Живая, мертвая, влюбленная. Сердце Архаиса

Глава 8. На износ

Ирт, завтрак, лекции, обед, практика, ужин и упасть замертво на кровать, заснув еще в процессе падения. Вот мои теперешние будни. Мало того, что орк изводил меня утром, Лис устраивал такие практики, что сил не оставалось даже на поднять ложку. Он вообще с каким-то маньячным блеском в глазах давал мне самые сложные задания и поодаль наблюдал, как я страдаю. С каждым днем во мне все крепла уверенность, что это предвзятое отношение. Убедилась я в этом, когда через неделю мучений мы все выходные отсыпались, а первая и вторая группы гуляли по мирам, наслаждаясь вечеринками.

– То есть Фелис не заставляет каждого из вас поднять десяток умертвий, а потом с помощью подчинения приказать им танцевать парами вальс? – завалившись на стол в столовой, поинтересовалась у Марзо.

Был Первен, начало новой ужасающей недельки.

– Нет. – Впервые я видела у фиарха такие круглые и изумленные глаза.

– Везет. Мои танцевали канкан, – приглушенно выдохнула, – за каждую потерянную конечность во время танца приходилось начинать все заново. А ведь у этих дохляков каждую минуту отрывалась то правая, то левая нога. Просто бесконечное кабарэ-э-э, – чуть не заплакала я.

– Такого у нас точно нет на практике. – Студэо передернул плечами даже от мысли о такой возможности.

Их группа выглядела свежей и полной жизни после занятий, тогда как мы больше походили на потекшее желе. Но больше всего меня бесил не их цветущий вид, а радостные рожи третьей группы. Вот кто просто наслаждался нашими страданиями. Эж даже не скрывал своих прямых взглядов и открытых насмешек, над которыми ржал весь его столик.

Ну ничего, когда я обрету свободу, превращение жизни одного дракона в кошмар будет моей приоритетной задачей. Черный список только что возглавило новое лицо.

Больше я не смотрела в сторону третьей группы, а вернулась к разговору с фиархом. Новый вопрос о практике уже вертелся на языке.

– И вы не выкапываете вручную целый погост, и потом не устраиваете войну между шестью мертвыми армиями? – простонала, начиная понимать, откуда у нашей адской практики ноги растут. Это становилось очевидным.

– А вы устраиваете? – осторожно спросил некр, присаживаясь за стол с нашей полумертвой группой.

Половина из нас кидала на Марзо завистливые взгляды, остальные бессовестно дрыхли прямо на столе, плюнув на остывший ужин. Неделя террора не прошла для нас бесследно. Ребята получали почти столько же трудных заданий, сколько и я. Однако место лидера по количеству спущенной в унитаз силы по вине глупых, но энергозатратных задач оставалось за мной.

– Сегодня армия тухляков разбила воинов гнили, адептов гноя и сухожилия и захватила в плен отряд костяшек, – промямлил полуспящий Демиан.

– Костяшки? – Марзо был крайне заинтересован, хоть мало что понимал.

– Мне достались самые древние зомбаки, – вступила в разговор Рия, – кости и сплошная гниль, но название «воины гнили» застолбил Тоама-а-ас. – Девушка зевнула и продолжила спать, будто и не выныривала из дремы.

– Только эту гниль быстренько разобрали на фаршнабор мои рыцари разложения, – пришел в себя на несколько секунд Шихан, чтобы похвастаться достижениями.

– Ты, похоже, забыл, как уползали твои зомби от моего войска бедра и вони, – напомнила сынишке, что мне он проиграл.

– Эм, бедра и вони? – снова не понял причины такого названия фиарх. Пояснил ему Хоакин, мой язык уже еле ворочался.

– Эта хитрюга, – это про меня, – приказала своим свеженьким зомби незаметно проползти в стан рыцарей разложения, пока шло сражение, и разобрать костяшек, которые были в плену, собственно, на кости.

– Угу, – подхватила Исая, – и после нашей битвы с Шиханом ее войско просто отдубасило всех оставшихся на ногах мертвяков бедренными костями обворованных костяшек. Подлая. – На этом демоница потеряла сознание.

– Эй! – я многозначительно подняла палец над покоящейся на столе головой. – Это называется стратегией! – важно изрекла, а потом хихикнула. – И костяшки прикольно потом уползали на руках. Хи-хи.

– Да? – снова очнулась валькирия. – А как называется, когда ты поглумилась над побежденными, заставляя особо вонючих мертвяков страстно нас обнимать, поливая трупной жижей? Мы же потом из согнутой позы в кустах минут десять не поднимались. Чуть желудок не выплюнули!

– Так вот откуда вонь, – тихо сам себе сказал Нова.

– Я вас добила, чтобы не вздумали восстать против меня, – ответила, пуская слюну на столешницу. Лицо смешно расплылось по поверхности, но собрать его сил не было.

– Весело у вас, – заключил Марзо, ерзая на стуле.

Похоже, гниль на одногруппниках от тепла в столовой начала снова источать вонь. Это заставило меня поморщиться, ибо уйти от пахучих ребят возможности не было. Придется сдерживать тошноту.

– Смертельно, – выдавил Демиан.

Сегодня у него не было сил даже на свою коронную фразу.

– Сегодня просто до тошноты, – прошипел Хоакин.

– Зато вы валялись на травке, а я, в качестве приза за победу, упокоевала все ваши армии, – раздраженно высказалась, сверкая глазами на лежащие рядом головы. Увы, но большего я сделать не могла.

– Какая-то неправильная система поощрений у вашего куратора, – точно заметил фиарх, потихоньку отодвигаясь от нас, – мне уже пора.

– О-о-о, у него ко мне особая любовь, – с сарказмом произнесла, но Нова уже испарился.

И правильно, от вони уже начал подступать к горлу комок.

Не знаю, сколько мы так пускали слюни, но нас разбудил недовольный голос зинока поварихи. Она пока еще вежливо просила нас выметаться. А вот если не сделаем этого, тогда в ход пойдут поварешки и кастрюли.

Используя телепатическую связь, мы шустренько помогли друг другу встать и побрели огромным комком существ в общежитие. Меня потеряли где-то на середине пути. И как я ни голосила в мыслях, спящие на ходу ребята меня уже не слышали. Зато заметил мэтр.

– Демоны, киска! Тебя что, снова принесли в жертву?

И вот не поймешь, шутит или всерьез.

– Угу, мэтру Моэ, – простонала, переворачиваясь на спину. Уронили меня лицом.

– Ах, Моэ, – понимающе протянул Фелис и подхватил меня на руки, – тогда, так и быть, донесу. Все же здесь есть и моя вина.

– Эт полнстю тая ина. – Я хотела сказать «это полностью твоя вина», но из-за усталости язык заплетался.

– У-у-у, Лис перестарался. Так и помрешь ведь. – И нагловатая улыбка проступила на лице кошака.

– Уже. Живые так… себя не чувствую-у-ут, – чуть ли не плача, выстонала.

Больше Фелис ничего не говорил, только плавно нес меня на руках так, что тело не ощущало шагов. Было чувство, будто я плыву по воде, но никак не нахожусь в сильных объятьях мэтра. За целый день именно в этот момент я почувствовала себя счастливой. Вокруг был покой, и никуда не нужно было больше бежать. Однако с проблемами всегда действует один закон: они не ходят поодиночке.

– У нас в Архаисе появилась служба доставки на дом бессознательных студэо? – этот голос я и за тысячу лет не забуду. Он преследует меня в кошмарах вот уже неделю.

– Лисандр, какая встреча, – слова кота так и сочились ехидством, – а что ты делаешь в правом крыле общежития? К кому-то в гости зашел? А чего не остался? Хозяина комнаты не оказалось на месте?

Всечувствующие, придушите этот фонтан насмешек. Из-за него меня завтра похоронят на практике.

– Да вот, жду одного бродячего кота, который метит не те двери, – усмехнулся в ответ Лис. Это слышно было по голосу.

– И зачем? Понаблюдать?

Мы уже явно не шли, а стояли возле моей комнаты, но открыть глаза и убедиться в этом не было сил.

– Кастрировать, – победно парировал оборотень.

Фелис крепче прижал меня к себе, но потом спохватился от моего стона и ослабил хватку.

– А силенок-то хватит? – в словах проскальзывало шипение, которого раньше за кошаком не водилось.

– Первый раз я предупреждаю, а вот потом… Поверь, я достаточно квалифицирован.

От моего переносчика послышался фырк, что зашевелил волосы на затылке и обдал холодком шею.

– Зачем девочку измотал? Хочешь, чтобы сломалась?

– Такие не ломаются, Фелис, и тебе об этом прекрасно известно. А если сломается, то воскреснет. Опыт у нее уже имеется. Да, милая? – По моим волосам прошлась когтистая рука.

Как бы я ему сейчас ответила, если б могла. Но это было не так просто.

Мэтр склонился надо мной, я прям чувствовала это кожей, и насмешливо прошептал на ухо:

– До завтра, Хас-с-су. – Рука исчезла с моей головы, предварительно нежно огладив щеку.

От этой фразы меня мигом затрясло.

Не знаю, что Лис задумал, но это будет пыткой. Война набирала обороты, но страдала от нее не я одна. Раз мэтр перешел к таким решительным действиям, значит, задела я его сильно. Ну и Фелис помог. Хотя, скорее, напакостил.

Каким образом меня уложили в кровать, не помню. Сознание окончательно отключилось, как только я оказалась в безопасности в своей комнате.

Тяжёлый завтра будет день.

Глава 9. Ночной инцидент

Тихая осенняя ночь. Выходной день. После очередной изнуряющей недельки блаженный сон был просто подарком. Такие тихие минутки выдавалась редко, отчего были еще более ценны. Я даже в грезах умудрялась радоваться покою. Так, как издевался над нами мэтр Моэ, не издевался даже нижний мир над своими заключенными. Это наводило на мысль, что Лис искуснее в пытках, чем Всенижний. Шесть дней истязаний, один день спокойствия и один свободы – вот что собой представляла моя неделя. Но, как это водилось в моем случае, даже выходной кто-то сумел испортить.

Проснулась я от ужасающей боли в предплечье. Было ощущение, что с меня снимают кожу живьем или руку просто-напросто подожгли.

– А-а-а!

Крик сдержать не получилось, но я хоть смогла не верещать на все общежитие. Чего не могу сказать об остальных, поскольку ор на первом этаже стоял знатный и многоголосый. Похоже, у нас всех случился приступ. Как только волна одуряющей боли схлынула, я смогла подняться с кровати и буквально вывалиться из комнаты в коридор. Когда доковыляла до левого крыла, то увидела там Демиана и Рию. Они тоже были в плохом состоянии и даже не сразу меня заметили, поскольку я застряла в начале коридора. Дальше ноги отказывались нести меня, а пульсация в предплечье вызывала головокружение и тошноту. Перед глазами двоилось, а то и троилось, что не способствовало дальнейшему передвижению.

Через пять минут, когда последствия какого-то непонятного приступа достаточно схлынули, я смогла рассмотреть остальных своих супругов и кучу других студэо, что толпились вокруг нас. Мне помогли подняться и подвели к одногруппникам.

– Хана, что это было? – простонала Исая, все еще держась за плечо пострадавшей руки.

От самого запястья и до локтя по ее левой руке змеилась угольная метка, которую просто выжгли на коже. Я осмотрела ребят, что были все еще дезориентированы, и убедилась, что все получили черный рисунок. На моем предплечье красовалась все та же лоза, только теперь она часто и плотно обхватывала всю мою руку до середины плеча.

Меня сразу взволновал вопрос, почему на мне больше ущерба, чем на остальных. Что-то нечисто с этой ситуацией, и, чтобы разобраться, необходим знающий дракон. У меня как раз имелся такой.

– Да что же произошло? – взволнованно спросил Шихан и присел рядом со мной.

– Какой-то сбой в нашей связи, – вымученно простонала и продемонстрировала красную руку с черным рисунком.

Кожа буквально горела вокруг метки, не желая дать передышку своей хозяйке. Сразу вспомнились слова Халона о том, что связь наказывает за измены жестоко.

Жестоко, не то слово! Только неясно, кто же из моих супругов посреди ночи решил поразвлечься таким убийственным способом. Найду – убью.

Дальше я выбралась из толпы и на десять минут выпала из реальности, переживая наплыв тошноты и головокружения.

– Мам? – тихо позвал младший, когда все успокоилось. – Ты как? У тебя испарина, и ты еле стоишь на ногах. Давай я отведу тебя в комнату?

– Подожди. Я должна поговорить с ребятами. – Одним ловким движением я выпуталась из поддерживающих объятий сына, чуть не упав при этом, и медленно зашагала обратно к сидящим у окна одногруппникам. Чувствовала я себя уже много лучше.

– Вы как? – спросила, а сама украдкой рассматривала метки.

У всех по локоть и только у меня по самое не балуйся. Ребята быстро это заметили.

– Хана, какого демона у тебя такой здоровый ожог? – удивилась и ужаснулась одновременно Рия.

– А ей вдвойне досталось, – сделал вывод Хоакин.

– И причина? – Демиан спросил меня, но просмотрел почему-то на человека.

– Она нам изменила? – неуверенно предположил рыжий, и все пятеро студэо посмотрели на меня.

Общаться нам не мешали. Остальные некры просто стояли поодаль – в ожидании целителей и если неожиданно снова понадобится помощь.

– Ага, в кровати, ночью, сама с собой. Именно так я поступила! – всего одним предположением они вывели меня из себя.

– Прости, Хана, – заговорила тихо Исая, – это твоя жизнь. Мы не вправе осуждать, но это ужасно больно. – И демоница потупила глаза.

– Исая, я спокойно спала в постельке и проснулась от страшной боли. Меня будто в котле варили, – эмоционально ответила и сползла на пол рядом с подругой. Слабость сказывалась.

– Ну, вокруг тебя все время вьется Хрон, вот мы и предположили, – решил высказаться Тоамас, но ребята так на него посмотрели, что слова застряли у того в горле. Дроу даже сглотнул.

– Значит, вы знаете, – выдохнула, опуская голову между коленей.

Глупо было скрывать наши отношения с кошаком. Рано или поздно засветились бы. А теперь вся моя команда уверена, что я предавалась плотским утехам с мэтром сегодня ночью, чем навлекла на нас всех очередное наказание. Неприятное чувство.

– Да Фелис аж светится, когда поутру от тебя уходит, – фыркнул Хоакин, – вот скажи, как вы обошли брачные узы?

С диким блеском в глазах человек принялся выпытывать тайну, которой на самом деле не существовало.

– Дурак, – и валькирия саданула рыжего по голове кулаком, – раз мы все разукрашенные, то ничего им не удалось!

– И то верно, – потирая травмированное место, буркнул наш амаг.

– Ребят, мы не встречаемся. Это какое-то странное общение, но романтики в нем кот наплакал, – пояснила то, чего и сама до конца не понимала.

– А Фелис плакать умеет?! – ужаснулся Тоамас.

Этим он разрядил обстановку. Все засмеялись, пусть сам дроу не понял, насколько юморным было его замечание. Убедить невыспавшихся некров в том, что не я причина наших новых тату, было достаточно легко. Особенно когда троица кураторов нашего курса в грязи и крови ввалилась в Архаис. Стало очевидно, что мэтры были на задании и я не уединялась с Фелисом.

– Может, она изменяет Хрону, – бездумно предположил Хоакин, за что получил уже от меня.

– Договоришься ты когда-нибудь, – предупредила Рия, откидывая голову на подоконник.

К нам уже спешили лекари с чемоданчиками и сумками. Они слаженно обработали воспаленную кожу и туго перебинтовали сухими бинтами, предварительно наложив охлаждающее и послеожоговое заклинание. Увы, но по какой-то причине именно ожоги лечить магией было проблематичнее всего. Даже кости было проще соединить.

Забирать нас в лазарет не стали. Травмы не представляли опасности для жизни. Головокружение почти прошло, а завтра выходной, так что не было смысла заставлять нас отлеживаться сутки, мы и сами с этим неплохо справимся.

Проблема пришла оттуда, откуда не ждали. Когда всех разогнали по комнатам и остались только мы и целители, кураторы решились подойти.

– Киска, что ни ночь, то приключения? – ехидно заметил Хрон.

Меня аж перекосило. Намек был уж слишком неприличным и лишенным под собой оснований. Вот только кому-то было совершенно плевать на этот факт. Лисандр понял смысл высказывания по-своему, и этого ему было достаточно.

– Сегодня с нее приключений достаточно, – недовольный порыкивающий голос выдавал своего обладателя, – идем, Хасу, я сопровожу тебя до комнаты, чтобы ты ненароком не нашла в эту ночь себе еще приключений.

На лице Моэ расплылась насмешливо-злая улыбка, что уже не предвещало ничего хорошего.

– Эм…

Честно, мне было страшно идти с Лисом. После месяца убийственных практик и презрительно-насмешливого отношения от оборотня можно было ждать чего угодно, но точно не хорошего. Спас ситуацию Хрон. Или испортил, тут уж как просмотреть.

– Я сам провожу ее. – И кот подхватил меня под локоток, делая шаг к правому крылу.

Сделать еще один шаг ему не позволили. Сильная рука с красно-черными когтями мертвой хваткой вцепилась в его предплечье. Я стояла лицом к Лису, застряв между мэтрами, ибо Моэ удерживал кота за правую руку, на которой покоилась моя ладонь. Что-либо предпринять было не в моих силах, тем более что сейчас оборотни прожигали друг в друге дыры, меряясь силами. Рука под моими пальцами напряглась до предела, даже ткань рубашки затрещала, но Лис держал крепко, погружая когти прямо в мышцы и пуская кровь противнику.

– Котик, – нежно позвала Фелиса, при этом положив вторую ладонь на судорожно сжатые пальцы Лиса, – все же он мой куратор. Он обязан убедиться, что со мной все будет хорошо.

И кошака отпустило. Он ухмыльнулся, сбрасывая расслабленную ладонь оборотня и одергивая окровавленный рукав. На них всех было столько красного после задания, что еще парочка пятен не будет заметна. Интересно то, что Ликиан никак не участвовал в этом противостоянии и не собирался его останавливать. Волк вообще стоял за пять метров от нас. О его принадлежности к оборотням данного вида как-то проболтался Фелис.

– Как скажешь, кошечка. – И этот наглец поцеловал меня в щеку в катастрофической близости от губ.

Я прям слышала, как пискнули и затаили дыхание одногруппники за спиной. Мы все ожидали новой страшной боли и продолжения боди-арта. Но ничего не произошло. Фелис ухмыльнулся в лицо Моэ и просто ушел. Я же сорвалась с места и направилась к себе, демонстративно игнорируя злое сопение и вредные фырки за спиной. Моей целью было захлопнуть дверь прямо перед носом у мэтра, но, как всегда происходит с этим мужчиной, все пошло не по плану. Он вошел следом.

– Я в порядке, мэтр. Вы можете не переживать и отправляться спать, – произнесла слегка подрагивающим голосом, не оборачиваясь.

Зря. Так я пропустила момент, когда меня прижали к груди, заблокировав руки.

– Я ненавижу, когда играют на моих слабостях, и терпеть не могу сами слабости, Хасу, – прошипел Лис, стискивая меня сильнее, – не провоцируй. Последствия тебе не понравятся.

После этого что-то теплое и влажное прошлось от плеча до местечка за ухом. Когда я поняла, что по телу прошла волна жара. Прикосновения не забылись, как и пережитые когда-то чувства. Как же это было волнительно и опасно. Увлечешься и получишь новую порцию боли. И я имела в виду не только физическую.

– Пусти-и, – почти простонала, но каким-то чудом удержалась в рамках строгости.

– Есть множество способов, как я могу поиграть на твоей выдержке, – кончики когтей забрались под рубашку и аккуратно прошлись по животу, – мне даже не нужно трогать твои брачные узы, чтобы добиться реакции.

И Лис медленно прикусил кожу шеи сзади. Потом еще раз, и еще. Я плавилась под этими невинными ласками и страшилась того, что желала большего.

– Это вызов? – рыкнула, переводя свое желание в агрессию. Так однозначно лучше думалось.

– Возможно. – Дыхание на ухо и влажный след на щеке.

А потом меня резко развернули к себе и оставили жгучий поцелуй ровно в том месте, где пятью минутами ранее это сделал Фелис. Лис будто хотел стереть прикосновение кота. И ему это удалось. Меня повело, а пульсация в руке усилилась. Но, прежде чем я получила новую порцию ожогов, мэтр отстранился.

Объятия разжались, я была свободна. За спиной глухо хлопнула дверь. Я рухнула как подкошенная на пол в тот же момент, когда в коридоре раздался отчаянный рык.

Глава 10. Подарочек

Жизнь вошла в колею. Утро пахло Ирт, занятия гнилью Корпса и наставлениями Клава, обед мясом, а практика кровью. Правда, со временем мы привыкли даже к изощренной манере Лиса вести занятия. Все еще было сложно: после практики часто хотелось лечь и умереть, но мы держались. А вот сдали слегка нервы, когда в один из выходных дней на дополнительное занятие по иллюзиям явился неожиданный гость. Кирие как раз рассказывала нам о материализации фантомов, когда дверь в аудиторию открылась и в нее вошел мэтр Моэ. Он непринужденно прошагал до кафедры, не удостаивая вниманием студэо.

Естественно, мы все поздоровались. Вот тогда-то Лис бросил пристальный ищущий взгляд на присутствующих некров и быстро нашел среди толпы меня. Даже в хоре голосов он услышал мой. Это было и лестно, и настораживающе. Хищник улыбнулся, демонстрируя клыки, и обратился к Кирие:

– У Ниобы есть вопросы по фантомам, он просил тебя зайти, – нежно произнес Лис, отчего мне стало как-то не по себе.

– И ты только за этим сюда пришел? Из деканата не могли послать вестника? – хитро подметила преподаватель.

– Боялись, не дойдет. Могли перехватить, отчего возникла бы задержка, – неправдоподобно придумывал причины оборотень. Да он и не старался это скрыть.