Монолог сумасшедшего бога. Director's Cut

Автобус. Рутинная поездка от работы до дома. Сижу себе спокойно, уткнулся в планшет. Читаю рассказ Брэдбери. В наушниках возносится к небесам голос Сержа Танкяна.

Вроде все хорошо, едем спокойно, хоть и немного в тесноте. Зато окно открыто, и ветер приятно обдувает лицо.

Чувствую, кто-то рядом подсаживается. Смотрю.

Старик. Вид максимально неухоженный: одежда потертая, волосы старческие взъерошены, в руках видавший "некоторое дерьмо" рюкзак. Смотрит на меня этот странный персонаж, улыбается диковато.

Думаю, "Все, приплыли. Теперь не отвертеться от требований дать мелочь".

Но обращаю внимание на бумажку в старческой руке.

"Ага, все-таки на билет монеты нашел".

Ладно.

Отворачиваюсь к окну. За ним вечереет, теплые такие майские сумерки опускаются на город. Мегаполис, конечно, устал за день. Дышит тяжело, но с неким облегчением. Вроде как сейчас последние усилия, а потом и выдохнуть можно в сумерках, пока еще кутилы и парочки не заполонили вечерние кафе и темные аллеи.

Перевожу взгляд в планшет. Продолжаю читать Брэдбери. Песня в наушниках сменилась на более лирическую.

Тут чувствую. Пихает меня в бок, довольно нагло. Думаю, "Нервничать из-за пассажира не буду. Зачем?"

Спокойно вытаскиваю наушники и слышу.

– Электронные экраны сворачиваются в трубочки,

Создавая в мозге новые электронные узелочки.

– Простите, это вы мне? – смотрю в блестящие глаза деда.

– Мне, не мне.

А это теперь везде, – и насмешливо кивает на мой планшет.

– Вы еще и стихами разговариваете, – устало отвечаю и снова продолжаю читать. Снова наушники надеваю, чтоб не слышать ни старика, ни шум улицы.

Поездка продолжается.

Чувствую, как меня в плечо пальцем тычут.

"Ну старик, это перебор".

Высвобождаю уши, смотрю вверх.

– Молодой человек, билет покажите!

Насупившись, протягиваю контролерше билет. Уходит.

Старик тихо хихикает.

"Ну старый!"

– Билетики летят,

Будто листья хрустят,

Будто ветры гудят,

Сдуть нас всех хотят, – и улыбается, смотря на меня.

"Что?!"

Оглядываю толпу в автобусе в поиске моральной поддержки. Кто в смартфоне, кто спит стоя, кто делает вид, что не слышит ополоумевшего деда.

– Послушайте, – говорю, – какие ветры? На улице тепло, весна.

– Это пока, пока,

Пока вороны не кака!

Еле сдерживаю удивление от таких скабрезных слов, сказанных на весь автобус. Вновь поднимаю взгляд на окружающих пассажиров, вновь стена равнодушия.

А старик, знай себе, хихикает.

– Посмотри, посмотри в окно,

Пока экран не утянул на дно.

Не выдерживаю, отвечаю.

– В моем планшете можно изучить весь мир! – показываю на окно браузера.

– Ну смотри, смотри, – голос становится хриплым, еще больше стариковским, теряет насмешливость.

Думаю, "Ну все, отстал".

Едем дальше.

Но теперь меня какая-то муха укусила, обратиться к соседу по пассажирскому месту.

Поворачиваюсь к деду.

– Послушайте, вам тоже было бы полезно изучить вот это, – показываю старику планшет.

– Изучал, изучал, – фыркая, говорит он.

– Да ладно!

– По службине обязан,

Цепями долга связан.

– А вы кто?

– Я бог, а бог – это я.

"Что?! Все, – думаю, – сумасшедший попутчик мне достался".

– Раз вы бог, скажите, почему вы так не любите людей? За что столько страданий невинным?

– Любовью любить,

За поступки судить,

Невинных хранить,

Уму разуму учить.

– Плохо у вас получается…

Улыбается снисходительно, будто слушает ребенка, пытающегося в философию.

Хочу пламенно ответить на этот наглый взгляд, но моя остановка.

– До свидания, – говорю, – моя остановка.

Вновь хитрый прищур, будто выиграл у меня какой-то важный спор.

Выхожу на остановке. Наушники в уши, планшет с Брэдбери в рюкзак.

Чувствую, в спину тычет. Оборачиваюсь.

Стоит. "Когда успел выйти? Автобус-то уже уехал".

Свет от фонарей остановки мерно ложится на нас, будто очерчивая контур, и забирая на время у темноты вечернего города.

Вижу лицо моего пассажира. Морщины повсюду, хлипкая бородка, смешливые, но добрые глаза.

– Приглянулся мне наш разговор, – говорит старик, – отблагодарить тебя хочу.

Протягивает сжатый кулак, в котором что-то угадывается.

Все еще немного озлобленный на деда думаю, "Еще мне бомжацкого скарба не хватало".

Но старик раскрывает кулак, а на ладони – довольно симпатичная статуэтка.

– Зачем мне это?

– Бери, бери,

Да не дари,

Вещица старая, знатная

Силой моей обласканная.

Беру. Статуэтка теплая. Изящный цилиндрик из неизвестного мне материала, навершие с одной стороны вроде копытца, с другой – оленья голова с рогами. В свете фонарей все искусство мастера, создавшего эту статуэтку, не оценить, да и цвет не то коричневый, не то зеленый, зато на ощупь оказалась очень приятная вещица.

Пока смотрю на странный подарок, старик весело произносит.

– Вспомнил!.. Вспомнил!..

– Что вы, уважаемый бог, вспомнили?

Вижу проступающую растерянность на его лице, мысленно торжествую.

Дед думает, это видно по выражению лица, напряженной позе, кряхтящему дыханию.

– Не помню, что вспомнил, – обреченно выдыхает он через несколько мгновений.

И смотрит на меня.

То ли усталость моя сказывается, то ли свет фонаря так падает, но на миг я вижу в глазах старика вековую печаль, слезы, смешанные с мудростью.

В этот миг я жалею его. Но поделать ничего не могу, только развожу руками.

– Не помню, не помню, – продолжает бичевать себя старик, постукивая руками по седой голове.

– Дедушка, ну что ж вы…

Хватает меня за плечи.

"Спокойно, дед"

– Я вспомнил важное.

Но что же оное?

Потом он обращает внимание на цилиндрик в моей руке. Смотрит на него весьма удивлено, будто не сам мне его дал минуту назад. Веселеет немного.

– Зато помню, что, если сожмешь покрепче амулет, глаза закроешь, то попадешь в великолепный подземный мир. Он сокрыт под городом, а там внизу еще целый лес!

– О! – делано удивляюсь – А как же стихи?

Подтруниваю деда, чтоб приободрился.

– Не до них сейчас… эх, вспомнить бы…

Уходит в темноту улицы. Даже не попрощался толком.

Думаю, "Ну и тебе не хворать, старик. Значит, ты решил к своему сумасшествию еще и старую городскую легенду добавить про затерянный лес в канализациях города, где люди пропадали полтора века назад? Нет уж"

Оглядываюсь. Людей на остановке почти нет. Наш разговор с сумасшедшим "богом" вроде бы никто не слышал.

Думаю, "Ну и отлично".

Смотрю на часы. Пора домой.

Наушники в уши…

И тут в свет фонарей вновь входит старик.

"Ну здрасте, снова"

Подходит вплотную. Нервно как-то, даже настойчиво, говорит.

– Ты амулет-то сожми. Перенесись в волшебный лес.

Устало парирую.

– Это вы про тот мифический подземный лес, где в пятидесятых годах якобы люди пропадали?

– Да, да.

– Который в канализации, под городом? И про который мне в детстве байки рассказывали о целом городе в лесу, с башнями и деревнями толщиной в эту остановку?

Усмехаюсь.

Но старик серьезен.

– Ты давай не юли.

Статуэтку сожми.

– Вы уже вспомнили, что хотели?

Отвлекается от сказок.

– Да, вспомнил важное, но забыл, что именно…

Отстраняется. Машет мне рукой, как-то рассеяно.

И вновь исчезает в темной паутине улиц.

"Ну старик, навел тумана. Интриган!"

Улыбаюсь. Но статуэтку убираю в карман.

На остановке тем временем собирается народ. Люди ждут автобусы, троллейбусы. Входят и выходят.

А я стою и думаю, "Волшебный лес… под землей… в городской канализации… да еще и с городом… бред какой-то".

И стою.

Достал амулет, смотрю на него, как дурак.

Вот вроде не мальчик маленький: тридцать лет, жена, сын, работа, а на какое-то время захотелось поверить в эту сказку старика.

Темнота вокруг.

"Черт с тобой, бог!"

Отошел подальше от остановки, чтоб люди честные этого позора не видели. Закрыл глаза, сжал вещицу покрепче. Стою. Жду.

Открыл глаза.

"Бл*ть!"

– Не соврал дед.

Вокруг темные заросли, слышится журчание воды, звуки животных. Лес, в общем.

Гигантские деревья возвышаются надо мной, уносясь кронами в верх, где не различить потолка… неба… дна городского. Ветви опутаны тиной. Местами где-то что-то похожее на мох и грибы фосфоресцирует.

– Блин!

Наступил в темную лужу.

"Что ж делать-то?"

Страх. Любопытство. Ошеломление.

Ноги идут вперед, руки раздвигают заросли, в голове шум.

Вдруг деревья и кусты резко расступаются, я оказываюсь на обширной площади.

По периметру круга высятся дома из камня и бетона, в центре фонтан.

Все очень органично вписано в ландшафт леса.

Но во всем видно запустение. Декаданс некогда величественного места.

Я брожу по мертвому городу.

Дома, словно уснувшие великаны. Дороги – огромные колеи от телег.

И вокруг лес. Он будто чудовище, поглотившее город и переваривающее его в своем чреве. Деревья окружают дома, трава устилает площади – теперь лес здесь господин.

И во всем этом запустении есть жизнь. Пару раз я натыкаюсь на зайцев, мышей, светящийся мох. Один раз вижу чьи-то кости. Явно человеческие.

"Мой предшественник?"

"Сколько же все это тут находится? Прозябает в запустении?.. Как же здесь прекрасно. И страшно", – думаю.

Останавливаюсь у одного из деревьев передохнуть.

– Тебя, старик отправил, да?

Смотрю, на меня лиса глядит.

"Епта!"

– Чего уставился? – голос у рыжей скрипучий, словно старушечий, – Муж он мой!

– Кто? Бог?!

– Да какой он Бог… так, божок местный.

"Влип, – думаю, – вместе со стариком свихнулся. Ладно город и лес под землей. Но чтоб животные разговаривали…".

Лисица, спрыгнув с камня, подошла ближе и продолжила.

– Совсем запустил наш лес! Да и город тоже опустел! Вишь, как все обросло! Звери одичали в конец, а дождей почти нет, даром что под огромным мегаполисом живем!

– Аааа…

– Ну не видишь ты что ли, как тут все?! – зарычала лисица.

"Чего взбеленилась-то, курва? Стоп, а я зачем говорю, будто персонаж сказки?.. Странно"

– Да, город и лес волшебный в упадке, – соглашаюсь с женой бога.

– Этот старый дурень решил попутешествовать по внешнему миру.

– Понимаю. Приключений захотелось… простите, а он у вас всегда такой, – показываю мимику старика, – странный?

– А что он делал? – настороженный голос.

– Стихи читал.

– О как! Да не, обычно не так! – лиса машет лапкой, – Это он, видать, еды вашей, верхней, отведал. Вот с непривычки и понесло старца. Так-то мы тут впитываем отходы. Ммм! Объедение!

Лиса демонстративно уткнулась мордой в кучку лежащего под лапами мусора.

"Что там? Бумага, кожура банана? Сыр?"

–Так вы объедками питаетесь, которые люди производят на земле, то есть сверху?

– Да оглянись ты, дурень! Тут все из вашего мусора! Мы его перерабатываем! Сама природа творит из него деревья, траву, дома вон те! За тысячелетия все в камни обращается, что-то – в труху, а что-то прорастает.

Посмотрел вокруг.

"Фу!"

– Да не брезгуй ты! Твоего дерьма тут нет, мал еще! – фыркает лиса.

Стою в шоке.

Лиса головой мотает.

– Вот ушел муженек мой, теперь все в запустение пришло! А хуже всего, что он запамятовал о своих годах! Ой, беда, беда.

– Аааа…

– Забыл он, сколько ему лет, понимаешь?! А если бог забывает о своем возрасте, то на его мир падает проклятье. Еще и меня заколдовал, дурень этакий!.. Мать-перемать! Снять чары можно, если этот идиот вернется и про года свои вспомнит… кретин старый! Раздает направо-налево свои талисманы в надежде, что кто-нибудь за него его работу сделает. А сам простое знание восстановить в памяти не может.

– Так он вспомнил, – мямлю я, – только что его видел.

Лиса переполошилась, подбежала.

– Где? – кричит.

– На проспекте, – стою в шоке.

"Так это все правда?.."

– Давай веди, внучек, – лиса прыгает на загривок, – сожми вновь амулет окаянный.

Так и делаю.

Вновь улица, остановка в десяти метрах.

Ошарашенный кручусь-верчусь на месте. Себя щупаю. Матерюсь.

Лисица внимания не обращает.

– Куда он пошел?! – спрашивает.

Указываю направление.

– Идем! – командует.

– Мне домой пора, бабушка, – со всем уважением говорю.

Лиса мечется.

– Тьфу на тебя! И на том спасибо!

И исчезает во тьме города.

Стою. Трясущимися руками убираю амулет в карман.

Шок проходит минут через пять.

Снова матерюсь.

Оглядываюсь.

"Кто-нибудь сейчас видел, как я с лисой разговариваю?"

Вокруг никого. Только машины мимо проезжают.

Смотрю себе под ноги. И представляю всю толщу асфальта, земли и породы, которая разделяет сейчас меня от волшебного леса.

"Во чудеса"

Достаю телефон.

"Это ж сколько я бродил внизу?.. Задержался я. Домашние, наверняка, заждались".

В подтверждение приходит сообщение, "Где ты?".

Бреду домой. Статуэтка в кармане…

"Интересно успеет лиса найти старика, пока он далеко не ушел и снова не стал амулеты свои раздавать?.. Так значит, он вспомнил свой возраст… Загляну к ним на огонек, когда лес подземный восстановят".