Пять имён

Место куда не стучали

Суббота. Лондон, вокзал Кингс-Кросс, семь часов вечера.

Поезд до Эдинбурга отправляется по расписанию.

За окнами сильный снег, мелкий и колючий, он бьёт в стёкла, как песок. Ночь. Состав тяжёлый и старый, идёт медленно, и его гудок то и дело разносится над снежными полями.В купе очень тесно. Верхние полки забиты чемоданами, а верхняя одежда пассажиров то и дело соскальзывает с крючков, потому что те едва держатся. Двери купе закрыты неплотно — замки сломаны, и если закрыть дверь полностью, в помещении становится невыносимо душно. В коридоре постоянно кто-то ругается с проводником, а из соседнего купе доносится плач ребёнка. В воздухе пахнет углём и сыростью.За окном мелькают редкие огни — маленькие станции, которые никто не замечает.

Пассажиры молчат, каждый ушёл в свои мысли. Только одна дверь в конце коридора остаётся запертой, и за ней — тишина.Примерно в три часа ночи поезд резко дёрнулся и остановился посреди заснеженного поля. Кто-то из пассажиров выглянул в коридор и увидел, как проводник, тяжело ступая, прошёл мимо с фонарём в руке, бормоча что-то о снежном заносе. За окнами уже ничего не было видно, только белая стена, в которую упирался свет фонаря. Проводник начал стучать в двери купе и говорил, чтобы пассажиры немного подождали, потому что поезд застрял в снегу. Почти все пассажиры вышли из купе, чтобы помочь проводнику освободить состав от снежного заноса. Люди толкали вагоны, подкладывали ветки под колёса, но снег всё падал и падал, и казалось, что поезд не сдвинется с места до самого утра.

Однако спустя час совместных усилий состав медленно тронулся и снова отправился в путь. Пассажиры, замёрзшие и уставшие, вернулись в свои купе, чтобы согреться. И только тогда кто-то из них заметил, что самая последняя дверь в конце коридора, которая всю ночь была заперта, теперь приоткрыта.

Пассажир, вошедший в эту дверь, увидел знаменитого журналиста Джеймса Хьюстона. Но он был уже не в роли журналиста, а в роли умершего человека. Джеймс Хьюстон лежал на полу, его глаза были широко открыты, а в плече зияла глубокая рана, из которой натекла лужица крови, уже начавшая темнеть и сворачиваться. Рядом с ним, на полу, виднелся листок бумаги, на котором кровью было выведено «Н», а чуть ниже — неровные буквы, сложенные в слова: «КТО-ТО СЛЕДУЮЩИЙ».

Пустое купе

Две недели спустя.Эдинбург встретил сыщика серым промозглым утром. Снег здесь почти растаял, превратившись в грязную кашу на тротуарах, но в воздухе всё ещё стоял тот самый холод, который пробирает до костей. Местная полиция уже успела изучить каждую деталь убийства Джеймса Хьюстона — опросила всех пассажиров, проверила алиби, сделала снимки каждой улики. Но ответов так и не нашла.Буква «Н», выведенная кровью на листке бумаги, так и осталась загадкой. Версий было множество: имя, место, начальная буква следующей жертвы. Но никто не знал точно.

За это непростое раскрытие убийства взялся частный детектив по имени Джеймс Блэк. Ему было около тридцати пяти — сорока лет, невысокого роста, с проницательным взглядом, который, казалось, замечал всё, даже то, что другие предпочитали не видеть. Он был упрям, внимателен до мелочей и циничен в той степени, которая позволяла ему не верить ни одному сказанному слову, пока факты не подтверждали обратное.Джеймс Блэк сидел в кабинете начальника полиции Эдинбурга и листал тонкую папку с делом Хьюстона. Его внимание привлекла одна деталь, которую полиция почему-то сочла неважной.

— Вы проверили, кто сидел в соседних купе? — спросил он, не поднимая глаз от бумаг.

Начальник полиции удивлённо переглянулся со своим помощником.

— Конечно, проверили. Все пассажиры дали показания.

— Все? — переспросил Блэк и поднял глаза.

— А тот, кто сидел прямо напротив двери Хьюстона? Тот, кто мог видеть, кто входил и выходил из его купе?

В кабинете повисла тишина.

— Там никто не сидел, — неуверенно ответил помощник.

— То есть... по документам это купе было пустым.

— Вот именно, — тихо сказал Блэк и отложил папку в сторону.

— Пустое купе напротив убитого журналиста. И никто из вас не спросил себя: почему?

Он встал, надел пальто и направился к двери.

— Я поеду на вокзал, — бросил он на ходу.

— Посмотрю на тот поезд. А вы пока найдите мне список всех, кто покупал билеты на этот рейс. Всех до единого.

Блэк уже взялся за ручку двери, когда помощник начальника полиции окликнул его.

— Мистер Блэк! — сказал он.

— Вам звонок. Это вдова Хьюстона. Она говорит, что хочет встретиться с вами лично. Похоже, у неё есть что рассказать.

Блэк задержался на мгновение, потом молча кивнул и взял трубку, уже прикидывая, что ему предстоит услышать.

Второй звонок

Вдова Хьюстона, миссис Элеонора Хьюстон, жила в небольшом доме на окраине Эдинбурга. Блэк нашёл адрес в папке и поехал туда сразу после звонка. Дом оказался старым, с облупившейся краской на двери и занавесками, которые кто-то давно забыл раздвинуть.Она открыла дверь до того, как он успел постучать.

Женщина лет сорока, с бледным лицом и покрасневшими глазами, но при этом с удивительно спокойным голосом.

— Мистер Блэк? — спросила она.

— Да. Вы звонили в полицию и сказали, что хотите встретиться.

Она пропустила его в гостиную. На столе стоял остывший чай, на диване лежал раскрытый альбом с фотографиями. Блэк заметил, что она смотрела на снимки перед его приходом.

— Я не знаю, кому ещё можно рассказать, — начала она.

— Полиция считает, что мужа убили случайно. Что это было ограбление или ошибка. Но я знаю, что это не так.

— Почему вы так думаете?

— За две недели до поездки он получил письмо.

Она встала, подошла к старому секретеру и достала конверт.

— Вот. Он не хотел показывать мне его, но я нашла.

Блэк взял конверт. Внутри оказался листок бумаги с одним единственным предложением, напечатанным на машинке:«Ты помнишь ту статью? Я тоже».

— Это всё? — спросил он.

— Он очень испугался, — сказала вдова.

— Сказал, что поездка в Лондон — это возможность всё исправить. Я не знаю, что он имел в виду.

Блэк хотел задать следующий вопрос, но в этот момент в его кармане завибрировал телефон. Он взглянул на экран — звонил начальник полиции Эдинбурга.

— Извините, — сказал Блэк и поднёс трубку к уху.

— Мистер Блэк, — голос начальника звучал напряжённо.

— У нас проблема. Только что нашли ещё одного убитого. Это Томас Уайт, редактор газеты, где раньше работал Хьюстон. Его нашли в собственном кабинете. Метод тот же — глубокая рана в плече и следы удушения на шее. И снова записка. Опять буква «Н» и те же слова: «Кто-то следующий».

Блэк замер на несколько секунд. Потом посмотрел на вдову, которая с тревогой следила за его лицом.

— Я сейчас приеду, — сказал он и нажал отбой.

— Что случилось? — спросила Элеонора.

— Кого-то ещё убили, — ответил Блэк и направился к двери.

— С вами всё будет в порядке? Вы можете остаться у родственников на пару дней.

— У меня нет никого, — тихо сказала она.

— Только я.

Блэк задержался на мгновение, потом коротко кивнул и вышел из дома, уже мысленно перебирая все известные ему факты.

Список

Редакция газеты, где работал Томас Уайт, находилась в старом трёхэтажном здании в центре Эдинбурга. Блэк вошёл внутрь и сразу почувствовал запах старой бумаги, типографской краски и пыли. Полиция уже закончила свою работу, но кабинет Уайта всё ещё был опечатан. Блэк показал удостоверение, и дежурный офицер пропустил его внутрь.

Кабинет оказался небольшим, заваленным папками и книгами. На столе — остывшая чашка кофе, раскрытый ежедневник и старый компьютер, который, судя по всему, не включали уже несколько дней. Блэк подошёл к столу и начал осматривать бумаги.Первое, что привлекло его внимание, — тонкая папка с надписью «Архив».

Он открыл её и увидел список имён, напечатанный на машинке:

· Джеймс Хьюстон (автор)

· Томас Уайт (редактор)

· Сара Миллер (корректор)

· Дэвид Браун (фотограф)

· Марта Кларк (издатель)

Блэк замер. Напротив первых двух имён стояли чёрные точки — кто-то отметил их, зная, что Хьюстон и Уайт уже не могут быть в этом списке. А значит, имена Сары, Дэвида и Марты были следующими.Он перевернул страницу и заметил, что на обороте папки есть ещё одна пометка — буква «Н» и рядом с ней маленький вопросительный знак. Кто-то размышлял над этой буквой. Или знал, что она значит?Полиция обыскивала кабинет поверхностно, но Блэк всегда знал, что важные улики лежат там, куда редко заглядывают. Он опустился на колени и проверил мусорную корзину под столом. На дне лежал скомканный листок бумаги.