Магия Мира. Фантастический роман и рассказы

Ч А С Т Ь 1

ЧЕРНАЯ ДЫРА

И как вы живете в этой дыре?

Спросил столичный житель провинциала.

Глава 1. Волшебный мир

Там на неведомых дорожках

Следы невиданных зверей,

Избушка там на курьих ножках

Стоит без окон, без дверей…

А. С. Пушкин

Андрей бежал по полуразрушенному зданию завода. По стенам змеились покрытые плесенью ржавые трубы, провода и еще кое-где светящиеся лампы дневного света. Под ногами хлюпала вода. Сзади грохотали сапоги охранников. Луч лазера прошел над головой и срезал перекидной металлический мостик. Андрей успел проскользнуть под ним. Сзади раздался металлический лязг и короткий полувополь, полувсхлип одного из охранников. «Еще один готов, – подумал Андрей. – Но где же Вход?». По схеме, Вход должен был быть где-то рядом. Сзади послышался легкий специфический гул и тут же пронзительно и противно заревела сирена. Рев приближался. Голову словно пронзили тысячи тонких сверл. «Запустили наводящую видеокамеру. Да еще и ревун врубили», – понял Андрей. Сбоку возник темный проход. Андрей свернул в него. Еще поворот, еще. Вдруг впереди в темноте замерцал висящий в воздухе круг слабого темно-красного сияния. Вход! Андрей подпрыгнул и с ходу рыбкой нырнул в Тоннель. Исчез завод и охранники. После мгновенно-бесконечного ничто Вселенной вокруг разлилось разноцветное сияние…

Андрей летел через Тоннель. Тоннель пульсировал, сжимался и расширялся, мерцал маслянистыми цветами. В боковых отростках мелькали какие-то тени, шевелились кусты волосатых рук. Впереди тускло замаячило, обрамленное красной бахромой, пятно Выхода. Андрей, не останавливаясь, врезался в Пятно. Сознание его привычно завертелось, растеклось по Галактике и Вселенной, одновременно сжимаясь в бесконечную точку. Он объял всего себя, каждую бесконечно огромную и бесконечно малую свою вселенскую Сущность.

И… Как всегда мгновенно оказался в знакомой комнате.

У стола, заваленного древними пергаментами, гусиными перьями, песочными часами, лазерными микрокристаллами и другим хламом, потягивая из большой глиняной кружки холодное (это чувствовалось даже от пятна Входа-Выхода) пиво, сидел Коржак. Обрюзгшее его лицо с тяжелыми мешками под красными глазами было повернуто к светившемуся на стене большому компьютерному экрану. Один глаз Коржака дернулся и мутный зрачок уставился на Андрея.

– Что скажешь? – не здороваясь спросил Коржак. Второй зрачок, поворочавшись, тоже повернулся в сторону Андрея. Андрей устало опустился в кресло.

– Похоже Кронос прав. В Социуме творится что-то неладное. Поднимается Серая Муть. И это не обычная соцнакипь. В ней чувствуется настоящая серая Сила… Между прочим, ты давно не был в Тоннеле?

– А мне и здесь хорошо. Я теоретик. Не люблю шататься по вонючим закоулкам.

– В канале Социума стало многовато слизи и Волосатых Рук.

– А там этой дряни всегда было достаточно.

– Да, но сейчас Рук стало слишком много и они почти всегда кого-то рвут. В Социуме зашевелились халдеи (*). Их можно встретить в большом количестве в любом государственном учреждении. Но если бы только в государственном! Это еще пол беды. Сам прекрасно знаешь, что и в правительстве их всегда хватало. Но сейчас халдеи или заправляют или советуют как заправлять наукой, искусством и даже коммерцией. Чувствуется, что серость набирает силу. Охрана халдеев звереет. Сейчас еле ушел от этих мордоворотов.

– Где засекли?

– У старого завода. Хотел в техотделе порыться: может остались какие-нибудь документы на продукцию. Кто же знал, что у халдеев тайники с засадами в стенах устроены.

– Соображать надо. Серость – серостью, но сам знаешь, что халдеи не дураки.

Андрей почувствовал как за спиной накатывается волна тепла и повернулся. Из Пятна появился Кронос. Его массивную фигуру довольно элегантно обтягивал голубоватый рабочий костюм.

(* Напомню, что халдеями называли своих учителей герои некогда популярной повести «Республика Шкид». Иногда халдеями называли официантов в ресторанах)

– Здравствуйте, – поздоровался Кронос и сел в кресло. Что, опять на засаду нарвался? – он кивнул на заляпанный грязью и плесенью костюм Андрея. – Осторожнее, дорогой, надо быть.

– Вот сам бы и ходил на разведку, раз такой умный.

– Да, похоже в Социуме действительно не все в порядке, раз ты начал изъяснятся как серый, – Кронос нахмурился. – Ладно, давай рассказывай все по порядку.

Когда Андрей кончил рассказывать, Кронос взял кружку Коржака, налил в нее пиво из стоявшего рядом бочонка, и медленно, не отрываясь, выпил. Все молчали.

– Хорошее у тебя пиво, Коржак, – сказал Кронос. – Где берешь?

– Так я тебе и сказал, – пробурчал Коржак.

– Ладно… Ну что же, если ты, Андрей, прав, то дела действительно хреновые. Похоже тебе нужно совершить вояж в Центр халдеев. Судя по твоим данным он находится в черной дыре в седьмом секторе Галактики. Давайте, ребята, покумекаем что делать в данном случае Андрею и нам…

***

Космокатер вынырнул в физическом пространстве в миллипарсеке от желтого карлика. Переход из физического гиперпространства в обычное был еще противнее, чем нырок в магический Тоннель. У Андрея появилось ощущение, что у него буквально стало семь пядей во лбу. Он глянул в зеркальную боковую панель пульта управления. Да нет, похоже все в порядке. Правда в верхней части лба появились два бугра, напоминавшие зародыши рогов, но это мелочи. При переходе из гиперпространства могло случиться и худшее. У одного высокопоставленного чиновника, которого он вез в Центр, голова вообще поменялась с седалищным местом. По мнению Андрея, которое он, правда, оставил при себе, никакой разницы в высоком начальстве он не ощутил. Однако чиновник был сильно напуган, хотя его и предупреждали о возможных последствиях пребывания в гиперпространстве. Впрочем, все эти последствия были неприятны, но не опасны. Через пару дней любое изменение в телесном облике человека исчезало, и возвращался его истинный вид. Кроме того, на любом космокатере была кабинка реабилитации, в которой привычный облик восстанавливался за несколько секунд.

Гиперпространством приходилось пользоваться по двум причинам. Во-первых, магический Тоннель не действовал на звездные расстояния. И, во-вторых, Тоннель не пропускал в себя современную технику с электронной начинкой большой массы. Даже монтаж компьютерного комплекса Центра пришлось вести из мелких модулей, проносимых сотрудниками через Тоннель. Хотя большие компьютерные экраны без электронной начинки, проникали сквозь магическое поле свободно. Наверное, было в них что-то от магических зеркал и реторт средневековых алхимиков.

На обзорном экране катера светилось слабое пятно небольшой звезды – желтого карлика, похожего на Солнце. На боковом дисплее, преобразовывавшем инфракрасные лучи и радиоизлучение в видимый свет, в нескольких градусах от карлика обозначилась мрачная воронка черной дыры.

Андрею требовалось попасть в эту дыру. Именно туда вели черные и серые нити из Института Времени Земли. Гиперпространство для этого перехода не годилось. В черной дыре любое физическое пространство сворачивалось в такие жгуты и воронки, что возникали новые измерения, а время и пространственные координаты, менялись местами. В физическом пространстве там нельзя было существовать. Однако по данным Кроноса в этой дыре существовал магический мир. В нем хозяйствовали серые халдеи. Мощнейшее гравитационное поле служило источником энергии в магических превращениях. Проникнуть в волшебный мир можно было только через магический Тоннель. Переход можно было провести в скафандре высшей защиты, оборудованном разнообразным мощным оружием, в том числе лазерными и плазменными излучателями. Относительно небольшие расстояние и масса скафандра позволяли это сделать.

Однако Андрей отказался от этого: в скафандре многовато электроники, а это вызовет сильное возмущение магического поля. В нем надолго останется след перехода, и обитатели черной дыры легко его обнаружат. Кроме того, потребуется слишком много духовных сил для создания столь мощного защитного магополя, чтобы защитить весь комплекс скафандра от физического действия черной дыры.

Андрей облачился в длинную кольчугу, шлем с глухим забралом и поножи, откованными по древней технологии из средневековых освященных рыцарских лат. Только в тонком внешнем слое доспехов была изменена молекулярная структура, так что ее можно было прорезать только длительным действием мощного лазерного излучения. В ножнах за спиной закрепил меч, у пояса – короткий широкий нож. И то и другое дамасской стали с молекулярной заточкой. В многочисленных кармашках льняной куртки, одетой поверх кольчуги, льняных же штанах и сапогах из бычьей кожи разместились мелкие электронные устройства, доступные проходу через Тоннель, в том числе и микрокомпьютер.

Проверив снаряжение и попрыгав (не дай Бог что-нибудь будет болтаться и звенеть), Андрей пошел к шлюзу. Уже в шлюзе он отдал команду бортовому компьютеру перейти на автономный режим с готовностью 02. Андрей подозревал, что шифр 02 создатели шлюпки выкопали в древних военных кодах. Этот сигнал для стражей порядка означал, что противник близко и следует как следует укрыться, чтобы тебя никто не мог обнаружить. Андрей прочитал заклятие и нажал кнопку открытия шлюза. В космос он вышел окутанный защитным магополем. Еше одна волжба и он нырнул в Тоннель. В канале этого Тоннеля неожиданно оказалось светло и очень красиво. Стены переливались такими цветами, которые и на Земле трудно встретить. Наверное, сказывалась близость гравитационного поля черной дыры, дающего неожиданные световые эффекты в магополе. Тоннель был чист и прям, без боковых отростков. Не было видно и Волосатых Рук. Все правильно, зачем они здесь, тут и так все свои.

Андрей пролетел Тоннель и очутился в магическом мире черной дыры. Здесь клубился серый туман, но, не смотря на него, видно было далеко. Красная кайма Входа-Выхода висела в лесу. Был разгар лета, но пышная зелень имела какой-то сероватый цвет, в котором не виделись, а угадывались клубки тьмы. И земля и голубое небо – все вокруг имело серый оттенок. И, странное дело, серый цвет был многоцветен, хотя – какие же оттенки и цвета может иметь серый цвет? Андрей никогда не видел ничего подобного, но он понял, что перед ним великий Серый Цвет.

Прямо от Выхода через заросли змеилась тропинка цвета серого асфальта. В лесных зарослях слышались птичьи голоса, все с каким то однообразными нотами. Андрей быстрым шагом двинулся вглубь леса. По бокам тропинки часто встречались подберезовики, боровики и даже белые грибы. Туман исчез, как только он сделал несколько шагов. В прояснившемся небе виднелись облачка, из-за которых выглядывало неяркое солнце.

«А солнышко-то у них плоховато выглядит», – подумал Андрей. Но вообще-то окружающий мир впечатлял своим многообразием. Этому можно было не удивляться: серые халдеи могли использовать для своей волжбы поистине гигантские гравитационные силы черной дыры. Не смотря на то, что халдеи плохо владели магией, неисчерпаемая энергия гравитации во многом компенсировала отсутствие у них талантливых волшебников. Механизм преобразования физического гравитационного поля в магополе Андрей понимал и чувствовал плохо. Впрочем, это дело магов-теоретиков.

Тропинка пересекла небольшую, уютную полянку. На сероватом пеньке сидел серенький заяц. Заяц грыз большую морковь и одновременно быстро постукивал левой задней лапой по пеньку. Он оторвался от морковки и задумчиво посмотрел на Андрея. Но тут перед ним возник кочан капусты и заяц, отбросив огрызок, урча как голодный кот, впился в кочан. При этом его задняя лапа забарабанила еще быстрее. Андрей мог поклясться, что заячья лапа выстукивала в ритме азбуки Морзе.

Минут через десять он прошел еще через одну поляну. На поляне сидел серый волк и тоскливо и однообразно подвывал на солнце. Увидев Андрея, волк холодно улыбнулся ему всей своей пастью, повернулся задом и снова завыл. Его хвост выстукивал по земле морзянку.

Еще через полчаса Андрей вышел на большую поляну. У дальнего ее края стояла большая изба на куриных ногах, обнесенная низким плетнем. На плетне сидела черно-серая ворона, рядом в траве лежали серо-белые гуси-лебеди.

Когда Андрей проходил через калитку, ворона открыла клюв, чтобы каркнуть, но передумала. Вместо этого она смачно плюнула Андрею под ноги, отвернулась и принялась чистить клюв. Гуси-лебеди вообще никак не отреагировали на его появление. На крыльце избы сидел, привалившись к замшелой двери, огромный с черной, длинной, шикарной шерстью кот Баюн. На ступеньке рядом с ним стояла большая бутыль, щербатая алюминиевая миска с хлебом и солеными огурцами и большое хрустальное блюдце с зернистой икрой.

– Привет, добрый молодец! – от кота сильно разило самогонкой. – На, выпей, коли уважаешь.

Баюн протянул граненый стакан, доверху налитый чистой, как слеза, самогонкой.

Отказываться было нельзя и Андрей, подавив рвотный спазм, одним махом опрокинул стакан в рот. Потом вытер усы, взял протянутый котом огурец, понюхал его и сказал.

– Здравствуй, хозяин. Спасибо тебе за привет, – и захрустел огурцом. Самогонка оказалась весьма неплохой, с привкусом коньяка, да и огурец был ядреный.

– А я не хозяин. Вон хозяйка летит.

Андрей повернулся. К избе, снижаясь на посадку, летела ступа с бабой Ягой. Лихая бабуся хотела показать шик и приземлиться у ног Андрея, но промахнулась и ступа шлепнулась у самых лап кота.

Баюн с мявом: «Гаси, дура, зажигание!», подхватив бутыль, перелетел на подоконник.

Баба Яга легко выпрыгнула из ступы и закричала на кота:

– Опять жрешь! – Андрей решил, что это она про самогон. Но бабка схватила блюдце с икрой и сунула ее в ступу. В ступе что-то щелкнуло, и икра исчезла.

Яга поставила блюдце на край ступы, отряхнула свой просторный коричневый сарафан и повернулась к Андрею.

– Откуда ты, добрый молодец?

– Да все оттуда, с Земли.

– С Земли? А-юшки! И как там?

– Плохо бабуся. Халдеи власть забирают. Все больше серости…

– Эй, бабка, – встрял Баюн, – ты гостя сперва накорми, а потом уж и расспрашивай.

– И то правда. А проходи-ка ты добрый молодец… Как тебя величать-то?

– Андреем крестили.

– А проходи-ка ты Андрюшенька в избу.

В избе, вопреки сказкам, оказалось на удивление чисто, светло и просторно. Даже Серости почти не чувствовалось. Оно и понятно: серость не ладит не только с Добром, но и с талантливым Злом. Яга застелила стол чистой белой скатертью и поставила на него крынки с молоком и жирной сметаной. Из печи достала стопку блинов и блюдо с пирогами, начиненными капустой, гречневой кашей и мясом. Андрей, хоть и был не голоден, с удовольствием съел несколько пирогов и блинов со сметаной, обильно запивая все это молоком. Бабка сидела напротив и молча, с умилением смотрела на него. От самогонки, предложенной котом, Андрей отказался, ссылаясь на важные дела.

– Опять непьющий попался, – Баюн плюнул на пол и тут же получил от бабки веником по голове. Он обижено выпил самогонку и, хрустя соленым огурцом, полез под стол вытирать пол. – Спасибо тебе, хозяюшка, – сказал, поев, Андрей. – Спрашивай, коли желаешь.

– Зачем ты Андрюшенька к нам пожаловал? Али голову тебе на плечах носить надоело. Ты чо же, милок, не знаешь, что здесь главное становище ихней шушеры, или, по-вашему, серых халдеев.

– Знаю, бабуся, знаю. Я к ним и пожаловал. Нам на Земле знать надо как можно больше о Центре халдеев, то есть о становище. Плохие на Земле дела творятся. Халдеи проникли почти во все управляющие организации. В жизни все больше становится серости. Яркие, талантливые люди тускнеют. Исчезает настоящее добро. Хорошо, правда, что и Зло тоже исчезает. Родственники ваши из нечистой силы тоже куда-то пропали. Домовые сгинули. Земля все больше становится похожей на вашу черную дыру.

– Да, Андрюшенька, дыра тут у нас, ох дыра. Думаю я, правда, что она не черная, дыра-то наша, а серая. Но тебе снаружи виднее.

– Вы сами согласились перебраться сюда, когда серые халдеи вам это предложили.

– Эй, мил человек, – сказал Баюн, – согласится-то мы согласились, но ведь вы, люди, нас к этому подтолкнули. Вы изводили нас всеми доступными способами, убивали, изгоняли, вырезали с родней до двенадцатого колена. Даже домовых, хранителей ваших же домов и семейного очага, выкуривали из тайников.

– А ты не строй из себя сироту казанскую, – набычился Андрей. – Мало что ли вы людей извели. Одни только Змей Горыныч и Кощей Бессмертный чего стоят! А лешие, водяные да кикиморы сколько народа в болотах утопили. Да и среди домовых пакостники да алкаши тоже попадались…

– Прекратите! – Громовым басом вдруг рыкнула Баба Яга. – Нашли время счеты сводить. Все хороши. Да, мы нечистая сила, но и вы, люди, тоже не ангелочки. Ваши фашисты и большевики далеко переплюнули все наши пакости. Да и современные ваши дерь… «демократы» во всю стараются нам не уступить. Вона, население Руси все меньше и меньше становится. Нечего сейчас обидами считаться. Беда общая нам грозит. Думать надо, что делать-то будем.

– Меня послали разведать как можно больше о Центре халдеев. Как устроен, кто правит, что или кто в нем готовится, можно ли его ликвидировать и как,… В общем, получить максимум информации.

– Что ж, Андрюшенька, расскажу, что знаю, да Баюн добавит. Тебе надо повидаться с Кощеем Бессмертным, да со Змеем Горынычем, да с Водяным, да со всей нашей прочей нечистой силой.

– А что, Кощей и Змей тоже здесь?

– Так куда ж им деться, болезным. Кощей в трехстах верстах отсюда. В замке своем железном сидит. А Горыныч в Бурых скалах мается. Плохонько им живется.

– А что так?

– Халдеи из них соки жизни, соки зла и добра пьют. Да-да, не усмехайся. И добро в них какое – никакое есть. Своеобразное, конечно, но есть. Помни, Андрюша – нет абсолютного зла, нет и абсолютного добра. Даже Серость не абсолютна, хоть и близка к этому. Горыныч уж почти и не летает. Все лежит в своей пещере и грезит о прошлом. Кощей держится пока. В замке заперся и никого не впускает. Да только точит его замок ржа серо-бурая. Стены и башни ржавеют, мечи да стрелы тупятся, огненное зелье гниет. А сила их, ржой источенная, по-надмировыми ручейками халдеям течет. Все больше халдеев, и сила их крепнет, а становище мощью наливается. И страшная эта мощь, не сила в ней бездны черной, не сила света мирового, а глаза ослепляет и душу во мрак опускает…

Долго еще Баба Яга рассказывала о халдеях, об их становище, о страшных в своей серости делах их, о дыре этой серой. Это снаружи эта черная дыра казалась обычной сферой Шварцшильда. Внутри же царила мутная Серость.

– А кто главный у халдеев? Кто ими правит?

– Правит ими Серый Совет. Председателя нет, все равны, все «самые серые». Думается мне, что есть сила и над Советом, но кто или что это не ведаю. Да и где этот Совет, мне неведомо. Может быть, даже не в нашем мире.

Андрей мрачно смотрел в окно. Ворона по-прежнему сидела на плетне, поглядывая на него одним глазом, разевая клюв. Но не каркала.

«Насмехается, зараза», – подумал Андрей и потянулся за стаканом. Баюн с готовностью плеснул в стакан самогонку, но Андрей передумал пить.

– Не время для пьянки. Скажи бабушка как мне Кощея и Змея повидать, да и другую твою родню тоже, – при слове «родня» Яга поморщилась. – Да, еще вот что, когда к вам шел, то в лесу видел зайца и волка. Странные они какие-то.

– Что, морзянку отстукивали? Так это они халдеям стучали. – Было видно, что Баюн недоволен отказом Андрея пить самогон.

– Да ты полегче, усатый. Добрый молодец не весть что подумать о нас всех может. А ты, свет Андрюшенька, не суди их строго. Жить то им хочется, да и кушать надо. Вот и приходится на халдеев работать, они здесь власть. И казнить и миловать вольны. Да ты не бойся. Серый Волк лишнего не настучит. Да и заяц хоть и трусоват, и барабанить мастак, все равно нам ближе. Глядишь, в его морзянке сбой и другая информация пойдет. Знают они свое дело и против своих не пойдут. А Кощея и Горыныча помогу сыскать, да и с другими сведу.

Воздух за окошком стал стремительно темнеть. Откуда-то накатывалась серая муть. Ворона еще раз раскрыла клюв в немом зевке и внезапно кувыркнулась с плетня прямо в дворовую пыль. Но тут же вскочила и, бойко подпрыгивая, побежала к избе. Гуси-лебеди загоготали, стремительно помчались куда-то, поднимая машущими крыльями столбы пыли, и скрылись из вида.

– Чтоб вам не дна ни покрышки! – охнула Баба Яга. – Серые Стражи пожаловали. Как у вас говорят – полиция халдеев. А ну, Андрюша, быстро сюда.

Баюн, смахнув в сторону половик, уже открыл крышку погреба. Андрей еще успел удивиться – откуда в избе на курьих ножках может быть подпол? Но тут его бесцеремонно спихнули в люк, и после краткого падения он мягко упал на ноги. Вокруг стояли бочки, из которых пахло квашеной капустой и солеными огурцами. Андрей поднял голову. Вверху неожиданно высоко виднелось светлое пятно люка и всклоченная голова кота.

– Быстро в тот угол, – махнул лапой Баюн. – Там под картошкой ящик. Ныряй в него.

Крышка подпола захлопнулась, но странное дело – Андрей хорошо видел в наступившей темноте. Он быстро шагнул в угол, нашарил под картошкой литую металлическую ручку и потянул ее на себя. Открылось отверстие большого ящика, и Андрей спрыгнул внутрь. Внутри было просторно, тепло и мягко. Пахло свежим сеном и мятой. Крышка ящика над ним закрылась, и послышалось шуршание – картошка сама мягко наваливалась сверху, закрывая ящик.