Галкино счастье

Глава 1

Грузно опустившись на кровать, Галина Николаевна рефлекторно поправила задравшийся уголок серого, застиранного покрывала, а потом задумчиво посмотрела на свои (во что до сих пор трудно было поверить) пальцы-сосиски.

Нет, сама она тоже не была тростиночкой, но ее прошлому телу до этого было ой как далеко. Тут и без весов было понятно, что цифра совершенно точно перевалила за отметку девяносто. Хорошо если не за сотню.

Вздохнув, она огладила выпирающий далеко вперед живот. Поначалу Галина даже подумала, что это тело в положении, но не до конца сформировавшуюся бурю эмоций, поднявшихся в душе, смела уверенность, что это не так.

Ее давно покойный муж в прошлом никогда не жаловался на тот десяток лишних килограммов, с которыми Галина Николаевна с годами перестала бороться. Смысл, если ничего не помогало? Виктор говорил, что никогда не был слепым и отлично видел, за кем начал ухаживать. Ему нравилась ее пышная грудь, мягкий живот и милые ямочки на щеках.

Ямочек у этого не было, зато в наличии имелся второй подбородок, весьма пухлые руки, живот-барабан, слабость и противная одышка.

Она не знала, почему размышляла о такой несущественной вещи, как лишний вес. Наверное, таким способом сознание пыталось защитить владельца от шока. Не каждый день просыпаешься не в своем теле. А что тело не свое, Галина Николаевна поняла довольно быстро. Сложно не понять, когда перед глазами маячат чужие руки.

Необычность происходящего она заподозрила сразу, как проснулась. С годами различные болячки постоянно напоминали о своем наличии. Галина уже и забыла, когда в последний раз просыпалась без головной боли и ноющих суставов. Именно поэтому «тишина» в теле стала для нее сюрпризом.

Стоило ей открыть глаза, как мысли о странном поведении тела отошли на второй план. Она находилась где угодно, но только не в своей комнате. По крайней мере, не так давно отремонтированный потолок в двухкомнатной квартире на втором этаже совсем еще нового здания не мог выглядеть как тот, который Галина Николаевна рассматривала несколько долгих минут.

Когда она была маленькой, родители часто оставляли ее на лето у бабушки с дедушкой. Она отлично помнила, что в сарае со скотиной потолок был примерно таким же – темно-коричневые балки и грубо оструганные доски. Невооруженным глазом было видно, что потолок этот положен давно и с тех времен никто даже не думал обновить подгнившее.

Оторвав взгляд от потолка, Галина Николаевна огляделась по сторонам. Грубая каменная кладка подтвердила мысль, что уютная квартира осталась в прошлом.

Тяжело вздохнув, она откинула одеяло и села. Паники не было, лишь недоумение и легкий испуг. А еще интерес. Галина всегда была любопытной – сначала девочкой, потом девушкой, а затем и женщиной. Всю жизнь она старательно контролировала в себе это чувство, понимая, что до добра излишнее любопытство не доведет никого. Все должно быть в меру. Именно так она любила повторять.

Несомненно, ситуация, в которой она оказалась, выходила за грань понимания, но это еще не повод впадать в истерику. Для начала следовало понять, что произошло и как это случилось. А потом уже можно будет думать, стоит ли пугаться еще сильнее.

В том, что тело чужое, не было никаких сомнений. Ее руки всегда были изящными, несмотря на лишние килограммы. Нынешние были больше похожи на пухлые белые булочки. Да и грудь заметно отличалась. В большую сторону. Про живот, отчетливо выдающийся вперед, и говорить не стоило.

Разобравшись с этим, Галина Николаевна поднялась в постели, сразу обратив внимание на то, как тяжело ей далось это простое, по сути, движение. Голова слегка закружилась, а легкие сжались, словно вдруг перестало хватать кислорода. Неприятное чувство.

Дождавшись, пока все не придет в норму, она принялась осматривать комнату. То, что представало перед ее взглядом, многих могло вогнать в депрессию.

Обстановка намекала на крайнюю нищету. И не только.

За свою жизнь Галине доводилось бывать в разных местах, но эта комната выглядела так, будто выпрыгнула откуда-то из средневековья.

Грязные полы были засыпаны травой. Односпальная кровать, стол и стул имели такой вид, словно их выстругивали топором, даже не подумав затем пройтись для гладкости рубанком.

Окно справа от кровати было заделано чем угодно, но не стеклом. Хорошо еще, что свет этот материал худо-бедно пропускал. Слюда? Бычий пузырь?

Вместо шкафа – потертый сундук, сиротливо притулившийся у стены слева от кровати. Он заметно отличался от всего остального, отчего казалось, что его принесли сюда из более богатого дома.

Рядом, кстати, обнаружилась тумбочка с деревянным ковшиком и тазиком. На полу стоял кувшин с водой.

Вернувшись к кровати, Галина заправила ее, рассматривая потертую грубую ткань. После села, чувствуя легкую слабость, накатившую даже от столь нехитрых действий.

Происходящее было слишком реалистичным. У нее не возникло и мысли, что это все могло ей сниться. Галина Николаевна не сомневалась в своем разуме, поэтому была полностью уверена, что смогла бы распознать сон. Никогда до этого она не путала сновидения с явью.

Если не сон, значит ли это, что она каким-то образом попала в прошлое? Не слишком ли фантастично для ее обычной, ничем не примечательной жизни? В конце концов, в подобные истории чаще всего попадают исключительные люди. Вполне возможно, все это простая ошибка.

С одной стороны, это успокаивало.

Галина Николаевна была полностью довольна своей жизнью. Конечно, возраст уже сказывался, но она искренне верила, что люди, ставящие на себе крест после выхода на пенсию, совершенно точно делают это зря.

Понятно, что на нынешние выплаты не сильно разгуляешься, да и на лекарства уходило много финансов, но плюсы у такого возраста тоже были. Одним из них являлось свободное время. Она, наконец-то, могла делать то, что хотела. Работа и многочисленные связанные с ней проблемы остались в прошлом. Да и дети выросли и стали самостоятельными.

Одиночество никогда не угнетало ее. Правда, об этом Галина узнала только после того, как осталась совершенно одна. Поначалу было жутковато, все время не хватало присутствия мужа рядом, но со временем привыкла.

Ничего экстремального она на пенсии не делала, оставив безумства более эксцентричным личностям. В ее увлечения затесалось чтение, просмотр фильмов, выращивание различных цветов, трав, овощей на даче. Дача, кстати, была небольшой, купленной исключительно для того, чтобы проводить немного времени за пределами квартиры, рядом с природой.

С другой стороны, разочаровывало.

Если предположения верны, то за пределами помещения ее ждал целый новый мир. Разве это не увлекательно? Правда, все могли испортить проблемы, которые, по сути, лично к ней не имели никакого отношения, но многое можно решить, за исключением смерти. Вот с ней спорить довольно трудно.

Кроме того, ее новое тело, хоть и имело явные проблемы с лишним весом и здоровьем – связанным, как догадывалась Галина Николаевна, тоже с ним, – все-таки было гораздо моложе, чем прошлое. Об этом свидетельствовала идеально ровная и нежная кожа на руках.

Подумав о детях и внуках, Галина чуть нахмурилась. Если она останется здесь, то с большой долей вероятности никогда их больше не увидит. Это удручало. Конечно, в последние годы они встречались все реже и реже, но это не значит, что они о ней забыли. Навещали при каждом удобном случае, звонили хотя бы раз в неделю.

Решив не загадывать далеко, Галина Николаевна снова поднялась. Нужно было найти хоть какую-нибудь одежду. Она сомневалась, что можно выйти за пределы комнаты в белом платье до пят, похожем на ночную сорочку.

Не успела она сделать и шага в сторону сундука (казалось логично, что одежда будет храниться именно в нем), как дверь открылась и на пороге возникла пожилая женщина.

Увидев Галину, она замерла с приоткрытым ртом, будто чему-то сильно удивилась, а потом нахмурилась, опуская взгляд вниз.

– Ох, милая, ты почему встала так рано? – запричитала женщина.

Невысокая, чуть полноватая, с простым и добрым лицом, она вызывала доверие. Галина Николаевна слегка сжала губы. Раньше за ней не водилось столь быстрого принятия.

Не сказать, что она была недоверчивой, но, как и любой человек, относилась к чужим людям со здоровым подозрением. Хотя бы до тех пор, пока они не станут знакомы. Возможно ли, что эти чувства не ее, а девушки, которая обладала этим телом прежде?

Кажется, ответа от нее не ожидали. Женщина прошла к столу и поставила на него поднос, а после развернулась и подошла ближе. Аккуратно взяв Галину под локоть, она повела ее к кровати.

– Не стоило вставать, дорогая, – проворковала она. – Полы здесь такие холодные и грязные совсем.

На этих словах она подозрительно всхлипнула.

– Ох, бедная моя госпожа, – тихо выдохнула женщина, буквально заставляя Галину Николаевну сесть.

Та не торопилась что-то говорить, просто наблюдала за происходящим, надеясь для начала хоть что-то узнать.

– Сейчас мы тебя причешем, – справившись с эмоциями, произнесла женщина, вытирая краем юбки глаза, – а потом покушаешь. Хорошо?

Галина вместо ответа кивнула. Она не понимала, почему незнакомка разговаривала так странно. Создавалось впечатление, словно она общается не со взрослым человеком, а с кем-то неразумным.

Нехорошие подозрения закрались в душу и прочно там поселились. Возможно, проблем будет чуть больше, чем казалось изначально.

Окинув женщину взглядом, Галина Николаевна вздохнула. Первые впечатления об этом месте подтверждались. Ее гостья была одета так, будто люди за пределами этой комнаты не знали об электричестве, машинах, интернете и прочих благах цивилизации. Подобные одеяния она видела только в исторических фильмах.

Пока она размышляла обо всем, женщина достала откуда-то из-за пазухи гребень и села на кровать.

– Повернись немного, – попросила, погладив Галину по пухлой руке.

Она не стала сопротивляться, сев так, чтобы женщине было удобно ее причесывать. До этого момента ей было не до волос, но, судя по всему, ей достались длинные косы. Женщина сначала расплела их, потом медленно и тщательно расчесала и заплела.

– Вот и готово, – довольно произнесла она. – А теперь надо умыться, – голос ее стал чуть строже. – И не капризничай. Умываться надо.

Галина Николаевна удивленно вскинула брови. Благо, что в этот момент она смотрела на стену, так что ее мимика осталась незамеченной. Еще раз взглянула на свои руки. Они явно принадлежали взрослой девушке.

– Сегодня на завтрак твои любимые булочки, – голосом искусителя произнесла женщина и по-доброму засмеялась.

Булочки? Галина вздохнула. По ее мнению, это тело само выглядело как белоснежная булочка.

Булочки оказались не такими, как она ожидала. Сама Галина в прошлом старалась не злоупотреблять подобной едой. Во-первых, все, сделанное из муки, превосходно липло к ее бокам, делая их слишком пышными. Во-вторых, из-за подобной еды у нее всегда поднимался сахар, а это было совсем не здорово.

Здешняя сдоба явно была сделана из муки грубого помола, отчего напоминала цельнозерновой хлеб. Причем вкус оставлял желать лучшего.

– Что-то ты сегодня молчаливая, – посетовала женщина.

Галина уже хотела хоть что-нибудь сказать (молчание и правда сильно затянулось), но в этот момент заметила острый взгляд, который совершенно не вязался с добродушным лицом.

Слова застряли в глотке. Галя закашлялась.

– Ох, милая, осторожнее, – заворковала теперь уж точно подозрительная особа. Вопреки заботе, отчетливо слышимой в словах, женщина осталась на месте, даже не думая подходить к подопечной и как-то ей помогать.

Справившись с кашлем, Галина отпила из глиняной кружки и едва подавила в себе желание поморщиться. Питье тоже оставляло желать лучшего.

– Неужто сон плохой приснился? – спросила спустя некоторое время пришедшая.

Галина Николаевна, чуть подумав, кивнула и вздохнула более громко и наигранно. Такой ответ явно устроил женщину. В комнате воцарилось молчание.

Не зная, как себя вести, Галина торопливо жевала, пытаясь придумать хоть что-то. Она не доверяла никому, не понимала, какого поведения от нее ждали, но, судя по тому, как была спокойна женщина, все пока не так плохо.

А ведь у этого тела вполне могли иметься родственники. От этой мысли Галина даже на короткий миг замерла. Она понимала, что близких людей обмануть не получится. Это только кажется, что можно взять и просто заменить одного человека другим. На самом деле, каждый уникален. Мелкие привычки, особенность улыбки, мимики, свойственные только этому человеку движения – язык тела может сказать очень многое. Близкие люди подсознательно считывают это и, если произойдет подмена, обязательно заметят.

– Закончила? – выдернул ее из размышлений голос. Галя опустила взгляд на свою руку, понимая, что съела хлеб, даже не заметив. – А теперь поспи.

Она вскинула взгляд на женщину. Поспать? Но разве сейчас не утро? С таким распорядком дня неудивительно, что девушка так раздобрела.

– Не хочу, – произнесла Галина Николаевна. Это были ее первые слова в этом месте, и прозвучали они довольно капризно. Она сама не ожидала, что получится именно так.

– Надо, милая, – терпеливо проворковала женщина. – Еще очень рано. Ты слаба. Тебе нужно набираться сил.

Неужели девушка чем-то болела? Галя прислушалась к себе. Слабость, конечно, присутствовала, но ее можно было списать на то, что это тело не привыкло слишком много двигаться, поэтому любое движение приносило дискомфорт.

Немного подумав, она решила не спорить. Женщина, судя по ее виду, осталась полностью довольна таким поведением.

Забравшись на кровать, Галина накрылась тонким одеялом, от которого пахло пылью и затхлостью. Она внимательно проследила, как женщина подхватила поднос и вышла, даже не взглянув лишний раз на подопечную. Это убедило Галю, что женщина не ожидает от девушки непокорности. Подобное могло значить, что бывшая хозяйка тела хоть и была иногда капризной, но в целом всегда слушалась приказов и просьб. Стало жаль неизвестную девушку.

Как только дверь закрылась, Галина Николаевна откинула одеяло и встала. Голова слегка закружилась, но она отмахнулась от этого. Подойдя к двери, прильнула к ней ухом, прислушиваясь. Шаги отдалялись. Выдохнув, она подошла к сундуку и откинула крышку. Ей требовалось больше информации.

Внутри обнаружилась одежда. Размеры еще раз напомнили о том, насколько необъятным оказалось ее новое тело. Штанов в сундуке не лежало, только платья. Да и тех немного. Всего три. Выглядели они весьма потрепанными и застиранными.

Галина нахмурилась. Разве та женщина не называла ее госпожой?

Если да, то почему одежда госпожи хуже, чем вещи служанки?

Глава 2

Кроме трех платьев, внутри обнаружился тощий плащ, пара чулок и нечто непонятное. Галя подняла перед собой предмет одежды, напоминающий панталоны, и задумчиво развела две половины в стороны. По какой-то причине их не стали сшивать между собой. Немного поломав над этим голову, она пришла к выводу, что сделано это для того, чтобы не снимать каждый раз. Странное решение, но, видимо, женщины тут слишком ленивы, чтобы лишний раз стаскивать с себя нижнее белье.

Еще нашлись ботинки, стоптанные и на пару размеров больше, чем надо, хорошо хоть женские. Было понятно, что ей они принадлежать никак не могли. А это значит, что госпожа оказалась невероятно бедной. Или ее кто-то таковой сделал.

Одевшись, Галина посидела пару минут, позволяя сердцу замедлить стук. После этого встала и вышла из комнаты, оказавшись в коридоре. Двери располагались так, будто комнаты за ними имели одинаковые размеры. Какой-то пансионат? Гостиница?

Медленно двигаясь вперед, она осматривала все, на что падал взгляд. И чем больше она видела, тем сильнее убеждалась – ее изначальные выводы верны. Вокруг царило глубокое прошлое.

Дойдя до конца коридора, она остановилась. За углом была лестница, но не это ее волновало, а голоса, отчетливо доносящиеся снизу.

Один голос был ей знаком. Это была недавно ушедшая женщина. Второй принадлежал мужчине. Больше всего Галину Николаевну заинтересовал сам разговор. Эти двое говорили о ней. Вернее, о девушке, тело которой она по какой-то причине заняла.

– Ты спросила? – задал вопрос мужчина. Голос звучал сипло, так, словно его владелец совсем недавно проснулся.

– Нет, – отрезала женщина, которая еще недавно ворковала над Галиной. Сейчас в ее голосе не было ни капли нежности, только раздражение и злость. – Она сегодня была еще более заторможенной, чем обычно. Смотрела на меня тупыми глазами и молчала.

– Надо было спросить, – мужчина явно был недоволен.

– Не указывай мне, что делать! – резко бросила женщина. – Если ничего в этом не понимаешь, то и не лезь! – слова буквально звенели от гнева и недовольства.

– Ну что ты, что ты? – пошел на попятную мужчина, явно впечатлившись отповедью. – Иди сюда.

– Не трогай меня! – воскликнула женщина. Послышался звук шлепка, а после сердитое бормотание. – Еще раз протянешь руки, я отрублю их под самый корень, – пригрозила она.

– Что на тебя сегодня нашло? – просипели недовольно ей в ответ.

Воцарилась тишина. Галина Николаевна пыталась стоять так тихо, что едва дышала. Ей не хотелось пропустить ни слова.

– Да надоело, – призналась женщина. – После смерти барона как проклял кто.

– Знамо кто, – фыркнул мужчина. – Наша-то старшенькая, да только от первой жены. Неужто ты думала, что ведьма после смерти мужа согласится отдать часть наследства чужой для нее девице? А я сразу не хотел идти к дель Каруссо.

– Больно умный стал, – едко заметила женщина, явно недовольная словами своего визави. – И чего барон так внезапно помер? Да и не надо мне врать! Забыл, как доволен был, узнав, что присматривать нам придется за тупой девкой?

– Да и ты опечаленной не была, – поддел ее мужчина.

– С чего бы мне печалиться было? – изумилась женщина. – Отец ее любил, подарки дарил, не спрашивая о них после. Можно было спокойно изымать и продавать.

– Только вот все закончилось. Может, оставим ее уже сейчас?

– С ума сошел? – возмутилась воровка. – Мы еще не нашли документов!

– Да кому эта халупа нужна? Сюда же вкладывать придется больше, чем она стоит. Все прогнило давно. Здесь даже спать опасно. Того и гляди потолок на голову рухнет. Да и слухи эти… Ну кто ее купит?

Женщина некоторое время молчала, явно обдумывая слова подельника. Галина Николаевна поглядела по сторонам. По ее мнению, здание выглядело не так уж и плохо.

– Нет. Мы должны попытаться. Покупателя всегда можно найти. Место тут не самое плохое. Так что кто-нибудь точно позарится.

– Смотри сама, – раздраженно бросил мужчина. – Мне надоело тут сидеть. Новые господа вечно ждать не станут.

– А то я не знаю. Пойду я. Девка, должно быть, уснула. Надо еще раз проверить ее сундук.

– Ты же говорила, что все из него выбрала. Может быть, и нет у нее никаких бумажонок? – предположил мужчина. – Ведьма вполне могла прибрать к рукам даже эту халупу. Вот увидишь, не сегодня так завтра явятся сюда стражники, вытряхнут нас на улицу.

– И что с того? Отряхнемся и пойдем к новым господам.

– А девка?

– Чего это она тебя волновать стала? – прошипела змеей аферистка. – На телеса ее заглядываешься?

– Да упаси меня боги! – прозвучало насквозь фальшиво.

– В веселый дом отведем, – ревниво и зло выдала женщина. – С ее умом она даже не поймет, что с ней делают. Будет жить в тепле да сытости. Меня матушка учила, что нужно быть добрыми к людям.

– Конечно, как скажешь, дорогая, – согласился мужчина, явно мысленно выдохнув. Галина Николаевна покачала головой, удивляясь.

Каких только людей она в своей жизни не встречала, но таких точно не было. Они казались ей какими-то карикатурными злодеями. Неужели в реальности могут существовать подобные личности?

Тихо вернувшись в комнату, Галина Николаевна села на кровать. Ей нужно было придумать, что делать дальше. Вечно прятаться – не дело. Так ведь и правда в бордель отдадут. Но и показывать себя вот так сразу… Не будет ли это слишком опасно? Мало ли что придумают эти двое, когда поймут, что разум вернулся к девушке, с которой они до этого могли делать все, что им заблагорассудится. Галина Николаевна понимала, что подобные люди вряд ли захотят терять над ней власть. А значит, можно ожидать чего угодно, вплоть до ее смерти.

Пока женщина явно рассчитывала вытянуть из нее информацию лаской, поэтому и ворковала нежно, но стоит ей понять, что все это бессмысленно, как ее поведение быстро изменится. По сути, Галина сейчас совершенно беззащитна.

Из слов слуг она узнала довольно много. Девушка, в тело которой Галина попала, была дочерью некоего барона дель Каруссо, умершего внезапно. Отец девочку любил, подарки дарил, но после его смерти дочь оказалась не в лучших условиях. Всему виной могла оказаться мачеха.

Кроме того, у бедняжки были проблемы с развитием. Врожденное или приобретенное – неизвестно. Теперь понятно, отчего с ней разговаривали именно так. Пока плана не было, но кое-что Галина Николаевна знала точно – нельзя быть полностью покорной. И в то же время не стоит показывать, что с ее разумом все в полном порядке.

Услышав звук открывающейся двери, Галина Николаевна подняла взгляд.

– М-милая? – женщина так сильно удивилась, что слегка запнулась, обращаясь к ней. Видимо, ничего подобного раньше не случалось.

– Да, – Галя кивнула. Что именно «да», она и сама не смогла бы сказать. Просто нужно было как-то ответить.

– Почему ты проснулась? – справившись с удивлением, проворковала женщина.

Войдя в комнату, она закрыла за собой дверь и торопливо подошла к кровати, цепким взглядом окидывая комнату и девушку, чинно сидящую со сложенными на коленях руками. Неожиданная непокорность на короткий миг вывела ее из равновесия. Девица до этого никогда не сопротивлялась. Капризничала, конечно, но все-таки слушалась, когда распоряжение было отдано с непоколебимой уверенностью.

Брида – именно так звали служанку, которую нанял недавно почивший барон дель Каруссо для присмотра за своей особенной старшей дочерью, – поначалу даже не могла поверить в их с мужем удачу. В первые месяцы они, правда, осторожничали, но, когда поняли, что старый барон списывает пропажи на рассеянность своей крошки, расслабились полностью.

Брида постоянно поддерживала в бароне эту веру, при каждом удобном случае сетуя на то, что юная баронесса не слишком ценит подаренные вещи. Понятно, что за нелестные слова о непогрешимой дочке ее наказывали, но Амалу это мало волновало. Главное, ей удавалось укрепить барона в мыслях, что пропажа дорогих подарков – вина самой девицы, а не честной пожилой служанки и ее мужа.

Больше всего она волновалась из-за Тедора. Туповатый муж, за которого она в молодости вышла исключительно по ошибке, в любой момент мог все испортить.

Барон нанял его для работы, с которой лучше всего справлялись именно мужчины. Одной из обязанностей являлась доставка воды для ванны. Для Бриды не стало открытием, когда она поняла, что ее муж слишком рьяно старается задержаться в комнате после выполнения задания. Он явно желал увидеть девку в чем мать родила. Впрочем, муж Бриды был слишком труслив для каких-то решительных действий.

Вспомнив все это, служанка поморщилась и окинула «госпожу» взглядом. Она не понимала, как можно желать столь необъятное тело. Ей самой даже прикасаться к девчонке было неприятно.

За своей неприязнью Брида никогда не замечала ни красивых волос, тщательно спрятанных в тугие толстые косы, ни нежной бархатной кожи, ни завораживающего оттенка серых глаз, ни тонких черт, которые не портила даже излишняя полнота.

Мать девушки в свое время была настоящей красавицей, и Висконсия пошла именно в нее. А полнота развилась из-за практически неподвижного образа жизни и излишеств в еде – барон любил дочь безгранично, отчего не знал меры, когда баловал ее всякими вкусностями.

– Не хочу спать, – ответила Галина Николаевна. От нее не укрылся взгляд женщины.

Встрепенувшись, Брида вернулась мыслями в реальность.

– Что ты такое говоришь, милочка? – произнесла служанка. Галина только удивилась тому, какой хорошей актрисой оказалась эта аферистка. Если бы не случайность, то она никогда бы не узнала настоящих мотивов странной парочки. – Тебе нужно больше спать. Ты еще так слаба. Ты ведь не хочешь огорчить своего папочку?

– Папу? – Галина с интересом посмотрела на служанку. Ей было интересно, какую ложь та выдаст.

– Да, да, папочку, – закивала Брида. Подойдя ближе, она принялась гладить Галину по голове, словно пытаясь таким способом снизить бдительность, отвлечь. – Папочка скоро должен прийти за тобой, но если ты будешь плохой, то он передумает и оставит тебя здесь. Ты ведь этого не хочешь?