Живая, мертвая, влюбленная. Сердце Архаиса

Глава 1. Поступили?

«Тоамас! Что ты творишь?! Добей уже этого упыря!» – орала как ненормальная по ментальной связи я, засев с остальными в окопе.

«Прости, дорогая, но ты видела его размеры?» – тут же пришел нежный ответ.

«А ты свои видел?» – рыкнула и кинула косой взгляд на Соломона, что стоял поодаль от места боевых действий, сложив руки на груди. Рядом с высокомерным видом возвышался замдекана.

Руки на груди ― жест, означающий неодобрение. Еще бы. С одним сверхупырем не можем справиться, когда впереди еще десяток. Кажется, нас ждет нагоняй. Болезненный.

От этой мысли я передернула плечами и приступила к решительным действиям.

«Я тебя на диету посажу, проглот бесполезный!» – перешла к угрозам я.

О, слово диета было для дроу сравнимо со смертью. За еду, я уверена, он нас всех продаст. Поэтому мы его и кормили на убой, пока кто другой не прикормил.

«Ты блефуешь».

О! Он и такие слова знает? Удивлена.

«Каша на воде, чай без сахара, пустой бульон, овощи на пару, – давила на психику темного я, а Соломон своим видом на мою, – сырая морковь, пустая капуста и-и-и…»

«Нет!» – взмолился дроу, уже ощутимо перебарывая упыря, но недостаточно.

Остальные десять топтались в магическом оцеплении, что создал Демиан с помощью пентаграммы, а те в ловушку и попались. Правда, скоро они выберутся, и тогда нам несдобровать.

«Голодовка!» – припечатала я, даже стукнув кулаком по земле, в которой валялась.

Все, упырь был обречен. Тоамас зарезал беднягу, как свинку перед праздниками, с дико горящими от голода глазами. Он отшвырнул от себя труп и быстренько потрусил к нам в окоп.

– Не делай больше так! – на бегу потребовал дроу.

– Оу, – понятливо произнес Хоакин, – ты что, снова угрожала ему голо…

– Заткнись! – рыкнул на него темный, – даже слышать это слово не хочу! – И он передернул плечами, после чего спрыгнул к нам.

– Прошу заметить, что я его не произносила, – тут же подчеркнула очевидный факт.

– Зато думаешь ты очень громко, – вставил свое словечко Демиан.

Ему вообще было сейчас туго. Вамп удерживал барьер и уже весь был мокрый от натуги.

– Что будем делать? – спросила Исая. – Тоамас явно не справится физически с ними всеми. Хоакин бесполезен, ведь они не используют магию. Даже если пойдем в атаку все вместе, не сдюжим. Дем уже в предобморочном.

– Ты бы сейчас от Ирт за эти слова получила булавой по темечку, – устало произнесла и потерла переносицу.

Это наше выпускное задание, и мы уже полдня с ним возимся. Да, сверхупыри – одни из самых опасных представителей нежити, но мы же поступаем в Архаис, а не в обычную академию. Тут и не могло быть легко.

Я посмотрела на ребят, на валькирию – все кивнули. Отлично, одобрение есть.

– Исая, теперь все зависит от тебя, – обратилась к девушке, пока остальные ее окружали.

– С чего это? У меня нет идей.

И тут до нее дошло.

– Нет!

Но было поздно. Тоамас обхватил ее поперек тела, зажимая руки в кольце своих, Хоакин положил руку на глаза, а валькирия протянула палец Демиану. Тот оскалился, и краснокожая быстро проколола подушечку указательного об острый клык вампа, пуская себе кровь. А дальше все по отработанному сценарию: разжать демонице челюсть и уронить алую каплю в ее рот. Подождать пару секунд и отскочить подальше.

– Ра-а-а! – разнесся оглушающий вой демона-убийцы, которым обратилась Исая.

Дело в том, что род Тик – это самые жестокие ассасины во всех открытых мирах. Именно поэтому Исая попала на Алито. Но вот у девушки была проблема: она боялась крови до потери сознания. Все. Родственники поставили на ней крест, даже не разобравшись в причине. Мы разобрались. Чем сильнее демон, тем прочнее его заглушка, что позволяет существу жить обычной жизнью в повседневности. Наша Исая родилась слишком сильной, и ее заглушка превзошла все остальные. Чтобы не превращаться в берсерка каждый раз, как видит кровь и насилие, девушка получила блокиратор в виде потери сознания. Однако, как только демоница чувствует вкус крови, ее переклинивает, и сущность убийцы пробуждается.

Впервые я видела такое, когда подруга лупасила Ирт головой о пол, но никто из нас не понял природы ее силы на тот момент. Все открылось на третьем курсе, когда Вел перешел к более решительным действиям. Стальной волк зажал демоницу в углу ниши у окна и страстно поцеловал. Наша гордая и неприступная Исая, естественно, тут же укусила нахала за губу и получила дозу свежей крови.

Теперь мы знаем, что даже стальные кости возможно сломать, если вы демон-ассасин. После этого Вел даже не обнимал девушку в течение двух месяцев. Ну, или не мог: кости у таких, как он, срастаются долго, учитывая, что они то и ломаться-то не должны.

Теперь мы пользуемся чудовищной силой демоницы только тогда, когда иного выхода нет.

– Так! Рия! Со мной идешь за спины упырей. Будем бить их из тыла. Тоамас и Хоакин идут в лоб. Исая…

– Разорву-у-у, – выло невменяемое создание-убийца.

– Исая рвет все, что видит, – заключила я, – все, Дем, отпускай!

– Как бы не накрылся наш план…

– Заткнись! – привычный дружный окрик, и вамп отпустил барьер.

Тут же сверхумертвия ломанулись на нас. Пока дроу с человеком отвлекали их на себя, мы с валькирией по дуге обошли врагов. Я старалась как можно тише волочь свой топор по земле, ибо тратить силы на его перенос на плече было глупо. Надеюсь, он меня за это простит.

Когда мы оказались на нужной позиции, то в живых было лишь пятеро представителей нежити. У остальных отсутствовали конечности, головы, органы. Один даже был располовинен. В общем, Исая развлекалась, как могла.

Мы с Рией не отставали и тоже начали резать упырей. У валькирии было очень интересное оружие и техника ведения боя. Она будто выполняла ката с резкими выпадами вперед. На каждое ее предплечье, от локтя и до кончиков пальцев, крепилось острое лезвие без рукояти и гарды. Его удерживали на девушке только ремни, а острие выходило на двадцать сантиметров вперед от ладони. Таким образом, руки Рии сами по себе были смертельным оружием, и она им искусно пользовалась. Не зря валькирии во многих мирах считаются богинями войны. Они разжигают черным туманом неприязни и вызывают желание сражаться. Мало кто любит таких существ. Именно поэтому у Рии нет подруг, а преподаватели к ней цепляются. Этой девочке пришлось нарастить толстенный панцирь и километровые шипы, чтобы не обращать внимания на обидные слова и обвинения в свой адрес. Неудивительно, что к совершеннолетию девочка стала той еще стервой и грубиянкой. С нами она другая. Все та же заноза в заднице, но своя. Она помогает нам, поддерживает, и мы делаем то же самое, пусть и выглядит это как ссоры, крики, оскорбления. Такова наша валькирия. Мы привыкли и в обиду ее не дадим.

– Фуф, – я стерла со лба кровь вперемешку с потом и устало оперлась на черенок своего оружия, уткнув топорище в землю, – всех добили?

– До последнего, – скривившись, ответил Хоакин.

Ему как раз на глаза попался развороченный упырь-каша. Исая переборщила.

– Как наш берсерк? – я посмотрела на Тоамаса.

– В отключке. Как всегда после приступов. – И дроу поднял девушку на руки, откапывая из-под разбросанных повсюду кишок.

– Идем в академию. Тоамас, сразу неси нашу кровавую леди в госпиталь. Пусть поставят восстанавливающий купол и отчищающее заклинание. Или просто ее помоют.

Ванна сейчас была необходима нам всем, как и отдых. В такие моменты, когда даже говорить было лень, я особенно ценила нашу связь.

«Мы молодцы, ребята. Если нас не примут, то верхушка Некро – полные идиоты, – мне улыбнулись, – и да, Демиан, план не накрылся медным тазом, – насмешливо заметила я и добавила: – Идите к порталу, я дальше разберусь».

Ребята кивнули и начали собираться. Нас ждал стационарный портал из низины Гон в центральный двор академии. Даже представить не могла, что на Алито держат таких опасных тварей для обучения студэо. А ведь это лишь малая часть всех территорий этого огромного мира-полигона для отработки практических заданий. Кто-то очень постарался, когда создавал это место. Поговаривают, это была Жизнь. Даже праздник у них есть в ее честь. Как по мне, то это, скорее, сделала Судьба, но вопрос остается открытым: кто же создал Алито? Раньше я думала, что это сделали сильные маги, как и гласит официальная версия. Ректор создал из кусочков других миров один единый, но с открытыми выходами в миры-прародители. Если это так, то Бэар Рави просто исключительных способностей медведь-оборотень.

Ладно, о создании академии я подумаю позже. Сейчас нужно узнать результат нашего задания.

Пока все готовились к переходу, я подошла к куратору и Саалиму, еле волоча ноги. Именно они решали, засчитать нам выпускную практику или нет.

– И? – слабым голосом спросила о вердикте.

– Командная работа «отлично», стратегия «хорошо», а вот безопасность членов команды на удовлетворительном уровне, – разобрал наши действия Диил'Лах.

– А решение? – я бросила нервный взгляд на Соломона, тот лишь пожал плечами в ответ.

– Учитывая ваши способности, некоторую безответственность, ведь демоница могла поубивать и вас за компанию, я пришел к выводу, что…

Вот же зараза, специально тянет, наматывая мои нервы на свое самолюбие.

– Вы достойны обучения на Архаисе. Поздравляю, вы прошли. – И этот ушлый ящер слегка улыбнулся, пожимая мне руку и вручая свиток с распоряжением о переводе группы номер восемь на пятый курс.

После поздравлений я развернулась и, ковыляя с топором, заорала на всю ментальную связь: «Мы прошли!»

Восторг, радость, облегчение и мысленный храп Исаи были мне ответом. Мы идем в Архаис.

Глава 2. Явка с повинной

Я мокрая, грязная, усталая переступила порог своей комнаты и с облегчением приставила топор к стенке в углу. С ним я разберусь позже, а сейчас душ. По своим апартаментам я шла медленно, сбрасывая на ходу с себя окровавленные одежды. Так что, когда я достигла ванной, за мной тянулась целая дорожка вонючих тряпок. Кинула взгляд на этот ужас и поняла, что проще сжечь, чем отстирать. На том и порешила, отправляя сеть тлена на одежду с конкретной целью. Секунда, две, и на полу не остается даже пепла. Ковер и доски невредимы, ибо магия в данном случае узконаправленная.

В ванной отмокала не меньше получаса и ещё раз благодарила Гейла за такой подарок. Естественно, целью лича не было мое благополучие, но выиграли от этого мы оба. Просто на третьем курсе мертвому эльфу надоело быть затисканным дважды в день одной любвеобильной особой в моем лице, и он слезно попросил Халона установить на первом этаже душевые. Дракон решил не мелочиться, ведь, по сути, уборная нужна была только мне, и просто поменял мою комнату с одной из Архаиса. Тогда я поняла, что в крепости просто шикарные условия для жизни и обучения. Там у студэо одна большая спальня-кабинет и маленький туалет с ванной.

Просто роскошь. В день моего переселения Гейл был затискан до повторной смерти. Нечаянно, конечно же, в порыве благодарности. Декан еле его откачал.

После водных процедур я занялась своим оружием. Ирт быстро втемяшил мне в голову, что своего магического товарища нельзя оставлять грязным. Стоило два раза бросить топор в крови и потом в наказание отдирать его и булаву мэтра вручную, как привычка оттирать топорище от кишок, гнили и сгустков крови выработалась сама собой. Ирт всегда умел найти кратчайший путь к достижению цели. Не самый гуманный, но кратчайший.

– Страшный орк не дает тебе спуску? – голос прозвучал из ниоткуда и отовсюду одновременно.

Наконец он удосужился явиться ко мне.

– Какие боги и не из Бездны, – дружелюбно ответила скрывающемуся в подпространстве брату.

– Пройденный этап моей жизни. Я больше на тебя не злюсь, – раздалось снова непонятно откуда. Этот сорванец все еще не показывался мне на глаза.

– Это очевидно. Зато ты боишься моего гнева. Иначе не оттягивал бы встречу на три года. – И это тоже было ясно как день.

– Да ладно, Ку, – и черноволосый красавец, словно воплощение тьмы, кем он и являлся, вышел из своего укрытия прямо передо мной, – ты же понимаешь, я не знал.

Я не изменилась в лице, когда родственник явил себя. Все то же спокойное выражение, что нервировало моего гостя. Так просто прощать Тему за его выходку с моим телом я не собиралась. Легко отделается, в следующий раз вообще не будет угрызений совести с его стороны.

– А знаешь, это ты виновата, – неожиданно произнес Тема и сел рядом со мной на маленькую кушетку, – ты не сказала никому о том, что с тобой творится. Как я мог об этом узнать?

– Но узнал же, – все ещё спокойно отвечала на эмоциональную реплику бога.

– Узнал. Но какой ценой. Ку, – и братец обнял меня за талию, стараясь поймать взгляд, – как много времени я забрал у тебя?

Последние слова он произнес глухо и с небольшим надрывом, который способны были услышать только я и мама. Винил темный бог себя много сильнее, чем показывал. Не было смысла мучить его и дальше. Уже то, что он не смел показываться мне на глаза, когда понял, что натворил, многое значит. Тьма не трус и никогда им не был.

– Это неважно…

– Как неважно?! – неожиданно возмутился брюнет, а тьма в его глазах зашевелилась активнее, передавая состояние своего хозяина. – Это самая важная вещь! Ты не такая, как мы. У тебя есть место в этих мирах, ты часть их жизни. Несправедливо, когда самая самоотверженная богиня лишается собственного кусочка счастья. А как же твои сыновья? Внуки?

– Но ты же прекрасно живешь в эфире, так почему и мне не жить там?

– Сестренка, я там родился. Мне нравятся миры живых, сами живые, но я могу без этого жить. Я другой. Мы другие. А ты нет, – продолжал жать на мою рану мужчина, – и никогда не была.

– Ты прости, Тема, но разве твои слова способны что-то изменить? Будь они хоть тысячу раз верными, в них есть прок? – довольно прямо и неприятно для собеседника осведомилась я.

И он помрачнел. Необычно так говорить о Тьме, но выглядело все именно так. Лицо застыло, тьма перестала живо перетекать в ониксовых глазах, а тяга к словам ушла.

– Нет, – тихо и покаянно.

Тяжело далось ему это слово. Однако младший братец должен понять, что иногда справедливость и реальность расходятся во мнении. Так произошло со мной. Несправедливо, но реально. Травить себе душу мыслями о том, что не заслужила такой судьбы, считаю мелочным и губительным для личности. Лучше радоваться тому, что осталось.

– Эй, – я приподняла лицо Темы за подбородок, – не кисни, великий бог. Я ещё здесь, и у меня куча дел.

– Это каких? – немного повеселел мужчина.

– На данный момент – это ужин. А ты пока поброди, осмотрись. Я угощаю, – весело произнесла, имея в виду свою силу.

На данном этапе разрушения моей мирской оболочки то, что возьмет для продолжительного экранирования своей силы от мира Тьма, мне уже не повредит.

– Рад, что ты до сих пор полна оптимизма. – И бог улыбнулся мне.

– Двоих пессимистов моя группа не выдержала бы, – думая о перспективе стать унылой соплей, пришла именно к такому выводу.

– Так, – я хлопнула себя по коленям и придвинула топор к брату, – пока я буду наслаждаться ужином, ты, в наказание за грешки, отмоешь мой топор. – И я торжественно всучила оружие в руки растерянно моргающего брата.

– Э-э-э…

– Щетка в ведре, – напутствовала, надевая свитер поверх сорочки, – и никакой магии. Приду – проверю.

Я так и вышла из комнаты с грозным выражением лица и указующим на бога перстом, про себя умирая от смеха. У Темы было настолько красочное выражение лица, что я жалела об отсутствии хорошего бытовика-портретиста, что мог запечатлеть этот момент магией.

Когда дверь за мной закрылась, то я припустила прочь из общежития, еле сдерживаясь. Однако столкновение с Паланом и все-таки вырвавшийся смех не позволили мне уйти на расстояние недосягаемости божественного слуха.

– Ты чего дохнешь от смеха? – недовольно спросил кельпи, наблюдая за тем, как я валяюсь по полу в приступе истерики.

– Я, бессмертная богиня, учусь в академии. Мои сыновья преподают у меня. Я замужем за пятью студэо, ищу Падшего тихушника, при этом каждый день отрывая головы упырям. А мой брат, великий и ужасный Тьма, сейчас сидит в общежитии и чи… Аха-ха-ха… Чистит мой топо-о-ор…

– Ясно, – странно произнес конь, а потом закончил: – Отходняк, наконец, нашел тебя. Не прошло и пяти лет. Растешь.

На этом меня подняли, отряхнули и сопроводили в столовую, где я тихо-мирно отужинала в кругу своих супругов, иногда похихикивая.

Мда, не так я представляла себе семейный ужин.

– Боюсь спросить, у тебя радость или кто-то умер? – Как всегда, проницательность – сильная сторона Демиана.

– Вот и мне интересно, чего она ни с того ни с сего хихикает, будто разработала план по захвату мира и нам о нем говорить не собирается? – грубо высказалась валькирия, подозрительно косясь на меня.

– Может, ее сверхупырь куснул? – выдал предположение Тоамас и заржал.

Все тут же уставились на меня, вот только смеха в их глазах не было ни на грамм.

– Ребят, вы чего? Тоамас глупость в очередной раз сказал, – ещё улыбаясь, спросила некров.

– Дем, ты у нас по упырям, – серьезно начал Хоакин, не сводя с меня голубых глаз, – что бы ответил на обвинение укушенный?

– Отрицал бы все, – припечатал вамп, и на меня уставились слишком серьезные лица.

– Смешно, блин, – огрызнулась на их грозные мины, – ещё осмотр мне устройте, гении. У обращающихся повышенная чувствительность к свету.

И я встала прямо под лучи вечернего солнца, что в обилии проникали в огромные окна столовой.

– Если не упырь, – задумчиво бормотал дроу, – тогда кто ее цапнул?

– Жизнь, демон возьми! Жизнь меня цапнула, – не выдержала я, – а вас щедро куснула паранойя, супруги мои.

На этом я хорошо глотнула теплого чаю, стараясь убрать першение в горле от повышенного голоса.

– Добрый вечер.

Чашка благополучно вылетела из моих рук вверх и приземлилась на голову Демиана, окропив в полете коричневой жидкостью всех за столом. Кого не достало из чашки, оплевала я. Однако никто этого даже не заметил, как и не был способен ответить на приветствие.

– Хана, ты не представишь меня своим одногруппникам?

Ох, как мне хотелось ответить, что если не представить, то преставить я его всегда могу на тот свет.

– Конечно, – расплылась в фальшивой улыбке, – знакомьтесь, это мой брат, Тема.

А бог стоял возле меня и внушал своим видом благоговейный ужас и иррациональное желание поклоняться ему. Таков Тьма, пусть и скрытый моей магией.

Мне поклоняться не хотелось, а вот убивать – даже очень.

– Хана, я тебя искала. А кто это? – Нами затормозила за метр до нашего столика и во все глаза вытаращилась на довольного своей выходкой Тьму.

– Это мой брат, – сказала то же, что и остальным. А ведь сестрица осведомлена, что Хана – единственный ребенок в семье.

– Я даже спрашивать не буду, откуда он взялся, – заторможенно произнесла девушка, делая шаг к нам.

– Уж будь так добра, – облегченно выдохнула. Разоблачать меня не станут.

А такой был вечер. Жаль, что бесповоротно испорчен.

Глава 3. Бог на боге и богом погоняет

– Я присяду? – глубоким голосом произнес Тьма и сел рядом со мной, не дожидаясь ответа.

А его и не было бы, поскольку все просто пялились на бога, не давая себе отчета в том, что мой брат с легкостью подавляет все вокруг. Даже их самих.

– Приятно познакомиться, – с подергивающейся улыбкой протянул руку для приветствия Шихан.

Он так же, как и я, недоумевал по поводу целей, которые преследовал его дядя. Где Тьма, там всегда есть место странностям.

Остаток ужина прошел в весьма напряженной атмосфере. Все очень точно и выверенно двигались, избегая излишних движений, а еще молчали, опасаясь заговорить в присутствии бога самой неоднозначной силы во всех мирах и эфире. А ведь они даже не осознавали, что ведут себя неестественно и что послужило тому причиной.

– За то, что мы прошли на Архаис, – поднял чашку с запахом чая Шихан, призывая остальных сделать то же самое.

В фарфоровой посуде уже давно каким-то образом материализовался алкоголь. Младший всегда был способным магом. Нам же пришлось давиться чаем в прямом смысле этого слова. Под пронзительным взглядом Тьмы удивляюсь, как ребята вообще не захлебнулись.

– Ты не представляешь, через что нам пришлось пройти, – припомнила я сегодняшние трудности.

Исая после лазарета сидела бледным зомби за столом и мало что замечала вокруг. Яркий пример того, что потрепало нас знатно. Ей теперь неделю восстанавливаться.

– Ну, я же не виноват, что меня перевели автоматом. – И демоненок улыбнулся.

Любит он покрасоваться. А сейчас еще и дядя рядом, вот и выделывается в два раза больше.

– Все, чайку за поступление хлебнули, животы набили, – на последнем замечании Тоамас оторвал голову от тарелки, ломящейся от десертов, с полным ртом еды и в ужасе уставился на меня. – Почти все набили животы, – исправилась, успокаивая панику в глазах дроу, – пора идти спать. Исая, похоже, так и не проснулась после обморока, так что она на тебе, Вел.

Волк кивнул и помог девушке подняться. Остальные с большим удовольствием покидали столовую, кроме нас с сыном и вечно голодным Тоамасом. Последний остался дожевывать, а мы ушли вслед за всеми через несколько минут.

– И что ты устроил? – тихо спросила, пока мы шли по почти пустым коридорам.

– Я просто познакомился с твоими супругами. Для них честь быть связанными с богиней равновесия, однако они об оказанной им чести даже не догадываются. Зато теперь благоговеют перед твоим братом. Чем не повод проникнуться еще большим уважением, – разглагольствовал Тьма, а мы с мелким переглядывались.

– Ты решил угробить моих супругов раньше времени? – без обиняков спросила братца.

– Что? Да нет же! – отнекивался бог.

– Да их к месту приклеило и мозг почти поплыл, когда ты явил свою персону, – нападала на Тьму я при молчаливой поддержке Хана.

– Но я же… – растерянно произнес брюнет, не имея мыслей продолжить предложение.

– Хан, он их запугал? – спросила у сына, что стоял по другую сторону от Темы.

– Запугал, – подтвердил демоненок, кивая и косясь неодобрительно на в конец потерянного дядю.

– Мозги у них поплыли?

– Еще как! – и мелкий изобразил «Ай-яй-яй» головой и взглядом. – Твой дроу вообще опустился на уровень зомби и теперь только и может, что жрать.

– Бедный Тоамас, – тяжело вздохнула, внутри умирая от смеха, – ему никогда не стать прежним. Спекся парень.

– Да нет же, я… – уже нервничая по полной, пытался защитить себя бог, но мы ему не дали.

– А Исая. Ты видел, что с девочкой произошло? – продолжала я, заламывая руки.

– Кома! Бедняжке не выйти из этого состояния никогда.

– Хватит! – не выдержал Тема. До него, наконец, дошло. – Ну вас к Бездне, шутники.

– А нечего лезть в мою жизнь, – припечатала, и мы с мелким рассмеялись.

Темный бог этого уже не выдержал и зашагал прочь от нас. Однако через несколько метров затормозил и медленно вернулся.

– Ладно. Виноват. Но я тоже хочу стать частью этого спектакля.

– Тем, это не спектакль, – ответила, вытирая набежавшие слезы, – это жизнь.

– Хорошо, я хочу стать частью твоей жизни, – поменял формулировку брюнет и добавил: – Здесь.

– Ну нет, мне сыновей за глаза хватает, – тут же открестилась от нового подарочка судьбы.

Только темного бога мне для полного комплекта и не хватало. Кто следующий? Тетка Судьба? Тогда вообще пиши пропало.

– Я не собираюсь вмешиваться. Я просто буду рядом, – уговаривал братец, чуть ли не складывая ладони вместе и заступая мне дорогу. Упрямец.

Вроде взрослый бог, а внутри такой любознательный ребенок. Впрочем, как и все мужчины. Не то чтобы я была против нахождения брата рядом, но как-то слишком много божественного на квадратный километр академии.

– Я подумаю, – вынесла вердикт и обошла Тему, направляясь в общежитие.

– Отлично. А пока ты думаешь, можно я поживу у тебя? – совершенно неожиданно попросил братец.

Дай руку – по локоть откусит! Вот где наглость – вторая натура.

– Нет! – неосознанно гаркнула на весь коридор возле деканата.

Из приемной тут же высунул нос Ниоба. Больше он ко мне не был приставлен, поэтому вернулся к обязанностям секретаря и главного стража.

– Хана, ты чего кричишь? – удивленно спросил оборотень, переступая порог деканата.

– Эм… – не имела понятия, как все объяснить, поэтому глупо стояла с открытым ртом.

– Я предложил ей выйти замуж в шестой раз. За меня, – пришел на помощь сын, – а она отказала. Категорично!