Снегири

Глава 1.

– Можно спросить? Далеко мы едем?

Это меня спросил Гриша, мальчик лет десяти. С недавнего времени мой слуга. Гриша, до того как я его спас, а затем и выкупил, был крепостным. Хозяйское имение он не покидал, поэтому находиться в дороге, а тем более – в поезде, ему было непривычно и некомфортно. Впрочем, в своей прошлой жизни о комфорте он и мечтать не мог.

– К утру приедем, – успокоил я его. – А едем мы к графу Забелину…

На этой фразе я замолчал, поскольку Гришка вдруг подскочил, будто его ужалили, вытаращил глаза, и – я был уверен – уже начал продумывать план побега.

–Что не так? – спросил я нарочно равнодушным голосом. Поскольку, разумеется, обо всем догадался.

– Боюсь, – жалобно сказал Гришка. – Он же колдун.

– Он нас в гости пригласил, а не в качестве еды на обед… – возразил я. А затем уже запоздало, про себя, вспомнил содержание его коротенького письмеца. Которое состояло всего из одной строчки: такого-то числа жду на обед…

А может – он действительно позвал меня в качестве еды?

Я посмотрел в окно, за которым была лишь темнота да сугробы. Улыбнулся своему отражению в стекле. Затем – вновь повернулся к Грише.

– Болит еще? Давай-ка я гляну.

Было неприятно осознавать, но Гриша меня боялся. Со своего сидения он встал нехотя (просто не посмев меня ослушаться). И, пока подходил ко мне и задирал рубашку – смотрел на меня напряженно, будто на льва, готовящегося его растерзать.

– Ну, ну, – успокоил я его. – Я же тебе ничего плохого не сделал. Прошлая твоя жизнь позади, скоро все забудется… Посмотри-ка, какие часы у меня есть? Серебряные. Красный камень в центре называется рубин, а по бокам синие – это сапфиры…

Я мысленно похвалил себя за то, что когда-то освоил азы гипноза. На часы Гриша посмотрел с интересом, поскольку никогда не видел драгоценных вещей так близко. Я же начал медленно раскачивать их наподобие маятника из стороны в сторону, и пристально наблюдал, как они отражаются в расширяющихся его зрачках.

– Спи, Гриша. Все забудется. Скоро останутся лишь смутные, обрывочные воспоминания…

После того, как он провалился в полусонное состояние, я осторожно потрогал шрамы на его спине. Крепостная Гришкина жизнь была далеко не сахар. Его секли плетью. Просто по причине того, что у его хозяина было дурное настроение. И засекли бы до смерти, если бы я волей случая не оказался рядом. Теперь же я мазал эти шрамы специальной мазью, и они постепенно заживали.

А заживет ли до конца его психика?

Гришу я решил сделать своим слугой. Всяко это будет лучше, чем жизнь в поместье у психопата. А мне помощник понадобится. Я это чувствовал своей интуицией, которая меня не подводила.

И для чего же я понадобился графу Забелину?

Минут через тридцать Гриша очнулся из своего забытья. Мы попили чай, посмотрели в окно, за которым продолжала буйствовать метель…

– Хочешь что-то попросить? – спросил я Гришу, заметив, как он буравит меня взглядом.

– А он самый сильный колдун?

– Кто? Граф Забелин? Не самый. Но он король. Давай-ка я тебе подробнее расскажу, пригодится.

Я достал из кармана колоду карт. Разложил их на столике.

– Вот смотри, – я взял в руки шестерку, семерку и восьмерку. – Это – простые люди. Колдовать не умеют, вещих снов не видят, будущего не знают. Таких – большинство.

Я отложил эти карты в сторону, взял в руки девятку и десятку.

– Эти – тоже простые люди. Но! Они иногда могут предчувствовать важные события. Это называется – интуиция. Два-три раза за жизнь могут видеть вещие сны. Таких людей не очень много, но это еще не колдуны. – Я на секунду задумался. – Пожалуй, меня можно отнести к полноценной девятке, или слабенькой десятке.

Я отложил в сторону и эти карты. Взял в руки валета, даму и короля.

– А вот здесь начинается самое интересное! Иногда, очень редко, рождаются необычные дети. Колдуны. Чаще они рождаются в колдовских семьях, но бывает, что и в обычных. Мальчиков называют Валетом, или Принцем. Девочек, соответственно, называют Дамами, или Принцессами. В колдовском плане принцессы очень (очень!!!) сильнее принцев. В обычном, физическом плане, разумеется, сильнее мальчики.

– Принцесс мало? – спросил Гриша. Обычные люди колдунов боятся. Однако сказки о колдунах в народе переходят из уст в уста. – Они рождаются реже принцев?

– Нет. Рождается их примерно поровну. Но до взрослого возраста принцессы доживают редко.

Я взглянул ему в глаза. Мысленно произнес: «Ну же, спроси меня – почему? Докажи, что я не напрасно возложил на тебя свои надежды!!!».

Но Гриша задал другой вопрос:

– А принцы живут долго?

– Да.

На этом оба мы замолчали и уставились в окно. Он – задумчиво, переваривая информацию. Я – разочарованно. Я ждал, что он спросит меня о самом важном… О том, кто такие короли. О том, почему принцессы долго не живут. А он просто сидит и смотрит в окно.

Я резко задвинул на окне шторку, от чего он вздрогнул.

– Гриша! Так не пойдет! Я тебя взял в помощники, я на тебя надеюсь, я тебе доверяю! И я пытаюсь подготовить тебя заранее, еще до визита к Забелиным. Нужных вопросов ты не задал, из чего я делаю вывод, что ты меня не слушал.

– Слушал,– отрицательно помотал головой Гриша.

– Тогда ответь мне, почему принцессы долго не живут?

Гриша несмело поднял на меня глаза.

– Потому, что их убивают принцы, чтобы стать королями?

– Правильно, – обрадовался я. – Как догадался?

– Вы не сказали, как становятся королями.

– Все верно. Есть и другие способы, но чаще всего принцы убивают принцесс и переходят в разряд королей. Что удивительно – если принц убьет принца, то королем он не станет. Почему – никто не может объяснить. Однако помимо этой опасности есть и другие. Например, в народе существует глупое поверье, что если сжечь даму – можно быстро и без усилий разбогатеть.

– А это неправда? – с интересом спросил Гриша. Об этом поверье он тоже слышал.

– Чушь полнейшая! Но некоторые в него верят и всю жизнь посвящают охоте на Дам-принцесс. Есть еще просто похитители. Те, кто крадет принцесс и требует выкуп.

И вновь я умолк, чтобы посмотреть – задаст Гриша нужный вопрос или нет.

– Принцев тоже крадут?

«Молодец!»,– мысленно похвалил я его. А вслух сказал:

– Тоже. Но гораздо реже, и выкуп за них требуют меньше. Все дело в том, что пока Дама-принцесса живет вместе с отцом (то бишь магом – королем), его сила возрастает многократно. От принцев такого эффекта нет. Как видишь – принцессе даже из дому лучше не выходить. Опасно. Их отцы стараются их и не выпускать. Не от большой к ним любви, просто так выгоднее. Замуж их, разумеется, не выдают. Кто же отдаст в чужой дом такой источник силы? А чаще всего их даже из комнаты стараются не выпускать. Отсюда взялись все сказки, где героиня-принцесса живет в темнице или заперта в башне. Да так оно и есть… Но даже и в запертой на сто замков комнате принцессы долго не живут… Такова их судьба.

Я закончил рассказ. Посмотрел в окно. Вьюга, наконец, улеглась, и начало светать. Поезд плавно скользил по рельсам, и его мерное тук-тук начало убаюкивать.

– Так. Вопросы будут?

Мой слуга кивнул.

– Туз. В карточной колоде ведь есть еще и туз. Вы про него не рассказали. Это самый сильный маг-король?

– Говорят – да. Но я таких не видел, и откуда берутся – не знаю. Еще что-нибудь?

– Снегири,– сказал он почти шепотом. – Вы не сказали про них…

– Снегири – это наша большая проблема. И людей, и колдунов. И, опять же, особая опасность для принцесс… Давай-ка, дружок, мы поспим хоть пару часов. Сон морит, сил нет. На бок ложись, спину пока береги…

Глава 2.

И приснился мне сон.

На берегу реки, покрытой коркой льда, стояла девушка. Волосы ее были бело-золотистые, заплетенные в длинную косу, доходящую ей почти до коленей. Кожа у нее светлая, как из фарфора. Рост высокий, кажется – на голову выше меня, а фигура крепкая, но ладная. И глаза: темно-карие, похожие на вишни.

Я точно знал, что эта девушка – принцесса. И лица, и фигуры у всех магов всегда были … «породистыми». Отличающимися от обычных людей. (И люди, даже впервые увидев их, понимали – КТО стоит перед ними!) Очень часто у всех колдунов имелась крупная родинка на лице. Была она и у принцессы.

Итак, девушка стояла на берегу, и смотрела прямо на меня. Глаза ее прожигали меня насквозь, и от одного ее взгляда хотелось бежать без оглядки… И во сне мне показалось, что ничего ужаснее, чем эта принцесса, я в жизни не видел!

Кажется, я закричал и проснулся. А может и наоборот – сначала проснулся, а затем закричал.

Гриша смотрел на меня удивлено. Внимательно.

– Что с вами? – спросил он.

– Пустяки, – махнул я рукой. – Сон дурной приснился.

В глубине души я понимал. Этот сон вещий. А значит – хлопот с новым делом будет предостаточно. Чтобы себя хоть как-то отвлечь, я спросил:

– Пока я спал, ты поразмышлял о моем рассказе про колдунов? Не возникло ли у тебя еще вопросов?

Парень кивнул.

– Один. Если принцессы такие сильные – почему они не сопротивляются, когда их похищают и убивают? Могли бы заколдовать своих обидчиков – и всего делов…

– И снова ты зришь в корень, – похвалил я. – Для колдовства Даме нужны свободные руки. Достаточно застать ее врасплох и связать – и она уже ничего не сможет сделать… По крайней мере – мне так объяснил один колдун. Но на самом деле я, как и большинство простых смертных, мало что о них знаю.

***

Мы приехали в усадьбу Забелиных ближе к полудню. С поезда нас встречал местный конюх на лошади. В его внешности не было ничего примечательного: обычный крепкий деревенский мужик в тулупе, валенках и меховой (изрядно поношенной) шапке. Лицо его раскраснелось от ветра и мороза, и тоже выглядело поношенным, что неудивительно: обычный люд от тяжелой работы выглядел стариками уже годам к тридцати пяти.

– Доброго утречка, господин Туйчиков, – поздоровался конюх. А затем поклонился, не забыв при этом снять шапку с уже поседевшей головы.

– Доброе.

Я тоже кивнул головой и слегка поклонился. Отчасти потому, что простые люди от «господ» вежливые слова и жесты видят редко. А потому – запоминают, а затем – начинают уважать (не на словах, а в самой душе) и оказывать всяческое содействие. Которое мне уж точно пригодится! А отчасти… Мне всегда искренне было жаль этих простых людей, гробящих всю свою жизнь, все свое здоровье на своих – часто жестоких, никчемных и психопатических – господ-благодетелей.

Из таких же простых был и я. Вот только мне посчастливилось выбиться в люди, но такой счастливый билет выпадает не каждому. К сожалению…

– Как звать тебя? – спросил я, усаживаясь в открытые сани и укрываясь медвежьей шкурой.

– Василий… Ой, – ему, видимо, неловко стало за то, что он представился господину полным именем, поэтому он смутился. – Васькой барин кличет…

– Ну что ж, Василий. Помоги Грише с чемоданами, да поедем знакомиться с вашим барином.

Ехать по морозу в санях было приятно. Серенькая лошадка по снегу мчалась резво, поэтому в дороге мы не задержались. Иные участки вблизи леса мы и вовсе преодолели с рекордной скоростью. Гриша от этого был в восторге, а вот я – нет. Было ощущение, что конюх чего-то боится.

Волков? Хорошо, если так. А если снегирей?

Дом Забелина стоял в стороне. В этом не было ничего удивительного, колдуны старались селиться вдали от деревень. Отчасти – берегли свое энергетическое поле. Отчасти – на пустынном месте у них был простор для магических тренировок. А отчасти – потому что простые люди колдунов не жаловали. Помню, был случай, когда люд взбунтовался и убил колдуна, а дом сжег. Но такие случаи были единичными.

Сначала мы увидели забор. Высокий, мрачный. Такому забору позавидовала бы иная оборонительная крепость. Мысленно я попытался представить себе – что же нас ждет за этим забором? В голову пришло нечто холодное, унылое. И – страшное.

И когда я успел стать таким впечатлительным?

Потом, когда уже мы оказались по другую сторону забора, я убедился, что моя интуиция меня не подводит.

Дом был бревенчатым, большим, трехэтажным. Потемневшим от времени. Наверное, он был добротным и дорогим, но точно не был изящным и не имел ничего общего с современными усадьбами в европейском стиле, модными сейчас у богачей.

Сени просторные, но заваленные всякой рухлядью, среди которой особняком стояли три деревянных бочки, наверняка – с квашеной капустой. Сразу за сенями – большая комната со стоящим посередине длинным деревянным столом, за которым сидели двое мужчин.

Один из них – высокий и неимоверно худой, с жидкой бородкой и большими очками на носу. Второй – крепкий мужик среднего возраста в просторной цветастой рубахе и с румяным лицом. Оба мужчины до нашего прихода вели какие-то подсчеты, склонившись над бумагой, а когда мы вошли – удивленно уставились на нас.

– Господин Туйчиков? – Румяный встал, распахнул руки, будто хотел меня обнять и расцеловать. Но – ограничился лишь рукопожатием, от которого я постарался не поморщиться. – Ждем вас, рады, готовы всячески…

– Очень приятно, – поспешно кивнул я. Поскольку мужчина явно не привык к галантностям, и уже не знал, как продолжить слова, и что же он для меня «готов всячески…». – Иван Александрович меня зовут. Это – мой слуга Гриша.

Гриша снял шапку и поклонился до пола. Румяный на него даже не взглянул.

– А вы – граф Забелин? Ефим Ефимович?

– Трофим Ефимович я, – ответил румяный. – Ефим, хозяин этого дома, мой родной брат. А я в гостях у него.

Это, – он кивком головы показал на очкастого, – помощник наш. Гаврила Романович. Все дела брата ведет. Тоже – готов оказать вам всякое содействие, если понадобится…

– А где же хозяин?

– Отдыхает в своей комнате, – вздохнул Трофим. – Ночь не спал, мигренью мучился. Велел вас встретить, накормить, проводить в комнату, оказать…

– …всяческое содействие, – устало продолжил я, уже не заботясь – выгляжу я учтиво или нет, так меня достала эта фраза. Да, начало не очень приятное. Обычно, когда меня срочным порядком выдергивают из отпуска и зовут примчаться, сам хозяин ждет – не дождется еще у поезда. А тут…

– А госпожа принцесса? Она дома? С ней я могу увидеться?

Трофим Ефимович замялся. Попытался что-то промямлить.

– Да не подбирайте слов,– махнул я рукой, – Я понял – только после разговора с хозяином и в его присутствии.

– Вы не обиделись? – обрадовался Ефим.

– Нет. Это – обычное дело. Я привык.

Я слукавил. На самом деле из колдунов вживую я общался только с несколькими валетами. В доме короля и принцессы я был впервые, практически ничего не знал ни об их быте, ни об их способностях (как и большинство простых смертных), и до сих пор считал недосягаемой высотой то, чтобы они обратились за моими услугами.

– Давайте так договоримся: вы нас проводите в нашу комнату. И туда же подайте еду. Ничего особого не надо, – это я сказал служанке, которая стояла тут же в сторонке, – просто несите то, что есть приготовленного на кухне. И чай горячий обязательно. – Я вновь повернулся к Ефиму. – Пару часов мы отдохнем, а к обеду спустимся.

«Надеюсь, к этому времени ваш хозяин соизволит до нас снизойти», – это я произнес уже про себя, пока поднимался по лестнице наверх.

Глава 3.

Комната оказалась просторной и уютной. Выглядела она добротной, сделанной на века. Как и все здесь. Большое окно, из которого была видна часть двора. Возле окна – дубовый шкаф. Рядом – большой кованый сундук. Посередине – деревянный стол, покрытый белой скатертью, рядом – три некрашеные табуретки. И кровать – большая, почти на полкомнаты.

Я скинул с себя верхнюю одежду и обувь. Посмотрел в окно. Затем, лег на кровать и с наслаждением вытянул затекшие ноги.

– Хорошо здесь, – весело сказал я.

Гриша снял сапоги. Затем, скинул с себя тулуп и шапку, аккуратно примостил их на крышке сундука. Несмело спросил:

– Господин… Можно я тоже прилягу?

– Можно, – кивнул я.

Разумеется, Гриша лег не на барскую кровать, а на сундук. И тоже блаженно вытянул ноги.

– Устал? – спросил я. – Привыкай. Мне приходится часто ездить. Ты теперь будешь ездить со мной. Ты не против?

Вопрос был риторический. Слуга не может выбирать – хочет он что-то делать, или не хочет. И все же я видел, что на лице его появилась самая неподдельная улыбка.

– Нет, барин. А что я должен буду делать?

– Что я скажу. Не волнуйся, ничего плохого и непосильного я от тебя требовать не буду. Пока что – просто наблюдай. Если что-то покажется интересным или странным – говори мне. Тайком говори, когда никто посторонний не слышит. Итак, как тебе здесь?

Гриша пожал плечами.

– Прохиндей.

– Кто? Трофим?

– Оба. И он, и помощник его. И вы бы с них деньги лучше наперед получили, не дожидались, пока дело будет сделано. Иначе потом «спасибо» скажут, а денег не дадут…

Я кивнул. Гриша был умен не по годам. Впрочем… Барские дети к десяти годам знают манеры, арифметику и языки. Крепостные дети к десяти годам знают ЖИЗНЬ!

– Ты прав. Приму к сведению. Как думаешь, Трофим Ефимович часто гостит у брата? – Я встал с кровати, подошел к окну. За окном шел мелкий снежок. Удивительно, но кроме Василия, кормившего на улице лошадь, других слуг я больше не увидел.

– Часто. Я думаю – он почти и не вылазит отсюда. Я думаю – ничего своего у него и нет, на всем братьёвом он живет.

И вновь я был согласен со своим слугой. Виноват ли в этом Трофим? Виноват ли в том, что наследство родителей досталось не ему, а его брату? А почему, кстати? Потому что тот – колдун? И не обозлился ли после такой несправедливости Трофим на Ефима?

В дверь постучали. Вошла та же служанка, принесла поднос с тарелками, в которых оказалось жареное мясо (пахло оно очень вкусно), хлеб, каша. Затем, она принесла две чистые кружки и большой чайник – только что закипевший.

– Кушайте, барин, – вежливо сказала она. – Чем богаты… Если не кушаете вы такое, то я на кухне могу приказать…

– Да кушаем, кушаем, – поспешил я ее успокоить. – Садись за стол, Гриша. Я все кушаю, и не барин я вовсе. – Видя, что служанка собралась уходить, я сказал: – Постой-ка. Как звать тебя?

– Дуня.

– Вот что, Дуняша. Присядь-ка ты с нами, – я подвинул к ней табурет, – и расскажи нам о своих хозяевах.

Дуняша покраснела. Взялась за ручку двери, начала что-то мямлить.

– Дверь закрой, – тихо, но твердо сказал я. Быть жестким я не любил, но часто в моей работе это было необходимостью. – Сядь. И расскажи.

– Не велит барин сплетничать о них… Да если он узнает…

– Никто об этом не узнает, я обещаю. Ну?

– А что же рассказывать? – растерянно спросила она. Но на табуретку все же села.

– Все, что придет в голову.

– Ох… Барин наш, Забелин Ефим Ефимович… Разболелся совсем… Мучается, злится…

– Чем болеет? – удивился я. Насколько мне было известно, колдуны болеют редко. Впрочем, повторюсь – простые люди о них знают очень-очень мало.

– Знамо чем. Старостью.

– Он же колдун. Разве он не может улучшить себе здоровье?

– Да кто же его знает! – пожала она плечами. – Я слышала, как он объяснял Гавриле Романовичу, помощнику своему… Говорил, что дух его еще крепок, а тело поизносилось. Говорил, что тело, как и одёжку, можно, конечно, подлатать. Заштопать, где совсем тонко. Да только то же самое, что и с одежкой будет – расползутся все заплаты рано или поздно, да выкинуть придется. Ему ведь лет много. Трофим Ефимович, ихний брат, говорит, что тот помрет к весне или к лету. Не ладят они. Грызутся постоянно.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.