

Но, кто знает, возможно, мне стало бы легче, если бы было чем потушить жжение в груди.

Я почувствовала на себе чей-то взгляд. Повернув голову, встретилась глазами с Кадзуо. И тут же отвернулась. Не хватало еще показать свои чувства. Или нарваться на злорадство.

– Время на составление команд вышло. У нас есть две команды: одна из десяти и вторая – из одиннадцати человек. В меньшинстве будет команда кэй, полицейских, в большинстве – команда доро, воров.

– Вам это не поможет! – насмешливо выкрикнул один из друзей блондина, а остальные рассмеялись.

Минори, оглядываясь на членов своей команды, неуверенно улыбнулась.

Голос из ниоткуда, звучавший несколько театрально, продолжил:

– Полицейские сумели заключить под стражу банду известных воров. Однако тем удалось сбежать, и теперь лучшие силы полиции брошены на поимку беглецов.

Теперь о правилах игры.

Сначала все воры получат время на побег. Затем полицейские начнут их искать. Чтобы арестовать вора, полицейский должен схватить преступника за оба запястья, неважно, одновременно или подряд, имитируя наручники.

Свободные участники команды доро могут спасать своих союзников из тюрьмы. Для этого им необходимо также обхватить пальцами запястья заключенного. Те воры, что не были арестованы, могут свободно заходить на территорию тюрьмы и покидать ее, если только сами не попадутся полицейским. Воры могут оказывать сопротивление при аресте. Однако они не являются особо опасными преступниками, а потому полицейским запрещено убивать воров при сопротивлении аресту. За нарушение этого правила участники команды кэй будут дисквалифицированы.

Воры, несмотря на то что еще никогда не совершали таких тяжких преступлений, могут убивать полицейских. Однако в таком случае эти участники команды доро становятся особо опасными преступниками и полицейские получают право убивать их при сопротивлении.

Я невольно приподняла бровь. Мне даже в голову не пришло, что в этой истории – вообще в каком-либо из кайданов – люди будут убивать друг друга.

Возможно, и других бы подобная мысль даже не посетила. Однако теперь она посеяна в сознании участников. А люди, борясь за собственную жизнь, способны на многое.

– Для того чтобы одержать победу, команда кэй должна успеть заключить под стражу всех воров. А команде доро для победы нужно, чтобы хотя бы один участник продержался до конца игры. Она завершится с первыми лучами солнца.

– А где тюрьма? – громко спросила женщина со шрамом, смотря вверх, как будто тот, кто зачитывал правила, сидел где-то над нами.

– Обратите внимание на фонари торо[61]. Всего их двадцать четыре, по шесть на каждую «стену», ограничивающую территорию тюрьмы. Сейчас во всех торо горит огонь, однако с приближением рассвета каждые пять минут будет гаснуть пламя в одном фонаре.

Двадцать четыре торо, по одному на пять минут игры… То есть нам нужно будет продержаться два часа. С одной стороны, это так долго для того, чтобы бегать и скрываться. Но, с другой стороны, если нас будут быстро отлавливать, останется больше времени на спасение участников.

Вот только самое опасное – это если поймают всех. Тогда никто не сможет нас освободить. И так мы можем проиграть за первые пять минут…

Здесь таилась и другая опасность – страх и эгоизм. Если мои новые союзники окажутся таковыми лишь на словах и будут слишком бояться возможности быть арестованными, они не пойдут никого спасать.

И мы проиграем.

– Сейчас у вас есть десять минут перед началом игры, чтобы познакомиться с вашими командами. Затем ворам будет дано еще десять минут на побег. Затем полицейские смогут начать поиск преступников. Во время игры мы будем объявлять о прошедшем времени каждые пятнадцать минут.

Время пошло!

Я посмотрела на своих новых союзников. Тощий нервный парень, женщина с завитыми волосами, которая раньше, по ее словам, занималась бегом, мужчина лет пятидесяти в поношенном костюме, девушка-старшеклассница в круглых очках и с каре, парень лет двадцати пяти достаточно спортивного телосложения с перебинтованными руками, молодой человек в кепке задом наперед, который был явно слабоват, полноватая женщина лет тридцати пяти, мужчина лет тридцати пяти в качественном спортивном костюме, Хасэгава и Кадзуо.

Я махнула рукой, призывая их подойти ближе. Видимо, от волнения и страха ни у кого это не вызвало недовольства. Нужно было брать инициативу в свои руки, так как доверять я могла здесь лишь себе и полагаться на чужой план или на то, что кто-то его предложит, не хотела.

– Для того чтобы выиграть, нам нужен план, – мрачно начала я. – Просто убегая и прячась, мы не победим, они нас переловят в самом начале игры.

– И что ты предлагаешь? – нервно фыркнул тощий парень, стремившийся попасть во вторую команду. Он то и дело кидал завистливые взгляды на наших соперников.

– Предлагаю раскинуть мозгами, – огрызнулась я.

Видимо, в каждом кайдане были люди, которые думали, что им кто-то что-то должен.

Помолчав пару секунд, я продолжила:

– Для начала надо договориться, что мы обязательно будем совершать набеги на тюрьму, чтобы спасать своих. – В глазах большинства промелькнули страх и неуверенность – вряд ли все собирались рисковать сами. Я едва сдержала презрительный вздох и решила добавить веса своим словам. Мотивации для своих… союзников. – Если мы будем думать только о себе, нас переловят и некому будет с заключенных снять наручники. И тогда мы все умрем.

Судя по изменениям в лицах, этот аргумент сработал, по крайней мере частично.

Кто-то активно закивал головой, кто-то остался невозмутим, кто-то начал нервно заламывать руки и теребить одежду. Но пока все молчали.

– Я предлагаю следующее. По одному идти спасать своих – это плохой вариант. Необходимы, думаю, трое. Один должен отвлекать – им будет самый ловкий и быстрый из тройки. Два других спасать. В подгруппе будет четыре человека. Про запас, если вдруг кто-то окажется в тюрьме. Нас одиннадцать…

– Меня не считай, я в этом участвовать не буду, – ровным тоном произнес Кадзуо.

Я увидела, как весело усмехнулся Хасэгава и, натягивая на длинные пальцы черные перчатки, бросил на Кадзуо взгляд, в котором я заметила любопытство.

Я, никак не реагируя на слова Кадзуо, продолжила:

– Разделимся на три подгруппы: кто-то будет участвовать несколько раз. Так вот, этими подгруппами мы встречаемся сначала через полчаса после начала кайдана, затем еще через полчаса и затем за пятнадцать минут до конца истории. Если вдруг ваша команда вся в тюрьме – убегайте. Такая попытка спасения провалена. Если это произойдет за пятнадцать минут до конца – тем более. В последние минуты задача только одна – чтобы хотя бы один человек остался на свободе. Есть возражения?

Никто ничего не ответил.

– Тогда первая команда: ты, ты, ты и я. – Я указала на взрослого мужчину, старшеклассницу и парня в кепке. – Вторая команда: ты, ты, ты и ты. – Теперь я выбрала женщину с волнистыми волосами, полноватую женщину, парня-спортсмена и тощего парня. – И третья команда: ты, ты, ты и я. – В конце я решила выбрать Хасэгаву, мужчину в спортивном костюме и по второму разу парня-спортсмена и себя. Самой сильной должна быть последняя подгруппа. Я к самым сильным не относилась, зато точно могла на себя положиться. – Все согласны? Запомнили?

Парень с перебинтованными руками серьезно кивнул, старшеклассница безразлично пожала плечами, парень в кепке весело улыбнулся, тощий парень скривился, но промолчал.

– Это то, что касается спасения. Нам нельзя ходить четверками, это слишком опасно. Договоритесь, где будете встречаться. Та команда, которая будет спасать заключенных первой, давайте встретимся у забора за синдэном, центральным зданием, это место дальше от тюрьмы… Последняя группа, давайте встретимся на углу восточной галереи, в месте соединения синдэна и восточного тая.

– Почему не западного? – уточнил мужчина в спортивном костюме.

Он явно воспринимал мои слова всерьез и о чем-то задумался, окинув взглядом территорию.

– Потому что восточная часть отсюда просматривается хуже благодаря дереву.

Мужчина вновь оглянулся и, увидев раскидистое дерево с изящными ветками, кивнул. К сожалению, такие ветви не сильно ухудшали обзор, но это было лучше, чем ничего.

Примечания редакции