Ведьмины штучки. Добро пожаловать в другой мир

Эльвира Колкая

"Нет повести печальнее на свете, чем повесть о Громео и Саньетте".

Хильям Шампир, адепт черномагической школы и автор книги "Громео и Саньетта".

Звоночек из костей белого кролика оповестил о прибытии посетителей в лавку. И нет, он был не на двери, а в моей комнате на втором этаже, но никогда не ошибался и не пропускал появления кого-либо на пороге моего магазинчика. Я загнула уголок страницы и отложила книгу, собираясь встретить клиента. Больно много желающих сегодня кого-нибудь проклясть или украсть чужую удачу. Осеннее обострение, не иначе. На носу ведь праздник единства, когда грань между светлой и темной магией стирается. В эту ночь светлые ведьмочки и маги могут творить черную магию, при этом избежав любых последствий и оставаясь чистыми душой. Темные же, наоборот, могут творить добро и лечить людей, при этом сохраняя свой статус черных душой мастеров своего дела. Веселый праздник, который хорошо иллюстрирует, что нет полностью светлого или темного, все относительно и зависит от выбора и обстоятельств.

Я величественно спускалась по кованой винтовой лестнице, лениво оглядывая свою гостью. Это была одна из фрейлин Ее Величества, леди Броут. Кажется, не так давно ее понизили до третьего ранга с первого. Позорное смещение, наверняка она сейчас главная сплетня во дворце. Не завидую положению этой женщины. Многие и вовсе после такого покидают дворец и до конца жизни живут в уединенном поместье далеко от столицы.

– Чем могу помочь, леди Броут? – бархатно произнесла я, добавляя низких ноток.

Женщина вздрогнула, но взгляда не отвела. Смелая и решительная. Уже одно то, что после публичного унижения она стояла в лавке темной ведьмы, а не паковала чемоданы, говорило о ее намерении бороться. Люблю таких, всегда доставляет удовольствие создавать для них проклятья.

– Раз вы знаете мое имя, полагаю, и о моем незавидном положении вам тоже известно, – она не спрашивала, утверждала.

Я кивнула, не утруждаясь облекать свой ответ в слова.

– Мне нужно, чтобы главная фрейлина Блум исчезла, – твердо заявила женщина. Взгляд ее карих глаз был диким, как у загнанного зверя.

– Прошу прощения, леди, но я не специализируюсь на убийствах. Вы ошиблись улицей. Переулок головорезов на окраине города. – Еще не хватало мне привлечь внимание инквизиторов. Уже то, что ко мне пришли с подобным запросом, могло повлечь за собой нежелательную проверку.

– Нет, темнейшая, – это обращение было принято в моих кругах и выражало уважение говорящего. – Я не ошиблась. Мне нужна темная ведьма, самая лучшая в королевстве. И насколько я знаю, это вы.

Звучный статус она мне приписала, и я бы заподозрила лесть, если бы это не было правдой. Колкие были главной семьей в ковене темных ведьм, и я была единственной их наследницей, что делало меня лучшей в своем роде. Так оно и было, ибо этой лавочкой заправляли еще мои далекие предки. Все здесь пропитано магией темных ведьм.

– Допустим, вы и правда пришли по адресу. Как же я, по-вашему, должна заставить главную фрейлину исчезнуть? – Многое могут члены моего ковена, вот только не убивать.

– Проклятье, темнейшая. Только гораздо сильнее того, что вы сотворили для Блум. – Она скривилась и обнажила зубы, будто в оскале.

А она умная. Сразу поняла, что нынешняя главная фрейлина приходила ко мне за помощью и прокляла леди Броут, чтобы занять ее место. Моя ворожба всегда приносила результаты, другое дело, что за это приходилось платить.

– И как узнали? – Мне правда было интересно. Неужели Блум была настолько пустоголова, что разболтала о проклятье?

– Она скрывает лицо за вуалью, но я смогла однажды заглянуть за нее. Все ее лицо в язвах и даже не собирается заживать, – злорадно прошипела женщина, делая шаг ко мне.

Да, плата за проклятье полностью ложится на того, кто его заказывает. Я лишь проводник. Люди сами платят за свои решения, не мне судить их за этот выбор.

– То есть вы видели, чего стоило ваше место леди Блум, но все равно хотите прибегнуть к похожему способу? – Признаюсь, эти дворцовые интриги меня иногда поражали своими масштабами. Неудивительно, что столько моих предков были писателями и летописцами. Такое количество остросюжетного материала собирается в стенах этой лавки, что жизни не хватит все описать.

– Мне все равно. Я хочу вернуть свой статус, – настаивала женщина.

– Вы же понимаете, что отдача от проклятья непредсказуема. Вас может парализовать, вы можете ослепнуть. Столь сильные ритуалы берут большую плату, но и дают хороший результат. Прошу вас подумать еще раз.

Я всегда давала шанс передумать. Клиент полностью должен осознавать, на что идет. Все же последствия этого решения могли сломать ему жизнь.

– Я же сказала, что уверена в своем решении, – настаивала леди Броут, и мне оставалось только дать ей на подпись договор на оказание услуг. Особым пунктом значилось, что за любые последствия для заказчика исполнитель не несет ответственности. Гарантирован только результат.

– Флин, принеси договор для проклятья третьего уровня, – я слегка повысила голос, чтобы фамильяр меня услышал.

В глубине лавки, где находились запасы ингредиентов для ритуалов и мой кабинет, послышались шуршание и характерный звук "вшух". Через минуту оттуда вылетел большой черный ворон с зажатыми в клюве бумагами и осторожно приземлился на край прилавка.

– Спасибо, дорогой. Выспался? – Я забрала договор и почесала птицу в районе спрятанного ушка. Флин всегда любил подобную ласку.

– Кра-а! – утвердительно ответил фамильяр, после чего по-птичьи наклонил голову и посмотрел одним непроглядно-черным глазом на леди Броут.

– Подписывайте. – Я передала женщине специальную перьевую ручку, где основание было острым.

Фрейлина, на удивление, знала, как пользоваться артефактом. Она приложила основание к запястью и проткнула кожу острым концом, даже не поморщившись. Перо быстро набирало кровь, окрашиваясь в темно-вишневый. Когда ручка насытилась, дамапододвинула к себе бумаги и незамедлительно оставила на них кровавый размашистый росчерк и свои инициалы. Бесстрашная женщина!

– Благодарю, леди Броут. С вас два золотых. Ритуал проведу сегодня ночью, как и указано в договоре. Результат проклятия ожидайте не ранее утра, а отдача может наступить неожиданно и в неопределенное время. Был случай, когда последствия застали мужчину на пороге его смерти через пять лет после ритуала, но это редкость. Обычно ответ за содеянное приходит в течение недели. Хорошего проклятья, и пусть отдача будет милостива к вам. – Я забрала деньги и попрощалась с фрейлиной.

Сегодня у меня уже было два проклятья первого уровня, совсем простенькие: икота, отравление и временная немота, которой проклял сам себя один из подозреваемых в деле о хищении большой суммы денег из казны. Он надеялся, что дознаватели его отпустят, раз не могут расколоть. Также приходила девушка и заказала приворот. Ну и леди Броуд со своим сильным проклятием третьего уровня.

Подобные ритуалы были сложными, и в них не было определенного проклятия, скорее задавалась цель, а уж как магия приведет к ее исполнению, было неизвестно. Я не любила прибегать к подобному, но люди слишком податливы на власть и деньги. Иногда их методы жестоки. Я же лишь исполнитель. И лучше уж я сворожу проклятье по правилам, чем третьесортная ведьма сотворит непонятно что с катастрофическими последствиями.

Я выглянула в окно витрины и заметила сгорбленную фигуру в длинном плаще, которая входила в лавку напротив. Это точно была женщина, ибо ее пышная юбка была хорошо видна, но вот лицо скрывала черная вуаль, а на головекапюшон.

– Смотри-ка, Флин. Наша леди Блум решила лечить последствия от проклятия, – я усмехнулась, поглаживая ворона по голове. – Что ж, грядет очередная нотация от святой Бьянки. И почему эта светлая ведьма все время жалуется на моих клиентов? Ее лавка только на последствиях от моих проклятий и процветает.

Ворон каркающе рассмеялся от моей шутки и мягко ущипнул клювом за палец. Кто-то хотел получить свой обед.

Давным-давно мой соотечественник, следователь темного пути, написал замечательную повесть, основанную на реальной истории моей семьи, основателей темной школы, и семьи светлых ведьм, основателей светлой школы. Такая трагичная история, что только усугубила разлад между нашими домами. Мы с Бьянкой не общались с самого детства. Жалела ли я об этом? Возможно…

Бьянка Пушная

Перо феникса… Три штуки. Слезы единорога… Всего два пузырька. Пыльца радужного цветка… Пока предостаточно. А вот серебряный туман не мешало бы заказать. Без него я пропаду.

Я сделала еще несколько пометок и захлопнула бухгалтерскую книгу.

– Завтра утром нужно будет отправить очередную заявку в отдел продаж Ассоциации Светлой магии, – задумчиво обратилась я к Мечте – канарейке, которая чистила перышки, пристроившись на полке с магическими ароматами. – Придется, конечно, подмаслить магистру Флэшу, чтобы он не ворчал, ведь лимит закупки редких ингредиентов в этом месяце у нас уже исчерпан… – Я вздохнула. – Может, подарить ему веселящие леденцы, чтобы он подобрел?.. Флэш их любит… Тогда, возможно, получится упросить его выдать мне еще хотя бы миллилитров сто лунного света…

Ну а что поделать, если клиентов, желающих снять отдачу от темных проклятий, становится с каждым днем все больше? А зелья для них – все сложнее. С одной стороны, это весьма прибыльно, но с другой… Не о том я мечтала, когда принимала в наследство эту лавку, не о том! Мне хотелось дарить людям счастье и удачу, успокаивать их сердца и поправлять здоровье, а вместо этого… Вместо этого я исправляю результаты их ошибок, последствия амбиций, зависти и ненависти! И всему виной Эльвира Колкая. Темная ведьма из враждебного нам, Пушным, рода, чей магазин расположен аккурат напротив моего. Его черная с золотом вывеска мозолила мне глаза даже сейчас, отлично различимая через витринное окно моей лавки. За сегодня я насчитала у Эльвиры уже четверых посетителей, а это значит, скоро их всех стоило ждать у меня за «искуплением».

Из-за угла соседнего дома вынырнула сгорбленная женская фигура в длинном плаще и торопливо, словно боялась быть замеченной, направилась в сторону моего магазина. Ее лицо покрывала плотная вуаль, а руки обтягивали черные перчатки.

Звякнул дверной колокольчик, и дама проскользнула внутрь. Мечта приветливо чирикнула, а из гостиной послышался звонкий лай Метаморфозы.

– Мне нужна ваша помощь, Светлая… – выдохнула женщина и вцепилась пальцами в свою шелковую, расшитую дорогим бисером сумочку.

– К вашим услугам, леди…? – Я вежливо улыбнулась.

– Блум, – шепотом ответила та. – Но мое имя должно остаться между нами. Потому что мое положение… Оно обязывает, понимаете ли…

– Клятва Светлой Риджине, которую я давала при посвящении, не позволит мне сделать обратное, так что можете быть спокойны, леди Блум, – заверила я, скрывая свое удивление. – Ваша тайна – моя тайна.

С главной фрейлиной королевы я лично знакома не была, но имя ее было у всех на слуху, в первую очередь оно фигурировало в большинстве сплетен королевского двора.

– Так чем я могу вам помочь? – спросила я.

– Мы не могли бы где-нибудь уединиться? – Леди Блум дергано завертела головой.

– Конечно, – кивнула я, провожая ее в свою небольшую гостиную.

Нам под ноги со звонким лаем сразу бросился маленький взъерошенный комок.

– Надеюсь, вы не боитесь собак? – уточнила я, подхватывая на руки Метаморфозу. Мелкая злючка продолжала рычать и скалиться даже у меня под мышкой.

– Нет, – выдавила из себя фрейлина, явно кривя душой.

– А котов? – невинно добавила я.

Баланс, или сокращенно Бал, дикий кот черно-белого окраса, вальяжно вытянулся на диване, заняв собой почти все пространство. Он ленивым взглядом проводил леди Блум, которая засеменила к свободному креслу. О своей любви к котам она умолчала.

– Какая у вас проблема? – повторила я, прикрыв дверь.

Фрейлина судорожно вздохнула и откинула вуаль. Моему взору предстало некогда прекрасное лицо, которое сейчас покрывали незаживающие язвы.

– Вот, – произнесла леди Блум, из всех сил пытаясь сохранить достоинство. – Я хочу избавиться от этого.

– Откуда оно у вас? – спросила я, уже догадываясь, какой будет ответ.

Та сглотнула и выдавила:

– Ритуал Возвышения.

– Вы хотели сказать: проклятие Возвышения, – холодно поправила я.

Внутри меня забурлило негодование. Еще одна клиентка Эльвиры! Так вот каким путем эта фрейлина получила свой ранг! Представляю, каково было ее конкуренткам, которых она обошла благодаря этому проклятию, если отдача от него такая сильная. Вышвырнуть бы ее отсюда ко всем демонам! Пусть сполна пожинает плоды своего безумия!

«Ты же Светлая ведьма, Бьянка, – вынырнул из памяти голос покойной мамы. Она всегда меня одергивала, когда я начинала негодовать по какому-либо поводу. – Ты не должна злиться и желать кому-то дурного. Светлые ведьмы не поступают так. Они всегда приветливы, открыты и готовы идти на зов помощи… Ты должна уметь укрощать свои эмоции, Бьянка… Иначе чем ты лучше Темных?»

Вдох-выдох, вдох-выдох… Да, я Светлая ведьма, мама. Светлая.

Я вернула на лицо улыбку.

– Конечно, я помогу вам, леди Блум. Но это будет стоить вам четыре золотых.

– Четыре золотых? – Глаза той округлились. – Но это в два раза больше, чем я заплатила Темной за проклятие!

– Так в чем дело? – Я нарочито равнодушно пожала плечами. – Вы всегда можете обратиться за помощью к ней.

По обезображенному лицу фрейлины пробежала судорога.

– Ладно, четыре так четыре, – отрывисто сказала она и щелкнула замочком своей сумки.

– Да, и еще один золотой в качестве пожертвования, – добавила я, почесывая Метаморфозу под шейкой. – Для помощи бездомным животным.

– А это еще что такое? – К язвам на лице леди Блум добавились красные пятна возмущения.

Я вздернула бровь:

– Искупление – обязательный элемент снятия отдачи от сотворенного проклятия. Вы должны совершить благое дело, без него ничего не получится.

Безусловно, я лукавила. Никакого искупления мои ритуальные действия не требовали, однако почему бы не проучить таких клиентов и не направить их финансовый поток на действительно полезное дело, до которого они сами никогда не снизойдут? Да, это не совсем в правилах Светлых ведьм, но…

Леди Блум вручила мне пять золотых, один из которых я отложила в отдельную шкатулку – на тех самых бездомных животных. Затем мы подписали соответствующий договор, и фрейлина исчезла.

Метаморфоза тявкнула ей вслед.

– Понимаю твое желание ее укусить, – кивнула я. – Но теперь ты, Морфа, не бездомная дворняжка, а одна из рода Светлых. И должна вести себя соответствующе, ясно?

Метаморфоза недовольно фыркнула и, прихрамывая на заднюю лапку, пошла обратно в гостиную.

За время визита фрейлины Блум небо за окном заметно потемнело, покрылось низкими тучами. Поднявшийся ветер стал раскачивать подвесное кашпо с цветами, которое украшало крыльцо лавки. Я вышла, чтобы снять его и занести внутрь, опасаясь, что разбушевавшаяся непогода причинит им вред. Дождя явно было не избежать.

Прохожих на улице стало меньше, все тоже торопились поскорее очутиться в укрытии. И только у магазина Эльвиры снова маячил покупатель. Я успела рассмотреть лишь его плащ цвета кобальта, который по канту всего полотна украшала серебристая вышивка принадлежности к королевскому двору. Похоже, кто-то из приближенных опять что-то с кем-то не поделил и теперь жаждет мести. Ничего нового. Все как обычно.

Я вернулась в лавку и снова занялась переучетом, на этот раз магических ароматов.

К вечеру разразилась гроза, ливень хлестал так, будто желал смыть все с лица земли, поэтому я закрыла магазин пораньше. Заварила себе травяного чая, взяла книгу и, закутавшись в плед, устроилась в гостиной у камина. Вокруг меня разлеглась вся моя живность и сладко посапывала, не обращая внимания на бушующую стихию.

Я уже сама начала дремать, как вдруг Метаморфоза подхватилась и навострила уши. Тихо встревоженно тявкнула. Бал тоже приподнялся и настороженно дернул хвостом. Теперь и я расслышала какой-то странный шум со стороны лавки.

– Оставайтесь здесь, – строго велела я животным и, прихватив лампу, вышла из гостиной.

В лавке было темно, по стенам плясали тени, но в целом ничего подозрительного. Я уже собралась вернуться в гостиную, как вдруг меня кто-то рывком схватил сзади и зажал рот. Свеча погасла, а над ухом раздался приглушенный мужской голос:

– Только не кричите, Светлая. Мне нужна ваша помощь.

Эльвира Колкая

Рабочий день подходил к концу, и я уже не рассчитывала на клиентов, мне и так хватало работы. К тому же разыгралась непогода, что переросла в весьма серьезный ураган. Черно-золотая вывеска "Черный ворон" над моей лавкой грозилась сверзиться на каменную кладку и разбиться вдребезги.

– Бушует так, будто кого-то прокляли на смерть. – Я издала нервный смешок и отошла от витрины.

Два больших окна в пол были в лавке по распоряжению еще моей прабабки, поэтому никто ничего не менял десятилетиями, но, слыша дребезжание стекла, стоило подумать об исправлении этой оплошности. Если лопнет, то несдобровать всей лавке. Может, заменить на драконье стекло?

– Кар-ра! – Флин сел на прилавок и покосился на меня своим глазом.

– Согласна, на сегодня можно заканчивать. – Я улыбнулась ворону, почесала его за ушным отверстием и направилась в кабинет.

Дойти до уютного личного пространства мне не дал звонок, известивший о новом клиенте. И кому только хочется ходить в такую погоду?

Стоило мне выйти к гостю, как все мое естество напряглось. Флин разделял мой настрой и тихо шипел сквозь приоткрытый клюв. Фигура в плаще королевских цветов с серебряной вышивкой не сулила ничего хорошего. В таких ходили только приближенные к короне люди, и ни с одним из них я не хотела бы пересекаться. Именно поэтому решение сей проблемы пришло легко.

– Прошу прощения, но мы закрыты, – вежливо, но без малейшей улыбки обратилась я к фигуре в капюшоне.

– Правда? А на двери висит табличка, что Ворон работает до семи. – Мужчина, а это был именно он, достал из кармана плаща часы на цепочке и демонстративно показал их мне.

Какова наглость уличить Темную во лжи! Королевские совсем потеряли страх и уважение перед моим родом.

– На сегодня у меня уже достаточно работы, я не могу позволить себе взять еще. Ниже по улице есть лавочка Хельги, она также специализируется на темных ритуалах. – Я настойчиво выпроваживала посетителя, но тот не сдавался.

– Мне нужна лучшая ведьма в своем деле, и так уж вышло, что это именно вы. – Я видела только широкую, пугающую улыбку из-под капюшона, но и этого было достаточно, чтобы холодок побежал по спине.

– И что же вам нужно?

– Проклятие, – охотно ответил незнакомец.

– Ну разумеется, – с сарказмом сказала я. – Какое именно?

Не то чтобы я собиралась брать этот заказ, но нужно же было как-то выпроводить этого нахала. Пусть думает, что я согласна его обслужить, когда на деле я просто жду подходящего момента, чтобы отказать.

– Последний вздох, – прошептал гость, отчего в лавке, да и за ее пределами, стало неестественно тихо. Даже непогода присмирела на мгновение.

Помнится, я слышала это название всего раз в своей жизни, и тогда это закончилось арестом моей троюродной тети Мириам. Мертвый троюродный дядя и сошедшая с ума в тюрьме тетя – вот итог этого страшного ритуала. Колкие не практикуют смертельную магию вот уже три столетия. Еще до принятия закона о запрете подобных проклятий. За нарушение этого закона следовало пожизненное заключение, лишение магии или смертная казнь. Приговор зависел от обстоятельств и высокопоставленности жертвы. Заказчик же отделывался штрафом или заключением. Я отлично помнила статью этого закона, бабушка заставила меня вызубрить ее наизусть. Помню, когда на центральной площади лишали магии Темную за попытку проклясть на смерть, я стояла в первом ряду и наблюдала за агонией этой женщины. Моя бабушка стояла позади, держала меня за плечи и не давала сбежать или опустить голову.

“Ты должна знать, что произойдет, если ты нарушишь наш древний закон".

Да, у Колких был свой кодекс, и в нем четко было написано: не убий. Природа нашей силы не прощает подобного. Мы можем использовать свои способности, пока не противоречим ей.

– Выметайся из моей лавки, – прошипела, чувствуя, как поток моей ярости кружится вокруг, развевает мои короткие волосы и сдувает с прилавка бумаги. – Вон!

Флин начал громко каркать, махать крыльями и уже готов был напасть на незнакомца, но тот решил отступить.

– Правду говорят, что Колкие верны слову. – Он хрипло рассмеялся, выходя за порог. – Только тебя это не спасет.

Дверь за мужчиной закрылась. Поток воздуха затих, бумаги медленно начали планировать по всей лавке, оседая где придется. Сверкнула молния в полной тишине, но грома не было. Лишь спустя несколько минут начался ливень, внося хоть какие-то звуки в мою лавку.

– Все плохо, Флин.

– Знаю, – ответил хриплый мужской голос за моей спиной, после чего теплые руки накинули мягкий кремовый плед мне на плечи.

– Молния без грома.

– Я заметил. – Он обошел меня и встал лицом к лицу.

Высокий брюнет с острыми чертами и неестественно черными глазами. Он был красив, опасен и прекрасен в своем хищном очаровании.

– Ты не принимал этот облик с самой смерти бабушки, – тихо заметила я.

Я всего дважды видела Флина в человеко-форме. Однажды, когда была маленькая и бабушка оставила меня в лавке под присмотром красивого дяди с заостренным носом и внимательными глазами, во второй раз на ее похоронах. Между нами до сих пор не было клятвы, ворон все еще оставался свободным фамильяром, не привязанным к ведьме. Почему же он не покидал меня? Я не знала точного ответа, но была ему за это благодарна.

– Что-то надвигается, Эль. Я не смогу тебя защитить без клятвы. Мои силы сильно ограничены. – Он приподнял мой подбородок и заглянул в глаза. – Решай.

После этого он ушел в сторону лестницы. Шелест крыльев в моем доме был для меня гораздо привычнее, чем звук шагов. Его я давно не слышала на своей кухне. Человеческая форма требует больших затрат магии, чего нет у свободного фамильяра. Наверняка Флин копил энергию на тот самый подходящий случай. И, кажется, этот случай подвернулся в это непростое время.

Бьянка Пушная

Попытка вырваться из крепкой хватки бандита, пробравшегося ко мне в дом, не увенчалась успехом. Когда же я решила сотворить защитное заклятие, к моему ужасу, меня тоже постигла неудача: мое тело вмиг оплели черные эфемерные нити, не давая даже шевельнуться. Это могла быть только темная магия. Очень сильная темная магия. Мне стало не по себе. Это кто же ко мне наведался?

– Если вы обещаете не кричать и выслушать меня, я вас отпущу, – произнес мужчина, медленно отрывая ладонь от моего рта. – Вы в доме одна?

За дверью гостиной отчаянно залаяла Метаморфоза.

– Собака не считается, как и другая живность, – добавил он, хмыкнув. – Можете просто кивнуть.

И я нехотя кивнула. Лампа, которую я до сих пор сжимала в руке, вновь загорелась.

– Хорошая девочка, – шепнул маг мне на ухо таким волнующим тоном, что тело против воли покрылось мурашками. И это меня разозлило! Ох, как разозлило! Еще и это обращение – «девочка».

– Я вам не девочка! – огрызнулась я. – Я Светлая ведьма высшего ранга, из древней династии…

– Ш-ш-ш, не кипятись, Светлая. – Его дыхание вновь опалило мне ухо. – Мне твои регалии ни к чему. Я знаю, кто ты, иначе не обратился бы к тебе.

– В таком случае обращайтесь ко мне в другом тоне. Проявите уважение. И представьтесь наконец!

– Давайте я вам все же первым делом освобожу, Светлая. Докажу вам свое уважение, – прозвучало это с явной иронией, но я и правда получила обещанную свободу.

Нити развеялись, и я тут же обернулась, держа свечу перед собой. Огонь осветил лицо незваного гостя, который возвышался надо мной. Карие глаза смотрели с легкой насмешкой, на резко очерченных губах играла едва заметная улыбка. Нос прямой, с горбинкой, на твердом подбородке неожиданная ямочка. А вот лоб, наполовину скрытый капюшоном, покрывала болезненная испарина. На виске прилипла влажная прядь темных волос.

– Что с вами? – спросила я его прямо. – Только не говорите, что это отдача от проклятия, которое вы на кого-то наслали.

– Это не отдача. А боевое срединное проклятие – слышали о таком? – ровным тоном ответил он.