Возвращение Чернобога

Внезапно ей пришла мысль, что, возможно, Кощей наконец-то нашёл себе пассию, и теперь, возможно, отстанет от неё. Она не сдержала улыбки облегчения. Ей очень, очень хотелось в это верить. Тем не менее, она предпочитала не рисковать.

Из всех возможных мест её занесло на этаж бухгалтерии. Даже лучше – вряд ли Кощею придёт в голову искать её именно здесь. Этаж бухгалтерии был, пожалуй, самым неволшебным во всей башне, даже несмотря на то, что здесь работало немало русалок и чертовок. Большую часть площади занимали просторные комнаты, где множество сотрудниц вели всю отчётность корпорации.

Внешне этаж мало чем отличался от любой другой бухгалтерии мира: стопки бумаг и отчётов на полках, столах и подоконниках, сотрудницы в стильных платьях и костюмах, модные причёски и оживлённые разговоры, ароматические палочки, дорогие масла и растения в горшках.

Как и большинство бухгалтерий мира, эта представляла собой чисто женский коллектив. Как и в большинстве чисто женских коллективов, именно здесь, на этом этаже зарождались самые дикие слухи в корпорации. Здесь суровому обсуждению подвергались всё и вся: кто во что одет, кто где выходил в город, кто кому улыбнулся и кто кого любит. Естественно, особенно активно обсуждали "загадочную" Лену Шарф: появилась из ниоткуда, чуть не погибла, и тут же заняла столь высокую позицию в иерархии. Кем она на самом деле приходится Чернову? Сколько раз и как она его ублажила, сколько раз и как он её обломал? Когда они поженятся, разведутся, родят ребёнка и когда же, наконец, Ленину высокую позицию займёт новая фаворитка предпринимателя?

В настоящее время разговоры, конечно же, были сосредоточены на подготовке к Карачун-балу: платья, туфли, причёски, украшения, макияж. Но Лена не обольщалась: стоит кому-то её заметить, как Карачун-бал временно потеряет все свои позиции в их внутреннем рейтинге. Чтобы избежать лишних разговоров, Лена свернула в сторону Архива. К тому же, у неё появилась идея, как можно найти нужные ей ответы без привлечения столь занятого генерального директора.

Архивом ведала очень интеллигентная домашняя кикимора. Первое время Лена опасалась эту архивариуса, не зная, чего ожидать от домашней кикиморы после своего опыта с её болотными сородичами, однако опасения были излишними. Кикимора оказалась крайне приятной собеседницей и очень исполнительной сотрудницей. В вотчине кикиморы царил идеальный порядок: ни пылинки, ни паутинки. Современные лампы дневного света мирно отражались от лакированных столов, а чёрные хромированные стеллажи чёткими рядами заполняли всё помещение архива. Единственным “нарушением” идеального порядка был запах старой бумаги, который наполнял воздух. Кикимора как-то призналась Лене, что ей просто очень нравится этот запах.

– Елена Андреевна, чем обязана редкой гостье? – сухонькая глазастая старушка с носом, похожим на торчащий сучок, и соломенными волосами, собранными в тугую кичку на макушке, радостно улыбнулась Лене.

– Здравствуй, – ответила девушка. – Прости, я без подарков, сама не ожидала, что зайду.

– Лена, ты и так меня забаловала уже. Чем могу помочь? – кикимора ласково потрепала девушку по плечу.

– Мне бы отчёты по расходам трёхлетней давности, – в ужасе замирая от предвкушения страшных разоблачений попросила Лена.

– Очередная проверка? – миролюбиво спросила архивариус.

– Не совсем, мне нужно кое-что сверить, – уточнила девушка.

Кикимора всегда отлично помнила, где что хранится, и потому коробка с нужными отчётами быстро появилась на столе перед Леной.

– На этом пока всё, благодарю тебя, – сказала Лена и погрузилась в чтение. Она задумчиво просматривала отчёт за отчётом, надеясь, что успеет до того, как её найдёт Кощей.

– Если ты ищешь что-то конкретное, я могу облегчить тебе задачу, – предложила кикимора.

– Оно и конкретное, и не очень, – призналась Лена, вспомнив, что у их архивариуса действительно была абсолютная фотографическая память. Кикимора тепло и выжидающе уставилась на неё.

– Мне нужны разовые выплаты третьим лицам с неясным назначением платежа. Например, за оказание консультаций или что-то в этом роде. Или необычные пожертвования. Что-то, что не укладывается в обычную деятельность корпорации.

– Да, я припоминаю, что тогда и правда было несколько таких странных операций. Я даже негодовала, зачем это нужно. Они слишком выбивались из общего порядка, – задумчиво проговорила кикимора, на время прикрывая свои огромные глаза. – Вот, например…

Скоро перед Леной оказались нужные документы и доказательства. Она получила ответы на свои вопросы. Они лежали перед ней, увековеченные чёрным по белому и со всеми обоснованиями и сопутствующими документами.

Там был, например, чек на выплату немалой суммы нотариусу города Москвы Лилии Скворцовой за консультации по наследственным делам и накладная на передачу ей яблочка на блюдечке в количестве одной штуки. Лена как сейчас помнила, как душевно к ним с братом отнеслась та нотариус, как охотно помогала и даже как за ручку довезла до дачи дедушки. А потом, как и сказал Кощей, действительно ткнула носом в подвал. В случае с Лилией Лена хотя бы уже знала, что та их продала. Теперь Лена знала и стоимость её особых услуг.

Накладная на поставку нескольких ящиков дорогих коллекционных вин для Царя Морского её удивила больше. До сих пор Лена была свято уверена, что спасением своей жизни в реке была обязана исключительно Велесу.

А вот договор, по которому ряд колхозов обязались периодически предоставлять коров для нужд Змея Горыныча в обмен на компенсацию от корпорации, не удивил – слишком вовремя Змей Горыныч появился у Бабы Яги и слишком легко согласился ей помочь.

Впрочем, своих друзей она винить ни в чём не могла: они не знали её, когда соглашались помогать Кощею, а впоследствии все стали её друзьями и даже помогали, кто делом, а кто советом, причём совершенно бесплатно.

Главной “уликой” оставался указ лесного хозяйства о переводе ряда лесов вдоль Можайского шоссе, по которому она ехала в Москву, в статус заповедников дикой природы с запретом на охоту и вырубку леса даже на дрова. В той же папке лежал указ заместителя Кощея, того самого тощего очкарика с портфелем, о передаче магического артефакта "скатерть самобранка" и пищевого продукта "шоколадные шарики" во владение Елены Андреевны и Яна Андреевича Шарф, исполнителем которого назначался товарищ Леший. С этим она могла бы идти прямиком к Кощею и…

Честно говоря, она и сама не знала, что потом. То, что ей казалось хоть и не всегда лёгким, но всё же приключением, на самом деле было тщательно срежиссированным способом привести её туда, куда ему было нужно. Это осознание больно било по самолюбию.

– Всё хорошо, дорогая? – сочувственно спросила кикимора. – Я могу как-то помочь?

– Похожих накладных, договоров или чего-то подобного с Бабой Ягой ты не припомнишь? – сдавленно спросила Лена, едва сдерживая слёзы в голосе.

– Нет, дорогуша, такого точно не было! Быть не могло! – улыбнулась архивариус. – Чтобы Яга с Кощеем хоть раз ещё подписали договор! Ни в жизнь не поверю! Я, честно говоря, удивилась, когда она с Велесом на ваш ритуал пришла.

– Ты знаешь?… – изумилась Лена.

– Обижаешь! – с гордостью в голосе сказала домашняя кикимора и улыбнулась. – Как Чернобог наш повелитель в Нави, так Кощей в Яви!

Лена осеклась и с подозрением взглянула на кикимору. Настолько явного и неоспоримого подтверждения слов Сивки-Бурки она услышать не ожидала. Ох, и влипла же она! К сожалению, расспросить архивариуса подробнее ей не удалось.

– Лена, вот ты где! – по голосу Кощея невозможно было понять его эмоции. Кощей выглядел взъерошенным и слегка запыхавшимся, его рубашка оставалась расстёгнутой. Он дышал ртом и не моргая смотрел на Лену, задумчиво почёсывая подбородок. Кикимора почтительно встала и склонила голову, подтверждая свои недавние слова.

– А где я должна была быть? – с вызовом уставилась на колдуна Лена.

– Бегать по этажам было явно лишним, – пробормотал Кощей, приглаживая вихры. Потом наигранно жалостливо добавил: – Пожалела бы старика.

– Я не хотела вам мешать, – мягко пояснила Лена. Кикимора довольно быстро оценила как интонацию, так и ситуацию, и с сухим хлопком растворилась в воздухе.

– Ты не должна была это видеть, – признался Кощей, устало плюхнувшись на соседний стул и массируя виски.

– Я рада, что я это увидела. Теперь я знаю, что у тебя наконец нашлось, куда "стравить гормоны", как ты говоришь, и ты, наконец, оставишь меня в покое, – Лена натянуто улыбнулась. Колдун испытующе посмотрел на девушку. Его взгляд, как и всегда, оставался совершенно непроницаемым.

– Я не могу оставить тебя в покое, и ты это знаешь. Мы связаны.

– Тебе эта связь совершенно не мешала сегодня! – Лена откинулась на спинке стула и гордо скрестила руки на груди.

– Этому не бывать, – тихо отрезал Бессмертный.

– Какой же ты самовлюблённый гад!

– И социопат, и величайшее зло… Лена, когда ты уже смиришься? Ты сама и добровольно ко мне пришла…

– Возможно, когда ты перестанешь манипулировать, – ответила Лена. – Я нашла все доказательства. Неужели так было необходимо заколдовывать Яна?

– Я от тебя этого и не скрывал. К тому же, твоего брата я всё равно расколдовал обратно, – пожал плечами Кощей, – а заодно узнал, чего ты стоишь.

– И чего же я стою?! – Лена снова почувствовала, как начинает закипать. Как он каждый раз умудрялся выводить её из себя! До пара из ушей и до желания громить и крушить всё, что под руку попадётся. Мысленные диалоги с ним у неё получались логичными и конструктивными. А вот на деле каждый раз что-то шло не так.

– Меня. Ты достойна меня, – чарующе улыбнулся мужчина.

При виде позы её собеседника, почти полулёжа на стуле, с широко расставленными ногами, совершенно расслабленной спиной и почти невинным взглядом исподлобья Лена почувствовала ещё более жгучее желание разнести в клочья всё, что её окружало. Огонь вновь заструился от её позвоночника вниз по рукам, собираясь пока что маленькими искорками на кончиках пальцев. Девушка глубоко вздохнула и выдохнула. Нельзя. Архив. Кикимора не простит. При всей внешней интеллигентности, мстить кикиморы умеют и любят. Да и не заслужила архивариус страдать из-за какого-то там воплощения Чернобога в Яви.

– Как же мне всё это надоело! – прорычала Лена, вскакивая и направляясь к выходу из архива. – Ты создаёшь проблемы, чтобы потом геройски их решать, манипулируешь, контролируешь каждый шаг и вздох!

– И тебе это нравится, – заметил Кощей, вставая и медленно следуя за ней к выходу.

– Вот ни капельки! – девушка с грохотом захлопнула дверь архива прямо перед носом Кощея. Тот успел отшатнуться в последний момент.

– Ну, ты же ещё здесь, – он невозмутимо открыл дверь и последовал за ней.

– Я здесь не ради тебя, а ради Аномалии! Но раз дело сделано, наверное, могу и уволиться!

Кощей каким-то неуловимым глазу образом внезапно оказался совсем рядом, и, прижав Лену спиной к холодной стене, наклонился прямо к её уху.

– Не можешь!

Лена порывисто выдохнула и чуть не застонала от досады. Их сцена разворачивалась на глазах у всей бухгалтерии, которая жила и питалась исключительно сплетнями. О, эта сцена будет ещё долго её преследовать, с каждым витком обрастая всё новыми домыслами. Кощей Бессмертный тоже заметил благодарных зрительниц и криво улыбнулся. Ему явно нравилось обилие зрителей. Он снова наклонился к её уху и еле слышно прошептал:

– А представь, что там, наверху, на её месте могла бы быть ты!

– Не могла! – девушка обогатила свой ответ выбросом чистой энергии. Кощея с силой впечатало в противоположную стену коридора, проминая гипсокартоновое перекрытие. Сотрудницы бухгалтерии принялись испуганно ахать, охать и гомонить. Теперь её точно будут обсуждать больше, чем предстоящий бал. Но, какая к чертям разница!

– Чтоб ты сдох! – крикнула она на прощание и ураганом покинула этаж.

– Всё в твоих руках, – пробормотал Кощей, криво усмехаясь. Затем он поправил так и не застегнутую рубашку, осторожно покрутил головой, разминая шею и обвёл взглядом собравшихся сотрудниц. Пожалуй, особенно сейчас любая из них была бы более, чем счастлива выполнить любое его желание, каким бы оно не было. Только толку ему от них.

– Работаем, девушки, работаем! – без особого внимания к окружающим произнёс он и, не дожидаясь реакций, вышел из отдела. В этот раз он решил не преследовать Лену. Хотела свободы – пусть насладится! Сегодня пятница, к понедельнику, небось, вернётся.

Лена, не останавливаясь, вбежала в свои апартаменты. Она быстро бросила в рюкзак скатерть-самобранку с путеводным клубком, запасное бельё и мелочи, которые могут пригодиться в пути. Накинула тёплые зимние ботинки и куртку, запихнула в просторные карманы варежки, шапку и шарф и помчалась к вертолётной площадке.

– Леночка, ты уже нас покидаешь? – спросила какая-то коллега, неожиданно преградив ей путь. Первым, что Лена увидела, были изящные туфельки на невероятно высоких шпильках, которые она недавно заметила на уровне головы Кощея. Лена с интересом подняла взгляд, чтобы рассмотреть обладательницу обуви – таинственную пассию Кощея, о которой ей не полагалось знать.

– Марина! – воскликнула Лена со смесью удивления и досады, что не догадалась раньше. Марина была из тех редких коллег, которые не принимали Лену и пытались это всячески подчеркнуть. Яркая брюнетка, работающая начальником отдела безопасности, имела полное досье на Лену.

– Ты чем-то удивлена? – покровительственно приподняла бровь Марина, намекая, что знает о том, что Лена их застала, и этому рада.

– Знаешь, нет, – неожиданно тепло улыбнулась Лена, – я счастлива! Теперь могу валить с чистой совестью, зная, что наш директор в надёжных руках… и ногах!

Выражение превосходства на идеальном лице безопасницы сменилось крайним удивлением, но Лена не стала дожидаться ответа. Обойдя Марину, она поспешила к вертолётной площадке. Там теперь останавливался Змей Горыныч, если по каким-то причинам он прилетал в Москву. Как, например, сейчас.

– Ребята! Какие у вас планы на ближайшие пару дней? – спросила она.

– Таких вопросов просто так не задают! – хмыкнул Левый.

– Особенно она, – поддержал Правый.

– И правда, что-то задумала! – добавил Средний.

– И задумала! – не стала отнекиваться Лена. – Развеяться и отправиться на новое приключение!

– А можно я заранее буду за! – воскликнул Правый. – Мы слишком скучно живем в последнее время!

– Самобранка с собой? – строго спросил Левый, подозрительно прищурившись.

– Обижаешь! – девушка похлопала рукой по рюкзаку.

– Вперёд за приключениями! – закричал Правый, радостно запуская в воздух струю огня. К счастью, видом трёхголового змея, гостящего на башне Москва-Сити, уже никого было не напугать.

Они взмыли в воздух, сделали круг почёта и направились на запад за Кристианом.

– Лена, а ты знаешь, что ты у нас Колобок? – ехидно спросил Средний.

– Это почему? – Лена уже знала, что Колобок – это русская версия пряничного человечка, представляющего собой лишь голову без туловища, и поэтому неспособного повеситься.

– Ты от Велеса ушла… – нараспев произнес Средний, напоминая о событиях трёхлетней давности, – от Кощея ушла…

Лена и две другие головы Горыныча дружно обернулись к вертолётной площадке, где действительно возвышалась долговязая мужская фигура. Кощей смеялся. "Дал ей палец, откусила по локоть!" – пожаловался он самому себе, признавая, что такого развития событий не предусмотрел.

– И только от Змея Горыныча никуда не уйдёшь! – завершил Левый, – пока вкусняшками не накормишь!