Остров Коруэн

Глава

Посвящается сибирской тайге, где я был рожден, и нашим бесстрашным Воинам

СЛОВАРЬ ОСНОВНЫХ ТЕРМИНОВ

КОРУЭН – огромный остров, располагающийся в особом пространстве-времени, недоступном существам обычного мира. Является средоточием и источником магии вселенной. Силы и энергии, пребывающие в Коруэне, всегда находились в равновесии, что служило опорой баланса природы и магии во всем мире. На территории Коруэна много климатических зон и аномалий. Также там живет множество народностей и волшебных существ – люди, смарагды, верхогляды, драконы и другие.

ГАДИНЫ – раса злобных искусственных существ, выведенных из насекомых, земноводных и рептилий, тела которых посредством злой магии смешаны с заколдованной глиной и человеческими останками. Выносливые бойцы, но слабо развиты умственно. Наиболее характерные представители гадин – рабочие особи-ящерицы, боевые жабы, более крупные вараны, насекомоподобные жуки и гусеницы. Сходство с соответствующим типом животных часто бывает неполное, и гадины порой больше напоминают людей, покрытых чешуей, с грубыми конечностями, пастью, когтями и т.п. Бесполые, размножаются искусственным путем на глиняных плантациях пустынных земель. Ранее были редкостью, на текущий момент являются основной боевой силой армии Зверя.

СМАРАГДЫ – древний народ, ранее населявший территорию Танакеи и смежных земель. На текущий момент смарагды малочисленны. Большей частью смарагды красивы, стройны и изящны, живут примерно втрое дольше людей, отличаются развитой культурой и традициями, а также боевыми качествами. Для этого народа характерно единение с природой и нежелание перемен. К людям по большей части относятся презрительно, хотя и осознают упадок своего народа. Также смарагды живут и на острове Коруэн.

ВЕРХОГЛЯДЫ – народ, для представителей которого характерны низкий рост, выдающаяся физическая сила, особое строение позвоночника и скелета, приспособленное для земляных и горнопроходческих работ, острое зрение и особенное “верхоглядное” чутье, позволяющее зондировать горную толщу изнутри пещер по направлению к поверхности (за что раса и получила название). Широко расселены вместе с людьми в Танакее, также обитают в Коруэне. Наиболее естественная среда обитания верхоглядов – горы и пещеры.

ТАНАКЕЯ – территория, занимающая почти весь пояс плодородных земель Континента. Централизованной власти не имеет, разрозненные территории и города контролируются Богачами, самый влиятельный из которых зовется Ороладом, “Знатоком Счастья” и большей частью времени занимается охотой и развратом.

МЕДВЕДИ – народность людей, обитающих в холодных лесах острова Коруэн. Живут как в деревнях, так и в отдельных семейных жилищах в тайге. Мужчины рода Медведей отличаются бесстрашием, боевой выучкой и страстью к оружию (в основном предпочитают секиры с магическими лезвиями). Верные, горделивые и скупые на слова люди. Подчиняются вождю племени – ярлу. Сторонятся других народов Коруэна.

ПИРАМИДА – огромное пирамидальное строение из светящегося золотом камня. Располагается в центре острова Коруэн, на центральной площади Золотого Города. Состоит из одиннадцати ступеней – “Пределов”, внутри каждой из которой обитают волшебные существа, ответственные за поддержание той или иной магической силы. Известно, что в Седьмом Пределе живут женщины-чародейки, владеющие боевой магией; на Десятом Пределе расположено обиталище верховных мудрецов-друидов, а на самой вершине – Исток. Армии Зверя, вторгшиеся в Коруэн, стремятся заключить Пирамиду в черный саркофаг и тем самым экранировать ее магическую силу.

ЖРИЦЫ ВЕТРА – служительницы Храмов Ветра в Коруэне, носители особой магии, позволяющей растворяться в потоках воздуха, летать по небу и передавать информацию на расстоянии. Носят серебристую облегающую одежду, не стареют и не болеют. Подчиняются Старшей, самой старой и могущественной жрице.

ПРЯМОЛУЧ – искусство мгновенного перемещения в пространстве, разновидность магии природы.

ЗВЕРЬ – темная разумная сила, руководящая армиями гадин и демонов, стремящихся захватить Коруэн. Зверя никто не видел, но все разумные существа очень боятся его темного могущества.

ЗОЛОТОЙ ГОРОД – единственный город на территории острова Коруэн, располагающийся в центре острова.

ЗВЕЗДНАЯ РОЩА – местность в Танакее, где расположена школа природной магии, возглавляемая Главным Хозяином.

КРУГ ВУЛКАНОВ – горный хребет на юге Континента, территория обитания драконов.

КНИГА ПЕРВАЯ ЗОВ ЗОЛОТОЙ ИСКРЫ

Пролог

Серые тучи столпились в небе так плотно и низко, что, казалось, тяжелый покров может в любой момент обрушиться на землю.

Все пространство Проклятой Равнины было покрыто снегом. С трех сторон ее обрамляли отвесные заоблачные горы, и только к востоку снежная пелена открывалась ледяному, но незамерзающему морю. Ровное белое покрывало равнины тускло мерцало в слабом свете, что сочился из-под туч. Неподвижный воздух был скован морозом.

– И что же – здесь никогда не бывает лета? – хриплым голосом спросил Вайн, повернувшись к спутнице. – Хотя бы на несколько недель, или хоть на денёк? Неужели снег никогда не тает?

Долла, чародейка из Седьмого Предела, загадочно улыбнулась, и ее синие глаза слабо сверкнули.

– Нет, здесь всегда холодно. По легенде, здесь был предательски убит могущественный друид. Поэтому равнина и Проклятая. Говорят, однажды она заполнится снегом до самых горных вершин. И когда это случится, накопившийся холод обретет разум – и сможет покарать тех, кто ему не поклонится…

Вайн пожал плечами, укрытыми толстой меховой накидкой.

– Что за дурацкая легенда? Как снег может укрыть горы до вершин, если вершины – над облаками? И потом: равнина– то выходит к морю, и снежные наносы сползали бы в воду…

Женщина улыбнулась еще шире, теперь уже с легким оттенком насмешки.

– Не я придумала эту легенду. Но скажу тебе, Вайн, как опытная колдунья: иногда привычные законы меняются… и то, что сейчас кажется невозможным замерзшему косматому воину, – когда– нибудь вполне может сбыться.

Вайн мрачно посмотрел на громадный боевой топор, что держал в руке. Лезвие было безупречно отточено, а возле самой кромки – там, где металл сужался до острейшей грани – бледно светились тонкие руны заклятия Огня.

– Не играй со мной, чародейка, – нахмурившись, сказал он. – Я не суеверный варвар, которого легко одурманить светящимися миражами и неприкрытой красотой. Мне приходится надевать меха и доспехи, чтобы не сдохнуть в этом проклятом месте, но это не значит, что я глупее тебя… или буду слабее тебя в бою.

– А я и не говорила ничего подобного, – примирительно ответила Долла. – Я понимаю, что холод доставляет тебе и твоим собратьям неудобства. Наверное, я могла бы помочь тебе навсегда согреться… если б ты был женщиной, рожденной в Седьмом Пределе.

Вайн невольно посмотрел на ее стройную фигуру. Долла была почти нагой: ее тело укрывали только золотистая набедренная повязка и легкий боевой нагрудник, похожий скорее на ювелирное украшение. Ее босые ноги утопали в снежном покрове до колен.

Но колдуньи из Седьмого Предела, если слухи о них были правдивы, могли приглушить в своем теле ощущения боли, холода или жара. Говорили, что даже рождение ребенка для такой колдуньи проходит безболезненно…

Долла, явно заметив оценивающий взгляд Вайна, игриво подмигнула.

– Видимо, ты не настолько замерз, чтобы быть холодным рядом с женщиной?

Он едва сдержал улыбку. Перед боем воину Медвежьего Войска не полагалось чувствовать ничего, кроме мрачной ярости.

Покачав головой, Долла втянула носом морозный воздух, словно принюхиваясь к чему-то.

– Скоро начнется. Я чувствую…

Из подбрюшья нависших туч стали медленно падать крупные сизые хлопья. Через несколько секунд снегопад уже достиг равнины. Сразу же стало еще холоднее. Горное полукольцо, запирающее равнину, почти скрылось из вида, став похожим на теневую завесу.

Вайн расправил плечи и плавно поднял руку с топором, проверяя, не мешает ли меховая одежда размаху. Затем он повернулся и посмотрел на скопище темных фигур, еле видимых сквозь снегопад.

Надежное, но такое малое войско…

– Мы слишком далеко от остальных… Дай знак своим сестрам, пусть расходятся каждая к отряду моих воинов.

– Конечно, – Долла энергично кивнула.

– Со мной девятнадцать отрядов по сто Медведей, – продолжал Вайн. – С тобой – всего четырнадцать чародеек. Многие мои люди останутся без вашей опеки…

– Мы постараемся уделять внимание всем раненым. Сестры будут меняться, переходить от одного отряда к другому.

– А что будешь делать ты? – он снова обернулся к Долле и встретился взглядом с ее синими глазами.

Она сделала маленький шаг к нему – Вайн сразу же почувствовал, как его сердце забилось сильнее.

– Твой вождь лично поручил мне охранять твою жизнь, первый из Медведей.

– Мне не нужна защита. Тем более со стороны женщины.

Долла вздохнула и перевела взгляд на море. До него было не более полулиги. Ветра не было, но какая-то темная рябь начинала волновать побережье, протягиваясь на юг и на север насколько хватало взора.

– Посмотрим, что ты скажешь через несколько минут… – тихо сказала чародейка.

– А ну быстрее, сволочи! Быстрее! Быстрее! Бегите, падлы, а иначе я вам покажу, что такое огненная порка! Вперед, вперед!!

Глина и Хамка одновременно зарычали, когда бич просвистел над головами. Они и так уже неслись на предельной скорости – даже предстоящая драка не пугала так, как струящийся водяной коридор. «Долбаный начальничек, все норовишь показать свою удаль… – с ненавистью подумала Глина, быстро обернувшись и увидев на морде погонщицы довольный оскал. – Погоди, сука, дай добраться до твоей вшивой шеи…»

– Быстрее, быстрее!! – снова заорала та. – Скоро уже выйдем из моря. Как попадаем на берег – оружие к бою и вперед – кромсать медвежатину!

Широкие спины двоих бегущих впереди размеренно тряслись прямо перед носом у Глины. Волшебный коридор, созданный магом – Наместником Великого Зверя – был очень узким. Но Глина знала, что сейчас сотни таких коридоров тянулось через море, и совсем скоро снежная равнина станет черной от тел тысяч гадин… а потом покраснеет от крови и внутренностей…

– Эй… ты… – прохрипела Хамка на бегу и скосила свое уродливое даже для жабы лицо по направлению к Глине. – Не знаешь, дадут хоть пожрать перед боем?

– Вряд ли… С каких это пор наше сучье начальство стало заботливым?.. Разве что потом дадут поживиться дохлятиной…

Хамка хохотнула.

– А что? Может эти медвежатины на вкус и неплохие. Но вообще… я-то хочу кой-чего другого.

Глина удивленно глянула на него, чуть не сбившись с ритма. Было непривычно слышать от тупой обжоры Хамки такой хитро– скабрезный тон.

– Ты это о чем?

– Говорят, с мужиками–медвежатниками там еще бабы будут. Слыхал? Голые ведьмы. Рага однажды видела таких в рабстве у Наместника. Злобные сучки…

– И что? – тупо спросила Глина.

– Вот бы такую живьем сожрать… Объедение…

Неожиданно споткнувшись, Глина вдруг налетела лицом прямо на чешуйчатую спину впереди бегущего.

– Ах ты, гнида!! – сразу же закричала погонщица. – Строй нарушать? Получай!

Обжигающий удар горячей плети саданул Глину сзади по шее. Она взвизгнула, вжала голову в плечи и снова рванулась вперед.

Шеренги Медвежьего войска выстроились в клин, острием направленный к морю. Широкоплечие воины, уставшие и порядком замерзшие после долгого похода, разминали руки и ноги. Боевые маски были опущены, и Вайн не видел глаз воинов, но знал, что все как один не сводят ненавидящего взгляда с выходящих из моря толп гадин. Они появлялись уже десять минут, и все побережье потемнело от их фигур, сливающихся в сплошную неровную полосу.

Вайн повернулся спиной к вражескому войску и лицом к Медведям – чтобы все воины могли видеть взгляд своего вожака. Набрал воздуха в легкие и поднял над головой боевой топор.

– Братья! – закричал Вайн. – Вы знаете, что нужно делать! Пусть Огонь, что живет на лезвиях топоров, сожжет этих тварей! Стойте до смерти за честь Коруэна!

Медведи вскинули оружие и нестройно прокричали боевой клич племени. Одновременный крик почти двух тысяч человек прозвучал неожиданно глухо. Была доблесть, но не было силы… «Нас ждет верная смерть… – внезапно подумал Вайн. – Хотя, вряд ли могло быть по-другому».

Тем временем, гадин уже собралось не меньше десяти тысяч, и все новые толпы выходили на равнину из воды. Их передовые колонны волновались, явно видя ожидающее их войско. Не более пары минут бега отделяло противников друг от друга.

Внезапно над поверхностью моря вздыбился одиночный вал, вершина его раскрылась, словно ледяной цветок, и в небо взмыл шар, светящийся темным огнем. Он завис как раз между Медведями и гадинами, разгоревшись и повиснув над равниной, как маленькое колдовское солнце. Вайн знал, что в этом шаре скрывается Наместник Зверя – виновник всех бедствий его страны и гибели девяти десятых народа Медведей.

– Вперед! Сбросим их обратно в море!! – Вайн резким движением выбросил вперед руку с топором, указывая на врагов.

– Вперед!!

– Вперед!!

Крик разросся, эхом сотен возгласов прокатился по рядам Медведей. Вайн, больше не глядя на них, побежал впереди, чувствуя, как за спиной сдвинулись с места и размеренным бегом стали пропахивать снег его воины. Чувство холода пропало – может быть, сказывалась помощь Доллы и ее сестер, что бежали вместе с войском, а может перед смертью, в упоении битвы уже не важно, жарко тебе или холодно…

Огненная сфера загорелась ослепительным пламенем, и из нее донесся повелительный возглас. Услышав его, чудовища взревели в один голос, и тотчас же их черная толпа покатилась навстречу Медведям.

Прямо к Вайну неслось несколько десятков крупных ящериц и жаб, вооруженных мечами и бердышами – они вырвались вперед, видимо, в расчете на похвалу со стороны мага. Одна гадина, самая здоровая и уродливая, утробно ревела, широко раскрывая пасть, и смотрел прямо на Вайна.

«С тебя, пакость, все и начнется!» – подумал Вайн, изо всех сил сжимая топорище. Больше не оставалось времени на раздумья. Три секунды… две…одна…

Неожиданно подавшись в сторону, Вайн с бегу подался чуть вправо, крутанулся, его топор описал в воздухе блестящую дугу – и первая осклизлая башка полетела в сторону.

Клин с лету ворвался в орду гадин, и началась последняя битва в войне Коруэна и Великого Зверя.

Ну, держитесь, суки!! – заорала Хамка, крутя зазубренным мечом. – Я вас быстро согрею! Давайте, идите сюда!!

Передовой мужик взмахнул топором и что-то прокричал своим воякам. Затем вся их ватага побежала прямо к морю.

Глине стало смешно. В самом деле, неужто они оказались настолько тупыми, что рассчитывали победить в этой драке? Даже передовой отряд армии Зверя был во много раз больше этой медвежьей шайки. Всем им оставалось жить несколько минут.

Она выхватила из-за пояса секиру. Лезвие отведала много крови в этой войне. Теперь предстоит еще одна, последняя закуска. А может быть, и что-то послаще… если Хамка не набрехала насчет голых ведьм…

– В бой!! Зверь приказывает – в бой!! – раздался низкий голос мага, и Глина инстинктивно завыла, чувствуя, как ярость разгорается внутри головы. Рука намертво вцепилась в рукоять секиры, и она ринулась вперед вместе с остальными.

Минута бега – и впереди раздался бешеный лязг, крики, рев передних, скулеж и многоголосая ругань. Бегущая рядом Хамка оскалилась и заорала что-то, но Глина перестала различать слова – какая разница между ними, когда начинается настоящая рубка!

Вот и первый медвежатник! Здоровый, скотина! Поменьше настоящего медведя, но все равно сильный, зараза! Получай! Старина Глина выпустит тебе кишки! Направо, налево… Ого! Еще один! Не ожидали такой прыти от уродца–ящерки? Топите теперь снег красненьким!…

Долла метнула в наступающих очередной шар света. Это был не огонь, а чистая энергия, которая действовала на нервную систему даже таких толстокожих существ, как глиняные гады. Те, кто встречались с этими шарами, падали в снег без признаков жизни – но они, впрочем, не были мертвы, лишь парализованы.

На этот раз ей удалось положить не меньше дюжины уродов. Она быстро отбежала назад, потому что ряды Медведей, бьющихся рядом с ней, таяли на глазах. Долла не успевала поддерживать в них силы и одновременно защищать свою жизнь.

– Эй, ты, сука! – вдруг крикнула одна из жаб. – Не торопись убегать! Совсем скоро ты нам пригодишь…

Стальной топор с огненным лезвием мощным ударом рассек верзилу с головы почти до пояса. Вайн был как всегда стремителен.

– Отступи! – бросил он через плечо, обращаясь к Долле.

– Нет, я с тобой.

– Я же говорил… – он отвлекся на то, чтобы раскроить череп еще одной жабе, – что мне не нужна защита!

Низкорослая гадина оказалась за спиной у Вайна, замахнулась кривым кинжалом и с размаху вонзила его в спину Медведя…

Вернее, попытался вонзить. Долла едва успела выкрикнуть заклятие брони, и темный клинок отскочил от плоти, словно от доспехов. Прозрачная сфера магической энергии окутала их обоих, на несколько секунд отбросив всех нападающих.

– Не нужна, да? – она улыбнулась, превозмогая усталость.

– Нас окружают. Все войско окружают!… – вожак Медведей озирался в бессильной ярости. Врагов было во много раз больше. Со всех сторон беснующиеся ящерицы и жабы десятками окружали кадого из людей.

– А ты разве не знал, что эта битва безнадежна?

– Знал. Но нам нужно снести головы еще многим этим тварям!!

Энергия сферы иссякла, и Вайн снова рванулся вперед с занесенным топором. Его боевой стиль был яростным и напористым как у настоящего медведя – лезвие описывало широкие дуги, скашивая тела врагов по обе стороны от воина. Однако, гадин становилось все больше. Вождь Медведей едва успевал отражать многочисленных противников.

Их хриплые крики стали просто невыносимыми. Долла снова принялась за создание светящихся снарядов, но приближающиеся вертлявые уроды, похоже, наловчились уворачиваться.

«Посмотрим, что вы скажете об этом»… – с отчаянным весельем подумала чародейка, воздев над головой сцепленные руки и мысленно произнеся короткое заклятие. Раздался сухой хлопок, и от соединения рук в стороны брызнули призрачные лучи. Ближние гадины сразу же завизжали, схватились за головы и скорчились в жестоких судорогах. Магический прием «мысленное жало» был сложным, но эффективным. Долла мрачно ухмыльнулась, стараясь преодолеть легкий шок от потери силы.

Она вдруг услышала сдавленный и словно удивленный возглас. Голос, совсем не похожий на гадину…

– Вайн! – чародейка в крайней тревоге вскинула голову, ища взглядом крупную фигуру воина.

И в первый момент не узнала его, упавшего на колени, склонившегося к земле… с торчащим из спины клинком, ушедшим в плоть почти по рукоять.

– О, нет… – Долла впервые за много лет почувствовала, как по ее обнаженной коже пробежала холодная дрожь. – Нет, Вайн…

Она не видела его лица. Зато видела, как перед Вайном встала громадная, нагло ухмыляющаяся ящерица с черными саблями в обеих руках. Она прорычала что-то, кривя пасть, и с размаху скрестила обе сабли на шее Вождя Медведей.

– Нет! Ну уж нет!! – Долла распрямилась, поднимая руки и начиная мысленно произносить заклятие брони… но перед ней внезапно появилось еще одно уродливое серо–коричневое обличье… она почувствовала только смрад грязного и разгоряченного тела, смешанный с запахом гари. А затем что-то тупое и неожиданно холодное ударило ее по голове – и Долла лишилась чувств.

– Ну, вот и все! Конец им, – довольно рыкнула Глина, выдергивая свой меч из груди последнего мужика.

Раненый пытался что-то сказать, но рот сводило в предсмертной агонии. Чтобы не слышать проклятий – говорили, что перед тем, как сдохнуть, люди могут навести тяжелую порчу – Глина поспешно толкнула тело ногой, заставив перевернуться лицом в снег.

Всех медвежатников прикончили меньше, чем через час после начала. Выбежав из моря, отряды Великого Зверя быстро окружили клин врагов – и хотя рубаки-Медведи дрались действительно здорово, шансов у них не было. Будь ты хоть железный, если тебя окружают десятеро, то рано или поздно сдохнешь. Ящериц и жаб полегло тоже немеряно, но Наместнику на потери было наплевать.

Снег на поле битвы стал черно–красным от тел, крови и парящихся внутренностей.

– Эй, ты, долбачина! Где пропала? Пропустишь веселье! – Глину хлопнула по плечу Хамка, взявшаяся неведомо откуда. В рубке их разнесло в разные стороны.

– Ты о чем?

– Бабу поймали живьем! – Хамка радостно взвизгнула. – Их совсем немного было. Успели–таки нескольким кишки выпустить. Но пара сучек все–таки достанется – для нашего отряда.

– Да ну? – Глина почувствовала, что у нее слегка задрожали колени. В ее короткой жизни еще не попадалась такая вкусная добыча.

– Точно! Пошли, видишь, там наши уже лаются, кто первая…

Хамка потянула Глину за собой, переступая через распростертые тела гадин и людей. В нескольких десятках метров действительно столпилась целая ватага ящериц и жаб – они оглушительно галдели, собравшись вокруг чего-то или кого-то, лежащего на снегу.

– А ну, пусти! Пустите, сволочи! – Хамка стала с ходу протискиваться сквозь плотное кольцо. Раздались гневные крики:

– Куда прешь, падла?!

– Отвали!

– Тебе, подруга, только то, что в кишках, достанется!…

Вся ватага дружно захохотала.

Глина, наконец, прорвавшись в центр круга, увидела лежащих на грязном снегу двух полуголых девок. Одна была явно при смерти – топор разрубил ей плечо и грудную клетку, и темная кровь выливалась на снег медленными толчками. Ей оставалось жить пару минут, но она была еще в сознании и слабо переводила взгляд с одной гадины на другого.

Другая ведьма была, похоже, нетронута. Она держалась за голову и негромко стонала. Ее побрякушки были явно дороже и красивее, чем у полумертвой – наверно, она была кем– то вроде начальницы.

Дрожь внутри Глины стала сильнее, перейдя с ног на все тело. Эта полуголая девка была очень красивой. Глина не видала никого красивее за всю свою жизнь…

– А ну, красотка, поднимайся! Слышишь меня?! – Хамка, решив не терять время даром, наклонилась и грубо схватила ведьму-начальницу за густую черную шевелюру. – Пришло время покормить победителей!

Она рывком подняла ее и поставила на ноги. Ведьма начала было снова падать, но все же устояла и, покачнувшись, открыла глаза. Они были ярко-синими, словно горящими. Хамка почему-то не стала ничего говорить – только хрипло дышала, пожирая ее взглядом. Отступив на шаг, девка сжала кулаки и напряглась всем телом. Глина, стоящая в шаге от Хамки, поняла, что ведьма хочет произнести какое-то заклинание.

– Эй! Осторожнее, она… – в горле вдруг пересохло. Остановить ее, помешать… Слабо понимая, что делает, Глина шагнула вперед и резким движением вцепилась левой рукой прямо в незащищенное горло ведьмы…

Сознание вернулось вместе с болью. Долла не привыкла испытывать боль, и необычное ощущение в первый момент испугало ее. Мучительное, рвущее грудь чувство… Как же страшно, наверное, было людям, которые умирали в бою, зная, что им придется испытать боль.

«Бедный Вайн… должно быть, ему было очень больно…» – подумала она.

В ушах раздавалось медное гудение, стирающее все остальные звуки. Видимо, удар был очень сильным…

Что-то рвануло ее вверх, грубо вздернув на ноги. Долла открыла глаза.