Не шпионка 2

Я сидела за столом и читала уворованное нами дело. Здесь находилась вся информация о Ориле Хеке, от рождения и до самой смерти. Осиротел мальчишка в возрасте четырех лет. Его родители погибли в небольшой стычке с драконами на границе королевства.

Тогда королевства не поделили территории Загорья. Помнится, в те пять лет с этих земель впервые сошел снег, и показались плодородные земли. По негласному решению эта замерзшая местность была нейтральной территорией. Никто так и не понял, почему Загорье, которое находилось между частью драконьих земель и севером Зиреи, было вечномерзлым, когда Ледяные пики драконов прекрасно оттаивали каждую весну. А ведь этот кусок драконьих угодий находился значительно севернее.

И вот три сотни лет спустя Загорье оголило свои земли, подставив их под лучи солнца. Естественно, что каждый из соседей захотел заполучить эту территорию. Вот и случались мелкие сражения со снежными драконами, но до полноценного противостояния не дошло. Мы просто поделили земли пополам. Теперь граница проходила по порожистой речке Хиали, что больше не замерзала с тех пор.

Бедный Орил, он потерял родителей в такой мелкой битве и поплатился семьей за какие-то сто километров земли. Правда, именно за заслуги его родителей мальчишку взяли на службу. Отучился он, как и я, три года в кадетском корпусе. В академию не поступил, способности не позволили. В общем, среднестатистический служивый без каких-либо особенностей. Не удивительно, что я выбрала именно его. Серые мышки самое то для таких дел. Но жизнь я мальчишке испортила. Возможно, даже дважды.

Если бы король отправил молодого аналитика на разрешение этого конфликта раньше, родители Орила могли остаться в живых. Увы, Дажир Варловый не внял моему предложению и согласился на мое участие в переговорах только спустя год от начала боевых действий. Что ж, впору дважды извиниться перед могилой молодого воина. Но так как я не сентиментальна и не имею привычки винить себя во всех грехах мира, дождется он меня только после нападения организованного отряда личей в четверг.

Особенно громкое и недовольное сопение заставило меня прервать изучение досье. Я оторвала взгляд от документов и вопросительно приподняла бровь. Напротив меня сидел напряженный Лерей. Его ладони были сжаты в кулаки и лежали на столешнице перед ним. За его спиной раненым драконом метался туда-сюда, собственно, дракон. Зарза, тем временем, стоял за прилавком и аккуратным почерком систематизировал для меня зелья. Для этого дела я ему целую тетрадь в кожаном переплете презентовала. Демон невозмутимо занимался своим рутинным делом и изредка ухмылялся в руку с пером, из-за чего на губах и подбородке оставались характерные черные пятна. От этого зрелища улыбка иногда появлялась на моем лице, еще больше раздражая гостей.

В ответ на мой взгляд хрустнули костяшки пальцев. Похоже, после двух часов ожидания у кого-то сдали нервы.

– Хочешь присоединиться к изучению? ― как ни в чем не бывало спросила у нервного связного я.

– Хочу получить хоть какие-то объяснения, ― раздраженно бросил Лер. ― Ты пустила нам кровь, взяла с нас странные клятвы и после этого два часа листала эти документы в тишине.

Будем считать, что месть за наглость некоторых свершена. Пора было переходить к конструктивному диалогу.

– Я выяснила все о жизни этого воина. ― Указательный палец постучал несколько раз по бумагам на столе. ― Он любил тепло, и предпочитал проводить отпуск на восточном море в Ризе. У него там есть знакомые, которые с радостью принимали в своей семье холостяка. Пара темных эльфов, возрастом свыше трехсот лет, приютила бедного юношу в своем доме как сына. Благо, ездил он к ним из-за службы редко, так что все тонкости его смерти этим темным никто не разгласил, да и Орил не болтал о работе сверх положенного. Ясно, почему я выбрала именно его в качестве первого звена цепи.

Все внимательно меня слушали, даже Зарза отложил перо, а Дин замер за левым плечом связного. Еще бы, наконец, я хоть что-то им рассказала. Боялись неверным движением спугнуть мою откровенность.

– Значит, ― неуверенно начал Лерей. ― Нам нужно на восточный берег, к тем самым темным.

Я покачала головой.

– Нет. Наше первое звено имеет одну особенность. ― Я обвела взглядом всех присутствующих. ― Он любит преодолевать трудности и смотреть своим страхам в глаза. Похвальная черта. В таком деле, как транспортировка важного груза, Орил никогда не пошел бы на поводу у своих желаний. Наоборот, он направился бы именно туда, куда в иной ситуации его и сам Ватир не заставил бы идти.

Я замолчала, а дракон и вор замерли в ожидании продолжения. Я вновь опустила взгляд в документы и перепроверила свои догадки. Да, дар не ошибся. Вероятность, что воин направился именно туда, равнялась семидесяти одному проценту, а значит, я была права.

– И куда он пошел? ― не выдержал ожидания Дин.

Как пить дать, он еще очень молодой дракон. Совершеннолетие, конечно, прошел, но вряд ли поумнел. Старшие ящеры намного терпеливее.

– Он ушел в Загорье. ― Я посмотрела на мужчин.

Несколько минут размышлений, и Лер вступил в разговор:

– С чего ты так решила?

Этот, в отличие от Дина, умен и изворотлив. Все же прошлая карьера профессионального вора сказывалась. И почему именно его драконы выбрали мне в связные? Понадежней личностей не нашлось?

Ах да, остальные со мной не выдерживали и часа. Терпеть не могу преданных людей, безоговорочно выполняющих приказы. Наверное, это было дело времени, когда бы я предала Зирею. Слишком во многом мы расходились во взглядах с королем. Но я это терпела и мирилась с его старческим маразмом, ведь Линар, в отличие от отца, придерживался тех же видений, что и я. Надежда была на будущее, когда кронпринц занял бы трон, и меня услышали. Глупая позиция. Видимо, не настолько мы сходились во взглядах с моим другом, как я предполагала.

– Его родители погибли там тридцать лет назад во время одной из стычек с драконами.

– Это ничего не объясняет, ― вклинился Дин.

– Напротив, ― сжалилась над хранителем наследия драконов я и решила пояснить свои выводы. ― Это путешествие по приказу Его Величества отличный предлог для юного воина посмотреть своей боли в глаза. Судя по его биографии, он никогда не был на могиле родителей, а тратить свой отпуск на призраков прошлого воин считал слабостью.

– Твой дар согласен с выводами? ― Пронзительный взгляд карамельных глаз.

– Мой дар и есть источник такого вывода. Я же маг вероятностей, забыл? ― слегка огрызнулась на связного я и встала из-за стола.

– Завтра с утра выдвигаемся. ― Я нагло выпроваживала гостей, демонстративно встав у входной двери.

Меня поняли и поспешили покинуть лавку. Когда дверь уже готова была закрыться за мужчинами, взгляд сам упал на крупные капли крови, что впитались намертво в деревянный порог.

Да, весело сегодня мое Логово приняло гостей. Как только вторженцы попытались войти, их отбросило на добрых три метра от входа. Они сильно были удивлены таким приемом.

– Ты же сказала, что придумаешь что-нибудь! ― ярился дракон.

– А я и придумала, только нужно было выслушать меня сначала, а не переть наполом в лавку ведьмы. ― Я постаралась как можно четче донести до них, к кому они вздумали ломиться.

Я, конечно, не Сердолика, но мое Логово и от мага высокого уровня неплохо подпитывается. Мне достаточно находиться рядом, чтобы дом накапливал энергию и делился ею со мной. Вот такой парадокс. Вроде от меня питается, но меня же и наполняет силой. Нет хозяйки рядом, Логово постепенно слабеет и не может поддерживать источник силы. Я есть, все цветет и пахнет. Так что защита сейчас у меня непреодолимая.

После недолгого полета с жестким приземлением гости внутрь больше не рвались.

– Вам нужно принести часть себя в дар дому, тогда он вас пропустит. Но! За моим Логовом остается право выгнать вас в любой момент, или шарахнуть по вам защитой, если сильно будете наглеть, ― весело расписала им перспективы сотрудничества с домом я.

– Может, все же в гостиницу? ― Дин постарался незаметно сглотнуть.

– Или так, или общайтесь со мной мысленно, ― категорично отмела любые другие предложения я.

– Что значит, часть себя? ― связной, как всегда, выделил суть из всего сказанного.

– Рука, палец, ухо. В общем, часть тела. ― Я с трудом удержала лицо, поскольку вспомнила всю ту кровищу и расчлененку, которую продемонстрировал недавно в моих мыслях горячо любимый домик.

– Да она издевается! ― выкрикнул дракон. У него явно начали сдавать нервы.

– Ни капли, ― совершенно серьезно ответила обоим.

– Что еще нужно для ритуала? ― с каким-то пониманием уточнил Лер.

Похоже, он знал гораздо больше о ведьмах, чем стремился показать.

Ты неизвестная переменная, вор, и глаз с твоих странностей я не спущу.

Мысль сформировалась в голове мгновенно. Логово тут же поддержало меня предложением отпенькать связному голову в качестве дара за проход. И его совершенно не волновало, что после обезглавливания Лер уже никуда не пойдет.

– Вам нужно произнести слова: «Я согласен с условиями источника ведьмы и даю ему часть себя, как плату за вход и подтверждение своих чистых намерений»

– Она просто не хочет выполнять задание! Нужно срочно передать в Рон, что Загорная больше с нами не сотрудничает! ― Дин резко развернулся и направился прочь от моей лавки. На втором шаге его грубо перехватили за шиворот и поставили рядом с собой.

Ого! Это ж сколько силы нужно иметь, чтобы так запросто поднять за шкирку дракона, пусть и тощего! Лерей что, решил открыто мне демонстрировать свою принадлежность к людям с особыми способностями? Я польщена, но сколько бы он ни пытался показать, что ничего не скрывает, я все равно не верю. Только больше начинаю его подозревать в каком-то заговоре. Как говорится, если перед тобой показательно демонстрируют силу, значит, у человека припасено что-то гораздо опаснее.

– Мы согласны, ― твердо ответил за двоих вор.

Я постаралась убрать из взгляда даже намек на подозрительность. Незачем ему знать, что я не купилась на его ласковые речи и показушную открытость. Хитер, ой как хитер. Надо внимательнее следить за своими внешними реакциями.

– Я не буду отрезать палец только потому, что ее развалюха так хочет! ― продолжал визжать Дин.

– Ой дура-а-ак, ― тихо выдохнул демон за моей спиной.

Вот молодец! Уже напоролся на месть за нелицеприятные высказывания в мою сторону и сторону дорогих мне вещей. Знал, чем это чревато, а вот дракон не учился на своих ошибках.

– Если надо будет, ― прорычал Лер прямо в лицо парню, притянув того к себе все за тот же многострадальный ворот. ― Я тебе руку оторву. Все равно отрастет. ― После этого оба мужчины подошли к порогу моей лавки, только один по своей воле, другой насильно притянутый. Удивительно, но как только глаза связного почернели, дракон перестал сопротивляться.

Странная сила обитала внутри Лерея, понять бы ее природу. Ничего, время терпит. У нас дюжина звеньев одной цепи, что приведет нас к артефакту. Пока отыщем каждое, пройдет много времени.

– Я согласен с условиями источника ведьмы и даю ему часть себя, как плату за вход и подтверждение своих чистых намерений, ― первым произнес слова вор, достал из сапога походный охотничий нож и полоснул им по ладони.

По загорелой коже быстро побежали алые струйки, разбиваясь о порог и пропитывая его жертвенной кровью. Я даже не успела остановить вора. Ведь я на самом деле не собиралась заставлять их калечить себя. Всего лишь капли крови было достаточно для завершения ритуала.

– Не нужно было так сильно, ― укоризненно покачала головой я.

– Ты же хотела нас помучить за наглое вторжение и неуважение к дому ведьмы. ― Он скривился в печальной улыбке. ― Надеюсь, моей жертвы тебе достаточно, и ты возьмешь с парнишки только волос.

Он не пытался меня укорить или обвинить. Просто дал мне то, что я хотела, чтобы спокойно решить наши проблемы. Насколько хорошо этот мужчина меня знал?

– Срежь прядь и произнеси то же, что и он, ― зло бросила дракону. ― За твое неуважение и тупость уже принесли жертву. Будь благодарен, и захлопни свой рот на ближайшее столетие.

Я развернулась и зашла в дом. Да, не такой науки для юнца я хотела. Зато он все-таки заткнулся, правда, хватило на два часа моего изучения документов.

Я отвела взгляд от бурых, давно высохших пятен на дереве и помогла двери в лавку закрыться на замок.

– Ты не сильно довольна обсуждением, ― заговорил впервые за последние два часа Зарза.

Ответа демону не требовалось. Он чувствовал эмоции, как и я. Слабо, но чувствовал. Особенно, если они сильно фонили. Мои были слышны даже на расстоянии. Не нужно быть эмпатом, чтобы увидеть мое подавленное состояние.

Связной выставил меня мелочной девчонкой, что за любую фразу требует вендетты. А ведь я всего лишь хотела приструнить идиота в нашей компании. Так почему же на душе так паршиво?

***

Я сидела на ступеньках своей лавки, жевала свежеиспеченный пирожок и изредка кивала в ответ на приветствие местных. В столице Шангеса близился закат, и все прохожие спешили покинуть площадь и вернуться домой затемно. Я же ждала конкретного человека, и он скоро должен был появиться. Откусила новую порцию пирожка с ягодами и продолжила наблюдать за сменяющими друг друга лицами.

А вкусные все-таки у Росиньи пирожки. Разбалует она меня своей выпечкой.

Сразу вспомнилось, как я не более получаса назад заходила в кондитерскую. Встретили меня как родную. Удивились, конечно, чего это я второй раз за день прихожу, но ничего не сказали по этому поводу. Так как народу в магазинчике было мало, Росинья оставила прилавок на старшего сына, Люшу, и увела меня внутрь, в святая святых кондитера – кухню. Это было поистине большое помещение с тремя печками, одна из которых магическая с пятью холодильными камерами, которые охлаждались ледяными камни, – их создавали снежные драконы, – и длинным широким столом со встроенной с краю мойкой. Много еще чего стояло вокруг, но точно объяснить назначение этих приборов я не бралась. Зато запах печеных яблок и корицы явно витал на рабочем месте кондитера и приятно щекотал нос. Может, пирог с яблочно-коричной начинкой пекся?

– Так что стряслось, сиятельная ведьма? ― напрямки спросила женщина, как только усадила меня за небольшой столик, а сама принялась мазать масленым кремом торт, отогнав от этого дела одного из помощников.

– Меня не будет с неделю, может, больше, поэтому не стоит утруждать себя и сына доставкой выпечки, ― прямо ответила женщине.

Я не хотела, чтобы еда пропала оттого, что одна безответственная ведьма не удосужилась предупредить, что уехала. Сын Росиньи точно оставил бы булочки у порога, не дождавшись, когда ему откроют дверь. А следующим утром нашел бы почерствевшую выпечку и рассказал матери. Понятно, что они решили бы, будто их товар мне не нравится. И тут два варианта развития событий: продолжили бы носить и издеваться над булками, пытаясь мне угодить, либо просто обиделись, что вряд ли, судя по тому, что я видела в этой стране. В общем, решила уберечь чужой труд от расточительства.

– Так, значит, вас в дорогу собрать надо! ― всплеснула руками женщина, измазав щеки кремом.

– Эм… ― Я растерялась и не знала, что ответить.

– Что ж вы сразу не сказали-то? Велимир! Хлеб походный, шесть буханок! ― закричала женщина куда-то в сторону печей, где сновали пекари и кондитеры.

– Так, мама! ― отозвались грозным басом.

– Противень пирожков с мясом, противень с картошкой и луком, противень с капустой, ― продолжила кричать Росинья, потом замолкла, окинула меня оценивающим взглядом и заключила, ― две противни с картошкой и луком и ко всему этому добавь порцию слоеных язычков! Сиятельная ведьма их весьма уважает!

– Когда надо, мама? ― Снова бас, обладателя которого я не видела за огромными глиняными телами печей.

– Когда выезжаете? ― Перевела взгляд на меня женщина.

Я тут же прикинула: если выйдем в семь, то у них это будет четыре. Рановато, но, думаю, они вечером все сделают.

– В четыре.

– К пол четвертому должны стоять на отдыхе! ― гаркнула кондитер.

Это она, наверное, о том, что выпечка должна отдохнуть на противни после печи, прежде чем ее можно есть или упаковывать. Тогда она не помнется и не станет влажной.

– За пять минут до отъезда придет младшенький, принесет все необходимое, ― твердо сказала женщина и продолжила намазывать крем.

Это они что, ночью печь для меня будут? Вот теперь я вообще не понимала такую любовь к ведьмам.

– А с чего у вас такое… Эм, особенное отношение к нам? ― решилась задать мучащий со вчерашнего вечера вопрос я.

– Ты уже ела? ― как ни в чем не бывало, спросила женщина, вылепливая из сахарной мастики цветы.

– Нет, ― сказала правду, ибо не ожидала такого вопроса.

– На вот. ― Росинья пододвинула ко мне противень с выпечкой, накрытый льняным полотенцем. ― Ешь. Готовы только с ягодами, с яйцом и луком еще в печи. Подождать надо.

Я послушно приподняла ткань и взяла теплый пирожок. Ягодный сок тут же потек по губам и подбородку.

– Да не переворачивай ты его, ― наставляла кондитер. ― Вертикально держи, тогда и рубаха плям не увидит. Такие вещи ой как тяжело отходят от ткани.

Я послушно взяла пирожок вверх местом укуса и стерла ладонью с лица густой сладкий сок.

– Ведуньи помогают простому люду. Не артачатся и не заламывают цену. Принимают и грязными, и больными. Маги слишком помешаны на своей силе, им нет дела до простого кузнеца, что расшиб молотом ногу, когда наковальня накренилась, или до хворого младенца, что родился седмицу назад у дочери сапожника. Таким господа маги, что еще остались в Шангесе, не забивают свой ум. Ведьма – это единственный способ справиться с бедой. Оттого и любимы вы всем народом. Кушай давай, чего застыла?

На меня грозно посмотрели серые глаза заботливой женщины. Тут же ополовинила пирожок.

– Ты не такая, как наши ведуньи, ― вдруг продолжила Росинья, внимательно следя за моими действиями. ― Ты жестче и в то же время понимаешь больше. Магом от тебя несет за версту, ― закончила кондитер и отвернулась к почти завершенному торту.

А я застыла, так и не проглотив откушенное.

– То есть, магом несет? ― тихо спросила у женщины, ожидая обвинения в обмане и просьбы уйти и не возвращаться.

– Ты маг, ― не поворачиваясь, заговорила Росинья. Что делала женщина, я не видела. ― До мозга костей пропитана силой, но душа светлая, теплая. Ведическая душа. Ты наша, родная, и Сердолика это видела. Я маленькой девчонкой еще была, пара волосин, два хвоста, когда она сказала, что ее преемница будет не из ковена. Ох и скандал тогда разразился. Все хотели знать, почему верховная ведьма выбрала чужачку, да еще не представляла нам ее.

Женщина глубоко вдохнула и взялась за следующий шедевр кондитера. Похоже, просто стоять Росинья не могла, руки все тянулись что-то лепить, мазать или вымешивать. Вот преданная своему делу пекарь.

– Молчала Сердолика. Немногие знали, что преемница не пришла к ведьме. Еще пятьдесят с хвостом лет она ждала твоего прихода и, видать, дождалась. ― Росинья улыбнулась, и я увидела край этой улыбки, ведь кондитер стояла ко мне спиной, чуть повернувшись лицом.

– Все видели, что чахла наша спасительница, да никто не мог помочь. Век ведьмы долог, да не вечен. Мы все радовались, когда ты вышла из лавки. Таились и молча наблюдали, ток ма не спугнуть бы тебя, лань настороженную. В тот день был праздник ― приветствие преемницы, а ночью время скорби. Мы оплакивали нашу верную ведьму. Не зря звали ее Сердолика. Близко принимала боль людей она, да была ликом доброго сердца. Пусть покой ей принесет Арна.

– Арна?

Я впервые слышала это имя.

– Да, имя первой и самой сильной ведьмы. Именно она стала покровительницей и божеством ведуний, что даровало им силу.

Удивительно, сколько лет живу, а не знала, что у ведьм свое божество. Наверное, до меня никому из магов в голову не пришло так близко общаться с ними.

– Спасибо за чудесный ужин, Росинья, но мне пора. ― Я решительно встала из-за столика.

Останавливать меня не стали. Видно, женщина сказала все, что собиралась.

– Я бы оставила деньги, да боюсь завтра не выйти из-под завала выпечки. ― Я весело улыбнулась доброму кондитеру.

– И правильно, мы слов на ветер не бросаем, ― погрозила мне пальцем Росинья и добавила, ― в мясную лавку сама зайду, возьму тебе в дорогу вяленой свинины, да окорок копченый. Заплутаешь еще. У нас самый лучший мясник, это дядька Баш. А то понесет тебя молодуху к отрокам статным, что на базаре торгуют. Те втридорога дерут.

Ох, чую я, появилась у меня мамочка. Или у кондитера желанная дочка, не важно. Ясно одно, гласом народа и моей помощницей избрали Росинью.

– До скорой встречи, Росинья.

– До скорой, сиятельная ведьма. ― И мне впихнули сверток с выпечкой. ― Рогатого своего покорми, коль он у тебя служит. Ток ма держи его на расстоянии, опасный это народ. ― Меня проводили к выходу.

Что ж, если травница не придет в ближайшие десять минут, не видать демону пирожков, как своих ушей. Не знаю, откуда взялся такой голод, но я уже половину свертка съела. Наверное, все дело в таланте пекарей.

– Не меня ли ждешь, сиятельная? ― проскрипел старческий голос сбоку от меня, вырывая из задумчивости.

– Тебя, бабушка. Уезжаю я, и тебе недельки две не стоит утруждать себя сбором трав для меня. ― Я поднялась со ступенек и спустилась к старушке.

– Что ж, баба с возу, коням легче. Держи сегодняшний сбор. ― Она всучила мне связку трав.

– Спасибо, бабушка.

– Да было б за что. Ты б лучше зелья варить училась. К тебе пока не бегут всей столицей потому, что Росинья грудью встала за твое спокойствие. Месяц девка продержится, а потом и ее снесут ропщущие и больные. Учись, сиятельная, не позорь верховную. ― Старушка махнула морщинистой ладонью и пошла дальше вдоль лавочек.

Надо бы что-то особенное сварить для кондитера, раз уж она так за меня печется. Только для начала нужно научиться хоть что-то варить, а то перемрут мои поклонники, как мухи.

Я поудобнее перехватила охапку трав и зашла в Логово. Можно было собирать вещи и идти спать. У нас-то поздняя ночь стояла на дворе. Демон, должно быть, уже десятый сон видел, а я вот из-за старушки задержалась. Только не дело напрягать бабушку без причины. Пусть хоть от моих поручений отдохнет.

Рассуждая на подобные темы, я привязала травы над аркой коридора и поднялась наверх в свою спальню. День был насыщенным и тяжелым. Логово тут же обдало меня теплом, посылая энергию из источника.

Поддерживает меня, маленький. Спасибо ему.

Голова коснулась подушки и все мысли исчезли, плавно перетекая в яркие сны о детстве.

***

Шесть часов утра. Еще даже не занялся рассвет. Зимой солнце нехотя выползает из-за горизонта, являя нам свой красно-желтый лик. Оно не спешит, будто ему тоже холодно от студеных ветров последнего зимнего месяца и режущего подмерзшего снега. Именно в этот час больше всего не хватало теплых, согревающих лучей. К утру земля замерзает окончательно, а воздух сильно остывает. Предрассветное время – самый леденящий час за все сутки.

Яблочко переминалась с ноги на ногу, стараясь хоть как-то удержать уходящее в мороз тепло. Даже выдыхала кобыла коротко, не желая отдавать согретый воздух из своих легких, клубящийся паром вокруг покрытой инеем морды. Наконец, на горизонте появилась высокая непропорциональная фигура чего-то большого, что приближалась к троим всадникам. Тишина мгновенно стала звенящей, заставив замереть даже лошадей.

Я затаила дыхание. Чего уж тут, даже я не ожидала такого.

Со стороны леса к нам шел демон верхом на странном животном. Его морда была туповата, по сравнению с лошадиной, вместо копыт – кошачьи лапы, а тело огромно и бугрилось мышцами. У этого странного существа не было гривы, но были волосы, которые свисали причудливой косой ниже колен животного. Однако, несмотря на всю неординарность, самым необычным был цвет животного: золотисто-кремовый мех и шоколадные волосы. Когда демон подвел к нам своего скакуна, мы смогли рассмотреть еще одну особенность, а именно длинный хлыстообразный хвост с кучей шипов на конце.

– Когда ты сказал, что у тебя есть собственное средство передвижения, я ожидала хиленького сворованного жеребца из соседней деревни, но никак не это. ― Я кивнула на странное животное, что уверенно стояло под седлом демона.

– Это Горо, мой друг и напарник. ― Зарза провел рукой по шее существа. Животное одобрительно фыркнуло и, будто насмешливо, оглядело всех нас.